Автор : "fifti_fifti"
Название книги: Соседи (СИ)
Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/fifti_fifti/sosedi-si-597136

========== 1. Если едешь в Сан-Франциско … ==========

Настоящая любовь - это не тогда, когда ты встречаешь идеального человека. Это когда ты начинаешь видеть идеальными все его недостатки.

All day staring at the ceiling

Making friends with shadows on my wall

All night hearing voices telling me

That I should get some sleep

Because tomorrow might be good for something

Hold on

Feeling like I’m headed for a breakdown

And I don’t know why

(Matchbox 20 - Unwell)

— Пусть это будет удачный день, — пожелал сам себе красивый брюнет, поправляя на носу темные очки и выглядывая из открытого окна такси, которое неслось по залитому солнцем шоссе.

Для хорошего настроения были все причины. Лучи ласково светили через лобовое стекло, согревая кожу. Слабый ветерок налетал и трепал волосы, превращая их в полный хаос. Чайки, которые в больших количествах обитали возле воды, парили в небе и оглашали окрестности радостными криками, а сердце билось в учащенном ритме от приятного предчувствия. Про себя Билл уже окрестил это субботнее утро как «первый день новой жизни» или «день, когда мечта о переезде наконец сбылась». После целого года нервов, непростых решений, криков, ругани с родителями и друзьями, он все же решился собрать свои вещи и твердо сказать себе и всем им, что жить так, как он жил раньше, больше невозможно, и, в конце концов, наступают такие моменты, когда пора сказать «хватит».

Парень улыбнулся этим мыслям. Он очень гордился тем, что смог довести дело до конца. Он даже специально попросил таксиста проехать вдоль побережья, чтобы полюбоваться на свою мечту, хотя для этого и пришлось сделать очень большой крюк.

Молодой человек глазел по сторонам. Девушки в бикини, яркие пляжи, высотные дома, которые сменялись спальными райончиками и затем вновь высотными домами. Золотые Ворота, красивые, как на открытке, проплыли мимо. Билл восторженно приоткрыл рот, обозревая все эти виды. В его родном штате все было и вполовину не так ярко.

Таксист отчаялся справиться с кондиционером и прекратил теребить решетку, изможденно уставившись на пассажира в зеркальце заднего вида:

— Если вы не возражаете, у меня сегодня еще море заказов. Может, хватит нам круги по городу наворачивать? Я должен отвести вас совершенно в другой район.

— Конечно, конечно, — спохватился Билл и широко улыбнулся. — Вы можете не переживать, я оплачу вам все, по двойному тарифу.

— По тройному, — упрямо возразил таксист, — пока мы тут ездили, у меня от жары кожа на сиденье расплавилась!

Пассажир пожал плечами, но не стал спорить.

Такси притормозило около красивого комплекса высотных жилых домов, расположенных в центральной части города. Маленькие магазинчики, кафешки и офисные здания окружали корпуса и прижимались к ним плотно со всех сторон так, что казалось будто целый бетонный лес разросся в этой части Сан-Франциско.

— Какая красота, — против воли выдохнул Билл.

— Красота? А по-моему, ужасные и корявые страшилища. Весь город изуродовали, — ворчал таксист, открывая багажник и доставая оттуда многочисленные сумки и чемоданы. — Вот мы с женой живем на окраине в спальном районе и прекрасно себя чувствуем. Там и воздух чище, и от природы остались не одни только клумбы.

Билл закатил глаза. Его отец говорил то же самое перед отъездом единственного сына: «Небоскрёбы, машинные выхлопы и потерянное время. Ты ничего не добьешься этим». Но он всегда получал в ответ только упрямое мотание головой.

Билл протянул руку и взял свои сумки.

— Дальше я сам. Спасибо!

— Сто долларов, — было ему коротким и очень однозначным ответом.

Когда парень подошел к двери подъезда, тут же начал рыться по всем карманам в поисках бумажки. Домовладелец, мистер Альберто, оставил ему свои координаты и код от внешней двери, но сейчас, с несколькими чемоданами наперевес, было весьма трудно вести поиски.

— Да где же она, — буркнул Билл и попытался перехватить ношу поудобнее. Старания его оказались напрасны: дверь внезапно распахнулась. Молодой человек едва не потерял равновесие от этого рывка.

На пороге возник невысокий лысоватый мужчина с крючковатым носом и жиденькими, зачесанными на одну сторону волосами. Он смерил незнакомца колючим, очень недобрым взглядом и встал так, чтобы загородить ему проход.

— Чем могу вам помочь? — резко поинтересовался тип.

— Оу… Добрый день! — Билл все же ухитрился вытащить желанную бумажку, — я новый жилец, ищу мистера Альвареса Альберто, домовладельца…

— Альфредо! — рявкнул незнакомец громко. Парень от неожиданности разжал пальцы и белый клочок плавно спорхнул ему под ноги.

— Что, простите? — брюнет стянул солнечные очки немного ниже.

— Что слышал! Мог бы и выучить имя того, кому тебе придется платить арендную плату!

До незадачливого жильца запоздало дошло. Он смущенно ухмыльнулся своей несообразительности.

— Я прошу прощения, я действительно плохо расслышал. Во всем виновата неважная телефонная связь.

Взгляд старика не потеплел ни на грамм.

— Как я понимаю, вы — мистер Кернер? — вместо этого продолжал допрос тот.

— Да, все так и есть. Можете звать меня просто Билл, — он протянул руку для приветствия. Но и этот его жест остался без ответа.

— Ваша квартира на одиннадцатом этаже, номер четыреста восемьдесят три. От лифта - налево и до конца. Моя квартира прямо под вашей, поэтому никаких бурных вечеринок, шума после одиннадцати, громкой музыки, — четко начал чеканить тип словно заученную наизусть инструкцию. — Далее, оплата должна производиться своевременно, не позднее пятого числа каждого месяца, иначе будут проблемы. Далее, не расходовать горячую воду, в этом районе у нас с ней перебои. Далее, ни в коем случае не водить дружбу с твоими соседями из квартиры выше, я собираюсь подать иск и выселить их. Далее, никаких животных. Далее…

Билл впал в ступор, слушая бесконечное дребезжание старческого голоса. Было похоже, что мистер Альфредо ждал прихода нового жильца именно на том месте, чтобы разом вывалить всю эту информацию. Наконец, домовладелец выразительно закончил свою речь:

— И никаких девиц не водить! — резко каркнул он. — Я тебя предупредил, я не терплю шума. Пошли, выдам тебе необходимые документы.

Его крючковатый нос на секунду показался Биллу еще острее. Брюнет решил просто промолчать на последнюю реплику.

Освободился Кернер примерно через полчаса, наполненных малоприятными моментами знакомства с новыми порядками. Мистер Альфредо показался ему крайне неприятным типом. Громко пожелав напоследок: «Всего доброго!», старик развернулся и отправился к себе в комнату, оставив нового жильца в лифте одного со всеми вещами.

— Спасибо за помощь, — буркнул парень ему в спину.

Как только грубоватый домовладелец скрылся из виду, настроение снова пошло на подъем. Кернер отправился куда ему было сказано — на одиннадцатый этаж и до самой дальней квартиры. В конце концов, день не мог быть испорчен всего одним малоприятным происшествием.

Брюнет как раз боролся с ключами, как вдруг в двери по соседству щелкнула собачка и на пороге показался еще один персонаж. Это был встрепанный парень, лет двадцати шести на вид, в вытянутых спортивных штанах и фартуке, надетом на голое тело. В руке его была лопатка, вроде той, которой переворачивают котлеты. На веснушчатом лице тут же расплылась веселая улыбка.

— Мать твою, поверить не могу, — радостно грянул он на весь этаж. — Наконец-то новые лица! А то старик Альфредо совсем озверел в последнее время!

Билл от удивления в очередной раз выронил сумку. Его правая бровь сама собой поползла вверх.

— Да, наверное, тебе не очень понятно, — спохватился шумный сосед и вытер ладони о фартук, чтобы протянуть ладонь для приветствия. — Я имел в виду, что он следит за тем, кто селится в нашем районе. Слишком много на себя берет, старый хрен. И молодежь он не терпит, так что удивительно, что он принял тебя. Я — Грегори, а это, — парень поморщился, когда за его спиной раздался бой тарелки, — мой брат Гарри.

Сам Гарри тут же вырос на пороге. Внешне он ничем особенно не отличался от первого парня, только глаза его были посажены чуть ближе к переносице, а взъерошенные волосы казались короче и торчали во все стороны подобно иголкам.

— Привет, — поздоровался он и тоже протянул руку. — Мы действительно рады новым лицам, а то уже думали съехать от скуки. Это надо отметить!

Билл по очереди поздоровался с каждым из парней. На его любопытный изучающий взгляд, братья пояснили, перебивая друг друга:

— Не обращай внимания, что мы такие разобранные. Это у нас борьба с утренним завтраком. Дело привычное.

— Понятно, — Кернер хмыкнул, — меня зовут Билл.

— Ну, вот и чудненько. Давай, закидывай свои шмотки и позавтракаешь с нами.

— Точно! Подгоревшая яичница, комплимент от поваров, — заржал Гарри, который находился в процессе отделения кусочков желтка от своих волос.

— Спасибо большое, но я…

— Отказ не принимается. Пошли, Гарри, поможем этому скромнику затащить его шмотки, — братья подхватили под руки Билла, не забыв подобрать его сумки и чемоданы. Затем они затолкали его в квартиру. На этом разговор был закрыт.

Еще через несколько минут Кернер сидел в их небольшой кухне и не знал, куда себя деть от смущения. Его соседи оказались веселыми парнями, при ближайшем рассмотрении довольно обаятельными. Они громко смеялись на всю кухню, кидались едой и кофе, отчего все помещение напоминало поле боя в бакалейном магазине.

— Ах ты, козел, — кусок масла, от которого Билл еле увернулся, впечатался в обои прямо за его спиной. — Извини, Билл, это предназначалось Грегори, — Гарри сверкнул в сторону своего брата гневным взглядом. — Три ложки сахара, три, Грег! Сколько можно тебе напоминать?

— Да пошел ты, — отбивался от него второй парень. — В следующий раз сам себе кофе готовь.

Взрыв смеха потряс стены кухни. Эти двое показались Биллу чересчур громкими. Братья ни на секунду не дали ему шанса побыть наедине со своими мыслями и хоть немного прийти в себя.

— Ну, что расскажешь, парень? — его размышления были в очередной раз развеяны. Грегори поставил перед гостем тарелку с тостами и стакан сока. — Откуда ты к нам перебрался?

— Из Дакоты, — отозвался их новый сосед.

Грегори присвистнул.

— Ого, неплохо. Что же тебя толкнуло переехать в такую даль?

— Да как тебе сказать, — гость обвел взглядом кухню, заметив, что Гарри тоже внимательно слушал. Теперь уже две пары зеленых глаз изучали его в упор, — проблемы были с работой, с родителями. Вот и решил сменить локацию, попробовать что-то новенькое на побережье.

Братья переглянулись. Это было похоже на обмен мнением без использования слов.

— Прямо скажем, странное место ты выбрал для новой жизни, чувак.

— Да уж, у нас здесь приключений не так много. Скучно у нас тут и… Эй, Гарри, — Грег внезапно оборвал свою речь, — это что у меня в тарелке, стекло?

Он возмущенно показал брату белеющий на вилке осколок. Тот ничуть не смутился этому замечанию.

— Да мало ли, что попало? Я тут чашку немножко разбил, — отмахнулся тот и легкомысленно улыбнулся Биллу. Кернер с вежливым видом отодвинул от себя бутерброды.

— Ты не бойся, ешь. Просто это не наше призвание — готовить. Но пока до летальных исходов не доходило.

— Пока, — подчеркнул Грег, за что тут же получил увесистую оплеуху.

— Ну, а вы, — Билл хмыкнул, глядя на этих двух чудаков, — что расскажете о себе?

Грегори отъехал на табуретке от своего родственника от греха подальше. Он показал брату смачный «фак».

— Мы работаем тут неподалеку, в местном тренажерном зале. Я — тренер, а Гарри — механик, чинит вышедшее из строя оборудование, старые тренажеры и тому подобное. Это все досталось нам от наших родителей, раньше они держали это заведение. Потом их не стало… — мрачно закончил парень и понизил тон голоса.

Кухня на этой ноте моментально погрузилась в гнетущую тишину. Только Гарри печально царапнул вилкой по своей тарелке.

— Мне очень жаль, — Билл поджал губы.

— Да, нам тоже. Отличные были старики, — Грегори уставился в чашку с кофе напряженным взглядом.

Прошло несколько секунд. Гарри прикрыл рот рукой и отвернулся к окну. Билл с сожалением опустил ресницы. Грегори как-то странно хрюкнул и усиленно начал делать вид, что его очень интересует половое покрытие. Плечи Гарри странно затряслись. Еще через секунду, тишина снова взорвалась осколками смеха.

— Чувак, видел бы ты свое лицо… — прорыдал покрасневший Гарри, — как у нашего президента во время государственной похоронной процессии.

— Или того хуже, как у мистера Альфредо, когда он видит, как Фиби с верхнего этажа целуется со своей подружкой Рианой, — ухахатывался Грег, едва не падая со стула.

Билл не понял ровным счетом ничего из произошедшего. Теперь он удивленно переводил взгляд с одного парня на другого и обратно.

— Да живы наши старики, не дрейфь ты так. Просто забросили свои дела, оставили их нам и свалили на границу штата, выращивать там помидоры, — пояснил он, вызвав этим у своего брата очередной приступ хохота.

Глаза Билла чуть сузились.

— По-моему, это не смешно, — тихо заметил он.

— Да ладно тебе, мы всегда так прикалываемся, у нас на эту тему нет комплексов.

— Я заметил, — мрачно отозвался Кернер. Есть и веселиться с этими парнями ему почему-то резко расхотелось.

Еще некоторое время завтрак шел в абсолютном молчании.

— Ну, а твои старики чем занимаются? — все же нарушил тишину Грег, когда отсмеялся.

— У нас тоже вроде семейного бизнеса, — нехотя отозвался Билл. — Мама — флорист, отец — оформляет помещения. А я почти пошел по их стопам, я — веб-дизайнер, разрабатываю модели помещений, рисую планы в трехмерном формате и все такое. Просто в том месте, откуда я родом не так много возможностей для саморазвития.

— Значит, в Дакоте с этим совсем проблемы, раз ты сюда решил переехать, — резонно перефразировал его слова Грег, пожимая плечами.

— Что-то вроде того. Я уже присмотрел себе несколько фирм, у которых открыты вакансии. Буду пробовать устроиться.

Братья кивнули. Затем оба хитро переглянулись между собой.

— Ну, а что насчет личной жизни? Гей, натурал…

— Или всего по чуть-чуть? — заканчивая друг за друга фразы внезапно поинтересовались они.

— В смысле, всего по чуть-чуть? — удивленно переспросил Билл, ошарашенный такой прямотой. — У меня была девушка. Но не думаю, что у нас с ней сложатся отношения. Мы расстались на не самой приятной ноте.

Грег продолжал хитро коситься в его сторону.

— Я прошу прощения за подробности, и ты не… м-м-м?

— Гей? — Билл натянуто улыбнулся в попытке правильно понять суть вопроса. Он нервно поерзал на табуретке.

Братья усиленно закивали.

— Не замечал за собой. С чего такие мысли?

— Да нет, ничего, просто. Мы слышали, как Альфредо орал, как сумасшедший на весь коридор. Он так вопит только когда весь его мир рушится к собачьим чертям, и он понимает, что на планете все еще есть парни, которым могут нравиться другие парни.

Билл улыбнулся, вспомнив перекошенное лицо «приветливого» домовладельца.

— И это несмотря на то, что в Сан-Франциско пятнадцать процентов населения уже давно переквалифицировались, — добавил Грег, кивнув своему брату.

— Нет, он мне читал другие лекции. Но я приехал сюда в том числе и затем, чтобы устроить свою личную жизнь. Возможно, — туманно подвел итог Билл и нетерпеливо посмотрел на свои наручные часы.

— Да не переживай ты так, — Гарри продолжал хитро щуриться, — на самом деле, мы и сами иногда не прочь поэкспериментировать, на прошлой неделе к нам в гости заходили девчонки с этажа выше, они лесбиянки. Ну и жаркая была ночка. А еще неделей до этого мы подцепили себе пару симпатичных ребят в одном местном клубе. Им, правда было… Сколько, Грег?

— Да фиг их знает, лет под пятьдесят?

Кернер от этого неожиданного заявления изо всех сил плюнул соком. Как по команде, два голоса — один выше, другой чуть ниже — снова взорвались неадекватным смехом. В ушах от этих двух парней начало крайне неприятно звенеть.

— Извините, — буркнул Билл, когда смог немного взять себя в руки. Он схватил салфетку и попытался вытереть столешницу после своего взрыва эмоций.

— Не извиняйся, санитарии у нас на кухне никакой, Грег иногда даже дрочит в раковину, — выдал Гарри, что заставило их гостя принять окончательное решение. Консервативное воспитание Билла дало сбой в этот самый момент.

— Простите ребята, я пойду, у меня… э-э-э… Важный звонок, надо родителям отзвониться и вещи разобрать, — он вскочил со своей табуретки, бросив влажный бумажный комочек, и стрелой полетел к входной двери. — Еще увидимся!

— Бывай, парень. Конечно увидимся, ты уж не сомневайся, мы ж соседи теперь, — радостно помахал ему улыбчивый Гарри. — Если помощь нужна, обращайся!

Билл ответил ему на этот жест страдальческой, выжатой через силу улыбкой. Через пару минут и духа его присутствия уже не было в кухне.

— Клевый парень. Думаю, мы подружимся, — весело предположил Грегори. Гарри кивнул ему в ответ.

В это время у себя в комнате, Кернер, который начал сомневаться в собственной адекватности, плотно прижался спиной к двери. Замечательный день медленно, но верно, превращался в очень странный вечер. Билл только сейчас сообразил, что на часах был уже четвертый час, а он только что завтракал с какими-то полоумными извращенцами. Парень потряс головой.

Встреча с новыми соседями оставила мутный осадок. В своем прошлом Билл оставил слишком много проблем и не хотел везти их с собой в новый день — это был слишком неподъемный груз. Потому хотелось просто выкинуть все это из головы.

Парень недовольно почесался. Он взял два своих чемодана и потащил их в комнату, где принялся расстегивать и выкладывать наружу свои вещи.

Продолжая хмуриться и задаваться вопросом, был ли в этом доме хоть кто-то адекватный, Билл все же решился на экскурсию по квартире. Тут оказалось всего две комнаты, разделенные перегородкой, туалет и ванная, небольшая светлая кухня. А самое главное то, на что Кернер безнадежно купился, когда просматривал все доступные варианты квартир — огромное окно во всю стену, из которого открывался отличный вид на город. Парень отодвинул светло-кремовые шторы и уставился на залитые солнцем крыши домов.

Жемчужина западного побережья* с высоты действительно показалась очень красивым местом. Билл прислонился лбом к стеклу, чтобы немного охладиться. Многочисленные холмы, где разместился город, напоминали горбы дракона, на которых чешуйками, тут и там, поблескивали клочки цивилизации.

Парень распахнул широкие стеклянные двери балкона и подставил лицо хлынувшему в комнату солнцу. Это было приятное ощущение, которое снова навевало спокойствие и уверенность.

Так хотелось рассмотреть все это великолепие получше теперь, когда для этого были все возможности. Однако, уверенность в том, что идея была удачной, покинула Билла довольно скоро, когда сверху, в этот ясный и солнечный день, ему прямо на лоб шлепнулось что-то мокрое. Парень едва не застонал от досады. Он поднес руку к лицу, молясь всем известным богам, чтобы это был не подарочек от птиц. Но когда он отнял ладонь, чтобы посмотреть на каплю, все его молитвы немедленно обратились обратно к пернатым. По крайней мере, птичий помет обрадовал бы его гораздо больше, чем вид густой, темно-бордовой жидкости на коже.

Да что у них тут творится-то?

Брюнет высунулся за перила, чтобы глянуть наверх и хотя бы отчасти узреть край балкона над своей квартирой. Впервые в жизни он пожалел, что его шейные позвонки были лишены телескопического механизма.

Еще одна капля приземлилась на руку. Парень стряхнул ее с себя как противного паука. Воображение немедленно начало рисовать довольно неприятные картины того, что это могло быть. С секунду поколебавшись в раздумьях, Билл неуверенно направился к выходу в коридор. По пути он стянул с кровати свою старую домашнюю футболку, чтобы вытереть о нее страшное пятно. Он захотел выяснить, что происходило в этом чертовом доме, хотя идея, возможно, была и не самой умной.

Тишина на этаже угнетала. Пока Билл шел до лифта, все виды страшных криминальных хроник в духе сериала CSI продолжали рисоваться в его воображении. Окровавленный труп, который пролежал в пустой квартире уже несколько дней. Страшное расчлененное тело, брошенное в мешке до лучших времен. Несчастный случай — упавший и ударившийся виском человек, который не смог позвать на помощь. Капающая кровь…

Сердце глухо билось о ребра. Парень немного помешкал, прежде чем решиться и все же преодолеть путь в целый коридор. Он казался теперь неимоверно длинным. Рука замерла в сантиметре у двери, и только немного погодя, собравшись с духом, Билл все же отважился постучать. Этот страшный гром отозвался набатом в душе. Несколько секунд было тихо.

Парень запоздало подумал, что зря пришел просто так. У него при себе не было даже телефона, чтобы вызвать скорую в случае чего. Он был совсем один. В незнакомом доме. Чувствуя себя полным дураком.

Блин, вот тебе и спокойная жизнь, — панически пронеслось в мозгу.

Внезапно дверь распахнулась перед его носом. Билл некоторое время смотрел прямо перед собой в пустоту, прежде чем сообразить, что нужно опустить взгляд чуть ниже, чтобы увидеть открывшего.

На него уставились два розовых глаза, удивленно блеснувших из-под фиолетовой челки. Девушка, которая стояла перед ним была едва выше метра пятидесяти, по всем подсчетам, и оказалась всего лишь миловидной мулаткой с кожей теплого кофейного оттенка, а никак не громилой-убийцей, которого рисовало неуемное воображение.

Она непонимающе глазела на незнакомца, пока тот так же удивленно изучал ее в ответ. Последнее, что бросилось парню в глаза — огромный тесак для разделки мяса, зажатый в ее правой руке.

— Я могу вам чем-то помочь? — осведомилась она приятным, чуть хриплым голосом.

— Э… Я… Я… - Билл отступил на шаг назад, опасливо скользя взглядом по лезвию, — только хотел узнать, все ли у вас в порядке. Но теперь вижу, что да. Извините…

Он попытался развернуться и срочно бежать звонить в полицию, но ледяная рука, схватившая его за запястье, предотвратила побег. Кернер похолодел и обернулся, снова встретившись взглядом все с теми же пронзительными глазами непонятного и неестественного оттенка.

— А с чего у меня должно быть не все в порядке? — заинтересованно ответила собеседница, чуть склоняя голову набок. — Я просто была на балконе и оттого не слышала, как вы стучали в дверь.

— Да, конечно, — Билл лихорадочно думал, как ему спасаться. — Я… Я пойду, извините.

— Слушайте, это странный вопрос, конечно, но вы не… не мой новый сосед снизу? — она и не думала отпускать свою жертву.

— Да, я теперь живу там. Мне нужно…

Миловидная улыбка моментально превратилась в хищный оскал, по крайней мере так показалось Биллу. Его немного встревожил вид белоснежных глазных зубов.

— Так это замечательно, Альфредо давно говорил, что собирается поселить кого-то этажом ниже, — пояснила она. Почему бы вам не пройти и не выпить со мной чаю? Заодно и познакомимся.

— Нет-нет, мне еще много дел нужно сделать.

— Да ладно. Не так уж много осталось нормальных ребят, мы должны держаться вместе!

Смотря что считать нормальным, — в панике соображал про себя Билл, обреченно прекращая смотреть на спасительный лифт и все же позволяя удивительно сильной девчонке увести себя в квартиру. В прихожей она загадочно обернулась. Тесак так и притягивал взгляд парня, но он старался не смотреть вниз.

— Меня зовут Фиби, кстати, а тебя? — отвлеченно спросила новая знакомая.

— Билл, — хрипло выдохнул Билл.

— Очень приятно. Я как раз закончила свое очередное произведение искусства. Хочешь взглянуть?

Парень шумно сглотнул.

— Ты бледен, тебе нехорошо?

— Язва желудка. С детства мучает, — на ходу сочинил Кернер, — Мне надо спуститься домой за лекарством.

— Моя подруга — медик. Дома просто залежи всякой ерунды, я тебе дам. Но пока… — соседка обернулась и настойчиво повела его в сторону балкона, — скажи, что ты думаешь вот об этом. Мне бы как раз пригодилось свежее мнение.

Билл зажмурился. Он услышал шум открываемой двери, снова ощутил дуновение приятного теплого ветра на своей коже и очень пожалел, что его жизнь сейчас собиралась закончиться так внезапно.

— Знаешь, я всегда думала, что оценивать стоит с открытыми глазами. Неужели тебе настолько плохо? Хотя, мне говорили, конечно, что творчество мое бывает не ахти…

Билл удивленно сообразил, что его никто не режет. Он не чувствовал металла между своих ребер. По правде, все было точно так же, как и секунду назад. Он нерешительно приоткрыл один глаз. То, что представилось его взору, оказалось всего лишь странной горой тряпок, намотанных на нечто вроде палки от вешалки. Неряшливые обрубки веревок валялись тут и там, опоясывая сие произведение. Банки с краской разбросаны по всему балкону, зеленые, желтые, красные кляксы размазаны по полу и стене. Кернер на секунду забыл, что значило «дышать». На его глазах миниатюрная девушка подошла к странной конструкции и, подняв с пола веревку, сделала еще один оборот вокруг вешалки, крепко затянув узел. Одно ее движение тесаком и свободный конец безжизненно повис лохматой кисточкой, вяло колыхаясь на ветру.

— Чтобы веревки выглядели так, будто их рвали, нужно чем-то острым обрубать, — пояснила девушка, задумчиво глазея на неведомое нечто. — Как тебе? Нравится?

Билл стоял, все еще оглушенный пониманием того, что убийство отменяется. Он так и переводил взгляд с соседки на конструкцию и обратно, снова начиная различать детали окружающего мира. Теперь, когда в глазах перестало темнеть, дышать стало легче.

— Это… Очень красиво… Да… — неловко протянул парень и потер тыльную сторону шеи, которая была влажной от пота. — А что это?

Фиби закатила глаза. По ее потухшему взгляду Билл сразу сообразил, что это был не самый удачный вопрос.

— Не вижу, чего тут может быть непонятного. Это — концептуальное искусство, ведь я — свободный художник. Создаю необычные скульптуры из обычных вещей и затем продаю их с «E-bay», или же в музеи. Если находятся заинтересованные, — она дернула худеньким смуглым плечиком. — Но, впрочем, ты прав, это действительно получилось полным дерьмом.

Прямо на глазах нового соседа она подошла и столкнула увесистую палку прямо с балкона. Кернер и рта не успел раскрыть, чтобы хоть что-то сказать.

— Ты что делаешь? — он изумленно поднял брови.

Внизу раздался скрежет, и тут же, надрываясь писклявым гудком, завыла чья-то машина. Девушка со смехом перегнулась через перила, чтобы оценить масштаб катастрофы.

— Точно на старый мустанг Альфредо, — звонкий смех срикошетил от стен и завибрировал в оконном стекле, — давно мечтала отомстить этому извращенцу за то, что он достает нас с Рианной.

Двумя балконами ниже вынырнула седая, уже знакомая Биллу голова с проплешиной. Видимо, сам мистер Альфредо тоже услышал шум и решил разузнать, что происходит. Секунду спустя его перекошенное лицо уже было наполовину видно, он изо всех сил вывернулся, чтобы посмотреть наверх.

— Соммерс! Это твой последний чертов день в этом доме, тебе ясно? Последний! Ты мне заплатишь за это, ты, чертова маленькая лесбиянка! — проорал он так, что эхо его голоса отнеслось ветром на многие километры.

— И вам приятного дня, мистер Альфредо, — весело отозвалась девушка, продолжая смеяться. — Вам придется сначала доказать, что это была я, а не просто ваши фантазии и плохое отношение к моему стилю жизни.

Глаза домовладельца остановились на все еще бледном лице Билла Кернера.

— И ты уже там! Я всегда знал, что вы держитесь ближе к себе подобным! — проорал он, в бешенстве брызжа слюной. — Считайте, что вы себе подписали приговор, гнусные мерзавцы!

Его лысина в последний раз блеснула на солнце, прежде чем скрыться из виду. Билл все еще был в шоке. Он продолжал смотреть на помятую крышу машины. Рядом с мустангом на земле лежала поверженная скульптура неведомого концептуального искусства.

— Зачем ты это сделала? — раздраженно буркнул парень, когда смог решить, что говорить в такой ситуации.

— Потому что я его терпеть не могу. Никто не может, — девушка легкомысленно пожала плечами.

Билл не нашел в этом ничего веселого. Он уже жалел, что вообще принял решение попытаться узнать своих соседей ближе.

— А тебе не кажется, что после этого ваши отношения не станут лучше?

— Может, и не станут. Но ты пока что новенький тут, тебе еще предстоит многое узнать и понять. Но я тебе одно скажу, — она загадочно посмотрела на парня. — Это война. И я намереваюсь ее выиграть!

С этими словами она схватила нового соседа за рукав джемпера.

— Пойдем. Я тебе обещала чай.

— Я уже не уверен, что хочу, — не очень вежливо буркнул Билл. — К тому же, Грегори и Гарри — кажется, так их зовут — уже успели угостить меня завтраком.

Соседка обернулась, смерив его взглядом, каким обычно смотрят на терминально больных пациентов.

— Но ты же не хочешь мне сказать, что тебе хватило ума действительно пробовать их стряпню?

— Нет, конечно.

— Ну, значит, ты не так уж безнадежен, — она облегченно выдохнула. — Ладно, пойдем. Я тебе расскажу немного о жизни в этом городе.

Когда она налила чай и уселась напротив, Билл получил шанс разглядеть ее как следует. Выглядела Фиби и впрямь очень колоритно, начиная с радикального цвета ее челки и глаз и заканчивая многочисленным пирсингом ушей, брови, губ и носа. Казалось, на ее лице не осталось ни одного свободного от металла места. Парень смущенно потупился, когда понял, что и она с любопытством изучает его.

— Значит, ты к нам надолго переехал? — начала она свой допрос.

— Так и есть, — осторожно подтвердил новый жилец.

— Тогда вынуждена предупредить тебя, Билл, о трех вещах, — Фиби весело звякнула ложкой о чашку. — Первое, Альфредо — старый хрыч, который ненавидит все, что связано с нетрадиционной ориентацией. Даже если у тебя есть брелок с радужным флагом, ты уже будешь его врагом. Но не стоит расстраиваться по поводу того, что он больше не станет жать тебе руку при встрече. Второе, — продолжала девушка, — не обращай внимания, если он будет пытаться портить тебе жизнь, он не сможет сделать ничего серьезного, меня и Рианну он уже третий год пытается выжить с этого места и пока еще не преуспел в своих начинаниях. И третье, — она серьезно посмотрела на парня напротив, — выбирай тщательнее тех, с кем собираешься общаться. Особенно если хочешь начать нормальную жизнь здесь.

Билл изумленно приподнял брови.

— Да, но я не говорил тебе о цели своего приезда.

Девушка слегка улыбнулась и указала в его направлении чайной ложкой.

— Да тут просто все. У тебя ведь на лбу написано: «я ищу приключений на свою задницу». Иначе зачем еще ты выбрал бы именно этот сумасшедший дом?

Сумасшедший дом — одно название, — вяло подумал Кернер, подпирая рукой щеку, но от комментариев вслух воздержался.

Они с Фиби проболтали еще недолго. Соседка настойчиво предлагала лекарства от язвы, но Билл вежливо отказался. Его немного «отпустило».

Девушка не умолкала ни на секунду, и буквально в течение одного часа Кернер прослушал лекцию о концептах современного искусства, узнал, кто и где в доме с кем встречается, выяснил адреса всех ближайших тренажерных залов, кинотеатров и магазинов с одеждой и получил прочую информацию, которую, как он подумал, мог не знать даже «Google». В общем и целом, Фиби оказалась довольно милой в общении и под конец парень совсем оттаял, совершенно позабыв о ее странной выходке. Затем она внезапно спохватилась, вспомнив о своих делах.

— Черт, я тут с тобой совсем заболталась! Я ведь обещала Рианне встретиться и уже опаздываю!

— Да мне и самому пора идти, — ее гость вежливо улыбнулся и отодвинул стул. — Я только въехал, а в своей квартире от силы пару минут пробыл.

Широкая улыбка была ему ответом.

— Ну, я думаю, мы еще встретимся, — Фиби безо всяких комплексов стащила через голову домашнюю майку, заставив нового знакомого густо покраснеть. — Думаю, я не стану тебя провожать.

— Конечно-конечно, — Билл поспешил испариться и смотреть куда угодно, только не на ее голую спину. — Я дверь прикрою.

Он неловко помахал на прощание, хотя соседка и не могла видеть его, и поспешил к себе. Когда он, наконец, оказался дома, облегчению его не было предела. Он даже зачем-то закрыл дверь на щеколду и набросил цепочку, клятвенно пообещав себе больше не выходить из квартиры даже на балкон. Ему нужно было привести свои мысли в порядок.

Билл посмотрел по сторонам и нашел свою сумку, чтобы выудить из нее телефон. Ему еще нужно было сделать несколько важных звонков. Однако, как только аппарат оказался в его руке, как по заказу, из него раздалась громкая мелодия, а корпус мощно завибрировал, извещая своего хозяина о том, что кто-то очень усиленно желал слышать его прямо сейчас. Глянув на дисплей, парень страдальчески выругался.

— Вот блин… Почему именно сейчас? Я должен был морально подготовиться…

Надпись на дисплее гласила: «Рой Кернер». Фотография отца зловеще мигала с экрана. Билл нехотя нажал на «ответить».

— Алло, — как можно спокойнее поздоровался он.

— Почему ты не позвонил, как приехал? Мать уже начала беспокоиться, — раздался оттуда сухой голос вместо приветствия.

— Я был занят, пап. Я бы в любом случае вам набрал.

— Да. Где-нибудь через неделю.

Билл проигнорировал шпильку. Он со вздохом сел на кровать и откинулся на мягкое покрывало, а заодно попытался убедить себя говорить ровнее. В пределах комнаты они с отцом вспыхивали очень быстро, но оставалась надежда, что по телефону процесс горения пойдет чуть медленнее.

— Ты уже успел понять, что ты не выживешь сам в большом городе? Или тебе нужно еще несколько дней? — ехидно поинтересовался Кернер-старший, когда молчание в трубке затянулось примерно до тридцати секунд.

— Спасибо за поддержку, пап.

— Да не за что. Я все еще считаю, что ты там и двух недель не протянешь без того, чтобы захотеть все бросить и вернуться обратно.

— Мы уже об этом говорили, — Билл устало протер лицо рукой, — я уезжаю и прекращаю тебе докучать своим присутствием. А ты не лезешь в мою жизнь.

— Я не пытаюсь давить на тебя, сын. Я просто говорю тебе, что ты всегда сможешь вернуться. Лучше одумайся пока не поздно. Пока жизнь там не сломала тебя.

Билл почувствовал, что начинает закипать. Это переливание из пустого в порожнее длилось уже примерно год, с того момента, как он впервые заговорил о переменах.

— Пап, можно мне маму? — устало попросил он. — Я не хочу, чтобы мне сейчас промывали мозг, от него итак мало, что осталось.

На том конце ничего не сказали. Трубка просто щелкнула и через несколько секунд молчания в ней раздался уже другой голос, мелодичный и женский.

— Как ты там, мой хороший?

— Хорошо. Любуюсь видом из нового окна. Ничего не случилось, доехал нормально, меня не ограбили, не убили… Разве что только мозг съели, но это уже так, мелочи.

— Тебе самому есть, что поесть? — насмешливо спросила мать. — Ты уже оплатил квартиру?

Парень переложил трубку в другую руку.

— Мам. Я тут от силы пару часов. Давайте я хотя бы попытаюсь разгрузить сумки, а уж потом буду думать, чем заняться.

— Конечно, просто ты же знаешь, мы с отцом волнуемся за тебя.

— Волнуется он. Он волнуется только о том, не надумаю ли я вернуться, к его несчастью, — горько заметил Билл.

— Ты несправедлив, сынок. Просто отцу надо дать немного времени, чтобы он привык к тому, что ты уже вырос и тебе нужно больше личного пространства.

— Ну, вот теперь, когда я не рядом, у него будет время подумать об этом, — так же сухо, как и Кернер-старший, заметил Билл.

В трубке раздался тяжкий вздох. Мама всегда расстраивалась, когда разговоры шли в такой манере.

— Ладно, — наконец изрекла она. — Рада, что у тебя все в порядке. Если что…

— Мы с отцом всегда тебе рады, бла-бла-бла… — закончил за нее Билл, рассеянно изучая потолок. — Мам? Давай закроем эту тему.

— Хорошо. Но ты звони, если что, — уже тише добавила женщина.

— Угу. Пока. Передавай от меня Сэму привет. Я привезу ему косточек, когда решу вас навестить, — Билл не стал ждать прощания. Он просто нажал «отбой», не задумываясь о том, насколько невежливым мог показаться этот его жест. Внутри снова начала бурлить горечь. Родители никогда не верили в возможность жизни где-то за пределами Дакоты. И, что самое плохое, они не верили в то, что их сын достоин лучшего.

По правде сказать, одной из причин переезда был именно этот пункт, ведь Рой Кернер так и не нашел в себе сил смириться с тем, что вряд ли смог бы заставить сына прожить жизнь по своим правилам. Билл собирался приложить все усилия, чтобы доказать им, что он все может сам, хотя он и не был горд тем фактом, что пришлось расстаться с родителями, хлопнув дверью со словами «я скорее поменяю мир, чем то, что у меня внутри».

Он пролежал на кровати еще несколько минут, просто собираясь с мыслями и думая, с чего стоило бы начать, и постарался отогнать от себя неприятное ощущение, навеянное телефонным разговором. Парень только теперь понял, насколько на самом деле устал. Но он все еще питал надежды, что хотя бы сегодняшний вечер закончится спокойно.

Немного отдохнув, он встал и предпринял вторую попытку разобрать чемоданы. Катастрофа представляла собой бедствие вселенского масштаба, потому он не стал откладывать в долгий ящик и еще примерно с час таскал, выгружал, разносил вещи, которые решил оставить при себе в этой новой жизни. Его одежда заняла свободное место в стенном шкафу. Он расставил некоторые свои книги и подключил компьютер. Билл как раз вспомнил, что ему нужно прикупить еще кое-что для работы, как вдруг в дверь громко постучали.

От неожиданности парень дернулся и изо всех сил приложился головой о нижний край столешницы.

— С-с-с… — тихо и с ненавистью прошипел он, потирая затылок. — Да вы что, издеваетесь?! — Кернер притаился, чтобы стоявший в коридоре ни в коем случае не подумал, что дома кто-то есть.

Это не очень-то помогло.

— Билл? Ты там? — раздался из-за двери тихий и вкрадчивый голос.

Кернер офигел второй раз. Он не мог придумать никого, кто знал бы его имя и, тем более, мог бы звать его таким образом. Любопытство снова начало толкать его на великие свершения. Парень тихо подкрался ко входу, чтобы удовлетворить свое любопытство.

— Би-и-илл? — все тот же мурлыкающий тембр. — Пожалуйста, открой мне. Меня зовут Аманда, я твоя соседка.

Нет, нет, нет, нет! Никаких соседей. Пожалуйста, только не сегодня! — как был, на карачках, Кернер принялся пятиться обратно в комнату, неуклюже сдавая задним ходом. Будь эта девушка хоть мисс Вселенной, это ничего не изменило бы.

— Билл, Грег сказал, что ты вернулся, твоя дверь хлопнула только один раз, когда ты возвращался от Фиби, — донеслась до парня еще одна настойчивая реплика.

Челюсть встретилась с полом еще раз. Под дверью туда и сюда проскользила тень. Было похоже, что девушка ищет способ заглянуть в квартиру через щелку и не собирается уходить. Она снова постучала.

— О, черт, — тяжко вздохнул Кернер. И затем, уже громче: — Одну минуточку, я иду.

Волны ее настойчивого ожидания почти ощутимо касались его кожи, пока он медленно тянулся к цепочке.

— Прошу прощения, я разбирал вещи и не слы… — слова застряли на полпути, когда парень все же открыл и увидел, кто к нему ломился с таким усердием.

Девушка за дверью была безумно красива. Не очень высокого роста, с темными, гладкими волосами, она напоминала какую-нибудь известную фотомодель, которые в больших количествах сверкали прекрасными улыбками с обложек гламурных изданий. Именно такая улыбка и расцвела у нее на лице, как только новый сосед образовался на пороге. У парня моментально пересохло во рту. Что касается гостьи, она не растерялась в возникшей неловкой ситуации.

— О, как хорошо, ты как раз такой, каким я тебя представила, — она не стала дожидаться приглашения и, плавно покачивая бедрами, вплыла в квартиру, — иначе и быть не могло!

— Э-э-э… не могло быть, — как зомби повторил Билл, вдыхая свежий аромат ее парфюма и параллельно любуясь округлыми формами под полосатой маечкой.

— Как я и сказала, меня зовут Аманда, — ни на секунду не останавливаясь, продолжала вещать красотка. — В какой стороне кухня? — она только раз обернулась, чтобы удостовериться, что впустивший ее парень в сознании. Поняв, что надежды не оправдались, она дернула смуглым плечиком. — Ладно, полагаю, что расположение в наших квартирах схожее.

Шурша пакетом, который был зажат в ее руке, прекрасное видение исчезло за углом. А Билл так и остался стоять в состоянии созерцающего мудреца. Вопрос «что это было?» пульсировал в его мозгу обжигающей нитью. Однако ответом на него была не менее обжигающая пустота. Билл снова сглотнул. Моргнул. И на нетвердых ногах, придерживаясь за стеночку, как пьяный, проследовал за той, от присутствия которой его пульс начал отбивать ритм одной из песен группы «Rammstein».

— Надеюсь, ты любишь персики и абрикосы? Они повышают потенцию, — как ни в чем не бывало заметила соседка, выгружая из пакета сок, суши и фрукты.

— Люблю, — как замороженный отозвался Билл склеенными от сухости губами.

— Ну вот и отлично, один вкус у нас уже точно сошелся. Дело за малым, — красотка подняла глаза и просканировала парня с ног до головы.

Ее кофейные глаза прошили насквозь всю его нервную систему. Билл почувствовал себя, как бабочка, пришпиленная к подушечке в какой-нибудь частной коллекции.

— Ты интересный, — заметила Аманда через несколько минут простого созерцания. — Высокий. Густые волосы. Мне нравятся твои глаза, — она, наконец, остановила свой взгляд на лице парня. — Они напоминают о темном шоколаде.

— Эм… Спасибо? Мне многие это говорили, — неловко пробормотал он, сцепляя пальцы в замок.

— Мне это нравится. Люблю, когда мужчины такие, как ты — утонченные и притягательные.

В кухне снова воцарилось неловкое молчание. Билл просто не знал, что и думать. А девушка, казалось, наслаждалась произведенным эффектом.

— Ну так, — она села на табуретку и поставила стройную ногу в светлых вываренных джинсах на стул рядом с собой, — может, ты присядешь, Билл? Мы бы с тобой познакомились.

Было не очень понятно, кто к кому пришел в гости. Но Кернер все же сел и напряженно ссутулился.

— У тебя есть девушка?

— Н-нет, я только переехал. Но… в Дакоте остались… — Билл немного подумал и свернул с опасной тропинки. — Только родители и щенок, Сэм…

— М-м-м. Ты любишь собак, — хорошенький носик сморщился, — тут мы с тобой не совпадаем.

Кернер все меньше понимал суть этого разговора. У него было ощущение, что он на полном ходу летит на рифы и не может предотвратить катастрофу.

— Что еще ты любишь, Билл? — взгляд красотки скользнул на вырез его футболки и остановился там. Кернер нервно почесался. Затем облизнулся и снова почесался. Подтянул повыше ворот.

— Смотря, зачем спрашиваешь, — уничтожено отозвался он. Он чувствовал себя полным имбецилом.

— Просто. Ведь друзья всегда интересуются тем, что происходит в жизни их друзей, — заметила она и пожала плечиком.

— Действительно, — Билл нервно встал, прошелся по кухне и остановился около тумбочки в нерешительности.

— Боишься сесть рядом со мной? — брюнетка продолжала хищно улыбаться.

Ее сосед резко помотал головой.

— Нет. Я прошу прощения, я просто не понимаю, чем обязан. Откуда ты знаешь мое имя?

— Да многие уже знают, — Аманда совершенно спокойно открыла бутылочку с минералкой и приложилась к ее горлышку. — У нас тут любая новость распространяется с молниеносной скоростью.

Билл заморожено кивнул.

— А.

— Вот смотри. Я знаю, что ты уже успел сцепиться с Альфредо, познакомился с братьями и Фиби. Ну, а теперь твоя очередь рассказать мне остальное, — она приподняла бровь, приглашая парня продолжить эту речь.

— Знаешь, я… не привык к такому вниманию. Сегодня все только и делают, что о чем-то меня спрашивают, — он облизал сухие губы.

— Ничего. Надо же с чего-то начинать знакомство? — уголки ее пухлых губ снисходительно загнулись.

— Наверное. Ладно… Я… Ну, из довольно консервативной семьи, хочу найти здесь работу. В больших городах больше возможностей. Захотелось изменить свою жизнь.

— Понятно. Это достойные стремления. Я думаю, ты появился как раз вовремя.

— Вовремя для чего? — Билл непонимающе поднял голову.

Однако, ответом ему было лишь загадочное молчание. Новая знакомая продолжала хитро наблюдать за ним из-под пушистых полуопущенных ресниц.

— Да нет, так. Ты не обманул моих ожиданий. Я привыкла прямо выражать свои мысли. Ну, так вот, имей в виду, ты мне понравился. Мне хотелось бы узнать тебя ближе, вот и все.

Кернера бросило в жар от ее улыбки.

— Вот оно что. Ну, я не знаю, как насчет этого. У меня бывали девуш… ки, — Билл понял, что все же лучше решиться на опасный шаг. — Родители даже пытались настоять на официальном оформлении отношений, но…

— Что-то остановило?

— Наверное… — он неуверенно закусил губу. — То, что я не был уверен в наших чувствах. Я не хотел, чтобы все происходило так быстро.

Аманда внимательно смотрела на него, записывая в уме каждое вылетевшее слово.

— Не знаю, почему рассказываю тебе это. Мне не особо везло в этом отношении. Потому я могу показаться тебе немного странным и скованным.

— Я думаю, что эта проблема решаема, — Аманда медленно поднялась со своего стула.

Билл замер, как будто перед просмотром ответственного момента в кино, который он боялся пропустить. Ее глаза стали ближе и уже через секунду парень ощутил дыхание на своей щеке.

— Я живу в конце этого этажа, ближе к лифту, квартира четыреста семьдесят семь. Если тебе что-то будет нужно, если захочешь куда-нибудь сходить… Я буду рядом, — брюнетка поцеловала его в щеку легким касанием. Однако, кожа у Кернера от этого действа моментально покрылась корочкой льда.

— Я учту, — севшим голосом отозвался он.

— Очень хорошо. В таком случае, я надеюсь на то, что ты зайдешь в ближайшее время, как только разберешься со своими жилищными вопросами.

— Да, конечно, — все мысли и мышцы в теле были напряжены, как пружина.

— Ну, тогда, я пойду, Билл. Приятного тебе вечера, — Аманда провела ладонями по его предплечьям. — Пусть сегодняшнее наше свидание пойдет по облегченной программе.

Она обдала соседа волной парфюма и вышла из кухни. Вскоре за ней захлопнулась и входная дверь, и только тогда Билл смог, наконец, расслабиться. Он понял, что стоял до этого сжатый, как комок нервов. Это всегда происходило, когда он общался с новыми людьми. Определённые психологические проблемы мешали ему преодолевать препятствие. Отчасти и поэтому тоже у него никогда не получалось заходить со своей девушкой дальше поцелуев. Отец говорил, что ему нужно проводить больше времени с людьми, чем с компьютером, но Билл не считал, что проблема была именно в этом. Просто отношения были для него системой слишком сложной. И понять ее всего за один день было очень трудно.

Кернер выдохнул. Как бы то ни было, он обрадовался, что незваная гостья ушла. После всего того, что произошло сегодня, после переезда, после стольких новых знакомств, он понял, что в действительности хочет только одного — спать.

И с этой мыслью он отправился в свою комнату. Силы покидали его с каждым шагом.

На сегодня было уже достаточно впечатлений, а потому он даже не стал предпринимать попыток расставлять по местам остальные вещи. Этот дурацкий день должен был закончиться.

Кернер еле добрел до кровати, упал на нее и погрузился в глубокий сон.

Комментарий к 1. Если едешь в Сан-Франциско …

*Жемчужина западного побережья — прозвище города С-Ф.

========== 2. Мы подожжем этот мир ==========

Колеса машины скрипнули возле подъезда. Дверь кабриолета открылась и оттуда вышел высокий молодой человек в клетчатой рубашке, одетой поверх белой майки. Лучик солнца коснулся его загорелого лица и затанцевал на дужке солнечных очков. Парень огляделся и, поставив машину на сигнализацию, быстро пересек дворик. Он уже заметил человека, к которому приехал, проделав этот нелегкий путь через несколько штатов.

— Доброе утро, пап, — парень тихо подошел к мужчине, который с расстройством разглядывал свой мустанг.

Тот даже не посмотрел на подошедшего молодого человека.

— Не вижу ничего доброго! — рыкнул он, продолжая изучать масштаб катастрофы и сжимая зубы все крепче.

— Что у тебя случилось? — парень теперь тоже увидел огромные царапины на крыше и капоте.

— Я тебе скажу, что! Эта маленькая лесбиянка с двенадцатого этажа сбросила на мою машину свой очередной шедевр! — он, наконец, обернулся к своему сыну. Карие глаза метали гром и молнии. — Вместе с этим новеньким. Только въехал, а проблемы себе уже нашел!

Его сын хмыкнул.

— Готов поспорить на что угодно, ты в этом виноват не меньше. Зная то, как ты относишься к таким, как Фиби… — он пожал плечами, не продолжая эту фразу.

— Такие, как эта Фиби, вообще не заслуживают того, чтобы ходить по земле! Ты подумай, путается с девками, гуляет, пьет, занимается неизвестно чем…

— Вижу, с годами ты не меняешь своего мнения, — сын мистера Альфредо горько усмехнулся и плотно скрестил на груди руки.

Домовладелец со звоном бросил на землю баллончик с краской, которым до этого пытался скрыть царапины.

— Я изменю его, когда ты станешь встречаться с девушками. И когда такие, как ты, - он ткнул сыну пальцем в грудь, — перестанут вылезать на поверхность и всем показывать свои дурные наклонности.

Парень снял солнечные очки, чтобы посмотреть в упор на своего отца.

— Ты знаешь, что этого не будет. Может, хватит уже ненавидеть весь внешний мир только потому, что он не такой, как хочется тебе?

Глаза мистера Альфредо сузились.

— Зачем ты приехал, Томас? Мне кажется, я сказал тебе, что не хочу тебя видеть. И что ты сделал со своими волосами? — он с неприязнью остановил взгляд на рядах тугих косичек, которые зигзагами извивались по всей голове парня.

— Это называется «брейды», пап, — тот ухмыльнулся, ничуть не смущаясь этого испепеляющего взора. — Но я приехал не за этим. У меня проблемы кое-какие возникли. Мне негде жить, а машина — последнее, что у меня осталось. Я думаю, вы с матерью не откажете мне, пока я не разделаюсь со своими долгами, — молодой человек сделал попытку обезоруживающе улыбнуться.

— Что? — челюсть мистера Альфредо дрогнула от негодования. — После всего того, что произошло, ты еще имеешь наглость приходить ко мне и просить о помощи?

— Ай, брось, отец. Ты же не откажешь своему единственному сыну? — Томас демонстративно перекинул через плечо набитую вещами спортивную сумку, показав тем самым мистеру Альфредо всю серьезность своих намерений о временном переезде. Он поиграл бровями и двинулся в сторону подъезда, оставив отца с открытым ртом.

— Томас! Томас, нет! Ты не останешься тут! — мистер Альфредо устремился за ним.

Однако, парень уже скрылся в подъезде, нарочито громко насвистывая себе под нос какую-то мелодию. Мистер Альфредо спешил за ним, желая выяснить отношения как можно быстрее. Томас нажал кнопку лифта. Он хотел скорее скрыться внутри, чтобы отец его не догнал. Но когда двери раскрылись, юноша сделал шаг внутрь и тут же нос к носу столкнулся с кем-то. Высокая фигура преградила путь, но когда он попытался сделать шаг влево, парень двинулся туда же. Томас сделал шаг вправо, но и незнакомец, как нарочно, снова оказался на его пути. Альфредо-младший поднял глаза и натолкнулся взглядом на чьи-то глубокие карие глаза. Высокий брюнет удивленно изучал его, и на секунду они оба остановились, даже не пытаясь прорваться в нужных им направлениях.

Какие красивые глаза… — пробежала в голове Томаса чужеродная, такая странная мысль. Он дернулся от нее, как и парень перед ним, который не ожидал резкого движения. Томас уставился на молодого человека еще более цепким взглядом. Ощущение, которое пронзило нервные окончания и поселилось под кожей, заставило его замереть на месте. Он мог поклясться, что это была не его собственная мысль. Как будто…

Альфредо продолжал выискивать ответ на свой вопрос в секундном промедлении и в лице парня, который был весьма смущен подобным пристальным вниманием.

— Прошу прощения, — пробормотал, наконец, сбитый с толку Томас.

— Да нет, это все моя рассеянность, — брюнет слегка улыбнулся ему. Приятный парфюм и запах средства для бритья защекотали нос. Том машинально вытянул вперед руку, коснувшись талии молодого человека.

— Мне нужно… в лифт, — Альфредо-младший сделал шаг в сторону.

— Думаю, мы с вами сойдемся в интересах, мне нужно из него выйти, — уголок губ незнакомца слегка изогнулся.

Они, наконец, разошлись. Томас продолжал удивленно хлопать ресницами и изучать спину удаляющегося от него юноши. Тот тоже обернулся, чтобы еще раз разглядеть того, кто так настойчиво вторгся в его личное пространство. Но эта невнимательность стоила ему дорого: он тут же снова налетел на кого-то.

— С дороги, Кернер, — мистер Альфредо (а это оказался именно он) грубо оттолкнул парня со своего пути. — Томас, вернись сейчас же! Немедленно!

Двери лифта закрылись прямо перед его носом. Последнее, что предстало перед лицом разгневанного домовладельца, было улыбающееся лицо его сына, который помахал ему ручкой. Альфредо ударил ладонью в железные двери, но это было ровно так же бесполезно, как охотиться с вилкой на носорога: Том был уже на пути к десятому этажу.

— Ах ты, черт, — выругался домовладелец. — Вот ведь верно говорят, беда не приходит одна.

— Эм… Я могу вам чем-то помочь? — вежливо поинтересовался Билл, который сообразил, что снова попал в самый эпицентр каких-то не очень приятных событий.

Мистер Альфредо повернулся к нему и наградил таким взглядом, что парень моментально пожелал оказаться где угодно, только не рядом с этим типом.

— Помочь мне? Я тебе скажу, как ты можешь помочь мне! Лучше бы ты не приезжал, лучше бы все вы жили на другом конце планеты. И ты, и твои новые дружки! Это все из-за вас! — уже почти можно было разглядеть пар, валящий из его ушей.

— Но… Я не… — попытался оправдаться Билл.

— Пошел вон! Все вы пошли! — завизжал вне себя мистер Альфредо. — И не приближайся больше к моей машине, иначе я подам на вас в суд!

Прежде чем Кернер успел хоть что-нибудь сообразить, разозленный домовладелец поспешил воспользоваться лестницей, ведущей наверх, громко хлопнув дверью.

Парень остался стоять один, в полном недоумении. В воображении его роились всякие разные вещи, которые преследовали его с самого вчерашнего дня: своеобразные соседи, нелепые происшествия, темно-фиолетовые волосы Фиби, настойчивые руки Аманды на его плечах. А теперь еще и белозубая улыбка, карие глаза поверх солнечных очков, напоминающие о странном столкновении в лифте. Этот парень был какой-то чудной. И почему, спрашивается, Альфредо преследовал его, как ужаленный?

— Бред какой-то, — Билл потряс головой. — Ну почему все странности происходят именно со мной?

Он воткнул в уши наушники. Сегодняшний новый день он хотел начать с пробежки, как и собирался. В его планы не входило, чтобы кто-то или что-то отвлекал от этого, а потому Кернер постарался вытряхнуть из головы все ненужные мысли и отправился на улицу — искать любую местность, пригодную для спорта.

***

Лифт остановился на десятом этаже. Занятый своими крайне любопытными размышлениями, Томас вышел из дверей и добрался до знакомой квартиры. У него все еще остались ключи и не было надобности сражаться с Альфредо-старшим за право войти. Продолжая мурлыкать себе под нос, парень остановился около двери. На ней, большими красными буквами, из баллончика, была сделана весьма красноречивая надпись: «Альфредо — старый гомофобный козел».

Томас покачал головой. Ему показалось, что за то время, что он отсутствовал, ситуация в доме не так уж и изменилась. Молодой человек открыл дверь и завалился внутрь, бросая свою сумку. Разъярённый отец появится в скорости, он это знал. И действительно, Альварес, красный, как адский бык, вырос на пороге пару минут спустя.

— Ты… пожалеешь о том, что родился на свет божий, — рычал он, хватаясь за левую сторону груди.

Томас смерил его спокойным взглядом. Он был занят изучением листовок, которые обнаружил на пороге, подсунутыми под дверь. Среди них было несколько счетов, приглашение на выставку и… угрозы. Угрозы, петиции, жалобы, составляли процентов восемьдесят всей почты, что приходила Альфредо на дом. Как и всегда.

— Как я смотрю, дела у тебя идут неважно, — Томас равнодушно посмотрел на отца.

— Не твое дело! — рявкнул мистер Альфредо и попытался отнять у сына все, что тот держал в руках. — Ты уезжаешь отсюда! Сейчас же! Мне не нужны ни ты, ни твои тараканы в голове, размером с доисторического мамонта!

— Ты уверен? Как насчет такой сделки: я помогаю тебе с делами в доме. А ты… — Том задумчиво повел глазами, — даешь мне крышу над головой. Идет?

— Не идет! Тебе в этом доме не рады. С тех пор, как ты заявил мне, что тебе больше нравятся мужские задницы!

— С задницами я разберусь сам, пап, — Том отмахнулся от него. — А вот это, — он развернул перед носом отца повестку с вызовом из социальных служб, — уже куда более серьезно. Ты имеешь проблемы с местными властями?

— Я не виноват, что там сидят такие же, как ты! — последовала новая гневная тирада. — У меня нет никаких проблем!

— Оно и видно. Такими темпами к тебе скоро явится вся полиция штата.

Мистер Альфредо все еще тяжело дышал. Подъемы по лестнице в его возрасте уже были не таким уж простым делом. Желваки ходили под его кожей от бешенства, но Том с ледяным спокойствием выдерживал этот взгляд и ни на секунду не подавал вида, что его что-то задевает.

— Я всего лишь предлагаю тебе помощь, — он пожал плечами. — Может, я смогу решить кое-какие проблемы.

Мистер Альфредо все еще не говорил ни слова, он напряженно смотрел за спину Томаса. Парень не видел, но в дверях кухни вот уже несколько минут стояла непричесанная, неряшливая женщина в заляпанном халате. Она с сомнением смотрела на своего мужа. Тот в последний раз презрительно глянул на пачку счетов.

— Делайте, что хотите, черт бы вас побрал, — наконец, прорычал он после нервных раздумий. Резко оттолкнул сына с дороги и отправился в свою комнату. — Мне нужно прилечь.

Парень потер ушибленное плечо и обернулся. Улыбка на короткое мгновение озарила его острое, сосредоточенное лицо.

— Здравствуй, мам. Рад тебя видеть.

Женщина сдержанно кивнула ему в ответ. На данный момент это значило лишь одно: путь к родительскому жилью был абсолютно свободен. А все остальное можно было уладить и потом.

С этой мыслью Томас отправился в свою старую комнату. Ему нужно было немедленно проверить одну свою теорию, которая все же засела в голове в тот момент, когда он столкнулся в лифте с тем брюнетом. Что-то подсказывало, в этот раз пребывание в доме у отца будет не таким, как обычно.

***

Билл все еще бежал. Он решил провести сегодняшний день с пользой для себя. И если вчерашний оказался безнадежно испорчен навязчивыми знакомыми, то сегодня он не собирался допускать ничего такого. Кернер делал размеренные вдохи и выдохи, наслаждаясь красотами западного города. Он бежал вдоль линии деревьев и уже описал несколько кругов, как вдруг его руки коснулась чья-то ладонь. Он удивленно вытащил наушники и обернулся. Прямо за ним, ничуть не уступая его темпу, спешила Аманда — в красном спортивном костюме, который выгодно подчеркивал ее совершенные формы.

— Ну как, красавчик? Выспался? — игриво осведомилась она, выбегая чуть вперед и нарочно разворачиваясь к Биллу лицом.

— Аманда! — он поперхнулся от неожиданности. — Ты что тут делаешь?

— Ну, а на что это похоже? — девушка весело рассмеялась, демонстрируя свою прекрасную улыбку. — Спортом занимаюсь, как и ты.

Фак, черт, фак, фак-фак-фак… — тихо ругался про себя Билл, изо всех сил делая очень дружелюбное лицо.

— И что… Э-э-э… Всегда в этом парке? — осторожно осведомился он.

— Когда как. Иногда тут. Иногда через пару кварталов. А иногда просто рано с утра по улице бегаю, когда мало людей и машин.

— Ну, надо же. Как любопытно, что мы встретились, — ровным тоном отозвался Билл.

— Ничего удивительного. Ты ведь живешь недалеко от меня. Я слышала, как хлопает твоя дверь, — красотка пожала плечами, будто сообщала какую-то незначительную информацию.

— Ясно. И что, ты всегда вот так демонстрируешь свою симпатию? Я имею в виду, настолько настойчиво?

— Нет. Только по отношению к тем, кто мне действительно понравится, — отозвалась она и поправила солнечные очки.

Билл почувствовал, что начинает краснеть. Как и всегда, это происходило в присутствии девушек вроде нее.

— Я… Это. Очень польщен, — с трудом выдавил из себя парень.

— Тебе повезло, я сегодня не работаю. Как раз могу немного показать тебе город, хочешь? А во второй половине дня я встречаюсь со своими друзьями, мы могли бы пойти вместе. Ну, если ты, конечно, не занят.

Билл совершенно не знал, хотел он или нет. Но на всякий случай он все-таки кивнул.

— Да, конечно. Я буду только рад, — пробормотал он.

— Замечательно. Пока ты тут один, я могу быть твоим проводником, — девушка продолжала мило улыбаться.

Билл тоже улыбнулся ей в ответ, стараясь не сбиваться и не смотреть на ее грудь, виднеющуюся под молнией нарочито расстегнутой куртки. Красотка, очевидно, приняла его молчание за согласие и потому больше не стала задавать вопросов.

Они побегали еще некоторое время, а затем Аманда решительно потянула его в какое-то кафе, главным достоинством которого, по ее словам, было: «Ты себе не представляешь, какие там отличные витаминные коктейли». Там Билл получил полноценную порцию объятий, двусмысленных взглядов и намеков на то, что девушек нужно угощать. Они довольно непринужденно болтали за столиком у окна, и все шло хорошо до тех пор, пока новой знакомой не пришла в голову одна идея.

Билл как раз увлекся добычей ананасов из своей тарелки с фруктами, как вдруг ползущая по коленке рука заставила его вздрогнуть. Их с Амандой столик подскочил на несколько сантиметров в воздух. Приборы, лежащие на нем, от этого движения жалобно звякнули.

— Аманда… — Билл заглянул вниз и убедился в том, что это было не случайно. — Что…Что ты делаешь?

— Я? Трогаю тебя за колено. Это же не запрещено? — черные ресницы невинно запорхали, совсем как крылышки бабочки.

— Ну, как сказать, — Кернер отодвинулся на несколько сантиметров.

Ее рука не сбавила оборотов и поползла еще выше. Столик снова подскочил, взяв олимпийскую высоту. Билл в мгновение ока оказался на ногах, стряхивая с себя крошки от чизкейка.

— Аманда, знаешь… Было очень приятно с тобой поболтать. Но я вспомнил сейчас, кажется… Кажется, я дома не закрыл воду, — парень страдальчески улыбнулся. — Увидимся вечером, ладно?

Он быстро направился к выходу.

— Стой, Билл. Это была всего лишь шутка! — девушка попыталась сделать шаг ему навстречу.

— Да. Нет… В смысле, я тебе, если что, позвоню. В дверь! — брюнет поспешил исчезнуть из кафе под взглядом странно косящейся на него девушки, а также официантки и еще пары посетителей.

Еще никогда Кернер не ругал себя так сильно. Все это снова начиналось. Скованность в общении, которая не давала ему жить, проявила себя снова. Решив для себя, что постарается, во что бы то ни стало, перестать дергаться и отстраняться, он прекратил копаться в себе. До этого момента.

В прошлой жизни это привело лишь к полному непониманию родителей, отсутствию друзей и довольно натянутым отношениям с противоположным полом. Эта проблема не должна была всплыть снова. Кажется, кто-то забыл предупредить о том, что каждый раз решая начать новую жизнь, забываешь о главном: ты все равно берешь в новый день самого себя. Того себя, у которого в самый неподходящий момент обостряются все те же самые старые проблемы.

Билл осознавал, что не самой разумной мыслью было сбежать, оставив самую красивую девушку, которую только можно было встретить, одну в кафе. Но все это было как-то слишком быстро и абсолютно не так, как он планировал. Все казалось таким диким…

Парень быстро поднялся на свой этаж, открыл дверь и подошел к зеркалу. Затем оперся о тумбочку, пытаясь успокоить частое дыхание. Творческий беспорядок вокруг бросился ему в глаза. Но еще больший беспорядок сейчас представлял он сам.

— Успокойся… Успокойся, ведь врач говорила, что нет ничего хорошего в том, чтобы постоянно изводить самого себя ограничениями. Все образуется. Это ведь только второй день. Ведь так? — обратился он сам к себе и вытер ледяную испарину с висков.

Конечно, это так! — раздался совершенно неожиданно неизвестный голос в правом ухе. — Кстати, ты в курсе, что нет ничего хорошего в том, чтобы разговаривать с отражением?

Билл дернулся, будто ему по телу пустили разряд электрического тока. Получилось это так резко, что недавно расставленные флаконы и пузыречки полетели на пол.

— Что? Что это такое было? — парень выпрямился во весь рост и принялся лихорадочно оглядывать свою квартиру. — Здесь кто-то есть? Выходите! Это… Это частная собственность…

Есть…

— Где?

Да прямо здесь, — в голосе звенела насмешка.

— Где, черт тебя дери? — Билл изо всех сил прислонился лопатками к стенке, вжимаясь в нее и стараясь слиться с бетоном. Ему активно не хватало кислорода.

Внутри головы раздался тяжкий вздох.

Посмотри направо.

Билл в шоке метнул взгляд в указанную сторону.

Черт, другое право. Для тебя это лево.

Кернер еще раз повернулся, как заводная кукла. Однако, кроме собственного перекошенного отражения в зеркале, он не увидел ничего более.

Что за дурдом… — мысли бились в голове, как испуганная мышь в мышеловке. — Этого не может быть…

Может, может… — ехидно отозвался голос.

Нет…

О, да. Я звучу прямо…

Не смей этого говорить! — практически взвыл Билл, впрочем, понимая, что этот диалог уже был за гранью добра и зла. Ведь последние фразы он не произносил вслух.

В твоей голове! — садистски завершил голос фразу, вопреки всем просьбам.

Нет, нет, и еще раз нет! Я же окончил чертов курс лечения год назад!

Да? Тогда почему ты продолжаешь мне отвечать?

Я не знаю… Не знаю… Уйди, прочь! Мне нужно на воздух!

В порыве данного диалога Билл начал сползать по стенке. Он сел, как маленькая девочка, прижав лоб к коленкам и зажимая уши ладонями. Как только противный смех в голове смолк, Кернер резко встал и метнулся в сторону балкона. Ему нужен был всего один глоток свежего воздуха. Всего один.

— Мать твою… Твою мать, — тихо шептал он, пытаясь собраться с силами. — Нет, нет, нет, просто показалось, показалось и все. Не могло дойти до такого.

Билл лихорадочно повис на перилах. Его трясло.

Попей водички, тебе станет легче, — все тот же ехидный тон.

Кернер резко выпрямился и прекратил умирать в корчах. Ему показалось, что его огрели мешком по голове.

— Слушай, — он облизал сухие губы и тихо попытался договориться сам с собой. — Я ведь знаю, что этого не может быть. Ведь не может?

Не может что?

— Черт. Голосов в голове не существует, вот что! У здоровых людей их нет. Ведь нет же? — шептал Билл, уговаривая сам не зная кого.

Ну, допустим.

— Тогда давай сделаем так — ты замолкаешь, а я… забуду об этом. Я просто об этом забуду.

— Билл, это ты? — внезапно позвал его кто-то, но уже с внешней стороны.

О, смотри-ка. Кажется, Грегори тебя услышал.

— Только этого не хватало… — Билл смахнул лихорадочные капли пота со своего виска.

— Не хватало кого? — сам Грег появился в поле зрения, вынырнув из-за перегородки. Он был без рубашки и в весьма встрепанном состоянии. — С кем ты говоришь?

— Я… По телефону… — Билл страдальчески показал на свой bluetooth-наушник, который так и не снял после пробежки в парке. Его сердце долбилось в заднице.

— Понятно. А я уж думал, сам с собой, — добродушно хохотнул Грег.

Кернер эту шутку явно не оценил. Он был все еще бледен и нервно метался глазами по всему пространству, то рассматривая пейзаж за горизонтом, то снова обращая рассеянный взгляд на более близкие объекты. Затем снова повернулся к соседу.

— Грег? Можно тебе задать один вопрос?

— Конечно, валяй.

— Ты ничего сейчас не слышал?

А что он может слышать. Я же внутри твоей головы, — логично заметил голос.

— Заткнись! — резко вышел из себя Билл.

Грег и слова сказать не успел. Он сделал пару шагов назад от соседа, как от буйного пациента дома скорби. Впрочем, сейчас разница была действительно невелика.

— Грег, я… Прости, это я не тебе. Это я…

Да-да. Давай, скажи ему. Это ты говоришь голосу внутри своей головы!

Билл сделал над собой очень большое усилие. Он страдальчески улыбнулся ничего не понимающему соседу.

— Ты не обращай внимания. Я сегодня плохо спал. Да еще Аманда внесла свою лепту…

— Аманда? — брови парня поднялись почти до линии роста волос. — А она здесь при чем?

— Ничего. Она меня достает уже второй день. Я не знаю, чего она хочет… Но это явно связано с тем, что она постоянно зовет меня на свидания и…

— Воу, воу, воу, погоди, — Грег поднял ладони, как бы защищаясь от этой тирады. — Ты про ту Аманду? Красотку, за которой бегает все население нашего района, включая геев, стариков и инвалидов?

Билл поводил глазами. Такого рода информация была ему до этого момента недоступна.

А, не слушай Грега, — хохотнул невидимый собеседник, — и он, и Гарри все еще в нее влюблены, как школьники. Вот ему и кажется, что конкуренция везде.

Билл страдальчески схватился за голову и тихо заскулил.

— Слушай, Кернер, — Грег осторожно посмотрел на него. — Зайди к нам. Тебе явно нужно с кем-то поговорить.

— Правда? — Билл с надеждой посмотрел на него.

— Конечно, правда, — тот пожал плечами. — Выпьешь с нами сока, заодно и расскажешь, что с тобой стряслось. Вчера ты не был таким дерганным. Кстати, дверь, как и всегда, не заперта.

Билл практически взмолился на эту возможность. Еще через минуту он уже вылетел на балкон братьев, сделав крюк через две квартиры. Он тут же замер как вкопанный. И Грегори, и Гарри валялись в шезлонгах в чем мать родила и потягивали пиво через трубочку. В бутылке у каждого торчало по разноцветному зонтику.

Мать твою, — выругался голос. — Слушай, прекрати на них пялиться! Я хочу это развидеть!

— Твою мать, — вслух повторил за ним Билл, резко отворачиваясь. — Вы чего это, парни?

Он сообразил, что не видел нижней части своего соседа, пока разговаривал с ним две минуты назад. Бортик балкона закрывал Грега ровно до пояса.

— Ах, это, — тот указал глазами вниз, — мы загораем. Девчонки любят загорелых парней, вот мы с Гарри и экономим на солярии.

— Замечательно, но… Вас мое присутствие смущать не будет? — Билл посмотрел на потолок, в надежде найти там свое спасение.

— Нет, ничуть. — Гарри, который только что проснулся, протер глаза и толкнул Биллу пластиковую табуретку. — Присаживайся.

Вот фак… — тихо проныл про себя Кернер. Даже если голос в голове и был реальным, теперь его присутствие было легко объяснимо. Кто угодно спятил бы от такого количества ненормальных людей вокруг.

Здесь я с тобой согласен, — проворчал голос.

Я тебя не спрашиваю! — мысленно заорал на него Билл.

Зато я тебе отвечаю.

— Ты чего там встал? — нарушил этот внутренний монолог Гарри.

— Ничего, — Билл, как замороженный, сложил руки на груди и плюхнулся на предложенную табуретку.

— Так что там с Амандой? — Грег заинтересованно сверлил соседа взглядом, пока тот бледнел и откупоривал одну из оставшихся бутылочек пива.

Билл совсем не хотел говорить о ней. Это было сейчас более чем не в тему и совершенно не тем предметом, который его волновал. Мысли о странном происшествии в кафе испарились из его головы, как не было. Но это все равно оказалось лучше, чем молчать и сходить с ума в одиночку. А потому он быстро рассказал братьям все, что произошло вчера после их знакомства. Оба ржали как чокнутые на моменте, когда Фиби сбросила на тачку Альфредо свою композицию. Но на моментах, где присутствовала Аманда, оба напряглись как гончие, готовые к травле зверя. Они изучали Билла исподлобья, а он, в свою очередь, старался не смотреть куда не надо и все еще продолжал рассказывать свою историю в потолок.

— Ну, сегодня с утра я бросил ее в кафе, хотя мы и договорились куда-то пойти вечером. И я не знаю теперь, что мне делать! — брюнет опустил лицо в ладони. Его проблема была совсем не в этом. Его проблема была в том, что голос в его голове уже пять минут напевал какую-то противную и очень знакомую песенку, название которой было сложно вспомнить.

Грег и Гарри переглянулись. Биллу показалось, что они только что договорились о чем-то, даже не раскрывая рта. На почве собственной душевной проблемы этот жест ему абсолютно не понравился. Кто мог знать, чем он заразился от двух этих странных типов.

— Ну, ты по адресу, чувак! — уверил Кернера Гарри. — Я точно знаю, что делать.

— Что делать? — воспарил духом Билл.

— Мы, — Грегори весело поиграл бровками, — пойдем с тобой.

Сердце моментально остановилось.

— Что? Куда пойдете?

— Ну, как это куда. Встречаться с Амандой.

— Нет. Нет, нет, нет, — Билл порывисто поднялся на ноги. — Вы идите. Я никуда не пойду. У меня… Э-э-э… Дела.

Сечешь фишку на ходу! — непринужденно заметил голос.

Я кому сказал… Пошел вон! — Билл разрывался от эмоций, захлестывающих его.

— Билл, ты в порядке? Ты бледный, — Гарри заботливо шагнул к нему и протянул руку, чтобы успокоить соседа, но тот дернулся в сторону, как ошпаренный.

— Да, я… я в порядке. В общем… Я думаю, мне сегодня лучше полежать дома.

Не хочешь оттянуться с девушкой?

Да отъебись ты! — Билл уже устал повторять про себя это заклинание. Он развернулся и что было прыти газанул обратно к себе, закрыв перед носом братьев дверь прежде, чем они успели сказать ему и слово.

— Странный какой-то… — Грегори задумчиво почесал растрепанную шевелюру.

— Я думаю, выход тут один! — Гарри за его спиной тоже был весьма озадачен.

Оба парня снова переглянулись.

— Фиби. Она всегда что-нибудь придумает. Недаром креативная натура.

Через несколько минут они уже барабанили в дверь ее квартиры этажом выше.

— Эй, красотка! Ты не спишь? — прокричал Гарри и прислушался к звуку шагов.

Некоторое время оттуда не доносилось ни звука. Но уже через пару секунд дверь открылась, оставив щель, размер которой определила длина цепочки.

— Ты чего барабанишь, Хеммет? — Фиби дожевывала готовый сэндвич из тех, что можно было купить в круглосуточном супермаркете через дорогу. — Пожар?

— Хуже. Кажется, Аманда положила глаз на нашего маленького друга Билли.

Жевание моментально прекратилось. Розовые линзы девушки тревожно блеснули, выдавая ее замешательство.

— Ладно, а мне-то что за дело? — подозрительно осведомилась она.

— Тебе есть дело, — в волнении Грегори начал отколупывать краску возле дверного косяка и тут же получил за это шлепок по руке. — Ты ведь и сама на нее когда-то глаз положила.

Фиби не сочла нужным отвечать что-либо на это. Она пристально посмотрела на братьев и, закатив глаза, все же решилась открыть им дверь.

— Ладно. Я вас слушаю? Я здесь при чем? У меня есть Рианна… — художница прислонилась к дверному косяку, не спеша пропускать незваных гостей внутрь.

— Ну, хотя бы нас со счетов не списывай, — разумно заметил Гарри. — У нас-то Рианны нет. И вообще, моя сексуальная жизнь оставляет желать лучшего.

— Ну да. А с Амандой она каким-то магическим образом изменится, — Фиби саркастически фыркнула. — У тебя уже был этот эксперимент.

— Между прочим, да. Хочу, чтобы все изменилось, — Гарри мечтательно закатил глаза.

— Только не говори мне, что ты хочешь остепениться, и престанешь тащить в свою постель все, что шевелится и не очень. Ты ведь иногда даже плевать на ориентацию и пол этих людей.

— Фиби, если ты про тот случай, так ты сама согласилась на эксперимент. Мы с Грегори только поддержали, — начал было спорить Гарри, но тут же получил тычка от брата и деликатное покашливание с намеком на то, что изначально разговор затевался совершенно не ради того, чтобы вспоминать былое веселье.

— Ладно, — Гарри попытался сгладить неловкость. — Сегодня этот парень, Билл, пойдет с ней куда-то. Он не очень-то жаждет, как я понял. Вот мы с Грегом и решили…

Фиби уставилась на него, ожидая продолжения речи.

— Может мы могли бы… — начал Гарри.

— Ну, ты понимаешь… — продолжил за него Грег.

— Пойти туда же? — Фиби без труда поняла направление их мысли. Бровь ее изогнулась дугой.

— Ну нет, это не совсем то… — братья переглянулись. — Но в общем… Да.

— Нет. Даже не думайте об этом! — соседка попыталась закрыть дверь. Однако, ботинок Грега заблокировал эту возможность.

— Но, Фиби, ты подумай! Мы можем отлично провести время! — тут же начали наперебой галдеть братья. — Ты смотри, отличный вечер, прекрасная компания, красивые девочки! Что тебе еще нужно для счастья?

Фиби снова исподлобья взглянула на них.

— Мы познакомимся с кем-нибудь! Я обещаю, что не буду приставать, — продолжал свои увещевания Грег.

Взгляд девушки становился все менее уверенным. Братья поднажали в своих уговорах. И уже через пять минут она устало махнула на них рукой.

— Ладно. Только чтобы не как в прошлый раз.

— Не-не-не. В смысле, да, не как в прошлый раз, — клятвенно заверили ее братья. — Но сначала… — они снова загадочно переглянулись. — Ты должна нам помочь убедить Билла организовать эту тусовку.

Глаза Фиби снова начали расширяться. Она поняла, что только что подписалась на какое-то очень сомнительное мероприятие. Но поделать уже было ничего нельзя.

***

Билл все это время просидел один в своей квартире. Он зажал уши ладонями и пытался подавить волны паники, которые захлестывали его с головой, и молился о том, чтобы проклятый голос больше не появлялся в его голове. Это все было слишком. Новые соседи — слишком. Новые отношения — слишком. Голоса в голове — чересчур. Этого просто не могло происходить на самом деле. Просто не могло.

Ничего… Это все пройдет, главное — не поддаваться панике, — он тихо вдыхал и выдыхал, пытаясь убедить себя в этом.

Конечно, ничего, — вторил ему голос. — Тебе надо просто расслабиться и получать удовольствие.

Да. Расслабиться, выпить пивка…

Билл дернулся от осознания того, что он только что снова поддался. Он зло пнул ногой ближайшую тумбу.

Что ты докопался до меня? Отстань. Пожалуйста… — устало подумал он, облизывая пересохшие губы. — Откуда ты вообще взялся?

Ответа не последовало. Вместо этого Кернер услышал стук в дверь.

— Билл? — донесся оттуда приглушенный женский голос. — Ты там?

Нет. Меня нет, — Кернер снова нырнул лицом в коленки.

— Билл? — раздался теперь уже голос Гарри. — Выходи. У нас к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

— Гарри? Я… Я не могу. Я собираюсь… Э-э-э… В душ! А потом мне надо пойти по автосалонам, подыскать себе новую тачку. Я пас, ребят.

— Нет, послушай, — после секунды молчания девушка заговорила снова. — Ты бы мог открыть дверь? У нас есть, что тебе сказать. Это насчет Аманды.

При упоминании этого имени Билл поморщился. Он снова вспомнил, что произошло в кафе и о том, что теперь, возможно, ему придется очень долго объяснять свое поведение. Но если бы эти ребята могли дать совет… С трудом поднявшись, Билл доковылял до двери и снял предохранительную цепочку. Фиби присвистнула от его вида.

— Гарри, ты… — она неуверенно указала на нового соседа пальцем, — не говорил, что клиента переехал грузовик.

Билл был черен, как грозовая туча.

— Так что ты хотела сказать? — нетерпеливо спросил он.

— Ну, можно мы хотя бы зайдем? Несколько неудобно орать об этом на весь коридор.

Кернер отстраненно и задумчиво кивнул. Ребята радостно ввалились внутрь.

— Лицо попроще, чувак, — пожелал ему один из братьев.

Кернер же оскалился, словно съел целый лимон.

— Так?

Фиби хмыкнула.

— Да, так. Но с таким видом у тебя не получится понравиться этой девчонке.

— Что? Ребят, давайте кое-что уясним. Я еще и шагу не успел ступить, а уже влип, сам не понимаю во что. Я не собираюсь стараться ей понравиться. Она и так мне проходу не дает, — убедительно заверил Кернер, ни на секунду не сомневаясь в своих словах.

Даже голос в его голове подозрительно заткнулся, внимая этому праведному негодованию.

— Ну, а ты не думал, что это могло бы быть не так уж плохо? Она ведь красивая… — Фиби повела плечиком.

— Честно? Мне было как-то не до того, я не рассматривал, — буркнул Билл и развернулся, чтобы дойти до кухни. Его страшно мучила жажда.

— Не до красивых девушек? Ну ты попал, чувак, — Гарри весело направился вслед за Биллом. Кернер никак не прореагировал на этот комментарий.

— Я хочу сказать, что, если ты действительно хочешь отвлечься, тебе надо завести новых знакомых. Придется с чего-то начинать, — Фиби, которая тоже не отставала, улыбнулась Биллу. Брюнет негостеприимно налил апельсиновый сок только себе и выпил сразу пару стаканов. — А мы могли бы помочь тебе. Если хочешь.

Может, стоит рассмотреть предложение, — услужливо подсказал ему болтливый голос. — А то ты так реагируешь… Я боюсь, ты так дуба дашь.

Билл страдальчески посмотрел на своих новых друзей и, подумав с секунду, все-таки решил, что выбор тут не велик. Он обреченно опустился лбом на стол. Все равно было трудно представить себе, чем можно заниматься весь вечер в гордом одиночестве, с этим непонятным внутренним зудом, который отравлял всю жизнь.

Удачного вечера! — радостно приободрил невидимый собеседник.

Катись в жопу.

Билл поморщился, как от зубной боли. Избавиться от этого настойчивого гостя было всем, чего ему хотелось. Он поднял голову и нервно посмотрел на новых друзей, которые с надеждой улыбались ему от дверей.

— Ладно. Ваши предложения?

***

— Значит, ты понял установку? — Грегори дружелюбно поправил Биллу воротничок и доверчиво заглянул в глаза. — Вот тебе адрес клуба. Ты приглашаешь Аманду и ее друзей туда. И там будем мы, подойдем к вам, как будто случайно встретились. Все в выигрыше — весело проводим время, ты привыкаешь к Аманде и не сидишь с ней наедине, а мы с Гарри получаем шанс пообщаться с ней поближе.

— А я чувствую себя виноватой перед Ри, — весело добавила Фиби, которая красила перед зеркалом губы в ярко-розовый цвет.

— Поздно, ты уже согласилась, — напомнил Гарри и сунул Биллу в руку бумажку. — Мы повалили, а ты — будь умницей, парень. Все будет зашибись.

— Надеюсь, — Билл вздохнул и выждал несколько минут после того, как за его новыми, весело смеющимися и подмигивающими знакомыми закрылась дверь. — Самоконтроль. Главное, самоконтроль.

И немного виски с газировкой, — глубокомысленно согласился настойчивый голос.

Билл ничего не сказал. Он решил, что не будет ничего отвечать и тогда, возможно, этот кретин прекратит давать свои дурацкие советы.

Кернер пригладил щеткой свои темные волосы и вышел в коридор. Ему надо было каким-то неведомым образом извиниться перед Амандой.

Она открыла дверь не сразу, но когда это случилось, желудок Билла скрутился в жалкий, тощий жгутик.

Она была просто сногсшибательна. Темные волосы, заплетенные в косу, спускались с правого плеча. Глубокие глаза, маленькое черное платье и высоченные каблуки. У Билла отвисла челюсть при виде такой красоты.

Девушка непонимающе задрала бровь.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь? — прохладно осведомилась она.

Трахни ее, парень. Даже я бы не удержался, — присвистнул голос. Билл покрутил пальцем в левом ухе и снова воздержался от ответа.

— Аманда, я… Прости, что я сегодня так себя повел. Мы с тобой договаривались встретиться вечером. Надеюсь, предложение еще в силе? — он с трудом оторвался от созерцания прекрасной картины и смущенно посмотрел себе под ноги.

Соседка смерила парня недоверчивым взглядом и недовольно скрестила на груди руки.

— Смотря с какой целью интересоваться.

— Ну, я… Понимаю, что повел себя неправильно. Просто это было так… Неожиданно? — Билл выдавил из себя смущенную улыбку.

— Билл. Позволь задать тебе вопрос. Сразу, чтобы решить все наши недопонимания, — она недовольно смахнула с лица темные пряди. — Ты гей? У тебя есть девушка? Ты девственник? Чего из этого мне стоит ждать от тебя?

— Нет-нет, ничего из этого, — поспешно замотал головой парень, игнорируя последний пункт. — Скорее, это вина моего воспитания. Видишь ли, это долгая история. У меня была очень строгая семья, они… хм… очень консервативны. Я даже с друзьями начал выходить гулять, только когда мне исполнилось семнадцать. Переезд — на этот момент действительно правильное решение. Это далось мне совсем не легко. Для того, чтобы перестроиться немного, мне нужно время.

Аманда все еще смотрела на него недоверчиво. Билл улыбнулся ей через силу, заметив, что в глазах девушки, тем не менее, мелькнула искорка понимания.

— Ладно, предположим, я тебе поверила. Но ты же пойдешь с нами, как мы и договорились? — смилостивилась она.

— Да. И знаешь? Чтобы немного загладить вину, я даже готов пригласить вас в одно место, — Билл развернул бумажку, которую подсунули Гарри и Грег. — Мы пойдем в «Hawthorne Heights», — прочитал он название клуба.

Лицо Аманды снова изменилось.

— «Hawthorne Heights»? А это не то место, где постоянно ошиваются братья Хемметы? Потому что я не очень хочу столкнуться там с ними.

Кернер похолодел.

— Э… Не знаю, я просто нашел рекламное объявление, решил проверить, что это за место.

— Давай я тебе покажу нормальные клубы? — девушка продолжала уходить совершенно не в ту сторону, куда было нужно.

Ты теряешь ее, чувак. Скажи ей, что уже забронировал столик.

— Я уже забронировал столик, — выпалил Билл прежде, чем успел сообразить, что снова сделал то, чего делать не стоило. — Давай в другой раз ты выберешь? А в этот раз пойдем туда.

Услышав про другой раз, Аманда совсем смягчилась.

— Ну… Ладно. Надеюсь, вреда не будет, — она неуверенно заправила локон за хорошенькое ушко.

Билл облегченно выдохнул. Впрочем, его счастье длилось недолго. Он сообразил, что ждет его по приезде на место и содрогнулся от представления, чем закончится этот вечер.

И еще раз, удачи тебе, — голос в голове явно наслаждался происходящим. — Ты мне должен будешь. Если бы не я, она бы ни за что с тобой не пошла…

Да было бы за что, — расстроенно подумал в ответ Кернер. — Один фиг, вся эта затея провальная, как ни крути…

***

Они подъехали к клубу, когда на город уже опустились сиреневые сумерки. Билл редко бывал в подобных заведениях и не очень представлял, чего ожидать, но подсознательно молился на успешное разрешение ситуации.

В такси вместе с ним и Амандой ехали еще две девушки, не менее знойные красотки — Стейси и Алексия. По словам Аманды, это были ее коллеги по работе и по совместительству лучшие подруги. Билл всю дорогу стеснялся спросить, где же они все работали.

— Вон «Hawthorne», — Стейси ткнула наманикюренным пальчиком в стекло. — Нам сюда.

Заведение оказалось небольшим, светящимся зданием, возле которого не было привычной для клубов толпы. Глянув на Аманду, Билл сообразил, что ей тут было не по себе, так как красотка осматривала строение с долей неприязни и непонимания во взгляде. Одно было хорошо: нудный голос молчал всю дорогу до клуба и последнее, что Билл от него слышал, было пожеланием приятного вечера. Он молился на то, чтобы это так и оставалось.

— Ладно, мы же не будем тут стоять, — неуверенно сказала рыжеволосая Алексия, — давайте пойдем внутрь.

Они миновали бархатные канаты и оказались внутри, за стеклянными дверями, затем прошли мимо ряда плакатов с веселящейся молодежью и концертами звезд местного разлива.

Музыка, слишком громкая и электронная, тут же ударила по ушам.

— Фу, техно, — сморщила носик Стейси. — Ты слушаешь такой отстой?

— Нет, вообще-то, — отозвался Билл, который тоже дернулся от такой встряски. — Понадеемся, что они сменят репертуар.

Однако, сконцентрироваться на прекрасной эстетике вошедшие не успели. К ним, как ужас, летящий на крыльях ночи, тут же подлетел Грег. Билл охнул от его вида. Сосед уже успел где-то переодеться и поставить дыбом свои светлые волосы. От него пахло лаком, а веселая улыбка не сползала с загорелого лица.

— Не могу поверить! Ребята! — радостно гаркнул он и кинулся обнимать вновь вошедших. Гарри и Фиби тоже в скорости нарисовались из-за его спины.

— Ай, ты мне прическу помнешь! — возмутилась подобному любвеобилию Стейси. Она оттолкнула парня от себя и начала возмущенно поправлять сбитые волосы.

— Я так рад вас видеть, — не обращал на нее никакого внимания Грегори. — Какая неожиданность встретить вас тут!

— Да неужели, — Аманда кинула на Билла жгучий взгляд. — Твоя идея, да? Твоя? — она притянула парня к себе за ворот так, чтобы последние слова донеслись только до него.

— Аманда, честно! — отбивался Кернер. — Я понятия не имею, что они тут делают.

— Да уж конечно, — девушка все же отпустила свою жертву. Она явно не поверила в эти слова ни на грамм.

Билл разгладил джемпер и мысленно дал себе еще одного пинка за то, что позволил Фиби взять верх над своим разумом.

— Пойдемте к нам за столик! — начал радостно предлагать Грег.

— Да нет, спасибо, я думаю, мы за свой пойдем. Чтобы не пропали деньги, — кисло улыбнулась ему Аманда.

— Да ладно, ничего не пропадет, — Гарри подключился к диалогу. — Чем больше народу, тем веселее.

Девушки переглянулись. Сомнение в перспективе удовольствия было явно написано на их лице, и Билл с каждой секундой понимал, что, сам того не желая, оказался меж двух огней. Снова.

Однако, настойчивость братьев Хеммет все же могла брать целые города. Они совершенно без стеснения взяли девушек за руки и повели в центр танцпола, хотя те и упирались до последнего.

— Фиби, — когда представился шанс, Билл быстро подошел к соседке, — почему Аманда не любит Гарри и Грегори?

— Ну, — девушка посмотрела на него своими необычными розовыми глазами, — все дело в том, что она встречалась как-то. С ними обоими. Причем ни тот, ни другой этого не знали, каждый думал, что он единственный. В итоге Аманда выставила себя жертвой, и братья очень крупно поссорились, не разговаривали друг с другом целую неделю, что для них равносильно вечности. Потом помирились. А теперь, как полные придурки, продолжают волочить за ней свои задницы, — доходчиво пояснила она.

— Почему ты сразу не предупредила? — тихо прошипел Билл сквозь зубы.

— А ты пробовал стоять на пути у девятого вала один и с зонтиком? — вместо ответа она ухмыльнулась и подтолкнула его к барной стойке. — Ну вот, и тут та же ситуация. Братья неуправляемые. Впрочем, если будешь с ними общаться, скоро сам это поймешь.

С этими словами она тоже легкомысленно отправилась за тем, что привело ее в клуб: за весельем и хорошим времяпровождением. Весь ее вид выражал всего одну главную мысль: «Если не можешь противостоять вечеринке, проще ее возглавить».

Поначалу это было просто ужасно. Компания за столиком напоминала разрозненное государство времен второй мировой войны. Билл сидел, вцепившись в свой бокал, Фиби просто оглядывала глазами зал и прислушивалась к музыке, а братья мочили непристойные шутки, весьма раздражая этим своих прекрасных соседок. Девушки сидели с таким холодным видом, что в коктейли на столиках даже не нужно было добавлять лед: они и без того покрывались твердой коркой.

Ситуация немного рассосалась тогда, когда Стейси и Алексию пригласили на танец какие-то подкатившие к их столику веселые парни. Девушки с радостью приняли их приглашение, и до конца вечера их больше никто не видел. Билл, Грегори и Фиби остались одни, развлекаться в компании, где все смотрели друг на друга кислыми, как крыжовник взглядами.

— Билл. Ты не пригласишь меня потанцевать? – попросила Аманда, когда ее терпение окончательно лопнуло.

— Я? — удивился Кернер. — Я совсем не танцор. Тумбочка у бара и та двигается лучше.

— Да ладно, я тебя научу. Только пошли.

— Пойдем потанцуем со мной? — встрял Грегори, который, несмотря ни на что, был весел и доволен.

— Я не предлагала, — девушка даже не взглянула на него. — Ну, так как, Билл?

— Я… Может, тебе правда повеселиться лучше с Гарри и Грегом? Я, наверное, побуду в стороне.

Она обиженно поджала губы и посмотрела на обнадеженных и встрепанных, как воробьи, братьев.

— Ладно. Один раз! Все равно сегодняшний вечер уже не спасти. Пошли.

Хемметы вдвоем подорвались и радостно потащили благосклонную королеву в центр жужжащего улья. Фиби покачала головой. Ее крупные сережки звякнули немного, когда она наклонилась, чтобы достать свой бокал.

— Ты правда такой скромный? Или просто не от мира сего? — поинтересовалась она, когда друзья отошли на достаточное расстояние.

— Я просто не знаю, чего я хочу. Но точно не танцевать, — Билл равнодушно поджал губы.

— Ты первый парень, который может устоять против декольте Аманды. На твоем месте я бы серьезно задумалась, — Фиби подняла свой бокал. — Твое здоровье.

— Я еще не забыл Сандру, — выдал он первое, что пришло в голову. — Это была история темная и мрачная, как само средневековье.

— Бедняжка. Ну, тогда позволь тебе посоветовать один действенный рецепт от несчастной любви, — Фиби хитро улыбнулась и открыла лежавшее на столике меню. Пробежав по нему глазами, девушка подозвала к их столику бармена в серебристых подтяжках, одетых на голое тело. Она что-то шепнула ему и через пару минут перед ними приземлилась стремная рюмочка разноцветной жидкости с горящим сверху пламенем.

— Это что? — Билл покосился на пойло и затем снова на Фиби.

— Это, малыш, лекарство. Лучшее из тех, что я знаю. Это хоть ты себе позволяешь?

Билл позволял. Он опасливо взял стопочку двумя пальцами и понюхал содержимое.

— Не бойся. Давай… На счет три. Раз, два…

А потом кто-то выключил свет. Все, что Билл помнил — обжигающая нутро жидкость. Она потекла раскаленной лавой прямо в желудок и уже через пять минут ему стало так хорошо и весело, что хотелось обнимать весь белый свет.

— Фи-иби, ты такая крас… крас… краси-ивая, — пьяно прошелестел Кернер, со скрипом съезжая со своего сиденья. — Закажи еще этой штуки и пойдем. Потанцуем.

— Видишь? Я тебе говорила. Всю хандру как рукой снимет, — кивнула его соседка и заказала еще две партии на весь столик.

После этого веселье, однозначно, началось. Все, что происходило, припоминалось очень смутно, но приступы приливающего щенячьего восторга Биллу запомнились просто прекрасно. Он ощущал вокруг себя тесноту и жаркие тела, льющий ручейками по лопаткам пот и движения. Музыка не смолкала ни на минуту. В сетках света все сливалось в непонятную цветную кашу. Розовые, лиловые, салатовые и бледно-желтые пятна застилали сознание и вызывали счастливую улыбку.

Билл не обращал внимание больше ни на что, в его сознании кружилось без разбору абсолютно все — волосы, руки, плечи, глаза, лица.

Он не обратил никакого внимания, когда его губы накрыло что-то влажное. Ему стало чуть прохладнее и показалось, что тонкий свитер был с него сдернут через голову, чьи-то ладони безостановочно ходили по его телу…

И каждое движение доставляло абсолютный, сумасшедший кайф. Такой, какой он вряд ли испытывал и еще собирался испытывать когда-либо в жизни.

***

Посмотрев на часы, Том удивился — уже первый час. Он перекинул через плечо тряпку в машинном масле и, продолжая насвистывать какую-то мелодию, решил проверить последнюю вещь на сегодня. Отец заставил его отрабатывать проживание с первого же дня, и теперь Альфредо-младший попал в абсолютное и тотальное рабство. Нельзя было сказать, что он был в восторге от своего положения, но в его ситуации это пока было единственным выходом.

Он тяжело вздохнул и полез под капот, проверять, что это был за стук, на который его отец все время жаловался.

В это время к дому со скрипом подкатило такси. Дверца открылась и из него с шумом и хохотом вывалилась компания сильно пьяных и явно очень веселых людей. В этом клубке диких, жмущихся друг к другу тел, которые откровенно обменивались слюной, было даже сложно понять, кто есть кто.

Но одно Томас разглядел точно: фигуру высокого брюнета, с которым он столкнулся сегодня у лифта. Парень был явно не в себе — его голова была откинута и он, улыбаясь, как сумасшедший, целовался с… Фиби, девушкой с одиннадцатого этажа, которую Том все это время совершенно точно считал радикальной лесбиянкой. Впрочем, перцу в ситуацию немного добавлял и второй сэндвич, аж из трех тел - братьев Хеммет и зажатой между ними полураздетой красотки Аманды, которая висла на них и умудрялась целоваться сразу с обоими.

— Святое банановое масло, — присвистнул Том, приоткрывая рот от такого зрелища. — Как я посмотрю, кое-что в этом мире так и не изменилась.

Он был привычным к такого рода делам, но сочетание несочетаемого в этой компании его слегка удивило. Он даже прекратил подсвечивать себе фонариком мотор, чтобы не выдать свое присутствие и вволю насладиться картиной.

— Отец сегодня, кажется, будет очень плохо спать, — пробормотал он уже себе под нос.

— О-о-о, Грегори, — раздался протяжный стон Аманды.

— Билл, поцелуй Гарри. Ради меня, — второй голос, принадлежащий уже Фиби.

Том выронил канистру и во все глаза вылупился на то, что происходило сейчас перед ним. В свете подъезда Кернер — кажется, так звали этого парня — развернул к себе одного из братьев и, отведя его волосы, совершенно без зазрений совести впился в его губы. Аманда покрывала в этот момент поцелуями его плечи. Гарри прямо у подъезда начал стаскивать с нее платье. А Фиби достала телефон и, с третьей попытки набрав чей-то номер, хрипло продышала в трубку:

— Алло? Рианна? Дорогая, приезжай. Кажется, у нас намечается небольшая домашняя вечеринка без одежды, — с этими словами она отключилась.

Пьяная компания еще недолго простояла под тусклой лампочкой около входа. После этого они, интимно шепчась и посмеиваясь, еле попали карточкой в щель, открыли дверь подъезда и скрылись из виду.

Все стихло.

Еще минут пять Томас слушал только стук своего сердца о ребра и бульканье масла, вытекающего из лежащей у его ног канистры.

***

В комнате было безумно жарко. Тела, липкие и влажные, прижимались друг к другу в любых позах, любых соотношениях. Губы, бесконечные руки и языки на соленой коже, чьи-то хриплые голоса и смятые простыни. Льющийся в окно свет одноглазой луны очерчивал пять тел, извивающихся на квадрате простыни. Глаза, закрытые в экстазе, смех и поджимающиеся от крышесносящих движений пальцы. Что-то скользкое на коже. Где-то хлопнула дверь. Полоска света просочилась в абсолютно темную комнату. Чьи-то переговоры в коридоре, еще одно тело приземлилось на скрипучий матрас. И снова бесконечный водоворот из запахов, влажности, прикосновений, поцелуев.

Билл не понимал, где небо, а где земля. Он не понимал, почему ему так хорошо. Последнее, что отложилось фрагментами в его памяти, это алкоголь, еще алкоголь, танцы. Чей-то шепот над ухом, который вызывал такси. А потом его просто толкнуло в нирвану, где он и оставался до самого дома.

Чья-то ладонь на его бедре, пальцы, щекочущие своими касаниями. Кто-то вдавливает в матрас с силой, белый потолок нависает так, что сложно дышать. Остаётся только хватать ртом воздух и слушать тяжелое дыхание в ухо. Чьи-то громкие стоны рядом.

Это было похоже на опьяняющий коктейль из удовольствия, поцелуев и ласк.

Билл не знал, где находится, не понимал, чья эта квартира. Его просто накрывало бесконечными волнами счастья, которое приносили ему эти движения. Его тело жило само по себе, поддаваясь бесконечному и дикому ритму ночи, его второй ночи в Сан-Франциско, где он растворялся и плыл на волнах наслаждения.

И это было самое прекрасное чувство на свете.

Спасибо огромное Ксении Grose, которая добросовестно бетит текст и Ире, которая тоже помогает искать ошибки! Девочки, вы молодцы!

========== 3. Не хочу слышать, как разбивается моя вселенная ==========

Билл открыл глаза, когда солнце во всю жарило через полуоткрытые жалюзи в его квартире. Первым, что пришло ему в голову, был тот факт, что эту самую голову ему явно откусил какой-то большой и хищный зверь, типа дракона, и от нее остались свисать только клочки и ошметки. По крайней мере, другого объяснения страшной сосущей и гудящей пустоте найти он не мог. Кто-то настойчиво колотил внутри черепа в медный таз и приговаривал при этом:

- Кернер! Я знаю, что ты там! Кернер! Немедленно открой дверь!

Надтреснутый тембр показался парню знакомым и заставил его поверить в одно: боль может действительно сживать со свету. Постепенно, капля за каплей, пришло понимание, что на самом деле удары доносились совсем не изнутри, а снаружи. Как будто кто-то колотил в… дверь.

— Твою мать… — застонал кто-то рядом. — Это что? Альфредо?

— Грег, слезь с меня. У меня затекла рука.

— М-м-м… Кто видел, где моя одежда?

— О, Рианна, детка, сгоняй мне за водичкой?

А затем:

— Я знаю, что все вы там! Немедленно открывайте дверь! — от этого гневного рева Билл сел на кровати и тут же столкнулся с кем-то лбом. Пошевелился кто-то справа. Затем кто-то слева. Несколько недоуменных взглядов пересеклись, ища какие-то ответы.

Никто ничего не понимал. Плохо фокусирующимся взглядом Билл смог рассмотреть встрепанную и расклеившуюся Фиби, которая почему-то была в его постели. Рядом с ней была еще одна девушка, которую Билл вообще видел впервые в жизни.

А с другой стороны… Он подскочил от удивления, увидев Грега и Гарри, абсолютно голых и тоже весьма озадаченных. Завершала картину все еще спящая брюнетка, в которой Кернер легко узнал Аманду.

Он вдохнул. Выдохнул. И, ни слова не говоря, откинулся обратно на кровать.

— Вызовите мне скорую. Пожалуйста, — тихо прошептал он, на полном серьезе собираясь съехать из этого сумасшедшего дома немедленно. Не важно как. Не важно куда. Только не оставаться здесь.

— Билл, — Фиби очнулась первая. — Это же твоя квартира! Альфредо пришел за нами, ты должен… — она резко спрыгнула с постели и, в чем была, принялась носиться в поисках своих вещей. — Ни в коем случае нельзя, чтобы он застукал нас здесь. Он нас всех спустит с балкона!

— Фиби. Мне все равно. Пусть спускает. Я это заслужил… — тихо прошептал убитый в шпалу Билл. Ребята активно пытались разобраться в разбросанных по комнате шмотках.

— Аманда! Аманда, просыпайся. В ванную, прячьтесь там! Все!

Суета и топот быстро наполнили комнату. Билл прикрыл руками лицо. Его безумно тошнило и единственное, что сейчас подкидывало ему воображение, была картинка унитаза, белого, такого прохладного и приятного на ощупь.

— Кернер, открой дверь! Иначе я явлюсь с полицией! — продолжал вещать голос из коридора.

Билл заскулил. Он даже не знал, что сможет сейчас сказать домовладельцу.

— Марш. Марш в ванную, все, — Фиби суетливо затолкала шумную компанию внутрь. — Кернер. Просто скажи, что это был ты. Альфредо не переносит слов «вечеринка», «молодежь» и «веселье». Я все равно не смогла добудиться Аманду. Просто скажи, что вас было двое. Ок?

С этими словами девушка с фиолетовыми волосами тоже поспешно забежала в ванную вместе с остальными. Щелкнула задвижка. Напоследок на Билла приземлились джинсы, которые услужливо спасовал ему скрывающийся в санузле Грегори.

Билл тихо проклинал этот мир. За все. За существование секса, клубов и алкоголя. За друзей, у которых нет тормозов. И за то, что он свято верил, что сможет спокойно начать жить в городе вроде этого.

— Фак, — Кернер с трудом попал правой ногой в штанину. — Это просто невозможно. Этого просто. Не может. Быть.

Он еле доковылял до двери, согнувшись в три погибели. Злой как черт, домовладелец влетел в квартиру и вцепился взглядом в окружающую его обстановку. Разбросанные в порыве страсти вещи. Чьи-то трусы на люстре. Развороченная, чуть ли не с торчащими наружу пружинами, постель. Сбитый ковер. Осколки вазы. Оборванные шторы. И полное ощущение того, что здесь пронесся какой-нибудь южный тайфун. Довершала картину лежащая в постели без признаков сознания девушка, опознать которую прямо сейчас было затруднительно.

— Ты здесь всего второй день и уже нарушаешь правила? Я же тебе сказал — никаких вечеринок, — старик, злобно дыша, обернулся к Биллу и заглянул ему в зеленое лицо. — Ты хочешь ордер на выселение, Кернер?

— Мистер Альфредо, это не то, что вы думаете, — морщась от страшной боли, принялся врать тот. — Не было никакой вечеринки. Нас было всего двое — я и Аманда. Мы… немного выпили, — он попытался задвинуть ногой под кровать шесть бутылок, которые нарушали его складную версию.

Альварес обвел взглядом пол, где валялись многочисленные детали женской одежды. Две юбки. Майка с розовыми снимающимися рукавами. Чья-то огромная футболка. Спортивная куртка. И несколько пар обуви, из которых три были на очень высоком каблуке. Трусы, которые до этого мирно висели на люстре, коварно свалились Биллу в руки. Он смотрел на них секунд десять и только потом сообразил, что нужно что-то сказать. Он поспешно спрятал улику за спину. Кернер проследил направление взгляда взбешенного домовладельца.

— Вы знаете, мы вчера с Амандой… менялись. Одеждой, — парень улыбнулся через силу.

— Не вешай мне лапшу на уши, Кернер, — зашипел Альфредо ему прямо в лицо. — Музыка орала до третьего часу ночи. И потом еще примерно до пяти у меня трясся потолок!

— Мы прыгали на кровати, — плел чушь Билл, зажимая переносицу. Он еле сдерживался от того, чтобы не стошнить.

— Почему тогда я не могу найти никого дома, а? Ни этой чертовой лесбиянки, ни братьев Хемметов. Никого нет!

— Мистер Альварес, я ответил на все ваши вопросы. При всем уважении, но мне нужно в туалет. Я понятия не имею, где мои соседи.

— Туалет? Отлично. Но сначала ты откроешь его и покажешь мне, что внутри. Так же я бы хотел посмотреть кухню.

Билл похолодел. Его замешательство отразилось на лице — мистер Альфредо тут же сообразил, что угадал верное направление. Он быстро пересек комнату и принялся дергать ручку двери.

— Я так и знал! — Альфредо издал победный клич. — Заперто. Там кто-то есть!

— Никого там нет, — Билл в панике думал, что ему делать. — У меня замок заклинило. Я позову сегодня мастера.

— Открывай дверь, Кернер, — злым шепотом приказал домовладелец.

— Да как я могу ее открыть, если она заперта изнутри, — уничтожено прошептал Билл. Мир рушился в его глазах.

— Даю тебе право подумать, Кернер. И считаю до трех. Раз…

Мозг Билла заворочался в черепной коробке. Он был слишком разбит, чтобы что-то соображать.

— Два…

Черт, да что же придумать…

— Два с ниточкой…

— Альварес! — внезапно раздался от двери голос, который заставил и Билла, и мистера Альфредо дернуться.

— Томас, — домовладелец сжал челюсти. — Кто тебе разрешил…

— Да погоди ты рычать, твою мать. — Через секунду Билл увидел и самого парня, который влетел в его квартиру с весьма встревоженным видом. — В подвале кто-то вентиль открыл, там воды уже по колено! Нужно срочно вызвать аварийку!

— Я же сказал — ты не вовремя.

Вновь вошедший закатил глаза и с хлопком опустил руки так, что звякнули ключи в кармане.

— Да потом ты разберешься с этой несанкционированной вечеринкой, — повысил голос он. — Ты слышишь меня? Ты Титаник смотрел? Катастрофа!

Глаза мистера Альфредо сузились до размера щелочек. Билл был готов буквально кинуться на шею этому парню, который появился так вовремя. Он мельком глянул на него. Темные волосы, выразительные, немного грустные глаза. Высокий. Загорелый. В целом, он выглядел не многим старше самого Кернера, только немного хипповато из-за своей широкой одежды.

Глаза двух молодых людей снова встретились на секунду. Том быстро отвел свой взгляд и почему-то посмотрел под ноги. Но этого секундного контакта было достаточно, чтобы Билл вспомнил — он видел его, вчера, они столкнулись внизу у лифта.

Он узнал эти глаза. Они показались ему удивительно красивыми. Для парня, конечно.

— Считай, что тебе безумно повезло в этот раз, Кернер, — из транса его вывел голос очень недовольного домовладельца. — Я спущусь вниз. И когда все это разрешится, я жду тебя у себя дома. Хочу объяснить еще раз, чем чреваты поздние вечеринки. Мы с тобой встретимся гораздо раньше, чем ты полагаешь!

— Я понял. Понял, — убито прошептал Билл, слабея коленями.

Мистер Альфредо больше ничего не сказал. Он просто вылетел вон из квартиры, оставив Томаса наедине с обессилевшим парнем. Через пару минут Билл услышал только звук закрывающегося лифта.

— Зачетно повеселились, да? — как только Альфредо ушел, незнакомец поднял на Билла насмешливый взгляд. — Ты у меня в долгу, чувак, по самые не балуйся.

— Спасибо тебе. Правда. Но я никого не приводил, мне нечего скрывать… — попытался оправдаться Билл.

— Ай, ладно тебе, — слегка улыбаясь, Томас миролюбиво поднял руки. — Я вашу компанию видел вчера. Это было зажигательное зрелище.

Билл покраснел от стыда. Почему-то становилось так неловко под взглядом этих хитрых глаз.

— Я так не делаю обычно. Просто вчера…

— Конечно. Мы все не делаем. Пока не встречаемся с Фиби и братьями Хеммет, — хохотнул парень. — Можешь мне не рассказывать. Я прошел через это. Все проходят.

Билл окончательно самоуничтожился и понял, что отпираться бесполезно.

— В общем… Спасибо тебе. Меня зовут Билл, кстати. Кернер, — брюнет протянул руку для приветствия. Новый знакомый быстро и крепко пожал ее.

— Я знаю, кто ты. Новый жилец, — он улыбнулся. — Меня зовут Том. Я… Тоже тут живу. Со вчерашнего дня.

— Вчерашнего? Но я думал…

Внезапно в кармане нового знакомого завибрировал мобильный.

— Черт, — буркнул он, взглянув на дисплей. — Меня вызывают. Местное домоуправление. Я, вроде как, разбираюсь во всякой технической шняге. Надо ему помочь.

— А, да-да. Конечно, — Билл растерянно улыбнулся. — Спасибо тебе еще раз. Том.

— Не за что. Может, еще пересечемся, — парень развернулся и отправился на выход. Полы его красной клетчатой рубашки колыхнулись от быстрого движения.

Как только за ним закрылась дверь, из ванной вывалилась шумная и крайне говорливая толпа. Мозг Билла взорвался страшной болью от одного их вида. Парень добрел до кровати и упал на нее лицом, чтобы темнота поглотила его окончательно.

— Кернер! Ты мой герой, ты отвадил его, — Фиби подбежала к бесчувственному телу и принялась дергать его за руку.

— Я уж думал — труба, но спасибо, чувак, ты спас наши задницы, — быстро и громко говорил ему в это время Гарри.

— Я чуть не обделался, — стонал Грег, тоже приземляясь на кровать и растягиваясь там в форме морской звезды.

— Вы можете потише? — на последнем издыхании попросил их Билл. — Дайте переварить то, что в ад мы в ближайшее время отправляться не собираемся.

Согласное, облегченное молчание было ему ответом. Все пытались отойти от произошедшего. Фиби отвернулась к окну, тихо перешептываясь с Рианной. Хемметы переглянулись за спиной Кернера и, когда молчание стало нестерпимым, все же попытались выйти на связь.

— Кернер. Ты в порядке? — осторожно поинтересовался Гарри, силясь заглянуть соседу в лицо.

— Нет, спасибо.

— Ты… В общем, мы не знаем, как ты к этому отнесешься теперь… Но у нас очень часто бывают такие вечеринки.

— Гарри? — глухо прервал его речь Билл. — Можно без терапии? Я сначала должен принять то, что отравился насмерть и, возможно, жить мне осталось всего пару часов.

— Хочешь, я дам тебе аспирин? — тихо спросила Фиби.

— У меня есть, — пресек очередную попытку помощи Билл.

Девушки переглянулись с братьями. В комнате снова повисла тишина. Каждый из присутствующих сообразил, что хозяина квартиры сейчас лучше оставить наедине с его терзаниями.

— Ладно. Если тебе что-то нужно, ты же знаешь, что в любой момент можешь к нам обратиться?

— Да. Это я уже усвоил, — замогильным голосом отозвался их новый друг.

Грегори подобрал с пола свою оставшуюся одежду, и братья вышли из комнаты, не желая напрягать окружающих своим присутствием.

— Знаешь, думаю, нам надо попытаться разбудить Аманду. Мы приведем ее в порядок, — произнесла Рианна с осторожностью.

Билл вяло махнул рукой, давая понять, что в этом у девушек был полный карт-бланш. Фиби принялась за дело.

Когда красотку привели в чувство, сказать, что на ней не было лица, значило ничего не сказать. Зрачки ее лишь слегка расширились от осознания новой реальности, когда она окинула взглядом незнакомое помещение.

— Аманда. Ты только не злись… — сделала неверный психологический ход Фиби.

Глаза соседки загорелись всеми языками пламени Ада.

— Ты. Я так и знала, что там, где ты, будут неприятности! — прошипела она, когда взгляд приобрел некоторую осмысленность.

Фиби возмущенно отшатнулась от нее в сторону.

— Прошу прощения! Ты вчера пила, как рыба. Ничуть не хуже нашего.

— Знаешь, что? — Аманда приподняла одеяло и взглянула на себя, убедившись, что одежды на ней, как на новорожденном ребенке. — Подайте мне мои вещи. Я не хочу это с вами обсуждать. Не могу поверить, что я опять наступила на те же грабли!

Рианна встала и молча подала девушке ее платье и укороченную куртку. Аманда натянула одежду прямо на голое тело, неловко вылезая из-под простыни.

— Я не хочу иметь с вами ничего общего. Ни с вами. Ни с братьями. Ни с тобой, — серые глаза гневно сверкнули в сторону Кернера. — И не дай Бог мы не предохранялись! Я подам на вас в суд за изнасилование. На всех!

Девушка резко развернулась и направилась к двери, держа в руке свои туфли. Билл лежал, не шевелясь и абсолютно не обращая внимания на этот концерт. Он вдруг не к месту подумал, что не слышал от голоса в своей голове ни слова со вчерашнего вечера. Осознание этого даже позволило ему перестать хотеть тошнить.

— Но, Аманда, — попыталась Фиби хоть немного сгладить атмосферу.

Ответом ей было лишь возмущенное фырканье. Девушка не намеревалась останавливаться. Ровно через секунду после того, как она вышла, в коридоре раздалось хлопанье дверей и какие-то крики. Ругань достигла ушей ребят даже через запертые двери.

— Я знал! Я знал, что все вы здесь! — кричал знакомый голос, который заставил Билла вздрогнуть. — Я видел, как эти шалопаи Хемметы выбирались из квартиры Кернера!

— Не-ет, — Фиби спрятала лицо в ладони. — Как мы могли забыть, что он любит караулить в коридоре!

Когда они открыли дверь, глаза Альфредо полыхнули хищным блеском.

— Конечно! И вы здесь. Я ни на секунду не сомневался! Это была твоя последняя выходка, Соммерс! — он посмотрел на Фиби, как на самого злого врага. — От тебя вечно одни проблемы. Я подаю заявление в социальную службу. Чтобы к вечеру духу твоего не было в этой квартире, иначе я сдам им все твои задолженности, все жалобы жильцов этого дома. Все, что так долго копилось на моем столе! Я жалел тебя до этого дня. Но нет! — он чуть ли не смеялся, сжимая свои старческие кулаки. — Теперь, наконец, спокойствие и тишина придут в этот дом!

С каждым его словом Билл наливался все большим раздражением. Ему до безумия хотелось побыть одному, но в этом доме подобные благородные стремления были просто утопией. Он с трудом встал с кровати и поплелся в коридор, чтобы высказать мистеру Альфредо те многие нехорошие слова, которые уже стало невозможно держать при себе. Предел наступал даже самому колоссальному терпению.

— Кернер! — Альфредо просиял, увидев своего нового злейшего врага. — Я забыл тебя предупредить. Никто в этом доме не может быть хитрее меня. Я всегда выигрываю, так или иначе. Я тебе говорил, что мы еще увидимся!

— Мистер Альфредо, — холодным тоном начал Билл. — Если вы немедленно не покинете этот этаж и не оставите в покое личную жизнь моих друзей, я тоже заявлю в инстанции. Вы позволяете себе слишком много, — он сложил руки на груди, стараясь держаться убедительно и не отводить взгляд.

Все как по команде повернулись на этот голос. Альфредо так и остался стоять с открытым ртом. Никто из участников назревающего конфликта не решался произносить ни звука, до тех пор, пока:

— Что? Щенок… Это ты мне? — задыхаясь от возмущения, прохрипел домовладелец. Он достал из кармана ингалятор и быстро вдохнул лекарство. Его лицо приобрело насыщенный свекольно-лиловый оттенок.

— Да. Я это вам, — Билл сверлил его непроницаемым взглядом.

— Да как… Как ты смеешь?! — завизжал он на весь этаж. Получилось так громко, что у Билла заложило уши от напряжения. В соседних квартирах начали открываться двери. Люди выходили посмотреть, что происходит на площадке.

— Я знал, что от тебя хорошего ждать не придется. С того самого момента, как впервые увидел! — продолжал верещать Альварес своим сломанным, как старый дверной звонок голосом. — Так знай, Кернер, еще никто и никогда в этом доме не позволял себе так разговаривать с Альваресом Альфредо!

— Я бы поспорил с этим. То, что ты — гнилой старый хрыч, знает вся округа, — дверь братьев Хемметов открылась и оттуда высунулся довольный ситуацией Грегори. — Так что я поддержу Билла. Вали в дом престарелых, пока тебе бока не намяли, Альварес!

За спиной мистера Альфредо нарисовался еще один персонаж. Женщина, аккуратно придерживающая рукой полы засаленного халата, направлялась прямиком к старику.

— Альварес, у тебя опять подскочит артериальное давление, — с укоризной начала она, хватая мужа за свитер. — Пошли домой, тебе надо прилечь!

— Да, забери своего зверя, Рут. Я бы рекомендовал тебе купить ему намордник, — хохотнул Гарри, который наблюдал за сценой из-за плеча Грега.

— Не трогай меня! Я всем им покажу! Я должен всем им показать! Они еще пожалеют… — эти слова доносились до беззвучно трясущихся от смеха ребят уже с лестницы, затихая по мере того, как домовладелец удалялся, уводимый своей решительной женой обратно в квартиру.

— Псих, — хохотал Гарри, повисая на брате. — Мать твою. У меня даже голова прошла, ну какой придурок!

— Да, с возрастом только крепчает маразм, — Грегори задумчиво кивнул.

Они оба повернулись к Биллу, который все еще стоял в своих дверях бледный, непохожий на себя, и твердый, как скала.

Еще никогда в этой жизни он не позволял себе разговаривать с кем-то подобным образом, но он был просто адски зол. Осознание содеянного запоздало накрыло его. Особенно остро это почувствовалось тогда, когда все, кто был в коридоре, посмотрели в его сторону. Кернер почувствовал под этим психологическим давлением еще более сильную необходимость прилечь.

— Билл! — Фиби в ужасе подлетела к немного покачнувшемуся парню. — Ты чего?

— Пойду прилягу… — прошептал белеющий, как моль, сосед.

— Ри, ты иди… Ко мне… — Фиби исхитрилась и достала из кармана свои ключи, чтобы передать их свое подруге. Я все же пойду уложу его. Мне кажется, он не особенно дееспособен сейчас.

— Фиби, нет, — предпринял попытку отбиться Билл.

— Поговори мне тут, — цыкнула на него девушка. — А вы чего уставились? Шоу окончено! — последняя фраза была адресована уже тем, кто все еще глазел на очередную любопытнейшую сцену борьбы консервативных поколений с молодыми неформалами.

Соседи, жужжа как пчелы, начали растекаться по своим квартирам. Грегори и Гарри показали Фиби большие пальцы. Рианна подхватила ее сумку и направилась наверх. А Аманда ничего не сказала. Она только тряхнула темными гладкими волосами, окинув Билла каким-то странным взглядом и тоже пошла к себе.

— Ну, герой, — проворчала Фиби и облокотила Кернера о стенку в коридоре. — Спасибо тебе, что вступился за меня, конечно. Но разве ты еще не понял, что Альварес — старый, запущенный энерговампир? Чем больше внимания ты ему уделяешь, тем больше он хочет. Ты подписал себе приговор, связавшись с ним сегодня.

— Фиби?

— М?

— Это сейчас волнует меня меньше всего, — Кернер резко позеленел и, вырвавшись из рук подруги по несчастью, резко метнулся в сторону туалета.

Накопившиеся нервы, алкоголь и прочие мелкие жизненные неприятности все же дали о себе знать. Следующие пятнадцать минут парень провел в обнимку с унитазом, жалея о том, что вообще родился на свет. Фиби сидела на краю ванной и убирала со лба его мокрые волосы, там, где они были длиннее, чтобы они не запачкались.

— Ты совсем не умеешь пить, парень, — грустно констатировала она, подавая ему салфетку.

— Угу. Спасибо, что заметила. Я и жить не умею. И с женщинами общаться. И даже первый секс у меня превращается в групповушку на пят… — не закончив, бедный парень снова склонился над унитазом, вытирая со щек влажные дорожки слез.

— Что? — Фиби от неожиданности выронила из рук диспенсер. — Шутишь?

Кернер поднял на нее несчастные, влажные глаза.

— Похоже?

— Да нет, — согласилась девушка, ошарашенная такой новостью.

— Ну вот, и я о том же, — лоб парня обреченно опустился на пластиковый стульчак.

Прошла минута. Две.

— Почему ты не сказал нам сразу?

— Это не то, о чем кричат на каждом шагу — раз. Я понятия не имел, чем это кончится — два. И три — просто не успел. Хотя, я намекал.

— Вот дьявол, — Фиби сползла с бортика и положила Биллу руку на плечо. — Билл, прости меня, я… Если бы я знала, что ты такой…

— Лузер…

— Нет, такой… другой? Я бы была помягче, — Фиби расстроенно закусила губу. — Прости меня. Ведь, знаешь, Альфредо прав. От меня и правда одни неприятности, — она неожиданно всхлипнула.

Билл вытер салфеткой лицо и с удивлением посмотрел на соседку.

— Я не знаю, стоит ли тебе все это рассказывать, — по щекам ее побежали слезы. — Но они правы. Они все, черт подери, правы. Там, где я, никогда не будет спокойной жизни, — ее всхлипы становились все отчетливее. — Альфредо давно хотел выселить меня отсюда. Думаю, вскоре он воплотит свои угрозы в жизнь. Да я и сама начинаю понимать, что… мое присутствие здесь лишнее.

Ошарашенный Кернер тут же забыл, что ему еще минуту назад было адски плохо. Он изумленно смотрел на девушку и понимал, что, кажется, не он один сегодня проснулся с разбитым нутром. Фиби спрятала лицо в ладонях. Плечи ее напряженно дрожали от слез. Билл даже перестал сердиться на нее за маленький инцидент, в который они его втянули.

— Фиби, — осторожно позвал он.

Девушка помотала головой, не желая ничего слушать. Кернер тяжело выдохнул. Он возвел глаза к потолку и осторожно протянул руку.

— Аманда теперь ненавидит тебя из-за меня, — только услышал он сквозь сдавленные рыдания.

— Она сейчас меньшая из всех наших проблем, — темноволосый парень притянул девушку к себе, легонько поглаживая ее спину. Почему-то рядом с ней у него не возникало скованности и неловкости. Ему вдруг так захотелось утешить ее.

— Я сам ходячее несчастье, поверь мне. Мне не везет во всем, что бы я ни делал, — горько ухмыльнулся Билл, — сама подумай. Мне уже двадцать четыре года. Образование осталось в далеком прошлом. Нет хорошей работы. Нет друзей. Всю свою юность я провел запертый под замком отцовских планов и амбиций. Нет девушки. И все, на что я оказался способен — это просто плюнуть на все, сдрейфить и уехать, решив, что в новом городе все начнется заново. Но и тут, как видишь, — Билл многозначительно повел рукой в сторону разгромленной спальни. — Я только еще больше путаюсь в себе.

— Значит, ты просто такой же придурок, как я… — тихо прошептала девушка, орошая слезами его футболку.

— Ну, спасибо.

Несколько секунд в ванной стояла гробовая тишина. А затем нервный смешок, другой, а за ним и третий огласили помещение. Билл ржал, как подорванный, представляя себе нелепость ситуации, а Фиби на его плече рыдала уже вовсе не от огорчения.

— Наверное, такие, как мы, притягиваются не просто так, — она вытерла глаза большими пальцами, продолжая смеяться.

Билл кивал и не мог сказать ничего, так его пополамило от смеха.

— Я не могу, — он тихо ржал, комкая в руках салфетку. —Это все… просто за гранью девятого круга ада.

Фиби с состраданием смотрела на него, но помочь ничем не могла. Им обоим было хреново по-своему. Успокоиться они смогли только через пару минут, когда тело отказалось реагировать на внешние раздражители и стало ощутимо напоминать о событиях вчерашней ночи.

Когда отсмеялся и к нему вернулась способность говорить, он все же решился задать девушке единственный тревожащий его вопрос.

— Слушай, — он поискал глазами, за что можно было зацепиться, чтобы не краснеть. — А вчера ночью… мы не…

— Мы не — что? — заинтересованно взглянула на него Фиби.

— Ну, это, — Билл поднял брови, не решаясь употребить никаких глаголов.

— А. Нет. Нет, вряд ли. Я была с Рианной. Это я помню. Ну, частично…

Этого-то Билл и опасался. Минус две девушки. Оставался только один шанс на спасение.

— А я? Ты не помнишь кто… с кем… — Билл страдальчески поджал губы, показывая глазами в сторону кровати.

— Я не помню, дорогой, — извиняющимся тоном прошептала девушка. — Для меня эта ночь тоже прошла как в тумане.

Билл заторможенно кивнул. Ему осталась только одна вещь — пойти и выяснить все эти подробности у крайне злой на него Аманды. А если уж и она не проявит признаков сознания этой ночью, тогда… Билл передернулся от этой мысли. Фиби все еще внимательно смотрела на него.

— Ты не ненавидишь меня? — спросила она, осторожно касаясь предплечья парня.

Билл внимательно прислушался к себе. Он не злился. Все, что двигало им в данный момент, была пустота. Абсолютная и глухая кирпичная стена, о которую разбивались все его ощущения.

— Нет. Я не ненавижу тебя, — он нашел в себе силы улыбнуться.

Миловидное, смуглое лицо просияло.

— Тогда… — она протянула ему руку. — Мир?

— Мир, — Билл пожал ее теплые пальцы. Этот жест внезапно напомнил ему кое-о-чем. — Слушай, последний вопрос. А кто был тот парень? Который приходил с утра. Том, кажется.

Фиби моментально посерьезнела.

— Том, — она поджала губы. — На твоем месте я бы остановилась на этом вопросе. Лучше не знать.

Кернер поднял на нее удивленный взгляд.

— В смысле? Он же попытался нам помочь?

Фиби помотала головой.

— Нет, Билл. Он не пытался. Том не делает ничего просто так. Он… очень странный парень. Его стоит избегать по возможности, так же, как и мистера Альфредо. Вероятно, после сегодняшней ночи ты поставишь крест на нас с Хемметами, но если это будет так… Послушай моего совета и включи в это число еще и Тома. Тебе будет лучше ничего о нем не знать.

Билл был до глубины души шокирован тем, что дружелюбная, веселая Фиби, говорила ему сейчас все эти вещи с таким видом, будто у нее в горле застрял кактус. Он хотел было открыть рот, но девушка вовремя перебила его.

— Помнишь, что я сказала тебе при нашей первой встрече? «Тщательнее выбирай себе круг общения». Ну, вот, — она кивнула ему. — Это оно и есть, Билл. Просто думай лучше, прежде чем шагнешь.

***

Час спустя Кернер лежал на кровати и изучал потолок. После ухода Фиби в голове возникло сразу очень много идей, требующих тщательного размышления. Начиная от дел, к которым была пора приступить, и заканчивая всеми странными происшествиями, навалившимися столь внезапно. Квартира напоминала хаос. Так и не устроенная новая жизнь рисковала закончиться в самом своем зачатке. Не было работы. Денег на проживание хватило бы на пару месяцев. Если только мистеру Альфредо не пришло бы в голову требовать какую-нибудь компенсацию на возмещение ущерба. С родителями Билл был в состоянии холодной войны. А в довершение всего…

Скучал по мне?

Парень, словно ужаленный, подскочил на кровати и схватился за бок. Ему показалось, будто туда всадили вилку. Муторное состояние все еще давало о себе знать.

— Нет… — мертвым шепотом пробормотал он, хватаясь за голову. — Этого не может быть… Ведь все кончилось!

Это кто тебе сказал? — все тот же издевательский, такой знакомый голос.

Билл часто задышал. Мысли, страх, чувства — все это теперь сливалось в одну кучу, когда он остался совершенно один, наедине со своей чудовищной головной болью и чувством, что он начинает сходить с ума.

— Я не разговариваю с ним. Все пройдет. Все пройдет… Его нет…

Очень жаль, что ты так думаешь. Я только хотел тебе сказать, что восхищен твоей бравадой в коридоре, когда ты послал нахрен этого сукиного сына, Альфредо. Сотни раз мечтал сделать это.

— Я не слышу его… Он не может ничего знать…

Расслабься, парень. Я же в твоей голове. И значит, знаю намного больше, чем ты представляешь…

Билл сжал голову руками. Настолько сильно, что на глаза навернулись слезы.

Твой котел сейчас по шву треснет. Оставь это… Тебе это ни к чему, — услужливо подсказали изнутри.

— Отстань. Что ты хочешь от меня?

Что хочу? Гм. Да ничего… — в этой мысли явно проскочила озадаченность. — А что, просто так поговорить нельзя? С Фиби, Грегори и Гарри ты ведь общаешься.

— Есть разница. Они живые люди. Я вижу их. Они не сводят меня с ума, — тихо шептал Билл, впиваясь пальцами в волосы.

Да брось. Я ничего плохого тебе не делаю.

— Это ты так думаешь! — не выдержав пытки, Билл вскочил и забегал по комнате. Он споткнулся о все еще расстегнутый чемодан, но даже не заметил этого. Со столика соскользнул его блокнот с номерами телефонов и разлетелся на листочки.

Ты думаешь, здесь недостаточный бардак? — поинтересовался собеседник.

— Раз, два, три…

Больше так не жри, — срифмовал голос и расхохотался так весело, что у Билла скрутило желудок в очередной раз. — В самом деле, ты такой забавный. Ты ведь не перестанешь меня слышать, если будешь думать о чем-то другом.

— Перестану.

Нет.

— Да. — Билл прекратил бегать по комнате и от злости запустил подушку в стену.

Хм. Ты можешь быть таким твердым, судя по твоему перформансу в коридоре. Если, конечно, захочешь, — голос, казалось, развлекался на всю катушку. — Так чего ты мечешься, как девочка-истеричка? Сядь. Успокойся.

Скорость дыхания зашкаливала. Чем дальше, тем больше Билл сбивался с толку. Этот голос застрял занозой под его кожей и не давал сосредоточиться. Словно страшный кошмар, который гонялся за ним наяву. Словно больная дрожь.

Парень, — участливо позвал его собеседник. — Ты совсем расклеился.

Билл не выдержал. Он схватил с вешалки свою легкую куртку, взял ключи, которые валялись на тумбочке среди бардака, и выскочил вон из квартиры. Все, чего ему хотелось — чтобы это оказалось страшным сном. Нарушения такого рода говорили только об одном: психическое состояние было снова не в самой лучшей форме. Билл не знал, что он может сделать, чтобы его жизнь прекратила рушиться в щепки под его пальцами.

Он не мог поверить в то, что его отец все же оказывался прав.

Парень вылетел во двор и прошелся туда-сюда по дорожке, лихорадочно хватая ртом воздух. Его легкие сжались до размеров горошины, их жгло как будто огнем. Было сложно видеть что-либо, так что парню пришлось схватиться за трещащие бока и попытаться успокоиться.

Он прислушался к себе. Загадочный голос в его голове снова молчал.

Кернер закусил губу и начал тихо оседать на землю. Он невероятно жалел о том, что не может просто сесть и забыться, немного подождать и проснуться уже в другом времени, более реальном.

— А, это ты, — раздался над его ухом чей-то голос. — С тобой все в порядке?

Билл поднял усталые глаза. Над ним, сжимая в руках картонный стаканчик с кофе и опустив на кончик носа солнечные очки, стоял Том. Он наблюдал сверху за тем, как новый сосед сползает вниз по парапету, готовый вот-вот оказаться на земле.

— А… — Билл спохватился. — Да-да, я… в норме, — он сжал пальцами виски и попытался унять чехарду мыслей.

Том продолжал наблюдать. Его скошенная улыбка поблескивала на солнце колечком пирсинга.

— Ладно, тебе виднее. Я приземлюсь?

Кернер пожал плечами. Ему сейчас было абсолютно не до общения, но он чуть подвинулся, освобождая парню угол. Тот плюхнулся рядом, слегка задев соседа плечом.

— Ну так что? Как идет обустройство на новом месте?

— Хуже, чем я рассчитывал. Никак не ожидал, что Альфредо окажется таким мерзким козлом, — ляпнул Билл и тут же мысленно дал себе пинка. Он вспомнил про слова об осторожности в общении, сказанные ему Фиби напоследок. Он опасливо покосился на Тома, но тот всего лишь хмыкнул.

— А, это. Не обращай на него внимания. Его уже не изменишь.

Билл вяло кивнул.

— Мне кажется, что сегодня я очень сильно его задел.

Том пожал плечами. Он поднял к губам стаканчик с кофе и сделал оттуда солидный глоток.

— Это все мелочи. Обживешься. Главное, не особо попадайся ему на глаза рядом с Грегом, Фиби и Гарри, — хмыкнул он.

Билл и без его совета уже понял, что это было разумнее всего.

— Ну, а ты? — после некоторого молчания Кернер посмотрел на соседа. — Чем ты не угодил ему?

Глаза, спрятанные за солнечными очками, как-то странно блеснули. Билл заметил это, всего на мгновение, сквозь просвет возле дужки.

— Тем, что родился на свет, — резюмировал парень мрачным тоном.

Билл понимающе кивнул. Ему это было знакомо.

— Да. Сегодня прямо какой-то день угнетенных, — сострил он в ответ.

Том улыбнулся ему. Через секунду Кернер почувствовал на себе его изучающий взгляд. Сосед чуть склонил голову, пристально рассматривая профиль сидящего рядом с ним парня.

— Что? — Билл не выдержал этого странного ощущения.

— Ничего. Просто, — неопределенно буркнул Том. — Я тут подумал… Ты здесь новый человек, Билл. Так что, если тебе потребуется что-то, ты можешь всегда ко мне обратиться. Ну, знаешь. За помощью.

Он неловко замолчал, как и Билл, который почему-то стушевался. И снова в голове, как по заказу, всплыли слова Фиби: «Том не делает ничего просто так. Его стоит избегать по возможности, так же, как и мистера Альфредо».

Кернер искоса глянул на парня. Тот снял очки и в упор смотрел на реакцию, которую вызвали его слова. Он совершенно не казался отталкивающим человеком, даже наоборот. Билл на секунду пересилил себя и задержал внимание на его лице. Оно было открытым и светлым, без намека на грубость. Его взгляд был прямой и живой, притягивающий к себе внимание. Билл сообразил, что он сидит и уже несколько секунд бессовестно изучает соседа. Он смутился и вперился взглядом в асфальт под своими ногами. Кончики его ушей покраснели.

— Я, да… Спасибо, — промямлил он, чтобы немедленно сгладить неловкость.

Том тоже отвернулся. Казалось, и ему эта ситуация казалась немного странной. Билл никак не мог остановить стада мурашек, которые бегали по его рукам. Он очень радовался, что комментатор в его голове временно прекратил вещание и что вокруг не было никого, кто мог бы лицезреть эти неловкие попытки завязать разговор.

— Не за что. Ты кажешься мне хорошим парнем. Так что, — Том хлопнул брюнета по плечу. — Ты ведь знаешь, где меня найти, если что?

— Я не знаю, — Билл сообразил, что даже не спросил у нового знакомого номер его квартиры.

— Фиби не сказала тебе? — Том хмыкнул. — Я живу прямо под тобой. Квартира четыреста семьдесят три.

Билл кивнул. Потом задумался. Глаза его поползли на лоб.

— Но ведь это квартира…

— Моего отца?

— Отца? Том. Ты…

— Я сын мистера Альфредо, — подтвердил молодой человек и не удержался от улыбки, заметив, что от неожиданности его новый знакомый готов выронить органы зрения. — Альварес — мой отец.

Билл открыл рот. Ему моментально стало стыдно за то, что он так категорично назвал домовладельца мерзким козлом.

— Не думал, что у него есть дети, — решил свернуть на безопасную сторону он.

— Представь себе, — Том пожал плечами. — Но если что, я не такой зануда. Это у него издержки возраста.

Билл натянуто улыбнулся ему в ответ. Они еще некоторое время просто смотрели друг на друга, а затем Том моргнул и разорвал этот контакт, отвернувшись.

— Ладно, парень. Приятно было с тобой поболтать. Но я сейчас должен идти, а то катастрофа в подвале все еще не устранена. Я только отходил купить кофе, — он наглядно продемонстрировал свой стаканчик.

— Да. Да, конечно. Кстати, еще раз спасибо, — Билл пригладил волосы. — В конце он все равно нас раскусил, но я признателен тебе, в любом случае.

— Да, от моего отца редко можно что-то скрыть. Но мы хотя бы попытались.

Билл кивнул. Он все еще был немного шокирован открытием. Парень оказался совершенно не похож на своего отца, он был обычный, вполне дружелюбный и очень любезный.

Том повертел в руках свои очки и поднялся. Билл махнул ему рукой. Получив ответ на этот жест, он еще некоторое время задумчиво изучал спину в клетчатой рубашке, которая удалялась от него в направлении подъезда.

По крайней мере, этот внезапный разговор выбил из головы все идиотские мысли, которых до этого было навалом. Билл и сам не знал, во что ему верить. Но одно он понимал точно — Том действительно был не таким ужасным. На интуитивном уровне Кернер просто почувствовал это. И, кажется, он был не один на всей этой планете, у кого отношения с родителями оказались очень далеки от идеальных.

***

Том задумчиво нажал на кнопку лифта. Он обернулся еще раз, чтобы посмотреть на грустного, все еще сидящего на парапете Кернера. Кто бы мог подумать. Том никогда еще не встречал никого столь похожего на него. Он удивлялся, что проверка его теории на этом парне оказалась настолько правдивой. Ему стоило очень больших усилий делать так, чтобы Кернер ни о чем не догадался. Альфредо еще и сам не знал, чего он хочет добиться, получив такого рода информацию о соседе. Но он надеялся, что в ближайшее время выяснит это.

За своими мыслями парень и сам не заметил, как достиг подвала. Он еще не разговаривал с отцом после инцидента с вентилем. Однако, сейчас эта необходимость по полной программе настигла Альфредо-младшего.

Как только Том шагнул через порог, мощный удар в челюсть заставил его дернуться и неловко отойти на шаг назад. В шее что-то хрустнуло. Из глаз посыпались снопы искр, а стена больно впечаталась в спину, выбив из легких все дыхание. Теплая, соленая кровь дорожкой побежала по подбородку, он ощутил ее вкус на своих губах. Том на пару секунд застыл, собираясь с мыслями, а затем поднял потемневший от боли и злости взгляд на своего отца.

Каким бы старым и немощным ни казался Альварес Альфредо, сила его удара все еще была способна сокрушать кости. А теперь он стоял перед своим сыном — сжимающий до боли свои кулаки и злой как черт. От него разве только не валил пар.

— Ты, сукин сын, — тихо прошептал он. — Ты думаешь, я не знаю, что это ты вывернул вентиль?

Томас продолжал прямо смотреть на отца. Он вытер кровь тыльной стороной ладони.

— Я ничего не стану объяснять, — тихо прошипел он, стряхивая капли с руки.

— Ты приехал сюда для того, чтобы продолжать свои похождения? Тогда собирай свои вещи и проваливай!

Влажная тишина ненадолго воцарилась в затопленном помещении. Мистер Альфредо стоял по колено в воде, с закатанными штанами. Было видно, что попытки локализовать катастрофу дались ему нелегко.

— Нет, — коротко ответил Том. — Это не то, что ты думаешь. Этот парень, Кернер. Он особенный. Но не потому, что я положил на него глаз, как тебе мерещится.

— Мне все равно, что ты нашел в нем — очередного гейского дружка или еще что. Пока ты живешь в моем доме, ты будешь делать то, что я говорю. И если ты не на моей стороне и не собираешься мне помогать, то у тебя всего лишь один путь. Собрать свои шмотки и проваливать ко всем чертям, — Альварес сжал в кулаке разводной ключ.

Еще секунда прошла в немой борьбе двух одинаковых пар карих глаз. Отец и сын с ненавистью сверлили друг друга взглядом.

— Я сказал, что помогу тебе, — все так же тихо отозвался Том.

— Вот и хорошо. Мудрое решение. Тогда не стой на моем пути. И если ты собираешься помогать — никакой дружбы с этими людьми. Они — гниль на теле этого дома. И я собираюсь выжить их отсюда любыми способами. Вместе с этим Кернером, который влился в их компанию.

— А тебе не кажется, что ты сгущаешь краски? — Том, наконец, отлип от стенки. — Если бы ты попытался их понять… Если бы ты хоть раз попытался понять меня.

— Я не должен ничего понимать. В этом доме почти все квартиры — моя собственность. И я хочу, чтобы в них жили нормальные люди. Пусть такие, как они, валят в гетто, где им будут рады, — отрезал мистер Альфредо и поднял разводной ключ так, чтобы его сын больше не думал спорить. — У тебя есть еще вопросы?

— Нет, — Том с ненавистью посмотрел на него. История повторялась с точностью до каждого момента. Ему просто снова напомнили о его месте в этой семье.

— Тогда держи, — инструмент с металлическим лязгом полетел к ногам парня. — Чини все, что ты тут натворил. Чтобы к приезду аварийной службы тут было сухо.

С этими словами Мистер Альфредо, задев по пути плечом своего сына, вышел вон. На сегодня его разговор с Томасом был окончен.

Комментарий к 3. Не хочу слышать, как разбивается моя вселенная

Огромное спасибо Ксении, которая честно и очень подробно бетит всю мою ерунду и Ире, которая честно и подробно всю эту ерунду читала)))))

========== 4. Уведомление о выселении. ==========

После той вечеринки прошла неделя. Кернер получил достаточно времени, чтобы подумать обо всем, что с ним произошло в первые дни приезда. Он хотел бы последовать доводам разума, но судьба вновь иначе распорядилась его счастьем. Он понятия не имел, что день, когда ему придется выбирать, по какую сторону баррикад он окажется, придет так скоро.

Билл стоял в прихожей и внимательно изучал свое осунувшееся и побледневшее отражение. Сказать, что новая жизнь приносила ему кайф или хотя бы вошла в колею, значило очень и очень капитально соврать. Он успел не так много — разобрал сумки и сделал пару важных звонков. В остальном его существование все еще напоминало руины и разруху.

На днях ему звонили родители. Пришлось врать, что все идет хорошо и ничего аномального не происходит. Билл не хотел волновать свою мать и доставлять радость отцу. Он не собирался сдаваться, несмотря на череду неудач. За все это время единственным… человеком?.. с которым ему удавалось поговорить, был голос, сживающий его со свету. Кернер не знал куда себя деть от этой назойливой болтовни. Кроме того, никто из его новых друзей с ним не пересекался. Билл и сам не искал с ними связи — смотреть в глаза людям, с которыми он так внезапно разделил свою личную жизнь, не было никаких моральных сил и желания. Он только раз виделся с Грегори и Гарри, когда вышел на балкон подышать свежим воздухом. Идею о том, чтобы выяснить, с кем у него был физический контакт он забросил, потому что боялся узнать подробности. Аманда, как он полагал, исчезла из виду по той же причине. Был шанс, что они вообще могли не увидеться никогда в жизни, и сейчас эта мысль приносила облегчение. Пока было трудно сказать, что делать со всем этим навалившимся грузом.

Кернер стоял и задумчиво смотрел на газету в своей руке. Красным маркером были обведены несколько объявлений. Каждое предлагало воспользоваться услугами опытного психолога. Это казалось самым разумным решением ситуации, и, как бы ни хотелось не возвращаться к тому, с чего все это началось несколько лет назад, сейчас выбор был не велик.

Парень как раз договорился о визите, когда вдруг в квартире наверху раздались громкие крики, хлопанье дверей и жуткий топот. Кернер протер ладонью усталое лицо и задумчиво посмотрел на дверь. С той вечеринки, кроме остальных проблем, ему приходилось периодически выслушивать жалобы Фиби на то, что Альфредо в этот раз точно сживет ее со света. Сосед, конечно, говорил ей, что все будет в порядке, но что-то в этом шуме на сей раз насторожило его. Он надел свою домашнюю футболку и отправился посмотреть, все ли в порядке.

Мне кажется, у кого-то сейчас будут большие проблемы, — радостно подсказал ему голос, пока они преодолевали свой путь по коридору до лифта.

Мне кажется, это не твое дело… — вяло отозвался Кернер. За все это время он уже смирился с тем фактом, что избавиться от этой компании ему будет непросто. Но убедить себя в том, что это нормально — отвечать кому-то, кого было даже не видно — так и не удалось.

На твоем месте я бы не стал туда ходить, — продолжал давать наставления невидимый собеседник.

Заткнись, — зло завершил Кернер эту традиционную беседу. Они всегда заканчивались одним и тем же.

Поднявшись на этаж, где жила Фиби, парень почти лишился дара речи. Он ожидал увидеть многое, но только не то, что увидел: дверь квартиры соседки была открыта, из нее, одна за другой, вылетали вещи различной степени весомости. В коридоре, довольный и улыбающийся, как стоваттная лампочка, стоял мистер Альфредо. За его спиной толпились какие-то люди и Фиби, пытающаяся что-то им объяснить.

— Вы не можете этого делать, — кричала она, — это частная собственность! Нарушение прав!

— Ты тоже нарушаешь права. Я предупреждал тебя, Соммерс, я предупреждал! — злорадствовал Альфредо. — На тебя в этом доме больше всего жалоб, мне ничего не стоило получить ордер на твое выселение.

— Альфредо! Ты не имеешь права лапать мои вещи! — Фиби удалось выхватить у одного из мужчин свой кожаный кейс с кистями и красками. — Не трогайте это.

— Твое извещение лежит у меня на столе уже неделю. У тебя было время собраться. Если ты этого еще не сделала, это только твои проблемы.

— Но я его увидела только сегодня!

— Это твои проблемы, как я уже и сказал. — Альфредо кивнул головой людям в форме. — Выносите все, кроме мебели.

— Это незаконно! — попыталась девушка встрять еще раз. Альфредо посмотрел на нее с гаденькой усмешкой.

— А ты попробуй докажи, Соммерс, — его острый взгляд полоснул Фиби по лицу. — Так ты сказала, когда поцарапала мою машину?

Девушка открыла рот. Она не знала, как еще могла повлиять на ситуацию.

— Фиби, — Билл подошел к ней, удивленно окидывая взглядом помещение. — Что тут творится?

— Билл, — глаза ее были красные. — Меня выселяют. Альфредо… — она не смогла продолжать. Слезы мешали ей говорить.

Все шло к этому… — меланхолично заметил голос.

Билл удивленно открыл рот. Такого поворота событий он не ожидал.

— Одну минуточку, — парень опомнился. — Можно взглянуть на документы?

— Да, пожалуйста.

К ногам Билла тут же полетели бумажки. Кернер не стал возмущаться подобной грубости. Он наклонился и поднял их, чтобы внимательно изучить. В действительности, Фиби Соммерс, чье имя упоминалось в самом начале, должна была покинуть помещение дома по адресу *** не позднее сегодняшнего дня. Перечень жалоб, подписанный размашистой раскорякой мистера Альфредо, прилагался.

Ого. Публичные домогательства, разврат, аморальное поведение… В каком веке встречались такие формулировки? — поинтересовался голос, который, как и всегда, следил за ситуацией и не мог смолчать.

— Мистер Альфредо, я уверен, все это можно как-то решить… — попытался встрять Билл.

— Нет, парень. Решить это можно было до того, как вы начали портить мое личное имущество.

Фиби всхлипнула. Ее тонкие руки обвились вокруг шеи Билла, и она зарыдала ему в футболку. Кернеру искренне хотел бы ей помочь, но сердце его отбивало бешеный ритм, а решение почему-то никак не находилось.

А что, если… — внезапно само по себе вспыхнуло в голове.

— Значит, вы хотите ее выселить. Фиби. Сколько составляла твоя арендная плата?

— Какое это теперь имеет значение?

— Нет, это важно. Скажи мне.

— Примерно тысяча долларов. Не так уж много, — раздался невнятный отклик.

Билл кивнул.

— Эта квартира, она была записана на твое имя?

— Да, Билл. Но я не понимаю, к чему ты…

Брюнет просиял. Он знал, что перечеркнет все свое существование в доме тем поступком, который собирался совершить.

— Погодите, — он остановил мужчин, опечатывающих коробки с вещами. Отнесите все это в квартиру ниже. С мебелью мы потом разберемся.

Перекошенное лицо мистера Альфредо тут же возникло прямо возле его носа.

— Нет, Кернер. Единственное, куда она пойдет сейчас, это на выход. Тебе ясно?

— Да? — злой и совершенно не настроенный на дебаты Билл сейчас был готов вмазать этому чертовому старику. — А ты проверь меня, Альфредо.

Кернер сложил руки на груди и посмотрел сверху вниз на начинающего зеленеть, как плесень на сыре, домовладельца.

— Ты не можешь так поступить, Кернер!

— Как и ты. У тебя нет документов, чтобы запретить мне позвать к себе гостя. Я могу поселить к себе кого хочу.

Губы Фиби приоткрылись в немом шоке. Ни она, ни работники социальной службы, не знали, что делать.

— Ты не имеешь права, — глаза домовладельца сузились до пары миллиметров.

— Ты тоже. Ты лезешь туда, куда тебе не надо лезть. Не удивительно, что тебя ненавидит весь дом, — Билл поражался, откуда у него было сейчас столько внутренней силы, как будто какой-то мотор включился. Он изо всех сил хотел только одного — увидеть перекошенное лицо мистера Альфредо.

— Ты, щенок, пытаешься стоять на пути не у того человека. Разве ты еще не убедился, что это бесполезно?

— Нет. — Билл был упрям, как скала. — Я могу пускать в свою квартиру кого хочу. И Фиби, — он глянул на встрепанную девушку, — пойдет со мной.

Альфредо сжал кулаки. На секунду Биллу показалось, что тот кинется на него. Но домовладелец молчал. Все молчали.

— Билл… Не надо… — только тихо прошептала Фиби.

— Надо. Ты сейчас берешь вещи. И мы идем. Домой. Я покажу тебе твою комнату. Ведь на меня-то в этом доме пока никто не жаловался? — с хладнокровным спокойствием удава, Билл взял одну из ее коробок.

— Ты пожалеешь об этом, Кернер, — сквозь зубы прошипел мистер Альфредо.

— С нетерпением жду. Заходите как-нибудь попить чай, посмотреть, как Фиби обустроилась, — бросил Билл уже через плечо.

Он прекрасно понимал, что перегнул палку в этот раз. Но отмотать время и сделать что-то по-другому он не хотел.

Когда они отошли на безопасное расстояние и двери лифта закрылись за их спинами, Фиби повисла у Билла на шее второй раз. Он никогда не получал сразу столько поцелуев от девушки за раз.

— Билл, ты… ты-ы… — быстро бормотала она, не в силах подобрать слова.

— Ходячий труп. Знаю. Альварес теперь меня в могилу вгонит.

— Нет. Ты — мой герой. Честно… я найду квартиру и съеду от тебя, как только представится возможность!

— Да ладно тебе, — брюнет задумчиво пожевал губу. — У нас теперь другая задача. Не вляпаться по новой и не навлечь на себя гнев старика. Нам надо вести себя тише воды, ниже травы, чтобы он не мог больше подкопаться.

— Даю слово! Никаких шумных вечеринок. Комендантский час в одиннадцать. Ты мне выделишь место, где я могла бы хранить свои кисти? — девушка удивительно быстро приходила в себя. Через секунду на ее лице уже не осталось и следа от слез. Розовые глаза лихорадочно блестели в полумраке коридора. Ну а Биллу оставалось только усмехнуться. Он жалел, что его отношение к жизни было не таким легким.

Это был очень благородный поступок. Но ты же понимаешь, что только что окончательно встал на сторону зла? — голос, на который Билл прекратил обращать внимание, снова вернул его в реальность.

Ну и что? Один черт, злее уже некуда. Когда в голове постоянно бубнит непонятно кто, — в виде исключения отозвался парень.

Я думал, ты уже привык к моей компании.

Это ненадолго. Я планирую избавиться от тебя. И сделать это как можно скорее! — злорадно пообещал ему Билл.

Как ни странно, ответом ему была полнейшая тишина. Только радостная болтовня Фиби над ухом позволила парню немного улыбнуться.

У него были самые серьезные планы на вторую половину дня. И он очень нервничал перед тем, что ему предстояло.

***

Ближе к вечеру, когда солнце уже было не таким ярким, Билл лежал на кушетке и смотрел на стену, криво нависавшую над ним. Жалюзи отбрасывали на нее косые полосы, а в наушниках звучала монотонная, релаксирующая мелодия. Предполагалось, что это был хороший способ для того, чтобы немного успокоиться, но Билл все равно нервничал.

— Мистер Кернер, вы можете снять наушники, — услышал он приглушенный голос.

Сделав то, что ему сказали, он сел и проморгался, стараясь избавиться от ярких пятен, которые прыгали перед его глазами.

— Итак, расскажите мне, что вас привело ко мне в кабинет.

Парень тяжко вздохнул.

— Мне кажется, мое состояние становится хуже. Примерно пару лет назад я уже посещал психоаналитика. На этом настоял мой отец.

— Какого рода проблемы вас беспокоили?

— Я… — Билл неуверенно посмотрел на мужчину средних лет, который внимательно изучал его через стекла очков. Доктор кивнул ему в знак одобрения, чтобы его клиент не стеснялся говорить.

— Я начал испытывать психологические трудности. Видите ли, из-за слишком консервативного воспитания, я большую часть времени был вынужден проводить дома. Мне было сложно общаться с людьми. А единственный, кто мог меня понять и поддержать — мои родители — были слишком заняты, чтобы слушать мои жалобы.

— Да, это типичная ситуация. Сколько вам было лет, когда вы стали понимать, что испытываете проблемы?

— Лет пятнадцать, — неуверенно подсчитал в уме Билл. — Я стал замкнутым. А потом у меня начались непонятные вспышки агрессии, депрессия, волнения. Я пытался успокоиться, говорил сам себе, что все это пройдет. Но в результате я только обзавелся расстройством личности. У меня даже было желание разговаривать с самим собой… — Билл начал понижать тон, замечая, что кончик ручки в руке врача быстро бегает по бумаге, в попытке записать всю информацию.

— Такое часто бывает. От недостатка внимания люди стараются компенсировать это хотя бы каким-то общением. Что-нибудь еще? — врач внимательно посмотрел на сконфуженного парня.

— Да. Недавно я решил, что все мои проблемы связаны с тем, что я постоянно думаю о своей старой жизни. Оставаться в доме родителей стало пыткой для меня. Я решил сменить место жительства, но тут… тут тоже все складывается не так гладко. Я… начал слышать голоса.

— Голоса?

— Да. Точнее, один голос.

— Что он вам говорит?

— Он появляется всегда, когда я один. Нет… Не всегда. Был один случай, когда я был с компанией, — Билл припомнил самое первое появление недельной давности, после которого все закончилось тотальным групповым алкогольным беспамятством.

— Что вы испытываете, когда слышите его?

— Страх. Непонимание. Злость? У меня возникает чувство, что кто-то чужой пытается захватить мое сознание. Как будто… Это чьи-то мысли. Я могу слышать чьи-то мысли, — отчаянно забормотал парень, пытаясь контролировать поток своего сознания.

— Не надо так переживать. Подождите. Мы должны записать все и попытаться разобраться.

— Но я же не схожу с ума? — глаза молодого человека лихорадочно блеснули. — У меня нет шизофрении. Это все началось, когда я переехал!

— Я понимаю вас. Это все могло быть вызвано стрессом. Вам ведь нелегко далось решение покинуть родительский дом?

Билл утвердительно кивнул.

— Я полагаю, должно пройти некоторое время. И все это успокоится. Такого не бывало раньше? — врач внимательно сверился со своими записями.

— Нет. Никогда, — Билл сцепил руки на коленях.

— В таком случае, не стоит беспокоиться. Психологические заболевания не вспыхивают как пожар. Это процесс медленно текущий. Вы говорите, вам помог предыдущий курс терапии и никаких жалоб у вас не было?

— Нет. Я отлично себя чувствовал.

Врач кивнул и сделал еще пометку.

— В таком случае, вам не стоит переживать.

— А что мне с голосом делать? Он не дает мне покоя, — Билл с надеждой посмотрел на врача.

— Мистер Кернер, — психоаналитик снял очки и устало потер переносицу. — Пока, чтобы не вмешивать сюда ненужные вам и мне инстанции, я назначу курс бесед, который вы должны будете пройти. Сдать анализы. Принять некоторые лекарства. Относитесь к себе критически. Не воспринимайте это все так серьезно, старайтесь не думать, что мысли кажутся не вашими и посланы откуда-то извне. Бред усиливается, когда вы на нем концентрируетесь. Ничего материального голоса не могут сделать, кроме болей в голове, галлюцинаций, навязчивых мыслей. Вам не нужно бояться и пытаться бороться с ним. Для начала примите его как часть себя. Я уверен, вам полегчает.

Билл не моргая смотрел на пожилого мужчину. Солнце танцевало в его темной седеющей бороде. Парень не мог поверить своим ушам.

— То есть, мне надо поддаться этому безумию?

— Только так вы прекратите мучить себя. Это для начала, — спокойно подтвердил врач.

Билл поднялся на ноги.

— И нет ничего, что могло бы сдержать его вторжение в мою жизнь?

— Давайте проведем серию процедур. И посмотрим, к чему это приведет. — Врач внес в отдельный листик какие-то записи. — Я напишу вам кое-какие лекарства и даты следующих приемов. Но хочу предупредить, лечение будет дорогостоящим.

Билл взял в руки листик. Глаза его неконтролируемо поползли на лоб.

— Вы шутите? Всего за один прием?

— Молодой человек, я боюсь, вы не найдете ничего дешевле, — доктор пожал плечами. — Мои цены одни из самых демократичных, учитывая, что я считаю себя неплохим специалистом.

— Я понимаю. — Кернер стиснул челюсти. — Я все оплачу. Но мне нужно время, чтобы подумать о дальнейшем вмешательстве.

— Конечно, — врач тоже поднялся, чтобы проводить пациента к двери, — и не переживайте так сильно. В наше время стресс вызывает действительно удивительные психологические реакции.

Билл кивнул. И, больше не оборачиваясь, пошел оплачивать в кассу баснословно дорогой прием.

***

Он был в абсолютном расстройстве. Кернер полагал, что в ходе визита к доктору получит чуть больше разъяснений и надежду на выздоровление. Но вместо этого он получил только самые безрадостные перспективы, счет на круглую сумму и список очень сильных антидепрессантов, которые, как он уточнил в Интернете, прописывали только безнадежным пациентам дома скорби.

Он обошел еще несколько клиник, но и там результат был примерно тот же. Суммы были просто астрономические, а врачи, когда убеждались в том, что разговаривать с Биллом в финансовом плане было особо не о чем, тут же становились каменными и холодными как стены.

Кернер вернулся домой злой и выжатый словно половая тряпка. Еще никогда он не чувствовал себя более одиноким и грустным, чем сейчас. Однако, как только он увидел в коридоре коробки Фиби, его сердце немного дрогнуло от радости. Ему сейчас совершенно не хотелось быть одному. Как по заказу, взлохмаченная черная с фиолетовым голова показалась из-за дверного косяка.

— Ты уже вернулся? — девушка улыбнулась ему. — А я почти перенесла сюда все свои вещи.

С момента утреннего инцидента прошло не так много времени, но по ней нельзя было сказать, что она чем-то расстроена. Лицо Фиби светилось от радости. Однако, когда она увидела своего соседа, улыбка сползла с ее губ.

— Эй, ты в порядке? — она отставила в сторону сумку, которую держала в руках.

— Да. Да, все хорошо, — соврал Билл и начал просачиваться на свою половину квартиры.

Он сел в кресло и устало прикрыл глаза рукой. Фиби постояла немного в дверях, не решаясь задать интересующий ее вопрос. Но потом ее природная дружелюбная натура все же победила. Она тихо присела на одно колено рядом с Биллом.

— Это из-за тех объявлений, которые отмечены в газете? — тихо спросила она, опасаясь, что может лезть не в свое дело.

Билл выругался про себя. С утра он никак не планировал обзавестись сожителем. А потому не посчитал нужным соблюдать осторожность и избавиться от компромата. Он вяло посмотрел на девушку, которая ждала его ответа.

— Да как тебе сказать, — буркнул он после секундной паузы.

— Скажи, как есть.

Кернер поднял на Фиби несчастные глаза.

— В общем и целом — да. У меня есть кое-какие трудности. Но ты не переживай. Я не превращаюсь в Эдварда Хайда или что-то вроде и не кусаюсь, — он снова безэмоционально отвернулся в сторону.

Фиби некоторое время молчала, прежде чем заговорить.

— Билл, если это что-то серьезное… Я тебе говорила, что Рианна медик? У нее есть масса знакомых в этой сфере. Если ты хочешь, я могла бы…

— Нет, Фиби, — Билл решительно посмотрел на нее. — Я пока подожду. Может, я смогу сам справиться со всем.

— Ты уверен в этом?

Билл совершенно не бы уверен. Но рассказывать девушке обо всем он тоже не горел желанием. На это не было сил.

— Да. Да, Фиби. Я уже пережил этот момент.

— Точно?

— Точно, — Билл улыбнулся через силу и повернулся к ней лицом. — Хочешь, я тебе помогу с твоими вещами?

Она некоторое время задумчиво смотрела на соседа, а затем кивнула. Билл решил, что это его немного отвлечет, а после он выйдет прогуляться ненадолго. Возможно, хоть так эта трясучка пройдет.

***

Мистер Альфредо сидел в тишине своей мрачной квартиры. Венка на его виске все еще билась от приступа бешенства. Он был зол, как свора адских гончих. Бокал в руке был сжат так сильно, что побелели костяшки пальцев.

В дверь глухо постучали.

— Не заперто, — буркнул Альварес, продолжая поджигать взглядом коврик возле двери.

— Альфредо, старый лис, — в щель просунулась улыбающаяся голова в кепке, надетой козырьком назад. — Как твое ничего?

— Ничего хорошего, — парировал домовладелец, прикладывая к губам толстую сигару. — Сделай одолжение, зайди внутрь, пожалуйста.

— Да, это как раз то, что я хотел сделать. Собственно, я пришел за твоим долгом.

Альварес молча вынул из-под сиденья бумажный пакет из супермаркета и бросил его человеку. Тот поймал посылку и поспешно пересчитал содержимое.

— Здесь половина, — резюмировал он, когда поднял глаза, — где остальное?

— Пока нет. Получишь на следующей неделе, — хрипло выдохнул Альварес.

Глаза человека сузились.

— Это не торги, Альфредо. Ты ведь понимаешь это? Я даю тебе деньги на скупку квартир не задарма.

— Я сказал, отдам на следующей неделе, — повторил Альварес, не глядя на посетителя.

— Ты смотри. С этим шутки очень плохи. Вскоре эта золотая жила может прекратить свои поставки.

Альварес сжал челюсти. Через секунду он уже стоял напротив человека, прямо и открыто заглядывая в его глаза.

— Берто. Ты мне угрожаешь?

Толстяк изобразил елейную улыбку. Глаза двух мужчин встретились на секунду, однако же Альварес выдержал эту игру и не стал отводить свой взгляд. Берто сдался первым.

— Ну почему же сразу «угрожаешь»? Угрожал бы я тебе, если бы навел на твою контору налоговую полицию, от которой ты так лихо уклоняешься, но я молчу. А мое молчание стоит дорого.

Альварес с трудом пересиливал себя, чтобы не вцепиться улыбающемуся толстяку в ворот рубашки. Он хотел бы вытрясти из него всю душу, но его отвлек шум щелкнувшей собачки. Оба мужчины резко обернулись к двери.

— Томас? Что ты здесь делаешь? — холодно спросил мистер Альфредо, увидев, что его сын стоит в коридоре, но не заходя в квартиру.

— Полагаю, я тут живу, — напряженно отозвался парень. — А вот что делаешь ты?

Молчание воцарилось в мрачной, полутемной гостиной. Никто из присутствующих не проронил ни звука. Мистер Альфредо и представить не мог, сколько информации, которая не предназначалась для чужих ушей, слышал его сын.

— В любом случае, — прервал Томас вереницу его отчаянно несущихся мыслей. — Я ухожу. У меня нет никакого желания оставаться здесь.

Он быстрым шагом пересек комнату и схватил свой баскетбольный мяч. Через минуту и следа его присутствия уже не было в квартире.

Мистер Альфредо тихо выругался. Для Берто же вся эта ситуация казалась более, чем забавной.

— Ну надо же, — громогласно рассмеялся он. — Томас снова здесь. Мне кажется, что в один прекрасный день он вспомнит все, что ты сделал для него и проболтается. Смотри, чтобы твой мальчишка держал язык за зубами. А не то сидеть тебе, Альфи, доживать свои дни на казенной даче.

— Пошел вон из моей квартиры! Вон! — закричал мистер Альфредо и схватил мужчину за шкирку. Через минуту громогласный смех Берто был слышен уже из коридора. А мистер Альфредо так и остался стоять, клокоча от злости в темноте прихожей.

Спасибо огромное Ксении, которая помогает бетить этот текст и дорогим читателям, которые на забывают отписываться

========== 5. Плохой день. ==========

Томас зло бросил мяч в корзину. Тот с гулким звуком ударился о щиток, отскочил и покатился по земле. Парень вновь взглянул на окна своей квартиры. С годами его отношения с отцом не улучшались, и даже теперь, вернувшись после нескольких лет отсутствия, Том обнаружил все ту же картину: эгоистичный старый хрен, который делает деньги и не видит вокруг ничего, кроме своей выгоды.

Хорошее настроение испарилось, будто его и не бывало. Парень уже не думал, что решение вернуться в Сан-Франциско было удачным. Смотреть в глаза отцу не хотелось. Том ненавидел себя за то, что в этом мире ему было некуда деться — судьба всегда возвращала к одному и тому же. Это было ужасно несправедливо. На душе скребли отвратительные и очень настойчивые кошки.

Он поднял мяч и прицелился в кольцо еще раз.

— Можно составить тебе компанию? — раздался голос откуда-то слева.

Альфредо-младший поднял глаза. Уголок его губ слегка дрогнул. На краю баскетбольного поля стоял тот самый парень с одиннадцатого этажа, и по его внешнему виду тоже нельзя было сказать, что он доволен жизнью.

— Привет, — Томас лишь слегка прищурил глаза — настроение абсолютно отсутствовало. Билл кивнул ему в ответ.

— Я не помешаю?

Альфредо неопределенно пожал плечами, но не сказал ничего, а Билл замялся, не увидев в этом жесте прежнего дружелюбия. Сосед выглядел прохладным и отстраненным, но Кернер заставил себя думать, что ему так только кажется. Тонкими пальцами он расстегнул молнию на своей спортивной куртке и остался в одной майке. Том невольно скользнул взглядом по широким плечам и накачанным рукам. И резко отвел в сторону, когда брюнет вновь обернулся к нему.

— Неудачный день? — предположил Билл, забирая у Альфредо мячик.

— Ты себе не представляешь, — буркнул Том. — До такой степени, что и домой идти не хочется.

Кернер хмыкнул.

— А ты себе не представляешь, как я тебя понимаю.

Два молодых человека некоторое время молча перебрасывались на расстоянии. Билл ничего не говорил — после всех событий этого странного дня у него дико разболелась голова, а Том пытался сообразить, куда ему податься сегодня. О возвращении к Альваресу и речи быть не могло.

— Давай в «Двадцать одно»? Так интереснее, — предложил Билл и первым забросил мяч в корзину. — Смотри, я уже начал.

Томас вытер рукой пот со лба и решил поддержать инициативу.

— Давай. Но я предупреждаю, я тебя быстро сделаю.

Билл пожал плечами. Некоторое время прошло в напряженной битве, в которой каждый из парней пытался сделать прорыв и получить дополнительные очки. Билл не уступал Томасу, но тот все равно вырывался вперед за счет ловкости.

— Эй, так не честно! — засмеялся Билл, когда его совершенно бессовестно оттеснили в сторону.

— Это называется блок. Думал, я буду стоять и смотреть, как ты меня обыгрываешь? — Том обернулся и издевательски глянул на Кернера.

— Нет. Я так не думал, — брюнет исхитрился и увел у противника мяч. — Кстати, я тут вспомнил… Можно тебя кое о чем спросить?

Альфредо замер на секунду, упуская инициативу. Волоски на его загривке поднялись от напряжения.

— Это будет приличный вопрос?

— Конечно.

— Жалко. Ну, ладно, валяй, — пошутил он и обернулся к Биллу. Цепочка с армейским медальоном на его шее блеснула в лучах заходящего солнца.

Билл помолчал, пытаясь решить, будет ли правильно спрашивать о таких вещах, но любопытство съедало его до глубины души.

— Слушай… Ты не подумай ничего плохого, я ни в коем случае не хочу воспользоваться нашим знакомством… Просто…

— Просто?

— Ну, ведь мистер Альфредо — твой отец. А ты не мог бы попросить его немного пересмотреть наказание Фиби? Это действительно странно. Почему он так к ней несправедлив?

Лицо Томаса моментально потемнело.

— Билл. Ты себе не представляешь, во что лезешь. У Альвареса… В смысле, у моего отца… У него очень много секретов, которые он не рассказывает никому, в том числе и мне. Поверь, вести против него открытую военную кампанию просто бессмысленно. Я уже пытался.

— Пытался? — Билл удивленно поднял брови.

— Да. Несколько лет назад. Фиби не рассказывала тебе?

— Нет. Мы вообще с ней не трогали эту тему. Она только дала понять, что вы не очень ладите. Это так?

— Не совсем. Мы просто делаем вид, что друг для друга нас не существует. Ее — для меня. Меня — для нее, — глухо отозвался парень. — Это не очень приятная история. Я пытался вмешаться, и, в результате, мне пришлось покинуть это место. Очень надолго, — мрачно закончил Том. Мячик снова проскользнул в кольцо. — Хотя, Фиби и остальные, наверное, до сих пор считают меня предателем.

На этот раз твердая резина с шумом ударилась о землю. Ни Том, ни Билл не попытались двинуться с места. Последний все еще был немного удивлен той прохладности, которую увидел сейчас в лице этого молодого человека.

— Иногда… — донесся до Билла тихий голос, — возвращаясь сюда, я не хочу вспоминать прошлое. И каждый раз задаюсь вопросом, зачем я все-таки вернулся?

Кернер не знал, должен ли он отвечать на это. Вдруг сложилось впечатление, что он подслушивает какую-то очень личную, ни для кого не предназначенную исповедь. Его руки опустились, но Том уже и сам понял, что это было лишним. Он настойчиво встряхнул своими тугими косичками.

— Не важно. Просто забудь. Давай доиграем, и я… пойду. Спать в свою машину. Я думаю, что уеду отсюда завтра же.

— Что значит «в машину»? — брови Билла удивленно поползли вверх.

— Да ладно тебе, не впервой. Я раньше часто из дома убегал. Спал где придется. Жил то тут, то там, — Томас пожал плечами.

— Но ведь… Это…

— «Ужасно»? «Отвратительно»? «Как ты можешь»? — подсказал ему парень верные слова.

— Да нет, — Билл пожал плечам. — Я не об этом. Я понимаю, что это странно, мы едва знакомы и все такое, — он немного подумал, прежде чем продолжать. — Но меня совесть зажрет, если я не скажу, что у меня есть свободный диван. Перед отъездом ты можешь спокойно выспаться, а потом сам решишь, что тебе делать.

Том удивленно посмотрел на него. Несколько мгновений парни просто стояли и изучали друг друга, будто впервые встретились. Глаза Тома были слегка прищурены, но Биллу все равно казалось, что его затягивает в эти карие омуты. Казалось, что он уже давно знал этого парня. Том не отворачивался и не отводил свой взгляд, пока у Кернера не начали чесаться ладони.

— В общем, ладно. Это и правда была странная мысль, — быстро закруглился он.

— Спасибо за предложение. Но думаю, я лучше сегодня… Ну, ты понимаешь, — Том махнул головой в сторону парковки.

— Конечно. Я понимаю. — Билл только надеялся, что не испортил все своим излишним любопытством и ненужными вопросами, и что не из-за него Альфредо вдруг стал таким отстраненным. — Просто ты говорил, что если что-то нужно, я могу обратиться к тебе. Ты ведь тоже можешь воспользоваться таким преимуществом, — заметил Кернер, не зная, чем еще он мог скрыть неловкость этой ситуации.

Том кивнул и отвернулся.

— Спасибо. Я правда признателен тебе, Билл. Но я хочу… Немного побыть один.

Они доиграли в абсолютной тишине. Трудно сказать, что Билл почувствовал себя легче после этой прогулки. Наоборот, появилось что-то еще, что начало тяготить его сознание. И он никак не мог отделаться от этого ощущения до самого дома.

***

You’re running in circles.

I said you’re trying to kill the pain.

You said before, “All I wanted was a friend.”

Well, you never come in the sunlight cause the shadows are by.

You are slowly dying from inside.

Take a backseat into the wind.

Take the pills, that won’t cure the pain.

You will never live again, well never like before.

(April Sixth — Shadowed)

— Я сделала немного клубничного мусса, — объявила Фиби, как только Билл появился на пороге. — Хочешь пробовать?

Она вышла из кухни с миской, в которой толкушкой размешивала какую-то неведомую розовую субстанцию, похожую на пюре. На ее носу и подбородке тоже были нежно-розовые капли.

— Нет. Нет, Фиби, спасибо, — вежливо отказался парень. — Знаешь, я лучше пойду к себе. Сегодня был очень долгий день.

Он глянул на соседку извиняющимся взглядом и поспешил ретироваться в свою комнату. Ему подумалось, что не стоит говорить Фиби о той встрече, которая состоялась между ним и Томом пять минут назад.

— Мне показалось, ты говорил, что ночная прогулка пойдет тебе на пользу, — донеслось ему в спину.

— Я так думал, — Билл ответил так тихо, что Фиби его не услышала и притворил за собой дверь. — Но пора бы мне уже привыкнуть, что большая часть моих идей — неудачны.

Простыни сбились, когда он бросился на кровать и прикрыл ладонями лицо. Фразы, образы из событий сегодняшнего дня, бессмысленные и странные, вертелись в его голове. Билл знал, что ему есть, о чем подумать. Заняться поисками работы, наконец. Купить машину. Но вместо этого, день ото дня, все шло коту под хвост и не было никакого просвета среди этих кучевых темных облаков.

Да ладно тебе, — раздался тихий, как шелест, голос в его голове, — ведь иногда действительно не все бывает так, как хочешь ты.

Билл едва не заскулил.

Не бороться. Не сопротивляться, просто принять его, как часть себя. Как руку, ногу или нос… — тихо начал паниковать он. Его сердце забилось быстрее.

Ты думаешь, я свожу тебя с ума? Но на самом деле ты не один, кто готов лезть на стену.

Расслабиться. Он не сможет причинить мне никакой боли…

Послушай. Давай начнем все заново, хорошо? Я просто хочу, чтобы ты рассказал мне одну вещь.

Не разговаривать с ним. Он сейчас уйдет, — Билл схватился за голову. — Я не должен…

Но ведь я не делаю ничего плохого. Пожалуйста, ты ведь можешь…

Нет, я не могу. Я не знаю. Нет-нет-нет, — тихо шептал Билл из последних сил.

И в кого ты такой упрямый?

Кернер резко сел на кровати. Его терпение медленно, но верно подходило к концу.

Я упрямый? Это ты лезешь в мою голову… Ты! — вскипел он, сжимая и разжимая кулаки.

Ну, а ты не думал, что на то есть причины?

Нет. Не думал! Выметайся вон!

Как только Билл, едва дыша от гнева, изрек последнюю фразу, голос смолк. Однако оказалось, ненадолго.

Я могу читать твои мысли, — внезапно изрек собеседник. От этого откровения Билл аж открыл рот. — А ты можешь мне отвечать. Тебе не кажется это странным?

Нет. Мне кажется, что как только я заработаю немного, я пойду к врачу. И избавлюсь от тебя как можно скорее!

Ты не сможешь сделать этого. У меня были попытки избавиться от своей способности. И все они ни к чему не привели.

Билл тихо замер. Сегодня беседа принимала странный оборот.

У тебя ведь тоже есть масса проблем в общении с людьми? Ты шарахаешься каждого куста… — продолжал голос. — С того самого момента, как ты приехал сюда, я понял, какой ты. Ты очень похож на меня.

Нет, у меня нет никаких проблем. — Билл схватил подушку и накрылся ей с головой. — Я приехал сюда. Я решился на это. Я нашел новых друзей.

И поэтому ты до сих пор боишься вспоминать ту ночь, когда вы пошли в клуб? Ты ведь содрогаешься, вспоминая, что кто-то мог прикасаться к тебе, а ты даже не знаешь, кто это был… Ты даже не здороваешься с ними с тех пор.

Нет, уйди. Отстань!

Я могу тебе помочь. Я знаю, кто это был. Хочешь? Просто чтобы доказать тебе, что я не хочу причинить тебе зла, я разрешу твои сомнения.

Билл моментально покрылся ледяным потом. Кадры страшной пленки перещелкивались у него перед глазами. Он еще глубже вжался в матрас.

— Нет! Что хочешь, только не говори мне, — пробормотал он, переходя на шепот. — Ничего не хочу знать!

Вот видишь? Тебе нужна помощь. Но не от того, о чем ты думаешь…

— Послушай… Ты же можешь сделать кое-что, если я попрошу тебя? — слизывая капельки соленого пота, тихо пробормотал Кернер.

В ответ ему раздалось подозрительное молчание.

Я не знаю, кто ты или что ты. Но все, чего я хочу — чтобы ты оставил меня в покое. Мне не нужна ни твоя дружба, ни помощь. Не нужно ничего. Пожалуйста…

И ты… в этом так уверен?

Больше, чем в том, что земля круглая.

Как знаешь. Я просто думал… Мы могли бы стать друзьями.

Нет. Прошу тебя. Если ты можешь, просто оставь меня. Я не могу…

Ладно. Это твоя жизнь. Но помни, что просто так по щелчку пальцев ты не можешь отключить того себя, которого так боишься.

И больше в голове не раздалось ни звука. Билл опасливо высунулся на свет Божий.

Эй? — тихо позвал он через минуту оглушающей, странной тишины. Но в ответ ему не донеслось ни звука.

Эй? — еще раз позвал он, выждав еще минуту.

И снова тишина. Глаза Кернера полезли на лоб.

— Не может… Это не может быть так просто, — тихо пробормотал он. — Голос? Голос, ты там?

И снова сладкое, такое нужное молчание.

— Его нет… — как не в себе, Кернер сел на кровати, бешено вращая глазами. — Его нет!

Он подскочил, будто ужаленный. Еще через десять секунд он был уже на кухне и стискивал в объятиях единственного человека, который мог бы если и не понять, то хотя бы разделить эту радость.

— Фиби! Его нет! Он ушел! — радостно кричал Билл, сжимая мулатку в своих объятиях, которая пыталась отбиться от него лопаткой для взбивания мусса.

— Кернер! Если ты буйный, давай вызовем тебе врача.

— Нет, ты не понимаешь! Он ушел! — Билл перестал кружить по кухне и отпустил свою несчастную жертву.

Фиби вытерла лицо рукавом кофты. Все дружеское беспокойство читалось сейчас в ее глазах.

— Слушай, я думала, ты ушел к себе, и тебе было плохо.

— Нет! Мне хорошо! Мне хорошо! — Билл, как лихорадочный запустил пальцы в волосы. — Мне безумно хорошо. Клубничный мусс! Ты говорила что-то про клубничный мусс. Где он? Я хочу попробовать!

— Я убрала в холодильник, — ошарашенно пробормотала девушка. — Да что это с тобой?

На ее глазах взбудораженный сосед выхватил с полки миску и принялся поглощать содержимое прямо оттуда, не потрудившись выложить порцию в отдельную тарелку.

— Обалденно. Это просто обалденно!

— Билл, может, стоит… — Фиби все еще пыталась вставить свои замечания, но у нее плохо получалось. Еще до того, как она закончила свою фразу, абсолютно пустая миска полетела в раковину.

— Его нет. Ты не представляешь, как я счастлив! — Кернер заметался по кухне, как майский шмель.

— Кого нет? — девушка начала опасливо пятиться к двери.

— Никого! Никого нет! — вел Билл одному ему понятный монолог. — У нас есть что-нибудь выпить?

— А мне кажется, что тебе уже хватит…

— Да ладно тебе, не будь такой занудой! — Билл схватил со столика бутылку с первой попавшейся высокоградусной гадостью. — Я так счастлив!

— Билл, я никогда не против, ты же знаешь. Но твое состояние…

Кернер подошел и быстро чмокнул девушку в щеку.

— Ни слова больше. Ни слова, — он приложился к горлышку и с абсолютно маниакальным видом включил на музыкальный канал маленький телевизор, который переехал к нему из квартиры выше. И хотя недоумению соседки не было предела, через пару минут бессмысленных расспросов она решила, что проще присоединиться к веселью парня.

Билл был дико счастлив. В конце концов, психолог оказался прав. Если просто принять все как есть, не отрицать свою сущность, то все, наконец, утрясется. И именно в этот момент, как никогда раньше, он захотел поверить, что все будет хорошо, что настанет новый день и жизнь начнет налаживаться сама собой. Билл решил, что прямо завтра с утра примется за поиск новой работы, потому что теперь у него на это были силы.

— Время отмечать! — воскликнул он и схватил весело смеющуюся Фиби, кружась с ней в сумасшедшем танце.

***

Том лежал, закинув руки за голову и задумчиво изучал звезды сквозь прозрачную крышу своей машины. Он никак не мог оторвать взгляд от светящегося окошка. Вот прошел силуэт его отца, туда-сюда, как скользящий в ночи призрак. А вот окно Кернера, где за шторами маячили две фигуры, кружащиеся в каком-то сумасшедшем угаре.

Том хмыкнул. Хотел бы и он сейчас так же бессмысленно и беспощадно предаваться веселью. Жаль, что находилась масса поводов для того, чтобы все было наоборот.

В его кармане зазвонил телефон. Посмотрев на дисплей, Том скривился, как если бы съел очень кислый лимон.

— Алло, — страдальчески вздохнул парень.

— Где тебя носит, щенок? — раздался оттуда грубый хриплый голос.

— Какая тебе разница? Я ушел и не собираюсь обратно.

— Еще как собираешься, — заверил его мистер Альфредо. — Я хочу, чтобы ты пришел. Мне надо с тобой поговорить.

— Если тебя беспокоит то, что я слышал — не волнуйся, пап. Я и так прекрасно знаю, что ты не думаешь прекращать свой «бизнес». Ты ведь никогда ни перед чем не останавливаешься.

На том конце провода воцарилась тишина. Собеседник хрипло и сбивчиво дышал.

— Я сказал — вернись домой, — на последнем издыхании велел Альфредо. — Иначе у нас с тобой будет совсем другой разговор.

— Это какой? Мне просто интересно. Снова подставишь меня и выставишь круглым идиотом?

— Нет. Отправлю тебя обратно в психушку, где тебе самое место! — грубо отозвался собеседник. — Я бы на твоем месте пошевелился. Твои дружки опять устраивают вечеринку. Я хочу, чтобы ты вмешался и проследил, чтобы они не путались у меня под ногами. Вы ведь раньше неплохо общались.

От неожиданности Том выронил трубку. Она пошла короткими гудками, когда соприкоснулась с полом.

Губы молодого человека дрожали от бешенства. Ему стоило больших сил перебороть в себе ненависть и вернуться. Теперь, когда его жизнь стала нормальной, один короткий звонок вспорол все старые шрамы в душе и напомнил о том, каким жестоким мог быть родной отец.

Томас резко сел. Он знал, что снова влип по самые уши. И он не имел ни малейшего понятия, как ему выбраться из этого дерьма.

***

От громкой музыки сотрясались стены. Фиби хохотала, глядя как Билл мастерски лижет сорокапроцентные виски прямо из горла.

— Горячо, — нетвердым голосом пробормотал парень.

— На твоем месте я была бы с этим аккуратнее, — девушка кивнула на бутылку в его руке. — В прошлый раз…

— Фи-иби, не ва-ажно, что было в прошлый раз, — радостно заверил девушку Билл и, не удержавшись на ногах, повалился на диван.

— Может, позовем Грега и Гарри? С ними будет веселее.

При упоминании этих двоих в сознании что-то дрогнуло. Билл все еще был не уверен, что хотел их видеть. В его пьяном мозгу ленивой улиткой проползла мысль: «И поэтому ты до сих пор боишься вспоминать ту ночь, когда вы пошли в клуб? Ты ведь содрогаешься, вспоминая, что кто-то мог прикасаться к тебе, а ты даже не знаешь, кто это был… Ты шарахаешься от каждого куста».

Кернер упрямо потряс головой. С этой самой минуты он больше не собирался бояться самого себя. Он будет смотреть трудностям прямо в лицо.

— Да, конечно. Зови, — улыбнулся он, стараясь сделать это как можно более натурально.

мФиби на всякий случай забрала у него бутылку и отправилась на поиски братьев Хеммет. Билл был один минут пять, а затем трое самых заядлых гуляк Сан-Франциско ввалились в квартиру, весело гогоча.

— Вечеринка и без нас? — Гарри вывалил на диван гору пакетов с чипсами. — С вас с Фиби штрафная!

Билл, который уплывал в это время на волнах своего счастья и единоличного правления над своим сознанием, посмотрел на них большими и очень довольными глазами. Тусовка начиналась.

Примерно через полчаса вся компания была пьяная, как рабочие в общежитиях Куинса. Не слыша ничего, кроме музыки, Билл расплывался в ее угарных ритмах, которые пульсировали по всей комнате. Он не ощущал бега времени и, конечно, не слышал, когда в дверь настойчиво постучали.

— Чува-ак, там почтальон! — проинформировал его Грегори, который вальсировал с бутылкой текилы.

— Какой почтальон? — не сразу расслышал его Билл.

— Ну, как это, какой. Обычный, который в дверь стучит. Кто это еще может быть?

Билл смотрел на соседа примерно с минуту, переваривая эту информацию. Когда до него дошло, он показал парню указательный палец.

— А… Сейч-час. Погоди, откроем, — с этими словами он нетвердым, но довольно бодрым шагом направился к двери.

Однако за дверью он не обнаружил никого, кроме Аманды. Злая красотка стояла на его пороге, скрестив руки на груди. Пальцы ее отбивали нервный, очень недобрый такт.

— Кернер. Ты осознаешь, что музыка из твоей квартиры слышна на весь дом?

Билл не сразу сообразил, о чем его спрашивают. Он высунул голову из двери и оглядел коридор.

— А где почтальон?

— Какой почтальон? — Аманда втолкнула его в дверь так сильно, что Билл потерял равновесие и неловко впечатался лопатками в противоположную стену. — Ты опять с братьями? Вам мало того, что Фиби выселили? Хотите туда же?

Ее губы говорили что-то гневное, но у Билла не получалось слушать. Ее губы двигаются и отблески света играют на помаде. Кернер слегка пошатнулся и, подавшись вперед, изо всех сил притянул девушку к себе, находя в полутьме ее лицо для поцелуя. Он не ожидал от себя такого, но знал, что давно должен был извиниться перед ней. Возможность была как никогда лучше.

— Аманда, — Билл с трудом разорвал поцелуй. — Прости меня. За все. За то, что я ни разу не зашел к тебе после той ночи. За то, что разочаровал тебя. Прости.

Глаза девушки метали молнии. Они были похожи на два темных колодца в полумраке коридора, а свисавшие на лицо прядки растрепанных волос колыхались от горячего дыхания.

— Ах ты, животное, — прошипела она сквозь зубы. Ее рука резко двинулась в сторону лица Билла и на секунду он подумал, что девушка собирается ударить его. Но ничего такого не последовало. Буквально тут же Билл ощутил, как ее ногти прошлись по спине. Ноги Аманды крепко обвились вокруг его талии. Еще через несколько секунд свитер Кернера был удален через голову. Аманда, словно дикая кошка, набрасывалась на него то справа, то слева, бесконечно целуя, дыша на него, путаясь в своих и его волосах.

Билл не успел ничего сказать. Теплота ее тела моментально вышибла из легких весь воздух. Руки сами собой обвились вокруг ее талии, пересаживая девушку выше. Она поощрительно поцеловала своего соседа, лишая всех основных функций организма. Это было похоже на сумасшедший танец двух голодных шакалов.

— В какой стороне твоя комната? — только и смогла прошептать брюнетка. Билл неопределенно махнул рукой куда-то в сторону.

— Иди туда, — больше приказ, чем просьба.

Билл закивал. Вся вечеринка очень своевременно сместилась в комнату Фиби, откуда доносился веселый смех и звуки игровой приставки, поэтому жаркой парочке никто не мешал.

Билл повалился на кровать. Он и сам понятия не имел, что сейчас будет. В голове его была только одна мысль: «Я ничего не должен бояться».

— Ты такой горячий, — задыхаясь, прошептала девушка. — Знаешь, если ты сделаешь это со мной прямо сейчас, я даже прощу тебе то, что после клуба ты предпочел не мою компанию…

В голове раздался звук разбитого стекла. Все нервы, которые только были в теле, разом надорвались и лопнули со страшным хлестким звуком. Билл застыл, словно изваяние. Пальцы Аманды перестали расстегивать его ширинку.

— Что ты сказала? — глухо спросил он.

— Когда? — девушка вынырнула из объятий сладкого тумана.

— Только что. Про «предпочел не мою компанию».

— Ах, это. Да ладно тебе, Билл. Ты что, ничего не помнишь?

Билл мечтал сказать сейчас «нет» и забыть об этом раз и навсегда. Но, к сожалению, желание секса у него пропало напрочь.

— Э-э-э… Аманда? Там ведь были только я, ты, Фиби с ее девушкой. И братья. Так?

— Ну, предположим, так, — карие глаза красотки начали приобретать скучающее выражение. — А что тебя так напугало? Ведь уже неделя прошла.

«Да, и всю эту неделю я очень удачно отодвигал мысли об этом…» — удрученно подумал Билл. Темные пряди свесились и закрыли его лицо.

— Могу я поинтересоваться, у нас секс сегодня будет? — в голосе брюнетки зазвенело раздражение.

— Может, в другой раз? У меня… Я неожиданно вспомнил, что у меня нет презервативов.

— Господи. Вот же балбес, — она полезла в карман джинсов и достала оттуда розовую шуршащую упаковку. — Золотое правило девушки двадцать первого века. Везде ходи экипированная!

У Билла второй раз опустилось все, что было твердого в теле. Особенно нос.

— Прости… — тихо прошептал он. — Мне надо пойти и кое о чем спросить Гарри и Грегори.

— Ты издеваешься? — четко прошипела она сквозь зубы.

— Нет. Хочешь, я провожу тебя до двери? — убито отозвался парень.

Она некоторое время молча смотрела на него. В глазах сверкнул электрический разряд убийственной мощности.

— Знаешь, что? Из всех самых — самых! — долбанутых фриков, — она указала пальцем в его сторону. — Мне всегда достаются исключительно отборные экземпляры. Мне очень жаль, что я купилась на твою внешность. Такие парни не бывают натуралами, я должна была это предвидеть!

Выплюнув эти слова, Аманда развернулась и тряхнула своими шикарными блестящими волосами. Через мгновение в комнате наступила тишина, словно ничего запредельного в комнате не происходило. А Билл все сидел, комкая одеяло и мечтая о том, чтобы он никогда этого не слышал. Потому что это было именно то, чего он так боялся.

***

Музыка не умолкала еще около получаса. То, что в компании не хватает самого зачинщика вечеринки, Фиби поняла не сразу. После непродолжительных поисков Фиби обнаружила бледного Кернера, точно такого же, каким он был до того, как в него внезапно вселился праздный дух тусовок. Абсолютно стеклянный взгляд вперился в противоположную стену.

— Билл, ты идешь к нам? — девушка подошла к нему, твердо, насколько еще позволяло ее состояние. — Кто это был?

— Моя погибель, — хрипло выдохнул брюнет.

— Что случилось? — Фиби отставила в сторону уже третью бутылку, которую они достали из личного запаса братьев.

— Аманда, — глухо произнес Кернер.

Фиби тоже затихла. Они оба думали над тем, что сейчас стоило сказать.

— Так. Ладно. То, что она нас ненавидит, я уже поняла. Что она хотела?

— Отыметь меня по самые помидоры, — не контролируя себя, выдал парень.

— Ну, так что тебя остановило? Вы ведь свободные, красивые люди, — соседка непонимающе повела плечом. Для нее это были само собой разумеющиеся вещи.

— Фиби. Как ты поняла, что тебя тянет к девушкам? — последовал вместо ответа встречный вопрос.

— А с чего такой интерес? Билл, ты же не хочешь сказать…

— Нет, ничего я не говорю, — поспешно возразил парень. — Просто. Почему ты так четко понимаешь, что тебе нужно именно это?

Девушка задумалась. Такие разговоры лучше было не вести под градусом, но она все же попыталась собрать свои мысли.

— Ну. Ты ведь четко знаешь, какие люди тебе нравятся, да? Для меня это так же естественно, как дышать. Когда я с Рианной, я чувствую, что мое сердце состоит из двух половинок. Оно целое, понимаешь? — пояснила она, проводя пальцем по горлышку бутылки. — У тебя никогда не было такого ощущения?

Билл прикрыл глаза, перебирая воспоминания. Полное отсутствие маломальской социальной жизни давало ему мало надежд на то, что он найдет в себе ответ на этот вопрос. Все это было слишком сложно.

— Я не знаю, как это определить, — изрек, в конце концов, он.

Фиби кивнула.

— В таком случае, я знаю, что тебе поможет.

— Я не хочу больше пить! — запротестовал парень.

— Да нет же, глупенький. Тебе просто надо полюбить кого-то. Вот увидишь, ты перестанешь замечать проблемы. Ты просто должен встретить того человека, от вида которого твое сердце будет делать сальто.

— Ага. Только вот в руки он сам не свалится, знаешь ли. И не придет к тебе, просто позвонив в дверь, — заметил Билл невесело. Он поискал глазами свою рубашку.

Но его что-то отвлекло. Фиби обернулась к двери, услышав, что кто-то стучит.

— Это еще кто… — тихо пробормотал Кернер.

Они переглянулись. В глазах обоих читалась жуткая мысль: «Альфредо».

— Погоди, попрошу ребят сделать музыку потише, — Фиби немедленно побежала приводить задуманное в жизнь.

Билл тихо ругнулся. Он даже не знал, кого не хотел бы сейчас видеть больше: Альфредо или расстроенную, разозленную, как сто мегер, Аманду, которая вполне могла вернуться.

Но когда Билл открыл дверь, его рот тоже открылся сам собой.

— Том? — тихо выдохнул он, не ожидая такого поворота.

Парень стоял, оперевшись локтем о дверной косяк. По всему виду было заметно, что он тоже сильно пьян. В целом, он не отбился бы по показателям от остального коллектива.

— Не могу спать в чертовой машине, — тихо прошептал он. — Ты говорил, у тебя есть место…

За спиной Кернера выросла Фиби. Когда она увидела вошедшего, глаза ее расширились до размеров хорошей монеты. Гарри вышел следом за ней. Веселое выражение, которое никогда не покидало его физиономию, испарилось, как только он заметил новоявленного гостя.

— О… — заметил Том, кинув на них взгляд. — Ты с друзьями.

— Ты смотри, какую соринку в наши края ветром занесло. Сам Томас Альфредо, верный друг и вообще отличный парень, — Грегори показался из-за спины брата.

От его ехидства по спине у всех присутствующих побежали мурашки.

— Прошу прощения. Вижу, что не вовремя, — буркнул Том и, развернувшись, неуверенной походкой направился к лифту.

Билл, которого забыли ввести в курс дела, не знал, что ему нужно было делать. Он оглянулся на секунду, с удивлением отметив, какими острыми вдруг стали лица ребят. Что-то было не так. Но еще удивительнее было то, что Том, который сегодня вечером явно не был настроен на дружеские посиделки, теперь пришел сам. Билл думал ровно секунду. Он дал друзьям знак подождать и вылетел в коридор.

— Эй, погоди, —окликнул Тома. — Не уходи. У тебя какие-то проблемы?

Тот остановился. Но оборачиваться он не спешил.

— Нет, все в порядке. Я в хостел поеду, — он поднял воротник куртки и ссутулил плечи.

— Линяешь? Правильно-правильно. Я бы на твоем месте тоже так делал после того, что ты натворил, — в коридоре образовался Гарри, который внимательно следил за сценой и принял позицию злобного зрителя.

— К черту. Не связывайся с ним, — Грег положил брату руку на плечо.

Билл старался не смотреть в их сторону, ему все еще было сложно заставить себя это делать. В пределах своей квартиры он умудрился столкнуться с ними за последние полчаса всего пару раз, и благодаря тому, что сказала ему Аманда, этот факт его только радовал. А вот на Тома было действительно горько смотреть.

— Подожди, — Билл все же догнал уходящего Альфредо. — Ты мне расскажешь, что у вас произошло? Давайте попробуем найти компромисс. Тебе ведь нужна всего одна ночь.

— Нет. Это слишком глубокий шрам, — Том нетрезво пошатнулся. — Я поеду. Тут недалеко есть хостел.

— Куда ты в таком виде? Нет, — Билл потряс головой. Его собственный хмель уже давно выветрился из организма и соображал он более-менее ясно. — Я уверен, мы сможем это уладить. Ребята пойдут к себе. А с Фиби я договорюсь. Ты же не можешь уйти вот так…

Том сделал еще шаг и снова пошатнулся. Билл едва успел подхватить его. Он не слышал, как за его спиной уже собрался целый научный консилиум, состоящий из соседей.

— Фиби, — тихо и очень быстро зашептал Грег. — Ты ему рассказывала, что хуже старого козла Альфредо может быть только его поганый отпрыск? Альфредо хотя бы ненавидит открыто, а не делает гадости, когда меньше всего ждешь!

— Я говорила, — сквозь сжатые зубы заверила его девушка, — но не в деталях!

— Не в деталях. Хорошо. Какую часть истории ты опустила? Ту, где мы доверили козлу все секреты, а он спалил нас своему папаше? Или ту, когда он натворил дел и свалил черт знает куда на три года, лечиться на каком-то курорте от нервного срыва?

— Обе.

— Фиби, — к обсуждению подключился Гарри. — Билл должен знать, что сейчас тащит в свой дом если и не мошенника, то человека, стоящего в шаге от этого.

— Чего вы от меня хотите? Это его квартира! Я не могу указывать ему, кого сюда водить, а кого оставить за дверью. Если помните, я здесь тоже на птичьих правах, — накинулась она на них.

— Говори тише, — Гарри прижал к губам палец.

— Ребят, это не может быть надолго. Давайте посмотрим, что будет? Мы сейчас все в невыгодном положении, чтобы спорить с Альфредо. С обоими, — резонно заметила девушка.

— Ты наступаешь сейчас на те же грабли, — шикнул Грегори.

— Да погоди ты. Мы же понятия не имеем, что ему надо! — урезонила его Фиби. — Думаю, с ним не будет проблем.

— Ну, конечно. — Грег сложил на груди руки.

Однако, им пришлось прекратить дебаты. Билл и висящий на нем, не особо сопротивляющийся Том, снова оказались рядом.

— Эй, ребята. Я думаю, нам пора закругляться. У нас тут две жертвы, — Билл указал глазами на парня.

— А кто второй? — переглянувшись с братом, поинтересовался Грегори.

— Я, — ответил Кернер. — Еле на ногах стою. Вы, если хотите, можете тихо потусоваться в комнате у Фиби. А мы на боковую.

— Угу, и коврик не забудь ему подложить. С гвоздями, — буркнул Гарри, за что немедленно получил локтем от девушки.

Последней реплики Билл уже не расслышал. Он поудобнее перехватил Тома за талию и исчез в темноте своей комнаты.

Грегори проводил взглядом их высокие, примерно одинаковой комплекции, фигуры.

— Говоришь, проблем не будет? — его зеленые глаза чуть сузились. — И почему это мне так не кажется?

========== 6. Проблемы прилагаются ==========

But I’m not crazy, I’m just a little unwell

I know right now you can’t tell

But stay awhile and maybe then you’ll see

A different side of me

I’m not crazy, I’m just a little impaired

I know right now you don’t care

But soon enough you’re gonna think of me

(Matchbox 20 — Unwell)

Вскоре Грег понял, что опасения его отчасти подтвердились.

***

Кернер проснулся от резкой боли в шее. Он тихонько застонал и перевернулся на другой бок, внезапно обнаружив, что в столь неудобной позе он лежит в собственной постели. В одежде. С распростертым рядом посторонним телом.

По свешивающимся брейдам он опознал своего странного соседа снизу, Томаса Альфредо. О том, как это произошло, Билл помнил крайне смутно.

Он обессиленно упал лицом в матрас.

— Черт. Что же так больно? — тихо застонал он и потер гудящую шею.

Никакого ответа, разумеется, не последовало. Организм тихо мстил за все вчерашние издевательства и явно наслаждался этим.

До обонятельных рецепторов донесся бодрящий запах свежезаваренного кофе. И уже только за это Билл готов был простить Фиби половину тех денег, которые она согласилась платить с ним за квартиру.

— Счастье есть, — блаженно простонал Кернер.

Ему понадобилось десять минут, чтобы заставить себя встать. И еще пять, чтобы доплестись до ванной и умыться.

— Как спалось? — вежливо поинтересовалась Фиби.

— Да все нормально… Почти. Шея немного болит, — пожаловался Билл и еще раз покрутил головой. — А как ты?

— Тоже нормально, — немного приврала Фиби. Примерно полночи ей понадобилось, чтобы продумать дальнейшую стратегию по тому, как сказать соседу, что он должен проявить осторожность.

Билл легкомысленно смотрел в окно, подперев рукой подбородок. Фиби облизала сухие губы, нервно покосившись на дверь. Пока Том — какие бы у него не были планы на сегодня — еще не проснулся, надо было пользоваться шансом.

— Слушай, — девушка отставила в сторону свой кофе. — Билл, мне надо кое-что тебе сказать.

Тот удивленно повернул голову. Он не очень любил разговоры, которые начинались с этих слов. Но намерениям Фиби оказалось не суждено сбыться, ровно через пару секунд в коридоре раздались тяжелые шаги. В кухне, как по заказу, встрепанный и помятый спросонок, появился Том.

Билла немного позабавил его вид и потому он улыбнулся гостю, который явно делал большие усилия, чтобы проснуться.

— Ну и ночка, — донес до сведения всех присутствующих Том. — Я вам не помешал?

— Да нет, — Билл гостеприимно выдвинул табуретку. — Садись, позавтракаешь с нами. Фиби, ты, кажется, хотела что-то сказать?

Соседка закатила глаза и отвернулась. Звук ударов ножа, которым она нарезала салат, внезапно показался чуть громче и резче.

— Не важно уже, — буркнула она. — Потом скажу.

Билл пожал плечами. В кухне повисло тяжелое, глухое молчание. Каждый из присутствующих занимался своим делом и предпочитал не встречаться взглядом с остальными по тем или иным соображениям. Фиби делала вид, что она очень занята шинковкой. Билл подумывал, что сегодня как раз удачный день, чтобы начать дела. А Том просто молчал.

Фиби закончила с овощами и поставила перед парнем чашку с кофе так, что та громко стукнула по столу.

— И смотри язык не обвари, а то распухнет, — бодро пожелала она, улыбаясь Альфредо-младшему сладчайшей белоснежной улыбкой.

— Спасибо, — спокойно отозвался тот. — Я учту.

— Ну, Том. Так куда ты поедешь? — Билл осторожно перевел глаза с Фиби обратно на парня. — Сегодня ведь твой последний день тут?

Тот немного помялся, прежде, чем ответить.

— Видишь ли. С этим небольшая заминка вышла. Планы изменились.

— Ты помирился со своим отцом? — брови Билла удивленно поднялись вверх.

— И да, и нет, — туманно отозвался парень. — У нас с ним по-прежнему холодная война. Но вчера, когда я говорил, что должен уехать, я погорячился. У меня все еще есть кое-какая незаконченная работа. Я не могу ее просто так бросить. Но я все равно благодарен, что ты меня приютил! Я не вернулся бы к отцу, — поспешно добавил он.

— Оу, — удивленно изрек Билл. — И что, где планируешь оставаться?

Фиби громко кашлянула на всю кухню. И Билл, и Том повернулись к ней.

— Кернер? Подойди сюда на секундочку, я в ванной с утра не могла кран отвернуть. Помоги-ка мне.

— Что? — не понял Билл. — Он же там легко раскачивается, вверх и вниз.

— Пойди сюда, говорю, — девушка настойчиво схватила его за домашнюю майку и вытянула из кухни, как собачку на шлейке.

Билл и опомниться не успел, как его немедля затолкали в ванную. Задвижка щелкнула за их спиной. Томас скептично посмотрел им вслед и, не сказав ничего, принялся за утренний кофе.

— Ты можешь мне не верить, — быстро затараторила Фиби, как только они остались одни, — но что бы ты ни решил, не вздумай помогать этому мудаку.

Она поспешно включила воду, чтобы их голоса были немного приглушены шумом воды.

— Что? Но, Фиби… — попытался протестовать Билл.

— Нет. Сначала дослушай, — перебила она его, положив руку парню на плечо. — Давай я тебе расскажу, почему у нас с ним не сложились отношения? И ты сам сделаешь выводы, стоит тебе водиться с ним или нет.

Билл пожал плечами. У него было но особо много опций. Он послушно огляделся и, вздохнув тяжко, как студент на первом занятии, приземлился на бортик ванной. Фиби последовала его примеру.

— Мы раньше были не разлей вода. Я, Аманда, Гарри, Грег. И Томас. В этом городе не было никого веселее и круче нас. Мы разносили все известные развлекательные заведения, заступались друг за друга, всегда шли на выручку, — начала она свою печальную историю. Билл заметил, что ее глаза сейчас были традиционного карего оттенка, без обычных розовых линз.

— Ну, об этом я догадался и сам.

— Это было, конечно, до того момента, пока дураки Гарри и Грегори не решили все испортить и влюбиться в Аманду, — не преминула подколоть братьев Фиби. — Но речь сейчас не об этом.

Билл внимательно смотрел на нее в ожидании продолжения.

— А потом мы стали замечать, что у нас дома стали пропадать документы на квартиру. В них было прописано все. Суммы, которые нужно платить. Суммы налогов. И всякие такие вещи, которые были нужны. В общем, и я, и Грегори поднимали этот вопрос, но концы этого дела так и не нашлись. Томас клятвенно заверял нас, что он не при чем, хотя Аманда никогда особенно не верила ему. Ну, а как только это случилось, цены у нас внезапно поднялись. Примерно в половину выросли, — продолжала рассуждать девушка. — И у нас не было никакого основания, чтобы оспорить это. А потом Альфредо пошел еще дальше. Он начал экономить на всем, что тут есть — на камерах, даже отключил электроснабжение лифта, чтобы насильно заставить жильцов съехать, для дальнейшей сдачи квартир по более высокой цене. Ты ведь платишь ему гораздо больше, чем мы с Грегом и Гарри, — невесело усмехнулась девушка.

Билл с трудом переваривал услышанное.

— Ты думаешь, что это Том?

— А то кто же утащил все бумаги? Они пропали только там, куда был вхож этот мерзавец. Кроме того, он доносил Альфредо обо всем, что мы делали. И именно с этого момента у нас пошел такой серьезный раскол в отношениях. Старый черт не переносит нас только от того, что у кого-то слишком длинный язык, который выболтал много лишнего, — закончила она свою тираду.

— Но почему вы просто не уедете отсюда?

— В знак протеста. Я не хочу, чтобы этот идиот Альфредо отмывал бабки безнаказанно. Мы с братьями решили, что съедем отсюда только когда хрен откинется от инфаркта. И, надеюсь, осталось ему недолго.

Кернер задумчиво ковырял двумя пальцами герметик на краю ванной. В это было просто невозможно поверить.

— И вы так и не помирились? — тихо спросил он.

— Знаешь, Билл. Мы пытались. Но Том всегда был странным парнем. Замкнутым. Дерганным. В итоге он просто исчез из наших жизней, не сказав ни «до свидания», не попросив прощения. И мы забили на то, что он когда-то был с нами. Ведь люди, если у них что-то не так, не будут меняться. А потому, — она ткнула пальцем Биллу в живот, — я хочу, чтобы ты как следует соображал, прежде чем предлагать ему свою дружбу.

Она замолчала. Кернер нахмурился, внимательно изучая плитку под ногами. Он привык составлять самостоятельное мнение о людях, но после рассказа о Томе он не был уверен, что получится объективно.

Фиби похлопала его по плечу и закрыла воду. Она оставила Билла одного со своими мыслями. Парень еще недолго просидел, подумывая о том, что стоит сказать или сделать, как посмотреть в глаза внезапно нагрянувшему гостю. Проблема разрешилась сама собой, когда в коридоре глухо захлопнулась входная дверь. Билл сразу сообразил, что это значило.

Он вышел и понял, что оказался прав. Фиби вернулась из коридора, задумчиво держа руки в карманах.

— Ну что ж. По крайней мере, хоть что-то хорошее в нем осталось, и он понял, что его компания тут действительно лишняя.

Билл поджал губы и кивнул. Наверное, так было проще. Хотя он не мог сказать, что почувствовал облегчение.

***

После завтрака Кернер все же нашел в себе силы выйти на улицу. Для пробежки было уже поздно, но зато парень сделал то, что давно хотел — обошел все спортивные залы, которые нашлись неподалеку и записался на тренировки. Он давно хотел это сделать и сейчас, когда у него появилась такая возможность, не стал ее упускать.

Затем Билл совершил рейд по автосалонам и нашел для себя приличную машину напрокат, потому что ездить по собеседованиям на автобусе было совершенно не удобно.

Это все настолько заняло его разум, что он ни разу не вспомнил ни об утреннем инциденте. Ни о Томе, ни о словах Аманды, которые до того страшно доставали его изнутри.

Но счастье было недолгим. Когда Билл приближался к дому, он встретил Грегори и Гарри, шедших из магазина с увесистыми пакетами.

— Здорово, Кернер, — хлопнул его по плечу Грег. — Как ты сегодня?

Билл передернулся от их вида. В его воспоминании, как по заказу всплыли собственные слова: «там ведь были только я, ты, Фиби с ее девушкой. И братья. Так?» Он немного притормозил с ответом. Грегори и Гарри переглянулись.

— Билл? Ты в порядке? — они заглянули в бессмысленные глаза соседа.

— А? — проморгался тот. — Да. Да, я в порядке.

— Как настроение сегодня? Том еще у вас?

Они втроем дошли до лифта и нажали кнопку.

— Нет. Он молча смотался утром, пока Фиби в ванной в буквальном смысле промывала мой мозг на его счет.

— О, даже так? — братья переглянулись. — И как? Успешно промыла?

— Да, — Билл потер шею и отвел глаза. — Слушайте, ребят. Я тут вам вопрос хотел задать.

— Конечно.

— Помните, той ночью, после клуба…

Гарри удивленно покосился на него.

— А что ночью? Это ведь неделю назад было, парень.

— Я знаю, — отмахнулся Билл. Он проследил глазами за приехавшим лифтом, — но мне не дает покоя одна мысль. Дело в том, что я… С кем-то из вас… Ну, вы понимаете.

Кернер густо покраснел, выдавливая из себя эти слова. Однако, Грегори всего лишь расхохотался его нерешительности.

— Да господи, чувак. Что ты паришься? Жениться не придется.

— Нет, просто скажите мне… мы?.. — он вопросительно перевел взгляд с одного брата на другого. Но те только дурашливо улыбались.

— Билл, позволь тебе дать совет, — Грегори отечески хлопнул его по плечу. — То, что случилось по пьяни, должно остаться в прошлом. Забудь про это и живи, как жил до этого. Нам было весело, вот что самое главное.

Двери раскрылись на их этаже. Билл и сам не успел заметить, как они доехали. Однако, ответ совершенно его не удовлетворил. Он продолжал хмуриться, когда дошел до своей двери.

— Мы тебе помогли?

— Не то слово, — буркнул Кернер.

— Ну вот и замечательно, — простодушно ответил Гарри. — В таком случае, всегда есть шанс повторить!

— Непременно, — Билл кивнул им и скрылся в своей квартире.

Ключи звякнули, когда он повесил их на крючок. Это было безнадежно. Похоже, что никто из друзей не придал той ночи особого значения, оставив его одного терзаться своими мыслями и сомнениями.

— Фиби? Ты дома? — на всякий случай позвал Билл.

Ответом ему была тишина. Скорее всего, девушка ушла встречаться со своей подругой, с которой Биллу не удалось переброситься и парой слов.

Внезапно Кернер застыл. Кроме них шестерых был и еще кое-кто, кто знал о той ночи. И мысль о том, что можно было попытаться спросить об этом у него, насмешила парня до глубины души.

— Нет. Нет, нет и еще раз нет, — смеялся он, не обращая внимания на то, что со стороны это выглядело, как синдромы шизофрении. — Я избавился от него раз и навсегда. И ни в коем случае не хочу, чтобы этот кошмар вернулся.

Билл пару раз приложился затылком о дверь, к которой прижимался лопатками. Он не мог поверить, что на полном серьезе подумал об этом. Нервно пройдясь туда-сюда по коридору, Кернер велел себе забыть про это. Правда, которая могла ему открыться, не стоила таких усилий. В порыве раздумий он дошел до кухни. Открыл холодильник. Закрыл его. Дошел до комнаты. Остановился посередине. И удрученно сел на кровать.

— Я не сделаю этого, — уже менее уверенно сказал себе парень.

Он посмотрел на часы. Бог знает, когда могла вернуться Фиби и застать его за этим странным способом медитации.

Черт, — выругался про себя Билл. — Ладно. Эй! Эй, ты… Голос!

Молчание.

Перестань, я же знаю, что ты где-то тут.

Никакой реакции.

Ладно, — Билл потер шею. — Кто бы ты ни был… Извини меня, хорошо? Я не очень привык, чтобы в моей голове кто-то так активно орудовал. Но сейчас мне бы очень пригодилась твоя помощь.

Тот же самый результат. Только внезапно поднявшийся ветер немного качнул шторы на окне. Билл опустил голову и подумал, что он окончательно спятил. Он так радовался отсутствию этого типа весь вчерашний вечер, а сегодня уже сам лез на рожон.

Так быстро соскучился по мне? — внезапно прозвучало где-то в правом ухе, отчего Кернер вздрогнул и царапнул одеяло.

О… Ты тут?

Мне показалось, что ты хотел что-то спросить.

Я хотел. Наверное. Не знаю, мне кажется, это не самая удачная мысль…

Ты никогда не выигрывал конкурс «Противоречие столетия»? Ты имел бы все шансы.

Знаешь, не у каждого парня в голове живет невидимый собеседник, который его достает. Прости, что я не сразу понял, что делать. Я и сейчас не очень понимаю, — Билл лег на спину, слушая глухие удары своего сердца.

Ты такой не один, — просто сказал голос, — кто намертво запутался в себе.

Я знаю. Это то, за чем я тебя позвал… Ты ведь сказал, что знаешь, как решить мою проблему?

Может быть…

Билл поводил глазами из стороны в сторону.

Я хочу знать. С кем я умудрился переспать той ночью? — Кернер поймал себя на мысли, что думать об этом было вполовину не так позорно, как произносить вслух. Это облегчало задачу.

А почему это так важно для тебя?

А для тебя не было бы?

Ты отвечаешь вопросом на вопрос.

Ты тоже.

Немая баталия смолкла на пару мгновений. Каждый из собеседников собирался с силами, чтобы продолжать.

Хорошо, — решил, наконец, Билл пойти на перемирие. — По поводу «запутался» ты прав. Просто мне не дает покоя эта мысль, что я мог быть…

С парнем?

Да. Это для меня так…

Дико?

Можно я буду сам заканчивать свои предложения? — Кернер недовольно пошевелился.

Да, пожалуйста, — в голосе слышалась заметная насмешка. — Просто, что тебе даст эта информация?

Я… Просто буду знать. И все.

Как скажешь. Это был Гарри, — хлесткий, как звук плети, ответ.

Билл хотел еще что-то подумать, но все мысли разом вылетели из головы. И хотя он ждал подобного, это открытие все равно стало для него неожиданностью. Почему-то резко стало не хватать дыхания.

И ты на тот момент не думал, как сопротивляющийся человек. Тебе явно нравился весь процесс…

И долго мы… ну…

Я не считал. Я же не все время был рядом. Я понял, чем оборачивается дело и отошел.

Врешь… — Билл прикрыл лицо ладонями.

И зачем мне это нужно? — удивился собеседник. — Я не извращенец.

Билл молчал. Он не знал, что еще можно сказать. На удивление, и голос не стал его больше доставать, а просто спокойно ждал. Билл протер усталое лицо и открыл глаза. Не сказать, что полученная информация что-то изменила для него. Он уже смирился с тем, что новая жизнь принесла ему много новых экспериментов.

Отвлеки меня чем-нибудь. У тебя же хорошо получалось болтать, — жалобно взмолился Кернер.

На этот раз его собеседник весело рассмеялся.

Ты в корне изменил свое отношение к голосам в своей голове? Что повлияло?

Не знаю… Просто почему-то мне проще говорить с тем, кого я не вижу.

Я понимаю тебя и знаю, каково это — быть одиноким и путаться в своих чувствах, — тихо отозвался голос. — Так что, если тебе надо поговорить, не стоит меня бояться…

Еще одна пауза. Более долгая, чем до этого.

Спасибо, — тихо пробормотал Билл. — А ведь я даже не знаю, как мне тебя называть…

Зови меня просто Эл, — мягко отозвался собеседник. — Я буду неподалеку, если что.

На этом его тон пошел на понижение. И почему-то Билл подумал, что голос не станет его сегодня больше тревожить. Он просто оставил его, наедине с сумбурными мыслями.

И Билл отчасти был ему благодарен.

***

Кернер пролежал в своей комнате до момента, пока в замочной скважине не повернулся ключ. Фиби, как и всегда веселая и светящаяся, появилась на пороге. Она послала соседу воздушный поцелуй и исчезла в направлении своей комнаты.

А он снова уставился в потолок. Теперь, когда вся правда открылась ему, понадобилось чуть больше времени, чтобы собраться с силами.

Кернеру надо было немного тишины, чтобы принять тот факт, что голос, который слышал только он, оказался не таким пугающим. Наоборот, обнаружилось в нем что-то успокаивающее. Это было просто удивительно. И почему-то было проще смириться с тем фактом, что склонность к экспериментам и ночным походам в клуб все же не довела ни до чего хорошего.

Билл перевернулся на живот.

Он не стал ничего рассказывать и делиться с Фиби своими мыслями. Когда стало понятно, что его немного отпустило, он со вздохом взял книгу и провел остаток вечера в комнате за чтением, в надежде, что следующий день принесет ему чуть больше ясности.

Билл надеялся, что неприятное ощущение вскоре отпустит и не помешает продолжать жить спокойно, как и посоветовал Грег.

========== 7. В поисках работы ==========

— Куда сегодня собираешься? — поинтересовалась Фиби, когда увидела, что Билл одевает не привычные джинсы и футболку, а брюки и рубашку.

— Иду в агентство по подбору персонала, — отозвался он. — В конце концов, накопленные деньги не вечны. А ты что будешь делать?

— Хочу нарисовать несколько картин. Вполне возможно, что мне удастся их выгодно продать, — поделилась с ним Фиби. — И еще я попытаюсь поискать квартиры. Может, все же слезу с твоей шеи.

— Ну, тогда желаю удачи, — Билл вежливо улыбнулся. — Но помни, твое присутствие совершенно меня не тяготит. Даже напротив, не так скучно.

— И еще я готовлю, — заметила Фиби, пододвигая ему стакан с овощным соком. — А то ты бы совсем ноги перестал таскать.

Билл поблагодарил ее и поспешно собрал свои вещи. Ему сегодня предстоял долгий день.

Он прибыл в агентство к одиннадцати часам. Взяв свой номерок в автомате для электронной очереди, он приготовился к ожиданию и встрече с HR-менеджером. Однако, когда Билл достал телефон и собирался еще раз прочитать правила встречи с агентами, взгляд его остановился кое на ком. В стеклянные двери входил Томас Альфредо.

От удивления Кернер даже забыл, зачем пришел. Том тоже заметил его. Левая бровь его слегка вздернулась.

— Кого я вижу, — хмыкнул Билл, когда парень взял свой номерок и подошел к нему поздороваться. — Ты не упоминал, что находишься в поиске.

— Деньги всем нужны. И тебе доброе утро, — хмыкнул Альфредо. — Как же так получается, что куда бы я ни шел, ты все время попадаешься на моем пути?

Билл повел плечом.

— Не имею никакого понятия. Я думал, это ты меня преследуешь.

Глаза парня с брейдами немного опустились. Билл заметил, что тот не очень-то спешил встречаться с ним взглядом. Выглядел Том немного помятым и совершенно не готовым к собеседованию.

— Ты убежал вчера, — Билл продолжал внимательно изучать его лицо.

— Дела были, — буркнул Альфредо и приземлился рядом.

Билл кивнул.

— И причина совсем не в том, что ты не хотел находиться в одном помещении с Фиби?

Парень с брейдами сцепил руки крепче. Это движение не укрылось от Кернера.

— Значит, я прав, — Билл кивнул.

— Ты знаешь, — Том повернулся к нему, — меня не волнует ничье мнение. Я знаю, что она рассказала тебе все. Но ты совершенно ничего не знаешь обо мне и о причинах моих поступков, чтобы так просто судить, — он резко поднялся со своего места.

Билл даже не успел ему что-либо возразить. Альфредо уже удалялся от него по коридору, гневно потряхивая косичками.

— Ну вот. Я всегда все порчу, — Билл со вздохом откинулся на спинку стула. Он подождал секунду, а затем порывисто поднялся и в несколько шагов догнал парня, который уверенной походкой шел к двери со значком сигареты.

— Стой, — Билл поравнялся с ним. — Я не хотел показаться грубым. Я просто хотел узнать, ты кажешься мне таким… отстраненным. Мне сначала не показалось, что ты не хочешь общаться. Ты был более… э-э… дружелюбным?

— Кое-кто постоянно напоминает мне, что я ничего не стою и что мое присутствие здесь нежелательно. В том числе твои друзья, — спокойно отозвался Том.

Но что-то в его тоне зацепило Билла. В нем на секунду просквозила боль и сожаление, и Кернер почему-то подумал, что Том просто скрывает свои искренние эмоции под напускной маской безразличия.

— Том, — Билл остановил его, когда тот уже скрывался за дверью в курилку. — Я хочу воспользоваться твоим предложением.

Парень недоуменно поднял брови.

— Помнишь, ты сказал, что я могу к тебе обращаться в любом случае? Так вот. Мы могли бы сходить куда-нибудь? — поинтересовался Билл.

В глазах у Альфредо проскользнуло понимание. Он вспомнил.

— Почему бы нам с тобой не выпить пива? Сегодня? — продолжал Билл свой монолог, — Обещаю, что не скажу ничего Фиби. А ты взамен расскажешь мне свою часть истории.

Том покачал головой.

— Это вряд ли, — неохотно буркнул он. — Для меня эта история кончена. Я не хочу об этом говорить. Пусть все останется именно так, как сказала тебе Соммерс.

— Ну ладно! — легко пошел на попятный Кернер. — Но компанию-то ты составить мне можешь? В конце концов, я тебе должен за то, что ты меня выручил тогда, когда твой отец пришел к нам с утра.

Том колебался. Билл смотрел на него, склонив голову в ожидании ответа.

— Могу, наверное, — пожал плечами парень.

— Ну и отлично, — Кернер весело хлопнул его по плечу. — Тогда встретимся после собеседований. А там посмотрим, куда пойдем. Часа в четыре устроит?

Альфредо-младший снова кивнул. Билл сунул руки в карманы брюк и пошел прочь, посмотреть, не появился ли на табло его номер с вызовом к менеджеру. А Том все еще продолжал стоять и смотреть парню в спину напряжённым взглядом.

***

Билл был чрезвычайно горд собой. Он и сам не знал, почему сделал этот шаг. Еще вчера он думал, что слова Фиби оттолкнут его от Тома. Но вместо этого они возымели строго противоположный эффект — Кернеру захотелось узнать его ближе. Девушка была права в одном — он оказался немного странным: то теплым, то холодным. Как будто не мог решить, чего хотел от этой жизни. Но именно это Кернер и собирался выяснить. Билл объяснил свой собственный поступок подсознательным желанием попробовать помирить их с Фиби и братьями, решив, что это могло бы быть хорошим подкреплением их дружбы.

Кернер думал об этом во время интервью, которые прошли не так удачно, как хотелось бы, затем во время перерыва на обед. И в конце концов сам не заметил, как стрелки часов указали на четыре часа.

Как и ожидалось, Том стоял и ждал его у выхода из агентства. На нем были солнечные очки и легкая куртка, которая делала его фигуру вытянутой и немного нескладной.

Билл улыбнулся и помахал ему рукой с другой стороны улицы. Альфредо заметил его и кивнул, затем быстро пересек дорогу, упорно смотря только себе под ноги.

— Куда пойдем? — равнодушно поинтересовался он, выбрасывая сигарету.

— Ты здесь местный. Знаешь какие-нибудь тихие кафе?

Парень подумал с секунду.

— Да, пожалуй. Тут таких полно, заходи в любое. Мы неподалеку от центральной улицы.

Они молча добрели до угла и завернули на оживленный проспект. Билл обернулся, чтобы запомнить место, где он оставил машину.

— Не волнуйся, обратно тебе все равно ехать на такси, — заметил Том. — Особенно если собираешься пить.

— Как ты догадался? — Билл улыбнулся ему.

— Не знаю, проследил за направлением взгляда. Мы пришли. — Альфредо остановился около вывески. — Тут и пиво не такое дорогое.

Они почитали меню и зашли внутрь. Заняв столик около окна, оба уставились на улицу, где в этот рабочий час все еще было мало прохожих. Только автобус проехал мимо, скрипнув шинами по дороге.

— Ну, как прошли твои собеседования? — начал Билл издалека свой подкоп к новому знакомому.

— Отстой, — Том все еще сидел, уныло подперев подбородок. — Я жутко не выспался, потому что опять не ночевал дома и все провалил.

Билл остановился взглядом на пиве, которое как раз поставили перед ними на столик.

— Опять?

Том пожал плечами.

— Если бы ты знал, что в юности я провел процентов восемьдесят своего времени, шарясь по друзьям, ты бы не удивлялся. Одно время Грег, Фиби и Гарри были единственными людьми, которые понимали меня.

Билл притаился на этих словах. Он ожидал, что Том все же потеряет бдительность и прекратит ершиться. Но этот момент слабости тут же прекратился.

— Впрочем, это не важно. Я найду место, где мне остановиться, — быстро добавил он.

— Не стану предлагать свою помощь. Мне кажется, я становлюсь слишком навязчивым, — хмыкнул Кернер.

Том наконец поднял на него глаза.

— Вовсе нет. Как раз наоборот, мне стоит сказать тебе спасибо за то, что ты все еще пытаешься понять меня. Прости, если кажусь тебе невежливым. Я вовсе не против твоего общества. Но в силу определенных обстоятельств, я не могу появляться в твоей квартире.

Билл понимал, что терпит крах во всех своих начинаниях. Он немного подумал.

— Ты знаешь, что все люди совершают ошибки, правда ведь? — спросил, наконец, он.

— Да, знаю. Но если ты хочешь сказать, что никогда не поздно их признать, я не очень согласен.

— Может, дело в том, что ты просто не хочешь? — начал было Кернер, но поймал на себе предостерегающий взгляд.

— Билл, не надо. Пусть все будет так, как есть. Пожалуйста.

Очередной провал. Билл отвел взгляд.

— Да. Все, хорошо. Я не достаю. Просто, как один человек недавно сказал мне: «Я знаю, каково это — быть напрочь запутавшимся в себе». Поэтому и я понимаю тебя.

Том уставился в свою кружку. Билл был в отчаянии. Еще никогда разговор с кем-либо не заходил в тупик, как сейчас. Он лихорадочно соображал, что можно сейчас сказать, чтобы не сделать все еще хуже.

— У тебя много друзей? — ляпнул он первое, что пришло в голову.

— Нет. Не много. Ты первый за последнее время, кто не шарахается от меня.

— Забавно. Я могу сказать то же самое о тебе. О всех… гм… вас. Если ты, конечно, не решишь меня убить после того, что происходит сейчас, — нервно хмыкнул Билл.

— Не думаю. Не хочу мотать срок, — мрачно отшутился Том, заставляя брюнета искренне рассмеяться.

Альфредо во все глаза уставился на его белоснежную улыбку, которая внезапно очень сильно напрягла его нервы. Билл склонил голову набок.

— Завтра очередной рейд по агентствам? У меня сегодня тоже неудачный день. Я думаю, все, что нам нужно — просто забыть об этом.

— Да, — Том поднял кружку. — Давай выпьем? За неудачный день?

— За неудачный день, — еще раз рассмеялся Билл.

Они со звоном чокнулись и некоторое время пили в абсолютном молчании. Последовав совету Фиби, Билл вспомнил, что алкоголь как лучший друг — мог отлично развязать язык. И это действительно помогло, вскоре напряжение между ним и Томом немного спало. Они весело обсуждали идиотские замашки менеджеров по подбору персонала и сошлись во мнении, что профессии более ненужной на свете просто быть не могло.

Билл задумчиво изучал тонкие черты своего соседа, которые начали расплываться перед его глазами через несколько кружек. Что-то в его глазах притягивало взгляд, но Кернер пока не мог определить, что это было. Но в одном он был уверен точно: Альфредо был совершенно не такой ужасный человек.

Еще через несколько кружек пива оба парня смеялись так, будто знали друг друга всю свою жизнь. Билл и сам не помнил, какую чушь они несли. Но Том, наконец, перестал сидеть в его присутствии, словно натянутая струна.

За болтовней время летело незаметно. И, к своему удивлению, Билл заметил, что ближе к одиннадцати часам официант начал настойчиво предлагать им счет.

— Закрываются, — пьяно констатировал Том.

— Д-да, — Билл в третий раз пересчитал деньги. — Сто пятьдесят баксов. Черт, никогда столько не пил.

— Ну вот. Хоть чему-то полезному научишься, — Том неловко поднялся из-за столика. — Вот фак. Кажется, дойти до дома будет проблемой.

Они выкатились из дверей и, не сговариваясь, уселись на тротуар в ожидании такси. Оно прикатило с опозданием, и до самого дома Билл боролся со страшными каруселями, которые захватили его сознание.

У подъезда оба парня еще долго бились с домофоном, пытаясь попасть по нужной комбинации кнопок, поскольку ключ никто из них найти не мог. Их напряженная возня заняла минут пятнадцать и, только войдя внутрь, Альфредо вдруг встал, как вкопанный.

— Ты чего? — Билл обернулся на него.

— Я… Ты иди, Билл. Я покурю, — тихим голосом отозвался он.

Кернер пристально посмотрел на соседа. Каким бы пьяным он ни был, понимание происходящего сиротливой улиткой проползло в его сознании.

— Я с тобой постою, — коварно заявил он. — Или иди курить у меня на балконе.

— Билл… — умоляюще посмотрел на него Альфредо, у которого не было никаких сил спорить.

— Пошли уже. Придурок упрямый, — Кернер вытянул руку и подтащил парня к себе.

Том не удержался. Состояние не позволяло ему сохранять баланс. Он качнулся вперед и вцепился соседу в плечи мертвой хваткой. Его грудная клетка плотно соприкоснулась с пуговицами на рубашке Билла и где-то с несколько секунд оба парня непонимающе изучали лица друг друга, внезапно оказавшиеся на расстоянии сантиметра.

— Не пойду, — в последний раз прошептал упрямый Том.

— Пойдешь, — в тон ему ответил Билл, скользя взглядом по кончику его носа и широким бровям.

Он обернулся и обнаружил, что кнопка лифта была не так уж далеко. Им повезло вдвойне — он стоял на первом этаже, и потому у Альфредо не было времени, чтобы соображать. Хитрый Билл быстро втащил его внутрь и нажал на стрелочки закрытия дверей.

Том закатил глаза. Под градусом вся ситуация уже не казалась ему такой серьезной. Ему так хотелось спать, что было уже все равно где, лишь бы ощутить горизонтальную поверхность под лопатками.

Билл неловко отворил дверь и запнулся о коврик.

— Сука, — выругался он, сделав пару неловких шагов вперед.

— Да тихо ты, — Том схватил его под локоть с удивительной скоростью. — Не навернись.

— Билл, привет! — на шум из кухни радостно выскочила Фиби. — Ты что-то поздно. Как прошло твое собе… — слова застряли в ее горле на полпути, — …седование…

— Фи-иби, за-автра, все завтра… Мать его, — Билл попытался неловко снять ботинки. — Мы так устали.

Том закивал, крепко зажмуривая глаза.

— У меня ощущение дежавю… — девушка грозно сложила руки на груди.

— Да. Де жав ю. Парле ву франсе. Фольксваген. Хенде хох… — Билл, наконец, справился с ботинками. — Альфредо, вали с дороги… — он пихнул соседа коленом под зад и они, ржа как дебилы, скрылись в темноте комнаты Билла.

Фиби недовольно смотрела им вслед. Единственное, что сейчас приходило ей в голову: «Кое—кого рассказанная история не научила совершенно ничему».

***

— Гарри. Гарри, пс-ст! — девушка перегнулась через перила балкона.

Сосед спал на открытом воздухе и совершенно не обращал на нее внимания.

Это было раннее утро следующего дня, а Фиби решила, что она начнет его с того, что соберет научный консилиум, потому что лично у нее не находилось объяснения поступку Билла.

— А? — встрепенулся шатен и вскочил со своего стула. Газета, которая прикрывала его ниже пояса, эротично соскользнула на пол.

Фиби в шоке смотрела на открывшееся ей зрелище. И только через несколько секунд резко отвернулась, зажмурив глаза.

— Господи. Когда же я уже привыкну к тому, что вы два чертовых извращенца… — она заслонилась ладонью. — Мне надо с тобой поговорить.

— Ты напугала меня.

— А ты-то как меня напугал. Я не по этой специальности. Единственный член, который я видела вживую — это твой. Четыре раза, четыре, Гарри! Может смиришься с тем, что я никогда не буду с тобой и прекратишь эти домогательства? — мрачно пошутила она.

— Отвали, Соммерс, — буркнул парень. — Говори, чего хотела?

— Угадай, кто сейчас мирно спит на диване в комнате Билла?

Гарри встрепенулся, как подстреленный воробей.

— Аманда?

— Черт. Включайся скорее! — девушка жалела, что не может посмотреть в его сторону и сжечь его взглядом. Она все еще заслонялась ладонью. — При чем тут она? Она бы, наверное, спала не отдельно!

— Да. Да, верно, — Гарри согласно закивал и расслабленно осел в кресле. Все остальные мелочи мигом перестали его тревожить.

— Там Том, — зашипела Фиби. — Альфредо. Он все еще тут!

Гарри повернулся в ее сторону. Теперь и в его лице читалось нескрываемое беспокойство.

— Тот? Который был там вчера? Погоди… Они что… Э?

— Я понятия не имею. Они ввалились пьяные. И легли спать. До сих пор ни звука из комнаты. Билл совершенно меня не слышит. Нам надо что-то сделать, это не может так продолжаться.

— Это и ежу понятно, — Гарри кинул на нее мрачный взгляд. — Подваливай к нам. Это нельзя обсуждать так.

— Только если ты оденешь хотя бы трусы! — взмолилась Фиби.

Сосед закатил глаза, однако девушка казалась готовой отстаивать свою позицию во что бы то ни стало.

Через пять минут они сидели на кухне у братьев, где весьма недовольный Грегори накладывал всем по тарелкам торт.

— Будешь? — вежливо предложил он Фиби.

— Он со стеклами? — осторожно осведомилась она.

— Не смей оскорблять мою кулинарию! — окрысился парень. — Я стараюсь, как могу, чтобы прокормить эту семью.

Фиби опасливо покосилась на произведение искусства. Постучав ложкой по шоколадной глазури она услышала звук, который мог бы издать покрытый цементом кирпич. Она вежливо улыбнулась и обошлась одним кофе.

— Короче. Ваши идеи?

— Как я понимаю, уговоры не помогли?

— Абсолютно. Альфредо продолжает к нему липнуть. Билл не понимает, с каким козлом собирается связаться.

— Да с чего ты взяла, что он собирается? Он же не гей.

— Какая разница! Я не хочу, чтобы он даже дружил с ним, — поморщилась девушка. — Он совершенно не умеет защищаться. Вы же знаете Альфредо, он ни перед чем не остановится.

— Да что ты как мать-наседка? — встрял Грегори. — Он большой мальчик. Сам за себя решит.

— Ты его не знаешь, — резко отозвалась мулатка. — Он до сих пор переживает за ту ночь, когда мы его напоили. Чувствую себя ужасно из-за этого.

— Ты вроде говорила, он ввалился вчера домой пьяный. Значит, мальчик быстро учится! — весело заметил Гарри.

В него немедленно полетело печенье.

— Черт. Я как знала, что вы не поймете. И чего я с вами говорю? Дураки. — Фиби гневно встала со своего места.

— Да погоди ты орать, мамаша. — Гарри задумчиво почесался. — Я не говорю, что мы не будем ничего предпринимать. Мы понаблюдаем за Элом.

— Тьфу, не называй его так, — Фиби передернулась. — Он больше не Эл. Эл был нашим другом. А этот… Для меня он умер как личность сразу, как смылся без объяснений.

— Ты совершенно не готова поверить в то, что он мог измениться?

— Нет, — отрезала девушка.

Гарри и Грегори переглянулись. Затем все трое с сомнением посмотрели друг на друга.

— Ладно. Мы посмотрим, — резюмировал Гарри. — Твоя задача — сделать все, чтобы как можно дольше оставаться у Билла. Мы хреново следим за такими делами.

— Без тебя знаю, — огрызнулась Фиби. — Мне придется терпеть дома этого Альфредо… Фу.

На этих словах она совершенно без аппетита принялась за несъедобный торт, проклиная на чем свет стоит бога кулинарных искусств, который не наградил Гарри небесным даром делать нормальную выпечку.

***

Открыв глаза, Том увидел очень необычную картину. Это было похоже на ворс ковра, маячащий в десяти сантиметрах от его носа.

Жалкие секунды отделяли его от столкновения. Альфредо не понял, как это случилось, но он тут же больно приложился лбом об эту приятную мягкость и ощутил на своей шкуре всю прелесть состояния под названием «утреннее похмелье».

Он крепко выругался.

— М-м-м… — простонал во сне Билл, услышав шум, и открыл глаза. — Что-о-о…

Та же самая мысль пришла в голову и Тому. Он бы тоже очень хотел знать, что это все значило. Воспоминания жужжащим ульем кружились в голове и ни одно из них не давало особой ясности.

Том поднял глаза. Увидев с пола того, в чьей комнате ночевал, он обреченно ткнулся обратно лицом в ковер.

— Я так и знал, — тихо донеслось до Билла.

— Что знал? — простонал в ответ Кернер, который уже начал уставать от такого образа жизни.

— Ты затащишь меня к себе.

— Ну и что. Какая уже разница. Никто же не умер.

Том показал ему с пола фак. Это было все, на что он оказался способен.

Они лежали молча еще минут пятнадцать. После этого Билл все же сделал усилие подняться и дойти до кухни. Его мучила страшная жажда. Ему показалось странным, что он не обнаружил Фиби. Он налил два стакана воды, для себя и для Тома. Зайдя в комнату, он обнаружил, что тот все еще лежал лицом в ковер.

— Ты живой? — Билл осторожно поднес ему стакан. — На водички.

Немощная рука потянулась за стаканом. Альфредо с трудом координировал свои движения.

— Черт. Давно я так не ужирался. Старею, наверное, — тихо заметил он, с трудом фокусируя взгляд.

— А я никогда не ужирался. Вообще. Все началось, только когда сюда приехал, — поделился горем Билл.

Он сел на ковер и опустил лицо в ладони. О том, чтобы продолжать сегодня собеседования не могло быть и речи. Кернер сомневался, что он вообще сможет выйти из комнаты.

— Добро пожаловать, — мрачно пошутил Том.

Еще минут пятнадцать оба парня не шевелились. В коридоре щелкнул замок. В дверях появилась уже собранная и одетая Фиби.

— Что, плохо? — ехидно поинтересовалась она.

— Очень, — простодушно отозвался Билл.

— Поделом, — тут же наградила его ответом девушка и скрылась в своей половине квартиры.

— За что всегда любил ее, — Том поднял указательный палец, не отрывая лица от ковра, — так это за ее замечательную дружескую поддержку и чуткость.

Билл мрачно кивнул. Он был готов растянуться и лечь рядом с Альфредо, но очень боялся пошевелиться.

***

Том ушел ближе к вечеру, но Билл не смог и не стал его задерживать потому, что парень снова стал весьма отстраненным. Он молчал почти все время, а Кернер не стремился к поддержанию разговора — ему и самому было достаточно плохо.

— Я пойду, Билл, спасибо тебе за компанию, — только бросил сосед напоследок.

— Ты на меня не в обиде? — брюнет прислонился к косяку.

Том поднял на него взгляд. Получилось немного мягко и неловко.

— Нет. Нет, Билл, — он слегка склонил голову. — Спасибо тебе. За все.

Затем внезапный вчерашний гость тихо вышел и затворил за собой дверь, а хозяин квартиры так и остался стоять в размышлении, чем ему сегодня занять себя. Планов не было никаких. Фиби молчала, явно страшно раздражаясь присутствию своего бывшего друга, Грегори и Гарри были заняты в свою смену в тренажерном зале, так что Билл был предоставлен сам себе. Он задумчиво почесал затылок. Похоже, для него это значило всего лишь очередной вечер дома наедине со своими мыслями. А заодно и с компанией, которая периодически не давала ему покоя.

Но сначала все же надо было помириться с Фиби.

***

Мистер Альфредо злобно выключил камеру наблюдения, по которой он только что отсмотрел все, что происходило в подъезде в районе двенадцати часов вчерашнего вечера.

В коридоре хлопнула дверь. Усталый и встрепанный Томас появился на пороге, с трудом держась на ногах.

— Привет, отец. Пока, отец, — он попытался пройти мимо в свою комнату.

— Хорошо вчера повеселился с твоим новым дружком-гомиком? — вместо приветствия бросил ему Альварес.

Том смотрел на него с несколько секунд, затем ехидно фыркнул.

— Да. Замечательно, — он пожал плечами. — У нас было все и даже больше.

С поразительной для своего возраста скоростью, домовладелец оказался рядом с сыном и прижал его к двери.

— Сукин сын. Вон из моего дома, — раздельно прошептал он. — Я не для того пустил тебя сюда, чтобы ты делал все, что и раньше.

— Отпусти меня, Альварес, — глаза молодого человека зло сузились. — У меня вполне достаточно силы, чтобы показать тебе, насколько я зол.

Он резко оттолкнул старика от себя. Проходя мимо него, Том глянул на него сверху вниз.

— Не тебе мне указывать, как жить эту жизнь, — дверь его комнаты шумно захлопнулась мгновение спустя. — Больше не тебе.

Альварес пнул от злости пачку старых газет в прихожей. Затем сорвал с вешалки куртку, бросив ее на пол. Затем стукнул ладонью по двери в комнату Тома.

— Ты знаешь меня, мальчишка! Мне ничего не стоит отправить тебя туда, откуда ты еле вырвался!

Из-за двери не донеслось ни звука. Том никак не прореагировал на эту угрозу.

Мистер Альфредо тихо и зло дышал. Он достал из нагрудного кармана клетчатой рубахи ингалятор и поспешно вдохнул порцию лекарства. В его сознании, искаженном от бешенства, все еще маячили две фигуры, обнимающиеся около лифта. Как наяву мистер Альфредо видел своего сына в руках мальчишки с одиннадцатого этажа, который посмел столь нагло вторгаться в их жизнь.

— Чтоб вы все горели синим пламенем, — зло процедил домовладелец и взял со стола отвертку, крепко сжав ее в руке.

У него тоже было еще достаточно сил, чтобы демонстрировать свое недовольство. Кернер переполнял чашу его терпения и с этим надо было что-то делать.

***

— Фиби, брось. Ты не можешь не разговаривать со мной вечно, — Кернер все же не выдержал мучительных пыток алкоголизма и решил попробовать помириться с той девушкой, которая на него серьезно надулась. — Ты мне можешь выделить всего одну таблетку? Ты же говорила…

Девушка, не оборачиваясь, открыла ящик стола и достала оттуда какие-то зеленые капсулы. В парня немедленно полетела упаковка. Билл поймал то, что прилетело ему в руки. Прочитав название, он закатил глаза.

— Слабительное. Очень остроумно.

— Самое эффективное средство, которое я знаю, — буркнула она и снова увлеченно склонилась над столом.

Сегодня она предпочла склеивать свои шедевры из монеток, бумаги и какой-то соломы. Кернер опасался лезть ей под руку, но ему действительно было очень надо.

— Слушай, ладно тебе, — заныл Билл. — Ну прости, что не предупредил!

— Ты все равно меня не слушаешь! Зачем тебе мое общение? — отозвалась ему соседка.

За ее спиной ненадолго замолчали, обдумывая ответ.

— Потому что ты единственная, с кем я могу тут поговорить! — Ну… почти…

— Билл? Серьезно. Я занята. Если тебе нужно лекарство — сходи и купи. Или попроси его у Альфредо. Уверена, он тебе не откажет.

Напряженное молчание повисло в комнате. Оба обитателя квартиры искали способы наладить конфликт. Вернее, искал один Билл, Фиби не хотела даже поворачиваться. Преодолев в себе последнюю гордость и — что было в разы хуже — пьяную дрожь, Билл подошел к ней и встал рядом, отбрасывая на девушку виноватую тень.

— Мне очень жаль, что так получилось второй раз. Но Том… у него фактически нет дома. И я тоже стою меж двух огней, потому что мне он не кажется плохим парнем. Мне было скучно. И мы с ним просто… Болтали. В этом же нет ничего плохого.

— Да, — улыбчиво подтвердила Фиби. — Пока он не воткнет тебе в спину нож. Тебе надо найти себе девушку или еще какую компанию и чем-нибудь занять свою голову! — она гневно указала в его сторону кистью с клеем.

Билл вздохнул. Девушке нужно было еще немного времени остыть, а потому, постояв еще немного, он медленно отправился обратно в свою комнату. Последние брошенные ему в спину слова почему-то засели в мозгу. Билл посмотрел на свои часы и убедился, что время было еще не такое уж позднее. Возможно, Фиби была в чем-то права. По крайней мере, в этом мире все еще была одна обиженная женщина, до объяснения с которой никак не доходили руки.

Билл взвесил свои шансы и решил осуществить задуманное. И уж точно договориться с Фиби, когда вернется.

***

Еще через полчаса он стоял у двери квартиры Аманды с букетом роз, за которыми ему пришлось проехать целых два квартала.

— Ладно… Это ведь действительно ни к чему не обязывает, — уговаривал он себя, нажимая на звонок.

Дверь открыли не сразу. По шуму фена Билл понял, что девушка может его и не услышать, но внезапно жужжание смолкло и Кернер использовал возможность, чтобы нажать на звонок еще раз.

Аманда появилась на пороге в одном полотенце и с влажными волосами. Когда она подняла глаза выше цветов, ее лицо моментально потемнело. Она тут же предприняла попытку закрыть дверь, но Билл оказался быстрее.

— Нет! Аманда. Аманда, погоди! Я только хотел…

— Убери ногу с моего порога, иначе весь этаж узнает, что ты еще и маньяк! — зло предупредила она.

Биллу сегодня патологически не везло с девушками.

— Нет… Нет, Аманда! Стой! — Кернер предпринял последнюю попытку и заложил дверь букетом.

Хрустнули стебли. Но это сработало, как ни странно. Аманда расстроенно смотрела на красиво осыпающиеся цветы.

— Ну что ты наделал! — девушка раздосадовано указала вниз. — Цветы-то тут при чем!

Билл воспользовался возможностью и тут же коварно проник в квартиру. Он налег спиной на дверь, закрывая ее за собой.

— Зато сработало, — он выдохнул.

Запахнув полотенце плотнее, Аманда расстроено присела на корточки, чтобы собрать с пола нежные лепестки, и хмуро посмотрела снизу вверх на вошедшего.

— Я тебя не пускала, — заметила она.

— Просто послушай меня, — Билл тоже присел рядом, чтобы помочь. — У нас с тобой ничего не получается. Но… Это все из-за меня. У меня никогда не было столько друзей сразу. Меня окружают люди… Красивые девушки, как ты. А я даже не знаю, что сказать или сделать! — он быстро выпалил заранее заготовленную тираду и застыл в ожидании реакции.

Брюнетка молчала. Она поднялась и продолжала стоять, перебирая оторванные запчасти от цветов. Билл неловко засунул руки в карманы и тоже встал рядом.

— Знаешь… Это не в моей привычке, упрашивать кого-то завести отношения, Билл. Обычно это за мной парни вьются толпами, — обиженно заметила она.

— Я их очень понимаю, — осторожничая, отозвался Кернер.

— Но ты, — Аманда подняла глаза, — вынудил меня пойти на унижение. Три раза, — она значительно подняла три пальца, чтобы наглядно продемонстрировать свое возмущение.

— Да… Я ужасно себя вел. Но у меня есть шанс? Еще хоть один? Маленький шанс?

— Шанс на что? Чего ты хочешь? Ты не можешь дать ответ на этот вопрос даже себе, — горько усмехнулась она.

Билл склонил голову.

— Я хочу… Я хочу жить. Нормальной жизнью.

— А… Как это сочетается со мной? — соседка снова опустила ресницы.

— Я бы хотел, — Билл пожал плечами, — чтобы, может, хоть раз у нас все прошло по-человечески. Несмотря на то, что я так обидел тебя, — добавил он уже тише.

Аманда молчала. Только ее тонкие пальцы все еще теребили алые лепестки.

Какая речь, — ровно отозвался голос в голове. — Не стой, как истукан, поцелуй девушку. Все тебе объясняй.

Билл немного вздрогнул. Черные ресницы Аманды слегка дрогнули.

Эх, черт… Как чую, получу сейчас по морде, — вздохнул про себя брюнет.

Он слегка наклонился. Его взгляд встретился со взглядом красивых глаз. Она замерла в ожидании того, что собиралось произойти.

Чего ты ждешь? — мягко поинтересовался голос.

Билл не стал отвечать. Он слегка коснулся губами ее щеки. Аманда прикрыла веки и повернулась, чтобы ощутить это прикосновение, а Билла очень обнадежило то, что она не стала отталкивать его и убивать сразу же. Он почувствовал только ее легкое дыхание на коже. Вопреки всем свои уверениям, девушка повернула голову и все же ответила на этот поцелуй, который плавно перешел в глубокий и нежный, такой, каким Билл и представлял себе настоящий поцелуй. Пальцы осторожно поползли по его волосам, притягивая ближе его голову. У Кернера в теле не было ни одной расслабленной мышцы, он трясся, как лист, не зная, куда деть свои руки.

Прошло несколько минут, прежде, чем Аманда все же отошла от него на шаг.

— Это было твое извинение? — тихо спросила она.

— Ну… Что-то вроде, — Билл почувствовал, как по шее сзади бежит капелька пота.

Девушка все еще хмурилась. Только ее веселые глаза выдавали то, что гроза миновала.

— Может, пойдем пройдемся? — предложила она, немного подумав.

Билл кивнул. Ему очень хотелось прислониться к стенке и ощутить под лопатками любую твердую поверхность.

— Тогда жди меня. Скоро буду! — с этими словами она поворошила пальцами влажные темные волосы и скрылась в ванной, откуда тут же снова донесся шум фена.

========== 8. Убегая от себя ==========

Том задумчиво смотрел в окно. Его настроение снова скатилось под ноль. Очередная ссора с отцом, предгрозовое молчание в доме, встреча со старыми «друзьями» — вот и все, чего он добился своим возвращением в дом родителей, где единственным неизменным фактом остался только поганый характер Альвареса.

Парень прислонился лбом к холодному стеклу. Он и сам не знал, сколько уже простоял так, в поисках ответов на свои вопросы. Он даже не знал, что и кому приехал доказывать, ведь и раньше он мог справляться сам: найти какую-нибудь низкооплачиваемую работу, жилье за пару баксов в сутки. Его ничего не держало здесь.

Взгляд парня внезапно остановился на двух фигурах, светлеющих в сгущающихся сумерках. Два человека медленно приближались к подъезду. Том без труда узнал их. Это были Аманда и Билл — они держались за руки и о чем-то оживленно болтали. Остановившись около подъезда, пара некоторое время находилась в непосредственной близости, а затем они и вовсе повисли друг на друге и уже не расцеплялись до самых дверей. Их губы бесконечно соприкасались, как будто эти двое спешили съесть друг друга.

Вереница неприятных мурашек отчего-то побежала у Томаса по спине. Это было ощущение дежавю, похожее на то, что он испытал в первый день, увидев похождения всей компании. Пара скрылась в подъезде и уже не показывалась оттуда.

Том кивнул сам себе и своим мыслям. Подумав еще с секунду, он вышел в коридор, взял свои документы, куртку и ключи от машины.

И вышел из дома.

Он обещал себе никогда больше не пытаться сближаться с людьми и исключений ни для кого делать не собирался.

***

Это была очень странная ночь. Для Фиби она прошла в порывах найти креативное решение идеям, которые роились в ее голове. Для Грегори и Гарри, которые поздно вернулись со своей смены в тренажерном зале, она закончилась пивом, чипсами и наполовину просмотренным фильмом «Пила», над которым парни смеялись как подорванные, пока усталость не унесла их в мир Морфея. Для Тома же она обернулась бесконечно извивающейся, плывущей перед глазами лентой дороги, плывущей перед глазами все то время, уводящей его как можно дальше от Альвареса Альфредо.

Ну а Билл… Он безумно радовался, что ему, наконец, удалось совладать со своим страхом. Он и сам не знал, почему этот вечер для него закончился именно так. Но желание наладить свое существование было в нем достаточно сильно, чтобы попробовать все стороны жизни. И он надеялся, что Фиби была права, когда сказала, что девушка немного отвлечет его мысли.

***

Солнечный свет ударил прямо в лицо. Звук поднимающихся жалюзи мигом выбросил Кернера из приятных объятий утреннего сна, где он нежился после пары часов бесконечных постельных физических упражнений. Молодой человек поморщился и отвернулся.

— Дорогой! Пора вставать, — пропел мелодичный голос где-то рядом с ухом.

Дорогой? — Билл открыл один глаз.

Улыбающееся лицо Аманды нависло над ним. Он почувствовал легкий поцелуй и снова попытался открыть глаза и сесть на кровати. Все тело ломило. Некоторые мышцы болели, как после подъема по лестнице. Это были не очень приятные ощущения.

— О-о-о… Что вчера было?.. — с трудом протянул Билл, все же принимая сидячее положение.

— Вчера все было очень и очень замечательно, — Аманда светилась как горсть золотых монет. — Ты действительно потрясающий парень, Билл.

Кернер с натяжкой улыбнулся. Теперь воспоминания о вчерашней бурной ночи тоже вернулись. От стыда уши парня приобрели цвет свеклы.

— А… Да, было… здорово?

— Конечно, здорово! — она похлопала его по плечу. — А теперь марш завтракать! Тебе надо восполнить запасы белка в организме!

Билл снова содрогнулся. Ощущение неправильности, полного непонимания себя и своих ощущений накрывало его с головой. Еще никогда он не чувствовал столько странных и разных эмоций сразу.

— Мы сейчас с тобой поедим, потом на пробежку. А потом у меня на тебя кое-какие планы — мы с тобой пройдемся по магазинам. Кстати, ты знал, что у нас неподалеку есть очень красивый парк? Я отведу тебя туда и покажу…

— Аманда? — Билл перебил поток ее мыслей. — Я не смогу сегодня, у меня в… — он кинул быстрый взгляд на часы, — в одиннадцать? Да, в одиннадцать… назначена встреча.

— Встреча? — карие глаза расширились от удивления.

— Ну да. По работе. Собеседование, — бессовестно плел Билл всякую чушь.

— Ладно, не страшно. Но вечером-то ты мне сможешь составить компанию? Мы могли бы…

— Я боюсь, что я очень устану вечером, — снова перебил ее Билл. — Может, в другой раз? Завтра или послезавтра?

Аманда замерла. На ее лице не отражалось ни грамма понимания.

— Что-то не так? Я что-то сказала или сделала, что тебе не понравилось? — удивленно спросила она.

— Нет, — Билл выпрыгнул из-под одеяла и поспешно надел свои боксеры. — Нет, ты была на высоте… крошка, — зачем-то добавил он и тут же мысленно отвесил себе очень сильного пинка.

— Крошка? — Аманда пошатнулась от удивления. — С тобой точно что-то не так. Готова поклясться, такое общение точно не в твоем стиле. У тебя точно нет множественной личности или чего-то такого?

Билл сейчас не был уверен даже в том, что его зовут Билл. Тот Кернер, которого он знал всю свою жизнь, ни за что бы не сделал ни одной из тех вещей, что творились вчера ночью в этой постели. При воспоминании о множественной личности Билл занервничал.

— Нет. Знаешь, я… опаздываю. Вот и все. Не люблю опаздывать, — между короткими обрывками фраз он умудрился найти в горах одежды свои носки и джинсы. Майку он не стал даже одевать — перекинул ее через плечо, взял свои кроссовки и отправился к двери прямо так. Аманда все это время смотрела на него очень большими и удивленными глазами.

— Я тебе позвоню, — бросил парень уже с порога и был таков.

Сказать, что его новая девушка сейчас поняла хоть что-нибудь из его бессвязной болтовни, значило бы очень капитально соврать.

***

Стремясь как можно быстрее добраться до своей квартиры, Билл пару раз споткнулся о ковер, расстеленный от самого лифта по всей длине коридора. В его голове, в его душе сейчас был полнейший хаос.

Он на секунду в удивлении застыл около своей двери, когда, наконец, добрался до знакомых цифр «483». Дверь, несомненно, была его. Но теперь на полированном дереве красовались глубочайшие, словно выпиленные лобзиком светлые царапины. Кернер застыл от удивления. Спустя несколько секунд рассматривания «шедевра», он понял, что они складывались в весьма явное и очень хорошо читаемое слово: «FAGGOTS» (*прим. автора – с англ. «педики»).

Он удивленно провел пальцами по царапинам. Кому могло прийти в голову сделать это?

Парень недоуменно огляделся и, все же достав ключи, попал в свою квартиру. Он молился, чтобы Фиби была на месте и немного оттаяла. Необходимо было с кем-то поговорить.

Ему повезло. Девушка была дома. Но со вторым пунктом было сложнее — как только Билл зашел, она тут же отвернулась от него и сделала вид, что сильно занята окрашиванием своих ногтей в ядовито-розовый оттенок.

— Фиби. Ты видела нашу дверь? — Билл отбросил все тревожащие его мысли и попытался сначала выяснить мелкие жизненные обстоятельства.

— Видела. Она за твоей спиной. Что с ней не так?

— А ты выходила куда-нибудь? В ближайшее время?

— Нет. Я всю ночь провела тут. Мы с Ри немного повздорили и мне не хотелось никуда идти, — вяло отозвалась она.

— Ясно. Тогда тебе это тоже будет интересно, — Билл подозвал ее рукой и снова повернул ключи в скважине.

С очень недовольным видом, помахивая руками как мельница, Фиби все же соизволила подойти. Когда она увидела надпись, глаза ее тоже поползли на лоб.

— Что-о-о? Это еще что такое? — от удивления она смазала о дверную ручку сразу несколько ногтей.

— У нас появились поклонники.

— Какого черта… — лицо Фиби побледнело, а затем начало темнеть, как будто сразу вся кровь, которая была в ее организме, прилила к голове.

— Ты была здесь. Неужели ты не слышала шума? — все еще допытывался Билл, который тоже ничего не понимал.

— Говорю же, у меня не выдался вечер. Я была в наушниках, — раздраженно отозвалась соседка. — Но я точно знаю, кто может рассказать нам об этом! Надевай свою майку. Сейчас мы пойдем разбираться.

Билл уже тысячу раз пожалел, что пожаловался ей. В розовых глазах билась теперь неуправляемая стихия бешенства. Фиби не стала ждать, когда Билл оденется, только влезла в свои домашние тапочки с кроликами и, сжав кулаки, направилась к лифту.

Еще через пару минут она уже бодро барабанила в дверь квартиры мистера Альфредо.

— Я смотрю, дверное искусство тут популярно, — парень с интересом рассматривал надпись про «старого гомофобного козла», красующуюся на блестящей поверхности двери вышеупомянутого.

— Ну, на эту тему мы с ним уже разобрались. А сейчас он ответит мне за нашу испорченную вещь, — клятвенно пообещала Фиби.

Домовладелец показался на пороге в старой рубашке, немного более встрепанный, чем обычно. Его лицо тут же перекосилось от отвращения, когда он увидел посетителей.

— Неприемный день, — недружелюбно буркнул он. — Зайдите в другое время.

— Вот уж черта с два, — Фиби, к удивлению Кернера, толкнула мистера Альфредо в плечо. — Это твоих рук дело, старый козел! Это ты испортил нам дверь. Ты будешь за это отвечать!

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — очень спокойно отозвался старик. — Вам испортили дверь?

— Не делай вид, что ты удивлен! Я хочу, чтобы ты показал мне запись с камеры наблюдения.

— Мне очень жаль, Соммерс, — губы мистера Альфредо растянулись в гадкой улыбочке. — Ты по факту больше не проживаешь тут. Не понимаю, с чего ты решила, что можешь у меня что-то требовать?

— Ах ты… — Фиби сжала кулаки. Билл только и успел поймать ее за полы майки.

— Мистер Альфредо, не могли бы вы любезно показать нам записи с камер наблюдения на нашем этаже? — Билл оттеснил девушку плечом, решив, что в ситуацию нужно срочно вмешаться, пока не появились жертвы.

— К сожалению, мой ответ по-прежнему будет отрицательным. Камера на вашем этаже вот уже неделю неисправна.

— Куда ты тогда деваешь наши деньги?! Я подам на тебя в суд! В суд, ты слышишь, старый крыс?

— Валяй, Соммерс. Я тоже имею на тебя целое досье, которое тянет на повестку, — мистер Альфредо невозмутимо сложил руки на груди.

— Чтоб ты… провалился. Ты и твой поганый сынок! — рассерженная девушка отошла на шаг назад.

— Как жаль, что он тебя не услышит. Томас уехал сегодня, — домовладелец изучающе посмотрел на свои ногти.

— Куда? — непроизвольно вырвалось у Билла.

— Я думал, ты мне это скажешь. Это же ты его парень, — мистер Альфредо продолжал сверлить брюнета тяжелым взглядом.

— Я его… кто? — лицо Кернера вытянулось, как противогаз.

— Пошли, Билл. Он тебя провоцирует. Пошли. Это он испортил нам дверь, я уверена. Теперь мне все стало ясно, — теперь уже Фиби потянула соседа за рукав, — он еще нам ответит за это. Ты еще ответишь! Ты слышишь? Старый хрен! — она выплюнула эти слова старику в лицо и, развернувшись, пошла обратно.

— Да-да. Жди штрафа, Соммерс, — веселился ей в спину мистер Альфредо, которого, казалось, ничуть не задели ее слова.

***

— Хрен, старый говнюк, козел, ненавижу, ненавижу его! — жизнерадостные тапки-зайчики мельтешили у Билла перед глазами, пока их обладательница в бешенстве громко передвигалась по комнате.

Билл фильтровал примерно пятьдесят процентов информации, которая сыпалась на него в этот момент.

— Нет, ты подумай… Камера у него неисправна, да он ее нарочно отключил, штопанный гондон!

— Успокойся, — мягко произнес парень с подлокотника кресла, где сидел уже полчаса и погружался в свое нестабильное состояние.

— Не могу! Этот старик… Этот… — глаза Фиби переключились на соседа. — А ты? Как ты можешь вообще быть таким спокойным?

— Ты знаешь, — Билл опустил глаза, — мне сейчас правда немного не до Альфредо. У меня своих проблем по горло.

Фиби воззрилась на него еще более подозрительно.

— Это как-то связано с… Билл? Ты же не хочешь сказать, что тебя действительно угораздило спутаться с Томом?

— Что? Да что вы все заладили! — Расстроенный Кернер вцепился в ворот своей футболки, чтобы чуть помахать на себя. — Не знаю я ничего об этом типе!

— Да? А чего тогда ты так нервничаешь? — Фиби цепко присмотрелась к нему. — Где ты снова был всю ночь? Почему Альфредо решил, что вы вместе?

— Я не знаю… Я был с Амандой.

— Врешь!

— Нет, Фиби, я… — Билл посмотрел на нее полными паники глазами. — Я решил прислушаться к твоему совету касательно девушки. Аманда единственная, кто оказался ко мне сейчас ближе всех. У нас было этой ночью… Все было, в общем. Если ты понимаешь, о чем я.

Фиби поняла. Ее лицо неуверенно дрогнуло. На губах тут же заиграла хитрая улыбка, которая становилась еще шире по мере того, как она говорила.

— Ах ты, кобе-е-ель, — девушка тут же прекратила сердиться. — Ну? Почему нет вина, шампанского, истории в подробностях? Ты ведь трахнул Аманду Диллон, самую красивую женщину, которую я знаю!

Билл посмотрел на нее такими затравленными глазами, что запал Фиби моментально затух на корню.

— Что, это было… Не так, как ты ожидал?

— Не так.

— Ты же не хочешь сказать, что облажался?

— Нет, конечно. С чего мне. У кого угодно встанет на такую красотку. Но я почему-то чувствую, что все это так… Так неправильно, как будто на меня… Как будто на меня дуло пистолета наставили! — нашел, наконец, парень нужные слова.

— О-о-о, — протянула Фиби.

— Вот и я о том же, — Билл встал, задумчиво прошелся по комнате и завалился на кровать. — Какой нормальный парень скажет такое после самой горячей ночи в своей жизни?

Фиби взглянула на него.

— Билл. Ты только не обижайся… А почему ты так уверен, что ты нормальный парень? Если под словом «нормальный» ты имеешь в виду «особь мужского пола, которую тянет только к девушкам».

Кернер аж поперхнулся от такого заявления.

— В смысле?

— Ну, в том смысле, что… Почему ты не рассматриваешь идею о том, что ты би? Может, тебе попробовать с парнем? — Фиби пожала плечами.

— Что? Нет, ты же не серьезно? — Билл аж вжался в матрац от удивления. — Такого не может быть.

— Очень зря. Молодость — это время экспериментов. Найди себе какого-нибудь красавчика и переспи с ним. Правда есть риск, что может понравиться и втянуть… Я где-то слышала, что секс с мужчинами затягивает и многие геи его ни на что не готовы променять…

— Не было желания попробовать? — ехидно парировал Билл.

— Ну, я же не гей! — заметила мулатка.

— Я тоже. Фу, — Билл передернулся. — Как об этом вообще можно подумать?

— Ну, многие же думают. Согласно статистике…

— Фиби! Давай сменим тему, хорошо? — Билл схватился за переносицу. — Мне правда и без этого хреново. А тут еще Альфредо с этой дверью.

Глаза девушки моментально потемнели.

— Дверь… Ты не переживай, я этого так не оставлю, — клятвенно пообещала она. — Этот козел еще получит свое. И знаешь, что? Мне кажется, все это не просто так. Его чудный мальчик наверняка замешан в этом. Не зря же он смотался куда-то.

Билл вяло кивнул. Он не мог сказать прямо сейчас, что чувствовал по этому поводу. Ему было все равно, с одной стороны. А с другой, слова Альфредо-старшего осели в подкорке его мозга и почему-то казались сейчас такими странными. Было трудно отделаться от ощущения, что все это как-то связано.

— Что делать будешь? — поинтересовалась Фиби, словно прочитав эти мысли.

— Да фиг знает. Мне и правда надо отвлечься. Но никакой личной жизни. Гораздо проще, когда ее просто нет…

— Ты не представляешь, как ты прав, — задумчиво кивнула девушка.

***

Вечером Билл попытался сделать еще одну вещь, мысль о которой почему-то показалась ему удачной.

Эл? Ты тут? — осторожно позвал он.

Как ни странно, ему никто не ответил. Голос вообще больше молчал в последнее время.

Слушай, в общем… Я не знаю, как эта штука работает… Наверное, у нее нет автоответчика. Но, если вдруг будешь тут, выходи поговорить? Мне не повредит компания…

С этой мыслью Билл перевернулся на своей кровати и уставился в большое окно с чудесным видом на весь город. Даже этот маленький бонус почему-то не приносил успокоения, потому что сегодня, как никогда раньше, Кернеру казалось, что он остался совсем один, насмерть запутавшись в себе.

***

Nowhere to run and nowhere to hide

You’re scared of the truth, I’m tired of the lies

Cuz who I am, is where you wanna be

You’re no super hero

I found in the end.

(12 Stones — Lie to Me)

— Три тысячи баксов?! — возмущенно закричала Фиби, перебудив этим воплем весь дом, а возможно и пару соседних.

От ее крика Билл подпрыгнул на кровати и обнаружил, что он снова заснул где-то примерно на середине своей внутренней тирады об одиночестве, которая доставала его до трех часов утра. После того, как Кернер открыл глаза, к нему пришло понимание того, что начался еще один новый день. И, судя по воплю из коридора, это начало было не совсем удачным.

— Ты посмотри, — задыхалась мулатка, едва не падая в обморок. — Эта скотина Альфредо! Ты посмотри!

Она трясла перед лицом Билла какой-то бумагой, которую тот никак не мог поймать из-за того, что рука девушки тряслась от бешенства.

— Да погоди ты, — рассердился Билл, который плохо соображал спросонок. — Чего ты?

— Ты сейчас поймешь — чего! Ты посмотри, что этот мудак нам под дверь подсунул!

Билл, наконец, завладел документом. Только после третьего раза прочитывания написанного до него начало доходить, что так разозлило его соседку.

— Билл. Я его шлепну. Мухомор проклятый. Да что он о себе возомнил?

Письмо гласило

«В связи с порчей общественного имущества, входящего в собственность дома под номером *** по улице ***, г. Сан-Франциско, штат Калифорния, Соединенные Штаты Америки, просьба оплатить сумму в 3059,00$ за объект: дверь полированная, дубовая, одна штука.

В случае невыполнения данного условия будут приняты более серьезные административные меры.

Данное письмо является официальным документом, просьба приложить к нему чек на оплату.

По всем вопросам обращаться к: Альберто, Альварес, квартира ***».

— Но, Фиби, — как замороженный пробормотал Билл, когда дочитал. — У нас же нет таких денег.

— Да я сейчас ему эту дверь полированную, одну штуку, знаешь куда засуну? — в глазах у девушки стояли самые настоящие слезы бешенства. — Он подставил нас, Билл, ты что, не понимаешь? Он сам испортил нам эту дверь. И теперь требует от нас оплату.

— Погоди ты, не кипятись, — парень закусил ноготь на большом пальце.

— Нет. Я сейчас ему яйца оторву. Ты меня не знаешь! — прежде чем Билл успел сообразить, она снова рванула к двери.

— Стоять! — Кернер на этот раз оказался быстрее. Он успел схватить разъяренную девушку уже в коридоре. — Не горячись, у нас нет никаких доказательств! Фиби, ты сделаешь только хуже!

— Отпусти меня, Билл, — отбивалась она.

— Да погоди ты, — Кернер поморщился. Хоть Фиби и была ниже него на полторы головы, держать ее во взвинченном состоянии было очень трудно.

На звук их ругани из соседней двери показалась голова крайне заспанного Гарри.

— Слушайте, вы не можете орать где-нибудь на час попозже? Мы с Грегом все еще спим.

— Гарри! — радостно воскликнул Билл. — Мне экстренно, — он поморщился, потому что вырывающаяся Фиби уперлась острым локотком ему под ребра, — экстренно нужна ваша помощь! У нас опять проблема.

— А в чем… Черт, что с вашей дверью? — сон моментально слетел с парня, когда он увидел ужасные накарябанные в спешке буквы. — Кто это сделал?

— Давай так, — Билл снова поморщился, теперь уже оттого, что ему наступили на ногу. — Ты мне помогаешь успокоить эту женщину, я не справляюсь один. А я вам рассказываю, что произошло. Идет?

— Идет, — Гарри пожал плечами.

— Отпустите меня, вы! — раздался крик Фиби на весь этаж перед тем, как Гарри подошел, с легкостью перекинул жертву надругательств через плечо и совершенно спокойно зашел с ней в квартиру, захлопнув за ними троими дверь.

***

— Пей свой чай, — Гарри со стуком поставил перед девушкой чашку. — Он с травками. Успокоит.

— Да не нужны мне травки! Достань мне лицензию на дробовик! — продолжала упираться она.

Впрочем, запал ее чуть поостыл. Теперь она просто сидела, зло сложив руки на столешнице. Гарри и крайне злой, не выспавшийся Грег сидели рядом с ней.

Билл довольно быстро рассказал им всю историю и теперь все четверо молча пребывали в попытках придумать хоть какой-нибудь выход из сложившейся ситуации.

— Ну, зная Альфредо, — Грегори задумчиво почесал заросшую щеку, — лучше будет с ним не связываться и просто заплатить.

— Да нет у меня таких денег, — Билл в отчаянии уставился на парня. — Мне дали с собой родители кое-какую сумму. Но это все, что у меня есть.

— Это все не проблема, чувак, мы тебе наскребем. Отдашь, когда получишь, — заметил Гарри. — Другое дело — я боюсь, это не спасет. Был у нас тут такой парень со слабыми нервами одно время. Тоже пытался против Альфредо переть. Так он того со свету сжил практически всякими инстанциями. Я иногда и сам задаюсь вопросом, как мы еще на свободе гуляем, — он пожал плечами.

— Это вполне реальный риск, — Грегори кивнул, поддакивая словам брата.

— Ты не будешь ничего платить, тебе ясно? — раздраженно бросила Фиби. — Только сделай это, и я тебе врежу.

— Но там же написано…

— Подотрись этой бумажкой. Это мой тебе ответ, — перебила его разозленная мулатка. — Раз он захотел играть в эти игры, я тоже могу сказать, что никакого документа я не получала. У нас же сломана камера на этаже, — ехидно закончила она. — Он не докажет, что мы ее держали в руках.

— Фиби, мы нарвемся, — попытался объяснить ей Билл.

— Ты не будешь ничего платить. Ясно тебе? Это не твоя проблема, — она весомо хлопнула ладонью по столу. — Прошу прощения, мне надо отлучиться.

Грегори, Гарри и Билл с одинаковыми выражениями лиц поднялись со своих мест.

— Сядь, Фиби.

— Да в туалет-то можно сходить? — снова взвилась девушка. — Не пойду я к Альфредо, успокойтесь вы. Мне нужно вылить ваш чай. Я от нервов быстрее хочу писать!

С этими словами она гордо удалилась в сторону уборной и захлопнула за собой дверь. Билл и братья переглянулись между собой.

— Ладно… Вряд ли она оттуда сможет натворить дел, — неуверенно заметил Гарри.

— Смотря что ты под этим подразумеваешь, — по-идиотски хихикнул Грег.

Фиби за дверью прислушалась к звуку их голосов. Трое парней что-то негромко обсуждали. Она решила, что ее план был не так уж и плох. Она не могла сидеть сложа руки. Достав телефон, девушка быстро нашла в книжке давно забытый номер. Ей осталось только понадеяться, что за все это время он не изменился.

— И только попробуй мне не ответить, — тихо сквозь зубы пробормотала она.

На том конце раздались гудки.

— Привет. Это Томас Альфредо. В данный момент я не могу подойти к телефону…

Фиби послушно дослушала сообщение до конца. Когда раздался сигнал, она вздохнула и начала зло нашептывать все, что наболело у нее на душе.

Комментарий к 8. Убегая от себя

Спасибо Ксении, которая добросовестно приводит текст в приличный вид перед каждым прочтением, и как всегда Dark_Sun и North_Star! =))) Знаете, за што!

========== 9. Новый жилец ==========

Well this place is old

It feels just like a beat up truck

I turn the engine, but the engine doesn’t turn

Well it smells of cheap wine & cigarettes

This place is always such a mess

Sometimes I think I’d like to watch it burn

I’m so alone, and I feel just like somebody else

Man, I ain’t changed, but I know I ain’t the same

But somewhere here in between the city walls of dyin’ dreams

***

— Ты сукин сын, — вещала трубка, лежащая на пассажирском сидении, пока Том бездумно смотрел сквозь лобовое стекло своей машины. — Я не знаю, твоих ли это рук дело, но я совершенно не удивлена, что ты опять слинял. Ты всегда линяешь, когда не знаешь, что тебе сделать. Ты и нас так бросил! Я не требую, чтобы ты вернулся или вдруг заимел совесть, потому что у тебя ее в принципе нет. Но я хочу, чтобы ты знал. У нас снова проблемы с твоим отцом. И все они каким-то чудным образом связаны с тобой. Как всегда. Люди ведь не меняются, да, Том? Так и чего тебе переживать. Топчешься по людским жизням, как тебе вздумается. Захотел — приехал, захотел — уехал. Действительно, зачем тебе думать о завтрашнем дне, когда можно просто уйти, не оборачиваясь. Ты просто жалкий трус. Всегда был и всегда будешь в моих глазах!

Трубка жалко пискнула единственным сигналом и отключилась. А Том все еще сидел, бесконечно глядя за горизонт.

Злые слезы обиды бежали по его щекам. Он бодрствовал уже сутки, не в состоянии устроиться нормально на сидении машины. До ближайшего населенного пункта — маленького городка — была всего пара часов езды, но он решил остановиться по пути и немного отдохнуть, а потому свернул по небольшой проселочной тропинке куда-то в поле и остановился там, просто рассматривая пейзажи и заложив руки за голову.

Но его спокойствие было жестоко нарушено голосом из прошлого, который цепко задел его холодом и колкостью. В голове кружились воспоминания о былой юности, разноцветные и пестрящие, как карусели. Том вспоминал, как они с Фиби и Грегори до утра гуляли в клубах. Как блевали потом по утру, переев какой-то дряни, залитой изрядным количеством виски. Как сидели и плакались друг другу в жилетку, теряя друзей и вторых половинок. Теряя часть себя.

Том и сам не думал, что однажды расстанется со своими друзьями так. Просто одно событие перечеркнуло в корне всю его жизнь — родной отец отправил его в психиатрическую клинику только потому, что он мешался ему на дороге и с детства имел проблемы с головой, которых никто не понимал.

Они не знали. Они ничего не знали. Альфредо младший до сих пор удивлялся, как ему удалось скрыть от друзей тот факт, что отец не постеснялся пройтись по всем, даже по его голове, и просто подставить его, выбросить, как ненужного щенка. И еще больше ему было непонятно, как он нашел в себе силы вернуться домой и сделать вид, что ничего никогда не происходило.

Том вытер мокрые щеки и с силой сжал руль.

Фиби была права. Он был просто жалким трусом, который даже не мог постоять за себя.

***

Промаявшись некоторое время нервным расстройством и посоветовавшись с братьями, Билл все же решил поступить разумно. Он не сказал ничего Фиби, которая, как и все, была на эмоциях, но решил подстраховаться. Он долго сидел, изучая свою телефонную трубку, словно впервые видел, и с трудом решился на первый за эту неделю звонок родителям. Он уже представлял, что это будет за диалог.

«— Привет, пап. Я облажался. Ты не мог бы одолжить мне три лишних тысячи долларов?» — скажет он.

«— Пип-пип-пип», — тут же донесется оттуда, поскольку отец потеряет сознание от счастья.

Билл покрутил телефон. И все же набрал давно знакомые цифры.

— Да, дорогой, — раздался на том конце приветливый мамин голос. — Ты там как?

— Нормально! Привет, мам, — натягивая безбашенную улыбку, соврал Билл. Он не хотел пугать маму страшными историями и старался, чтобы его голос звучал бодрее.

— Я сейчас позову отца.

— Нет-нет, я как раз лучше с тобой поговорю. Не надо отца, — парень сжал пальцами переносицу.

Голос миссис Кернер моментально изменился.

— Зная тебя, это значит, что ты во что-то влип.

Билл устало опустился лбом о стол, проклиная на чем свет стоит материнское чутье как явление.

— Ну, как сказать. Попортили дверь. Попали на деньги, — коротко объяснил он, не особо вдаваясь в подробности.

Голос на том конце начал шептать.

— Ты так и не нашел себе работу?

— Нашел, — соврал Билл. — Хорошую. Но зарплата еще очень нескоро.

— Ясно. Сколько нужно?

— Мам, ты же знаешь, я все отдам, да?

— Сколько, спрашиваю?

— Три тысячи.

— Билл. Из чего была сделана эта дверь? Чистое золото с гравировкой ручной работы?

— Нет. Дуб. Просто тут очень неприятный домовладелец. Я не ожидал, что столкнусь с таким.

— Дорогой, никто не делает двери из дуба в многоэтажках, я бы на твоем месте проверила эту информацию, — посоветовала миссис Кернер. — Я тебе переведу деньги со своего счета, сегодня к вечеру устроит?

— Да. Это не к спеху. Может еще удастся с ним договориться.

— Эх, малыш, — на том конце провода послышался тяжкий выдох. — Лучше бы ты побыл с нами еще годик-другой. Тебе бы удалось избежать подобных проблем.

— Да. И столкнуться с внешним миром во сколько? Лет в сорок? — невесело усмехнулся парень.

Мама ничего ему не сказала.

— Ладно, я пойду. Ты только… Не говори ничего папе? И, да, спасибо за совет. Мы вызовем профессионала, который мог бы точно сказать стоимость, — грустно закруглился Билл.

— Не буду ничего говорить. У него и так в последние дни давление. Но и ты там береги себя, хорошо?

— Хорошо. Спасибо. Ты у меня солнце, мам.

— Солнце. Лучезарное, — хмыкнула женщина и повесила трубку.

А Билл так и остался сидеть, мысленно ругая себя на чем свет стоит за то, что все еще не поднял свой зад и не нашел хоть какую-нибудь мало-мальски оплачиваемую работу. Так уж получалось, что всегда находились причины, которые отвлекали его от этого процесса. Но теперь-то Кернер твердо пообещал себе не останавливаться.

Внезапно раздался звонок в дверь. Билл удивленно повернулся в ту сторону. Они с Фиби никого не ждали.

Сама девушка вышла из своей комнаты с мешочком льда, прижатого ко лбу. Ото всей этой истории у нее дико болела голова. Билл ее очень понимал, он и сам был на грани катаклизма. Но открывать все равно пошел.

— Кто там?

— Хрен в пальто, — убито донеслось из-за двери. — Открывайте.

Кернер удивленно моргнул. Этот голос совершенно определенно мог принадлежать только одному человеку. Билл повернул ключ в замке.

Томас Альфредо, черный, как грозовая туча, влетел в их прихожую и в один широкий шаг подошел к девушке, отпихивая с порога Билла.

— Ты хочешь знать, почему я уехал, Соммерс? Ты ни хрена обо мне не знаешь, — он ткнул пальцем в ее плечо. — Ни хрена. И у тебя нет никакого права мне названивать, чтобы заявлять такое.

— Ты ему звонила? — удивленно переспросил Билл.

Фиби машинально кивнула, отходя на шаг назад от такого напора.

— А знаешь, что? Я тебе расскажу, — гневно продолжал Том. — Возможно, не получится за чашкой дружеского чая. Но ты должна знать, раз ты так просишь. Чтобы у нас не было недопониманий.

Билл напрягся. Беседа между этими двумя явно переходила некоторые границы. Он начал опасливо коситься на дверь и подозревать, что самое время звать силовые структуры в виде близнецов.

— Твои родители умерли, когда тебе было восемнадцать, правильно, дорогая? Тебе очень повезло, что они любили тебя. И тебе не пришлось наблюдать, как твой отец часами не обращает на тебя внимания. Как он втягивает тебя в свои грязные аферы, потому что тебе нет восемнадцати и с тебя взятки гладки. Как он смотрит на тебя с презрением и никогда не бывает доволен ничем, что бы ты ни сделал. Как ты медленно превращаешься в шизика и начинаешь замыкаться в себе. И в довершение всего, ты понятия не имеешь, каково это, когда во всем виноват он, а расплачиваться за это должен ты. Когда тебя отправляют на содержание в лечебницу просто потому, что ты предпочитаешь парней и иногда испытываешь нестандартные психологические трудности. Ты это хотела услышать? Ну так получай, — выплюнув все это девушке в лицо, он развернулся и в мгновение ока оказался у двери. Обернувшись напоследок, он добавил: — Я надеюсь, что мы прояснили наше небольшое дружеское разногласие. Прошу прощения, что не послал тебе е—мейл с курорта. В психушку забыли провести Интернет. А теперь извините меня, я иду ночевать в свою машину. Если я тебе понадоблюсь, я буду там. Жалко трусить и бояться посмотреть в лицо окружающей действительности.

Дверь хлопнула так громко, что и у Билла, и у Фиби завибрировали барабанные перепонки.

С минуту оба не могли проронить ни звука. И только спустя некоторое время Билл смог заставить себя перевести взгляд на девушку. Она стояла ни жива, ни мертва, прикрыв рот тыльной стороной ладони.

— Господи, — Билл в шоке сжал виски ледяными пальцами. — У меня от него кровь в жилах застыла.

— Это не может быть правдой. Мы бы в любом случае узнали, что с ним что-то не то… — как замороженная, забормотала Фиби.

В помещении снова повисла гнетущая тишина.

— Знаешь, что, Фиби? После этого не говори мне, что вам не о чем говорить, — задумчиво изрек Билл. — Я думаю, он просто не может найти себя. Его слова шокируют, но я ему верю.

По щекам Фиби побежали прозрачные дорожки слез. Она опустила глаза, ища в коврике у двери хоть какой-нибудь ответ на свои вопросы.

— Я ничего из этого не знала. Правда, — продолжала повторять она.

Билл закатил глаза. Все же это было очень нелегкое дело — общаться сразу со столькими людьми. Он уже был не уверен, что готов был справиться со всем. Однако одно он усвоил точно: что бы ни случилось, ни в коем случае не стоит избегать разговора и откладывать его надолго.

— Фиби? Ты согласна, что вам надо поговорить? — только повторил он, задумчиво покусывая губу.

Девушка неуверенно посмотрела на него.

— Не знаю. Я не знаю, что нам надо делать, Билл. Столько всего произошло, что голова кругом.

Тот кивнул.

— Значит, у меня есть предложение. Только, пожалуйста, пообещай мне, что ты не будешь брыкаться и выкидывать с балкона вещи, хорошо?

Она подняла на него мокрые глаза.

— Что ты собираешься сделать?

— Ничего. Просто создать удобную для общения обстановку, — Билл многообещающе задрал бровь.

— Я пожалею об этом, — констатировала соседка.

— Нет. Просто надейся на то, чтобы Альфредо согласился пойти на перемирие. Я говорю тебе. Он не такой плохой парень. Просто… Я чувствую это и все.

Девушка махнула рукой.

— Делай, что хочешь. Я пойду полежу, Билл. У меня, кажется, давление подскочило…

Кернер кивнул.

— Тогда марш в кровать. Я что-нибудь придумаю, — он взял свою куртку. — Тебя не напугает, если у нас временно появится третий сосед? Я не исключаю такую вероятность.

Фиби ничего не ответила. Однако по тому, как она с досадой поморщилась, Билл понял, что выбор тут уже сделан.

***

Том был невменяемо зол. Он проделал свой путь обратно до дома в считаные часы, втопив максимальную скорость и выжав из своей машины все соки. Да и сам он чувствовал себя выжатым, прокрученным через мясорубку овощем. Его руки дрожали от напряжения и бешенства.

Он вернулся только затем, чтобы ответить Фиби на ее злое сообщение лично, жаль только нельзя было сказать, что ему от этого сильно полегчало.

Дверь его машины внезапно распахнулась.

— Не подвезешь? — как можно более непринужденно поинтересовался Кернер, заглядывая в салон.

— Нет, — резко бросил Том. — Хочу побыть один!

Билл кивнул и, преодолевая свою внутреннюю скованность, спокойно и нагло сел на сиденье рядом с водителем.

— Спасибо, что не отказал. Я так и сказал Фиби, что в душе ты хороший парень, что бы о тебе ни говорили.

Том бешено посмотрел на него.

— Тебе вредно общаться с Соммерс. Еще при предыдущей встрече ты мне не казался таким навязчивым типом, — злобно резюмировал он и нервно щелкнул зажигалкой, закуривая сигарету.

Билл слегка улыбнулся.

— Да. Я тут очень многому научился, — понимающе хмыкнул он. — Родители бы прибили меня за все, что я делаю.

Заметив краем глаза, как морщится Том при упоминании запретного слова на «р», Билл быстро закруглился с прелюдиями.

— Ладно. Слушай, я не психолог. Я, скорее, тот, кто лежит в его кресле. Но могу тебе сказать одно: я думаю, ваша с Фиби обида должна быть разрешена.

— Ой, не лезь в это дело, а? — раздраженно попросил Том. — Она не может быть разрешена. И не хочет. И не надо. И прочие «не», если ты мне подскажешь, я тебе назову еще с десяток причин.

— Она может. И хочет. Иначе ты бы не вернулся сюда, — проигнорировал шпильку Кернер. — Ты просто упрямый, запутавшийся в своих отношениях человек. Но я же вижу, что тебя это гложет.

— Какие мы умные, — Том быстро выдохнул дым через нос. — И когда ты так хорошо успел изучить меня?

— Успел. Мне кажется, ты во многом похож на меня, Том, — Билл невесело улыбнулся. — Знаешь, с чего я начал первые шаги в новой жизни? Я оказался в кресле у психиатра. Мне тоже очень нелегко даются новые ощущения. И из дома я уехал только потому, что там стало невыносимо находиться. Но знаешь, что? Я не бегу от самого себя. Я нахожу смелость просыпаться каждое утро. И говорить себе, что я готов прожить каждый новый день. Там, дома, у меня не осталось друзей, которые могли бы по мне скучать. Но здесь… В таких людях, как Фиби, Грег и Гарри, я нахожу то, чего не хватало мне в жизни. И мне грустно видеть, как все они мучаются. И ты… — он посмотрел на парня, который заметно притих, — что бы ты ни говорил, тебе тоже их не хватает. Это мне вполне понятно.

Альфредо не сказал ни слова. Некоторое время тишину салона нарушали только его глубокие затяжки. Билл потянулся и вытащил у него из пальцев сигарету. Том раздраженно потянулся, чтобы ее отнять, но Билл, сам не зная почему, приложил ее к губам и тоже сделал вдох. Том удивленно посмотрел на него. Впервые за последние пятнадцать минут их глаза встретились. По рукам у обоих пробежала легкая прохладная дрожь.

— Психолог чертов, — выругался Альфредо, когда смог оторвать взгляд от темных глаз. — Ненавижу, когда в мою голову лезут.

— Знаешь, я тоже. Но с некоторого времени я понял, что к этому можно и привыкнуть…

***

Когда в коридоре хлопнула дверь, Фиби почувствовала, что ей надо посмотреть, в каком количестве вернулся Кернер — в одинарном или с довеском в виде насупленного Тома.

Парни стояли в коридоре и не смотрели друг на друга, но по их виду Фиби поняла, что Биллу действительно удалось почти невозможное.

— Я пойду, — буркнул Том. — Выспаться хочу, а то устал, как сволочь.

— Иди. Я сделаю что-нибудь поесть, — мягко отозвался Билл.

Том исчез из виду сразу же, стараясь не пересекаться взглядом с Фиби. Она тоже упорно таращилась на заячьи уши своих тапочек, избегая любого визуального контакта.

Как только Альфредо скрылся в комнате, Билл самодовольно поднял подбородок и сложил руки на груди.

«Теперь что?» — одними губами пробормотала соседка, указав руками в сторону комнаты Билла.

«Увидишь», — заверил ее тот, так же беззвучно шевеля губами.

И с совершенно чистой совестью отправился на кухню. Готовить ужин.

***

До выходных оставалось несколько дней, так что Кернер понадеялся, что за это время у них не образуется новых проблем.

В какой-то мере его надежды сбылись. Грегори и Гарри, которых ситуация цепляла в меньшей мере, чуть более спокойно отнеслись к тому, что хрупкий мир между ними и их другом снова вернулся. Они ничего не сказали, только скептично поворчали на воодушевленную реакцию Билла, но от дальнейших комментариев воздержались.

В квартире царила идеальная тишина. Все жильцы боялись издать лишний звук, чтобы равновесие не пошатнулось. Беседы за завтраком и ужином, если они были совместными, проходили в одном и том же стандартном ключе:

— Билл, не передашь ли ты мне соль? Будь так любезен.

— Билл, передай, пожалуйста, Фиби, что это моя нога под столом и на ней не стоит стоять, как на половом покрытии. Спасибо.

— Билл, будь добр, узнай, на сколько Тому понадобится ванная комната? У меня сегодня встреча с одним потенциальным заказчиком, нужно время, чтобы собраться.

— Билл, скажи Фиби, чтобы она не двигала с места на место все предметы на полке. Я не могу ничего найти.

Кернер выбивался из сил, стараясь разговорить их и втянуть в диалог. Но они хотя бы не ругались и не жаловались на присутствие друг друга, что уже было хорошо.

Со своим отцом Том так и не разговаривал. Бытовало подозрение, что Альфредо-старший даже не знал, что его сын вернулся. Он вообще пока никак не напоминал о себе, а потому у Билла появилась надежда, что маленький скандал с дверью все же удастся замять. Никто так и не поднимал эту тему, за наличием прочих, достойных заботы проблем.

Например, Кернера очень волновало отсутствие звонков от агентов. Он посетил еще несколько собеседований, но все они были провальные. Он никак не мог взять в толк, в чем был не прав. Как подметил Том, дело было в отсутствии опыта, он и сам страдал такой же неприятностью. Но, в отличие от своего соседа, он хотя бы получил звонок с предложением поработать немного за стойкой в одном близлежащем баре. Том принял его как временное и целых два дня отсутствовал дома по несколько часов.

Напряжение в квартире немного спало. Пока Билл все еще был относительно свободен, он решил воспользоваться этим шансом и запланировал кое-что на выходные, предварительно убедившись, что все его друзья не заняты.

Он как раз готовился к диверсии в пятницу с утра, как вдруг его планы пошатнули сразу несколько обстоятельств. Парень стоял на кухне, нарезая салат, когда в его голове снова появился тот, кто исчез из нее столь внезапно.

Билл? — позвал невидимый собеседник, заставив Кернера дернуться и изо всех сил пройтись тесаком по пальцу.

Ай, твою мать, гребаные огурцы-помидоры, — ругнулся про себя парень, еле сдержавшись от того, чтобы не высказаться вслух.

Дома был только Том, который читал в соседней комнате какую-то книгу. Вряд ли он бы понял эти странные возгласы с кухни.

Прости… Я не хотел, — извинился голос.

Эл? Что ты тут делаешь? — Билл сунул в рот палец, радуясь возможности не разговаривать при помощи традиционных органов речи.

Как и всегда, болтаю с тобой. Что удивительного?

Ничего, — Билл пожал плечами, сам не зная почему, ведь собеседник не мог видеть его.

Я думаю, ты не скучал по мне… Я некоторое время не мог говорить.

Я заметил.

Прости, просто были дела…

У всех были. Я тоже был занят.

Я хочу сказать, я наблюдал за тобой все это время. И спешу тебе сказать, что ты очень смело поступаешь, пытаясь помирить своих друзей.

О… Не напоминай мне об этом, — Билл взял салфетку и приложил к ране, чтобы остановить кровь. Он покосился на ненавистный салат, который был частью его маленького коварного плана.

Почему?

Иногда я хочу их прибить…

Голос рассмеялся.

Тогда зачем ты придумал эту идею с выездом на природу?

Хочу совершить суицид оригинальным способом. Нет смерти более извращенной.

Тот, кто назвал себя Элом, рассмеялся еще раз, уже громче.

Ты очень интересный парень, ты ведь знаешь?

Кернер удивленно отложил нож.

Не догадывался. С чего вдруг?

Не знаю, просто… Ты только приехал. И уже собрал вокруг себя столько новых людей…

Угу. И заодно кучу неприятностей на свой зад, — мрачно согласился с ним Билл.

Это не так важно. Со временем все это разрешится само собой, вот увидишь.

Как я погляжу, у тебя сегодня настроение пофилософствовать. Как я рад, что ты появляешься тогда, когда тебе удобно, — раздраженно отозвался брюнет. Порезанный палец досадно саднил.

Но я же извинился. Ты хотел мне что-то сказать?

Ничего я не хотел, — устало отозвался Билл. — Хватит уже того, что я вообще тебе отвечаю. Хотя по моему случаю уже давно пора вызвать мед. бригаду.

Еще один смешок.

Я думал, ты уже привык.

Было трудно ответить на этот вопрос. Билл точно знал, что наличие посторонних в его голове уже стало не таким уж пугающим. Но целей этих посещений он все равно так и не видел.

Слушай, Эл… Скажи мне, почему я так интересую тебя? — он ссыпал нарезанные овощи в контейнер и уселся на табуретку в ожидании ответа. — Ты ведь реальный человек? Не просто плод моего воображения?

Билл с нетерпением ждал, что ему скажут, но собеседник не спешил реагировать.

Я реальный.

Тогда почему ты не хочешь показать своего лица?

Снова молчание.

Можно мы оставим эту тему?

Не-ет, ты так жаждал со мной общаться? Должен же я знать, кто в курсе моих секретов.

Твои секреты в надежных руках, не переживай. Согласись, я не могу ходить по улицам и рассказывать, что встретил парня, который тоже умеет читать мысли.

Есть масса других вещей, которые я не хочу никому говорить.

Например то, что ты боишься встречаться с девушками?

Билл поперхнулся. Это был удар ниже пояса, который он не ожидал получить прямо сейчас.

Эл?

М?

Катись в жопу. Это не твое дело, — Билл скомкал салфетку, которая пропиталась кровью и раздраженно схватил новую. Рана оказалась довольно глубокой.

Сунь руку под холодную воду… Полегчает.

Спасибо, — Кернер не двинулся с места.

Я тебя спрашиваю, потому что хочу знать… Чисто в теории, ты не рассматривал такой вариант, что тебе мог бы понравиться парень?

Нет, — резко ответил Билл. — Личный интерес?

Может и так… — уклончиво отозвался собеседник.

Билл передернулся. Ему совершенно не нравился тон, который приобрела эта беседа.

Знаешь, Эл? Я бы мог об этом поговорить. Несколько дней назад… Но больше это не актуально. Во избежание спора, давай остановимся на том, что у меня есть Аманда. И на этом все.

Она тебе даже не нравится…

Нравится. Сплю и вижу, — буркнул Билл.

Ну, тогда тебе повезло. Она как раз стоит под твоей дверью.

Кернер резко обернулся, почему-то подумав про дверь кухни. Но потом он сообразил, что речь была совершенно не об этом. Трель дверного звонка огласила квартиру тревожной дрожью.

Черт, только не это…

Погоди, а как же «нравится, сплю и вижу?» Я думал, ты будешь рад…

Я рад… Я рад… Господи… Я так и не объяснился с ней после той ночи, — запсиховал Билл.

Значит, самое время внести некоторую определенность.

Ты… — разозлился Билл. — Лучше б ты сейчас замолчал.

Конечно-конечно. Я в стороне посмотрю… Уверен, это будет увлекательно.

Вот же гондон штопаный, — довольно резко ругнулся Билл. На что получил только звенящий, как колокольчик, смех.

В дверь позвонили еще раз.

— Билл? Мне открыть? — музыка в комнате стихла. Только сейчас Кернер вспомнил о существовании Тома. Внезапно это обнадежило. Может при нем Аманда не стала бы устраивать расчлененку.

— Я сам, — храбро крикнул Билл и, на подгибающихся ногах, отправился к двери. Встречать свою смерть.

Красивая, словно модель с обложки, девушка сейчас снова напоминала трансформаторную будку, хотя бы значком молнии, который сверкал в ее глазах.

— Ты все еще дома, надо же, — елейным тоном произнесла она. — Я уж думала, работа тебя съела с головой.

— Привет, Аманда, — Билл устало улыбнулся. — Да, я хожу по собеседованиям. Ни на что времени нет. Тут еще другу приходится помогать…

— Я вижу, — она выразительно покосилась на надпись на двери. — Другу.

Кернер мысленно заметался.

— Это… Ты не обращай внимания. Это небольшое недопонимание. Не имеет отношения к действительности.

— Небольшое, я поняла, — девушка кивнула. — Мне стоит ждать твоих объяснений? Или ты так и будешь меня избегать?

— Что? Какие глупости. С чего мне тебя избегать?

— Я не знаю, с чего. Я думала, ты передо мной извинился, и мы решили, что встречаемся.

Господи… Скажи ты ей, что у нее глаза красивые. Она успокоится.

— Билл, ты меня слышишь?

— Да. Не могу не отметить, что у тебя сегодня очень красивые глаза.

Таким тоном только письма президенту писать, — бестактно заржал Эл.

— Ты не мог бы мне не мешать? — выпалил Билл и тут же прикрыл рот ладонью. — Аманда! Извини, я не тебе.

— Значит, я тебе мешаю? — девушка совершенно проигнорировала комплимент, адресованный ей до этого.

— Нет, нет, ты…

За спиной Билла открылась дверь. В коридор вышел голый по пояс Том в спортивных штанах.

— Это он мне, наверное, — парень сложил руки на груди и встал за спиной Билла. — Прошу прощения, что подслушал, просто услышал твой голос… Захотел поздороваться.

Хорошенький ротик девушки сам собой открылся от удивления.

— Альфредо? — только и смогла выдавить она. — А ты что тут… делаешь?

— Как ни странно, с некоторых пор я тут обитаю. Временные меры. Прекратится сразу, как только я найду квартиру. Билл любезно помогает мне, и я прошу прощения за вторжение, он действительно много обращал на меня внимания эту неделю.

Аманда ошарашенно кивнула. Билл сообразил, что из всех них только она не была в курсе последних событий.

— Ладно, я… Я тогда попозже зайду, — быстро сказала она. — Простите меня, я правда не знала, что вы заняты.

— Ничего, — хрипло выдохнул Билл.

— Нет-нет, продолжайте, — Том совершенно спокойно поднял ладони. — Не смею вам мешать.

Рука Билла непроизвольно взлетела и вцепилась в его предплечье.

— Погоди, Альфредо. Мы же с тобой не закончили наш проект.

— Проект? — Том непонимающе поднял брови.

— Да, наш проект по подготовке к успешному собеседованию… — в глазах Кернера сверкнуло отчаяние.

— А… Наш прое-е-ект, — понимающе подыграл Том. — А он не может подождать?

— Нет, ни в коем случае, — быстро закруглился Кернер.

— Ладно, — Аманда растерянно опустила ресницы. — Я потом зайду.

— Давай. Всегда тебе рад! — Билл поспешно клюнул ее в щеку.

Оно и видно, — хмыкнул Эл.

Ни слова больше, мерзавец. Из-за тебя я чуть не влип.

Аманда еще раз обернулась на брюнета и, пожав плечами, ушла. Когда за ней закрылась дверь, в воздухе как будто лопнула струна.

— Фак, — Билл неконтролируемо ослаб на левое колено. — Она меня с ума сводит.

Глаза Альфредо смеялись. Билл видел, что его губы были чуть изогнуты в улыбке.

— Так рад ее видеть, что теряешь дар речи?

— Да. Но не в том смысле, в каком кажется… Том?

— Что?

— Можно задать тебе вопрос?

— Да пожалуйста, — Альфредо пожал плечами. — Но, может, ты хотя бы вернешь мне руку? А то будут синяки.

Билл посмотрел вниз. Он все еще держался за предплечье парня, как за последнюю соломинку.

— Извини, — он поспешно оставил конечность соседа в покое. — Кстати, спасибо, ты уже второй раз так вовремя вступился за меня. Как ты узнал, что я начинаю пороть чушь?

— Когда ты обратился к девушке в мужском роде, — Том засмеялся.

Биллу на секунду показалось, что он уже где-то слышал этот смех. Но в голове сейчас было столько информации, что сосредоточиться не представлялось возможным.

— А… это… Это да. Ладно, в общем… — Билл выдохнул. — Мой вопрос: ты ведь говорил, что предпочитаешь парней. Как ты это понял?

— О-о-о… Ты уверен, что это ко мне? Это мутная тема, Билл, — Том поморщился. — Может… Не будем ее трогать? К чему тебе это, ты ведь стопроцентный натурал.

— Я-то да, — быстро закивал Кернер. — И все-таки. Я не лезу в глубины проблемы, я просто хочу узнать, ты четко понимаешь, что девушка тебе бы не могла понравиться ни в каком виде? Вообще-то, ты пробовал с ними?

Том помялся немного. Было заметно, что ему не очень хочется обсуждать подобное.

— Ты не отстанешь, да ведь?

Билл быстро помотал головой.

— Это… Кажется мне интересным, — выдавил из себя он.

— Интересным? И только? Билл, ты понимаешь, что нельзя лезть с такими темами к людям, просто рассматривая их, как любопытную букашку… — Том скрестил руки на груди.

Кернер понял, что его сейчас совершенно определенно загоняли в угол. Он нервно почесал левый висок.

— Это… Это не просто интерес. Возможно, я не стопроцентный натурал. Девяносто девять к одному…

Том сложил руки на груди. Глаза его все еще были насмешливы.

— Ладно, — Билл сухо облизнулся. — Десять на девяносто.

Молчание. Кернер жалобно сцепил пальцы.

— Пятнадцать на восемьдесят пять. Это мое последнее слово.

— Ты как будто давление измеряешь. Ладно, хрен с тобой. — Том прекратил глумиться над бедным соседом. — Пошли на кухню, раз хочешь поговорить об этом.

— Э, нет. На кухню нельзя! — брюнет метнулся, прикрывая своим телом дверь.

— Это еще почему?

— Это… Я готовлю нам сюрприз на выходные. Давай я тебе покажу, когда придет Фиби? — Билл мило захлопал ресничками, чтобы окончательно отвести подозрение.

Том пристально смотрел на него примерно с секунду.

— Ты что-то задумал.

— Нет-нет, — соврал Кернер, выталкивая парня в направлении комнат. — Пойдем. Посидим.

Он мысленно молился про себя, чтобы восставший из Ада Эл сейчас снова не появился в его голове со своим комментариями. Каким-то образом Билл снова чувствовал его присутствие и был благодарен ему хотя бы за то, что тот тактично молчал.

***

It’s set in stone

I just wanna be alone, but you won’t leave

Cause I’ve been locked and sealed

I’ve thrown away the key

You can’t break me

Oh, will you ever see?

You make me wanna fly,

Fly away from your cries

When all your worries are gone

And I’ll ask why

And how I could let you inside

Now there’ s a lockdown on my mind.

And yet you try decrypting me.

(ERA 9 — Decrypt)

— Ладно, — Том плюхнулся на диван. — Ты меня достал, посадил. Что ты хочешь услышать?

Билл немного сосредоточился. Столько разных вопросов роилось сейчас в его голове.

— Я уже говорил с Фиби, но мне кажется, что лесбиянки — это немного другое… — задумчиво почесался он.

— Да, там темный лес. Поверь моему опыту, — хмыкнул Альфредо. — Ты что, сомневаешься в том, что тебе нравятся женщины? Или только Аманда?

— Первый вариант, — Билл стыдливо опустил ресницы. — Аманда не единственный мой неудачный опыт.

— Тогда тебе нужно не более, чем пойти в клуб и найти себе парня, который был бы тебе по вкусу. Познакомишься с ним, а там и определишь.

— Это я уже слышал. А ты так и понял?

— Нет, я понял по-другому. Я понял, когда мои психологические проблемы дали впервые о себе знать. Мне было… Лет тринадцать. Я убежал из дома. Долго бродил тогда по вечерним улицам. И познакомился с мальчишками моего возраста. Угадай, как их звали.

— Понятия не имею.

— Подсказка. Начинается на «Г». Оба имени.

Билл аж поперхнулся.

— Стой… Ты же не хочешь сказать, что… Гарри и Грегори?

— Шальное детство и склонность к экспериментам. Я хочу сказать именно это, — Том был совершенно спокоен. Он смотрел на Билла прямым взглядом и тот уже не впервые почувствовал себя первой группой детского сада, которая знала о жизни ровно столько, сколько составлял путь до горшка.

— Боже, но вы ведь… не… — слова находились с очень большим трудом.

— Мы экспериментировали. Братья со временем поняли, что они фифти-фифти. Им все равно, мальчик или девочка. А я так и остался при радужном знамени. Ты вроде говорил, что не будешь ко мне лезть и ограничишься общей информацией? — парень спокойно облокотился на спинку дивана и продолжал изучать Билла хитрым взглядом, в котором, несмотря на все едкие слова, сияла улыбка.

Билл почувствовал, что его сбивают с толку больше, чем наставляют на путь истины. Он нервно поерзал на диване.

— Ладно, извини, оно к слову пришлось. Я тоже спал с Гарри, — быстро выпалил он. — Но я, к счастью или нет, не помню ровным счетом ничего из той ночи.

— К сожалению. Гарри очень хороший партнер, — невозмутимо заметил Том.

Уши Билла вспыхнули.

— Э-э… Да. В смысле… Тебе виднее. Ну, а девушки? Ты никогда не пытался встречаться с женщинами? — поспешно отвел он опасную тему.

— Было дело. Но это выглядело так же… странно, как у тебя с Амандой.

Кернер не знал, стоило ли ему оскорбиться или нет. Но ради продолжения беседы, решил промолчать.

— И почему… Это странно?

— Вы с ней совершенно из разного теста, — Том прошелся рукой по спинке дивана рядом с ухом Билла, заставляя того вздрогнуть. — Она нетерпеливая властная девушка, как ты и мог заметить, которая с первого свидания требует сразу и все. А иначе ты думаешь почему в тридцать пять у нее все еще нет мужа и семьи?

— Ско-о-олько ей лет? — глаза Билла скатились на подбородок.

— Она на десять лет старше меня. Значит, тридцать пять… — сделал Том нехитрые подсчеты в уме.

— Боже… Но она выглядит, как девочка.

— Это потому что ты не проверял ее паспорт, — хмыкнул Альфредо. — Плюс, не забывай, косметика творит чудеса.

У Билла все упало.

— Что, не любишь опытных женщин? — продолжал издеваться парень.

— Нет, не в этом дело… Мне все равно, какая она…

— Ай, не гони пургу, Кернер. Кого угодно напугал бы такой напор из брандспойта, как у нее. Она хочет стабильных отношений. Семью. Детей.

— Детей? — Билл едва не кувыркнулся с дивана второй раз.

— А ты не понял? — Том гипнотизировал его взглядом. — Ты думаешь, чего она за тобой увязалась. Ты представляешь собой прекрасный генофонд. Ты красивый, высокий. Брюнет. Девушкам нравятся такие парни…

— Том, перестань, я себя чувствую лабораторной мышью, — Билл помотал головой, отгоняя от себя эти мысли. — Ближе к делу.

Он решил потом обдумать эту неприятную идею.

— А что дело? Я думал, я тебе все рассказал, — было видно, что Альфредо порядком наскучила эта болтовня.

Он чуть сменил позу. Его колено слегка коснулось ноги Билла, отчего тот дернулся, как ужаленный.

— Тихо, — насмешливо буркнул Том. — Я тебя не собираюсь есть. Но, возвращаясь к твоему вопросу. Я — на сто процентов гей. Я бы не смог отказаться от мужчин.

Билл притаился. Это были слова точь-в-точь как те, сказанные ему Фиби.

— И… Почему?

В комнате воцарилось абсолютное молчание. Билл напряженно ждал ответа, а Том внимательно изучал кожаную обивку дивана.

— Ты правда хочешь знать? — он поднял глаза и наклонился чуть ближе.

— Ну… наверное? — пожал плечами Кернер.

— Это очень личная информация.

Билл тоже невольно подался вперед. У него было впечатление, что сейчас он узнает какой-то очень важный секрет.

— Я никому не скажу, — он непроизвольно понизил голос до полушепота.

— Точно не скажешь? — Том подобрался к нему еще ближе.

Билл замотал головой. Потом закивал. Он не знал, что из этого означало «да», но Том его, кажется, понял.

— Это очень важно для меня, — карие глаза вдруг оказались удивительно близко. Как будто змея, Том вдруг подполз на опасное расстояние. Билл чувствовал, что рука парня скользит по спинке дивана, рядом с его плечом.

— Да говори уже… Я не из болтливых, — тихо прошептал он.

— Ну смотри, ты сам просил. — Губы Тома почти коснулись уха брюнета, который сидел еле живой от напряжения.

— Секс с мужчинами — это наивысшая форма близости, эмоциональной интимности и взаимного доверия… Если ты идешь на это, ты должен быть уверен в своем партнере… — тихо зашептал Альфредо, отодвигая дыханием короткие темные волоски с шеи Билла. — Реальный кайф можно получить лишь от близкого человека, но… Ты все равно теряешь голову, когда чьи-то сильные руки сжимают тебя. Когда к тебе прижимается твердое, горячее тело. Когда ты чувствуешь, что возбуждаешься, а твой партнёр физически ничем от тебя не отличается. Когда ты становишься влажным от одной мысли, что сейчас ты будешь доставлять кому-то удовольствие. И не важно, какая у тебя будет роль, пассивная или активная. У тебя внутри находится множество нервных окончаний, при стимуляции которых удовольствие обычно получают оба партнера. Почти как с женщиной. Но в разы лучше, потому что мужчины сильнее. Они могут вдавить тебя в постель с такой мощью, что ты забудешь, как дышать.

Билл уже забыл. От этого шепота, откровенности тех слов, которые были произнесены, он почувствовал себя совсем плохо. И, что самое ужасное, его организм начал реагировать на это. А Том все не унимался:

— Нет ничего более приятного, чем чувствовать твердый орган в своем теле. Это приносит невероятный кайф. Когда ты ощущаешь, как твой партнер движется глубоко в тебе. Когда он быстрыми и уверенными движениями натягивает тебя так, что разъезжаются колени…

— Том, — Билл не выдержал надругательств и положил ему ладонь на грудь, немного отдаляя его от себя.

Карие глаза снова возникли прямо напротив. Альфредо перестал насиловать психику своего собеседника и теперь сидел, наблюдая за реакцией, вызванной его словами. Она безусловно была довольно бурной. Глаза Билла потемнели от возбуждения.

Еще через несколько секунд Кернер почувствовал, что кончик носа Тома касается его носа. Напряжение в комнате возросло до высоковольтного. Мысли хаотично путались в голове.

— Я надеюсь, это была содержательная лекция… — тихо прошептал парень с брейдами, все еще ни на секунду не выпуская свою жертву из-под прицела.

— Очень, — то ли выдохнул, то ли подумал Билл.

И все-таки у него безумно красивые глаза… — очередная, самая последняя мысль пронеслась в голове перед тем, как…

…в двери зазвенели ключи.

Билл и Том моментально разлетелись в противоположные концы дивана, как будто их ошпарили кипятком. На пороге комнаты возникла радостная, как весенняя ласточка, Фиби.

— Мой проект! Они приняли мой проект! — ее звонкий голос почти не доносился до Билла, который сидел, положив нога на ногу, у левого подлокотника и упорно пялился в окно.

— Поздравляю, — немного нервно улыбнулся Том и поспешно принял такую же позу. Он любовался на свои пальцы, как на невиданное нечто.

— Господи, это один из самых счастливых дней в моей жизни, — совершенно не обращая внимания на внешний напряг, Фиби весело побежала в кухню.

Билл только сейчас спохватился, все эти разговоры совершенно сбили его настрой, направленный на создание сюрпризов. Вся его жизнь была одним сплошным сюрпризом.

— О, черт, — он порывисто поднялся и махнул Тому рукой. — Пошли. Мне надо кое-что вам показать.

Сделать вид, что ничего не произошло, Кернеру удалось только благодаря его актерским способностям.

Комментарий к 9. Новый жилец

Ихихих, спасибо Ксении, как всегда, за беттинг! Спасибо Dark_Sun и North_Star и остальным преданным читателям, которые меня не бросают!! =)))

========== 10. Скажи мне, чего ты хочешь ==========

— Кемпинг? Да ты издеваешься что ли? — Фиби стояла посреди кухни, окидывая диким взглядом миски с салатами. — Как тебе могла прийти в голову такая идея?

— Не вижу в этом ничего плохого, — все еще немного подрагивая от нервов, парень прислонился плечом к дверному косяку.

— Слушай. Несмотря на то, что мы с Фиби немного не в ладах, — Том обошел его с левой стороны, — вынужден согласиться. Тебе не кажется, что это действительно несколько… слишком?

— Нет, не кажется, — отрезал Билл. — Мы так делали с родителями. И весело было!

Фиби и Том переглянулись. В сложившейся околовоенной ситуации противники на время забыли о своей междоусобице и стали внезапными союзниками против общего раздражающего фактора.

— Билл, родители — это одно. А мы — друзья. С друзьями можно…

— Пойти в клуб и нажраться в наклонную плоскость? Это я уже знаю. Давайте я вам покажу, как отдыхают у нас в Дакоте, — продолжал настаивать парень.

— Кернер. В воде есть утиные клещи. Ты знаешь, сколько стоят мои брейды? — возмущенно поинтересовался Том.

— Я тебе дам шапочку для плавания, — огрызнулся брюнет.

Альфредо замолк от такой наглости.

— А что вы на меня так смотрите? — Билл начал чувствовать, что силы сражаться возвращаются к нему. — Я уже все подготовил: четыре палатки, посуда, спальники, средства от комаров. И даже перевозку.

— Би-и-илл! Образумься, я тебя очень прошу! Я и Альфредо, — Фиби осеклась и кинула взгляд на последнего, — прошу прощения, я и Том… Мы еще не готовы к таким близким отношениям.

— Да, а также я не хочу, чтобы мой зад сожрали комары, — резюмировал Том.

— Так, значит, да? — глаза Кернера нехорошо сузились. — Тогда предлагаю голосование. Зовите сюда Грега и Гарри. Проведем жеребьевку.

— Это не очень хорошая идея. Давайте просто забудем об этом и сами съедим все, что ты наготовил.

— Черта с два. — Решительный, как танковая дивизия, Билл уже был на пути к двери соседей, чтобы звонить им и вытаскивать их из дома.

Том и Фиби переглянулись. Они пожали плечами и вяло поплелись за своим соседом, в которого внезапно будто вселился агрессивный бес единения, мира и согласия.

Грегори и Гарри были введены в курс дела очень быстро. И, к огромной радости Билла, они поддержали его идею двумя руками.

— Ого! Ты круто придумал, чувак! — Гарри аж вскочил с дивана. — Я могу нам приготовить что-нибудь!

— А это не надо! — поспешно бросил Билл. — Я уже все сделал.

— Жалко. Ну да ладно. Все равно это здорово, вы подумайте! Выходные на природе, никого вокруг. Фрисби возьмем. Поплаваем!

— Да, у нас где-то и набор складной мебели валялся!

Билл радостно слушал их болтовню. Том и Фиби проигрывали по всем фронтам. И они окончательно сдулись, когда Гарри поднял руку.

— Короче, я предлагаю проголосовать. Кто «за»?

В воздух поднялись три руки.

Билл самодовольно посмотрел на очень раздосадованных соседей по квартире.

— Надеюсь, вы отдаете себе отчет в том, что делаете, — только устало спросила девушка у братьев, не стесняясь компании Тома, но абсолютно явно намекая именно на него.

— Да. Вполне, — Гарри кивнул. — Если что, я туда еду отдыхать, так что, думаю, все должно пройти гладко!

Фиби совершенно на это не рассчитывала, но, во избежание конфликтов, предпочла промолчать.

***

Тем же вечером, довольный и собранный Билл сидел на подоконнике в своей комнате и любовался на виды города, отрывавшиеся из окна. По большому проспекту мимо проплывали машины, огни, бесчисленные и яркие, как звезды. Они делали эту картину волшебной и романтичной. Высокие здания с мозаиками подсвеченных окон обступали со всех сторон, а деревья слегка колыхались в ночи на ветру, как загадочные лохматые существа из сказок.

Это было особенное время, когда все мысли, если и приходили, были успокаивающими.

Билл искоса следил за призрачным отражением, что маячило в стекле. Том прошел за его спиной по комнате туда и обратно, постелил свою постель, аккуратно расправив подушку. Затем он снял через голову майку, открывая вид на свои точеные плечи и забрался под одеяло.

— Спокойной ночи, Кернер. Если меня за выходные слопают насекомые, я тебе это припомню, — со вздохом пообещал он и отвернулся.

— Спокойной, — отозвался ему Билл.

Парень за его спиной еще немного повозился в темноте, устраиваясь на подушках, а через пару минут все стихло. Комната погрузилась в ночную дремоту.

Билл продолжал смотреть на звезды и радоваться тому факту, что о произошедшем до прихода Фиби акте совращения никто из них не вспоминал. Билл и cам не знал, было ли здесь о чем вспоминать.

It seems that I was wrong,

It seems that things had turned around

The world I knew has changed, it’s hard to hold on

I see you through the window

and the lights they are so warm

Outside here it’s getting much colder

But I’ve been running, for so long

Oh I’m staring at satellites

Wonder if they can hear me now

And I need them so much tonight

I want to be lied to, fill me in me in…

Не спится? — внезапно вторгся в тишину Эл, который — Билл точно знал — ни на секунду не оставлял его мыслей и видел все последние сцены его жизни. Включая ту, которую не хотелось бы вспоминать.

Не то слово, — удрученно отозвался парень.

Хочешь поговорить?

Нет! О чем угодно, только не об этом, — быстро пресек все попытки ночного психоанализа Кернер.

Но почему?

Потому что котангенс. — В его памяти волей-неволей всплыли слова, которые снова холодком пробежали по спине: — …ты все равно теряешь голову, когда чьи-то сильные руки сжимают тебя… когда к тебе прижимается твердое, горячее тело… Нет! Я не думаю об этом! Не думаю! — перебил он сам себя, чтобы не погружаться в это состояние.

Ха. Я так и знал. Тебя зацепило. Кого угодно зацепило бы, этот парень, Альфредо, знает толк в том, о чем говорит.

Эл, как ты относишься к кемпингу? — принял отчаянную попытку свернуть с тропинки Кернер.

Положительно. Ну… Большей частью. Ты не переводи тему. Разве на тебя не возымели эффекта его слова?

Нет, не возымели, — Билл отчаянно зажал уши руками, хотя знал, что это не поможет.

Почему ты так упорно не хочешь смотреть на правду? Тебя ведь могли бы привлекать мужчины…

Да тебе-то что за дело?! — в конец разозлился Билл.

Ничего, просто пытаюсь открыть тебе глаза.

Ну а я пытаюсь их закрыть! Мне завтра рано вставать! — Билл рассерженно спрыгнул с подоконника и отправился в ванную, умываться перед сном.

Когда он вернулся, опасливо посмотрел в сторону Тома, но оттуда не доносилось ни звука.

…ты все равно теряешь голову, когда чьи-то сильные руки сжимают тебя… когда к тебе прижимается твердое, горячее тело… горячее тело…

Билл потряс головой. Весь чертов монолог, который толкнул Альфредо, висел в памяти липким туманом и страшно мешал остальным, нормальным мыслям, пробиться через эту ночную порнографию.

Видишь? Ты думаешь об этом…

Потому что ты меня достаешь! Все вы — и ты, и Том, и даже Фиби! Оставьте меня в покое! — Билл откинул свое одеяло и резко заполз туда, сунув голову под подушку. — Спокойной ночи, Эл.

Билл?

Что?

А хочешь… я покажу тебе кое-что?

Кернер вылез из-под подушки и настороженно прислушался к себе.

Не думаю. Слушай, мне правда завтра рано вставать, мирить этих дураков…

Успеется, не переживай. Просто я сделаю с тобой кое-что. О чем ты, возможно, не сможешь забыть…

Ни за что. Я боюсь подобных экспериментов.

Ты понятия не имеешь, от чего отказываешься. Просто подумай. Я ведь парень. И если ты собираешься понять, чего хочешь ты и твое тело, может быть, тебе стоит…

Ла-ла-ла, я тебя не слушаю… Ла-ла-ла… — сопротивлялся из последних сил Кернер.

Может, тебе стоит рассмотреть мое предложение? Ты такой напряженный… Тебе надо расслабиться.

Ла-ла-ла-ла… — Билл злобно перевернулся на спину в попытке угомонить этого внезапно проснувшегося монстра.

…секс с мужчинами — это наивысшая форма близости, эмоциональной интимности и взаимного доверия… — всплыли против воли такие горячие слова.

Билл почувствовал, как его тело начинает бунтовать. Это было просто невозможно.

Видишь? Ты этого хочешь…

Нет. Я хочу спать! — жалобно взмолился парень.

У тебя идеальный шанс. Об этом все равно никто не узнает…

Об этом буду знать я. И это будет портить мне жизнь. Достаточно уже того, что я спал с Гарри!

Ну, в общем… Как пожелаешь, — Эл внезапно пошел на попятный. — Я не стану тебя ломать. Это твоя жизнь и твои решения.

Спасибо, док, — Билл облегченно выдохнул. — Могу я теперь заснуть?

Да. Спокойной ночи…

Спокойной, — Билл блаженно улегся на подушку, готовый погрузиться в объятия морфея.

За окном шумно проехала машина.

…реальный кайф можно получить лишь от близкого человека, но… ты все равно теряешь голову, когда чьи-то сильные руки сжимают тебя…

Кернер снова резко открыл глаза. Картинки, беспощадные и жестокие, ползли вереницей в его воспаленном сознании. Он поспешно повернулся на бок.

Раз овечка… Два овечка… Три… к тебе прижимается твердое, горячее тело… — Кернер снова дернулся. Теперь уже собственные мысли не давали ему покоя. Как раскаленный вихрь, они кружили в его сознании и мешали дышать ровно.

Возбуждение сладким ручейком текло внизу живота.

Блин… Хоть идти к Аманде среди ночи, — тихо проскулил Кернер. — Или своими силами справляйся…

Тихий шепот в ухо. Дыхание, которое шевелит волосы на шее. Билл начал вспоминать карие глаза, которые видел сегодня так близко — еще чуть-чуть, и он мог бы потрогать его ресницы пальцами. Ему было очень любопытно, во что бы это вылилось, не зайди в это время Фиби.

…когда ты чувствуешь, что возбуждаешься, а твой партнёр физически ничем от тебя не отличается. Если ты идешь на это, ты должен быть уверен в своем партнере…

Да блин, как же заебало! Эл! — практически взмолился Билл.

М-м? — с готовностью промурлыкал собеседник.

То, о чем ты говорил, поможет от этих навязчивых кошмаров? Я так не могу… — Билл сел на кровати и спрятал лицо в ладони.

Поможет… Это я тебе гарантирую.

Ладно. Черт с тобой. Делай, что хочешь. Но если ты кому-то об этом скажешь — я тебя из-под земли достану.

Спокойно, никто ничего не узнает, — клятвенно заверил голос. — Я это делаю ради тебя.

Да уж спасибо, — проворчал Билл. — А что делать-то надо?

Откинься на подушки… — тихо велел голос. — Значит, первое. Где бы ты сейчас хотел оказаться?

В смысле? Дома… В своей постели… — не сразу сообразил Билл, тем не менее делая, что ему говорят.

Нет… У тебя есть особое место, где тебе хотелось бы быть? Может отдаленный пляж или парк. Ты можешь представить себе что угодно, хоть пушистые облака. Тем и хорош этот способ — ты можешь быть там, где тебе хорошо.

Господи. Хорошо… Где мне хорошо? Пусть просто темная комната.

Отлично, представь себе это место.

Билл прикрыл глаза. В его воображении все еще стояла его комната, вид, открывающийся из окна. Сотни огней и звезд, которые смотрели на него с неба, совсем, как это было пятнадцать минут назад. Эл замолчал, зато образ в голове неожиданно стал намного ярче, как будто бы Билл лежал с открытыми глазами и видел картину, которую представлял прямо перед собой.

Эл… Это ты делаешь? — Билл улыбнулся.

Да. Я усиливаю то, что видишь ты… — голос опустился до шепота. — Потому что я тоже могу это видеть и чувствовать…

Как красиво.

Картина в голове стала еще четче. Билл практически мог слышать звуки. Как будто стекло исчезло и он мог окунуть свои пальцы в распростертые над ним звезды и огни города. Они могли бы остаться на его ладонях блестящей пылью.

Ты мне доверяешь, Билл?

Наверное…

Ты должен доверять… Так твои ощущения будут сильнее.

Я доверяю, — Билл почувствовал странное щекотание в голове.

Тогда… Начинай снимать с себя одежду.

Что? — Кернер немного приоткрыл глаза. Красивое видение тут же померкло.

Нет. Не открывай глаза, просто делай, что я говорю!

Но…

Слушай, ты обещал! Тебя же все равно никто не видит.

Ну да, но…

Тогда вперед. Чего ты боишься?

Билл вздохнул. Выдохнул. И снова откинулся на подушки.

Ладно. Ладно, все, я не сопротивляюсь.

Это была ступенька, которую нужно было перешагнуть. Билл колебался. Да и кто бы не испытывал сомнений?

Он все еще не мог поверить, что делал это. Его собственные руки проползли по футболке и потянули ее немного вверх, оголяя живот и грудь. Предмет одежды полетел в сторону. Билл потянулся к боксерам. Он с придыханием ждал того, что будет дальше, и это самое дальше последовало незамедлительно.

Руки… Ладони скользят по твоем телу и начинают медленно стаскивать с тебя одежду. Это так странно — чувствовать, когда кто-то, не ты сам, собирается прикасаться к тебе, собирается увидеть тебя абсолютно обнаженным. Ты снимаешь с себя все, без исключения… Проводишь рукой по своему телу и ощущаешь на себе горячие ладони.

Кернер замер. Голос в голове был настолько реальным, что он действительно увидел образ в темноте. Парень был без рубашки. Ровные руки, рельефные мышцы. Его пальцы в воображении настойчиво лишали Билла всех покровов, опаляя теплотой кожу. Они укладывали его на мягкую, ровную поверхность. Билл потерял дыхание от такой откровенной картины. Он мало что помнил о сексе с компанией или об Аманде. Но сейчас изображение было слишком резким и четким, будто выдранная из книжки картинка. Только было трудно разглядеть лицо человека, который ему представился. Он словно прятался от него в тумане наваждения.

Темнота обступает тебя со всех сторон. Ты можешь видеть человека, который приближается к тебе лишь частично. Губы покрывают твою шею поцелуями. Ты чувствуешь дыхание и пульс, слышишь только это биение, больше для тебя ничего не имеет значения. Руки бесконечно ласкают твое тело, кровь циркулирует в твоем организме на сумасшедшем уровне, и ты хочешь одного — чтобы это не заканчивалось…

…не заканчивалось… — эхом повторил Билл, который сам не понимал, где была реальность, а где начинался мир его фантазии, в который он так безумно позволил себя втолкнуть.

Мелкие пылинки звезд обволакивали его, как кокон, пока он лежал под ними, холодными и далекими, позволяя чувствам захлестывать его с головой. Желание растекалось по всему телу, как мед, как паутина, которая опутывала по рукам и ногам. От тихого, завораживающего голоса по телу плыли иголочки.

Ты позволяешь этим рукам трогать и гладить там, где, возможно, никогда не позволил бы прикоснуться никому. Пальцы на твоих бедрах усиливают прилив возбуждения. Они двигаются вверх и вниз, размазывая влагу по головке, приятно стягивая кожу. Желание, которое концентрируется и раскручивается сладкой волной, заставляет тебя мучительно хотеть продолжения.

Билл послушно хотел продолжения. Он уже не мог остановиться. Он несся в космос, не в состоянии поймать управление, и падал, бесконечно падал в черную дыру.

Губы. Влажные, плотно сжимают тебя и скользят, вверх и вниз. Ты подаешься бедрами вперед и пытаешься удержать в себе стоны удовольствия, которые рвутся из груди наружу. Сумасшедшее расслабление и кайф горят в твоих венах. Это невозможно контролировать. Твои пальцы царапают одеяло. И ты только чувствуешь, как что-то горячее тесно прижимается к тебе, ложится на тебя сверху, создавая максимальный контакт… Тебе это нравится?

Да… Не останавливайся, говори.

Ужасно хочется снять напряжение, но есть и особый кайф в том, чтобы его ощущать. Тебя приподнимает от земли, и ты чувствуешь что-то твердое и немного скользкое, оно входит в тебя, без боли. Только скольжение и возбуждение. Бешеное биение крови в висках, сложно соображать внятно, а ощущение эластичного растяжения наполняет все твое существо. Нижнюю часть живота покалывает от напряжения, пульсация доходит до самого пупка. И ты начинаешь двигаться навстречу этой приятной теплоте, чтобы только сохранить ее и разжечь еще больше. Мир вертится вокруг тебя и понимание ускользает, но ты точно знаешь — тебе безумно хорошо и хочется без конца насаживаться на этот твердый предмет, чувствовать наполняющее тебя удовлетворение. Чтобы он задевал тебя, глубоко и сильно.

…сильно, — голова Билла метнулась на подушке. Он закусил губу и набрал полную грудь воздуха, стараясь не вскрикнуть, не подать голос. Его пульс сейчас в самом деле зашкаливал за отметку двести.

Нервные окончания сейчас принимают все ласки в три раза интенсивнее, потому что это дико странно, но так приятно — чувствовать чье-то тело так близко.

Билл сильно выгнулся в пояснице. Он не отдавал себе отчета в том, что происходящее было неправильно, в том, что это было болезненное душевное ощущение, которое рисовалось только в его воображении. Ему хотелось, чтобы в том мире, куда он так неожиданно попал, можно было оставаться намного дольше. Он не знал, существовало ли все то, что ему нашептывал голос на самом деле или это был просто плод его фантазии. Ему было все равно.

Его взмокшее тело металось по простыне, чувствуя, что возбуждению уже некуда копиться дальше.

Внезапно перед глазами возникла другая картина. Клуб, яркие огни, чьи-то соприкасающиеся фигуры. Улыбающееся лицо Гарри, затем Аманды… В голове всё смешалось: клуб, танец, карие глаза. Они только продлевали агонию. Спина и низ живота полыхали, глаза начали застилать слёзы, и было ощущение, что время застыло.

Ты получаешь максимум удовольствия от такого секса. Дрожь проходит по твоим мышцам, ты ощущаешь ее глубоко внутри и от этого ощущения все сокращается…

Том… — внезапно очень тихо выдохнул Билл.

Знакомое кареглазое лицо со светлой улыбкой вспыхнуло в сознании так ярко в самый последний, острый момент, что на секунду стало страшно, насколько это было реально. И снова диван, карие глаза напротив, улыбка и теплое дыхание на подбородке. Он смотрел на Билла, оттуда, из темной глубины. Вроде ничего в нём не поменялось, быть может, чуть ярче блестели зрачки, но Билл вдруг почувствовал, как что-то неуловимое стало другим. Еще чуть-чуть и можно дотянуться, лизнуть ямочки на его щеке. Безумно хотелось до него дотронуться. Ощутить его руки на своих плечах. Его расслабленный выдох.

Мокрый и выжатый Кернер очнулся и моментально сел на кровати. Сердце в груди стучало как сумасшедшее. Тысячи звезд, которые он видел перед собой все это время, блестками осыпались в его сознании. Волны расслабленности окатили его с головой и сделали его таким мокрым, как будто он только что вышел из душа. Билл ошалело потряс головой.

Его постель напоминала поле боя. Сбитые мокрые простыни, скомканное одеяло, подушка на полу. А ветерок все так же спокойно колыхал шторы, как будто здесь ничего не происходило всего лишь несколько секунд назад.

Это стало самым ярким и до странности отчётливым воспоминанием, Билл даже побоялся, что за всю его жизнь. Но стыдно не было. Хотя и казалось, что стыдно должно быть — когда ты кончаешь от движений другого парня, просто от одних его слов, но нет. Стало просто хорошо. Очень хорошо.

Твою же мать… — Билл убрал со лба влажные пряди. — Что. Это. Было.

***

Утром, Фиби, зевая и безумно злясь на Кернера за его ранние субботние идеи, встала раньше остальных, чтобы дойти до ванной первой. Ей не очень повезло: планы были немного скорректированы. Когда она шла мимо кухни, ее внимание привлекло кое-что. Точнее, кое-кто.

Билл сидел на краю дальней табуретки и отбивал зубами нервную дробь. В его руках тряслась мелкой дрожью чашка с кофе.

Сон моментально слетел с девушки. Она протерла рукой лицо, но это не помогло — бледное видение все еще сидело там. Парень вообще вряд ли заметил, что за ним наблюдают.

— Билл?

Он дернулся, словно его хлестнуло плетью. Взгляд некоторое время лихорадочно бегал по кухне и только затем парень понял, кто звал его.

— Ты в порядке? — не дождавшись никакого ответа, девушка обеспокоенно запахнула халатик и двинулась к нему.

— Да. Да, прекрасно. Я в норме. Я в норме… — повторял Кернер, как заведенная кукла и продолжал трястись.

Весь его вид мягко намекал строго на обратное. Фиби все же решилась подойти к нему еще ближе.

— Черт, ты ужасно выглядишь. Дорогой, ты вообще спал хоть минуту сегодня? — она вгляделась в его бледное лицо с залегшими под глазами кругами.

— Нет. Не спал.

Билл попытался слепо нашарить на столе банку с растворимым кофе, но Фиби отодвинула ее подальше и взяла парня за руку.

— Расскажи мне, что случилось?

— Фиби… Если я тебе расскажу, ты меня сдашь в дурку. Понимаешь? — доверительно сообщил Билл, все еще смотря в пустоту абсолютно стеклянными глазами. — И, кстати, будешь права.

— Да что с тобой такое-то? — недоумевала девушка. — Ночные кошмары? Бессонница?

— Хуже.

— Хуже?

— Да. Фиби… Ты… никому не скажешь?

— Нет. Просто вид у тебя такой, как будто тебя трепали цепные псы. Тебе будет легче, если ты все расскажешь.

— Наверное… В общем. Ты только не смейся. Ты помнишь день, когда я приехал сюда?

— Ну да, это ведь не так давно было.

— Ну так вот, с самого того момента, как только я перешагнул порог этого дома, меня постоянно и бесконечно преследует голос.

— Голос? — удивленно поднимающиеся брови.

— Да. Обычный, голос человека, — Билл лихорадочно хлебнул остатки кофе и перешел на заговорщический шепот. — В смысле, парня. Этот парень знает, кто я… Умеет читать мои мысли. Я сначала думал, что мне пора к врачу. Ну, ты помнишь те объявления. Я правда пошел. Но потом мне перестало это казаться странным. И он рассказал мне, что действительно может слышать мысли, передавать их на расстоянии, понимаешь?

Фиби осторожно высвободила свою руку и, мило улыбаясь, отъехала на табуретке от греха подальше.

— Э… Может и понимаю. Погоди, а ты с ним разговариваешь?

— Да. Все время.

— И даже сейчас? — Фиби осторожно огляделась.

— Нет. Сейчас он молчит. Но не это самое дикое. Самое дикое то, что он… Он живет где-то здесь. Он знает всех соседей в этом доме —тебя, Альфредо, Грегори… Всех.

— Боже, Билл, — девушка потерла ладошкой лоб. — Слушай, я все понимаю. Тебе приснились кошмары. Но может, нам сегодня не стоит никуда ехать? Ты полежишь, отдохнешь…

— Фиби, этот козел трахнул меня вчера ночью.

В кухне повисла такая тишина, что даже кран в раковине прекратил капать. Все звуки в доме вымерли. Челюсть Фиби медленно поползла вниз.

— Он сделал… что? — тихо произнесла она.

— Что слышала. Он реальный парень. Я тебе могу голову дать на отсечение. Он достает меня посредством мысленного воздействия. А вчера ночью он, как и вы все, посоветовал мне не зацикливаться и попробовать с… парнем. Если ты понимаешь. В том самом смысле. Поскольку он мне мог предоставить такую возможность… Я не стал отказываться, — сумбурно рассказывал Билл, наплевав на то, что еще вчера клялся убить всякого, кто об этом заикнется.

— Погоди, но если его нет, тогда как…

— Я не знаю, как. Он погрузил меня в транс или что-то вроде, — Билл увидел, как глаза соседки по квартире становятся еще больше. — Я не вру, Фиби, честно. Это было что-то типа видений. Сумасшедших, рвущих на части. Мне очень плохо, я всю ночь вспоминал, что натворил. И это просто загоняет меня на потолок… — Билл в отчаянии прочесал пальцами всклокоченные волосы. — Давай. Звони в скорую. У тебя на лбу написано, что ты хочешь сделать это.

Девушка поставила локти на стол и постаралась расслабиться. Трезво соображать в семь часов утра и при таких обстоятельствах было сложно.

— Так. Ладно. Откинем факт, что это самая невероятная наркотическая история, которую я слышала. Перестань, пожалуйста, трястись и пить кофе, Билл. Давай подумаем логически…

— Я не могу. Я уже все, что можно, передумал.

— Что ты знаешь об этом парне? Только то, что он знает всех нас. Что еще? Он телепат? Или как это называется?

— Я ничего о нем не знаю. Он всегда появляется, когда хочет. И мало что рассказывает. Говорит, что хотел узнать меня поближе, потому что он никогда не встречал кого-то, как он.

— Это понятно. Ну а что он от тебя хочет, он тоже не говорил?

— Свести меня с ума, вот что… — буркнул Билл.

— Нет, ну а если серьезно?

— Если серьезно, ему просто не хватает общения… Мне так показалось, — Билл нервно дернул плечами. — Ну, а вчера он мне решил услугу оказать. Мать его. Оказал. Я аж чуть в космос не вылетел…

— Что, настолько это было плохо? — в глазах Фиби сверкнул нескрываемый интерес к беседе.

— Это? Нет, это было… — Билл задержался задумчивым взглядом на кружке. — Офигенно. Пожалуй, даже слишком… — потряс головой. — Но дело не в этом. Мне надо его найти. И посмотреть, что это за парень. Просто понять, почему он не хочет показать мне своего лица.

— Ты знаешь, — девушка задумчиво потерла подбородок. — Как бы странно это ни было, твоя история мне не кажется такой уж нереальной. Никак не пойму, что так цепляет меня.

— Ты мне веришь? — с надеждой спросил Кернер.

— Возможно. Хотя в это сложно поверить. Телепатия… Но, может, где-то есть тот человек, который отчаянно нуждается в помощи, как и ты?

— К этому я склоняюсь больше всего. И вот почему я говорю это тебе. Ты знаешь всех в этом доме. Это кто-то, кого я не знаю. Кто-то, кто боится подойти ко мне близко…

— Или наоборот. Кто-то, кого ты уже слишком хорошо знаешь, чтобы заподозрить… — глаза Фиби чуть прищурились. — Он ничем не выдавал себя? Не говорил чего-то такого, что могут знать только определенные люди?

— Я и сам тут не так давно. У меня еще нет таких людей, с кем я сошелся бы достаточно близко, — Билл пожал плечами. — Вдобавок, если он читает мысли или передает их мне… Значит, он знает все, что знаю я.

— Тогда действуй от обратного. Проверяй по людям. Ты же, по идее, тоже можешь влезть в их головы? — глаза девушки сузились. — Только на мне не вздумай проверять. А то выдеру.

— Нет. Меня интересуют только парни в данном случае. Он точно парень. Он и говорит про себя в мужском роде.

— Это не показатель, кстати. Может он конспирируется, — Фиби все больше выживалась в роль частного сыщика. — Тебе не надо никого списывать со счетов.

— Я уже вообще не знаю, что тут можно сделать. — Билл отчаянно провел ладонью по столешнице. — Это просто дурдом. Эта жизнь рано или поздно съест меня.

— Ну, ты думай так почаще и тогда точно съест, — нравоучительным тоном заметила девушка и поднялась со своего места. — Я вообще в ванну шла. И тебе советую себя в порядок привести, если действительно хочешь поехать. Если ты, конечно, не передумал. — Ее глаза насмешливо блеснули.

— Не передумал. Я не хочу оставаться тут. А то с ума сойду, — тихо добавил Билл.

— Ладно. В конце концов, это была твоя идея. — Фиби потянулась и пошла по направлению к ванной.

— Фиби? — окликнул ее Билл уже на пороге.

Она обернулась.

— Спасибо тебе. За все. Я бы точно чокнулся тут один.

— Да не за что, что с тебя взять, — хмыкнула девушка. — Хотя, честно признать, я впервые встречаю таких парней, как ты.

— Таких, у которых все через жопу?

— Таких ранимых и поддающихся чужому влиянию. На твоем месте я бы все же задумалась о своей жизни. Нельзя так постоянно нервничать.

— Я учту, — Билл грустно кивнул. — Спасибо еще раз.

Девушка кивнула, скрываясь в ванной. Билл остался сидеть, задумчиво изучать стену и пить кофе. Нельзя было сказать, чтобы ему сильно полегчало после этого диалога. Однако, кое-какие идеи Фиби все же показались ему действительно здравыми.

========== 11. Кэмпинг. ==========

К девяти часам вся квартира уже проснулась. Абсолютно спокойный и выспавшийся Том, отдохнувшая и красивая Фиби и полуживой Билл сидели за столом и собирали последние вещи для похода.

— Угли для костра?

— Есть, — Билл уныло поставил галочку в списке.

— Мясо?

— Есть.

— Палатки?

— Есть.

— Спальники?

— Есть.

Фиби внимательно огляделась.

— Тогда все. Не забыть жидкость от комаров.

— Билл, разреши мне? — Том протиснулся мимо них в другую часть кухни, случайно задев брюнета бедром.

От этого прикосновения Кернер дернулся, как укушенный. И Том, и Фиби странно посмотрели на него.

— Ты током бьешься, — вяло промямлил Билл и тут же опустил ресницы.

Том кинул странный взгляд на Фиби. Та пожала плечами и отвернулась, не желая вдаваться в подробности.

Для Кернера это была вторая часть его кошмара. Если с помощью Фиби ему удалось убедить себя, что все его параноидальные заботы — лишь стечение больных обстоятельств, то присутствие Тома в своей голове, в своих эротических кошмарах не поддавалось никакому пониманию. Билл боялся на него смотреть. Боялся проходить мимо него. И боялся понимать, что это именно его образ мучил вчера всю ночь всего лишь из-за того, что Альфредо поделился с ним некоторыми подробностями своей личной жизни.

— Билл, ты слышишь меня? Зажигалка где? — Том помахал перед его носом ладонью.

— А… Это вот… — Билл, держа упаковку с самыми дешевыми зажигалками двумя пальчиками, протянул ее Тому.

— Ты сегодня какой-то странный, — заметил Альфредо. — С тобой все в порядке?

— Да-а-а, лучше не бывало, — Билл оскалился, пытаясь выдать это за улыбку. — У меня того… Горло болит, лучше ко мне не приближаться.

— А. Ну ясно, — Том пожал плечами.

Фиби посмотрела на этот концерт со стороны и закатила глаза. Билл страдальчески глянул на нее и ничего не сказал. У него все еще были проблемы по борьбе с окружающим миром, который побеждал сегодня по всем статьям.

***

Путь до места был недолгим. Всю дорогу в машине разговаривали только Грегори, Гарри, Фиби и Рианна, которая присоединилась к процессии в последний момент ради примирения со своей подругой. Том сидел и изучал проплывающие пейзажи, а Биллу, наконец, удалось немного поспать. Он радовался, что его окружали относительно нормальные люди, и Эл не лез в голову со своими комментариями. В спокойной обстановке, в тихо покачивающейся тачке, дремота мягко приняла его в свои объятия и это было как нельзя кстати.

Билл практически забыл, что основной план этой поездки заключался в том, чтобы снова сблизить всех друзей. У него сейчас было более серьезное препятствие — он и сам был оторван от них, как одинокий корабль, не находящий покоя. Особенно доставало присутствие Тома. Альфредо хоть и сидел через одного человека, а все равно умудрялся нагревать Биллу сиденье под задницей последние минуты поездки.

Кернер цеплялся взглядом за все. За его широкую грудь, которая открывалась в разрезе футболки. За руки, которые поджигали сигарету и стряхивали пепел за окно. За пальцы, сжимавшие телефон и набирающие что-то на экране. За его сосредоточенное выражение лица. Он молился, чтобы эти выходные прошли без инцидентов.

Компания прибыла на место часам к одиннадцати. Билл сверился по карте с теми обозначениями, которые внес в свой телефон. Похоже, что все было правильно — это оказалась красивая почти безлюдная местность на берегу одного из небольших озер.

— Какая красота, — заметила Фиби. — А ты уверен, что тут можно парковаться?

— В туристическом путеводителе написано. — Кернер показал ей страницу, которую он вырвал дома из газеты.

— Ну… Отличное место. Чего еще пожелать! — Грегори воодушевленно потер руки. — Давайте ставить палатки? А потом подумаем, чем займемся и кто будет готовить.

— Мы взяли фрисби, бадминтон, Активити, Уно, карты… — начали перечислять Рианна и Фиби.

— Не переживай, скучно не будет, — Грегори с заговорщическим видом открыл багажник, где немедленно обнаружилось два ящика с пивом и один с вином. — Мальчикам и девочкам!

— Нельзя не жрать что ли, — буркнул Билл и пошел выгружать с верхнего багажника палатки.

— Давай помогу, — Том возник рядом, чтобы помочь снять плотно свернутые рулоны.

Билл тут же отскочил на метр.

— Я сам, — тихо ответил он и опустил ресницы.

Том обернулся назад. Рианна и Фиби обсуждали красоту местной природы, близнецы выбирали, между какими деревьями стоит разбить палатку. Том воспользовался тем, что никто на них не смотрел.

— Слушай, ты шарахаешься от меня, как от огня. Я сделал что-то не то?

В последнее время Кернер слишком часто слышал этот вопрос. И каждый раз ловил себя на том, что приходилось обманывать, отвечая на него.

— Нет. Не сделал, — парень быстро отвернулся. — Я же говорю — не здоровится. И палатки я могу снять сам.

— Ну, как хочешь. Я всего лишь думал тебе помочь, — пожал плечами Том.

— Спасибо, — Билл натянуто улыбнулся. — Вон, смотри, помоги лучше Грегу и Гарри. Или Фиби, она колышки для костра сама не установит.

Том молча развернулся и пошел куда ему сказали. Он тоже был каким-то тихим с самого утра. Кернер пытливо гадал, слышал ли его сосед по комнате хоть что-то из происходящего вчера ночью и очень надеялся, что ответ был отрицательный.

Билл стянул с багажника палатки, целиком занятый своими мрачными мыслями.

— Раз, два, три… — он встал и обшарил полозья еще раз. — Должно же быть четыре… Гарри!

— А? — Хеммет тут же нарисовался рядом.

— А где еще одна палатка? Вы же с Грегом хотели…

— Да тут где-то должна быть. Мы ее брали. Кажется… — он неуверенно почесался. — Гарри?

Его брат тоже подошел к ним.

— Ты клал еще палатку?

— Да, вот же…

— Ну да. Здесь их три, — убито пересчитал Билл. — А должно быть четыре.

— А… Значит, я ее выложил! — он беспечно махнул рукой. — Да ладно тебе, не вижу трагедии. Мы с Гарри одну займем. Фиби ляжет с Рианной… А ты с Томом, ты все равно с ним комнату делишь. Билл, ты чего?

Билл позеленел. Потом покраснел. Потом бросил веревку.

— Гарри, нет. Я тебя умоляю, только не это. Поменяйтесь со мной кто-нибудь!

— Это почему? — озадаченно пробормотал Грегори.

— Просто… Не могу с ним спать!

— Да почему? — недоумевали братья. — Мы думали, что уж кто-кто, а ты-то против его присутствия не возражаешь.

— Я… — Билл не мог найти никакого достойного оправдания.

— Ладно, чувак. Может еще и спать не придется, ты погоди, — хмыкнул Грегори. — Давай выгружать все. А то отдохнуть уже охота, у меня задница в дороге затекла.

Гарри отвлекся на зовущих его девушек, а Билл так и остался стоять, пребывая в шоке от того, как все опять складывалось совершенно не в его пользу. Он все еще злобно бурчал, когда ставил палатку и вбивал колышки. Это все как нарочно! А тут еще Эл, который мог бы хоть что-то объяснить подевался куда-то.

Все валилось из рук. С палатками не пришлось возиться долго, уже скоро два голубых и один желтый шатер украшали своим монументальным видом небольшую полянку между деревьями.

— Голубой для голубых, — хихикнула Фиби и, взяв Рианну за руку, забралась в крайний, чтобы расстелить спальники.

Услышав ее слова, Билл шустрой ящерицей метнулся в желтую.

— Да все равно нам, — добродушно хмыкнули Грегори и Гарри и тоже отправились к себе.

Билл старался сделать все как можно быстрее. Но Том все равно не давал ему покоя, каким-то образом тут же оказавшись в тесном пространстве рядом с ним.

— Я переоденусь. Не возражаешь? — известил он и начал стягивать через голову свитер и футболку. Солнце уже начало основательно припекать и становилось жарко.

— Нет, — буркнул Билл и отвернулся.

— Где мои джинсы? Я специально брал.

— Вон в том пакете посмотри. И майка твоя тоже там…

— Не, нафиг майку. Жара такая.

Билл молча отвернулся. Он начал молиться на свою выдержку. Она была ему очень нужна.

Жара действительно была несусветная. Посмотрев на часы, ребята обнаружили, что был уже полдень, и самая пора подумать об обеде.

— Предлагаю поделить обязанности. Мы с Рианной что-нибудь приготовим, а вы, мальчики…

— А мы — купаться! Отличная идея! — заржал Грегори.

— Нет, а ты марш на костер ветки собирать. У нас есть только угли, — Фиби уперла руки в бока. — Нам еще один человек нужен, чтобы нарезать ерунду всякую.

— Отлично. Я, я, я! — Билл поднял руку Тома и помахал ей девочкам. — Видите, Альфредо хочет. Раз он такой добрый, то мы пошли. Давай, Грег. Двигай.

И с этими словами Кернер направился к деревьям. Том провожал его спину взглядом, полным недоумения.

— Что за херню он пьет от простуды? — Альфредо подошел к Фиби. — Ладно. Раз уж так вышло… Говори, что надо делать.

Соседка посмотрела на него из-под насупленных бровей.

— Даже и не знаю, как тебя к еде подпустить. На, нарезай овощи, — вздохнула она.

— Какая честь. А раньше, помнится, ты мне доверяла и более ценные вещи, — не удержался Том.

— Не нагнетай обстановку. Иначе получишь по шее.

— Угу. А потом получим все по шее от Кернера. Он сегодня какой-то очень нервный.

Рианна рассмеялась этой шутке. Фиби тоже еле сдерживала улыбку, чувствуя себя глупо в этой ситуации, запертая в природных условиях с абсолютно несовместимыми людьми. Том тоже покачал головой и опустил нос. Но с одной стороны, он был благодарен Биллу за эту попытку.

Когда из лесу показались груженые хворостом парни, около овощей уже шла вполне себе непринужденная беседа, смысл которой парни пока не могли уловить. Фиби бросила в Тома хвостиком от помидора и засмеялась, а он улыбнулся ей в ответ непринужденно и светло.

— Ты смотри, что делается, твою мать, — поделился наблюдениями Грег. — Я думал, она еще в машине рванет. А тут уже смеются.

— У меня тоже были подозрения, — кивнул Гарри.

А Билл ничего не говорил. Он пялился на белозубую улыбку парня, который сейчас не смотрел в его сторону, и очень сильно уговаривал себя думать о дровах и прочих жизненных мелочах. Эта борьба с собой начала его капитально доставать.

***

Обед был приготовлен довольно быстро. Пока Грегори следил за поджаривающимися сосисками, остальные решили проверить температуру воды в озере.

— Я пошел, — Том лениво потянулся. — Я уже переоделся в плавки. Кто со мной?

— Да подожди уж, все пойдем сейчас, — Фиби тоже стянула майку через голову.

— А ты, Билл?

— А у меня насморк. Веселитесь без меня, — он отвернулся, чтобы не видеть перед собой маячащие смуглые лопатки и широкую спину, которые так красиво подсвечивало солнце.

— Уверен? Вода — лучшее лекарство, — Том пожал плечами.

— Нет, спасибо, — Билл стянул со стола сосиску и неправомерно зажевал ее, чтоб набить чем-нибудь рот.

— Не есть! — Фиби двинула ему легкого подзатыльника. — А то другим не достанется!

Билл показал ей язык.

— Хочу и ем.

Девушки покачали головами и ушли в сторону воды. Том кинул на парня насмешливый взгляд и, взяв мячик, тоже отправился наслаждаться природой и летним отдыхом.

— Ты знаешь, Билл, в конце концов они все же помирятся, — Грегори перевернул сосиски и задумчиво уставился в сторону воды. Том, Фиби и Гарри весело плескались и перекидывали друг другу маленький мячик, дурачась, как дети.

— Я очень надеюсь. Не хочу потом стоять в эпицентре взрыва, — Билл кивнул ему, вороша веточкой угли в костре.

Мимо них проехали еще две машины. Постепенно местность заполнялась кемпингующимися, но, поскольку Билл заставил всех подняться довольно рано, чтобы отвоевать себе самое хорошее место вдали от других возможных площадок, вблизи не оказалось людей, которые могли бы им помешать.

До самого вечера они веселились, валяли дурака, играли в игры и вспоминали истории из прошлой жизни. Билл был прав, когда сказал, что такой тип отдыха должен был пойти на пользу. Ближе к вечеру, когда от одного ящика пива остались лишь приятные воспоминания, компания смеялась уже без остановки, шум голосов отражался от глади озера, навевая приятные и теплые ощущения. Даже угрюмый Билл немного оттаял и ржал вместе со всеми, кидаясь в Гарри кусочками жареного зефира.

— Как в старые добрые времена! — весело заметил Том и поднял свою бутылку.

— Тогда — за качественный отдых! — Гарри предложил новый тост. — Кто будет играть в Активити?

— Мы! Мы, мы! — раздалось сразу несколько голосов.

— Ну… Почти единогласно, — кивнул он и достал из рюкзака набор для игры. — Тогда предлагаю поделиться на команды. Давайте по палаткам? Кто с кем живет.

Билл поперхнулся пивом. Он как раз набрал достаточно, чтобы все пошло носом.

— Так не интересно, — прокашлялся он. — Прикольно будет поменяться! Пишите на бумажках имена!

— Да какая разница… — пожала плечами Рианна.

— Интереснее, — Билл зверски округлил глаза.

— Ай, ладно, давайте послушаем больного, — хмыкнул Грегори. — В конце концов, его идея с кемпингом, пусть он и разруливает все тут. Держи, босс, — он вручил Биллу маркер.

Билл был намерен четко следить за отсутствием Тома в своей команде. Он не хотел видеть его темные глаза и блестящие от влаги косички. Парень удивленно пожал плечами и не стал спорить. Он потянулся к тарелке, в которую Билл накидал рваных бумажек.

— Билл, я все равно вытянул тебя. Это судьба, — он показал свой клочок. — Хочешь я переиграю?

Кернер скрипнул челюстью. Он хотел. Но в открытые враждебные действия вступать не намеревался.

— Да ладно, фиг с тобой, — буркнул он. — Я только объясняю хреново.

— Ну и ладно, я хреново угадываю, — поддержал друга Том.

Все засмеялись.

— У меня Гарри, — Рианна показала свою бумажку.

— Значит, мы с тобой, — Грегори посмотрел на Фиби.

Еще несколько часов прошли в безудержном веселье и взрывах смеха. Неподалеку трещал костер и играла музыка из проигрывателя, оставленного в открытой машине. На другом берегу кто-то запускал фейерверки.

— Том, ну давай, ну время же кончается, — Билл с трудом не падал с бревна, так как ржал, как подорванный.

— Да ты прекрати смеяться! Посмотри на меня!

Кернер моргнул. Он с трудом смог поднять глаза и встретиться со взглядом, который был направлен прямо на него весь вечер, поскольку им волей-неволей пришлось стоять на одной стороне баррикады.

— Что я показываю? — Том сделал еще несколько движений руками.

— Это шар…

— Ну! А дальше?

— Том, ты не можешь говорить, правила такие… — встрял Гарри.

Билл, не отрываясь, смотрел на дорожку светлых волос, которая показалась над поясом джинсов парня, когда он в очередной раз сильно махнул руками. Билл потряс головой. Том был в отчаянии. Их команда уже второй раз была в самой жопе.

Ну же, Билл… Солнечная энергия, — почему-то обратился парень сам к себе в третьем лице.

— Это солнечная энергия? — Билл обреченно развел руками.

— Билл. Ты мой герой, — устало выдохнул Том и опустил руки от избытка эмоций.

Кернер покраснел и забормотал что-то невнятное.

— Каким хреном это энергия? — взорвался от смеха Гарри. — Это был гигантский паук!

— А я подумал про гиперподвижный сперматозоид, — ухахатывался Грегори.

— Дай пять, — Том вытер рукой пот со лба. — Я понятия не имею, как тебе удалось это, чувак…

— Мне кажется, вы мысли читаете, так нечестно! — брякнул Гарри.

Билл от этого замечания снова нервно почесался. Он и сам не понял, откуда у него взялась мысль об энергии. Он даже не сразу понял, что это было солнце. Но парень отбросил от себя эти глупые подозрения.

— Ребят, последний круг, давайте. Нам спать охота, — зевнула Фиби. — На выходных еще неплохо выспаться бы.

— И это говорит человек, который не работает, — Гарри указал на Фиби, вызвав этим очередной взрыв хохота.

Крики и вопли продолжались до первого часа ночи. Было так весело, что никому не хотелось расходиться и только под конец, когда начали собирать всю еду и тушить костры, Билл все же нашел момент уединения — ушел ото всех, чтобы вылить скопившееся в организме пиво и заодно полюбоваться на красивую гладь озера, переливающуюся в свете луны.

— Это был отличный день, да? — раздался голос справа.

Билл вжал голову в плечи. Как верно подметил Том — это была какая-то судьба. Никуда не скрыться.

— А я вам так и сказал. А вы все — клещи, клещи! — буркнул он в ответ парню с брейдами.

— Ладно, не бубни. Спасибо тебе за идею. — Том хлопнул парня по плечу. — Я пойду отлить и в палатку. Ты идешь?

— Да. Сейчас приду. Через некоторое время, — Билл устало зевнул.

Он должен был немного собраться с мыслями и морально настроить себя на то, что сегодня ничего не случится, ведь даже Эл все еще подозрительно молчал. Он вообще не высовывал свой мысленный нос с самого вчерашнего вечера, как только Билл сделал последний расслабленный выдох.

Не то чтобы Кернера это сильно тревожило, но немного настораживало. Он решил, что обязательно подумает завтра над советами, которые дала ему Фиби. А сейчас ему хотелось только одного — спать.

И с этой мыслью он поплелся к себе. Пребывать в опасной близости от второго объекта раздражения.

========== 12. Ты сводишь меня с ума ==========

I’m tired of learning life the hard way

I wish that being strong was easy

But I want it more this time

I was wrong. It’s hard to say

At least I learned from my mistakes

I would change everything…

(Hedley — Die to live again)

В палатке было невыносимо душно, а развернуться без того, чтобы не задеть друг друга локтями, невозможно.

— Посвети мне фонариком? Не могу найти свой телефон… А то проспим завтра, — сонно зевнул Том.

Билл достал свой телефон и включил его в режим мощной подсветки. Луч выхватил из темноты голые плечи и красивую линию подбородка парня, который шарил под подушкой и искал свой iPhone.

— Ага. Спасибо, — Том, наконец, нашел, что искал. — Поставлю на одиннадцать. Тебя будить?

— Угу, — Билл быстро свернул контору, и палатка снова погрузилась в полную темноту.

— Спокойной ночи, Билл, — Том выдохнул в темноте. — Я слева, я правильно понял?

— Как хочешь, — довольно скупо отозвался брюнет.

— Ну, тогда слева.

— Спокойной ночи, Том, — Кернер улегся на мягкий спальный мешок и накрылся своей кофтой. В палатке было достаточно тепло, чтобы не залезать внутрь.

Окрестности погрузились в тишину. Только в поле было слышно стрекотание сверчка, да ветер в деревьях шумел о чем-то своем, навевая приятные сонные мысли о теплом бризе. С точки зрения поддержания дружеских отношений, сегодняшний день прошел довольно продуктивно. А вот сам Билл сливал по всем фронтам.

— Билл?

— М, — Кернер напрягся.

— Это из-за нашего вчерашнего разговора ты сегодня такой? Если что, извини за этот всплеск эмоций, я не хотел на тебя так… давить. Мне просто показалось это забавным.

Забавным… — проворчал про себя Билл. — А я теперь мучайся.

— Проехали, — тем не менее отозвался он. — У меня много других проблем: с Амандой, работой, родителями и так далее. Не хочется соображать сейчас еще о чем-то.

— Ну, ладно… Тогда спокойной ночи.

— Спокойной.

И снова тишина. И понеслось.

…секс с мужчинами — это наивысшая форма близости, эмоциональной интимности и взаимного доверия… Если ты идешь на это, ты должен быть уверен в своем партнере…

Билл убито откатился в темноту. Снова этот хриплый шепот прямо в его ухе начал ковырять вилочкой его нервы.

Так. Я не думаю об этом. А о чем я думаю? Я думаю о том, что завтра нам надо встать… Приготовить завтрак. Кстати, кто-нибудь убирал мясо? Кажется, сумка-холодильник в машине. Может, пойти посмотреть? Нет, не хочу. Лучше я тут буду лежать… Лежать и думать, пока не засну. Думать… а о чем думать?

…реальный кайф можно получить лишь от близкого человека, но… Ты все равно теряешь голову, когда чьи-то сильные руки сжимают тебя. Когда к тебе прижимается твердое, горячее тело. Когда ты чувствуешь, что возбуждаешься, и твой партнёр по строению органов ничем от тебя не отличается…

Затем мысли сменились. Биллу очень отчетливо вспомнились слова Эла: …руки бесконечно ласкают твое тело, кровь циркулирует в твоем организме на сумасшедшем уровне, и ты хочешь только одного — чтобы это не заканчивалось…

Да что же это за факинг щит, — Билл нервно выдохнул и перевернулся. — Нет, это надо же было так попасть?

— Билл. Ты в порядке? — снова раздался голос слева.

Кернер начал раздражаться.

— Да. Спи уже.

— Ты тяжело дышишь.

— Насморк, — отрезал он. — Замудохал уже, с самого утра нос не пробить ничем.

В ответ ему не донеслось ни слова. Зато в голове был полный набор: …ты становишься влажным от одной мысли, что сейчас ты будешь доставлять кому-то кайф. И не важно, какая у тебя будет роль — пассивная или активная. У тебя внутри находится множество нервных окончаний, и при стимуляции это обычно доставляет удовольствие обоим парням…

Кернер снова почувствовал доставучее возбуждение, которое сживало его со свету с самого вчерашнего дня. С этим было невозможно ничего поделать, а тем более сейчас, когда в тесном пространстве даже сдвинувшись на толщину волоска можно было почувствовать того, кто лежал рядом.

Раз овечка. Два овечка, сука, блядь. Три, я беру бензопилу. Четыре, летит овечкина шерстка… Кровь, кишки. Эх, оторвать бы Альфредо что-нибудь. Чтобы тоже помучился.

Путанный бред снова сменился другим ночным кошмаром.

…губы. Влажные, плотно сжимают тебя и скользят, вверх и вниз. Ты подаешься бедрами вперед и пытаешься удержать в себе стоны удовольствия, которые рвутся из груди наружу…

…это в разы лучше, потому что мужчины сильнее. Они могут вдавить тебя в постель с такой мощью, что ты забудешь, как дышать…

И Билл сдался. Он знал, что сейчас сделает глупость.

— Сука, — выругался он и сорвал с себя свитер, которым укрывался. Он уже был не нужен — пот лил по шее градом.

— Что? — Том нашарил в темноте свой телефон и включил подсветку. — Тебе нехорошо?

— Блять. Да. Да, мне нехорошо.

Еще через секунду брюнет сидел сверху и изо всех сил прижимал чертова соседа по палатке к полу. Том непонимающе хлопал глазами и пытался рассмотреть хоть что-то в темноте.

— Да что с тобой, я не понимаю? Ты какой-то странный.

— Ты меня заебал… — Билл вцепился рукой в его горло, стараясь делать это не сильно, чтобы его жертва все же могла дышать. Ему бы все еще хотелось услышать кое-какие ответы.

— Я тебе ничего не сделал… — тихо выдохнул Том.

— Сделал. Сделал, твою мать. Я уже вторые сутки дохну… — Билл тихо зарычал и сделал то, о чем думал сегодня весь день, пока переходил все стадии морального разложения.

Он впился в губы Тома с такой силой, что тот аж дернулся от такого напора. Язык брюнета моментально оказался в его рту, влажно проникая в глубину, путешествуя по губам. В голове Билла царапали тысячи гвоздей, так ему было до одурения приятно вцепиться, наконец, в это тело, живое и такое теплое. Том тормозил ровно одну секунду. Через две он уже принялся отвечать на обжигающие поцелуи.

— Билл, ты чего… давай поговорим? — тихо выдохнул он, откидывая голову. Кернер довольно грубо оттянул его волосы и, сам того не понимая, засосал нежную венку на шее, которая билась в такт с его нервами.

— Нет. Ты уже достаточно говорил вчера, черт бы тебя побрал. Теперь слушай меня. Какого хрена тебе приспичило меня заводить, а? Проверить хотел мою реакцию?

— Да о чем ты? Я тебя не понимаю, — Том сбивался на шепот и закапывался пальцами в волосы парня, который не давал ему покоя.

— Разреши тебе напомнить! «Ты все равно теряешь голову, когда чьи-то сильные руки сжимают тебя. Когда к тебе прижимается твердое, горячее тело. Когда ты чувствуешь, что возбуждаешься, и твой партнёр по строению органов ничем от тебя не отличается…» Чьи слова? Чьи?

— О, господи. Это из-за этого. Я так и думал.

Том против воли улыбнулся. Билл даже в темноте мог видеть эту чертову стоваттную лампочку. Он озверел от бешенства. Его руки начали дико и поспешно расстегивать молнию на толстовке парня. Он хотел кусаться, чтобы тот почувствовал боль. Чтобы у него тоже остался след от этих эмоций.

Однако Билл не успел ничего сделать. Его руки оказались за головой, а сам он в мгновение ока был как следует придавлен лопатками к спальнику. Том проворно скинул его с себя и сам устроился сверху, прижав к полу именно так, как и говорил: тепло и тесно.

Билл забился под ним от возмущения.

— Я так и знал, — глумился Альфредо. — Это не могло не сработать. Но я не предполагал, что наш разговор возымеет такой эффект.

Теперь уже его губы пустились изучать нежную кожу за ухом брюнета, целовать его призывно раскрытые губы.

— Ты сволочь. Натуральная сволочь, которая воспользовалась ситуацией! — дышал Кернер, выгибаясь и стараясь прикоснуться к Тому всем телом. Ближе.

— Прости меня, Билл, — горячий шепот в ухо. — На самом деле, это была невинная шутка.

— Ну, вот посмотри, что твоя невинная шутка наделала, — тихое, очень недоброе шипение в ответ.

Билл снова перехватил инициативу и все же сорвал с Тома его толстовку. Его руки жадно загребали кожу на спине парня, заставляя того нетерпеливо рычать. Ладони Альфредо подлезли под тело брюнета и сильно сжались на задних карманах его джинсов, так, что Биллу пришлось закинуть ноги парню на талию.

— Ты такой напряженный, Билл. Твердый, как камень. Погоди… Мы сейчас… А-а-а… — Том запрокинул голову, когда ногти прошлись по его груди и задели соски.

Билл не понимал, что он творил. Он собирался сейчас же разделаться с мерзавцем и изнасиловать его прямо на полу этой палатки. Все равно, как.

— Да погоди ты, черт подери, — теперь уже Тому пришлось молиться за свое нервное здоровье. — Один вопрос.

— Быстро, — милостиво позволил брюнет, прекращая кусаться и выносить Тому мозги.

— Мне показалось… Или ты вчера звал меня? Ночью?

Билл мысленно дал себе подзатыльника. Однако на удивление быстро нашелся с ответом.

—Это случайно вырвалось. Я… В общем, да, это было твое имя. Меня мучили кошмары. Из-за тебя! — немного приукрасил он, не желая выдавать лишнюю информацию.

— Ладно. Я потом с тобой об этом поговорю, — руки брюнета очень настойчиво теребили пуговицу на джинсах, из-за чего соображать трезво Том уже не мог.

Они целовались еще несколько минут, тиская друг друга до синяков и хруста в костях. Билл не имел понятия, что на него такое нашло. Но он хотел Тома так, что отказывали все тормоза. Он никогда в жизни не мечтал быть с кем-то настолько сильно.

— Стой, — Альфредо остановил его ладонь, которая легла на ширинку и с готовностью принялась расстегивать молнию. — Билл, ты сейчас очень заведен. Какие твои планы?

— Сделать что угодно, чтобы не мучиться. А там посмотрим, — слабо отозвалась ему темнота.

— Я предлагаю для начала ограничиться… Стой… Черт, какой же ты больной, — Том выпрямился на руках и непроизвольно толкнулся в ладонь, которая уже без спросу гладила его вверх и вниз, причиняя нестерпимое наслаждение.

— Я тебя предупреждал. Ты пожалеешь о том, что сделал это со мной.

Том дико жалел. Настолько жалел, что перед глазами плясали разноцветные круги. Билл довел его до конца в четыре глубоких толчка удивительной силы. Парень был мокрый как мышь уже через минуту его настойчивых движений.

— Билл, откинься. Подожди, я тебя сейчас успокою, — Том вытер пот со лба. — Боюсь, рукой тут не обойтись.

Билл метнулся по полу палатки.

— О, да, — тихо прошипел он, когда почувствовал, что руки стаскивают его штаны до колена.

— Не двигайся, — Том обхватил губами его ствол и быстро заскользил по разгоряченной коже, касаясь языком солоноватой головки.

Билл не мог не двигаться. Его швыряло по всему полу, так ему было хорошо. Он чувствовал, как горло парня сжимается вокруг него, как его голосовые связки слегка вибрируют. Это доставляло невероятные ощущения, намного круче тех, что были вчера во время маленького ночного инцидента с участием всего одного человека. И Эл, и Том были одинаковыми мерзавцами — они оба просто подожгли эту палочку с двух концов, и теперь она быстро воспламенялась, превращаясь в пепел на полу палатки. Тому досталась самая приятная часть того, что начал Эл.

— Глубже, — простонал сквозь зубы Билл и выгнулся в последний раз.

Альфредо сделал еще одно движение. Он как следует сжал поясницу брюнета и захватил его так глубоко, как только мог. Билл приложился затылком о землю, больно прикусив язык. Все его тело дернуло стрелой высвободившейся энергии от самого низа живота. Он обессиленно выдохнул.

— Кайф, — вырвалось у него, когда Том, офигевший и мокрый, плюхнулся рядом.

— Билл, позволь поделиться наблюдением. Ты извини, конечно, — парень с трудом выдохнул. — Но я считаю, моей вины тут только половина. Ты набрасываешься на меня, как голодный зверь… и после этого говоришь, что ты натурал? Херня. Полная херня. Поверь мне, я знаком с этим…

— Да не знаю я, кто я. Готов пойти навстречу и остановиться на пятидесяти процентах, — собирая разбитый мозг, тихо продышал парень.

— Как быстро падают ставки. Надо скупать валюту, пока не поздно, — Том засмеялся и провел теплой ладонью по его животу. — Тебе полегчало?

Билл сумбурно закивал и облизнул сухие губы. Ему сейчас было хорошо, как никогда в жизни. Потом он вспомнил, что Том этого все равно не увидит и озвучил свое решение вслух.

— Мне очень полегчало… Спасибо, а то я думал, взорвусь.

— Ты мне расскажешь, что тебе вчера снилось такое?

— Да ерунда всякая… Не обращай внимания, — открутился парень. — Правда, содержание было формата XХX.

— С моим участием?

— Может быть… Немножко, — Билл, к которому еще не успели вернуться стыд и совесть, совершенно чистосердечно готов был признаться во всех прегрешениях прямо сейчас. По факту, он уже сделал это, накинувшись на объект своих мучений и разрядив его обойму прямо на свой спальник.

— Я понимаю, конечно, что сейчас это странный вопрос, — снова раздался голос Тома. — Но я все равно хочу его задать. Ты сделал это только потому, что тебя замучила жажда экспериментов, а я был единственным геем, удобно подвернувшимся тебе под руку?

Оба парня немного притихли. Теперь, когда жара в палатке стала спадать, к Биллу, наконец, начали возвращаться относительно нормальные ощущения.

— Нет. Дело не в этом. Я не стал бы экспериментировать с кем попало. Ты… — Билл призадумался. — В общем, меня от тебя в горячку бросает. Я не знаю, что это такое. Но, определенно, мне хотелось сделать это именно с тобой. — Он немного помолчал, чтобы обдумать эту мысль. — Но спасибо, что притормозил меня, а то мне что-то совсем крышку свинтило.

Том замолчал. Его пальцы поползли по талии брюнета и потянули его в свою сторону.

— Я надеюсь, ты не пожалеешь и не станешь обвинять в случившемся меня. Мне достаточно тех, кто смотрит на меня косо.

— Я не обвиняю тебя. У меня тоже есть своя голова на плечах. Хотя, иногда она плохо думает, — тихо прошептал Билл.

Они еще немного помолчали.

— Если что, я не из тех, кто что-то требует, ты же понимаешь, да? — на всякий случай поинтересовался Том. — Я ни в коем случае не собираюсь тебя прессовать, думаю, что ты сам сможешь принять верное для себя решение.

— Спасибо, Том. Я тебе правда очень признателен за эти слова. Я тоже буду на твоей стороне. А с остальными мы разберемся. Я тебе постараюсь помочь.

— Ты знаешь, что ты удивительный парень? Удивительно добрый, даже к тем, о ком ты почти ничего не знаешь…

Билл где-то уже слышал эти слова.

— Ну. Мы только что это исправили, еще немного. Совсем небольшим знакомством…

Губы Тома легко прикоснулись к щеке брюнета. Билл перехватил их. Почему-то теперь не казалось странным поцеловать парня, как он привык целовать девушек. После того, что случилось, это была всего лишь обыкновенная благодарность. Они оба не имели понятия, куда приведет их эта ночь. Но пока она догорала, у них все еще было время подумать.

========== 13. Нет, они не могли! ==========

Фиби, Рианна и братья проснулись в одиннадцатом часу. Ребята постепенно выползали из своих убежищ и потягивались в попытках размять затекшее тело.

— Мать твою, Гарри, — проныл Грег, который еле передвигал ногами. — Кто надоумил тебя поставить палатку на корнях? Ты понимаешь, что тебе теперь всю жизнь работать на недееспособного брата?

— Иди ты, у самого поясница отваливается, — прокряхтел второй Хеммет. — Такое впечатление, что по мне вчера трактор ездил.

— А у нас все в порядке было, — Фиби подозрительно улыбнулась и заговорщически посмотрела на свою подругу.

Грегори передернулся.

— Избавь меня от подробностей. Я сейчас не в настроении.

— Да, а кстати, где Билл и Том? Они там друг друга не поубивали? — поинтересовалась Рианна.

— Сейчас глянем, — Грегори, зевая, направился к их палатке. — Эй, вы! О… — его тон неуверенно пошел на понижение, когда он отдернул полог. — Народ, походу у нас проблемы.

— Что такое? — Фиби удивленно посмотрела в его сторону.

— А ты сама посмотри.

Фиби подошла к нему со спины и тоже заглянула в палатку. Зрелище, которое им открылось, говорило само за себя. Два парня спали, замотавшись клубком, как змеи, так, что было сложно понять, где чья рука и нога. Сползающие до середины ягодиц джинсы Тома открывали всем присутствующим замечательный вид на загорелый подтянутый зад. По Биллу тоже было сложно сказать, одет он наполовину или все же больше раздет.

— Нет, а что… Я понимаю Кернера, — задумчиво заметил Грегори. — Даже я бы против такой задницы не устоял и променял бы на это парочку девчонок. Возможно…

— У тебя уже были эксперименты, — Фиби сложила руки на груди. — Надеюсь, это не то, о чем я думаю.

— Да пес их знает. Если с небесно-голубым Элом мне все давно уже понятно, то Билл в этом отношении мутный тип, — Гарри тоже встал за их спиной. — Да. Задница что надо. Хоть что-то в нем не меняется.

И только одна Фиби, которой было наплевать на данные анатомические подробности, подозревала в ситуации нечто неладное. Они переглянулись между собой. Грегори поднял с земли крупную шишку.

— Цельсь, — он прищурил один глаз.

Снаряд угодил спящему Тому точно под лопатку. Гарри и Грегори, громко ржа, тут же поспешили ретироваться. Том сонно пошевелился и непонимающе уставился на Фиби, которая даже не успела понять, что ее только что злобно подставили.

— Какого хрена надо? — хрипло спросил Альфредо.

— Это не я. Ты не подумай ничего такого, просто мы решили пораньше встать, чтобы побольше времени провести на природе и успеть поплавать. А то нам собираться скоро…

— Ай, Соммерс, дай поспать. Я будильник на одиннадцать завел, — Том отмахнулся и засунул голову под подголовник спальника.

И совершенно никакой реакции на некоторую странность ситуации. Словно так и должно быть. Фиби устало протерла рукой лицо. Она решила про себя, что не будет пытаться говорить с Биллом до выяснения обстоятельств. Пока стоило просто присмотреться к этим двоим.

***

Второй день приключений был не так весел и активен, как предыдущий. Все ребята чувствовали себя вареными и не выспавшимися и все, на что их хватило — спокойный ленивый отдых на берегу.

Фрисби, ракетки и прочие принадлежности для активного времяпрепровождения были уже упакованы в багажник, а впереди брезжила еще одна неделя, за которую Билл пообещал себе надорвать зад, но найти хоть какую-нибудь работу. Теперь даже Том трудился по несколько смен в баре, Фиби успешно вела какой-то проект, Хемметы должны были вернуться в свой зал и только один Билл никак не мог справиться с рекрутским кошмаром.

— Не хочу понедельник, — словно прочитав его мысли, вздохнула Рианна.

— Да, я тоже считаю, что отличные были выходные. Да, Альфредо? — Грегори толкнул парня локтем.

— Угу, — лениво отозвался тот и перевернулся на живот, чтобы подставить спину солнечным лучам.

Билл скользнул взглядом по его ровным лопаткам.

После произошедшего вчера его немного отпустило, а мысли эротичного характера не так досаждали, но он боялся, что это могло быть не так уж надолго. В последнее время эти мысли просто пугали своей интенсивностью. Они с Томом не обсуждали произошедший вчера инцидент, так что Кернер надеялся, что это все временно не будет всплывать. Его глаза снова непроизвольно поползли по ямочкам на пояснице, по загорелым бедрам. Все же так приятно было сжимать это тело в своих ладонях и чувствовать его тяжесть.

Фиби перехватила этот взгляд, и Билл моментально отвел взгляд. Он потряс головой и постарался больше не пялиться так явно. Ощущение правильности происходящего таяло понемногу, вместе с течением секунд, которые отдаляли вчерашнюю ночь и делали ее всего лишь простым, хотя и горячим воспоминанием.

Никто особо не разговаривал. Только Фиби с Рианной о чем-то негромко шептались на своем лежаке.

Через несколько часов ребята доели остатки вчерашней еды и начали сворачивать палатки, уложив все в машину.

— Почаще бы нам так выбираться. Ты молодец, что выпихнул всех из города, Билл, — признался за всех Грегори, когда они сворачивали веревки.

— Я рад, что вы не собираетесь съесть меня заживо. Видите? Не так уж страшно.

— Да нет, просто Альфредо в этот раз тихий. Да и Фиби не лезет на рожон, — пожал плечами Хеммет.

Билл кивнул. Поставленная цель была выполнена, и он был уверен, что в их многонаселенной квартире скоро станет возможно жить нормально.

Они еще немного послонялись по берегу и, когда солнце начало опускаться, погрузились в машину, чтобы возвращаться домой.

***

Однако по приезде их ждало сразу два неприятных сюрприза. Один из них обнаружился у двери подъезда, когда машина скрипнула тормозами.

— О, нет, — Билл съехал с заднего сиденья, заметив, что Аманда стоит и болтает там с двумя своими подружками. — Ребят, скажите ей, что вы не видели меня. Вообще, скажите, что не знаете, кто такой Билл и что он съехал отсюда ко всем чертям.

— Билл, хорош дурака валять, — Грегори ревниво повернулся к нему. — Из всех нас ты самый везучий кобель. На тебя такая женщина смотрит!

— Ты мне скажи, когда она посмотрит в другую сторону. Я пробегу мимо, — тихо пробурчал Билл, вызвав этим улыбку у Тома, который в этот раз сидел рядом с ним и все слышал.

Завидев компанию, вылезающую из машины, Аманда перестала улыбаться. Взгляд ее задержался на Билле. Парень, виновато вжав голову в плечи, аккуратно выбирался через заднюю дверь в надежде, что его никто не увидит.

— Би-илл, — девушка быстро поправила волосы и лифчик, вызвав этим жестом у Гарри и Грегори обильное слюноотделение, и поспешно направилась к ним. — Где ты был? Я тебе звонила все выходные.

— Я… э… я… — начал на ходу выдумывать Кернер, вздрогнув, когда его обнаружили.

— Мы на озеро ездили. Разве Билл тебе не сказал? — Гарри эротично привалился к открытой двери машины, направляя на красотку все свое обаяние, которое, тем не менее, разбилось о непроницаемую стену льда.

— Нет. Он, — Аманда опустила очки и выразительно посмотрела на своего парня, — ничего мне не сказал. Хотелось бы, кстати, узнать причину.

— Я забыл, — Билл принялся быстро выгружать вещи. — Видишь ли, то навалилось, это… Все эти собеседования…

— О чем ты говоришь, ты же не выходил из дома в последние дни? — ляпнула Фиби и тут же сообразила, что это было лишнее.

Билл посмотрел на нее так, что у девушки моментально поседела прядь волос на виске.

— В смысле, никуда кроме собеседований, с чего тебе уставать? — попыталась она исправиться, но было уже поздно.

Аманда взяла Кернера за руку и настойчиво поволокла к подъезду.

— А вот это он мне сейчас и расскажет, — бросила она уже на ходу. — Прошу прощения, ребята, он ведь вам не очень нужен? Нам надо поговорить.

— Ну, спасибо, — только и успел шепнуть Билл, исчезая вслед за девушкой.

— Ему пиздец, — с завистью констатировал Гарри. — Я бы тоже охотно с ней поговорил…

— Напомните мне, почему мы решили вернуть Альфредо и не делаем никаких попыток пойти на перемирие с Амандой? — поинтересовался Грег.

Том как раз доставал с заднего сиденья свой рюкзак. Он очень постарался сделать так, чтобы старшему Хеммету прилетело по спине.

— Разреши просветить. Потому что на моей заднице воду не заморозишь. А на Аманде хорошо разве только колу остужать литрами, — недовольно буркнул он.

Гарри и Грегори за его спиной удивленно переглянулись, услышав эти слова.

— Черт тебя побери, Альфредо… Ты что это? Ревнуешь?

— К кому? — Том моментально превратился в само ехидство и абсолютную непроницаемость.

— Ну не к старику Альваресу же, — Грегори начал хихикать.

— Я никогда не ревную, — отрезал Том. — Для того, чтобы ревновать, нужно как минимум влюбиться, а я не настолько идиот.

— Да ну? А мне показалось, что ты с Кернера глаз не сводишь. Наблюдал за тобой в зеркальце заднего вида… Ты же чуть не съел его взглядом.

Том моментально вспыхнул и зло обернулся к нему.

— Похоже, что ты тоже не сводишь с кого-то глаз! Занимайся своими делами, Хеммет, — с этими словами парень с брейдами взял пару коробок и свалил в сторону подъезда, дымясь как чайник.

Фиби, Гарри и Грег так и остались стоять с открытыми ртами. Рианна задумчиво заправила за ухо светлые волосы.

— Ребят, я могу и ошибаться, конечно… — произнесла она задумчиво. — Но по ходу у вас ЧП назревает.

— Или уже назрело, — фыркнула Фиби. — Кто бы мог подумать, а? Может, Билл прав, и даже самые непробиваемые идиоты не так уж непробиваемы?

Друзья пожали плечами. Никто из них не мог дать ответ на этот вопрос прямо сейчас, однако, все факты говорили за себя.

Они еще недолго постояли у машины и принялись выгружать вещи.

***

Билл вернулся в квартиру только в одиннадцатом часу вечера. Он завалился в свою комнату, спотыкаясь на каждом шагу и рухнул лицом в кровать, как сноп сена, готовый рассыпаться на мелкие соломки.

— Тебя можно поздравить с удачным примирением? — хмыкнул с дивана Том, который отогнул уголок своего журнала, чтобы глянуть на соседа.

— Не смешно, — буркнул Билл, не поднимая головы от одеяла.

— У тебя засос на шее, — ехидно заметил Альфредо и снова углубился в чтение, потеряв всякий интерес к объекту.

— Спасибо, что только на шее. Она меня всего вылизала. Я даже не знал, что у людей так рот открываться может. Ты когда-нибудь смотрел «Анаконду»?

Карий глаз снова равнодушно высунулся из-за обложки и тут же спрятался обратно.

— Зайди к Фиби. Она тебе там показать что-то хотела, — вместо ответа довольно прохладно заметил сосед.

— Хорошо, что она по девочкам, это так обнадеживает, — с трудом выдохнул брюнет. — Ее хотя бы не нужно бояться в этом смысле. Не то что Аманда, которая…

— Билл, ты не мог бы без подробностей? Я совсем не по этой части, — довольно колко заметил Том. — А у Фиби есть масса других способов вынести мозг.

Билл удивленно вывернул шею, чтобы посмотреть на Альфредо. С утра он казался более ленивым и расслабленным, совершенно не колючим.

— Ты чего бесишься? — поинтересовался он. — Опять с ребятами не поладил?

— Нет. Я просто пытаюсь перечитать одно и то же предложение уже несколько раз. И никак не могу вникнуть.

— А… Извини, — Билл немного покраснел. — Я не хотел тебя отвлекать.

Он разгладил руками мягкое покрывало и затих. Воспоминания снова отнесли его в моменты получасовой давности, в квартиру Аманды, когда ему даже не дали объяснить ни слова и просто заткнули рот поцелуем, а затем и вовсе завалили со словами: «больше секса — меньше болтовни».

Кернер чувствовал себя жутко. При полном отсутствии физиологического компонента в своей прошлой жизни, он ощущал, что в последнее время на него свалилось слишком много. Парень не был уверен, что выдержит. Аманда вымотала его до дрожи в коленях. Вдобавок, где-то на середине процесса Билл снова вспомнил то, о чем говорил Том — ее стройное тело в сравнении с тем же Альфредо было таким легким. Билл совершенно не понимал, какого черта его мысли теперь разворачивались лишь в одном направлении.

Все время, проведенное с ней, Кернер не мог отделаться от странного ощущения, что у девушек все-таки было слишком много лишних деталей там, где не надо, там, где хотелось просто провести ладонями по плоской груди и широким плечам. Но, разумеется, он не мог об этом сказать хотя бы потому, что говорить ему просто не дали.

Знаешь, если тебе не нравится, почему бы просто не сказать ей? — поинтересовался голос, от звука которого Билл даже не дернулся, настолько привычным он ему показался.

Привет, Эл. Рад, что ты так интересуешься моей судьбой, — уныло буркнул парень.

Я не всегда говорю. Иногда я просто наблюдаю. Но это не значит, что меня нет рядом.

Я заметил. Довел меня до ручки и слился, — укоряюще отозвался ему Кернер.

Я просто хочу помочь тебе понять себя. Разве ты не видишь? Тут ведь все предельно просто…

Серьезно, Эл. Что тебе за дело? — Билл украдкой посмотрел на Тома, который был увлечен чтением и ничего не замечал. — Тебя слишком волнует моя личная жизнь. В то время, как я ни хрена не знаю о тебе…

Но я же не делаю тебе ничего плохого!

Да как тебе сказать. Мне чуть снова психиатр не понадобился после твоих ночных манипуляций. И знаешь, что? Я думаю, ты не случайно прячешь свое лицо, — Билл проигнорировал его замечание. — Мы с тобой можем встретиться?

Билл. Это не самая удачная идея…

Но почему?

Потому что я всего лишь хочу оставаться тем, кто дает тебе верные советы и направляет тебя…

Угу. Манипулирует, — устало подумал Билл.

Нет. Я это делаю не потому, что хочу управлять тобой.

Да? А чего же ты хочешь?

Чтобы ты понял себя, — был простой ответ, который снова не внес никакой ясности.

Эл, знаешь… Это начинает напоминать мне фильмы про маньяков. И, если честно, я не уверен, что мне нравится участвовать в этом сюжете.

Я открою тебе свое лицо. Я тебе обещаю… Тебе не нужно меня бояться. Но давай немного подождем? Мне сложно это объяснить…

Холодные мурашки сбежали по спине и исчезли где-то в районе копчика.

Вот это-то меня и пугает. Ты словно наблюдаешь за мной… И непонятно, с какой целью.

Я хочу, чтобы ты просто был готов. Когда это случится, ты узнаешь меня…

К чему готов? — продолжал недоумевать Кернер.

Я пока не могу тебе рассказать… Давай оставим эту тему?

Мне нравится твоя позиция, — Кернер начал заводиться. — Это ведь ты первый ко мне полез! Ты считаешь, это нормально? Просто так приходить, залезать людям в голову, говорить, что им делать?

Это другое… Ты увидишь…

Знаешь, Эл? Катись ты в жопу со своей философией… Одно, другое. Десятое! Тебе не кажется, что ты несколько эгоистичен? Приходишь, делаешь, что хочешь. Вторгаешься в мою жизнь! Диктуешь свои правила.

Нет, я не пытаюсь…

Все. Достаточно. Я пойду к Фиби. И если ты не прекратишь до меня доебываться, я возьму словарь ненормированной лексики и буду тебе читать весь мат, который туда входит. Сутками!

Кажется, угроза подействовала. Голос действительно удивленно смолк. А крайне злой Билл сжал кулаки и отправился на поиски Фиби, которая хотела его видеть. Его настроение упало окончательно.

Правда и от общения с соседкой лучше не стало. Как только Билл появился в кухне, где девушка смотрела телевизор и пила чай, ему в руки тут же был выдан конверт.

— На. Любуйся. Второе отделение спектакля. Неприятный сюрприз.

— Уже второй за сегодня, — Кернер недоуменно осмотрел подарочек и, пожав плечами, вскрыл бумагу.

«С уведомлением» — только и было написано на обороте.

— Это что еще за хрень? — он почесал заросшую за выходные щеку и уставился в текст. Нервные и резкие, как пики, окончания синих букв остро впились в сознание, когда парень принялся читать.

— Это Альфредо. Пытается сделать так, чтобы мы не смогли сделать вид, что ничего не получали.

«Уважаемый мистер Кернер!

На случай, если вы не поняли, рекомендую вам вникнуть быстрее. Штраф надо оплатить до конца этого месяца. В случае, если вы собираетесь игнорировать мое сообщение, шлю его с уведомлением. В случае, если вы проигнорируете и его, я приду к вам с федеральным маршалом и приму необходимые меры по получению долга. Потрудитесь, пожалуйста выполнить все мои условия.

С глубочайшим уважением, Альварес Альфредо,

Домовладелец. По всем вопросам обращаться ***».

— Ах ты, козел, мать твою. Дай мне ручку, Фиби, — Билл зло швырнул бумагу на стол. Девушка пошарила по столу и протянула ему пишущее средство.

«Дорогой мистер Альфредо. На случай, если вы не поняли, я не собираюсь вам ничего платить. А если письма подобного характера будут продолжаться, я буду вынужден обратиться в полицию и рассказать, что вы занимаетесь вымогательством.

Катитесь в жопу.

С глубоким неуважением,

Билл Кернер. По всем вопросам ***».

Фиби, которая стояла за его спиной и читала каждую букву, покатилась со смеху.

— Билл, — она еле могла говорить. — Что это на тебя нашло? Ты такой тихий и вежливый, первый раз вижу, чтобы ты отвечал кому-то так.

— Времена меняются. Жизнь не стоит на месте, — парень бросил ручку и конверт на стол. — Завтра ему отнесу.

— Ты потрясающе очарователен, когда злишься. Тебе говорили? — не унималась Фиби, которой пришлось сесть на табуретку и смеяться уже там. — Я бы челку отдала, чтобы посмотреть на лицо Альфредо, когда он это получит.

— Он получит. Не сомневайся.

Когда Фиби успокоилась, она внимательно посмотрела на злого друга, который тянулся к пакету с печеньем.

— Тебя Аманда завела?

— Нет. Не в ней дело. Это гребанный голос. В жизни не видел такого эгоиста, — Кернер с хрустом раскусил печенье.

— Господи, — улыбка моментально спала с лица девушки. — Он опять вышел с тобой на связь?

— Да. Его не было все выходные, и, как только тишина и спокойствие кончились, он вылез давать мне полезные житейские советы о том, как правильно поступать с людьми. Он говорит, что пытается раскрыть мою истинную сущность, — раздраженно подтвердил брюнет.

— Хм. На тему?

— На тему расставания с Амандой. Видите ли, нечестно обманывать ее и самого себя. Лектор хренов, — Билл запасся еще печеньем и принялся уныло уничтожать его.

— Я ничего не понимаю. Ему-то какое дело? — бровь Фиби выгнулась в немом вопросе. — Хотя, видя, как ты ломаешься, я бы тоже самое тебе сказала, конечно. Но лучше не буду, во избежание трагедии, — она покосилась на парня.

— Я не знаю. Как будто он добивается чего-то, — пожал плечами Билл. — Мне это не нравится.

— Мне кажется, тебя это задевает… — Фиби понимающе кивнула. — Он тебя задевает.

— А тебя бы не задевало? У тебя в башке живет советчик, который сводит тебя с ума. Творит с твоим телом, с твоими мыслями что угодно. После того раза, что он мне устроил ночью, я все выходные… — Билл оборвал самого себя и опасливо посмотрел на девушку, которая внимательно его слушала. — Я все выходные приходил в себя.

«И от неизбежности почти трахнул своего соседа по комнате. И теперь уже не уверен в своем стабильном состоянии», — продолжил он уже про себя и уныло подпер щеку рукой.

— Он пообещал показаться тебе? — Фиби не заметила прореху в этом повествовании.

— Нет. Он сказал, что сначала хочет, чтобы я что-то понял. И вот только тогда я удостоюсь…

— О чем болтаете? — в кухню внезапно вошел Том, и Кернеру пришлось прикусить язык на середине фразы.

— Да так, — быстро срулил Билл, моментально опуская взгляд. — Мы о своем. О женском.

— Можно с вами? Хочу попить кофе перед сном.

— Да садись, чего уж, — смилостивилась Фиби и бросила на Билла взгляд из серии «Потом договорим». Она подвинулась на табуретке, давая Тому немного места.

А Билл был рад, что не успел ей рассказать все. Многие ниточки этой истории невольно касались того парня, который сейчас беспечно прошелся по их кухне и, взяв чашку и ложку, невозмутимо сел рядом, продолжая читать свой журнал.

Как нарочно, а… — не удержался от мысли Билл. Его взгляд снова вцепился в загорелое плечо под довольно открытой домашней майкой, в которой Альфредо гулял по квартире.

Голова раскалывалась. С одной стороны был чертов Эл, который только подтолкнул его к этому безумию. С другой — совершенно, как могло показаться, равнодушный Том, который очень уверенно держал лицо и был абсолютно безэмоциональным относительно вчерашнего. И с третьей — Аманда, которая появилась раньше всех в этой истории и которую теперь непонятно куда нужно было девать. Билл не мог сам себе дать ответ на вопрос, что со всеми ними нужно было делать, но решил, что разобьется в лепешку, пока не достанет из-под земли этого Эла, кем бы он ни был. Именно он верховодил процессом полнейшего помешательства и контроля личной жизни, которая никак не клеилась под его чутким руководством. И Биллу почему-то думалось, что этот тип еще проявит себя.

Жаль, что он не догадывался, что уже на следующей неделе поймет, насколько был прав и будет молиться о том, чтобы такого понятия как «личная жизнь» не существовало в принципе. А пока он должен был приняться за тот провал в своем существовании, который давно настала пора заполнить работой.

***

Несколько дней спустя Билл сидел в кресле на одном из своих ста-скольких-то собеседований и изучал потолок без особой надежды на хороший результат.

— Мистер Кернер, готов признаться, что у вас не очень впечатляющее резюме, — мужчина среднего возраста в очках отложил свои документы и уставился на соискателя напротив него. — Как вышло, что в таком возрасте у вас нет никакого рабочего опыта?

— Там написано, — Билл указал пальцем на строчку. — Семейные обстоятельства.

— Вы не могли бы поподробнее объяснить, что бы это значило?

— Мог бы, — Билл устало выдохнул и принялся по тысячному кругу излагать сюжет своей консервативной жизни. Когда он закончил, HR понимающе кивнул.

— Закрытая семья. Я понимаю, — он похлопал по столу пачкой документов. — Ну что ж, не совсем типичный случай, обычно мы выбираем более… хм… опытных кандидатов. Но нам сейчас как никогда нужны кадры. Вы могли бы работать на дому?

Билл встрепенулся.

— Что? — он выпрямился в кресле, совершенно не ожидая такого поворота беседы.

Мужчина кисло посмотрел на него.

— Вас что-то не устраивает?

— Нет, я… — Билл с трудом подбирал слова. — Я не ожидал. Обычно все мои собеседования заканчиваются фразой «мы вам перезвоним».

— Ну, я бы не сказал, что вы, как кандидат, устраиваете нас стопроцентно, — мужчина откинулся в кресле. — Но у вас соответствующее образование. Мы поручим вам несколько несложных проектов, под руководством более серьезных профессионалов. Вы будете на испытательном сроке. Кроме вас мы возьмем еще нескольких новичков. А там посмотрим, кто из вас будет наиболее подходить для этой должности.

— Боже… — Билл эмоционально выдохнул. — Ну это же здорово! Спасибо! Спасибо вам большое!

Он протянул руку через весь стол, и мужчина довольно сухо пожал ее.

— Постарайтесь показать нам все, на что вы способны, мистер Кернер. Это серьезная компания.

— Да. Да, конечно, — Билл готов был сейчас пообещать даже золотые горы с алмазным топпингом. — Когда я могу начать?

— Приходите завтра. Мы объясним ваши обязанности, — мужчина снова опустился в кресло. — Но не опаздывайте. Директор не будет ждать.

— Конечно. Конечно, да! Я буду вовремя!

Билл уже нетерпеливо прыгал у дверей, стараясь при этом сохранять лицо. Он не мог поверить, что на него свалилась такая удача.

— Всего доброго.

— Всего… До завтра, в смысле, до встречи! — скомкано пожелал парень и улетучился, как легкий газ, чтобы за дверью немедленно набрать номер Фиби и первым же делом заорать ей в трубку:

— Фиби! Фибс, ты не поверишь!

— Господи… — раздался на том конце удивленный и далекий голос. Было похоже, что девушка отодвинула телефон подальше от уха. — Ты чего орешь, Билл?

— Меня приняли! На работу! — задыхался он, пока шел вдоль здания к своей арендованной машине.

— Мадре Миа. Неужели кто-то внял нашим мольбам?

— Не ёрничай! — добродушно одернул ее Билл, который был слишком счастлив, чтобы обращать внимание на подколы.

— И не думала. Я правда очень рада за тебя! Я сейчас сама на работе, делаю тот проект, помнишь? Но как только приду домой, ты же расскажешь все подробнее?

— Да! У нас будет, что отметить. — Билл пикнул сигнализацией от своей машины. — Вот погоди, я Тому скажу. И родителям! И ребят можно позвать!

— Позовем. Я тоже тут кое-что узнала. Тут есть парень, который в строительных материалах разбирается. Он сказал, что готов прийти и посмотреть на наше дверное произведение искусства, может скажет, сколько примерно стоит замена двери.

— Так это же замечательно! — Билл, исполненный радужных эмоций, приземлился на сиденье водителя.

— Я тоже так думаю. Видишь? Жизнь налаживается! — голос Фиби тоже был веселым.

— Да! В конце концов, пора же когда-то, — воодушевленно закруглился Билл. — Ладно, Фибс. Я отключаюсь. Я за рулем.

— Давай, тигр. Дома поговорим.

Кернер нажал отбой и бросил трубку на соседнее кресло. Он готов был подпрыгивать от радости, впервые за последнее время. Все казалось таким замечательным в эти дни, что не хотелось, чтобы это прекращалось. Эл снова молчал, уже который день не вторгаясь куда ему не следовало. Дома после выходных была непринужденная и спокойная обстановка. Аманда тоже куда-то делась и не появлялась на пороге, как и мистер Альфредо со своими извещениями. Все было просто замечательно. Билл и подумать не мог еще три дня назад, что всего после одного собеседования он будет чувствовать себя так прекрасно.

Он не удержался и, надев свой наушник, позвонил родителям, чтобы поделиться радостью. Мама, конечно, пришла в неописуемый восторг.

— Ну вот! Я рада это слышать, Билл! — ее голос зазвенел от радости. — Может, позвонишь вечером, поделишься подробностями? Я расскажу отцу!

— Конечно, мам! Я сейчас подъезжаю к дому. Но ты будь на связи! У меня завтра еще одна встреча в этой компании.

— Конечно. Мы будем ждать!

Билл улыбнулся и, бросив ей «до связи», зарулил на парковку около дома.

Комментарий к 13. Нет, они не могли!

Вот мы и дошли до серединки фика! Я не слишком быстро?)))))

Спасибо огромное всем моим постоянным читателям и Ксюше за беттинг!

========== 14. Он тебе правда нравится? ==========

I came home early to see you

Couldn’t wait to hold you

I’ve been away for so long now

But as I walked through the doorway

My heart was shattered

To find that your not alone

When will I break

Into pieces

It’s your mistake

I finally see that

Everything I thought was you was a lie

Now you left love dying

It’s in the arms of a stranger

(12 stones — Arms of a Stranger)

Сердце неслось галопом. Даже Альфредо офигеет, когда узнает. Его почти не было дома в эти дни: пропадал в своем баре, заваленный парой утренних и вечерних смен через раз. Но Билл был даже рад, что они встречались так мало, ведь так у него было больше шансов забыть о своих странных мыслях относительно этого парня. Все душевные терзания отчасти сдулись в туман на время поисков работы. Но ведь дружеских отношений еще никто не отменял? Билл был уверен, что все ребята порадуются за него. Тем более, будет еще один повод собраться вместе.

Кернер поднялся на свой этаж и радостно повернул ключ в двери.

— Том! Угадай, что? — с порога крикнул он, в глубину квартиры, зная, что сосед сегодня был дома в первой половине дня. Его смена начиналась только вечером, и потому он высыпался, чтобы выстоять десять часов до раннего утра.

Ответом Биллу была тишина.

Он пожал плечами. Альфредо, в теории, мог и свалить, учитывая его свободный график. Билл зашел в свою комнату и моментально вмерз в порог. Том был дома. И, что самое интересное, у него была компания, которая очень вокально выражала звуки удовольствия в постели. В той самой, где Билл предпочитал спать и не думать о том, что его сосед мог быть способен на такое.

— Ты охренел? — первое, что пришло в голову сказать, когда Кернер увидел самого Тома, вынырнувшего из-под одеяла. Оно молочным покровом стекло с его загорелых плеч до поясницы, открывая взору значительную часть процесса, происходившего в этой комнате.

Сильные, загорелые руки. Движение мышц спины. Закушенная нижняя губа. Капелька пота бежит по шее. Запах секса, которым пропиталась вся квартира. Мозг Билла зафиксировал эти кадры, вырезая их на подкорке как бритвой. Почему-то стало тяжело дышать.

И Том, и его партнер — хрупкий темноволосый парнишка лет двадцати — дернулись от звука чужого голоса. Карие глаза Тома увеличились.

— Билл, ты же… не должен быть дома!

— То же самое и я могу сказать. Ты какого… твою мать, в моей кровати?

Кернер был готов провалиться в Ад от бешенства. Еще никогда он не чувствовал себя глупее, чем сейчас. Он прикрыл глаза и, развернувшись, поспешно вышел из комнаты, чтобы не дай бог не увидеть лишнего. Он решил прибить Альфредо сразу же, как тот закончит.

Его сердце долбилось в заднице. Мысли скорым поездом летели в разных направлениях и разбивались о доводы разума, которые настойчиво твердили, что все это было реально. Билл схватился за левое ребро, стараясь подавить инфаркт. В его постели. В его долбанной, чистенькой и аккуратно застеленной кровати. Напяливать какого-то хрена, как у себя дома.

Он вытер пальцами капли ледяного пота с виска и прислонился спиной к стене коридора, дрожа всем телом. Сегодняшний хороший день кончился, и на смену ему пришло кошмарное, больное настоящее.

В комнате послышались голоса и возня. Дверь открылась. Том, одетый только на лучшую, рабочую половину, показался в дверях.

— Билл, это… Прости меня, я не планировал, чтобы так получилось… Мы не дошли до дивана.

В голове Кернера лопнул сосуд. С силой, присущей голодному медведю, он подтянул к себе Тома за руку так резко, что тот еле успел вздохнуть.

— Твою мать, ты здесь не живешь, чтобы такое себе позволять! — Его глаза едва не лопались от напряжения. — Ты не можешь водить сюда кого попало, парней, которых ты неизвестно где подцепил. Ты сейчас же убираешь его оттуда. И приводишь в порядок мою кровать!

Глаза Альфредо немного сузились.

— Да. Да, ты прав. Точно, я тут не живу. Спасибо, что напомнил, Билл, — он осторожно положил пальцы на его ладонь. — Не надо так нервничать. Сейчас все будет в норме.

— Я очень на это надеюсь, — Кернер оттолкнул его от себя.

Впоследствии он и сам не мог объяснить себе приступ такого бешенства. Вспыльчивость, радикально сильные эмоции были вообще не свойственны ему. Но этот раз стал достойным исключением, и парень почувствовал, как, несмотря ни на что, продолжает выходить из себя.

— Мне надо пройтись, — сквозь зубы бросил он и быстрее, чем Том успел сказать хоть слово, выскользнул из квартиры, ебнув дверью так, что с потолка посыпалась штукатурка.

А Альфредо так и остался стоять в коридоре, с черной дырой в районе солнечного сплетения.

***

Спокойно. Спокойно. Ничего не произошло. Ничего не произошло… Это всего лишь недопонимание, досадная глупость… Какого хрена он считает, что имеет право таскать мужиков ко мне в комнату? В мою постель? Сука! — Билл летел по лестнице, даже не подумав о том, чтобы воспользоваться лифтом, и надеялся растрясти всю дурь, которая кипела в его башке.

Он с силой толкнул дверь черного выхода и вылетел наружу. Шаг ускорился настолько, что ботинки едва не высекали искры из тротуара. Вырубив сигнализацию, Билл долбанул дверью машины и резко вывернул ключ зажигания. Он газанул со скоростью, завидной даже для гонщика «Формулы один».

Кернер хотел только одного. Убивать.

***

Том вернулся в комнату через пять минут после того, как выпроводил своего внезапного партнера за дверь. Это вышло чисто случайно, и, в теории, не должно было вылиться ни во что большее, чем дружеская партия в бильярд, которую они провели с парнем вчера после окончания смены. Но потом оно само так получилось. Просто один ни к чему не обязывающий поцелуй. Обмен телефонами и адресом. А сегодня Том получил звонок с предложением прогуляться, который, в свою очередь, обернулся весьма внезапным сексом.

Альфредо устало прислонился лбом к двери. Меньше всего ему хотелось бы, чтобы Билл это увидел. И не потому, что он боялся получить по шее за несанкционированное использование кровати, а потому, что увидел в глазах этого парня сверкнувшую молнию лютого бешенства и полного разочарования. Было ясно, что никакого оправдания Том ему не был должен. Только почему же так противно кололо под лопаткой?

В дверь снова позвонили. Альфредо, который все еще прилипал к поверхности лбом, без единого желания открывать, решил, что это его случайный знакомый вернулся за чем-то. Но ситуация была намного хуже. После второго звонка дотянуться до ручки все же пришлось. На пороге показалась сияющая, как медный цент, Фиби.

— Я забыла ключи! — сообщила она с такой радостью, будто поделилась тем фактом, что в мире навсегда воцарился мир и согласие. — Но как же хорошо, что ты тут! Где наш тигр? Дай я его обниму!

Том ничего не сказал. Он улыбнулся девушке, как могла бы сделать это мумия в музее, развернулся и, держась за голову, отправился в свою комнату.

— Я даже с работы пораньше отпросилась, чтобы… — Фиби наклонилась, чтобы снять ботинки и не видела, что ее уже не слушали.

Она удивленно обернулась. Том, подозрительно молчаливый, уходил в свою комнату и не обращал внимания на ее радостное чириканье.

Девушка изумленно приподняла брови и чуть высунулась, чтобы проследить за движением и убедиться, что это был именно Альфредо, а не его призрак. В квартире стояла мертвецкая тишина, и никто не носился с радостными воплями. Фиби сняла свои кроссовки и поспешила за Томом в комнату. Когда она зашла, тот уже лежал на раскуроченной постели лицом вниз и был больше похож на бездвижный труп.

— Альфредо, ты чего? — соседка осторожно потрогала его за плечо. — У тебя вид, как у утопленника.

— Фибс, оставь, ладно? Я хочу сообразить, что мне делать.

— Делать с чем? Где Билл? Полчаса назад он собирался домой, — Фиби огляделась. — Что у тебя тут произошло?

— Катастрофа. Локального масштаба, — глухо и невнятно отозвался парень.

— Да что случилось-то? Ты мне можешь внятно объяснить?

Том отвернулся. Фиби попыталась заглянуть ему в глаза, но он упорно отвернул голову в сторону.

— Фибс, не надо, правда. Я не хочу сейчас ничего говорить, — твердил он.

Девушка ничего не понимала. Это было так не похоже на того Альфредо, которого она знала. Она попыталась сопоставить факты, которые бросались в глаза. А потом она увидела разворошенную кровать.

— Том, — она устало потерла переносицу. — Посмотри мне в глаза и скажи, что твоя кобелиная натура еще не умудрилась завалить Кернера. Развей мои сомнения: почему у меня такое впечатление, что между вами что-то есть?

— Ничего нет. И не будет, — как-то отстранённо буркнул Том. — Я не знаю, где Билл. Он ушел куда-то за несколько минут до твоего прихода.

— Но он же хотел отпраздновать новую должность, — недоумевала девушка.

— Его приняли? — Альфредо вяло пошевелился. — Вот черт. Я даже его не поздравил.

— Эл. Повернись и посмотри на меня, твою мать, — Фиби дернула его за пояс штанов, ни на секунду не собираясь отступать. — Я тебя знаю, как облупленного. Что за похоронный вид?

Том поднялся и глянул на нее так, что у девушки кровь застыла в жилах.

— Ничего. Совсем ничего, — он резко спустился с кровати и заходил по комнате, запустив пальцы в брейды. — Я просто все порчу. Все, к чему бы ни прикоснулся.

Шумный ветер за окном донес до Фиби какие-то звуки. На ум внезапно пришел разговор, который они с Хемметами завели совсем недавно у подъезда.

— Так. Теперь ответь мне честно. Не юли и не срывайся в пропасть, как ты обычно делаешь это, убегая от всех и самого себя, — она посмотрела на свои руки и собралась с силами, чтобы продолжать. — Я не знаю, что там у вас произошло, но в последнее время ты сам на себя не похож. Ты запал на этого парня. Да?

Том остановился на секунду, глядя тупо перед собой. Его губы приоткрылись немного и Фиби вздрогнула, когда четкий, подобно выстрелу, ответ позвучал в тишине:

— Да.

***

Билл просидел на лавочке в ближайшем парке, вцепившись в сидение, до наступления вечера. Он таращился на стволы тоненьких деревьев и видел между ними одну и ту же картину, как бы ни пытался выкинуть ее из головы.

Блестящее тело. Капельки пота на коже. Лучик солнца, пересекающий помещение и танцующий в темных брейдах. И движения — четкие, резкие, такие мощные. Лицо того незнакомого темноволосого парня, который лежал, прикрыв глаза и чувственно отвечал на все движения, интимно водил руками по телу Тома и дышал как будто через раз… На сотый скачок сознания, когда это видение повторилось снова, Биллу уже казалось, что он ловит ощущения и эмоции обоих, и от этого ему опять захотелось убивать.

Изнутри он весь словно покрылся корочкой льда. Движения Тома в его воображении безжалостным молотом крошили всю нервную систему вместе с чувствами, которых Билл сам не понимал. Во всем были виноваты поганое любопытство и попытка дознаться до своей сущности. Не надо было задавать этому парню никаких вопросов. Не надо было слушать Эла. И не надо было лезть за дозой необходимой физической разрядки. Это все сказалось на нем очень странным образом. На смену злости пришло дикое и очень глубокое разочарование — в себе, в чертовом Альфредо, во всем.

Билл не знал, чего он ждал от Тома. Он еще не успел забыть все, что между ними произошло. Если что-то было. Все это оказалось слишком внезапным; почти как начать резать пациента, когда наркоз еще не подействовал. В попытках убежать от демонов, которые рвали его разум в клочья, он, кажется, упустил что-то важное: какое-то чувство, которое сидело сейчас иглой под ребрами, очень холодно напоминая об одних единственных словах.

«Если что, я не из тех, кто что-то требует, ты же понимаешь, да?» — «Спасибо, Том. Я тебе правда очень признателен. Я тоже буду на твоей стороне…»

Билл не знал, чего хотел. Он не понимал, почему сегодняшняя сцена была ему так неприятна и странна. Он с отчаянием осознавал, что уже злится совсем не из-за поруганной кровати. Если дело вообще было в ней хоть на секунду.

В кармане зазвонил мобильник, заставивший парня вздрогнуть и сбросить с себя вуаль оцепенения. Посмотрев на дисплей и поняв, что звонила Фиби, он нажал на сброс. Желание отмечать что-либо пропало напрочь, вместо этого появилось другое — пойти и зверски нажраться в одиночку.

Но Кернер не стал этого делать. Вместо этого он тихо вдохнул. Выдохнул. И, с большим трудом поднявшись со скамейки, отправился в сторону дома. Он твердо решил, что в той квартире не появится ни за что, по крайней мере в ближайшее время.

Было не так много мест, куда можно было податься, и из всех Билл выбрал наименьшее зло.

***

Грегори немного оторопел, когда открыл дверь и увидел вечернего гостя.

— Кернер? Ты дверью не ошибся?

— Не ошибся, — мрачный, как статуя с кладбища, Билл ввалился внутрь. — Вы сейчас не заняты?

— Не, я один дома. Гарри по делам делся куда-то. Заваливайся. Пивка будешь?

— Буду, — не стал отказываться Билл.

Они уселись на знакомой разгромленной кухне и молча пили до тех пор, пока бутылки их не ополовинились. Грегори видел, что Билл немного не в себе, хотя и ни проронил ни слова. Брюнет хмурился, переваривая в своей голове какие-то только ему одному понятные мысли.

— У тебя проблемы, чувак? — все же предпринял попытку завязать разговор сосед.

— Есть такое, — Билл сделал еще глоток. — Пока я со своей головой не разберусь, я отказываюсь во внешний мир выходить. У меня есть просьба. Вы не могли бы меня приютить? Я не хочу сегодня идти домой. И завтра. И вообще когда-либо.

— Да без проблем, один хрен — места до черта. Бери себе целую комнату, — совершенно спокойно кивнул парень.

— Я буду вам по гроб обязан. Только… Один момент. Ты мог бы не говорить Фиби и Тому, что я у вас? Мне некуда больше пойти. Но я не хочу, чтобы они обо мне что-то знали.

— А вот это уже сложнее. Ты хоть представляешь, какая Соммерс ищейка? Это ты херово придумал — прятаться от них, да еще и в соседней квартире.

— Это как раз не херово. Это там, где они искать не будут — под самым носом.

Мобильник в кармане снова запищал, и Билл с раздражением отключил его совсем. Даже если будут звонить родители, он уже не собирался с ними разговаривать сегодня.

— Я могу спросить, почему вы разругались? Или оставишь это при себе?

Билл как раз подумывал про детальность ответа, как вдруг снова раздался звонок — на этот раз уже в дверь. Кернер хватанул Грегори за запястье перед тем, как тот дернулся, чтобы открыть.

— Грег, я могу тебе доверять? Если это Фиби, прошу тебя, не говори ей.

— Ну, она же должна знать, что с тобой все в порядке? — Хеммет непонимающе смотрел на него.

— Нет. Не надо, я потом смс ей отправлю.

— Чудные вы там все, Кернер. Как наглухо долбанутые, — проворчал сосед. — Вали тогда в комнату, чтобы она не увидела.

Билл как в воду глядел. Когда он притаился за дверью, услышал знакомый звонкий голосок, немного приглушенный стенами. Однако, разобрать было можно:

— Грег, Билл не у вас? Мы нигде не можем его найти.

— Мы? — раздался нехороший вопрос, который заставил притаившегося парня зачесаться.

— Ну да, они с Альфредо поцапались чего-то. Я не знаю, он не колется. Я подумала, вдруг Кернер мимо вас пройдет?

— Да нет, не проходил… А ты у Аманды спроси. Она наверняка знает, — совершенно невозмутимо врал Грег, внушая в Билла некую уверенность, что сегодня все еще может кончиться удачно.

— Точно. Аманда. Не подумала про нее. Жаль, я надеялась на вас…

— Ну, извини. Не могу ничем помочь.

— Ладно. Если появится…

— Я дам знать. Хорошо. Понял, не дурак.

Они еще что-то быстро сказали друг другу и распрощались. Грегори вернулся и постучал в дверь, за которой прятался его незваный гость.

— Ну вот видишь? А говоришь, не будет искать. Никогда не надо недооценивать лесбиянок — они во все щели вхожи; прости мне мой юмор. Вылезай уже оттуда.

— Я твой должник, Грег. Напомни потом, — уныло пробормотал Билл, пробираясь мимо парня и снова воцаряясь в кухне.

— Забудь. Сочтемся. Я только одного не понимаю — чего тебя так колбасит?

— Если бы я знал ответ на этот вопрос. Но я могу сказать, что капитально запутался в ситуации, — кисло выжал Билл.

— Мда. Видимо, дальше спрашивать не имеет смысла. Ладно. Кровать я тебе постелю. Но если Фиби к нам через балкон полезет, тут уж дохлый номер спасаться, — фыркнул парень и откупорил вторую бутылку.

— Да я не ее боюсь, — Кернер потер шею. — Тут все куда хуже… Я просто все порчу. Все, к чему бы ни прикоснулся. Как царь Мидас, знаешь такую легенду? Он в золото все превращал. А у меня, как ни крути, скользкое дерьмо получается.

Грегори прыснул пивом и зашелся в кашле. Его хохот некоторое время был единственным, что нарушало тишину в помещении.

— Нелегкий у тебя денек, очевидно.

— Послушай, Грег. А тебе нравился когда-нибудь человек? Ну, вот, чтобы сразу это понять.

Парень ненадолго задумался.

— Ну, да… Было. С одной девушкой. Давно, правда…

— И что? Ты прямо сразу это понял? В смысле, это было очевидно?

— Да как сказать. Такое не пропустишь. Если ты постоянно думаешь о нем, ассоциируешь все, что делаешь, с этим человеком, вспоминаешь глаза, улыбку, манеру речи… И если тебе это доставляет кайф, вот тогда считай, что пропал.

Билл от такого красочного описания вжался в стул. С каждым сказанным словом в его голове вставали на место кусочки головоломки. Он понял, что может привести довольно наглядные примеры почти на все эти пункты.

— Жуть какая, — Кернер содрогнулся. — Нет уж. Давай лучше пить… — и с этими словами он снова полез в бутылку.

***

Так прошло еще пару дней. Не сказать, что это были самые легкие моменты в жизни Билла, но он был рад, что хотя бы нашлась компания. Грег сдержал свое обещание и ни единым намеком не дал Фиби понять, что в его квартире временно поселился третий жилец. Точно так же держался и Гарри, которого ввели в курс дела и велели помалкивать до выяснения обстоятельств. Может это и было глупо и эгоистично, но Билл упорно не чувствовал в себе сил, чтобы искать встречи со своими друзьями.

Он выходил из дома, когда было еще хмуро, и возвращался, когда было уже хмуро. С учетом новой работы, где его загрузили под потолок — ему удавалось это делать без особых усилий. Он чувствовал острую надобность в своем ноутбуке и только раз заскочил домой, подгадав момент, когда никого не будет и милостиво бросив на столе записку, что он застрял на работе и потому его можно не ждать. Двенадцать пропущенных звонков от Фиби он предпочел игнорировать и дальше.

— Ну ты же не можешь прятаться тут вечно? — резонно заметил Гарри, накручивая макароны на вилку вечером третьего дня пребывания соседа в их квартире.

— Не могу. Но я же вас пока не напрягаю?

— Да нет, что ты, чувак. Наоборот, с тобой как-то веселее. Ты, кстати, можешь и Аманду к нам иногда звать, — начал было он, но тут же получил тычка от брата за бестактность.

На этом разговор завершился.

Про существование Аманды Билл забыл в принципе. Его настолько отрезало от окружающей действительности, что если бы Грег и Гарри не теребили его периодически и не заставляли смотреть фильмы и иногда ужинать, он бы совсем ушел в себя.

Работа, которую ему предложили в новой фирме, оказалась на редкость занудной. Все, что входило в обязанности — разрисовывать какие-то дурацкие листовки в рамках заданных шаблонов, заготавливать макеты по требованиям, которые ему пересылали от заказчика и быть на связи с девяти до восьми часов вечера.

Вот Билл и был на связи, уныло погружаясь в свою реальность и вычерчивая в графическом редакторе мягкие буковки под очередной заказ, которые до боли напоминали ему о чьей-то улыбке.

Его спокойствие продолжалось недолго, потому что в самый ответственный момент, когда у него начала как раз получаться злополучная буква «О», которая до того никак не хотела выводиться, знакомый голос нарушил его внутреннее равновесие.

Кернер. Может хватит вести себя, как маленькая девочка?

От неожиданности Билл сделал жирный росчерк и безнадежно испортил макет, над которым столько работал.

Эл. Ты… Знаешь, что? Попадись мне только, я тебе яйца отрежу, пожарю на сковородке и заставлю съесть, — Билл с сожалением посмотрел на загубленные часы работы.

У меня встречное предложение. Ты все еще хочешь меня видеть?

От такой неожиданности Билл аж выронил мышку.

Что? Что я слышу! Гудвин, Великий и Ужасный, собирается показать свое лицо? — Кернер сел на кровати и чутко прислушался к себе.

Возможно…

Так. Понятно, что ты хочешь что-то взамен. Могу я поинтересоваться, что бы это могло быть?

После неопределенного минутного молчания Эл медленно и с расстановкой начал выдвигать свои теории.

Мне ничего не нужно. Я уже говорил. Но ты мне можешь ответить на один вопрос?

Не обещаю. Но попробую, — Билл опасливо покосился на дверь комнаты братьев, откуда доносилось негромкое бормотание телика. Ему всегда казалось, что эти внутренние диалоги могли слышать все, и оказалось трудно себе внушить, что это была его и только его болезнь.

Тебе нравится этот парень…

Кернер закатил глаза. С самых первых слов ему уже не внушило доверия такое начало беседы.

Нет. Мне не нравится этот парень. Он спит со всеми подряд и ни на секунду не оборачивается. Вид его голой спины в движении будет вечно преследовать мой разум…

Вот именно об этом я и говорю. Я открою тебе свое лицо. Когда ты будешь готов и признаешься Тому, что он тебе не безразличен. Вот мое условие.

Ах ты, садист чертов, — Билл вышел из себя. — Ты задолбал меня в край… Это все не о тебе, Эл! И мир не сошелся клином на твоей неповторимой персоне!

Возможно. Но ты не можешь отрицать правду. Тебе нравится Альфредо. И ты хочешь меня увидеть. Это бесспорно. А еще, благодаря мне ты постепенно приближаешься к тому, чтобы понять, кто ты есть…

Билл часто дышал от негодования. Он знал, что этот тип так просто не оставит его в покое. Но это было уже слишком.

Эл? Давай начнем с тобой так, как у нас было в первые дни? — любовно предложил ему Кернер, делая свои мысли как можно более мягкими.

Давай. Как?

Пошел ты в жопу! — заорал на него Билл и захлопнул крышку своего ноутбука, в бешенстве забиваясь в дальний угол дивана. Если бы козла Эла можно было как-то обесточить, просто найти, где включался его Wi-Fi, он бы уже сделал это без промедления.

Кернер лежал, скрестив руки на груди, и пытался не вспоминать, с чего это все началось. Как Эл легко и просто втерся ему в доверие. Как показал ему по-настоящему приятные новые ощущения. И как после этого все спокойствие кануло в никуда. Если бы знать тогда, чем все это обернется.

Мысли против воли снова потекли в другом направлении. Билл с тоской понял, что это опять начинается. За эти два дня он так и не смог избавиться от одного единственного ощущения: он безумно скучал. Скучал по голосу и смеху, по улыбке и глазам, которые так незаметно проползли в его существование и заняли там такую значительную часть, что оставалось только удивляться, как это произошло так незаметно. Билл скучал по рукам и мурашкам, которые появлялись, когда Том был рядом. Слова Грегори никак не шли из головы: Такое не пропустишь. Если ты постоянно думаешь о чем-то, ассоциируешь все, что делаешь с этим человеком, вспоминаешь глаза, манеру речи… И если тебе это доставляет кайф, вот тогда считай, что пропал…

Это было до боли правдиво. С каждой секундой, что Билл провел лежа и думая об этом, один, в объятиях темноты, он понимал, что никакую Аманду, да даже своих друзей или родителей, он не хотел сейчас видеть так сильно, как Тома.

Только вот было одно «но»: вряд ли это было взаимное чувство. После тех слов, что Билл выпалил сгоряча, он даже не знал, был ли Альфредо все еще в их квартире.

Эл, — парень устало провел рукой по лицу. — Ты еще тут?

Да куда я денусь, — так же пасмурно отозвался ему голос.

Ты не думай. Я все еще считаю тебя прилипчивым банным листом. Но… ты думаешь, у меня правда есть шанс? Том ведь ясно дал понять, что все его действия ничего не значат. Он мне ничего не обещал. Я ему ничего не обещал…

Тот, кто всего боится, в результате остается на мертвой точке, — глубокомысленно завернул Эл и окончательно замолк, оставляя Билла одного с его сомнениями.

Класс. И что это значило? Да или нет? Эл? — Билл пытался безуспешно дозваться его. — Ну и козел. Я с тобой потом поговорю. Вот она, твоя помощь…

Билл тяжело вздохнул и сполз с дивана, чтобы дойти до Гарри и Грегори.

— Парни? — он осторожно поскребся в их дверь.

Братья как по команде задрали головы и посмотрели на соседа с дивана, на котором они лежали и смотрели какой-то боевик.

— Я к себе пойду.

Они понимающе поджали губы.

— Что, совесть замучила, Кернер?

— Вроде того. Я думаю, что готов выслушать все, что они скажут мне. И когда мы помиримся, то снова сможем позлить Альфредо бурной вечеринкой, я вам обещаю.

Братья одинаково усмехнулись.

— Ну-ну, давай. Только не говори им, что ты был у нас, а то убежище потеряешь. Они в следующий раз тебе не поверят, выломают нам дверь и вытащат тебя за волосы на всеобщее поругание.

— Ладно, — Билл заржал. — В любом случае, спасибо вам, что не выставили меня нахрен.

Грег и Гарри только махнули на него рукой и снова вернулись к просмотру фильма.

========== 15. Закончи начатое ==========

It’s not enough to be what you wanted

Stuck in love, fighting your way out

Your strings attatched to all my limbs

And I know your about to let me down, down

Let me tell you

Leave behind you

Never ends, never ends

(EVERY AVENUE LYRICS - Finish What You Started)

Билл повернул ключ в замке, стараясь сделать это как можно тише, до последнего надеясь, что ему удастся прокрасться в квартиру незамеченным, устроиться около комнаты и уже там, понаблюдав за Томом и его настроением, решить, что нужно делать.

В коридоре царил полумрак. Это был уже довольно поздний вечер, но свет почему-то не горел. Из комнаты Фиби, как и с их с Томом стороны, не доносилось ни звука. Билл нервно почесался. Похоже, что ребят не было дома. Он выдохнул от удивления и разочарования.

Ну и ладно, — сказал Кернер сам себе. — Значит, есть шанс еще немного пожить.

Он осторожно перехватил ноутбук и, повесив ключи на крючок, спокойно промаршировал в свою комнату. Но и тут не обошлось без сюрпризов. На его кровати — теперь чистой и не сумбурной, лежало какое-то тело. Оно было без рубашки, в знакомых тренировочных штанах, которые немного сползали, освобождая фантазию от дополнительных нагрузок. В руках его была книжка.

— И еще и на моей половине… — Билл постарался подавить улыбку, которая сама наползала на губы.

Было очень похоже, что Альфредо просто задремал. Билл подумал с секунду и, набравшись храбрости, присел на краешек рядом с ним, в раздумьях, с чего следует начать разговор. Это все было слишком запутано, чтобы пытаться объяснить даже самому себе.

Он смотрел на парня, который не подозревал, что за напасть его ждет по пробуждении. Тонкий нос и черты лица с невероятной силой примагничивали взгляд. Билл протянул руку. Он немного помедлил. А затем, прикрыв веки, осторожно провел по коже, которую было чуть видно между аккуратно заплетенных брейдов. Том поморщился во сне и развернул голову, чтобы прогнать эту назойливую муху, но и брюнет не останавливался. Он провел пальцами по щеке, по шее парня, наслаждаясь моментами тишины и спокойствия.

— Билл, — еле слышно прошептал Том, даже не просыпаясь.

— Хватит дрыхнуть, суслик, — Кернер наклонился и прошептал эти слова прямо парню в ухо.

Тот немедленно открыл глаза. Сначала он не понял, что произошло, но потом до его сознания медленно дошло, что кто-то сидит рядом. Альфредо подскочил, как ужаленный.

— Черт, — выругался он, моментально принимая сидячее положение. — Как же ты напугал меня, мать твою.

— Извини, — тихим шепотом отозвался Билл и опустил ресницы. — Я не хотел.

Сосед с удивлением смотрел на него и хлопал глазами. Сон плохо влиял на его восприятие реальности.

— …Ты пришел, — глаза его приобрели сосредоточенное и осмысленное выражение. Биллу показалось, что парень был не очень-то рад его появлению. — Прости, я задремал. Я сейчас… Я тебе всю кровать перестелил.

— Том.

— Тот парень, Адам, ушел сразу после тебя, так что…

— Том.

— Я сейчас уйду. Не беспокойся, — Альфредо начал сползать с кровати.

— Том, — Билл поймал его за руку и повысил голос. — Ты можешь меня послушать хотя бы минуту?

Альфредо удивленно воззрился на него. Его отловили уже на середине действия, и он неловко застыл в странной позе, неестественно изогнувшись креветкой. Простояв так с секунду, он заставил себя немного расслабиться и все же поднять глаза на собеседника.

— Не в кровати тут дело, — выдохнул Билл и потянул его на себя. — Сядь.

Парень непонимающе свел брови на переносице, однако команду выполнил. Билл посмотрел на его пушистые ресницы, все еще сонный и встрепанный вид. Его сердце тепло екнуло от того, что он сейчас собирается сказать. Он все еще задавался вопросом, как же успел так капитально попасть.

— Мда, это будет долгая история, — он с трудом прекратил созерцать красивое лицо и задумчиво почесался. — Ладно. Я, пожалуй, начну. А ты потом сам решай, что с этим делать.

— Билл, ты как в космос собираешься, — настороженно заметил Том. В глазах его все еще было недоверие.

— Можно и так сказать. По крайней мере, я не каждый день признаюсь парням, что они мне нравятся, — пробубнил он, понижая голос и очень сильно комкая конец фразы, в надеждах, что объект признания его не услышит.

Но ему не повезло, у Альфредо оказался стопроцентный слух.

— Ты… что? — переспросил он очень тихим, почти загробным шепотом.

— Я… не знаю, как это еще объяснить, но та ночь в палатке. Я все время думаю об этом. Плюс, я поговорил с парой людей, которые натолкнули меня на мысль… В общем… Ты мне нравишься, Том, — скомкано закончил брюнет и уставился на свои руки, сгорая от стыда.

В комнате повисло шокированное молчание. Челюсть Альфредо поползла вниз.

— И еще я хотел попросить у тебя прощения, — еще тише добавил брюнет. — Я ляпнул сгоряча. Это и твой дом тоже. Ты можешь быть, где хочешь. Только… давай больше без сюрпризов?

— Но… я думал… — Том все еще открывал и закрывал рот.

— Я тоже думал. И такого надумал, что башка уже раскалывается, — Билл устало опустил лицо в ладони. — Я пойму, если ты не захочешь связываться с таким, как я, у которого семь пятниц на неделе.

Том, все еще пораженный, тоже сел рядом и задумчиво закусил ноготь.

— Знаешь, что самое смешное? — хмыкнул он через пару секунд напряженной тишины.

— Что?

— Меня все это время глодали схожие мысли. Никак не могу забыть, как ты набрасывался на меня. У меня тогда так встал, что аж больно было, — очень простодушно завершил он свое маленькое признание.

Кернер смущенно поковырял краешек одеяла. Жар начал обнимать все его тело при воспоминании о том, насколько хороша была та ночь, которую никто из них изначально не счел ничем серьезным.

— Ну, это… Это был просто всплеск. Ты меня сильно задел. По правде, я понятия не имел, что мне делать, — хрипло пробормотал Билл, вспомнив теплые ладони на своих бедрах и ласковые движения, от которых непроизвольно закатывались глаза. — Не говоря уже о том, что до встречи с тобой я считал себя стопроцентным натуралом.

Напряжение в комнате становилось все интенсивнее.

— А сейчас? — Альфредо пододвинулся к парню и притерся к нему теплым боком.

— А сейчас — не знаю, — Билл слегка прикрыл ресницы.

— Ну так… Давай что-нибудь придумаем? — рука поползла по спине, и у Кернера начал потихоньку заканчиваться кислород. Наверное, это означало, что Том безоговорочно принял акт о капитуляции. Билл осторожно глянул на него. Парень улыбался ему доброй и светлой улыбкой, а дыхание на щеке было таким близким. Взгляд карих глаз спорхнул на губы с колечком пирсинга.

Кернеру осталось преодолеть всего несколько сантиметров до полного согласия, что он и сделал лишь с небольшим промедлением. Он дико боялся, что Том не разделит его желание, но тот тоже подался навстречу, послушно раскрывая губы для мягкого ненавязчивого поцелуя. Еще через минуту Билл уже сидел у Тома на коленях, отдаваясь его движениям, и откинул его на ту самую злополучную кровать, с которой началась последняя стадия его саморазрушения. Он с удовольствием получал доступ к его полуобнаженному телу, которое мучило его в самых смелых видениях. И если признание в своих истинных чувствах значило обретение этого бархатистого подарка, Билл решил, что гордость и предубеждения тут были не так уж важны. Загораясь в руках этого парня он находил то, чего ему так недоставало — настоящие чувства, которые бились в нем, как бабочка о стекло фонарика. И больше не было никаких сомнений, страхов и посторонних голосов, были только объятия, нежные, но такие сильные, такие, которых хватило бы, чтобы спрятаться от целого мира. Приятные, полноценные эмоции, полученные от этого стали самым большим открытием, сделанным именно в эти минуты.

— Я не ожидал от тебя такого, Кернер, — только и смог тихо вымолвить Том, которого теперь тесно прижимали к постели.

— Я сам от себя такого не ожидал, — Билл навис над ним, заглядывая своей жертве в глаза. Он такой доступный и мягкий сейчас, и не имеет никакого значения, что это неправильно. Как могло быть неправильно то, чего так хотелось?

— Я рад, что ты пришел к такому умозаключению. Ты мне тоже нравишься, Билл, — тихо отозвался парню Том, поглаживая его спину под футболкой. — Иначе бы я не сделал того, что сделал… То, что ты видел на днях, было всего лишь досадным недоразумением, этого вообще не должно было…

Билл прикрыл пальцами его рот, останавливая губы, которые сейчас болтали лишнее.

— Оставь, Том. Я все понял… С кем не бывает, — он тяжело вздохнув, вспомнив кирпичную упертость Аманды.

— Я боялся, что ты придешь совершенно с другими намерениями. Хорошо, что ты все понял, — Альфредо с благодарностью сжал его пальцы.

Кернер снова склонился, улыбаясь этому признанию. Ничто на свете не могло его сделать более довольным, чем он был сейчас.

— Я рад это слышать. Том. Теперь я спокоен. На этой почве предлагаю — давай просто поваляемся с тобой? До самого утра… И завтра решим, что нам с этим делать?

— Давай. Только можно…

Билл выгнул бровь, призывая его продолжить эту речь.

— …я сниму с тебя всю одежду?

Брюнет вспыхнул, как камин. Артериальное давление начало ощутимо повышаться и давить на череп. Но он не для того старался и пересиливал себя, чтобы отступать теперь так просто.

— Только если ты сделаешь то же самое, — он окончательно сократил расстояние между их губами. Для того, чтобы больше не разрывать этот контакт.

Пальцы в волосах, нежные поглаживания и уплывающая реальность были последним, что он запомнил из этого вечера. Волны теплого счастья омывали его со всех сторон, когда руки парня настойчиво потянули вверх его футболку, медленно стащили с него джинсы и все остальное. И хотя между ними не происходило близости, даже этих малых прикосновений было достаточно, чтобы чувствовать себя как на вершине мира.

Теплые ладони Тома лишь помогали Биллу поверить, что он все сделал правильно.

***

Утро наступило быстрее, чем этого хотелось бы. Кернер открыл глаза и зажмурился от света, который проникал в комнату и мешал как следует насладиться приятным сном. Вчерашняя ночь незаметно превратилась в мечты наяву или реальность во сне; во что-то туманное и теплое, похожее на подогретое молоко. Оба парня растворились в ней и в друг друге, просто и бесконечно целуясь и лаская друг друга руками, кончиками пальцев, телами. Никому не хотелось большего, потому что было достаточно и того малого, того хрупкого доверия, установившегося между ними. Они были слишком эмоционально вымотанными, чтобы продолжать, однако и остановиться было невозможно.

Кернер улыбнулся дурацкой детской улыбкой и посмотрел на молодого человека рядом с собой. Том все еще спал, точно так же, как вчера, когда был найден на месте преступления, так что Билл получил отличную возможность просто полежать рядом с ним и еще раз прокрутить в голове кадры, моменты его нежных касаний, его поцелуев и улыбок. Он никогда и не думал, что парни могут быть такими. Что Том будет таким. Проснувшись, он почувствовал себя еще более потерявшимся, чем до этого. В груди словно разросся большой светящийся шар, тот, что был похож на солнце, на целую планетную систему, где вращались тысячи миров, больших и маленьких.

— Том, — промурлыкал он, тыкаясь носом в его щеку. — Ты мне руку пережал, пусти.

— Угу… — буркнул Альфредо и перевернулся. Он полежал несколько секунд, а потом вскочил, резко уставившись на брюнета, лежавшего рядом с ним.

— Не приснилось… — как замороженный прошептал он, туго соображая спросонок.

— Не приснилось. Давай еще поваляемся? Не хочу открывать глаза, — хрипло пробормотал Билл и загреб Альфредо к себе. На этом объект временно был обездвижен и придавлен к подушке.

Полусонное прекрасное утро продолжалось.

Это было очень странное ощущение. Когда парни окончательно проснулись, никто из них не задался вопросом: «И что теперь?». Точнее, вопрос мучил обоих, но произнести его вслух никто не решался. Билл никогда не заводил постоянных отношений и не имел понятия, как себя надо вести теперь. Он даже не имел понятия, чем принципиально отличалась их ситуация от стандартной.

За завтраком он задумчиво изучал спину Тома и гадал, как бы на такое отреагировали его родители, случись это все у них под носом. Раздумывал, как на это отреагирует Фиби и ребята. И, что самое страшное, как на это отреагирует Аманда.

— Что? — Том улыбнулся своему соседу и присел рядом, когда закончил разогревать себе завтрак. Билл, не отрываясь, глазел на него, и это вызывало у Тома крайне смешанную реакцию.

— Не могу поверить в то, что происходит, — Кернер смущенно опустил ресницы. — Еще вчера я готов был тебя прибить. А уже сегодня я пью кофе и понимаю, что у меня, мать его, кажется, появился парень.

Том фыркнул.

— Спасибо за откровенность, док. Но по правде ты тут не один страдаешь диссонансом. Потому что еще вчера я был уверен, что ты немного более натурален.

— Да. По ходу дела можно снизить этот показатель до сорока процентов… — задумчиво изрек Билл.

— Не понял, — Альфредо, который был занят вскрытием стаканчика с йогуртом, поднял взгляд на Кернера. — Что-то многовато будет.

— Ладно, давай на двадцати остановимся. Ты не забывай, у меня еще есть Аманда, — брюнет помрачнел от этой мысли. — Я, честно, не знаю, что с ней делать.

Том тоже призадумался.

— Парень, здесь я тебе помочь не смогу. Я не имею понятия, как разбираться с девчонками. Но… я тебе уже говорил, что я не буду давить на тебя, ты найдешь какой-нибудь выход. Скажи, что немного запутался в себе. Это она сможет понять?

— Да черт ее знает. Возможно. Тут нужно спросить Фиби. Она в этом деле спец. Кстати, где она? — переключился Билл, который вспомнил, что этот вопрос мучил его вчера. Ровно до того момента, пока Том не начал снимать с него рубашку и касаться языком его шеи.

— Она свалила куда-то с Рианной, не сказала, в каком направлении. Наверное, скоро будет. Кстати, на твоем месте я бы боялся этой встречи, — намекнул Альфредо, поднимая стаканчик с кофе, словно произнося тост.

— Она очень хочет меня убить?

— Думаю, эта мысль посещала ее. По крайней мере, один раз она даже выразила ее вслух, когда нашла твою записку.

Билл поежился. Но в нем все еще теплилась надежда, что каким-то способом все это получится разрешить.

— Но ты же не дашь ей меня разорвать? — Билл сделал очень большие и печальные глаза.

— А что мне за это будет? — Том нарочно призадумался. Игривые искорки вспыхнули в его карих глазах.

— Тебе? Ну, не знаю… — Билл решил поддержать игру. — Как насчет поцелуя?

— Зависит от степени тяжести, — Том посерьезнел и поправил на носу воображаемые очки. — Ваши предложения?

— Ну, — Билл встал и медленно начал двигаться в его сторону. Он и сам удивлялся тому, какие мысли начали приходить в его голову теперь, когда Том стал доступен ему как парень. — Сейчас посмотрим, что можно сделать.

Он оттолкнул рукой чашку, которую Альфредо сжимал, преследуя цель нормально позавтракать. Том с интересом смотрел на него. Билл удивлялся своей смелости, но все, что он делал, казалось ему таким естественным и простым. Он нарочито медленно перекинул ногу и устроился на коленях Тома, обвивая руками его шею, вынуждая неотрывно следить за каждым его движением.

— Ни хрена себе… — заметил Альфредо, когда пуговица на джинсах парня уперлась ему в живот.

Билл высунул язык и провел кончиком по губам Тома, стараясь раздразнить его, сделать так, чтобы тот тоже не выдержал и сдался побыстрее. И у него хорошо получалось: уже секунд пять спустя Альфредо и думать забыл о незаконченном завтраке и жадно целовал Билла, как следует прижимая его бедра к себе.

— Слушай, — он с трудом оторвался от своего занятия. — Если ты будешь так себя вести, я не выдержу, Билл.

— М-м-м… и что произойдет? — продолжал играть с огнем Кернер.

— И у тебя будет отличный шанс убедиться в том, что такое я, который до безумия хочет кого-то трахнуть, — тихо прошептал Том ему в ухо, намерено заставляя кожу парня покрываться острыми мурашками. — Я намерен добиваться своей цели.

Билл немедленно начал жалеть, что втянулся в эту игру. Входящий во вкус Том снова принялся говорить ему такие вещи, от которых одежда прилипала к коже.

— Я не попытался завалить тебя вчера, но ты не представляешь, как мне хотелось. Взять смазку, нанести ее на твое тело и немного внутрь… — тихо продолжал парень с брейдами, покрывая шею брюнета поцелуями. — И к твоему сведению, я не из тех, кто терпит долго.

— Том, — Билл начал мелко дрожать в его руках. — Перестань. Мы так не договаривались.

— Я так и не понял. Ты же обещал мне поцелуй? — перебил его Альфредо, который тоже не собрался отступать.

— Ты переходишь границы…

— И тебе это нравится, — он уверенно подтянул к себе свою жертву и прошелся языком по нежной пульсирующей венке на шее, переходя на лицо и губы. Билл почувствовал, как его поясница врезается в стол, еще немного и его лопатки могли бы быть прижаты к горизонтальной поверхности.

Он сходил с ума. Этот парень на самом деле сильно действовал на его нервы. Билл не был уверен, что это своевременно, но возникало подозрение, что и он не продержится долго. Он чувствовал, что готов позорно быстро отдаться Альфредо прямо на этом столе.

— Том, перестань, — задыхаясь, прошептал он.

— Ты сам этого хотел, — Том провел пальцами по его шее. — От тебя очень приятно пахнет, мне нравится вкус твоей кожи.

— Том, — Билл зажмурил глаза.

— Что?

— Да вы издеваетесь?! — раздался крайне гневный окрик откуда-то со стороны двери.

Том так и застыл, присосавшись к неглубокой ямочке на шее брюнета. Билл дернулся и предпочел открыть только один глаз, чтобы посмотреть на вход. Он узнал этот голос. Оба пойманных на месте преступления осторожно посмотрели вправо, где стояла разъяренная, как сто голодных львов, Фиби.

Занятые своим эротичным делом парни совершенно не услышали ее шагов из коридора.

— О, черт. У меня больше никогда не встанет, — тихо, но очень отчетливо пробормотал Том.

— Фиби… Это… это не то, что ты думаешь, — попытался оправдаться Билл.

— Да? И это не твоя рука сейчас лезет к нему в штаны. Мне это, наверное, мерещится!

Билл быстро выдернул руку, которая заползала сзади за пояс джинсов Альфредо.

— Я… — Билл хлопал глазами. — Черт побери, Том, этот стол сейчас выпилит в моей спине углубление!

Парень с брейдами выдохнул. Фиби все еще стояла и смотрела на них, сжав кулаки.

— Извини, — тихо буркнул он и резко потянул Кернера на себя, спуская его с колен. Билл поспешно встал рядом и прочесал пятерней встрепанные черные волосы.

— Итак. Теперь, когда ваши языки не вылизывают друг другу глотки, может объясните, что здесь происходит? — девушка все еще ждала ответа. — Меня не было всего один вечер. А впечатление такое, что я пропустила год!

— Фиби…

— Где тебя носило все дни? — оборвала девушка эту попытку пойти с ней на контакт.

— Я был… В общем, не важно, где я был. По работе много было дел, мы в офисе с коллегами оставались, — нагло соврал Кернер. — Но не в этом дело…

— А то в чем тогда? — она продолжала с вызовом смотреть на него.

— Мы с Альфредо… Я…

— Мы тогда переспали в палатке, — как саблей отрубил Том. — Точнее, не то чтобы переспали, но планировали. И продолжаем эксперименты в той же области, потому что нам обоим нравятся мужики.

— Том! — Билл резко обернулся и замахнулся на него, но тот заржал и резко метнулся в сторону, прикрываясь руками.

— Я знала это. Чертовы Хемметы как всегда оказались правы, — Фиби в шоке приложила ладонь ко лбу.

Еще некоторое время все три персонажа назревающего конфликта молчали. Билл гневно посылал в сторону своего нового несдержанного бойфренда флюиды бешенства. Том откровенно наслаждался ситуацией. А Фиби просто молча открывала и закрывала рот.

— Может, тебе налить чего-нибудь? — Билл прекратил есть Альфредо взглядом и все же рискнул посмотреть на нее. — Мне надо перед тобой извиниться.

— Какая сознательность, - довольно резко бросила девушка. — Но ты не думай, я не собираюсь тебя ругать за то, что ты пресытился обычными отношениями и хочешь разнообразия в выражении своего накопившегося сексуального напряжения, или что там еще у тебя на уме. Меня больше интересует, какого хрена ты шлялся непонятно где, пока мы тут нервничали из-за тебя и рвали на себе волосы, уже не надеясь найти тебя не в какой-нибудь сточной канаве?

— Вы нервничали? — Билл почти прижал к голове уши, как виноватый кот.

— Как тебе сказать, — Фиби все же нашла в себе силы пройти на кухню и сесть.

Билл глянул на Тома, который почему-то упорно отводил свой взгляд. Несмотря на всю неловкость и странность ситуации, у Кернера весьма эгоистично потеплело в груди. Он осторожно подошел к Фиби. Быстрее, чем та успела огреть его чем-нибудь тяжелым, он схватил девушку в охапку, стараясь прижать ее руки к телу.

— Ты маньяк, отвали, — отбивалась она, когда поняла, что происходило.

— Фибс, ну прости. Я правда не мог вернуться, это были личные обстоятельства!

— Я очень рада, что ты их разрешил! Не смей меня трогать, козёл! — продолжала возмущаться девушка, брыкаясь в его руках.

— Кернер, осторожнее. Я могу приревновать, — искренне наслаждаясь зрелищем со стороны, заметил Том.

Билл не слушал. Ему хватило сил, чтобы усмирить невысокую брюнетку. Когда он уделил ей нужную по его мнению дозу объятий, он отошел. Фиби все еще ругалась, но в глазах ее — Кернер готов был поклясться — плясали мягкие искорки.

— Дебил, — ругнулась она и поправила выбившиеся из укладки пряди. — Надеюсь, тебе хотя бы было стыдно. И еще, молись, чтобы его задница стоила твоих душевных переломов.

Теперь уже Билл покраснел и смущенно заулыбался.

— Тебе вопрос задали, — снова встрял Том, который спокойно продолжал пить свой кофе.

— Задница точно стоила. А там посмотрим, как пойдет, — туманно отозвался брюнет.

На его словах Альфредо самодовольно поднял подбородок.

***

Как бы то ни было, с этого дня что-то в их квартире поменялось. Фиби все еще злилась на них и по возможности старалась избегать, особенно когда и Билл, и Том впадали в игривый, как она это называла, «однополый экспериментальный симбиоз» и начинали себя вести, как типичная парочка.

Таким образом под ее запрет «увольте меня от этого» попадали все вспышки их щенячьей нежности, поцелуи, улыбки и подолгу задерживающиеся взгляды, которыми она имела шанс наслаждаться несколько следующих дней.

Билл был немного расстроен тем, что теперь они так много работали и не могли проводить вместе столько времени, сколько хотели. Но зато это с лихвой компенсировалось ночью и всеми возможностями совместного проживания, которые пришлись как раз кстати. И Билл, и Том понимали, что начинают очень капитально утопать в привязанности друг к другу, в нестерпимо жарких поцелуях и ласках.

Том старался не гнать на полном ходу, хотя ему очень хотелось. Для Билла эти дни их стремительного сближения стали самыми лучшими, воспоминания о которых пробуждали на его лице безумную улыбку.

Он забыл абсолютно обо всем: о необходимости звонить родителям; о том, что у него на почте, как грибы после дождя, плодились и множились заказы по проектам; о том, что мистер Альфредо на неделе даже удосужился позвонить им и напомнить об оплате испорченного имущества. Кернер весело послал его к черту и забыл об этом через пять минут, потому что Том как раз вышел из душа в полотенце, и от его вида немедленно переклинило всю систему. Билл забыл и о том, что ему было бы неплохо разобраться с Амандой, которая на четвертые сутки попыталась выяснить, где был ее парень и даже приходила к ним домой, чтобы уточнить о его пропаже лично.

Кернер не стал ничего предпринимать. Он просто посмотрел в глазок и, поскольку был дома один, разбираясь со своими накопившимися делами по работе, просто не открыл дверь. Он знал, что рано или поздно ему не отвертеться от разговора. Но пока надо было хотя бы продумать тактику. Билл и сам не очень понимал, как можно объяснить своей девушке то, что ему понравился парень.

Эл снова подозрительно замолчал. Билл не знал, что и думать. Вернее всего было бы предположить, что обещание открыть свое лицо он выполнять просто не собирался, но Кернеру все еще было не очень понятно, что его невидимый друг получил со всей этой истории. Он пытался выйти с ним на связь несколько раз, но все это было так же тщетно, как пытаться позвонить по телефону с обрезанным проводом — голос будто бы канул в неизвестность. С одной стороны, это было хорошо. А с другой, что-то настораживающее было в этом молчании, что-то, что давало понять — в этой истории все далеко не так просто.

Билл и Том были слишком заняты установлением своих отношений, чтобы замечать трудности и неудобства вокруг себя. Пока однажды кое-кто снова не напомнил им, что реальную жизнь никто не отменял.

========== 16. Теперь у меня есть ты. ==========

— Передашь мне нож? — тихо попросил Том, когда повернулся в очередной раз, чтобы взглянуть на Кернера.

Они сидели вместе в кухне несколько дней спустя и радовались очередной возможности побыть со своими друзьями и друг с другом. Это был тихий и спокойный вечер пятницы, который решено было провести вместе — Фиби, Гарри и Грег тоже были неподалеку, сидели на раскладных стульчиках и нарезали сыр для бутербродов.

Сегодня у них был запланирован кинопоказ с дальнейшим весельем на всю ночь, и потому они готовились к данной процедуре особо тщательно. Огромная бочка с пивом, которую Том припер сегодня с работы, заманчиво поблескивала под столом.

Билл сделал то, о чем его попросили. Том смерил его очень недвусмысленным взглядом и, подмигнув парню, снова принялся за нарезание колбасы.

— Господи. Билл, сделай так, чтобы сегодняшний просмотр фильма не превратился в очередную серию порнографических зарисовок на тему «Кернер и Альфредо», — буркнул недовольный Гарри, который уловил этот воздушно-капельный обмен гормонами.

— Иди нафиг, — Билл попытался подавить улыбку.

Фиби закатила глаза. Она умерила свой пыл и сменила гнев на милость, но ее регулярные жалобы братьям на то, что в квартире стало невозможно находиться были известны уже почти всем друзьям. Грег и Гарри спокойно приняли информацию о том, что Билл и Том теперь вместе и даже ни капли не удивились тому, что услышали.

Том обернулся и кинул в Хемметов кусочком еды.

— Завидуйте молча. По крайней мере, мой парень рядом всегда и мне не нужно далеко идти, чтобы поцеловать его.

— Ну и хорошо, а у меня вообще парня нет, — Грегори равнодушно зажевал сыр, который упал ему на джинсы.

Они некоторое время добродушно перебрасывались репликами и подкалывали друг друга, как вдруг в дверь позвонили. Фиби удивленно вытерла руки о полотенце и посмотрела на часы.

— Странно. Мы, вроде, никого не ждем.

— Ты говорила, Рианна не придет раньше восьми.

— Так и есть, — девушка пожала плечами.

Ребята переглянулись между собой.

— Ладно, я сама открою, — Фиби поняла умоляющий щенячий взгляд Билла, у которого руки были перемазаны в еде. — Гусеница ленивая.

Сосед послал ей благодарный воздушный поцелуй. Фиби скрылась в темноте коридора, а еще через минуту снова появилась на пороге. За ее спиной возвышалась очень недобрая, хотя и накрашенная, как сто чертей, Аманда. Все присутствующие как по команде подняли головы. У Билла из рук со стуком выпала дощечка. Все, что лежало на ней, тут же оказалось на полу.

— Аманда! Какой сюрприз, — хрипло выдохнул он и моментально покрылся потом размером с хороший град. — Что ты делаешь тут?

— Интересный вопрос. То же самое могу спросить у тебя. С твоего позволения, Билл. Почему мне кажется, что ты нарочно избегаешь меня?

Том, который в это время освобождал блендер от коктейльной субстанции, хмыкнул. Грег и Гарри замолчали, чувствуя, как в воздухе запахло предгрозовым озоном. Билл принялся раздосадовано поднимать все, что он уронил.

— Так я услышу ответ на свой вопрос?

— Аманда, все не так, как ты думаешь. Все…

— Слишком сложно? Ты слишком устал? Какие еще аргументы ты готов придумать, Билл, чтобы каждый день красться мимо моей квартиры на цыпочках?

— Ребят? Может вас одних оставить? — деликатно поинтересовалась Фиби.

— Нет! — гаркнул Кернер, порывисто поднимаясь со своего стула. — Не надо… Аманда, ты не хочешь остаться с нами и посмотреть кино? Я хотел тебя позвать, но, учитывая то, что ты сказала мне, что не хочешь больше общаться с ребятами…

— Ага. И потому ты предпочитаешь их компанию мне? Очень интересно, Билл.

Обвиняемый молчал. Адвокаты Грег и Гарри продолжали меланхолично нарезать сыр. Том предпочитал делать вид, что его вообще там нет.

— Ладно, раз так, — Аманда с готовностью махнула руками, — я готова пересмотреть свою политику. В конце концов, твои друзья — мои друзья. Было бы нечестно ставить тебя перед выбором.

Она невозмутимо прошла в кухню и подхватила уже готовую тарелку.

— Я останусь с вами. Вы же не будете возражать против моего присутствия? — с этими словами она качнула изящными бедрами и скрылась в направлении комнаты. В тишине помещения раздался только звук подскочивших на столе приборов. Это Билл снова сел и звучно опустил лоб на стол в обреченной попытке понять, что он такого сделал, чтобы кто-то свыше наказывал его так сильно.

Просмотр кино прошел в абсолютном молчании. Несмотря на то, что это была уморительная комедия, никто не выжал из себя даже самой жалкой улыбки. Фиби и Рианна сидели, сложив руки на груди, и чувствовали себя меж двух огней, зажатые между Томом и Биллом, которые не разговаривали. Грег и Гарри молча наслаждались чипсами и ловили злые вибрации от соседей справа. И только одна Аманда наслаждалась ситуацией, приложившись к напряженному плечу своего бойфренда и таская картошку из его пакетика.

Билл не мог даже представить, чем окончится это замечательное «свидание». Все его сомнения разрешились сразу после финальных титров.

— Замечательное кино! — Аманда хлопнула в ладоши, жизнерадостно встряхнув своими шикарными волосами. — Ну… Я надеюсь, вы тоже в восторге!

— У меня сейчас волосы выпадут от счастья, — тихо заметила Фиби.

— У меня уже выпали, — Том устало потер переносицу.

— Ладно. Мы, пожалуй, к себе пойдем. Аманда, ты собираешься? — предпринял Грегори вялую попытку спасти ситуацию.

— Что? Нет, конечно, — Аманда пожала плечами. — Я останусь здесь. С Биллом.

— Здесь? — футболка моментально прилипла к телу Кернера. — Нет, Аманда, нет. Я… У нас и так три человека. Мне завтра на работу вставать рано!

— Ну и что? В твоей кровати достаточно места. Полчаса здорового секса еще никому не вредили.

Билл брызнул газировкой, которую неосмотрительно глотнул. Том услужливо протянул ему салфетку.

— Здоровый секс, не отказывайся, чувак, — он ободряюще похлопал его по колену.

— Том, я… Не… — попытался что-то сказать Билл, но Аманда уже поднялась и протянула ему руку.

— Пойдем. Они разберутся тут и без тебя.

Под взглядами своих друзей, которые обратились к нему, Билл не знал, что он должен сказать или сделать. Он не чувствовал себя морально готовым выяснять отношения перед всеми. И затем он все же принял предложенную ладонь и понадеялся, что не получит по яйцам, как только попытается объяснить своей девушке реальное положение вещей.

— Я пройдусь. У меня что-то голова разболелась, — буркнул Том, когда за ними хлопнула дверь.

— Альфредо… — Грег попытался сказать ему хоть что-то ободряющее, но тот не стал слушать.

Звук долбанувшей входной двери резонировал в ушах у всех присутствующих еще несколько секунд.

— Видите? Что я говорил. У нас будут проблемы от этих двоих, — нехотя буркнул старший Хеммет, хватаясь за переносицу.

— Ты знаешь, я совершенно не хочу вставать на сторону Альфредо… но в этот раз я даже могу понять его, — грустно завершила полемику Фиби и принялась подбирать с пола брошенные чипсы. — Давайте приберем тут все? Я попробую утром поговорить с Биллом.

И с этими словами ребята вяло принялись расчищать жилплощадь.

***

Everything you own, in a suitcase by the door

The words that keep you home are failing

Everything we take, out in anger

Eventually we’ll break, down to answers

That are ringing in my head

Slow down

Take a deep breath, we can’t give up tonight

(Story Left Untold – Every Avenue)

Том шел довольно быстро. Чтобы не хватало дыхания, и чтобы мысли не успевали догнать его. Облачка дыхания вырвались изо рта, когда он вышел на прохладную улицу и обхватил себя руками, в попытках немного согреться. В ночном небе, как растекшаяся яичница, расплывалась одноглазая луна и в свете ее дорожки парень не знал, куда собирался идти сейчас.

В последнее время он стал часто ловить себя на мысли, что в его жизни появился хотя бы какой-то отдаленный смысл, но сегодня вечером это понимание опять ускользнуло в никуда. Ненужный своим друзьям, своим родителям, все, что он имел на руках — лишь пару баксов и старый побитый дорогами шевроле. И еще ворох неприятных воспоминаний, которые как по заказу врезались в мозг в такие моменты, как этот.

Он не говорил Кернеру ни слова о том, как им нужно поступить в такой ситуации, потому что не хотел давить на этого парня, торопить его. Но сейчас, от осознания того, что Билл был в чужих руках, становилось действительно неприятно.

Том никогда не замечал за собой таких чувств. Он и в отношениях-то предпочитал не состоять именно потому, что не желал никаких обязательств. Просто в один момент все вдруг так изменилось. Альфредо не узнавал себя. Но он понимал точно только одно — ему ни за что не хотелось бы возвращаться в квартиру, где его место было столь неопределенным.

Только друг и немного больше. Просто потому что это удобно, а у Кернера проснулась жажда к экспериментам.

Парень нервно закурил. Он усердно гнал от себя мысли об их будущем, но почему-то не мог противостоять повальному шквалу домыслов и сомнений.

— Я знал, что ты никуда не уехал, — раздался над его ухом такой знакомый скрипучий голос. — Ты каждый день маячишь на камерах наблюдения, и я все ждал, когда же у тебя проснется совесть, и ты явишься извиниться передо мной.

Том прикрыл глаза. Конечно. По закону жанра на сцене появляется обиженный отец.

— Я не вернусь к тебе. Я накоплю немного денег и свалю отсюда, — мрачно буркнул Альфредо-младший. — Как и говорил тебе с самого начала.

— И все же тебе хватило ума спутаться с парнем, — довольно хрюкнул домовладелец и оперся на свою трость, которую носил с собой скорее для виду, нежели по реальной надобности.

— Я не путаюсь с ним. Он — часть моего плана. Я с ним, пока мне это удобно. Ты же знаешь меня, я перекати-поле, ни к чему не привязан. И он тоже всего лишь мальчик на время, — буркнул Том и отвернулся. Едкий дым щипал его горло.

— Ну и отлично. Я здесь не для того, чтобы давать тебе все эти лекции в духе «отец-и-сын», — равнодушно успокоил его Альварес. — Я возвращаюсь из суда. Спешу сообщить тебе, что приду завтра с маршалом, получать с твоего бойфренда свое законное вознаграждение.

— Ты никогда не остановишься? Ты ведь не дашь людям жить нормально.

— Нет, — жизнерадостно ответил старик. — Они мне должны по гроб за мою неслыханную щедрость и за то, что я сдаю им свои квартиры, в которых они не могут даже соблюдать моих элементарных правил.

— Ну конечно, — Том саркастически хмыкнул. — Ты, весь такой правильный и хороший. И все остальные, полное дерьмо, которое существует только для того, чтобы ты имел с них в три кошелька, занимая бабло у Берто.

— Поосторожнее на поворотах, мальчик. Ты помнишь нашу договоренность? Ты тут находишься и дружишь с этими людьми только пока я готов это терпеть. Не заставляй меня принимать неверных решений, у меня достаточно власти, чтобы убрать с моего пути любого, кто мне мешает.

— Конечно, — равнодушно выдохнул Том струйку сизого дыма. — Так сделай это сейчас, кто тебя останавливает? Сдай меня в психушку. Депортируй из страны. Сделай все, что тебе нравится. Только это не сделает тебя счастливее, Альфредо. Ты все так же и останешься одиноким и никому не нужным стариком, которого ненавидят все, кто его окружает.

Глаза домовладельца нехорошо сузились.

— Так вот, значит, как ты о родном отце?

— Ты еще скажи, что ты удивлен, — Том отвернулся от него. — Ты и мне привил эту философию. А с другой стороны, я хочу тебе сказать за нее спасибо. Когда ни к кому не привязываешься жить намного проще.

Мистер Альфредо молчал. Том тоже сделал последнюю затяжку и бросил догорающий бычок на землю.

— Я пойду, пап. Не переживай, я помню про наш договор. Я слежу за ситуацией, и пока, как видишь, ничего экстраординарного не происходит. Но не удивляйся, если однажды я просто исчезну из твоей жизни. Меня здесь ничто не держит.

— Ну-ну. Давай, спокойной ночи тебе, Томас, — в голосе старика снова послышалось неприкрытое злорадство. — И я пойду на боковую. У меня завтра великий день! Берто будет доволен.

Том хмыкнул и махнул ему рукой, растворяясь в темноте. Он действительно думал пройтись перед тем, как пойти спать в свою машину и отчаянно пытался поверить в собственные слова о равнодушии, которые только что в сердцах бросил отцу.

***

— Аманда. Аманда, стоп. Стоп! — встрепанный и взлохмаченный Билл, наконец, умудрился подавить вероятность сексуального насилия и освободить свой рот от ее языка. — Ты меня вообще слушаешь?

— Я слушаю… Да… — девушка снова предприняла попытку стащить с него рубашку.

— Нет. Мне кажется, ты ничего не слышишь. Иначе ты бы поняла, что твой приход сегодня был немного… лишним, — укоризненно заметил Билл, отцепляя от себя ее пальцы. — Именно поэтому я не хотел звать тебя. Тебе нужно от меня только одно…

— Да если бы ты хотел пойти дальше, я бы с удовольствием разделила с тобой что угодно… Но ты же ведь не говоришь ни слова и шарахаешься от меня, как от холеры. Как ты не понимаешь, Билл. Отношения — это доверие, это времяпровождение с любимым человеком. Радостные и грустные моменты. Ты не хочешь ничего из этого! — она в отчаянии хлопнула ладонями по коленям.

— Я не то, что не хочу… Я… — Билл вздрогнул, услышав, как в коридоре хлопнула входная дверь. В его венах сразу обледенела вся кровь. — Черт, Аманда. Мне надо… Отойти. Я, правда, все объясню. Но мне надо собраться с силами.

— Билл, — глаза красотки начали опасно темнеть. — Не смей мне говорить, что ты опять удираешь, иначе я спущу с тебя шкуру.

— Аманда, я прошу прощения. Мне надо выяснить кое-какую вещь. Это важно. Но перед этим, я могу задать тебе вопрос?

— Если тебе от этого полегчает, — раздраженно развела руками она.

— Что ты чувствуешь, когда я целую тебя?

Она на секунду замерла. Подведенные глаза задумчиво очертили комнату справа налево.

— Что чувствую? А что я должна чувствовать? Твой язык. Это приятно. Но мне больше нравится секс. С тобой он такой… горячий и… хороший. А что? — девушка пыталась подобрать слова и заметила, что они вызвали странную реакцию. Билл усмехнулся и легко вскочил с кровати.

— Спасибо тебе за ответ. Но сейчас мне правда пора идти. Я тебе все объясню немного позже, хорошо?

Бросив это, он вылетел за дверь, надеясь, что не успел сделать ошибки, которую допустил Том всего лишь несколько дней назад.

— Девчонки, проводите Аманду, ладно? Я скоро буду, — радостный, как весенняя бабочка, Билл схватил с крючка в прихожей две куртки — свою и Тома — и исчез в направлении коридора быстрее, чем девушки успели открыть рот.

— Чокнутый, —довольно категорично выразила свои эмоции вслух Рианна. — Знаешь, что, Фибс? Мне страшно произносить это вслух, но у этих двоих глаза начинают гореть, когда они говорят или делают что-то рядом друг с другом. Это тревожные признаки…

— Это не то же самое, что Грег говорит?

— Да, примерно. Так же и мы с тобой начинали. Думали, что не продержимся и недели, а все происходящее больше похоже на какой-то прикол.

— А в результате, — Фиби пыталась сделать в уме нехитрые подсчеты. — Сколько прошло-то уже?

— Пять лет, что-то около того, — хмыкнула Рианна.

— Ты знаешь, даже трудно сказать, какому из твоих прогнозов я рада меньше. Тому, что эти придурки не сойдутся. Или же что они будут иметь друг другу мозги и все же пытаться ломать себя, — последние слова она сказала уже шепотом, потому что из дверей спальни появилась злая и расстроенная Аманда.

Она недовольно посмотрела на застывших в двери девушек.

— И что вы на меня смотрите? Скажете, что не в курсе того, что тут происходит?

Парочка переглянулась между собой.

— Ни малейшего понятия! — нервно выдали они в один голос и натянуто улыбнулись соседке, которая, конечно же, не поверила им ни на грамм.

***

Биллу не понадобилось много времени, чтобы сообразить куда идти. Он выбежал на улицу и пару раз прошелся по дорожке туда-сюда, пока не заметил все еще дымящийся окурок на земле. Он хмыкнул. Его воображение мигом нарисовало Тома, который стоял здесь каких-нибудь пять минут назад и расстроенно курил, созерцая плывущие в небе облака. Билл знал, каково это. Он и сам был в его шкуре.

А еще через несколько метров, повернув направо, он заметил знакомую широкую спину, удаляющуюся от него в сторону центра. Кернер мысленно выдохнул и пожелал себе удачи. Альфредо не обращал внимания ни на что вокруг и продолжал шагать, рассеянно глядя себе под ноги.

— Я не покажусь назойливым, если составлю тебе компанию? — Билл догнал и схватил парня за руку.

Тот остолбенел ровно на секунду, услышав знакомый голос. Когда он увидел неуверенно улыбающегося Билла, взгляд его опустился немного ниже. Пушистые ресницы скрыли его эмоции.

— Разве ты не был занят? Как же твоя девушка?

— Альфредо, — Билл выдохнул немного и закатил глаза. — Ты сейчас совершенно не помогаешь. Я в сложной ситуации и мне как никогда нужна твоя поддержка.

— Для чего? — Том приподнял одну бровь и с вызовом посмотрел на брюнета.

— Для того, чтобы понять, как мне решить этот вопрос. Ты был гораздо более бойкий, когда помогал мне в разговоре с Фиби. Где твое упорство сейчас?

— Оно тактично молчит. Что-то подсказывает, что Фиби и Аманда — женщины с неэквивалентными правами на тебя, мой друг. Потому с последней ты должен разбираться сам, — Том сложил руки на груди и уставился на Билла чуть более колючим взглядом.

— Том, ну перестань… Неужели ты не веришь, что я расскажу ей все? — Кернер прекратил ломать комедию и сделал шаг в сторону насупленного парня. Тот не попытался дистанцироваться, но и на сближение идти не решился.

— Не знаю, Билл. Это твой выбор. И твоя жизнь. Ты должен поступить, как считаешь нужным.

— И на данный момент я уже сделал это, — Билл настойчиво разомкнул руки Тома, чтобы обнять его. — Я горжусь уже тем, что я нашел в себе силы подпустить кого-то настолько близко. Пожалуйста, не отталкивай меня.

Том все же позволил ему нарушить границу территории. Кернер был слишком упорным.

— Я не отталкиваю тебя, — он уперся лбом в его плечо. — Я просто не уверен в том, к чему мы пришли…

— Я тоже. Но мы сейчас вдвоем, и значит, должны делать все вместе. Только так мы сможем преодолеть эту неуверенность. Если это действительно то, чего хочется нам обоим. Так?

— Так, — нехотя признал Том и тяжело опустил ладони на плечи парня.

Билл сообразил, что все еще не отдал ему его куртку. Он осторожно расправил ее и накинул на широкие плечи, согревая Тома в своих объятиях. Сердце уже не неслось бешеным галопом, когда обоим стало понятно, что война отменяется, так и не начавшись.

— Я рад, что ты это сказал. Том… Неужели ты подумал, что я останусь с ней? Теперь, когда у меня есть ты? — тихо поинтересовался он у парня, прижимая его к себе еще крепче.

— Мне так показалось. На несколько секунд… — донесся ему в ухо тихий, такой неуверенный ответ.

— Нет. Для меня это все серьезнее, чем ты думаешь. Могу я задать один вопрос? Для справки: Аманда провалила этот тест, — Билл поднял голову и хитро посмотрел на своего соседа.

— Наверное. Смотря что ты собираешься…

Вместо ответа Билл резко подтянул Тома к себе. С каждым днем ему становилось все проще вести себя раскованно с ним рядом. Кернер схватил парня за загривок и слегка сжал это место пальцами, раскрывая мягкие губы для поцелуя своим языком. Альфредо сначала не очень понял, где же был сам вопрос. Он отстранился всего лишь на секунду, машинально запуская пальцы в темные волосы молодого человека. Но когда он увидел веселые искорки в его глазах, понял, что хитрый Кернер что-то задумал.

— Ты чего хочешь добиться? Чтобы я тебя посреди улицы сделал? — поинтересовался он, ощущая, что начинает очень заметно реагировать на все действия Билла.

— Однажды мы и до этого дойдем. Но сначала просто ответь: что ты чувствуешь, когда я целую тебя?

Том думал всего мгновение.

— В каком смысле? У меня от тебя коленки дрожат и хочется раздеваться. И ты все время воруешь мое дыхание. Я ненавижу, когда ты делаешь это без предупреждения. Вот как сейчас… У меня начинает кипеть кровь. Мне сложно даже просто концентрироваться на чем-либо рядом с тобой.

Билл прослушал его тираду до конца. Его губ коснулась счастливая, детская улыбка.

— Ты не подвел меня. Я знал, что не ошибаюсь…

— Не ошибаешься в чем? — продолжал недоумевать Альфредо.

— Я думаю, я капитально запал, — тихо ответил ему Билл. — Как и ты. Ты только что очень сильно укрепил мои опасения.

— Так это и был твой тест? — Том понял, что начинает закипать. — Билл, знаешь, я возмущен твоим поведением. Чего еще ты от меня ожидал услышать? Я в жизни никогда не предлагал ни одному парню встречаться. То, что я делаю ради тебя, уму непостижимо, и…

Ему снова не дали договорить. Билл смотрел на немного припухшие, гневно болтающие какую-то ерунду губы и понимал, что с этим парнем все действительно сложнее, чем он полагал сначала. Он прикрыл его рот ладонью и поцеловал через свою руку, чтобы пресечь этот поток недовольства.

Это было восхитительное чувство счастья и свободы, которое окатило с головой прямо сейчас, как будто еще один кусочек паззла встал для них обоих на место.

— Хорош трещать, — выпалил он и снова потянул парня в свою сторону. — Мне становится холодно. Либо целуй меня прямо сейчас. Либо пошли домой, продолжим там. И выскажешь мне все, что ты обо мне думаешь.

Том аж опешил от такого ультиматума. Его рот приоткрылся от удивления.

— Кернер. Ты наглый, как китайская армия.

— Мне же лучше, — Билл быстро чмокнул его в губы. — Пошли.

И с этими словами он взял свою жертву за руку и поволок его обратно в направлении к дому.Кажется, скандал отменяется.

========== 17. Засунь свои деньги сам знаешь куда ==========

Девушки несказанно удивились тому, как спокойно Билл умудрился разрешить всю ситуацию. Когда парни вошли в квартиру, Том крепко держал его за руку. Оба улыбались каким-то своим мыслям и о чем-то тихо переговаривались между собой. Выглянув в коридор, Фиби увидела, что Альфредо обнимает Билла и что-то шепчет ему на ухо, а тот кивает и сжимает его плечи, нежно проводя пальцами по открытым участкам шеи.

— Черт бы их побрал, — изрекла она, когда вернулась в кухню. — Кошачьи нежности какие-то, — девушка удивленно почесалась и посмотрела на Рианну. — По сравнению с ними, даже мы с тобой — два брутальных мужика.

— Ну, тут я спорить не буду — я бы не смогла быть такой манерной неженкой, — хмыкнула Рианна.

— Да я не про это, — отмахнулась Фиби. — Альфредо совсем спятил. Смотрит на него глазами круглыми, как два блюдечка. Поверить не могу.

— Девчонки, вы тут? — в коридоре показался Билл, все с той же глупой и милой улыбкой. — Мы к себе пойдем.

— Давайте-давайте, — обалдело проводила их взглядом Фиби. — Блин, точно как супруги, я не знаю, — начала быстро шептать она, когда Билл подмигнул и ушел к себе в комнату.

— А ты-то чего переживаешь? — Рианна пожала плечами. — Счастливы парни и ладно.

— Да не все тут так просто, не все, Ри… Я все еще Тому не верю. Он не может просто так даже шнурки завязать. А ты про отношения, — продолжила свою мысль девушка. — Я боюсь, что Билл слишком добрый и наивный, он попадет на него… И потом кому-то может быть больно.

— Ну не знаю, Альфредо как будто поспокойнее кажется с ним рядом. Дай ему шанс.

— Я даю! Видишь? Даже живу с ними рядом, что не просто, учитывая наши отношения. Но мне вся эта ситуация ой как не нравится.

Девушки переглянулись. Затем Рианна похлопала свою подругу по руке и поправила на носу свои стильные очки.

— Ладно тебе. Присмотрись к ним пока, а там видно будет.

Фиби ничего не оставалось, кроме как согласиться.

***

— Что старик Альфредо собирается сделать? — Билл удивленно оторвал глаза от утреннего кофе. Они вчетвером пытались проснуться на кухне, и Тому пришлось к слову обронить, что он вчера случайно встретил своего отца, который шел из суда.

— Да я не знаю, как быть в такой ситуации, — буркнул Том. — Меня он слушать не станет, сами знаете. Но не открыть дверь уже никак не получится.

— Фиби, звони срочно этому своему знакомому, который в строительных материалах и дверях сечет. У нас уже нет времени тянуть.

— Да вы шутите что ли? У нас с Рианной планы были на эту субботу! — раздосадовано пожаловалась девушка. — Мы сегодня никак не можем тут сидеть и отдавать на поругание свой мозг этому дебилу. Прости меня, Том.

Тот поднял руку в знак того, что все было в порядке.

— Вы идите, наверное, мы тут сами справимся, — Билл неуверенно посмотрел на Альфредо-младшего.

— Мы можем Гарри позвать или Грегори. Моральная поддержка. Вдвоем мы отцу ничего не докажем, — парень слегка нахмурился.

Фиби подозрительно покосилась на соседа. Они с Рианной обменялись быстрыми взглядами, вспомнив вчерашний разговор, но это так и осталось на уровне невысказанной мысли.

— Вы точно справитесь? У нас билеты на концерт.

— Да, конечно. — Билл пожал плечами. — Разберемся.

На том они и порешили. Фиби вызвала своего знакомого, который обещал приехать в течение дня.

***

Примерно через полчаса после того, как девушки ушли, раздался дверной звонок.

— Я вам прямо скажу, — заметил парень, который выглядел едва ли старше Тома и Билла. — Дверь не самая дешевая, но я бы ни за что не дал за нее столько, сколько просит этот ваш Альварес.

Том стоял неподалеку, засунув руки глубоко в карманы джинсов.

— Ну и как нам быть? Он же ничего не докажет. И мы ничего не докажем.

— Он не может прийти с приставом и что-то просто так у вас требовать. Это незаконно, — заметил парень, осторожно проводя пальцами по исцарапанной поверхности. — Если есть желание спорить, подайте на него в суд. Если нет — отдайте деньги и дело с концом, а то только проблем себе наживете. Со слов Фиби я понял, что он очень сложный тип.

— Ты не представляешь, — Альфредо-младший устало потер лицо. — Но связываться с ним бесполезно. Действительно, только мозоль на задницу наживем себе.

— У вас деньги-то есть? На всякий случай подготовьте. Мало ли, какого рода процедуру он провернет.

Билл и Том с тревогой переглянулись. Идея позвать в качестве моральной поддержки братьев Хеммет уже не казалась им такой плохой.

***

Часам к четырем в их дверь раздались довольно сильные удары. Билл, который в это время занимался сортировкой электронной почты, вздрогнул, хотя это и не было для него неожиданностью. Он вымученно глянул на Тома, валявшегося рядом и читавшего книжку. Гарри и Грег играли до этого в приставку, но, заслышав настойчивый долбеж, тоже поднялись со своих стульев.

— Ну, начинается шоу, мать их, — выругался Билл и пошел открывать.

Том, Грегори и Гарри встали за его спиной, готовые, если что, поддержать оборону.

— Мистер Уильям Кернер? — На пороге показался мужчина в традиционной форме полицейского и значком «федеральный маршал» на груди.

— Я, — буркнул Билл. За спиной федерала, светящийся, как рождественская гирлянда, возник мистер Альфредо собственной персоной.

— А я говорил тебе, Кернер. Говорил! Не связывайся со мной.

— По закону штата Калифорния, позвольте зачитать решение… — начал было агент, но Билл его опередил.

Он уже знал, что сделает. Сражаться в данном случае не имело смысла.

Совершенно с невозмутимым видом Кернер достал из кармана нужную сумму денег и бросил их прямо под ноги мистеру Альфредо.

— Подавись, старый хрен. Надеюсь, они сделают тебя хоть немного счастливее, — по-доброму улыбаясь, кинул на него презрительный взгляд и закрыл дверь быстрее, чем пристав успел открыть рот.

В коридоре воцарилась оглушительная тишина.

— Черт побери. Ну и яйца у тебя, Кернер, у меня от одного его вида все поджилки задрожали, — Гарри почесал лоб.

— Они что, так просто уйдут? — Грегори тихонько приник к глазку, чтобы убедиться в своей теории.

— Чуваки, этот маршал — друг моего отца. Вы не знаете, как много связей у него в этом месте, — устало объяснил Том. — Я даже не удивлюсь, если это не официальная процедура.

— Том, мне до фонаря, я не хочу выяснять ничего и сражаться с ним, — честно сознался брюнет. — Я сейчас впервые осознал, что моя жизнь начала приходить в порядок. Пусть катится куда хочет с этими тремя тысячами. Мне скоро на работе выплатят, и я смогу кое-как отдать долг своим родителям.

— Бешеный Билл Волчья Пасть, — гыкнул Гарри, хлопнув его по плечу. — Впрочем, я рад, что наша помощь понадобилась чисто символически.

— Я надеюсь, он отцепится от меня теперь, — задумчиво кивнул Кернер.

— А вот в этом я бы не был так уверен, — Том взял его за руку и погладил пальцы. — Но я рад, что ты не воспринимаешь все так серьезно. Он просто пакостит тебе за то, что ты вступился за Фиби и пустил меня к себе.

Билл почесал подбородок.

— И еще раз вступлюсь, если понадобится. На самом деле, я не хочу этого так оставлять. Я еще подумаю, как нам быть с этим, — он опустил нос, спрятав его в ворот своего джемпера.

— Ладно тебе, парень, не грузись, — Гарри ободряюще похлопал его по спине. — Лучше вам будет просто про это забыть.

Кернер мрачно кивнул. Выпроводив братьев, они с Томом на некоторое время остались одни.

— Знаешь, что мне больше всего нравится в тебе? — Альфредо мягко подошел к парню и снова взял его за руку.

Брюнет удивленно поднял глаза, не ожидая такого продолжения беседы.

— Ты такой прямолинейный и смелый. Не боишься показывать свои истинные чувства и говорить правду прямо в лицо, так ведь?

— Я? Том, я боюсь даже собственной тени, — Билл грустно провел по его щеке пальцами. — Я даже не могу сказать Аманде, что ты — мой парень.

— Ничего. После того, что ты заявил мне вчера, мы справимся, я уверен в этом. — Том легко поцеловал его в губы. — Все равно, ты — герой.

— Герой, герой… — Билл вяло ответил на этот поцелуй.

— А знаешь, что? Хочешь, мы с тобой вечером сходим куда-нибудь? — жизнерадостно объявил Том. — Я сегодня заканчиваю смену в баре чуть раньше.

— Том, у меня до хрена работы, начальство словно озверело, — извиняющимся тоном пробормотал Билл и перевел все в шутку: — Давай лучше сходим с тобой в душ?

— Фиби будет орать… — Альфредо улыбнулся этой идее.

— Пусть орет. Зато мы сможем побыть немного вместе.

Том кивнул. И с этого момента оба парня принялись отсчитывать минуты до наступления вечера, когда они смогли бы, наконец, немного расслабиться.

Билл немного нервничал. Когда Том ушел, он подумал, что никогда не делал ни с кем столько личных и близких к телу вещей сразу. Он удивлялся, как это так быстро стало частью его жизни, почти такой же естественной, как завтрак или умывание по утрам.

Потом он подумал, что Фиби действительно прибьет их. Но должны же парни были хоть как-то расслабиться и забыть о неприятном случае с дверью. Билл почти прекратил заниматься самокопанием на эту тему. Ему было действительно не жалко денег и поруганной гордости и просто хотелось, чтобы домовладелец Альфредо сгинул в самое чрево Ада к себе подобным.

Когда пришла Фиби, он, разумеется, рассказал ей обо всем, чем привел девушку в дикое бешенство.

— И ты просто так отдал ему деньги? Билл! — возмущалась она, сверкая своими новыми лиловыми линзами.

— А что мне делать было?

— Ну не знаю, я бы хотя бы повозмущалась для приличия!

— Ты уже повозмущалась, — добродушно фыркнул Билл. — Теперь ищем тебе новую жилплощадь.

— Ты вроде говорил, что я тебя не напрягаю, — подозрительно покосилась на него девушка.

— А я и не утверждаю обратного. Но пообещай мне, Фибс, что ты не будешь делать никаких глупостей, хорошо?

— Не буду, — буркнула, немного подумав, соседка.

— Фибс, — Билл угрожающе надвинулся на нее.

— Я ненавижу Альфредо всеми силами души. Не проси меня спокойно смотреть ему в глаза. Но раз я сказала, значит не буду!

— Я не прошу тебя полюбить его. Просто не выходи на открытую тропу войны. Мы придумаем что-нибудь.

— Конечно-конечно, — буркнула девушка.

Билл с опаской покосился на нее. Но дискуссию пришлось прервать, потому что Том пришел со своей смены, и Билл отправился радостно встречать его.

На этом моменте их стычки с Альфредо прекратились. Ровно до того момента, пока парни не решили заняться водными процедурами.

***

Ладони легко скользили по коже. Билл улыбался. Это было такое странное и приятное ощущение — чувствовать чужие руки на своем теле, понимать, что кто-то обнимает тебя и целует так, что мурашки бегут вниз по коже.

— Том, перестань. Так щекотно, — Билл съежился немного, подставляя под поцелуи гибкую шею.

— А мне так нравится… Ты такой близкий, я бы мог целовать тебя сутками, — тихо донесся шепот прямо в ухо.

— Ты достаешь меня. А я не могу поверить, что просто так лежу в ванной с парнем. На тебя не накатывает иногда ощущение странности происходящего?

— Как сказать. То, что с парнем — нет. А вот долгих отношений у меня никогда не было… Я не из тех, кто может себе это позволить.

Билл слегка зажмурился и обернулся, чтобы посмотреть на него.

— А какой ты?

— Свободный, — честно выдохнул Том те же самые слова, что говорил вчера при своем отце.

— Ты ведь останешься здесь? Не собираешься уезжать? — эта тревожная мысль почему-то не приходила Кернеру в голову раньше.

— Нет, не собираюсь. Пока здесь есть чему меня держать.

— М-м-м. Как интересно. И что это? — тихо промурлыкал Кернер, поглаживая тонкие, длинные пальцы, которые лежали на его животе.

— Не «что». Кто.

— Кто? Дай подумать… Твой отец?

— Ха-ха, очень смешно.

— Ладно. Попытка номер два. Фиби, Гарри, Грегори?

— Нет, будут еще варианты?

— Я?

Том ничего не ответил. Его руки крепче обвились вокруг мокрой талии брюнета.

— Может быть. Что ты хочешь за то, чтобы я выдал тебе свой маленький секрет?

— Я буду тебя зверски пытать…

— Да ну перестань. Все, что ты делаешь, не приносит ничего, кроме приятных ощущений.

— А ты знаешь, — Билл обернулся к нему, – это может быть очень страшным оружием.

Том вопросительно посмотрел на него. На его глазах Билл окончательно развернулся, довольно грациозно скользнув в тесном пространстве ванны. Его руки поползли по влажной коже, немного уходя под воду. Он только начинал изучать это тело и узнавать его слабые стороны, но уже был в курсе об особых рычагах давления, благодаря которым можно было издеваться над Альфредо довольно изощренными способами.

— Билл, не трогай это. Плохой мальчик, — Том прикрыл глаза и откинулся затылком на кафельную плитку, слегка улыбаясь.

— Почему я не должен тебя трогать? Я думал, в этом смысл отношений.

— Потому что ты сейчас доиграешься.

Билл кивнул. Этого-то он и хотел. Его руки гладили плоский и ровный пресс. Вода немного искажала пропорции, но в целом было видно все, что хотелось увидеть. Пальцы нежно поползли по тонкой коже, обхватили в кольцо твердую концентрацию нервного возбуждения, которое передалось и Биллу, подобно вибрации камертона. Он закусил губу и поудобнее устроился на коленях своего молодого человека. Том водил руками по его талии, наслаждаясь близостью и присутствием парня, теплотой и волнами удовольствия, разливающимися внизу живота с каждым резким и уверенным движением его руки.

— Кернер, хорошо… Я скажу тебе… Успокойся, — прошептал Том через несколько секунд, когда понял, что их маленький разговор немного переходит границы.

— Конечно, ты мне скажешь, — глаза Билла блестели в тусклом свете лампочки. — Иначе твои мучения продлятся вечно.

— Нет, точно не вечно… О, боже, — Том дернулся, чтобы усилить движения, которые становились до безумия приятными.

— Так что там? Кто тебя держит тут?

— Билл… Я…

— Я жду ответ, — Биллу и самому было сложно говорить. Обстоятельства — слишком провоцирующими, а смотреть на мучения Тома еще больнее и от того, что его собственное возбуждение настолько сильно, что уже прижалось к животу.

— Ты… — тихий полувыдох, полушепот, который прошелестел по воде, как ветерок.

— Не слышу?

— Ты… держишь меня… мать твою, — Том неловко смахнул с бортика несколько флаконов, которые с бульканьем упали в воду. — Во всех смыслах.

Билл жадно присосался к губам, шептавшим эти горячие и такие нужные им обоим слова. Том с готовностью притянул к себе его голову, отвечая на этот сладкий, выпивающий дыхание поцелуй.

— Я рад, что познакомился с тобой, Том.

Альфредо промычал что-то нечленораздельное. Он не хотел разрывать контакт. Он не хотел, чтобы Билл убирал свою руку. Тело горело от возбуждения и страсти, и было так сложно держать себя под контролем.

Том сделал рывок, тихо выдохнув воздух сквозь стиснутые зубы. Его смуглое тело дернулось немного вверх и оставалось так с несколько секунд, пока пелена остывающего возбуждения не схлынула с его глаз. Билл с удовольствием наблюдал за его расслабляющимся лицом, опускающимися плечами и любовался красивыми чертами, которые в эти моменты принадлежали лишь ему одному.

— Ты опасный тип, Кернер, — наконец изрек Том. — Достанешь любыми способами.

— Да, я в последнее время удивляю себя, — отозвался парень, который с улыбкой чертил пальцем узоры на груди того, кого он только что так жестоко изнасиловал.

— Откинься, Билл. Я тоже хочу увидеть, как ты кончишь.

У обеих сторон не было никаких возражений. Билл подавался вперед всем телом, не обращая внимания на переливающуюся через край воду. Успокоившийся Том вел себя нарочно медлительно, резко лишь в некоторые моменты, когда уже можно было лопнуть от горящего удовлетворения. Билл метался по дну ванной. Она опустела почти наполовину после их телодвижений. Поясница парня царапалась о немного шероховатую эмаль, и было так безумно хорошо, что он мог издавать только глухие рычащие звуки, чем доставлял Тому нескончаемое удовольствие.

С последним глухим «Альфредо, черт», он вцепился парню в плечи и приложился головой о бортик, выплеснув наружу еще некоторое количество воды.

Они продолжали целоваться еще минут пятнадцать после того, как все прекратилось. Было так сложно оторваться друг от друга.

— Билл? — Том с трудом отлип от его шеи и все же нашел в себе силы, чтобы посмотреть в глаза цвета горького шоколада.

— Что?

— Я хочу тебя всего. Пожалуйста, пообещай мне, что ты не будешь долго собираться с этим?

Билл облизнул сухие губы и вяло закивал.

— После вспышек, подобных сегодняшней, я готов ждать лишь до того момента, пока мы доползем до постели.

Том серьезно смотрел на него. Он понятия не имел, куда заведет его эта странная, так внезапно вспыхнувшая страсть. Но одно он все же понимал для себя с ужасающей четкостью: его тело и внутренности попросту отказывали рядом с Биллом.

***

Они вышли из ванной через полтора часа и тут же наткнулись на разгневанную Фиби. Она сжимала в руках полотенце и угрожающе притопывала тапочком с кроликом.

— Знаете, что? Ванна, она, вроде как, чтобы в ней мыться!

— А мы и мылись. Аж до скрипа намылись, — Альфредо пошло поиграл бровями и подмигнул покрасневшему Биллу.

— Животные, — буркнула девушка и просочилась мимо них на свое законное место, до которого так долго не могла дорваться. — Билл! Тут Пацифика из берегов вышла, вы что, с ума сошли? Мы же зальем… Ох, черт, Альфредо живет прямо под нами!

После ее слов, как по заказу, раздался страшный грохот в дверь.

— Да нет, этого не может быть, — Билл тревожно обернулся к двери. — Фиби, мы ведь совсем немного налили.

— Ага. Вот ему это объясняй! — она гневно указала на дверь, затем промаршировала ко входу и посмотрела в глазок. В коридоре, в лучших традициях фильмов ужасов, стоял очень злой мистер Альфредо, образ которого все еще не стерся из памяти у всех троих, в связи с утренними событиями.

— Кернер! Объясни мне, что у вас происходит? У меня весь потолок покрылся пятнами! Я вам говорил, чтобы не тратили воду!

— Да что же это за нахуй, — разозлился Томас и первый дошел до двери, распахивая ее настежь. — Чего тебе надо здесь? Ты уже получил все, что хотел!

Мистер Альфредо оттолкнул его с порога и порывистым шагом добрался до ванной, окинув зверским взглядом прикиды ребят. Все трое были красноречиво обернуты в полотенца.

— Я вижу, у вас тут весело было, — взглянул на мокрый пол. — Ну что ж, Кернер. Похоже, что с тебя еще один штраф. Поверь мне, на этот раз ты попал еще сильнее.

Злорадству домовладельца не было предела. Он быстро достал телефон и сделал фотографию мокрого пола. И со словами: «ждите новых бланков на штраф», радостно исчез в направлении лифта.

— Да что же это такое, — Билл с квадратными глазами проводил взглядом его сутулую спину.

— Ладно. Так… Спокойно, Фиби, — девушка сжала пальцами ледяные виски. — Я понимаю — Билл. Он тихий, наивный ребенок, который не понимает, куда лезет. Но ты, Альфредо, прожженный хрен, к тому же, родственник этого мерзавца, мог остановить всю эту ситуацию?

— Фиби, не начинай.

— Ты опять делаешь все то же самое! От тебя одни неприятности! В тот раз было точно так же. История повторяется! Билл, на твоем месте я бы проверила, кто спровоцировал все это. Том мог нарочно…

— Фиби, нет. Не надо, — Билл посмотрел на начинающего мрачнеть соседа. — Это я во всем виноват. Чистая правда, я первый к нему полез. Мы ничего вокруг не замечали, потому что…

— Я все поняла! — быстро проговорила девушка. — Нет нужды пояснять!

— Серьезно, Фибс, мы разберемся с этим. Не может же он второй раз нас штрафовать.

Розовые глаза сверкнули праведным гневом. Она сжала свое полотенце и, не слушая никаких оправданий, захлопнула за собой дверь ванной.

— Полный трындец, — Билл устало привалился к стенке. Он начал бояться, что все его деньги улетучатся только на то, чтобы постоянно оплачивать проклятые штрафы.

***

— Билл, успокойся, — пытался урезонить его Том через полчаса бесконечных метаний по жилплощади.

— Том, у меня нет денег. Где я возьму все это? Где?

— Билл, ну перестань, я не думаю, что Альфредо заломит тебе астрономическую сумму, — Фиби, которая уже вышла из душа и на время прекратила ворчать, тоже была неподалеку. Она подала ему стакан с водой. Билл залпом осушил его, даже не заметив, что он пил.

— Да! Когда дело было с дверью, мы тоже так не думали. Ты не понимаешь, Фиби. Это не кончится никогда. Ему только нужны предлоги. А иногда он и сам готов их создать!

— Билл, перестань…

— Что «Билл, перестань»? — злился Кернер. — Я готов выслушать любые ваши предложения!

Когда он отвернулся, Фиби беззвучно пощелкала в воздухе пальцами, обращая на себя внимание Альфредо. Она умоляюще сложила руки и указала глазами сначала на Билла, а затем в сторону его комнаты.

«А я что могу сделать?» — одними губами прошептал Том, поняв это как «успокой его».

«Ты же, — Фиби красноречиво указала на парня пальцем, — его парень!» — она несколько раз ударила ладонью о кулак, как бы наглядно демонстрируя процесс становления бойфрендом.

Тот зверски округлил глаза, однако намек понял.

— Билл, пойдем со мной. Эта вся ерунда не стоит твоих нервов. Я завтра схожу к отцу и посмотрю, что можно сделать. Тебя это успокоит?

— Нет! – продолжал нервничать Кернер.

— Идем. Я тебе массаж сделаю, — Том предпринял еще попытку и потянул его за локоть.

— Том, это катастрофа! – продолжал нагнетать Билл.

Альфредо, наконец, отловил мечущуюся по комнате темную молнию.

— Ну хватит, — он заправил за уши Кернера волосы и прижал взлохмаченную голову к себе. — Билл, завтра будет новый день.

— Не лучше, чем этот, — сумбурно проскрипел Билл и повис на Томе невнятной массой. — Мы влипли. Точно тебе говорю.

Том закатил глаза.

— Не думай об этом. Вот и все.

Билл не очень представлял, как это возможно. И уже на следующее утро они убедились, что все его опасения были не так уж беспочвенны.

Комментарий к 17. Засунь свои деньги сам знаешь куда

осталось еще 9 глав! Огромное спасибо Ксении и всем моим верным ПЧ!! =) недолго мучиться осталось нам !

========== 18. Он не мой отец ==========

— Вот! Что я говорил, видишь? — он удрученно показал Тому конверт, который нашел под дверью с самого утра. — Новости из домоуправления.

— Открывай, — Альфредо устало потер пальцами глаза.

Билл нехотя сделал, что ему сказали. Разумеется, внутри они обнаружили уведомление с ехиднейшей повесткой о том, что сумма ремонта составит…

— Кернер, да ты чего?! — переполошился Том, когда парень на его глазах начал заваливаться набок.

Он только и успел подхватить его, чтобы затылок брюнета не встретился с полом слишком жестко. Параллельно Том умудрился подсмотреть в повестку, которую Билл лихорадочно сжимал в побелевшей руке.

— Слушай, ты драматизируешь. Ну найдем мы эти две тысячи! — не очень уверенно принялся успокаивать он.

— Где? Из воздуха?

— Нет, мы заработаем. Одолжим у кого-нибудь.

— Мне надо прилечь, — тихо пробормотал Кернер.

— Хорошо, — Том помог ему добраться до комнаты и мягко уложил на кровать. Сам он присел рядом, обеспокоенно положив подбородок на руки и уставившись на парня.

— Меня об этом не предупреждали, когда я въезжал, — тихо объяснил Билл матрасу.

— Меня тоже. Я как своих ушей не видел нормальной семьи, — Том осторожно погладил парня по шее. — Но, Билл, с этим можно смириться…

— Да? Но он же нас со свету сживет! — Кернер вскинул голову и посмотрел на парня.

— Успокойся. Я попробую что-нибудь придумать.

— Ты ничего не придумаешь. Хуже уже быть не может, ты это знаешь.

— Посмотрим. — Том чмокнул его в висок. — Мне на работу пора. Ты не возражаешь, если я тебя покину? Справишься тут один?

Кернер вяло махнул ему рукой, показывая, что никаких протестов не имел. Том задумчиво глянул на него и, отыскав свои кроссовки, вышел за дверь. Пришлось немного приукрасить — он не собирался идти на работу. Прямо сейчас он собирался спуститься на этаж ниже и начистить морду тому человеку, который это давно заслужил.

Том был сейчас зол и готов на все, что угодно.

— Открывай, старая скотина! — он приложил открытую ладонь к двери с такой силой, что дерево задрожало от его ударов. — Покажи мне свою морду!

Его просьбу исполнили не сразу. Мистер Альфредо появился в дверях через минуту — в старой рубашке, и довольный, как накормленный кот.

— Томас, рад тебя видеть. Что привело тебя ко мне?

Домовладельца мощно втолкнуло в квартиру. Том вошел следом, напряженный, как высоковольтный провод.

— Показывай мне свою ванную. Я сделаю тебе все, что угодно: покрашу, приклею, заделаю, как было, чтобы ты оставил нас в покое.

— Какой ужас! Жаль, что я уже вызвал ремонтную бригаду. Твоя помощь, к сожалению, мне уже не пригодится. — Мистер Альфредо потер ушибленное плечо и продолжил все так же издевательски смотреть на сына.

— Ну и отлично. Я хочу, чтобы ты отозвал у Билла то, что ты ему понаприсылал. Теперь, когда проблема решена.

Альварес задумчиво поскреб заросший подбородок.

— Да если бы она была решена, — с сожалением протянул он. — Но, видишь ли, твой друг нарушил кое-какие правила, которые я считаю обязательными к выполнению.

— Это какие же? — в тон ему отозвался Том.

— Я ему объяснял, что нельзя пользоваться душем сверх меры.

— Альварес, хватит. Мы оба знаем, что ты злобишься на него только потому, что он предложил мне место жительства. Как и Фиби, до которой ты докапывался все эти годы.

— Я предупреждал: никогда не связывайтесь со мной. У вас до этого еще нос не дорос, — посмотрев на свои ногти, заметил Альварес.

— Я так и знал. Дело лишь в том, чтобы показать всем свой авторитет, — Томас кивнул. — Тогда слушай мои условия. Ты слезаешь с него. И тогда я не доношу о том, что ты вытворяешь в этом доме. Я давно собирался покончить с этим. Я знаю о тебе слишком много, папа. И доказательства у меня найдутся. Так что по-хорошему говорю: отступи.

Мистер Альфредо нехорошо усмехнулся, на секунду опустив глаза. Когда он их поднял, Тома окатило огненной волной бешенства.

— Ты пришел угрожать мне, щенок? Как насчет того, что и у меня есть против тебя кое-какие факты? Интересно, как твой бойфренд посмотрит на то, что ты шизофреник? Может, мне стоит рассказать ему, как ты умеешь ловко залезать в головы к людям и промывать им мозги?

Том замер. Эта беседа принимала очень неправильный оборот.

— Я не шизофреник, — тихо прошипел он. — Это эмпатия*. Я чувствую только тех, кто близок мне по духу. Билл такой же.

— Да-да. Сказка, которую ты придумал, чтобы доказывать людям, что ты не шизик. Ну, а Кернер уже знает о том, что он «такой же»? Ты уже ему рассказал? Готов поспорить, что ни слова, — мистер Альфредо продолжал наслаждаться диалогом.

— Не вмешивай его в это. У нас совсем не те отношения! — огрызнулся начинающий закипать Том.

Мистер Альфредо насмешливо смотрел на своего сына.

— Ты жалок, Томас. Ты для меня — сплошное разочарование. Всегда был, а сейчас особенно. Иди… — он отстранился, чтобы освободить парню проход. — Я ничего не буду отзывать. Но, так и быть, не стану рассказывать ничего твоему дружку. Он все равно узнает рано или поздно.

Томас кивнул. Опустил глаза. А через секунду удар сокрушительной мощности обрушился на домовладельца, впечатывая его в стену.

— Скотина, только подойди к нему еще раз, я тебе ноги вырву, — рыкнул парень прежде, чем успел сообразить, что он делает.

— Убери от меня руки, Томас, — хрипел мистер Альфредо. — Убери.

— Да как ты можешь на родного отца руку поднимать? — из комнаты на шум выскочила миссис Альфредо.

— Он мне не отец, — Том не мог совладать с собой и своим гневом. — Уже давно.

— Выметайся… из моей… квартиры… — хрипло дышал мистер Альфредо, хватаясь за сердце. — Рут, прогони этого выродка…

— Том, уходи от нас. Было лучше, когда тебя не было здесь.

— Я и сам не рад. Не могу здесь находиться. Здесь все насквозь пропахло предательством и равнодушием, — зло бросил он и, сплюнув прямо на пол, громко хлопнул дверью.

— Щенок, — мистер Альфредо трясся, как при лихорадке. — Он мне за это ответит. Оба они ответят. Оба.

***

Промаявшись весь день всякими домыслами и сомнениями, к восьмому часу вечера Билл сидел и нервничал на подоконнике.

У него почему-то было очень нехорошее предчувствие. Первую половину дня он судорожно думал о способе достать деньги. Потом он размышлял, что можно было урегулировать все это мирным способом и попробовать извиниться перед Альфредо. Когда он счел, что это был самый маловероятный вариант, попробовал немного поработать, но макеты упорно не получались — кисть съезжала, шаблоны были как на подбор ужасными, и через пятнадцать минут Кернер бросил это пустое занятие. Ему совершенно не нравилось то, что он был дома один — как никогда захотелось поговорить с кем-то. Но Фиби была не рядом, Том — на своем посту в баре, а Гарри и Грегори…

Вспомнив про братьев, Билл от нечего делать сходил и позвонил им в дверь. Ответом ему была тишина. Наверное, они в своем спортзале. Кернер вернулся домой, попытался почитать, попытался полежать, но и из этого ничего не получалось.

Устав карабкаться на стену, он набрал номер Тома, но нарвался на автоответчик. Абонент недоступен.

— Да что б вы все… — Билл зло встряхнул трубку. — Эл? Ты тут? Эл?

Молчание. Как будто весь мир оглох и просто несся мимо, пока Кернер пытался достучаться хотя бы до кого-нибудь.

Часов в семь домой пришла Фиби, но и это не скрасило одиночества. Билл никак не мог отделаться от неприятного чувства тревоги.

Он вкратце рассказал подруге о произошедшем, на что получил раздраженное: «Я так и знала». Больше тема не поднималась. Девушка принялась мрачно жарить что-то на ужин, потому что сегодня была ее очередь готовить, а Кернер ушел нервничать на окно.

Там он задумчиво пощелкал зажигалкой Тома, взял его сигареты. От Альфредо часто пахло дымом, Билл уже привык к этому запаху. Он вообще привык ко всему; ему даже начало казаться, что этот парень всегда был в его жизни. И теперь моменты его отсутствия тянулись, как жженая резина, неприятная и прилипающая к нервам.

Он вытащил одну сигарету. Чиркнул колесиком. Затянулся. Закашлялся. Бросил пачку в пепельницу, не забыв потушить окурок. И снова стал ждать.

Альфредо не появился ни к одиннадцати. Ни к двенадцати. Ни к часу. Билл сделал еще несколько попыток дозвониться ему на мобильный, потом не смог терпеть больше и, махнув на все рукой, расстроенно сел за руль своей машины и поехал в его бар.

***

— Том. Я ищу Тома, — Билл застыл у двери, засунув руки в карманы джинсов.

Гориллообразный охранник подозрительно осмотрел посетителя с ног до головы. Кернер выдержал взгляд и перевел глаза за его спину, вздрогнув при виде знакомой фигуры у стойки.

— Вон он, — парень дернулся в его сторону. — Томас Альфредо.

— Сто баксов за вход, — мощная ладонь легла на его грудь.

— Нет, вы не поняли. Он мой друг, работает здесь…

— Да-да, мы все здесь друзья, — гигантская клешня все еще препятствовала вторжению.

— Твою мать, — выругался Кернер.

Он полез в задний карман, достал последние восемьдесят долларов и приложил их к кожаной куртке секьюрити.

— Держи. Больше нет.

Тот смерил рвущегося внутрь брюнета еще более тяжелым взглядом.

— Тогда сам выгребай этого парня из бара. Кажется, он там медленно превращается в ветошь.

Билл еще раз посмотрел на освещенную стойку. Действительно, Альфредо лежал на ней лбом и не подавал признаков сознания.

— Да что же это такое, — парень принялся раздраженно продираться сквозь толпу. — Том, ты не находишь, что сейчас не самое удачное…

Он проглотил все, что хотел сказать на полуслове.

— Билл? — Альфредо поднял на него большие, немного покрасневшие глаза.

Пол начал уплывать из-под ног. Кернер порывисто присел рядом с парнем и положил ему руку на плечо.

— Том, что с тобой? — тихо пробормотал он так, чтобы разобрал только тот, кому это было адресовано. Хотя в этом не было нужды: музыка играла слишком громко.

— Со мной все в порядке… — он отвернулся и уставился в свою кружку. На столе стояло еще несколько стопок и бокал из-под мартини.

— Сколько ты выпил? — Билл обвел взглядом все это сокровище.

— Не помню. Две… Три?

— Десять? — подсказал ему Кернер.

— Хм. Ну, может и десять. Не помню, — безразлично повторил парень и снова прикрыл веки.

— Ясно. Так, на тему почему ты оказался тут, мы поговорим дома. Собирайся, красавчик. Мы покидаем бал.

— Не пойду, — заупрямился Альфредо.

— Пойдешь.

Билл взял его за рукав кожаной куртки и попытался подтянуть к себе.

— Оставь меня, не пойду, сказал, — неожиданно резко рыкнул тот и вырвался. — Я сейчас не хочу никого видеть.

Билл немного опешил. Он огляделся и убедился, что на них уже косились несколько человек.

— Том, — он наклонился к его уху. — Перестань. Что бы это ни было, мы можем пойти к дому, я оставлю тебя одного, если ты так хочешь. Но перестань закатывать сцены…

— Кернер, уйди. Что у тебя за привычка — лезть везде и всегда? Ты не думал, что из-за этого ты и огребаешь проблемы? — резкий, как свист плети, ответ.

Брюнет снова отшатнулся. Было трудно понять причину, по которой Том внезапно стал зол и ядовит, как пустынная гадюка.

— Так. Одно из двух. Даже одно из одного. Ты снова поругался с отцом? Что ты ему сказал? — догадался парень после секундного раздумья.

— Я сказал — отвали, — Том оттолкнул его еще на пару шагов. — Это не твое дело. Ничье.

— Ладно. Как хочешь. Упивайся своим горем, меланхолик, — рассердился Билл.

Он развернулся и пошел на выход, сжимая кулаки. Его всего трясло от обиды и гнева. В голове, как заведенная, тикала одна единственная мысль — он ждал сегодня весь день, только чтобы увидеть, как его бойфренд превратился в пьяную обезьяну, которая со слоновьим спокойствием выкидывает в баре деньги.

Он сжал челюсти и пожалел о том, что потратил на это восемьдесят баксов. Кернер вышел на улицу и гневно выдохнул клочковатый ночной воздух. Хорошо, что Альфредо не пошел с ним, иначе это могло бы кончиться плачевно.

Однако неприятности сами преследовали его. Почувствовав пальцы на рукаве, Билл обернулся.

— Стой… Постой, пожалуйста, — Том внезапно возник в поле зрения, содрогаясь всем телом. Кожаная куртка совсем не спасала.

Что-то было не так.

— Да что с тобой? — Кернер на секунду даже перестал злиться. Он шагнул к Тому и заглянул ему в глаза. — Что ты успел натворить?

— Я… — парень как-то странно вздохнул сквозь зубы. — Я…

По его щекам побежали прозрачные дорожки, удивившие Билла до глубины души. Альфредо казался сейчас таким беспомощным.

— Так. Ясно. Том, давай, — он подошел и плотнее запахнул его кожаную куртку. — Я отвезу тебя домой. Если хочешь, оставлю тебя одного, если хочешь, мы поговорим. Но, пожалуйста… Поехали?

Для убедительности он сжал объятия и попытался немного согреть колотящегося парня.

— Нет, не оставляй меня одного, — прошептал Том, лихорадочно стискивая его рубашку.

— Как скажешь. Пойдем. Я побуду с тобой. — Билл поцеловал его в висок.

Том кивнул, продолжая сжимать ребра брюнета.

— Только для этого тебе сначала придется отпустить меня, — мягко посоветовал ему парень.

***

Они доехали до дома довольно быстро, поднялись на этаж и прошли в комнату. Билл осторожно помог Тому стащить кроссовки и усадил его на кровать.

— Воды?

— Нет. Ничего не хочу. Просто сядь рядом.

Билл послушно сделал, что ему велели. Из комнаты Фиби доносилась только подозрительная сонная тишина, и потому Кернер предпочел говорить шепотом:

— Я буду тут, не беспокойся.

— Почему ты так добр ко мне? — вдруг спросил Альфредо, быстро поднимая голову.

— Что? В смысле? Том, ты сегодня переходишь из крайности в крайность, я не понимаю…

— Ты ничего обо мне не знаешь, по сути. И тут же пускаешь меня в свою квартиру, в свою жизнь… Зачем ты делаешь это?

— Ну… Я не знаю, Том, мне показалось, тебе нужна моя помощь. Я ошибся?

Альфредо помотал головой. Он притянул брюнета к себе, обнимая его за плечи крепко, почти до боли.

— A знаешь… Фиби была права. Ты зря связался со мной. Я все только порчу.

— Нет, почему? Ты не все портишь. Для меня ты… — Кернер замолк на секунду, вдумываясь в дальнейший смысл того, что собирался сказать. — В общем, для меня, ты — интересный человек. Мне нравится все, что ты делаешь, то, как ты поддерживаешь меня. Я бы не стал делать это, если бы не был уверен… — начал перечислять он, немного отстраняясь.

Альфредо слушал его, внимательно заглядывая в глаза.

— Билл, мне надо тебе сказать кое-что. Это что-то очень важное, — резко выпалил он. — Но я не знаю, как мне сделать это. Я ценю наши отношения. И не хочу потерять тебя.

— Почему ты должен меня потерять? Мы ведь только начали…

— Ты не знаешь обо мне кое-чего. Возможно, это тебя оттолкнет.

— Что? Скажи мне, мы с тобой можем поговорить и решить все проблемы. Не держи это в себе. — Билл проникновенно смотрел на него.

Тому было сложно держать фокус, и поэтому глаза слепо скользили по лицу парня. Ему подумалось, что впервые за многие годы нашелся такой человек, который не смотрел на него, как на редкую гадюку. Взгляд Билла излучал тепло и доброту. Это ощущение было так страшно потерять именно в этот момент, когда оно было нужнее всего.

— Я не понимаю, как ты можешь быть таким милым, — Том не выдержал. Он перешел в новое агрегатное состояние и снова приблизился к парню, вовлекая его в поцелуй.

Последнему ничего не оставалось, кроме как отреагировать. Пьяный и развязный Альфредо сейчас казался готовым на все, но Биллу пришлось его немного притормозить.

— Погоди, так что ты хотел сказать? — осторожно поинтересовался он, когда все-таки смог снова воспользоваться своими губами.

— Что ты, кажется, последний человек на Земле, которому я могу доверять. Я хочу, чтобы ты был со мной сегодня, — было прямолинейным и честным ответом.

На секунду Биллу показалось, что Альфредо имел в виду не это. Но затем в голове что-то щелкнуло. Кернер отодвинулся немного, пытаясь понять, правильно ли он понял.

Взгляд Тома был более, чем красноречив.

— Именно сегодня, именно сейчас ты мне так сильно нужен. Обними меня, — сумбурно повторил парень и умоляюще посмотрел на Билла.

Крыша начала медленно и со скрипом вырываться со своего привычного места.

— Том. Я не готов… Я боюсь, что… не оправдаю твоих ожиданий, — тихо, но мягко свернул в сторону Кернер. Точнее, попытался.

— Билл, мне не важно — хочешь, можешь быть в активе. Я просто… хочу ощутить это с тобой. Мне так спокойно, когда ты рядом.

От подобного предложения волосы на загривке встали дыбом. Билл в шоке облизнул сухие губы.

— Я? В активе? Том, ты пьян. Давай подождем до завтра? Это может плохо ко… — он не успел договорить. Губы Тома заставили его замолчать. Он целовал его до тех пор, пока в организме обоих не началась нехватка кислорода. Через минуту Кернер обнаружил, что лежит на Альфредо и довольно крепко прижимает его к постели, раздвигая бедрами его колени.

— Том, ты играешь в опасные игры. Я не остановлюсь. Ты знаешь, я не смогу, — тихий, сбивчивый шепот в темноте спальни.

— Не останавливайся. Это все, чего я у тебя прошу.

— Блин, мои бедные нервы, — Кернер мягко погладил большим пальцем слегка выступающее адамово яблоко и спустился чуть ниже. — Но тебе придется говорить, что мне делать. Я ни хрена не понимаю в мужской анатомии в… этом смысле.

Том довольно улыбнулся. Он знал, что его партнер легко поддастся.

— Все просто. Делай то, что подсказывает твое тело. Оно не обманет.

Билл кивнул. Его мысли неслись со скоростью миля в секунду. Руки послушно задирали футболку парня, гладили стройное тело. Немного придала уверенности мысль о том, что он уже делал это с женщинами, а потому получилось временно отбросить от себя все терзания. Может, это было не совсем правильно, ведь изначально разговор шел в другую степь, но Билл уверял себя, что все хорошо. Если Тому нужна была поддержка, что бы ни случилось, он готов был ему помочь. В этом не было ничего сложного и только пальцы предательски дрожали, выдавая его внутреннее нервное состояние.

— Футболку. Снимай нафиг, — неразборчиво проинструктировал его хриплый шепот.

Билл послушно сорвал мешающуюся деталь гардероба через голову, помог Тому освободиться от его одежды. Он пока не очень понимал, что происходило.

— Прежде, чем мы начнем, сгоняй за смазкой. Потом будет не до того.

— Где она?

— Там, я оставил ее среди всего барахла, пены и бритвы, — Том порывисто указал куда-то в сторону своего угла.

Билл заморожено кивнул. Встал, доплелся до столика, нашел на нем то, что требовалось. Его всего трясло от неожиданности и нервов.

— Блин, это не может происходить со мной, — прошептал он, когда лег обратно, прижимая к постели теплое, такое податливое тело.

— Может, — Том погладил его по голой спине, спуская пальцы чуть ниже. — Ты поймешь, что это очень приятно…

Билл потерялся в своих эмоциях и чувствах, поэтому даже забыл ответить на эту реплику. Вместо этого он жарко отвечал на поцелуи, которые становились все жестче и откровеннее. Том сжимал его кожу почти до боли, и по его зажмуренным глазам было понятно, что он тоже побаивается, но никогда этого не признает, зная, как им обоим хочется сделать этот шаг.

Ощущения током пробежали по венам. Неловкость и скованность немного мешали сейчас, но от них было никуда не деться. Капелька пота скользнула по шее вдоль позвоночника, и от ее движения Билл поерзал, несмело отрываясь от поцелуев мягких, раскрывающихся для него влажных губ.

Том еще раз лихорадочно кивнул. На этом моменте Билл постарался сфокусироваться и начал осторожно пробираться к ремню. Его пальцы прошлись по дорожке светлых волос на животе и остановились на холодной пряжке.

— Снимай, — скорее повеление, чем просьба.

Тихий выдох сквозь зубы. Том схватил руку, которая ползала по нему и сжал ее на себе. Кернер судорожно зашипел от ощущения того, как возбуждение лизнуло его нервные окончания. Он быстро разделался с остатками одежды, пока Том наблюдал за ним черными, неподвижными, но такими живыми глазами. Слегка искривленные от напряжения губы шептали что-то, но было уже не разобрать. Билл делал, как было велено: слушался своего тела, которое горело от предвкушения. Они оба зарычали негромко, когда горячая кожа встретилась с горячей кожей. Это было так просто и одновременно так сложно, так жарко и так откровенно. Никто и не думал, что сегодняшний вечер закончится так, но липкие судороги бежали по спине Кернера от желания взять это тело, подтверждая реальность происходящего.

Он чувствовал себя животным, которому сейчас казалось мало даже такой экстремальной близости. Брюнет проникновенно заглянул парню в глаза, перед тем как продолжать.

— Давай, Билл.

Кернер быстро закивал. Он открыл рот, но ничего не смог произнести. Его эмоции переливались через край, как вода в ванне, в которой они были вместе в последний раз. Щелкнула крышечка тюбика с лубрикантом. Холодная смазка попала на кожу.

— Сначала пальцами, хорошо? У меня… очень давно никого не было. — Том вцепился до боли в его левый бицепс.

Билл сделал, как его и попросили. Он нырнул в огненную реку своих желаний, осторожно входя в красивое тело пальцами, немного раздвигая их и наблюдая за реакцией. Она последовала незамедлительно — Том подался немного вперед, закусив губу и немного напрягая мышцы. Тугие стенки ощутимо сомкнулись, а Билл навис над Альфредо, не прекращая своих движений.

— Больно?

— Нет… но достаточно.

Кернер выпрямился на руках и коснулся носом щеки Тома.

— Почему у меня такое чувство, что я знаю тебя всю жизнь? — неожиданно выпалил он то, что вертелось у него на уме.

— У меня тоже такое чувство. Я так хочу пойти до самого конца именно с тобой. Мне кажется, что ты… мы так хорошо отражаем друг друга.

Билл улыбнулся. Короткий и нежный поцелуй, и Том застонал, почувствовав, что парень твердо и легко входит в его тело. И Билл растворился в эмоциях — целом море кайфа, жара и удовольствия. Но это было только начало. Его зрачки немного расширились, как от наркотиков, точно так же, как и зрачки Тома, который глубоко вдохнул и забыл выдохнуть.

— Теперь двигайся… — тихий, еле уловимый шепот. — Не переставая.

Билл прикрыл глаза и почувствовал, что Том дрожит, подаваясь ему навстречу с каждым толчком. Он все больше входил во вкус. Красивый молодой человек под ним с трудом сдерживал стоны, и потому было так сложно удержать свои. Билл впился пальцами в бедра Тома, получая лучшее из наслаждений — быть с тем, кто за такое короткое время стал настолько близким. Альфредо был прав, сказав, что только так это может доставить сумасшедший кайф. Билл и сам не думал, что хотел этого настолько сильно. Он вколачивался в теплое тело жесткими, слишком быстрыми движениями, не контролируя свои порывы.

— Билл, ты можешь… во-о-от черт, — выдохнул Том, явно силясь что-то сказать.

— Что? Медленнее? Остановиться?

— Нет… Пообещать мне, что ты останешься со мной… Пожалуйста. Мне кажется, что я влюбился. Впервые в жизни.

Мышцы живота дернулись от этого признания. Билл тихо задышал.

— Я согласен. Ты не один в этой лодке. — Кернер провел кончиками пальцев по соскам, подкладывая ладонь и выгибая Тома в пояснице. — Но сейчас у нас обоих есть одна проблема. Нам надо закончить то, что мы начали.

Альфредо согласно потянулся в его сторону, принимая сидячее положение. Билл прикусил губу, подсаживая его на колени. Пальцы брюнета впились в напряженные ягодицы. Он подтянул Тома к себе, чувствуя, как его ноги разъезжаются, как он с силой сжимает их вокруг талии. Можно было кончить от одного его вида: запрокинутой в сладком удовольствии головы, его пальцев, которые хаотично скребли спину. Толчки стали еще глубже и жестче, ладони беспорядочно ползли по талии и вверх. Билл ласкал и гладил ровную кожу, никак не желая успокаиваться и заставляя парня стонать все громче. Билл был все ближе к краю с каждым дюймом, чувствуя, как их стоны медленно превращаются в хриплые вскрики. Он видел, как темнеют глубокие, карие глаза и прижался лбом ко лбу Тома, чтобы стать ближе.

Парень с брейдами приоткрыл рот в немом крике. Его тело само по себе откинулось назад, импульсивно сжимая талию того, кто доставлял ему нестерпимый кайф, и поэтому Биллу пришлось доделывать всю работу уже лежа. Он только на секунду заглянул в искаженное сладкой судорогой лицо и тут же ощутил, что жар взорвался в его теле тысячей самых ярких и острых звезд.

— Как хорошо, — услышал он напоследок тихий, неразборчивый шепот, больше похожий на мысль. Но Кернер не успел ничего ответить. Том дернулся, как змея, и мотнул головой. Его тугие косички разметались по подушке, и теплая струя ударила в живот обоим.

Билл до боли закусил губу. Все мышцы разом исчезли из его конструкции. Осталась только легкость и невесомость, невозможно прекрасные, чтобы описать их словами.

Он рухнул на подушки, полуживой от нервов и белой горячки.

— Черт. Вот черт… — очень эмоционально выдал Билл. — Это нереально.

Том уверенно закивал, быстро-быстро, явно соглашаясь со всем сказанным.

— Я тебе говорил, с парнями совсем не так? Это крышесносящие ощущения.

— Правда? С тобой все хорошо?

— Правда. Я так рад, что ты познал себя, как гея. Этот мир очень многое бы потерял без тебя.

— Я уже и сам начинаю верить, что это было удачное решение, — отшутился Билл. Он нежно погладил Тома по скуле. — Но ты тоже виноват, не на шутку завел меня.

Том довольно улыбнулся. Весь хмель снова вернулся в его голову, хотя до этого казалось, что он уже протрезвел.

— Том. Ты ведь мне хотел что-то сказать?

— Давай завтра? Мне с тобой так хорошо, и я не могу больше ни о чем думать. Сейчас я хочу только одного.

— Чего?

— Чтобы ты обнял меня.

So lie to me once again

And tell me everything will be alright

Lie to me once again

And ask yourself before we say goodbye

Well goodbye

Was it worth it in the end…

You said you were there for me

You wouldn’t let me fall

All the times I shared with you

Were you even there at all?

(12 Stones — Lie to me)

Комментарий к 18. Он не мой отец

*Эмпа́тия (греч. ἐν — «в» + греч. πάθος — «страсть», «страдание») — осознанное сопереживание текущему эмоциональному состоянию другого человека, без потери ощущения внешнего происхождения этого переживания. Соответственно эмпа́т — это человек с развитой способностью к эмпатии. Понятие «эмпат» не является научным термином, и используется преимущественно в фантастике.

http://s49.radikal.ru/i123/1408/fc/5ef78748a9f3.jpg - у меня новый баннер, подарок от подруги. Я ржала конем)))))

========== 19. Ошибка ==========

Противный писк будильника растормошил Билла и Тома в десятом часу. Они оба открыли глаза и некоторое время лежали, привыкая к новой реальности.

— Привет, — Том первый расплылся в мягкой улыбке.

— И тебе привет, совратитель чертов, — хмыкнул Билл, накрывая его рукой. — Как спалось?

— Благодаря тебе — отлично. Будет напоминать о себе некоторое время. Но это приятное напоминание, — Том по-детски укусил сонного парня за нос.

Кернер поморщился и отвернулся от него с недовольной миной. Они еще некоторое время валялись и смеялись над всякими глупостями, пока Том не вспомнил, что работу, дела и завтрак еще никто не отменял.

— Какие планы на сегодня? — поинтересовался Альфредо, поглаживая пальцем тыльную сторону руки Билла.

— Съезжу в офис. Разгребу почту. Буду думать, где взять денег. А у тебя что на уме?

— Мне тоже надо на работу… — словно извиняясь, Альфредо опустил ресницы. — Но после… Мне правда нужно тебе что-то сказать.

— А сейчас?

— Нет, — Том невесомо поцеловал его в губы. — Давай вечером? Я хочу… настроиться.

— Том ты меня пугаешь. Ты же не собрался делать мне предложение? — нервно пошутил Билл. — Я еще не готов. Я и на секс-то решился только в теории.

— Да, внезапно вышло. Но, Билл, это было… — глаза парня слегка прикрылись.

— Ужасно. Я знаю, — Кернер позорно прикрыл лицо подушкой.

— Шутишь? Нет! Билл, нет, — Том с усилием вытащил его обратно на свет. — С тобой это было лучше, чем с кем-либо… Хотя я вполне ожидал такого.

Кернер недоверчиво поднял на него глаза. Лицо парня не врало, оно было мягким и улыбчивым, таким милым, что у Билла защипало в глазах. Они и раньше просыпались вместе, но сегодня, именно в этот день, это приняло особенное, такое близкое значение.

Они полежали еще несколько минут, целуясь и улыбаясь, как два дурака. Но потом Альфредо с сожалением предупредил, что ему пора идти. Он еле смог заставить себя разжать руки.

— Билл, мне пора, правда, — он медленно отстранился от парня. — Я буду ждать. Этого вечера…

— А я буду ждать тебя, — все еще улыбаясь, прошептал Билл ему в ответ.

На этом они попрощались. Это заняло некоторое время, потому что Том никак не мог отлипнуть от молодого человека, провожающего его в дверях.

— Билл, правда пора, — Том с сожалением снял его ладони со своих бедер.

— Да, все-все… — Кернер моргнул и отпустил парня. — Не держу.

И с этими словами Том вышел за дверь, а Билл прислонился к стенке с дурацкой улыбкой и стал думать, что хоть в чем-то его жизнь приходит в норму, если такого рода отношения можно назвать нормой.

Билл? — Кернер вздрогнул от неожиданности, когда в его тишину так внезапно вторглись.

Эл. Сколько времени прошло, — парень тут же поджал губы. Все хорошее настроение начало утекать, как в сливное отверстие.

Прости, что так долго не появлялся… Я все ждал, когда он уйдет.

Очень неожиданно. На самом деле, я думал, что ты меня кинул.

Нет. Я не мог. Я помню свое обещание.

Так что же ты потерялся так надолго, Эл?

Я не могу появиться рядом с кем-то. Я хочу, чтобы ты был один…

Хм. Интересно… Знаешь, я думал об обратном — я пойду на встречу с тобой только с Томом. Мне не очень хочется общаться с типом, которого я едва знаю, и кто фактически склонил меня к тому, что сейчас происходит в моей жизни…

Ты не рад? Теперь, когда ты честен сам с собой, разве тебе не нравится то, что ты видишь? И что ты делаешь?

Не в этом дело. Мне нравится… Просто нельзя меня обвинить в том, что я тебе не доверяю, парень.

Не стану спорить… Может, это не изменится, когда ты поймешь, кто я такой. Но поверь мне, Том не должен идти с тобой. Мы встретимся наедине. Давай сегодня вечером?

И даже так? Ну… Я не знаю, Эл.

Иначе я никогда не решусь. Думай… Сегодня?

Хорошо. Но я обещал Тому…

Это не станет проблемой, обещаю.

Что? Эл, ты что, хочешь и ему тоже мозги промыть? — Билл удивленно вскинул голову.

Нет, конечно… Нет, все не так, как тебе кажется. Я могу общаться далеко не со всеми…

Но как тогда…

Билл? Давай при встрече? Я тебе все расскажу, все что ты хочешь…

Кернеру показалось, что сам тон их беседы изменился. Эл как будто извинялся, был необычно мягок.

Хорошо. Где мне найти тебя?

Я сам найду. Ты узнаешь меня. Не волнуйся.

Кернер хотел сказать что-то еще, но в голове его воцарилась внезапная пустота. Эл ушел. А он так и остался стоять в полумраке коридора и в тени своих сомнений.

***

Мистер Альфредо быстро двигался по улице. Он обернулся всего два раза, чтобы убедиться, что вокруг не было никого и, когда дошел до нужного ему здания, толкнул старую ржавую дверь. Это была отдаленная от центра часть города, потому старику пришлось проделать нелегкий путь, чтобы добраться сюда. Вниз вели крутые ступеньки. Он преодолел их осторожно, боясь оступиться, но в движениях его не было никакой неуверенности: он шел к своей цели. Внизу было немного дымно и накурено, валялись какие-то блестки и разбитые бутылки, но, в целом, помещение клуба выглядело не так уж разбито после ночной вечеринки.

Альфредо брезгливо отодвинул носком ботинка валяющийся на полу презерватив.

— Берто! — крикнул он в глубину помещения. — Я знаю, что ты тут!

Толстяк появился в зале через минуту, вытирая руки о полотенце.

— Ох ты, разорви меня граната, старый пес, — он удивленно улыбнулся своему знакомому. — Что ты тут делаешь? Я думал, ты не по этой части и заведение мое стороной обходишь.

— Я и обхожу, стыд и рассадник разврата, — старик оперся на свою трость. — Но то, что я хочу попросить у тебя, лучше просить при личной встрече, потому я и решил нагрянуть без предупреждения.

— Мда? А ты принес мне вторую часть долга? — хитрые глаза тут же прищурились.

— Принес. И даже сверху. Мне нужна кое-какая твоя услуга…

— Хм. Ну, допустим, я тебя слушаю.

— Мне нужен один из твоих парней.

— Так, это уже интересно. Это как-то связано с твоим щенком? Решил подкинуть ему приличную партию?

— Да нет. Партию он себе уже нашел и без моей помощи, — Альварес зло сжал челюсти. — А теперь ему пришла пора платить за то, что он не слушает меня. Так что? У тебя найдется какой-нибудь ловкий парень?

— Сделаем, — губы Берто растянулись в сладчайшей улыбке. — Но деньги вперед.

***

Вечером Билл сидел на кухне и пил чай, глупо улыбаясь своему монитору. Фиби снова где-то носило, и потому он провел целый день в абсолютном спокойствии, наедине с приятными воспоминаниями о вчерашнем вечере и попытками представить, как мог выглядеть этот загадочный Эл.

Кернера мотало из одного состояния в другое. С одной стороны, он волновался, но с другой, мысли о приятных изменениях в его жизни не давали погрузиться в уныние полностью.

Он переживал. Он ждал и надеялся. И вместе с тем, строил далеко идущие планы на ближайший вечер.

Когда Фиби, которую в последнее время часто занимали всякие выставки и презентации, вернулась, то обнаружила на кухне абсолютно потерявшего реальность соседа, баловавшегося кофе в гордом одиночестве.

— О-о-о, нет. Я знаю эту дурацкую улыбку, — девушка указала на парня пальцем, бросив на стол ключи. — Кернер… ты в сознании?

— Большей частью, — Билл вынырнул из эйфории и умудрился сфокусировать свой взгляд, продолжая улыбаться.

— Только не говори мне, что ты все же переспал с ним.

Опущенные в стол глаза и розовые кончики ушей были ей ответом.

— Черт… — девушка закатила глаза. — Ты выглядишь, как кот, нажравшийся сметаны.

— Я и чувствую себя так же. Фиби, это было так… Совершенно не как с Амандой или с любой девушкой. Совершенно новые, более сильные ощущения.

— С открытием тебя, мой дорогой. Но когда я говорила тебе про секс со своим полом, я не собиралась толкать тебя в… — она остановилась, чтобы подобрать слова. — В это состояние влюбленного тюленя. Тем более, с Альфредо.

— Ты права. Я правда немного не в себе, — Билл отвернулся в сторону и глупо захлопал ресницами.

— Зря ты не слушаешь меня. Ты слишком быстро доверился тому, кому я на твоем месте не стала бы доверять. Он разобьет тебе сердце быстрее, чем ты успеешь рот открыть.

— Нет, Фиби. Этого не будет, правда. Том… очень хороший. Ты его видишь не так, как я вижу его.

— Да. Потому что я старше. И мои розовые линзы не мешают мне воспринимать мир трезво, — ее глаза значительно округлились.

— Ну, перестань ворчать… Ты разве не рада, что вы все снова вместе?

— Как сказать. Мне не очень нравится, что ты, — она сделала ударение на этом слове, — ныряешь во все это без ума.

— Без ума, — задумчиво протянул брюнет. — Ты права. Я тотально теряю себя рядом с ним. Кстати о сумасшествии… ты не поверишь, что случилось.

— Что? Вы сделали это так громко, что старик Альфредо явился к вам и вкатил еще штраф? — ехидно отозвалась девушка.

— Нет. Интереснее. Помнишь тот голос? Про который я тебе говорил?

— Тот, который не давал тебе покоя?

Кернер утвердительно кивнул.

— Да. Так вот, он сегодня объявился и предложил мне встретиться. Представляешь? Я увижу человека, который умеет читать мысли.

— Да, это действительно необычно, — губы Фиби немного изогнулись в улыбке. — Когда ты к нему пойдешь?

— Я не знаю. Он сказал, он сам узнает меня. И сам найдет… — парень задумчиво подпер рукой подбородок. — Даже не догадываюсь, как это произойдет. Мне нужно куда-то выйти? Или что? Я же не могу встретить его, сидя тут.

— А он что тебе сказал?

— Ничего, в том и дело. Я просто сижу и жду. Эл и сам, похоже, немного стесняется…

— А при чем здесь Эл? — Фиби удивленно выгнула бровь.

Билл поднял глаза. Его лицо приняло непонимающее выражение.

— Как? Я же о нем только что рассказывал, сказал, что он хочет встретиться со мной…

— Ты говорил про голос… При чем тут Альфредо? Я думала вы и так вместе при любой возможности, — Фиби тоже сосредоточилась, чтобы уловить смысл.

— Погоди… — Билл нахмурился. — Я ни слова не говорил про Тома.

— Говорил. Ты назвал его Эл!

— Нет же, это не он, Фиби, — Кернер рассмеялся, поняв, наконец, откуда тянулись ниточки этой загадки. — Эл — это голос, который…

Он остановился, заметив, что лицо мулатки изменяется до неузнаваемости. Оно внезапно заострилось и стало очень сосредоточенным.

— Билл. Этот голос… Он так и представился? Эл?

— Да, это же то, о чем я только что сказал. Фиби, наш диалог напоминает беседу двух даунов. Что с тобой?

Девушка закатила глаза. Затем она устало приподняла руку и прикрыла пальцами веки.

— А то, Билл. То, о чем я тебе и говорила. Не надо доверять людям так быстро. Эл — это прозвище, которое мы дали Тому очень много лет назад. Эл, сокращенно от Альфредо. Не видишь никакой связи? Мне кажется, я разгадала, кто твой невидимый собеседник, даже не прилагая особых усилий…

В кухне повисла напряженная тишина. Билл открывал и закрывал рот, в попытке поймать свое дыхание, а заодно найти хотя бы что-то, что можно было бы сказать.

— Нет, он тут ни при чем… — тихо прошептал Билл, когда обрел дар речи.

Его глаза начали странно темнеть.

— А я думаю, очень даже при чем… — Фиби потерла рукой лоб. — Слушай… Вспомни все, что ты знаешь о нем. До малейшей детали. Его слова ни разу не совпадали с тем, что говорил или делал Альфредо? У него же даже была психиатрия!

— Нет. Никогда, — выпалил парень быстрее, чем задумался о сказанном.

В его мыслях, в его представлении со скоростью поезда неслись образы и воспоминания.

Щелк. Первый серьезный разговор с Элом.

У тебя ведь тоже есть масса проблем в общении с людьми? Ты шарахаешься каждого куста. С самого того момента, как ты приехал сюда, я понял, какой ты. Ты очень похож на меня…

Щелк. Та ночь, когда он впервые подбил на эксперименты с мужчинами.

Ты понятия не имеешь, от чего отказываешься. Просто подумай. Я ведь парень. И если ты собираешься понять, чего хочешь ты и твое тело, может быть, тебе стоит попробовать…

Щелк…

Я открою тебе свое лицо. Если ты скажешь Тому о своих чувствах…

Щелк. Альфредо, который мягко улыбается с утра в постели, такой растрепанный и довольный: Билл, давай я расскажу тебе вечером? Я хочу… Настроиться…

А до этого: Скажи мне, что ты будешь со мной… Пожалуйста.

Они ведь оба хотели сегодня сказать что-то важное.

— Нет, этого не может быть… — руки Билла слегка дрогнули, и на пол полетела кружка с остывшим кофе. — Фиби, это не он… Он не стал бы…

— Мне очень жаль, малыш, — лицо девушки оставалось мрачным. — Я не знаю, права я или нет. Только он сможет это подтвердить.

В двери повернулся ключ. Как по заказу.

— Эй ребята! Как у вас дела? — весело позвал вошедший в квартиру Том.

Он не услышал ни звука в ответ. Пожав плечами, парень прошел на кухню, чтобы понять, кто был дома. Он так и остался стоять на пороге, когда увидел выражения лиц своих друзей.

— Так. У нас что, кто-то умер?

— Билл, я вас оставлю, — Фиби поджала губы. — Мне кажется, вам надо поговорить.

Снова ни слова. Кернер просто замер, словно каменное изваяние.

— Билл, — лицо Альфредо моментально приняло очень серьезное выражение. — Что произошло, снова мой отец?

Это правда, Том? Отвечай мне… — Кернер даже не нашел в себе силы, чтобы раскрыть рот. Но это было и не обязательно. Больше не обязательно.

Парень с брейдами вздрогнул. Он отступил на шаг назад, услышав мысли, адресованные именно ему.

Ты понял… — тихо отозвался он и опустил ресницы. — Я не удивлен… Разве только тем, что этого не случилось раньше.

Привет, Эл, — Билл горько хмыкнул. — Полагаю, лучше так тебя называть?

Билл…

Нет. Не говори мне ничего… Просто ответь: нахрена?

Прости меня… Я не хотел, чтобы это зашло настолько далеко, я не хотел играть в двойную игру.

— ЗАЧЕМ? — повторил Билл уже вслух таким тоном, что у Альфредо моментально поседели виски.

— Потому что мне захотелось понять, почему я могу слышать тебя, — очень тихо и серьезно прошептал он.

— И потому ты решил заставить меня поверить в то, что лучше тебя нет никого на свете? Очень честно, Том. Прошу прощения. Эл.

— Нет, все это совершенно не так, я понятия не имел, что настолько привяжусь к тебе. Я просто так хотел убедиться, что ты — именно тот, кто нужен мне. Что ты не подведешь меня…

— И потому ты судишь о ситуации только со своей перспективы? Тебе ни капельки не важно, что у меня тоже есть планы на жизнь. Что она немного отличается от того, как видишь ее ты?

— Я всего лишь направил тебя… — в отчаянии отозвался Том. — Ты понял, кто ты есть на самом деле, Билл, это одно из самых важных открытий, которые может совершить человек!

— Открытий… — Кернер свел брови на переносице. — Нет, Эл. Это не открытие. Это обман.

Он грустно поднялся в полный рост и с достоинством поднял подбородок.

— Я могу попросить тебя уйти? — холодно и сдержанно завершил брюнет. — Не думаю, что нам есть, что обсуждать.

— Но, Билл… Ты говорил, что не оставишь меня, — тихий шепот, полный отчаяния.

— Верно. Я говорил это тому человеку, которому я верил. И больше ты не попадаешь в это число.

— Билл…

— Оставь, — Кернер поднял ладонь. — Самое лучшее, что ты можешь сделать сейчас — это просто развернуться и уйти.

Том кивнул. Он понял, что на этот раз пути назад уже не будет.

— Прости меня, — лишь тихо шепнул он. — Но я хочу, чтобы ты знал, Билл. Ты — самый лучший человек, который есть в моей жизни. Спасибо тебе за те моменты, которые ты мне подарил… — он не договорил. Оборвав себя на полуслове, Альфредо спокойно кивнул, отходя, как будто от ценного экспоната. Его руки слегка подрагивали. — Если сможешь, найди в себе силы хотя бы от части меня понять.

Он накинул капюшон своей толстовки. А через пару минут Билл понял, что снова остался совершенно один. Без Тома. И без Эла.

***

— Пей чай! — Фиби требовательно вливала крепкий травяной настой в глотку своему единственному оставшемуся соседу по квартире.

— Не хочу я чай. Мне сейчас даже водка не поможет. Даже с цианидом. Даже лоботомия, — Билл отмахнулся от нее, бессмысленно стекая с табуретки.

— Кернер, не нервируй меня. Как я смогу тебе помочь, если ты предпочитаешь строить из себя труп?

— Никак. Я и есть труп.

— Да прекрати ты уже самобичеванием заниматься! — рассердилась девушка. — Я ведь тебя предупреждала. Не надо так быстро доверять людям! Даже тем, кто смотрит на тебя красивыми карими глазами и говорит тебе бог знает какие приятные вещи!

— Да как ты не понимаешь… Это все… Казалось таким настоящим. Я дурак. Я ни разу не заподозрил Тома. Я думал о Грегори, Гарри. О тебе даже думал, пока не понял, что ему надо от меня на самом деле… Но о Томе никогда. А ведь все с самого начала шло к нему. Он знал все мои секреты, слабые места. Все, что заставлял меня делать Эл, привело к Альфредо в объятия! Как я мог быть таким глупым?

Фиби с жалостью погладила его по ссутуленным плечам.

— Альфредо никогда ничего не делает просто так. Я тебе говорила и про это. Он легко переступает через все, что стоит на его пути. Родители, друзья… и даже его, — она запнулась, не зная, как лучше окрестить Билла. — Ну, в общем, тех, с кем он спит.

— Влюбившихся в него идиотов, — верно подсказал парень и лег лицом на стол. В животе его скреблась колючая проволока. Но еще хуже было где-то там, в груди, слева, где теперь воцарились ужасающая пустота и страшная обида, которые было невозможно успокоить.

— Билл, мой тебе совет. Не думай о нем. Его эмоции — не настоящие, все, что он говорит — вранье. Постарайся просто это преодолеть. И шагнуть в новый день уже имея в виду то, что этот парень тебе не пара.

— Я понятия не имею, как мне сделать это. Но я справлюсь, Фиби. Больше он не появится на моем пути. Это я могу тебе гарантировать.

Девушка ободряюще похлопала его по плечу.

— Ну, вот ты молодец. Правильное решение, очень правильное, Билл.

***

Том больше не мог идти. К определенному моменту, когда колени его едва не подгибались от усталости, он остановился и, привалившись к стенке, сполз по кафелю. Парень приземлился на грязный и замызганный пол одного из городских подземных переходов, в котором пытался спрятаться от самого себя и от мыслей, преследующих его, подобно стервятникам. Но даже глубоко под землей было трудно скрыться от своей обиды и злости. Страшное ощущение вины свинцовым грузом давило на плечи, заставляя прогибаться все ниже. Парень закрыл лицо руками, не обращая внимания на взгляды прохожих, косые и странные.

Все эти люди шли мимо, по своим делам, к своим семьям, и вряд ли кто-то из них представлял, что это такое — быть не таким с самого рождения. Вряд ли кто-то из них догадывался, каково это — подвести доверие одного единственного человека, которого хотелось бы обманывать меньше всего, того человека, который так безоговорочно верил во все сказанные слова, во все чувства, разгоревшиеся за такое недолгое время, но накрывшие с головой.

Это было реальностью. Том знал, что снова сделал ту же ошибку, что и несколько лет назад. Но теперь виноват в этом был только он один.

— Здесь нельзя сидеть, — раздался над ухом чей-то голос.

Альфредо поднял голову и увидел, что над ним, хмурый, как грозовое облако, навис страж городского порядка.

— Мне все равно, — буркнул он, прекрасно зная, что нарывается.

— Прошу прощения? — бровь полицейского вопросительно выгнулась. — Здесь нельзя сидеть, я прошу вас подняться и пройти со мной. Мы окажем вам необходимую помощь, если она нужна.

— Катись в задницу, — тихо, но очень недобро прошипел Альфредо.

— Вы разговариваете с офицером полиции, не забывайте, пожалуйста, — коп и не думал отставать. — Пройдемте со мной.

— Я никуда не пойду. Катись ты… — буркнул парень и снова уткнулся в колени.

Хотелось темноты и тишины. Любопытные глаза немногочисленных зевак, сверлили сцену действия с очень большим интересом. Это был еще не очень поздний час, поэтому народу в этом оживленном месте скопилось достаточно много.

— В таком случае, мне придется вас арестовать. За оскорбление полицейского при исполнении.

Том не успел ничего возразить. Довольно сильная рука схватила его за шкирку толстовки. Лязгнул металл наручников, и уже через секунду у Альфредо было гораздо меньше свободы движений.

— Отпусти меня, ты… — он попытался толкнуть копа локтем, но стальная хватка крепко удерживала его.

— Не упирайся. Хуже будет, — хрипло посоветовал ему страж порядка и нетерпеливо поволок арестанта по направлению к выходу.

Отлично. Сто баллов, Альфредо, — мысленно отругал себя Том. Однако, поделать уже было ничего нельзя.

***

Аманда в этот момент как раз складывала свои грандиозные покупки в машину. Сегодня она потратила целый день на то, чтобы достойно спустить зарплату во всех известных ей бутиках. Она только-только умудрилась разместить три брендовые сумки в багажник, как вдруг странное зрелище привлекло ее внимание.

— Отпусти меня! — донес ветер до ее ушей раздраженную речь. Молодой человек, которого она хорошо знала, упирался, пока коп упорно волок его к тачке.

— Поедешь в участок, там и отпустим. Прямо в камеру, — второй обрывок реплики заставил девушку удивленно поднять брови.

— Я ничего не сделал!

— Напишем на тебя заявление. Там и разберемся. У тебя будет право на звонок.

— Мне некому звонить, мать вашу!

— Какая жалость, — абсолютно равнодушно бросил коп. — Значит, будешь в камере сидеть, пока не состаришься.

На этом речь полицейских прервалась, и Аманда больше не слышала их удаляющиеся голоса. Она немного нахмурилась. По правде, ей не было никакого дела до Альфредо, он всегда казался ей эгоистичным, странным на всю голову козлом. Но сейчас парень выглядел абсолютно убитым, и от его вида что-то предательски дрогнуло внутри.

Подумав с секунду, девушка побыстрее затолкала сумки и коробки, плотно прижав их крышкой багажника и села на место водителя. У нее довольно быстро созрел нехитрый план: Том был соседом Билла, и, как следствие, он мог рассказать о нем некоторые вещи. Может, если вытащить его из передряги, у него развяжется язык.

С этой идеей Аманда повернула ключ зажигания и устремилась вслед за машиной полиции.

***

— Садись и описывай обстоятельства, при которых тебя задержали, — мощная рука полицейского толкнула Тома на стул, куда он шлепнулся, как мешок с картошкой.

— Не буду ничего писать. Я вам сказал, отвалите от меня. Вы не имели права меня арестовывать.

— Ну и ты, пацан, не имел права хамить офицеру.

Том фыркнул. Он ничего не собирался на это отвечать.

— Значит, не желаешь идти на контакт?

— Не желаю, — процедил Альфредо и отвернулся.

— Назови свое имя.

— У меня нет имени.

— Слушай, вот же народ пошел, — коп, который арестовал Тома, обернулся к своему напарнику. — Вообще не понимают, когда хорош перегибать палку. — Он обошел стол и схватил парня за ворот толстовки, немного подтягивая того к себе. — Как тебя зовут, спрашиваю!

— Аль Пачино, — Том нагло посмотрел на него.

— Аль Пачино, значит… Ну-ну, — глаза мужчины понимающе сузились. — Вали тогда в клетку к себе подобным, Квентину Тарантино и этому… Галифианакису, которого мы забрали за попрошайничество.

— Офицер Хендрикс, — в комнату вошла девушка в форме, — тут какая-то особа говорит, что знает этого парня.

— Да неужели? И кто же? Моника Беллуччи?

Том дернулся от удивления. Его сердце дрогнуло в надежде, что это могла быть Фиби или Билл, но Кернера вряд ли кто перепутал бы с «особой». Тем более после того, что случилось, они не подошли бы и на пушечный выстрел к объекту своего раздражения.

Все сомнения разрешились, когда в помещение роковой походкой вплыла Аманда. При ее появлении у всего мужского коллектива в участке дружно и с лязгом открылась челюсть. Женщина за столом с документацией пролила на себя кофе. И только Том протестующе застонал:

— Я хочу в камеру! Посадите меня немедленно! — проныл он и добропорядочно встал, протягивая руки в наручниках, чтобы его увели.

— Вы знаете этого юношу? — не обратил никакого внимания коп на эти увиливания.

— Нет, впервые видим друг друга, — ответил за нее Том. — Я пойду. В какую мне сторону?

— Сядь! — рявкнул на него полицейский так, что вместо парня на стул приземлились два его напарника. Том же так и остался стоять в стороне, удрученно взирая на всю эту картину.

— Да, я знаю его. Это мой сосед, Томас Альфредо, — тяжко вздохнула Аманда.

— Альфредо… Альфредо… Знакомая фамилия, где-то я ее уже слышал, — пробормотал офицер и задумчиво уставился в свои листочки.

За спинами копов Том страдальчески постучал кулаком по лбу так, чтобы видела только Аманда, но та абсолютно проигнорировала этот жест.

— Что он натворил, офицер? — девушка подошла к полицейскому и захлопала длинными шикарными ресницами.

— Он публично оскорбил сержанта полиции, — начал улыбаться и строить глазки тот.

— Но это просто ужасно. Как он мог оскорбить такого достопочтенного и представительного стража порядка, — пальцы девушки с красными ногтями прошлись по ряду пуговиц на синей форме. — Возмутительно.

— Я тоже посчитал это неуместным, — продолжал улыбаться польщенный коп.

— Абсолютно с вами согласна, — Аманда согласно кивнула. — Позвольте мне? Я его заберу, и мы решим этот вопрос.

В участке воцарилась непроницаемая тишина. Было слышно только как плещется муха, по неосторожности угодившая в лужу пролитого кофе.

— Я… Я… — глаза полицейского скользнули в разрез сексапильного красного платья брюнетки. — Право, не знаю, как и быть…

— Вы уже успели составить на него протокол, офицер? — промурлыкала она нежным голосом.

— Нет, но…

— Тогда вот как мы поступим. Мы с вами выпьем чашечку чая завтра вечером, идет? А взамен я избавляю вас от ненужной бумажной работы. К слову, мой отец тоже работает в полиции, так что это будет эквивалентный обмен. Нарушитель будет в хороших руках.

Альфредо мысленно застонал. Из всех здесь присутствующих только он имел счастье быть геем и потому не обзавелся стояком карбоновой прочности. Ему захотелось в камеру с утроенной интенсивностью.

— К сожалению, это невозможно, — полицейский опустил глаза.

— Ну что вы, что вы… В восемь вас устроит? — девушка вынула из его волос несуществующую пылинку. — Я знаю отличное место. Вот мой номер, — она быстро подсунула в его ослабевшие пальцы свою визитку. — Пошли, Томас.

— У меня есть выбор? — зло буркнул Альфредо.

— Нет-нет, мы уже договорились, — Аманда порывисто оставила копа истекать слюнями и схватила свою жертву за руку. — А ну двигай.

С этими словами она вытолкала его из полиции коленом под зад, оставив остолбеневших офицеров задаваться вопросом: что это было?

***

— Когда это твой отец стал офицером полиции, мисс… Эмили Макинтош? Я думал, он всю жизнь был преподом в начальной школе… — ядовито шипел Том, пока шел по коридору и читал надписи на визитках в руке девушки.

Острые ногти тут же впились в его кожу.

— Дрыгай отсюда быстрее и не трепись. Они липовые. Я их использую, когда не хочу с кем-то знакомиться! — Аманда целеустремленно вела его к выходу.

— Куда ты меня тащишь?

— Для начала, подальше отсюда. А там посмотрим.

Через пару минут шустрой спортивной ходьбы Том все же сумел вырвать свой рукав.

— Слушай, Эм. Я сейчас действительно не в настроении. Давай мы сделаем как обычно? Просто прикинемся, что не знаем друг друга.

— Непременно. Но тебе не кажется, что ты мог бы мне хотя бы сказать спасибо?

— Спасибо. Я пойду.

— Куда, позволь узнать?

Об этом Том еще не думал, что четко отразилось на его лице.

— Ты опять свалил из дома? — Аманда заткнула пальцы в петли своего пояса, в ожидании ответа.

— Эм, оставь это. Спасибо тебе за все. Я пойду.

Настойчивая девушка снова выросла на его пути.

— Слушай, я знаю, мы с тобой всегда не особо ладили. Но давай я тебя хотя бы угощу ужином?

Альфредо подозрительно прищурился.

— Так. Я понимаю, тебе что-то нужно от меня. Что бы это могло быть?

— Да ничего, — ласковая улыбка озарила красивое лицо. — Просто встреча со старым другом…

Выражение лица Тома оставалось каменным.

— Что? Почему я не могу пригласить тебя поболтать? — продолжала попытки она.

Выгнувшаяся бровь.

— Ладно. Я задам тебе пару вопросов.

Бровь Альфредо поползла еще выше.

— Ладно! Черт с тобой. Речь пойдет про Кернера.

— Нет. Нет, нет и еще раз нет. Аманда, — Том тяжело выдохнул. — Я могу сейчас вернуться в полицию добровольно, могу побежать по улице, чтобы ты меня не догнала, могу влезть на высоковольтные провода — что хочешь. Но эта тема закрыта. Между мной и Биллом все кончено. И я не буду это обсуждать.

Цепкая рука тут же вцепилась Альфредо в ворот.

— В каком смысле «все кончено»? — еле уловимое, очень проникновенное шипение. — А что, что-то начиналось?

И на этом моменте Том понял, что он ляпнул лишнего.

***

Через пять минут, в кафе, он сидел и мрачно стекал со стула, почти провалившись в свою толстовку.

— Два капучино, пожалуйста, цезарь и молодому человеку овощи гриль с мясом. Спасибо, — лучезарно улыбаясь, красотка вернула меню млеющему официанту. И затем, как только он отошел: — Колись, маленький любитель чужих парней, когда ты успел пристроить свой болт к Кернеру?

Том поморщился от ее свистящих интонаций. У него не было совершенно никаких сил сражаться с Амандой Диллон, но он обязан был предпринять последнюю попытку.

— Мне надо в туалет, — попытался увильнуть он, однако тут же был посажен обратно на стул мощной ладонью обиженной женщины.

— Если я тебя спасла из полиции, это не значит, что ты свободен. Вопрос все еще стоит, — было ему стальным и очень доходчивым ответом.

— Ладно. Черт с тобой. Один фиг, ты не понимаешь, когда начинаешь жать на горло так, что выдавливаешь человеку глаза, — Том выдохнул. — Это все началось сразу же, как мы встретились.

— Я так и думала, — она сильно сжала челюсти. — Все детали истории?

— А есть вариант «не скажу»?

Аманда отрицательно покачала головой. Том вздохнул и продолжал:

— Ну… В общем, я столкнулся с ним в лифте, в самый первый день. Он сразу мне понравился. Ты меня понимаешь, ты тоже на него запала. Но я сейчас не только про внешность, я говорю про внутренние качества, — Том задумчиво почесал подбородок. — У него есть одна черта, которая сразу заинтересовала меня.

— Я поняла. Ты сообразил, что он гей?

— Он не гей. Он скорее би. Но я сейчас не про это. Он еще и эмпат, Аманда.

— Эм… кто?

— Эмпат. Человек, который не только видит, но еще и чувствует. Понимаешь?

Аманда совершенно не понимала. Весь ее вид выражал полное дальнее плавание в теме.

— Как бы тебе объяснить. Это человек с эмоциональной гиперчувствительностью. Он может улавливать эмоции других. Может даже читать их мысли, если связь слишком сильная. Когда я столкнулся с ним в лифте, первое, что я почувствовал — его мысли и ощущения. Ты же знаешь, у меня самого с этим были проблемы. Я всегда вам говорил, когда мы еще… гм. Общались.

— Ты орал на нас, чтобы мы прекратили ругаться и думать громко.

— Потому что все ваши чувства на мне отражались, — кивнув, закончил Том.

— Ну. А Кернер что?

— А он понятия не имел, кто он. Он и сейчас не знает. И мне тогда пришла в голову мысль… Стать его другом посредством этой связи. Я мог передавать ему свои мысли и желания, но не говорил, кто я такой. И у меня получилось… Я смог ему открыть глаза на ту часть личности, которую он в себе так отчаянно отрицал.

— Погоди, Альфредо. Ты хочешь сказать, ты внушил ему, что он любит спать с мужиками? — Аманда аж привстала со стула.

Том на всякий случай отъехал подальше на своем.

— Нет! — поспешно сказал он. — Я ему ничего не внушал. Ты и сама могла бы понять по его действиям и реакциям, что девушки его отталкивают в некотором проценте случаев, — на этой фразе голос парня пошел вниз.

— Да! В моем проценте случаев! — обиженно бросила ему Аманда. — Но зато я знаю теперь, в чем причина. Могла бы и догадаться, что ты не просто так трешься в их квартире!

— Это не то. Я случайно туда попал. Мои планы пошли немного под откос, когда я опять поссорился с отцом. Но было поздно что-то менять, Билл оказался таким… добрым. Я подружился с ним, по-настоящему. Я так запал на этого парня… И просто не смог сдержать свое любопытство, — Том уныло покосился на стейк, который приземлился перед ним на столик.

Аманда молчала. Некоторое время никто не говорил ни слова.

— Ох и лис же ты, Альфредо, — тяжко вздохнула брюнетка.

Том виновато опустил голову.

— В Сан-Франциско и так мало нормальных парней, а ты еще и одного из них конвертировал.

— Я не виноват. Он на меня тоже смотрел! — принялся оправдываться Эл.

Аманда прервала его пламенную речь взглядом.

— Какого хрена ты сегодня учудил, что попал в полицию? — вместо этого спросила она.

— Ушел из дома. Ничего и никого не хотел видеть, потому что Билл узнал, что я читал его мысли. И попросил меня уйти.

— На его месте я бы тебе еще и яйца оторвала, — честно заметила собеседница и указала в его сторону ножиком.

— Спасибо, Эм. Всегда знал, что ты поддержишь, когда хреново.

— Не за что, — мрачно отозвалась она.

— Самое страшное не это. Самое страшное в том, что я думаю, он не простит меня. С ним Фиби, а она до сих пор считает, что это я втянул их в проблемы с Альваресом. Она никогда этого не забудет.

— Ну, ты их капитально тогда подставил. Я даже рада, что я уже на тот момент не общалась с вами из-за Грегори и Гарри.

— Да не подставлял я их! У Альвареса и без меня нашлись способы добывать информацию. Я пытался заявить на него в полицию, но как только он понял это, от меня тут же избавились весьма искусным способом. Ты не представляешь, на что он способен, когда ему реально что-то взбредет в голову.

— Не представляю. Мир моему дому.

Том хмыкнул.

— Ну вот. Сейчас Соммерс промоет Кернеру мозги. И мне можно не то, что переезжать в другой город, а сменить страну или планету, — Том уныло отхлебнул свой кофе. — Если бы ты знала, как меня замотала такая жизнь. Я ведь впервые подумал, что могу измениться… с ним.

— За эти слова мне стоило бы прибить тебя, Эл. Но почему-то я сижу и терплю то, что в итоге всей этой истории я просто оказалась лишней в вашем маленьком романе.

— Прости. Я не хотел, чтобы так вышло… — Том слегка прищурился и посмотрел на свою соседку с виноватым выражением лица.

Они снова немного помолчали.

— Наверное, не такое уж большое дело. Мне пора принять то, что я всего лишь стареющая красотка с голливудской улыбкой, заслуживающая только секса на одну ночь и пару друзей геев, которым можно поплакаться на горькую судьбу просто потому, что они тоже знают, каково это — страдать из-за мужиков.

На секунду Том поднял на нее взгляд.

— Эм, я тебя не понимаю. Ты самая сногсшибательная девушка, которую я могу себе представить. Тебе нужно просто правильно смотреть на вещи… Ты хоть раз всерьез задумывалась над тем, как сохнут по тебе Грег и Гарри?

Она нахмурилась.

— Не начинай о них. Это дохлый номер, Том.

— Но почему? Вы ведь начинали вместе когда-то.

— Да. И это была моя ошибка. Потому что я никогда не смогу выбрать между ними двумя. Они для меня — как единое целое.

— Ты знаешь, будучи в курсе их разнообразной жизни, не думаю, что это станет такой уж большой проблемой.

— Иди ты в жопу, Альфредо, — разозлилась красотка. — Я не хочу жить в вечном любовном треугольнике и, как бонус, выгребать из тарелки стекла и полиэтилен.

Том пожал плечами.

— Тогда не жалуйся на то, что ты вечно целишься на то, чего тебе все равно не достать. Ищи действительно доступные варианты.

— Еще одно слово, и я тебя закопаю, — угрожающе произнесла она.

— Копай. Один черт, хуже уже быть не может, — Том мрачно отвернулся в окно и уставился на начинающую погружаться в сумерки улицу.

— Ты правда уверен, что он тебя не простит? — раздался тихий голос после некоторого раздумья.

— Более, чем на сто процентов, — такой же тихий ответ.

Последовало недолгое молчание.

— И что… ты действительно жалеешь?

— Более, чем на тысячу.

========== 20. Друзья ==========

Cause I’ve spent all this time trying to convince myself

That I don’t need your smile and I don’t need your kisses,

I don’t need the way you hold my hand

And everybody says I don’t know what I’m missing

It’s almost too much for me to stand.

(Eleventyseven — A Stellar Sayonara)

— Кернер, ты меня, честное слово, заебал.

— Смотрите, я построил схему его движения по комнате! — радостно возопил Гарри и продемонстрировал всем белый лист, на котором было изображено что-то вроде гигантской сороконожки, насмерть запутавшейся в своих ногах.

— А? — Фиби, которая все это время спала на диване, встрепенулась. — Он уже приземлился куда-нибудь?

— Нет, — с умным видом констатировал Грег. — Все еще скачет, как весенний кузнечик.

— Но ты учти, мы всю ночь сидеть не будем. Еще три часа и твоя очередь, — расчетливо предупредил Гарри.

— Да помню я! — ругнулась Фиби. — Но у меня завтра важный творческий аукцион! Я хочу выспаться хоть немного. Спасибо вам, что согласились постеречь его.

— Да было бы за что благодарить. Никаких изменений я все равно не наблюдаю, — Гарри отследил еще одно мощное завихрение в скачках Кернера. — Погодите, он сбился с траектории. Возможно, я смогу подобраться к нему! — Он стянул с ноги Фиби тапок с кроликом и мощно запустил в сторону Кернера. Снаряд попал точно в цель, которая, впрочем, никак не отреагировала.

— Билл, мы спать хотим! Давай ты закончишь уже с этой стадией? — прокричал Грег в сложенные рупором ладони.

Брюнет на секунду остановился. По его взгляду было понятно: то, что в комнате кто-то есть, стало для парня открытием.

— Ребят, я ценю вашу заботу. Но вы можете расслабиться. Я не собираюсь бросаться из окна, — раздраженно огрызнулся он и сунул руки в карманы.

Фиби резко поджала разутую ногу под себя и продолжила спать, укутавшись в свою кофту.

— На вопросы отвечает. На внешние раздражители реагирует плохо. В целом диагноз: невменяем, — сделал Гарри запись на листочке карандашиком.

Кернер посмотрел на него мутным взглядом и запустил пальцы в черную гриву.

— Фак, — тихо шепнул он и сел на свою кровать.

— Хорош уже, ты с самого вечера буянишь.

— Это он так: «я справлюсь, больше Том не появится на моем пути!» — сонно буркнула Фиби, пародируя своего соседа. — Не обращайте внимания, у него отходняк.

— Почему тебя трясет теперь? — попытался обратиться к пациенту лечащий врач.

— …а вдруг он свалит из города? — тихо спросил Кернер.

Трое друзей встрепенулись и даже Фиби села на диване. Все уставились на брюнета.

— Так. Новая стадия. Черт, я так надеялась, что она минует, — Фиби устало потерла переносицу. — Действуем по стандартной схеме.

— Ты — за алкоголем, — Гарри указал на девушку. — Ты — за слушателя, — он ткнул карандашом в брата. А я побуду психологом. Уважаемый мистер Кернер, присядьте, пожалуйста, нам надо поговорить.

— Ну хватит вам! — Билл сжал кулаки. — Я же серьезно.

— Доктор Гарри считает: если он свалит из города — одной проблемой меньше, — резонно заметил Гарри. — Но что-то подсказывает, этого дара небесного нам не видать. Не могу поверить, что ты уже простил его, Билл!

— Я не простил. Просто не могу понять, как он мог сделать это со мной! Какого хрена, я не понимаю.

— Фиби, где алкоголь? Ниже сорока градусов не неси, — прокричал вместо ответа Грег.

Паника. Это состояние нахлынуло на него внезапно. Может быть, час назад, когда он перевернул все в своей голове и не нашел причины, по которой Том мог так жестоко солгать ему. Обида кипела изнутри и не давала спокойно думать, есть и спать.

— Я тут! Держи, Кернер, только не умирай! — девушка спешно внесла в комнату поднос и четыре стопочки. — Берегла на самый несчастный случай.

— Не хочу жрать, — вяло отбрыкивался он.

— Хочешь. Ты сегодня без этого не уснешь.

Билл кисло глянул в ее сторону.

— В кого вы такие липучие, скажите на милость? — он вздохнул и протянул руку за алкоголем.

— В друзей. Друзей должно быть много и даже если не вовремя, — Грег, не думая, тяпнул стопку виски, даже не закусывая. — За здоровье Альфредо, чтоб ему икалось.

Билл уныло перевел взгляд на звезды. Тоска в его душе разрослась до объемов огромной и засасывающей черной дыры.

— Знаешь, в чем твоя проблема? — Гарри отложил свои записи. — Ты пытаешься понять человека, который сам себя не понимает. Он сделал это не потому, что желал тебе зла. Он просто не осознает последствий, и ему все равно, что и кто о нем подумает. Он преследовал свою выгоду.

— Но он был искренен, понимаешь? Это была не просто забава. Я видел это в его глазах.

Фиби, Гарри и Грег устало переглянулись.

— Ему сейчас бесполезно что-то втолковывать. Он все еще верит, что у Альфредо есть совесть. А я спать хочу, — жалобно попросил младший Хеммет.

— Иди, Гарри. Мы постережем. — Фиби мужественно сжала пальцами виски.

—Давай, проваливай. Психолог хренов, — Грег запустил в спину дезертира второй тапочек.

Тот устало зевнул и скрылся в коридоре.

— Ты должен пережить как-то эту ночь, чувак, соберись. Можешь сколько угодно верить в лучшее в людях. Но готовься к тому, что, с вероятностью в восемьдесят процентов, Том ни разу не пожалеет о содеянном.

— Грег! — Фиби отвесила ему подзатыльник. — Почему бы вам обоим не пойти спать? Ты не делаешь ситуацию лучше.

— Ай! — парень потер ушибленный затылок. — Ладно. Ладно! Ничего не смыслю в правильных словах! Пойду, и правда. Это был очень занимательный концерт.

Билл и Фиби снова остались наедине. Девушка налила себе еще стопку крепкого.

— Знаешь, мы один раз тоже крупно поругались с Ри. Я даже думала, больше не получится ничего. Она сначала не воспринимала всерьез наши отношения. Но потом прошел месяц, два. И она вернулась. И с тех пор мы ссоримся только из-за всякой ерунды, поэтому я могу одно тебе сказать: если эти чувства… или что бы там ни было… окажутся искренними, вы найдете способ быть вместе. Тебе надо только понять, чего хочешь ты сам.

— Да, Фибс. Но я не знаю, чего я хочу. Он очень задел меня. Во всех смыслах. Но особенно своей ложью…

— Я знаю. Близкие люди, все те, кого мы любим, ранят сильнее всего. Потому, что они знают самые больные места. Но тебе надо просто потерпеть. А я в свою очередь могу пообещать, что оторву ему яйца, если встречу еще раз.

— Не надо, — Билл тихо выдохнул. — Я справлюсь. Если он появится, я найду в себе силы с ним поговорить.

— Надеюсь, что так и будет, Билл. Давай, поспи немного? Ты выглядишь жутко.

— Я попробую. Но ничего не обещаю, — грустно отозвался парень.

— Хочешь, я с тобой побуду? Я, конечно, не Альфредо…

— Сегодня это к лучшему, — закончил за нее Кернер и придвинулся к краю постели.

Фиби тоже улыбнулась и пересела к нему.

— Чур, я слева.

— Как скажешь.

Они вместе завалились на кровать. И, промаявшись некоторое время в своих путанных мыслях, все-таки смогли уснуть.

***

Так прошла пара дней. Билл почти не выходил из своей комнаты, загруженный мыслями, сомнениями и ворохом забот. Ему пришлось еще раз позвонить родителям и, сгорая от стыда, просить у них денег, чтобы «сделать кое-какой ремонт, ничего страшного».

Мама удивилась, когда он набрал ей ни с того ни с сего, однако возражать и спорить не стала, и это молчание Биллу очень не понравилось.

Он получил все, что просил, переводом на свою банковскую карту, и теперь сидел и изучал монитор компьютера, соображая, какую отмазку придумать в следующий раз, когда он напорется на очередные требования мерзкого домовладельца.

В целом, день начался неудачно. Билл вышел из дома, чтобы немного погулять и столкнулся в лифте с каким-то очень неприятным незнакомцем, который долго и пристально рассматривал его сквозь стекла темных очков. Кернеру показалось, что он мог знать этого типа, но тот не дал шанса себя рассмотреть. Он грубо оттолкнул Билла, выходя из лифта, и с этого момента парень понял, что его день пойдет наперекосяк. Он подвернул ногу, когда бегал в парке. Умудрился сломать наушники, в результате чего остался без музыки на все утро. Забыл проплатить Интернет и не смог выслать макеты в срок. А теперь сидел и думал, как его задолбало постоянно торчать в этой чертовой яме с дерьмом, где он увязал все крепче и крепче.

Только Фиби и близнецы, которые всегда были рядом и пытались поддержать своими дурацкими шутками, немного раскрашивали одиночество в радужные цвета. Билл был благодарен им за то, что они оказались такими внимательными друзьями.

Жаль, что легче от этого не становилось ни на грамм.

— Кернер, ты тут? — внезапно услышал он вопль со стороны балкона.

Билл отставил ноутбук и вытянул шею, пытаясь увидеть, кто звал его. Он обнаружил Гарри, опасно перевешивающегося через перила. Его выдавали только кончики встрепанных, слегка осветленных волос.

— Хеммет, ты про телефон слышал когда-нибудь? У нас не первый этаж, — ужаснулся Билл, вышедший оценить ситуацию. Он махнул рукой прямо перед носом у Гарри, прогоняя его восвояси.

Лохматая голова немедленно исчезла.

— Ладно тебе, это самый короткий путь, — весело пробормотал сосед. — У тебя будет разменять мне сто баксов по пятьдесят? А то Грег в магазине со сдачей не разберется.

— Хм. Гляну сейчас, — пожал плечами Билл и отправился в коридор, где висела его куртка; порылся в карманах в поисках кошелька, но там оказалось пусто.

— Наверное, на столе оставил, — пробормотал Билл и пошел обратно в комнату. Но бумажника не было и там.

— Фиби, — позвал он. — Ты не видела мой кошелек?

— Понятия не имею, где он. — Радикально фиолетовая прическа мелькнула в дверном проеме. — В машине не мог забыть?

— Мог, наверное. — Билл растерянно почесался. — Ладно, речь не об этом. Гарри просит разбить ему сто долларов. У тебя есть?

— Подожди, я посмотрю.

Фиби вылезла из комнаты через пару минут, держа в руках несколько десяток и двадцаток.

Гарри оказался чрезвычайно доволен и, поблагодарив друзей, скрылся в направлении своей квартиры. А Билл все еще растерянно обыскивал комнату, роясь в вещах, сумках и тех местах, где его кошелька не могло быть ни при каких обстоятельствах.

— Так. Ладно. Когда я его видел в последний раз? — попытался припомнить он и снова огляделся. — Пару дней назад, когда… ездил за Томом. В нем мои… Черт, в нем же мои водительские права! — рассеянно бормотал он, уже натягивая кроссовки. — Что же это за задница такая.

Билл расстроенно дошел до лифта и нажал кнопку. Он обливался потом при мысли, что ему придется восстанавливать документы, потому что на это могло уйти несколько недель. Когда двери раскрылись, он хотел было шагнуть в лифт, но тут же понял, что на его этаж кто-то приехал.

— Аманда! — мысли о пропаже тут же испарились вместе с дыханием.

— Привет, Билл, — спокойно поздоровалась она, снимая стильные темные очки. — Рада тебя видеть.

Напевая какую-то песенку, соседка прошла мимо, больше не произнеся ни слова. Кернер все еще стоял, вжав голову в плечи. Он ожидал чего угодно: криков, скандалов, но только не этого питоньего спокойствия под цвет ее сумочки.

— Э-э-э… И я рад. Аманда?

— Что?

— Я все… У меня сейчас столько дел, я никак не могу тебя поймать. Нам надо поговорить.

— Надо? — она сделала очень удивленное лицо. — Не понимаю, о чем ты.

Глаза Билла начали медленно выкатываться из глазниц.

— Но…

— Честно говоря, я сейчас немного занята, у меня все ближайшие дни расписаны по графику. Но, если хочешь, заходи на следующей недельке. Ко мне тут гости внезапно нагрянули. Подружка.

— Ага, — Билл проводил ее обалдевшим взглядом.

Лифт уже успел уехать прямо из-под его носа, а он все еще стоял и смотрел на мягко закрывшуюся дверь ее квартиры. Как будто это не она ходила за ним тенью все эти недели, не давая спокойно спать. Ее словно подменили, Аманда вдруг стала такая… равнодушная. Билл пожал плечами и обернулся, снова нажимая кнопку вызова лифта. Нехорошее предчувствие поселилось в его желудке, но он постарался отогнать от себя эту проблему. У него была масса других вещей, о которых стоило бы задуматься. Например, потеря кошелька.

***

— Это его голос? Ты разговаривала с ним, да? Да? — Том вылетел из комнаты и схватил Аманду за предплечья, не давая ей пройти.

— Альфредо. Если я пустила тебя пожить, это не значит, что ты тут на правах хозяина, — девушка раздраженно смахнула с лица волосы. — Возьми сумки, руки отваливаются.

Том быстренько отнес продукты на кухню и вернулся обратно.

— Как он там? Спрашивал обо мне? Что он сказал?

— Ты забываешься. По идее, он не знает, что ты тут, — напомнила Аманда.

— Да. Да, верно. — Том запустил пальцы в брейды. — Черт, я только издали его услышал, а у меня уже поджилки трясутся. Я так больше не могу, Эм. Мне надо с ним поговорить!

Девушка сняла туфли и прошла мимо Альфредо.

— Не пори горячку. Не так много времени прошло, и вам обоим надо остыть. Он тебе вспорет брюхо тупым канцелярским ножом, и на этом все кончится.

— Да пусть что хочет со мной делает. Я просто должен ему все сказать!

Красивые миндалевидные глаза остановились на бредящем парне.

— Слушай, вы с ним и правда дерганные оба. Сделаешь мне одолжение? Не будь таким тонко организованным в моей квартире. У меня от твоих эмоций дезодорант перестает работать, а я ему привыкла доверять.

— Да… Да, конечно. Я спокоен… Спокоен. — Том прошелся туда-сюда по кухне и прилип к окну. — Вон он!

— Куда же я положила салат? — Аманда задумчиво пригладила шикарные волосы. — Я уверена, что он был в этой сумке.

Том не слушал ее. Он приложился ладонями и лбом к стеклу. Кернер вышел из подъезда и принялся что-то искать в своей машине. Он перегнулся через сиденье, порылся в бардачке. Том видел его ямочки на пояснице, когда край майки немного пополз вверх. Его рот обильно наполнился слюной.

— Черт. — Он вытер лоб тыльной стороной ладони. — Эм. Мне плохо, Эм.

— Будешь свежевыжатый сок?

— Ты не понимаешь. Там Билл! Я могу слышать его мысли!

— Готова поспорить, что это все, чем ты занимался последние два дня.

— Да, я… Бывало. Я старался себя сдерживать, но не смог. Он тоже хочет меня видеть. Он искал пятый угол все это время.

— Слушай, ты чего сегодня такой дикий? Было бы лучше, если б ты его не видел.

Альфредо оттянул ворот майки. Прошло всего несколько дней с тех пор, как они с Эм установили перемирие в том кафе. Все это время все было относительно спокойно, и до этого момента у Тома получалось просто тихо накручивать себя в углу. Но все спокойствие сошло на нет, когда объект раздражения попался ему на глаза.

— Слушай, я не знаю. Мне стоило его увидеть — и все. Я не могу, я пойду к нему.

— Стой! — Девушка бросилась за ним в прихожую. — Вам надо поговорить наедине. Ты подумал, что произойдет, если дома окажется Фиби?

— Мне все равно. Мне нужен он. — Со стеклянными, невменяемыми глазами, Том рвался из ее рук. — Я не буду больше убегать, я собираюсь бороться до последнего!

— Помогите мне кто-нибудь! — Не пуская буйного соседа вершить судьбы миллионов, Аманда вцепилась ему в пояс.

К сожалению, для нее это была заранее проигранная битва.

***

Поиски продолжались минут пять. Расстроенный Билл снова вышел на своем этаже, так и не найдя кошелька и решив, что поищет еще раз, но дома. Он представить не мог, где и когда лишился его. Проходя мимо двери Аманды, Кернер вздрогнул от неожиданности.

— Нет, я кому сказала! — приглушенно донеслось из квартиры.

— Да, кому сказал. Отпусти меня, Диллон, твои ногти впиваются мне в задницу.

— Скажи спасибо, что не куда-нибудь еще!

— Эм, я серьезно, мне надо…

— Тебе надо вызвать скорую!

Билл замер на секунду. Он был уверен, что второй голос принадлежал парню. Было плохо слышно из-за двери, но это совершенно точно не могла быть «подруга», которая приехала погостить. Кернер был уже близок к тому, чтобы постучать и спросить, не нужна ли помощь, но тут вдруг:

— Альфредо! Я предупреждаю, еще одно движение, и ты труп!

Билла моментально смело от двери ураганом. Он не имел понятия, какого хрена там происходило, и не хотел этого знать. Все, чего он желал — срочно попасть домой прежде, чем Том выйдет оттуда и доберется до него. Вся решимость видеть его и, тем более, разговаривать пропала напрочь.

— Фиби! — Он влетел в квартиру. — Он тут! Он в соседней квартире!

— Кто? Билл, ты ведь за кошельком своим ушел. — На его вопль выскочила перепуганная девушка.

— Да! И когда я проходил мимо квартиры Аманды, я услышал, что у нее… у нее…

— У нее? — попыталась Фиби натолкнуть его на верную мысль.

— У нее Альфредо! — рявкнул Билл, когда смог отдышаться. — Он все это время был рядом!

— Вот черт. Ладно, и что теперь? Ты… хочешь с ним поговорить?

— Нет. Ни за что. Я просто сделаю вид, что меня нет. Я еще не готов. — Его взгляд метался по помещению. — Я… Я пойду к себе, а если он придет, скажи, что я уехал. Свалил нахер из города! — эти слова были сказаны уже из-за двери, поскольку Кернер поспешил сделать вид, что его не существует.

Фиби мрачно покосилась на его комнату.

— Не переживай. Если он придет, у нас с ним будет очень душевный разговор, — клятвенно пообещала она.

***

Через несколько минут Тому все же удалось одолеть очень цепкую Аманду и вырваться в коридор.

— Эм, пусти. Пусти, мать твою!

— Том, одумайся. Она тебя в клочья порвет. Ты же знаешь Соммерс!

Дверь распахнулась и очень недобрая Фиби возникла на пороге, услышав свое имя, и тоже выстроилась на пути непреодолимым препятствием.

— Пропустите меня, вы! — прорывался Том, силясь обойти настойчивых девушек.

— Черта с два, Альфредо. Мы натерпелись от тебя достаточно, я не позволю тебе вторгаться в жизнь людей просто так и топтаться ногами по их жизням, — невысокая мулатка мощно толкнула его в грудь.

— Это не твое дело, Соммерс. Я хочу видеть Билла, — парень неловко отошел на два шага назад.

— Он уехал из города. Ты не сможешь…

— Долбанное вранье. Я слышу, как он дышит в своей комнате. Я видел его пять минут назад из окна!

Обе девушки моментально были лишены аргументов. Фиби и Аманда переглянулись, повиснув на рукавах толстовки Тома.

— Этого я не учла, — вынуждена была признать Фибс.

— Соммерс, не будь упертым оленем. Я хочу перед ним извиниться! — настаивал на своем Том.

— Знаешь, есть такие поступки, извинения за которые уже бессмысленны. Это все равно, что отрезать кому-нибудь палец и извиняться. Или кинуть своих друзей и просить прощения. Или влезть к человеку в душу, перевернуть там все и пытаться загладить вину переговорами. Получается одинаковое дерьмо!

Что-то в ее словах заставило Тома задуматься. Он дьявольски улыбнулся.

— Влезть в душу, говоришь? Ладно. Не думаю, что вы мне сможете помешать.

Билл… Билл, я прошу тебя. Мне нужна твоя помощь… — тихо взмолился он, стараясь пробиться в его мысли.

Кернер, сидевший на полу, запершись в своей комнате, вздрогнул от ужаса и втрое лихорадочнее стал листать книгу, которую купил себе на досуге. Название на обложке гласило: «Психология для чайников».

— Психологический блок. Где же эта глава. Где же она…

Билл, эти женщины сейчас меня отымеют! Я тебя очень прошу.

— Пусть имеют. «Для того, чтобы на вас было сложно повлиять психологически, вы должны быть сосредоточенны на каком-нибудь объекте или эмоции», — бегло бурчал Кернер себе под нос. Объект. Какой объект?

На глаза ему почему-то попался стул.

Я думаю о стуле, о стуле. О стуле, не об Альфредо. Он не стоит за дверью. Стул. Не Том. Стул…

Кернер, при чем тут мебель? Прошу тебя, я хочу видеть твои глаза!

Стул. Коричневый, квадратный, деревянный!

Перестань, пожалуйста. Я знаю, что виноват перед тобой. Но если бы ты только дал мне объяснить… — Том почему-то резко прервал речь. Билл понадеялся, что это Фиби раскусила план своего соседа по мысленному прорыву и принялась активно мешать ему.

С секунду все было тихо. Билл настороженно высунулся из-за своей книги — пока ничего не происходило. А потом в его голове резко возник образ: руки, ползущие по его талии. Закинутая в сладком наслаждении голова. И улыбка на губах, такая мягкая, принадлежащая только им двоим.

Сту-у-ул!!! — взвыл про себя Билл, прогоняя эти загорелые руки из своей головы.

Билл, Фиби кусается! — пожаловался Альфредо сразу, как только закончил с порнографией.

Пусть она тебе башку отожрет. Проваливай отсюда, Эл, — дрожащим голосом пожелал ему Билл.

Еще одно изображение. Палатка. Снова руки, губы и лезущие в лицо волосы. Их первый раз. Когда оба не могли себя сдерживать. Ощущение теплой кожи под ладонями. Билл быстро вытер руки о штаны.

Стул не помогает. Пусть будет кровать… Нет! Плохая мысль. Шкаф.

Билл… — еще одна сбивчивая попытка пойти на контакт.

***

Том искренне боялся за свою жизнь.

— Аманда, он с ним мысленно разговаривает. Это бесполезно! — в отчаянии выдохнула Фиби.

— Погоди, сейчас перестанет, — темноволосая красотка хмыкнула. — Прости, парень. Но ты сам нарвался.

Ее колено молниеносно поднялось и встретилось с самым ценным органом, который Том искренне любил и берег. Все сознание нырнуло в болезненный вакуум, полный темноты и звездочек. Альфредо глотнул воздух и принялся оседать на пол, хватаясь за пораженную зону.

— Ну ты и стерва, Эм. Это же больно! — Фиби приоткрыла рот от удивления.

— Ничего. Мне тоже было, когда он мне признался, что трахал моего парня.

— Я его не… — тихо и хрипло выдохнул Том, моментально загибаясь на полу. — У нас все не так было. Фак, Аманда, я думал, ты на моей стороне.

Она легкомысленно пожала плечами.

— Прости. Я не удержалась. Всегда хотела это сделать.

— Блин, у вас хоть пару недель может ничего не происходить? — Из соседней двери высунулся удивленный и недовольный Гарри. — Я вообще-то пытаюсь читать мануал по тренаже… Альфредо? — его мысль сбилась и понеслась в другом направлении, когда он увидел, кого подстрелили местные амазонки.

— Прошу прощения, Гарри, но нам твоя квартира нужна в качестве нейтральной территории. — Фиби помогла Тому подняться с колен. — Тут кое-кто выпендривался. Пришлось ему двинуть немного.

Глянув, за какое место хватался Альфредо, Гарри дернулся.

— Девочки, ну вы и… э-э-э… даете. Это же больно. — Он присел на корточки и заглянул другу в лицо. — Том, ты будешь жить?

— Нет… — прохрипел тот.

— Я так и думал. Самое ценное отбили, — кивнул Хеммет. — Посадите его на диван. Вряд ли он будет дееспособен ближайшие минут десять. Я сгоняю, принесу что-нибудь холодное.

Аманда и Фиби послушались. Нахохлившегося Тома отволокли и складировали в комнату к братьям, хотя он всем своим видом выражал полное недовольство ситуацией.

— Ну что, допрыгался, воин малого джихада? — поддела его Фиби, присаживаясь рядом. — Будешь еще пытаться пролезть к Биллу?

— Нет. Яйца дороже, — рыкнул Альфредо и отвернулся.

— Умное решение, — Аманда хмыкнула. — Пойду посмотрю, что там Гарри делает.

— Давай. Я за ним пригляжу, — Фиби сложила руки на груди.

В глазах Тома все еще плясали цветные точки. Однако коварный план уже созрел в его голове чуть более, чем полностью.

— Фибс, занеси сюда хотя бы мою куртку. Я ее в коридоре выронил, — вяло попросил он.

— Ты был в куртке?

— Был. Держал ее в руке.

— Хорошо. Но без глупостей. А то получится омлет, — пригрозила ему девушка.

— Ой, боюсь-боюсь, — Том все еще злобно созерцал диван.

Как только соседка вышла, он коброй метнулся к балкону. Прежде чем кто-то успел его остановить, он перемахнул через перила, опасно балансируя на двухсантиметровом бортике с той стороны. До квартиры Билла было рукой подать. Большим счастьем оказалось то, что братья Хеммет жили близко к Кернеру и их разделяла всего лишь тонкая перегородка.

— Нет, я добьюсь своего. Ты со мной поговоришь… — Превозмогая все еще пульсирующую боль, Том с риском для жизни принялся продвигаться в сторону своего соседа.

— Том, лед! — в комнату зашла Аманда.

— Альфредо, я не нашла твою куртку, ты уверен…

Обе девушки остолбенели, глядя на пустой диван.

— Где он? — схватилась за голову Фиби.

— Мне откуда знать! Ты должна была за ним присматривать!

— Балкон! — Влетевший на шум Гарри увидел только мелькнувшую за перилами тень. — Эх, вы! Как вы могли забыть! Мы же с Кернером всегда переговариваемся через перегородку.

— Черт, — Аманда скрипнула зубами. — Ну теперь все. Проворонили.

Трое друзей быстро переместились на место действия и свесились за перила. Том, который был уже достаточно далеко, улыбнулся нахальнейшей из своих улыбок.

— Адьес, амигос, — издевательски хохотнул он. — Надзиратели из вас, как из меня солист русского балета.

— Не навернись оттуда, солист, — только вздохнул Гарри, проводив взглядом болтик, который раньше скреплял тонкие панели ограждения. Он с тихим металлическим лязгом ухнул вниз с высоты одиннадцатого этажа.

— Поздно. Я уже навернулся. Так навернулся, что спасти меня может только чудо, — с этими словами Альфредо оказался уже на соседском балконе. Миг — и его фигура скрылась из виду за занавесками.

— Ну все. Ждите наш дом в новостях. Кровавая бойня в квартире 483, — резюмировала Фиби и жизнерадостно оглядела своих друзей. — Пошли к нам. Хоть попробуем предотвратить убийство.

Комментарий к 20. Друзья

Огромное спасибо всем - моим пч и Ксении, которая добросовестно бетит этот ужас =))) Осталось всего 6 глав!

========== 21. Я вижу тебя насквозь ==========

So I’ve been watching you.

There’s nothing I’m missing now except you.

And I’m missing you. And I take your mind.

The hole in my heart. The hole in my heart is you.

The hold in my heart is you.

All these words they go so far alone.

Let go. let go. I want to take everything that lies between us.

I want to strip it down to the bone.

I want to put my hands around you from behind you.

I want to put you down on a mattress put your face up against the wall.

Do you understand? The hole in my heart is you.

(Black Lab — Hole in My Heart)

Билл дернулся от шороха, когда что-то тяжелое перевалилось и шумно спрыгнуло на его балкон. Его глаза расширились. Из-за штор, высокий и помятый, появился Том. Он резко закрыл за собой балконную дверь и задернул занавески, чтобы их разборку, на случай, если она будет, не подслушали и не подсмотрели вредные соседи.

— Твою мать! — Кернер вскочил и попытался открыть дверь, которую сам же и запер для своей безопасности от внешних вторжений.

— Билл. Послушай меня. Пожалуйста… — Том моментально оказался около него и схватил сзади за талию, не давая возможности вырваться и невольно задирая своими движениями футболку парня. — Стой. Я знаю, ты очень обижен на меня. Но, пожалуйста…

— Отпусти меня, Том, — зло брыкался Кернер.

— Хорошо. Я сделаю все, что ты хочешь. Но позволь мне все тебе объяснить. Ты поймешь: я тебя не обманываю…

— Убери от меня руки, — гнул свое Билл, явно зациклившись на этом вопросе.

— Ты готов слушать?

— Нет.

— Тогда не уберу.

У него такие горячие ладони… — расслышал Альфредо одну-единственную мысль, бившуюся словно испуганное мышиное сердечко в лапах кошки.

Вопреки логике ситуации, Том рассмеялся.

— А… Я понял. Извини, я уберу руки. Извини. Если тебя это немного успокоит. — Он действительно отпустил свою встрепанную жертву и взялся за ручку двери, чтобы Кернеру было некуда бежать.

— Ты опять подслушиваешь мои мысли? — Пряди черных волос рассыпались по шее, когда Билл раздраженно обернулся.

— Да. Больше не стану тебе врать. Я их слышу постоянно; это не тот процесс, который можно контролировать. Если правильно настроишься, ты тоже можешь слышать мои.

— Я не хочу их слышать. Я от тебя ничего не хочу, — продолжал злобствовать брюнет.

— Странно. Все это время я думал, что ты места себе не находил без меня. Твои чувства не могут врать. — Том виновато посмотрел на него из-под опущенных ресниц.

— Ах ты… — лицо Кернера резко изменилось. — Кретин! Ты и после того, как мы поругались, продолжаешь лезть в мою голову?

— Я ж говорю. Ничего не могу поде… — Том резко выдохнул, оборвав речь на середине. Черноволосый молодой человек налетел на него и попытался наподдать изо всех сил куда-нибудь, чтобы обезвредить врага.

— Ладно, я сам виноват, — Том морщился от его ударов. — И почему сегодня все так хотят меня убить?

— Потому что ты полный имбецил, — хрипло шепнул Билл в порыве их маленькой возни.

— Да. Я такой… — Том схватил его и сжал плечи, чтобы немного сковать руки парня. Его удары были довольно ощутимы.

Возня продолжалась недолго. Примерно до того момента, пока они не упали на пол, потеряв равновесие, и не покатились по ковру, сбивая на ходу стул и подминая все разбросанные по комнате вещи.

— Руки убери, кому сказал! — рыкнул Билл громко, вызывая своим недовольством дрожь стекол.

За стенкой Фиби, Аманда, Гарри и присоединившийся к ним Грег прилепились ухом к двери, гадая, что происходит с той стороны.

— Мне кажется, пора звонить в полицию, — тихо прошептала Аманда.

— Тш-ш-ш! — тут же шикнули на нее три остальных голоса.

Разборки продолжались.

— Билл, прекрати ерзать, тогда уберу! — пошел Том объяснять по третьему кругу. — Я же терпеть не могу, когда ты меня бьешь.

— Пошел ты, Эл. Я не буду с тобой больше разговаривать никогда в жизни.

— Ты уверен? — Том пошел в лобовую и лизнул парня в шею. — А так?

— Отпусти… — нервная дрожь прошлась по всему телу.

— А так? — Том задрал на нем майку до середины груди и принялся целовать нежную кожу, которая стала ему доступна.

— Пошел на хуй, — смазано прошептал Билл, загребая пальцами ковер и силясь вырваться.

Том пошел. Завел запястья Билла за голову, в то время как другая его рука довольно настойчиво погладила брюнета по ширинке. Кернер сжал зубы и протестующе зарычал, слегка дернув плечами.

— Я от тебя не отстану, ты понимаешь? Я не врал тебе, говоря, что ты мне небезразличен. Это правда.

— Мне все равно. Потому что мне безразличен ты. Совсем. Ты — подлый обманщик.

— Кто обманщик? Я? — Том издевательски гладил и ворошил его волосы. — У тебя стояк, твердый, как лом. Не ври мне, Кернер, я слышу все, о чем ты думаешь… Твои желания слишком отличаются от того, что ты говоришь, иначе почему ты мысленно раздеваешь меня?

Билл предпринял последнюю безмолвную попытку вырваться. Но тело, прижимающее его к полу, было слишком тяжелым. Он чувствовал себя ужасно беспомощным; особенно, когда заглядывал в смеющиеся глаза. Том явно получал удовольствие от всей этой ситуации.

— Слезь, — тихо прошептал в последний раз брюнет.

— Только когда пойму, что ты действительно хочешь именно этого, — издевательски прошептал Альфредо.

Отвали, дебил…

А ты такой горячий, когда сердишься. Я собираюсь тебя поцеловать.

Глаза Билла расширились. Прежде, чем он успел увернуться, Том действительно исполнил свою угрозу. Он поспешно впился в мягкие губы, которые как раз приоткрылись для очередной серии возмущений. Билл некоторое время пытался вытолкнуть его языком и даже укусить за губу, но затем просто прекратил сопротивляться, лежа и ожидая, когда это издевательство кончится.

Ты понятия не имеешь, каково это, когда ты отличаешься ото всех. — Том ласково сжал пальцами его шею, не прекращая поцелуи. — Когда я встретил тебя, я даже не понял, почему могу слышать тебя. Раньше я слышал только своих родителей. За это мой отец ненавидел меня… Но ты не такой. Я не знал, как еще дать тебе понять. Я рад, что узнал тебя. Прочти мои мысли, ты поймешь, что я не обманываю.

В голове Билла против его воли вспыхнул ряд изображений и обрывков фраз.

Какие интересные у него глаза… — тихий шепот, как в день, когда они впервые столкнулись.

Надо же… Неужели он такой же? Такой же, как я. — Внимательный взгляд, который наблюдает словно со стороны. Билл увидел себя чужими глазами. Он шел к дому в своем спортивном костюме, пока Том смотрел за ним издали.

У него приятный смех… — Еще одно видение, которое сменило предыдущее.

Как бы я хотел рядом кого-то похожего, — еще один момент. Они сидят около палатки. Билл понял, что не видел половины тех взглядов, что бросал на него Том уже тогда.

Так трудно себя сдерживать рядом с ним… — сумбурные, вертящиеся как в калейдоскопе темные видения.

Снова та ночь на природе.

Черт, его тепло сводит меня с ума. Почему у меня так колотится сердце? — хаотичные движения, влажные ладони, путешествующие по рукам и лицу. Такое знакомое недавнее ощущение.

Я действительно влип с этим парнем. Как же рассказать ему все… — поцелуй с утра в постели, мягкий и заспанный Том, который не может разжать свои объятия.

Эти мысли были такие искренние, что у Билла и самого сердце понеслось галопом. Каждую из них он мог бы примерить и на себя, чтобы рассказать Тому, что он чувствовал рядом с ним. Это было невероятное отражение его собственных ощущений. Честное. Такое открытое.

Очнувшись, Билл сообразил, что лежит на лопатках и отвечает на поцелуй гораздо с большим желанием, чем до этого, и даже Том потихоньку начинает отставать от него по силе напора. Затем брюнет удивленно отпрянул, прерывая свое упивание припухшими от поцелуев губами. Весь его взгляд выражал одну мысль: «Что я делаю?»

Ты простишь меня?

Ни за что, — постарался как можно увереннее подумать Билл, собирая в кулак последние силы. Его нервы предательски дрожали, выдавая волнение.

Ладно. Погоди, я придумаю что-нибудь. Ты ведь не возражаешь? — Том сжал его ребра и потянул вверх футболку, стаскивая ее через голову. Пальцы ласково прошлись по шее брюнета. Руки Кернера рефлекторно замкнулись на талии парня. Было заметно, что он все еще зол, но не на шутку завелся от всего, что услышал, и явно уже не так уж сопротивлялся. Это всегда срабатывало на сто процентов. Том быстро покрывал поцелуями его скулы и плечи, наслаждаясь тихими выдохами, и старался делать это как можно быстрее, чтобы Билл не успел очнуться и передумать. В его темных глазах вуалью стелилось явное желание вместе с легкой озадаченностью от того, что должно было произойти.

Сейчас будет сеанс кинопоказа, — Альфредо хитро приподнял одну бровь. Он снова принялся вспоминать самые приятные и горячие моменты, которые они делили вместе. Ту, самую виртуальную ночь под звездами, ставшую их первой. Билл понял его задумку. Его рот приоткрылся немного, но с губ слетел лишь легкий стон последнего протеста, который Том поймал языком. Он углубил поцелуй, прижимая брюнета за шею к полу, не ослабляя хватку ни на секунду.

В голове был абсолютный вакуум, реальными остались только воспоминания и объятия. Кернер сдался. Они больше не говорили ни слова, просто молча наслаждались тем, что могли дать друг другу, хотя момент был и не самый удобный.

Соприкасаясь телами, вжимаясь друг в друга, они продолжали целоваться словно буйнопомешанные. Том мучил язык парня и засасывал его так жадно, что им обоим стало нечем сглатывать. Он хотел, чтобы Билл больше не сомневался ни единым жестом, ни единой мыслью.

В воображении Альфредо мелькнуло видение. Он удивленно отодвинулся и посмотрел на брюнета, который вспыхнул от смущения. Том готов был поклясться, что Билл только что подумал об этом и попросту не смог себя проконтролировать. Том увидел это как наяву: тонкие пальцы, расстегивающие ремень на джинсах резкими рывками. Обнаженные, скользящие друг по другу бедра. Закрывающиеся от экстаза глаза. Быстрые движения плеч. Чей-то тихий протяжный стон.

Блин, — уничтоженно подумал пойманный с поличным Билл. — Я не думаю про это… Это не я.

Да, конечно. Значит, мать Тереза…

Том прикусил губу, ехидно глядя на него. Темные ресницы Билла опустились, скрывая бегающий взгляд, но, несмотря ни на что, все желания читались слишком легко. Он был в его руках, такой близкий и, кажется, даже больше не сердился. Альфредо приподнялся на руках, чтобы рассмотреть красивое лицо. Ни одной посторонней мысли сейчас не было в голове. Только картины. Горячие. Неприличные. Которые им обоим хотелось воплотить в действительность.

Билл, ты простил меня? Пожалуйста, мне просто нужно, чтобы ты это сказал.

Ни слова в ответ. Кернер поднял на него свой полный обреченности взгляд. Он вздохнул, подтянулся и обхватил насильника за шею, выгибаясь в пояснице и касаясь его твердой пуговицей джинсов. Он уже плохо соображал. Том ласково ткнулся носом в его плечо и решил ни о чем его больше не спрашивать. У них еще будет на это время. Он с головой нырял в объятия парня, срываясь в бездну в очередной раз и понимая, что Билл был всем, что ему хотелось получить. Он уже пропустил точку невозврата, но в такие моменты, как этот, ему не хотелось думать о возможности все изменить.

***

Well I’m thinking of the worst things

That I could say to you

But a promise doesn’t mean a thing anymore

And this never will be right with me

And now you’re trying to desperately

But I’m tongue tied and terrified of what I’ll say

And then we both go down together

We may stay there forever

I’ll just try to get up

And I’m sorry, this wasn’t easy

When I asked you, believe me

You never let go.

(Mayday Parade — I’d Hate To Be You When People

Find Out What This Song Is About)

Тихий и нежный стон сквозь зубы. Пульс зашкаливал от жара и чувств, и Альфредо не стал долго раздумывать. Он стянул с Билла одежду, тесно прижимаясь к нему бедрами и наслаждаясь его возбуждением. Он поспешно избавился от своих вещей и потянул парня на себя, желая создать максимальный контакт. Билл послушно тянулся к нему в руки, и от такой покорности и честного, неприкрытого кайфа, срывало крышу.

Крепкие объятия почти вызывали хруст в костях. Кернер подставлял под поцелуи шею, позволяя Тому ловить его дыхание, заставлял его чувствовать себя напряженной струной, готовой вот-вот лопнуть.

Брюнет требовательно подтянул своего мучителя к себе. То, что Том слышал в его голове, лишало всех сомнений. Он осторожно и нежно провел рукой по внутренней стороне бедер парня. Вторая рука шарила по полу в поисках смазки, оставленной тут в выходные.

Это могло быть больно в первый раз, потому Том сосредоточился и постарался сделать так, чтобы Билл не выплывал из водоворота образов. Он целовал его, глубоко и медленно, скользя языком все глубже в его рот. Парень немного дернулся во время процесса подготовки, но по его стону Том понял, что Биллу это скорее нравится. Мысли были хаотичные, путанные, но такие возбуждающие.

Том умолял себя сдерживаться. Он изо всех сил сжал влажные бедра и ласково прошептал в ухо только одно слово:

Держись.

В это время за дверью Фиби и Аманда очень напрягали уши, чтобы понять, до какого момента дошла ссора их соседей.

— М-м-м, То-ом, — раздался тягучий и очень неприличный стон.

Фиби отпрянула от двери. Аманда изо всех сил вцепилась в бицепс Гарри. Грегори зажал рот рукой, чтобы не заржать.

— Так. Ясно. Ребят, нам тут еще как минимум полчаса делать нечего. Валим на кухню. Все будут жить. Плохо, но будут, — констатировал он, давясь от хохота.

— Я его сама выебу. Пусть только выйдет оттуда, — пригрозилась Фиби, пятясь спиной вперед.

Все четверо друзей переглянулись, но несмотря на ситуацию, в глазах у всех читалось видимое облегчение. Кроме Фиби, которая собиралась убивать.

Тебе больно? — Том ласково убрал со лба Кернера прилипшие волосы.

Нет. Сам чувствуешь…

Парень осторожно толкнулся. Да, он чувствовал, так ярко, как никогда. Каждое его движение вдруг усилилось по уровню ощущений в десять крат. Билл улавливал все его импульсы, идеально отражая их, как будто понимая, что это такое — отдавать свое тепло человеку, знающему его на подсознательном уровне. Его глаза закатывались от каждого рывка, а Том не смог отказать себе в удовольствии рассмотреть красивый торс парня, который принадлежал сейчас только ему. Он сжал зубы, медленно входя до самого предела. Шея Билла выгнулась под немыслимым градусом.

Оба их тела плыли. Том чувствовал, как сжимаются вокруг него тугие стенки. Он медленно вжимал Кернера в пол, заставляя его закинуть ноги себе на бедра. Когда больше не мог себя сдерживать, он лег обратно, собираясь тереться о Билла, пока их обоих не заберет темнота. Том вошел на всю длину, неспешно, наслаждаясь пульсом и возбуждением, каждым миллиметром своего продвижения. В глазах брюнета читалась неприкрытая, жгучая страсть. Том насаживал его на себя, ускоряя темп до немыслимого, легко входя и скользя под любыми углами.

Билл, не выгибайся так сильно… Я не выдержу, — предупредил Альфредо, накрывая губы Билла широким, мокрым поцелуем. Кернер непослушно прижал его бедра к своим. Руки резко двинулись, помогая Тому доделать начатое. Потом еще и еще. Альфредо тихо зарычал и непроизвольно сжал его тело, загребая в горсть черные волосы. Ему стало так хорошо, что в глазах даже потемнело на несколько секунд.

Немыслимая легкость и дикая опустошенность. Билл тихонько выдохнул, стараясь проморгаться.

Ты простил меня? — Том не выходил из него, продолжая сжимать его кожу. — Скажи это.

Ты же затрахаешь, но не отвяжешься… — Билл лениво ответил на его поцелуй. — Может, и простил. Но ты этого, конечно, не заслуживаешь.

Спасибо тебе. Мне это важно. — Еще один взгляд в глаза.

Билл не отводил свой. Том провел пальцем по его щеке. Кернер сейчас такой раскрасневшийся, встрепанный и безумно красивый.

Я просто хочу, чтобы ты знал. Я тоже весь извелся без тебя… Ты очень много значишь для меня, Билл. — Том нежно поцеловал его в нижнюю губу.

Кернер лениво откинулся, думая об одном: какой он был невероятно легко все прощающий. Настолько, что он даже позволил человеку, сломавшему всю его новую жизнь, сделать это еще раз. И при желании готов был попросить его повторить.

А ты знаешь, что они с нами сейчас сделают? — игриво спросил его Альфредо одними глазами, наслаждаясь тем, что не надо было больше держать себя под контролем. В такие моменты, как этот, ему было труднее блокировать свои мысли.

Да все то же самое. Бутылками. Скалкой. Ножкой от табуретки, — Кернер меланхолично хмыкнул.

Это было так странно — разговаривать, даже не раскрывая рта.

Альфредо засмеялся, совсем как мальчишка. От звука его смеха Билл закатил глаза и расслабленно опустился лопатками на пол. На душе у них обоих была абсолютная безмятежность.

***

Четыре пары очень злых глаз встретили их в кухне. Точнее, злыми были только Аманда и Фиби. Грег и Гарри просто ждали, переговариваясь между собой, но посмотрели на вошедших, когда те показались в дверях.

— Ну… Мы это…

— Вроде как наладили контакт и готовы разговаривать нормально, — Билл завершил за Тома его речь более деликатно.

— Мы слышали, — заверила его Фиби. — Поздравляю. А затем, уже обращаясь к Аманде: — А вот теперь он точно трахнул твоего парня. Можешь выкатить им обоим претензии.

Брюнетка фыркнула.

— Больно надо. Это уже ничего не изменит.

Рубиновые уши Кернера выдали его с головой. Он нарочно отодвинулся от Тома и постарался вообще не смотреть в его сторону. Альфредо поджал губы, которые все равно предательски загибались вверх и сделал то же самое — он сел рядом с Гарри в другом конце стола. Парни уставились в разные стороны: Том пытался прятать идиотскую улыбку, а Билл просто сгорал от стыда, потому что прекрасно знал, что все всё слышали.

— Ну, и что теперь, гении? — не выдержала Фиби.

Все посмотрели на Билла. Тот поднял голову.

— А что вы на меня-то все уставились?

— Нет, ну а кто больше всех тут по стенам и потолку ходил? — Гарри пожал плечами.

— Я… Не знаю, ребят. Честно. Полагаю, Том может вернуться сюда? — он вопросительно глянул на Альфредо, который мягко улыбнулся. — Здесь все его вещи, зачем ему ходить непонятно где. Он все мне объяснил. Думаю, никто не будет возражать против его присутствия, так ведь? — весомые и логичные аргументы продолжались. — Плюс ко всему, нам уже привычно вместе, и…

— Скажи просто, что он тебе нравится, и ты не хочешь, чтоб он уходил. И все! — Аманда пожала плечами. — Альфредо мне уже все рассказал. Ты можешь не пытаться делать вид, что ничего между вами не происходит.

Билл поднял на нее виноватые глаза.

— Аманда, прости меня. Я не ожидал, что я вдруг стану… Ну ты понимаешь.

— Билл. Мальчики не начинают нравится вдруг. Вероятно, это сидело в тебе гораздо раньше, чем ты встретил Тома. — Она смерила Альфредо тяжелым взглядом. — Я думаю, он просто стал той последней соломинкой, которая переломила спину верблюда. Не удивительно. С его-то запущенным характером и способностью доставать всех до самых гланд.

Услышав про гланды, Том заулыбался еще шире.

— Я не хочу, чтобы ты злилась на меня, — тихо прошептал Кернер. — Я тоже вел себя, как последняя свинья.

— Не могу не согласиться. Но я не из тех, кто будет убиваться. Я просто пойду дальше, поверь мне. О, кстати! — Девушка кинула быстрый взгляд на свои часы. — Мне пора. Я с вами потратила слишком много ценного времени. — Ее взгляд остановился на братьях Хеммет. — Вы составите мне компанию?

Они оба с готовностью подскочили со своих мест, как пружинки.

— Конечно, Аманда, — Грег подхватил ее под правую руку.

— Мы всегда рады, ты же знаешь, — Гарри повис слева.

Все вместе, они, не обращая ни на кого внимания, ушли. Теперь уже Фиби, Билл и Том проводили их обалдевшим взглядом.

— Мне кажется, или она… — Билл указал пальцем в сторону закрывшейся двери.

— Тебе не кажется, — Том улыбнулся. — Я поговорил с ней. Честно, без вторжений в сознание. У нас на это было время. Я немного чувствую ее эмоции: братья на самом деле ей не так уж безразличны, как она хочет, чтобы все думали.

— Альфредо, — ладони Фиби хлопнули по столу. — Я скажу тебе прямо. Там, где ты — там всегда начинаются какие-то проблемы с головой. Я сваливаю к Рианне. Ждите… Когда-нибудь ждите.

С этими словами она тоже исчезла из поля зрения, рассержено смахнув с лица косую челку.

— Я думаю, нам все же надо поговорить, — предложил Том через пару минут тишины, на что Билл согласно кивнул.

— Да. Только дай сначала утрясти все это в башке.

***

Тени медленно плясали на потолке.

На Сан-Франциско постепенно опустился вечер, а парни все еще были одни во всей квартире. Они валялись в кровати, без футболок, и разговаривали, стараясь привыкнуть к новым ощущениям.

Закончив с поцелуями, парни просто улеглись рядом, взявшись за руки, и молча изучая причудливые движения бликов от городских вывесок. Билл был все еще немного не в себе и молчал большую часть вечера, но Том был доволен и тем малым, что уже смог получить.

— Ты как? — тихо спросил он, укладываясь щекой на плечо Кернера.

— Странно, — донеслось в ответ. — Думал, в жизни тебя не захочу видеть. Не пойму, почему мне лучше, когда ты где-то в зоне досягаемости?

Том улыбнулся.

— Я рад, что в этот раз не смог разрушить все своими суперспособностями.

— Да, но ты пытался, и, надо отметить, у тебя почти получилось, — Билл прямо посмотрел на него.

— Я старался тебе сказать. — Том виновато опустил ресницы. — Просто… Для меня это нелегко — сходиться с людьми. Далеко не все примут меня таким…

— Для меня тоже, — Билл погладил его по голым плечам. — Но я не пытаюсь это скрыть.

— Я знаю… Ты такой честный и прямолинейный. Делаешь так, как подсказывает тебе сердце.

— Это не так легко. Я долго к этому шел.

Том подпер ладонью голову и глянул на него.

— Ну. Тогда каковы твои прогнозы? Ты снизишь свои показатели натурала? — смеясь, поинтересовался он.

— Может быть. Теперь, когда мы испробовали все варианты, пусть будет пять к девяносто пяти, — тяжко вздохнув, согласился Билл.

— Ты все же оставляешь маленький шанс?

— Пусть будет. Мало ли. Вдруг Хемметам опять придет в голову нас напоить до беспамятства. Хрен знает, до чего все может дойти?

Оба парня засмеялись. Немного помолчав, Билл все же осмелился задать вопрос, который мучил его.

Расскажи мне про свое детство, Том… Почему ты так не ладишь с отцом? — его глаза приобрели более серьезное выражение.

Альфредо потерся носом о его шею.

Билл, это не самые легкие страницы в моей жизни. На самом деле…

Ну, ты же доверяешь мне? — Кернер больше не говорил. Была какая-то особая прелесть в общении без слов, особая тайна в том, что они могли читать мысли и видеть все секреты друг друга.

Я доверяю тебе больше, чем кому бы то ни было.

Тогда скажи мне?

Том резко сел на кровати. Билл открыл один глаз, чтобы посмотреть, куда делась с него приятная теплота и тяжесть.

Я могу показать. Но вряд ли тебе это понравится.

Кернер привстал на одном локте, силясь понять, что от него требуется.

Сядь, как я, — Том похлопал по покрывалу и скрестил ноги по-турецки.

Билл сел.

Дай мне свою руку. Будет лучше, если будет контакт. Чем я ближе, тем лучше связь.

Да, в этом я уже убедился. — Кернер позорно опустил ресницы.

Том мягко коснулся его пальцев.

Закрой глаза.

Веки Билла опустились. Хотя он уже не видел того, что происходило, он готов был поклясться — Том тоже прикрыл глаза.

Мои папа и мама хотели ребенка, поэтому мое появление для них было долгожданным. — В воображении вспыхнули кадры: несколько фотографий, где Том был со своими молодыми родителями. Мистер Альфредо, крепкий мужчина с улыбчивым лицом, и его мать, которая держала сына за руку. Все они улыбались.

Когда мне было лет десять, они начали сильно ссориться. Это был странный период в наших отношениях: я проводил все свое время один, слушая, как они орут друг на друга. — Новая вспышка. Забившийся в угол маленький мальчик, который читает какие-то книжки. Крики и ругань на заднем фоне.

За несколько лет такой жизни я разучился общаться. Мне было проще не разговаривать ни с кем… — Снова. Том, на вид лет одиннадцати, бредет один вдоль по улице, сжимая в руках кассетный плеер.

Я пытался подавить в себе эту гиперчувствительность. Но все ссоры родителей были как ножом по сердцу, я чувствовал их слишком глубоко. И ничего не мог с этим поделать. Лет в тринадцать я начал слышать мысли. Когда мой отец понял это — по тому, что я отвечал на его фразы, которые не были сказаны, — он жутко испугался. — И опять. Как кадры кинопленки, выныривающие из глубины темного кинозала. Забившийся в угол подросток. Искаженное лицо мистера Альфредо.

Он бил меня. Я уходил из дома. Нашел себе новых друзей. Родители перестали обращать друг на друга внимание, просто существуя рядом. Но я стал нежеланным человеком в их доме. — Еще один кадр. Том, ночующий на скамейке, зябко кутаясь в толстовку.

Наша семья не развалилась. Они просто делают вид, что их нет друг для друга. Отец предпочёл делать то, что считал нужным. Он никогда не останавливался. С некоторого возраста его стала глодать мысль о безбедной старости, и вот тогда он съехал с катушек. Стал думать только о деньгах… Втянул меня в свои аферы. — Новое видение. По спине Билла бежали мурашки от каждой новой жуткой вспышки.

Когда я понял, что дальше так продолжаться не может, и попытался вмешаться, он просто убрал меня со своего пути. — Салатовые стены. Металлический поднос, на котором лежали разноцветные таблетки. Чья-то рука заталкивает их прямо в рот, разжимая стиснутые зубы. Мигающие ртутные лампы. Сорочка в горошек по типу больничной и странный смех где-то в самой глубине памяти.

Психиатрическая клиника, — с ужасом догадался Билл.

Да. Просто потому, что он никогда не понимал меня. Ну… И вдобавок, я собирался сдать его властям. Он все это обставил так, как будто я во всем виноват.

Кернер быстро открыл глаза.

— Том, не надо больше вспоминать. Прости, я… не хотел, чтобы ты снова туда возвращался. Извини, — он немного содрогался. Это было так жутко и дико — подслушивать чьи-то потаенные кошмары.

Билл поспешно потянулся и обхватил плечи парня, который сидел перед ним. Ему захотелось отдать ему хоть немного своей теплоты, чтобы Том знал, что он не один.

Все в порядке. Со временем я научился говорить себе, что та семья, которая дана тебе от Бога, может быть абсолютно чужой, и это нормально.

Билл молчал. Том ответил на его объятия, скрестив руки за спиной парня, который прижимался к нему. Они некоторое время просто сидели в темноте в абсолютном молчании.

Это ужасно, Том. Но ты такой не один. Моя семья тоже никогда не уделяла мне столько внимания, сколько я бы хотел получить. И в итоге… Ты знаешь, что в итоге. Моя история — всего лишь облегченная версия твоей…

Том погладил его по ровной спине.

Я рад, что встретил тебя, Билл. Не устану тебе это повторять, — его губы коснулись плеча брюнета. — Я еще раз прошу прощения, что доставил тебе неприятности. Я хотел этого меньше всего. Ты веришь мне?

Билл задумчиво ворошил пальцами его тугие косички.

Верю. Я могу читать твои мысли. Они искренние…

Я правда хочу, чтобы ты был моим другом.

Билл задумался, прежде, чем дать свой ответ.

Другом. И только? Я думал, что до этого ты прилагал все усилия, чтобы сманить меня с пути истинного. Изволь теперь взять на себя всю ответственность за то, что сделал меня таким!

Том обнял его еще крепче.

Я на это надеюсь. Но какая бы кошка между нами не пробежала… Просто знай, я не хочу причинить тебе зла.

Билл отодвинулся от него. Не настолько сильно, чтобы потерять физический контакт. Достаточно, чтобы видеть карие глаза, поблескивающие в темноте.

Просто больше не обманывай меня. Ложь — это самое худшее, на чем можно строить отношения.

Я знаю. И еще, я хочу, чтобы ты знал. Я никогда не врал Фиби, Гарри и Грегу. Они всегда были моими друзьями. Я не подставлял их…

Билл кивнул. Он верил, хотя и сам не знал, почему. Наверное, теперь стало проще понимать того, кто читался, как открытая книга, ведь Том действительно был хорошим парнем. Возможно, немного запутавшимся в себе и в жизни, зато очень напоминавшим Кернеру его самого.

Ночь мягко касалась их своими крыльями, пока они просто смотрели друг другу в глаза и привыкали к мысли, что они в этом мире были не одиноки. Том не хотел выпускать парня из своих объятий, а тот не спешил вырываться. Каким бы неправильным не был поступок Альфредо, в глубине души Билл был признателен за то, что он открыл ему глаза на правду.

Если до этого сомнения насчет подлинности чувств и оставались в душе, то прямо сейчас они исчезали, уступая место теплоте и уверенности.

— Поцелуй меня? — тихо попросил Том.

Кернер исполнил его просьбу. У них еще была масса самых разных неразрешенных сомнений, но они положили достойное начало пониманию самих себя. И хотя было трудно решить, куда они оба направлялись, к ним обоим вдруг каким-то образом пришло осознание, что они были на верном пути.

I don’t know where you’re going

But do you got room for one more troubled soul?

I don’t know where I’m going

But I don’t think I’m coming home and I said

I’ll check in tomorrow if I don’t wake up dead

This is the road to ruin, and we’re starting at the end

Let’s be alone together (yeah)

We could stay young forever (yeah)

Scream it from the top of your lungs, lungs, lungs

You cut me off, I lost my track

It’s not my fault, I’m a maniac

It’s not funny anymore, no it’s not

(FOB — Alone Together)

Комментарий к 21. Я вижу тебя насквозь

Я боюсь в данный момент смотреть видео/ фото по Отелю, ибо страшно. ))) Но фики, конечно, всегда хранят Билла и Тома такими, какими мы их помним =)

Огромное спасибо моим пч и моей бете Ксении за то, что не бросают меня)

========== 22. Авария ==========

Пару дней спустя все снова стало, как было. Возвращение Тома вернуло в квартиру спокойствие и тишину. Фиби пришла только на следующий день, что-то ворча себе под нос, но не вступая в открытый конфликт.

Парни не пытались на нее давить или что-то объяснять. Им хватило просто обменяться взглядами, чтобы договориться о том, что тему своих отношений они не поднимают. К тому же было очень удобно переговариваться, не используя вербальные средства. Билл поражался, насколько быстро его втянула эта игра, он действительно чувствовал Тома на уровне подсознания и не понимал, как не замечал этого раньше.

Они начали неторопливо и последовательно преодолевать путь по установлению честных и искренних отношений.

Альфредо рассказал Биллу о многих возможностях его психики. Это оказалось так легко: просто принять кого-то, как часть себя, пускать его в свое сознание и душу, делить с ним мысли. Билл не сопротивлялся невероятному облегчению, он будто перевалил на чужие плечи часть своего нелегкого груза, получая точно такую же отдачу в ответ. И, казалось, даже не надо было никакого отдыха — просто немного посидеть, заглядывая в карие глаза, убеждаясь, что можно найти в другом человеке недостающие кусочки паззла, которые были ответами на все вопросы.

Потеряться в друг друге оказалось неожиданно легко. Привязанность словно усиливалась с каждым днем и не давала покоя, заставляя Билла и Тома притягиваться только сильнее.

Фиби ругалась, когда ей приходилось задавать вопрос аж по четыре раза: ее соседи иногда настолько уходили в себя, что с ними становилось невозможно общаться.

— Я от вас съеду. Как только сестра Ри освободит комнату и переедет к своему парню, точно съеду, — погрозилась она, заметив, что парни сидят и с улыбкой поедают друг друга глазами.

Аманда, Грег и Гарри страдали от всего этого намного меньше. Их было вообще не видно в последние дни. Разумное объяснение этому нашлось довольно быстро. В один день, когда Билл выходил на пробежку, он услышал смех из-за двери ее квартиры. Голос совершенно точно принадлежал Аманде и еще какому-то парню. Билл не хотел подслушивать, оно само так получилось:

— Гарри, нет, ты мне засос оставишь!

И тут же:

— А может, я хочу, как автограф на память.

— Не будь животным, — второй, до боли знакомый, голос, определенно Грегори. — Девушка же просит!

Билл приложился лбом о внезапно попавшийся на пути лифт. Он понятия не имел, каким составом Том обработал ее психику, но это подействовало на ура. Зная извращённые пристрастия братьев и относительно свободный стиль жизни Аманды, это было даже не удивительно.

Фиби спокойно отнеслась к новости. Она покрутила у виска и сказала, что всегда знала, что ее окружают сумасшедшие.

За всеми этими происшествиями Билл не сразу обнаружил, что вокруг него образовалась подозрительная тишина. Даже родители не звонили. Кернер иногда косился на свой телефон, думая набрать им, но каждый раз откладывал эту идею в ящик поглубже. Не хотел мозолить уши лишний раз.

Его немного пугало то, что зарплату на работе ему задерживали на некоторое время. Он получил письмо от начальника, который уверял, что у них сейчас проблемы с бухгалтерией, но обещал выплатить все в ближайшее время и в полном размере. Билл ждал.

Зато и от мистера Альфредо не было новостей. Никто из друзей не думал жалеть об этом маленьком упущении. Золотое правило Фиби гласило: если старый хрен молчит, значит — одно из двух: или он нашел себе новую жертву, или ждите от него вскоре в тройном размере. Билл и Том тревожно переглянулись и понадеялись на первый вариант.

Однако их надежды разбились в один прекрасный и довольно поздний вечер, когда они оба, взявшись за руки, возвращались с прогулки.

***

— Как думаешь, может, он уже забыл про те две тысячи? — спросил Билл, когда они уже подходили к дому.

— Он никогда ничего не забывает. — Том задумчиво закусил губу. — Он просто ждет чего-то. И мне это не очень нравится.

— Мне тоже. Я… А что это за столпотворение у нашего подъезда?

— Понятия не имею.

Полицейская машина стояла неподалеку от группы людей, переговаривавшихся о чем-то между собой. Народу было немного — человек пять или шесть. Все они обступили машину, стоявшую в самом крайнем ряду на парковке.

— Эй, это же старая развалюха Альфредо…

— Больше похоже на детали от старой развалюхи, — глаза Тома полезли на лоб. — Билл, смотри! — он подтащил парня к себе, открывая обзор на происходящее.

Действительно, машина Альвареса напоминала теперь груду металлолома. У нее были разбиты стекла, помяты капот и крыша, отломанное зеркало валялось неподалеку. Вырванное с мясом сиденье лежало на газоне, а распахнутые багажник и капот извещали всех о том, что несчастного мустанга абсолютно лишили внутренностей. В переднем стекле торчала бейсбольная бита. Сам Альфредо тоже был неподалеку. Седой и всклокоченный, он объяснял что-то двум людям в полицейской форме.

— Офицер, я знаю, кто это сделал! — гневно вещал он, указывая на свою машину. — Это все эти дети из квартиры выше!

— Эй! — не выдержал Том. — Эти дети стоят прямо за твоей спиной!

Мистер Альфредо и полицейские обернулись на этот голос. Том узнал в одном из них офицера, недавно арестовавшего его на улице.

— Замечательно, что вы тут! — рыкнул Альфредо. — Не надо ходить далеко, чтобы вас задержать!

— Что? — Билл огляделся, силясь понять хоть что-нибудь. — Но мы тут не при чем! Когда мы уходили, все было в порядке!

— Мистер Кернер, — обратился один из копов к парню, посоветовавшись со своим напарником. — Вы узнаете эту вещь?

Повернувшись в его сторону, Билл широко открыл глаза. В руках у полицейского был его потерянный несколько дней назад кошелек.

— Это… Это мой бумажник! Что он здесь делает? — Билл нахмурился.

— У меня плохое предчувствие, — тихо прошептал ему Том на самое ухо.

Из подъезда спешной походкой вышли Гарри, Грег и Аманда.

— Что здесь происходит? — окинув взглядом сцену действия, ребята встали за спинами друзей.

— Ничего хорошего, Грегори, — Том указал рукой на груду машинных запчастей.

— Мистер Кернер. Где вы были сегодня вечером, ближайшие несколько часов?

— Я гулял со своим… другом.

— Куда вы ходили?

— Никуда. Просто бродили по улицам. Осматривали город, — пожал плечами он.

— Пф-ф-ф, в жизни не слышал ничего глупее. Вы же не думаете, что Билл на это способен? — встрял Грегори. — У тебя совсем мозги заржавели, старый дурак? — адресовал он свое обвинение Альфредо-старшему.

— Выбирай выражения. Я знаю, что все вы заодно! С самого первого дня вы только и делаете, что осложняете мне жизнь. И кстати, Кернер, разве это не ты завяз у меня в долгу? Сначала эта дверь… Затем ты заливаешь мой потолок. Я так и не получил свои деньги! У тебя есть мотив!

— Альфредо, заканчивай этот базар. Билл этого не делал, и ты это знаешь, — Том оттеснил Кернера и вышел вперед. — Это все твоих рук дело!

— Мы посмотрим, сынок. Наружная камера все еще исправна, — не предвещающим ничего хорошего тоном прошипел домовладелец.

Для Билла и Тома этот замечательный вечер медленно превращался в ужасный.

— Но… Этого не может быть! — Воскликнул Альфредо-младший, когда полицейские извлекли кассету из камеры и прокрутили ее на мини-телевизоре в подъезде.

— Том… Но это же… — Билл прикрыл ладонью рот.

— Я вижу, что это, — каменным тоном отозвался парень, рассматривая фигуру на видеозаписи. В сиреневых сумерках показался высокий человек, одетый в темную толстовку и широкие штаны. Его волосы было сложно разглядеть, но когда луч фонаря упал на его плечи, стало видно брейды, которые он старательно прятал под светлой косынкой.

Том, что это за ерунда? Он выглядит в точности как ты!

Это я и сам заметил, — парень напряженно смотрел, как его уменьшенная копия на мониторе прокручивает в руке бейсбольную биту и со всей силы опускает ее на машину. Хотя запись была без звука, все присутствующие как вживую услышали скрежет металла и звон стекла.

Какой же бред… А у нас нет совершенно никакого алиби: мы не пользовались кредитками, не сидели в кафе.

Нам надо придумать что-то. Альфредо пытается нас подставить! Когда ты потерял свой кошелек?

Пару дней назад. Я так и не смог его найти, но я точно не был даже близко с его машиной. Слушай, я, кажется, понял… — Билл немного помолчал. — Пару дней назад я столкнулся в лифте с парнем. Может, это было не случайно? Его мог нанять Альфредо?

Само собой. Он мог все, что угодно. Только доказать это будет сложно.

Полицейские подозрительно наблюдали за застывшими молодыми людьми, разглядывющими лица друг друга.

— Вам придется пройти с нами, — они настороженно переглянулись. — А ведь я узнаю твое лицо… Это ты недавно был арестован за оскорбление офицера, нет? — тот, что стоял ближе к Тому, внимательно изучал его профиль.

О чем он говорит? — Билл слегка прищурился.

По дороге расскажу, — мрачно выдал ему Альфредо. Что-то подсказывало, что в этот раз они уже не отмажутся так ловко.

Братья Хеммет и Аманда, которые наблюдали всю сцену со стороны, так и остались стоять около подъезда. Чтобы не быть узнанной, Аманда быстро полезла целовать Грега, когда офицер бросил на нее косой взгляд. Биллу и Тому пригнули головы и усадили в машину. Мистер Альфредо, конечно же, поехал с ними. Уже через полчаса они все сидели на стульях в знакомом Тому участке и отвечали на всякие дурацкие вопросы.

— Итак, вы утверждаете, что просто ходили по улицам и гуляли. Кто-то может это подтвердить?

— Нет. Мы с Биллом были одни, — нехотя буркнул Том.

— Так. Это ваша бейсбольная бита? — на стол шлепнулся прозрачный пакет, в который была завернута улика.

— Моя, — рыкнул Том.

— Что? — Билл вскочил со стула. — Том! Какого черта?

— Она моя, Билл! Хранилась все это время у отца. С автографом моего любимого игрока. Сядь, — тихо попросил его Том.

Брови Кернера сошлись на переносице.

— Это провокация! Том не делал этого. Снимите с нее отпечатки. Там должны быть чьи-то еще пальцы, Том ее не трогал!

— Не сомневайтесь, мистер Кернер, мы так и сделаем. Как давно вы потеряли кошелек?

— Я не помню. Несколько дней назад…

— Где это было?

— Не знаю, хватился я его не сразу. Там нечего брать, а карточка моя лежала на столе.

— Понятно. Введите мистера Альвареса Альфредо.

Злой как пес домовладелец тут же возник в дверях.

— Это переходит все границы! Ты, сопляк, будешь мне за мой мустанг пожизненно выплачивать, — тут же принялся шипеть он Биллу, которого трясло от злости и нервов.

— Заткнись, — бросил ему Том. — Я бы на вашем месте проверил, как эта бита оказалась на месте преступления. Все знают, что я не появлялся дома уже много дней. Вы можете посмотреть на камерах на нашем этаже: я не выносил ее из квартиры.

— Камеры неисправны! В этом доме никто не платит вовремя, мне не на что их ремонтировать! — Альфредо тут же жалостливо посмотрел на офицеров.

— Не верьте! Он дерет в три шкуры со всех жильцов, причем чаще всего — незаконно! — Том кинул на отца взгляд, полный ненависти.

— Джентльмены. Можно вас попросить? Спасибо. — Полицейские сурово глянули на арестованных. — Мистер Альфредо, вашу машину нам придется забрать на экспертизу. А так же задержать вашего сына.

— Что? — одновременно вскинулись и Билл и Том.

— Задерживайте. Он мне не сын. Он вполне мог это сделать, чтобы отомстить мне. У него были все мотивы: я не одобряю его стиль жизни. Как я понимаю, вы не станете сажать его пособника? — Альварес выразительно посмотрел на Билла.

— У нас нет оснований. Вполне возможно, что его кошелек был украден, мы займемся этим. А вот мистер Альфредо уже был задержан, совсем недавно. Так что ему придется побыть тут до дальнейших разбирательств.

— Это несправедливо! Вы не можете забирать его! — Билл вцепился в рукав толстовки Тома.

— Можем. Камера наблюдения засекла человека, и мы считаем, что это Томас. Пока не будет доказано обратное, он останется тут. Мы наймем ему адвоката.

— Том! — Билл округлил глаза.

— Иди домой, Билл, со мной все будет хорошо. Я уверен, что это недоразумение, — пара офицеров взяла парня за руки.

— Проводите молодого человека к выходу, — копы кинули взгляд на Билла.

— Убери от меня руки! — Кернер понимал, что все его усилия были напрасны. Том скрывался от него по направлению к камере. Миг — и его уже увели.

Альфредо, ты слышишь меня, мать твою?

Билл. Успокойся. Все будет хорошо…

Я вытащу тебя отсюда. Это не повторится, не будет, как в прошлый раз. Обещаю!

Хорошо. Я верю тебе…

На этих словах в голове снова возникла пустота. И Биллу она показалась самой черной пустотой всей его жизни.

Комментарий к 22. Авария

Ихзвините, без беттинга))) Но там вменяемо, вроде! Я просто знаю, что народ ждет …

Прим. беты: уже с беттингом, все оки-доки. Простите заблудшую :с

Прим автора: ЛОЛ =))))

========== 23. Беда не приходит одна. ==========

Прошу заранее прощения))) перечитав фик через несколько месяцев после ее окончания я всерьез задумалась о том, что я курила. Ничему не удивляйтесь)))

— Кернер, я тебя очень прошу, успокойся! — Гарри понимал, что шутки кончились, все серьезно как никогда. — Сядь. Так ты ему ничем не поможешь.

Все друзья сидели на диване в комнате Билла. Спать уже никому не хотелось.

— Да как я могу успокоиться? Родного сына упечь за решетку, это как вообще? Вы понимаете, что он все это спланировал?

— Билл, а ты уверен, что это не Том взял твой ко… — попыталась задать вопрос Фиби, но тут же натолкнулась на очень злой взгляд ярого защитника соседей по комнате. — Ладно, я не спрашиваю.

— Фиби, это не он. Как мне еще объяснить? Спизди он хоть сто моих кошельков, это не перечеркивает того факта, что мы с ним сидели и засасывались на лавочке в городском парке в то время, когда была сделана та видеозапись!

— Ладно. Я поняла! Боже… — Фиби подняла руки, защищаясь от его шторма.

— Старик Альфредо все это подстроил. Я уверен, наша надпись на двери — его рук дело!

— Билл, ты можешь быть сколь угодно красноречив. Нет доказательств — значит, пустое сотрясание воздуха, — резонно заметила Аманда, которая тоже была потрясена случившимся.

Кернер перестал слоняться по комнате. В последнее время он слишком часто нервничал.

— Значит, нам эти доказательства нужно достать.

— Что? — все разом повернулись к нему.

— Билл, при всем моем уважении к нашей общей утрате. Тебе надо отдохнуть, — Фиби попыталась потянуть его на себя.

— Нет. Я не пойду спать, пока мы не придумаем, как выручать Тома. Ясно? — довольно резко ответил брюнет. — Вы со мной или как?

Грег и Гарри опасливо переглянулись.

— Мы с тобой, чувак. До разумных пределов. Мы считаем, старику Альфредо давно пора было показать его место, — изрек Гарри и собственнически взял Аманду за руку, радуясь, что его пару никто никуда не забирал.

— Да, но я все еще не понимаю. Что ты собрался предпринимать? — Грегори тоже положил руку на коленку девушки.

Билл уставился в темное окно.

— Для начала, мы проникнем в квартиру старика и все там обыщем. Не может быть, чтобы не нашлось никаких записей, следов. Ничего того, что могло бы дать нам зацепку!

— Может, коньячку? — заботливо спросила Фиби, опасливо переглядываясь с Амандой. Кернер промолчал, удостоив девушку лишь хмурым взглядом из-под насупленных бровей.

— Так. Кернер, а ты не боишься еще капитальнее вляпаться? Как я понимаю, вторжение будет незаконным. А ничего, что ты и так висишь по подозрению в пособничестве в очень серьезном акте вандализма? — попыталась урезонить его брюнетка.

— Мне все равно. У них Том. Он не будет сидеть в тюрьме, ясно? — голос Билла пошел на повышение.

Все ребята снова переглянулись между собой.

— Ясно. Ты только не нервничай. Мы все сделаем, — тихо выдал общее решение Грег.

Кажется, настал тот момент, когда лучше было не спорить.

— Я предлагаю вам дождаться ответа из полиции, для начала. А вдруг они и так его отпустят? Вдруг на бейсбольной бите не его отпечатки, — выдала мысль Аманда.

— Может. Все равно сейчас никто ничего не соображает от нервов. Билл, мы тебе обещаем, завтра соберемся этим же составом. И обязательно придумаем, что делать. Не пори горячку, хорошо? — Грег встал и похлопал его по плечу.

— Плохо, — нервно ответил Кернер. Он знал, что ему ничего больше не оставалось.

Ребята еще некоторое время поговорили о сложившейся ситуации. Но в итоге сошлись на том, что будет новый день — будет новая пища для размышлений. Они все разошлись по своим квартирам, оставив Билла одного в его комнате. Только Фиби продолжала сидеть рядом и задумчиво качать тапочком с кроликом.

— Вот уж не думала никогда, что буду сочувствовать Элу. Но это, пожалуй, действительно чересчур, — вынужденно изрекла она.

— Он не виноват, Фибс, — как эхо, отозвался ей Билл.

— Я уже слышала. Нет нужды повторять.

— Я не про это! Я про тот случай. Ты говоришь, он сдавал вас своему отцу. Он не делал этого.

— Это он тебе сказал?

— Нет, — Билл устало протер лицо руками. — Я читал его мысли. Он мне их показывал. Том всегда считал вас своими лучшими друзьями. Своей семьей…

— Ты не специально это говоришь, чтобы я пожалела его и поучаствовала в твоем плане? — Фиби искоса глянула на друга.

— Нет. Я это говорю потому, что… — Билл запнулся на этих словах. — Потому, что он этого заслуживает. Он заслуживает хорошего отношения!

Девушка задумчиво прочесала пальцем свою отросшую радикальную челку.

— Я уже простила его. Давно, — тихо отозвалась она. — Я просто не очень доверяю всей их семейке.

— Ну, ты увидишь. Он изменится, если этот чертов Альфредо сгинет с нашего пути. Ты же сама этого хотела. Разве не так, Фибс?

— Ты себе не представляешь насколько, — зло прошептала девушка.

— Значит, я могу на тебя рассчитывать.

— Полагаю. Ты ведь все равно не отцепишься?

На этих словах Билл отрицательно замотал головой.

***

Этой ночью он не спал: волновался за Тома и продумывал план по вторжению в квартиру ниже. Идеи одна другой невозможнее лезли в его голову, мешая собраться. Лишь под утро Билл прекратил маяться и забылся тревожным и странным сном, полным кошмаров, трагедий и каких-то немыслимых погонь. Ему снился старик Альфредо, почему-то сидящий на высоковольтном столбе, и дующий в бейсбольную биту, как в тромбон. Под утро этот страшный рев превратился в противный писк будильника, и только тогда Билл спохватился, поняв, что все же провалился в тревожный сон. Он вскочил с кровати, оделся и на полной скорости помчал в полицейский участок.

— Есть какие-нибудь новости? — тут же налетел он на женщину, неспешно перебирающую бумаги. Та не обратила на него никакого внимания.

— Пока никто не помер. И то счастье, — она меланхолично перелистнула документы. — Вы по делу Томаса Альфредо?

— Да!

— Ничего нового. У полиции полно более важных дел.

— Я хочу увидеть его. Мне надо убедиться, что он в порядке.

— Вам надо сначала договориться с начальством.

— Черт. У вас тут хоть кто-нибудь зад поднять может? — Билл свирепо смахнул со стойки несколько листочков. Офицеры, стоявшие неподалеку, кинули на него предостерегающий взгляд.

— Нет нужды беспокоиться. Я уже ухожу, — зло бросил Кернер и вышел вон из участка.

Он сделал несколько кругов вокруг здания, пытаясь угадать, с какой стороны камеры были ближе. Выбрав ту сторону, что выходила в переулок, Билл встал рядом и задрал голову.

Том. Ты тут? Слышишь меня?

Билл! Как я рад тебе, — тут же раздался такой знакомый и живой голос. У Кернера от его восторженной интонации защемило что-то внутри.

Как ты там?

Как… в тюрьме? — Эл усмехнулся. — А ты как?

Никак. Эти долбанные улитки даже не шевелятся. Я боюсь, что если я приду еще раз, они и меня закинут в клетку.

Что ты натворил?

Ничего. Психую, и все.

Билл, тебе не надо переживать. Это все образуется, я не в первый раз попадаю в передряги…

Да, но на этот раз все зашло слишком далеко. Это я во всем виноват. Если бы ты не был со мной, твой отец не злился бы на тебя так.

Ерунда. Проблемы были задолго до твоего появления.

Да. Но с моим появлением они только усилились. Том?

Что, неугомонный?

Возможно, мы сделаем с ребятами кое-что. Не совсем правильное. Заранее прости меня за это…

Билл, мне не нравится твой тон. Куда вы собрались? Билл?

Никуда. Просто… — чтобы замять эту тему, Билл представил себе поцелуй. Самый последний, в парке. Когда они с Томом смеялись и падали на лавочку, болтая о всяких глупостях. Он старался не упустить ни одной детали, зная, что и Альфредо, где бы он сейчас ни был, тоже ловит эту картинку.

Кернер, не смей слать мне смайлики в виде поцелуйчиков… Кернер!

Но Билл уже не слушал его. Он понял, что пришло время действовать. С этой мыслью он развернулся и быстро зашагал прочь.

***

If I were the ocean

Would you be the sky?

We could reflect each other’s colors

With never a doubt

And I’d be as deep

As you are high

Clinging to every last word

That falls from your clouds

— Это просто безумие, ты это понимаешь? — Аманда наблюдала за рукой Билла, быстро чертящей каракули на листе бумаги.

Экстренный созыв всех, кто мог принять участие в операции под названием «Достать мистера Альфредо любой ценой» состоялся тем же вечером. Аманда, Фиби, Хемметы и Билл сидели на диване, склонившись над столиком, где Кернер отточенными и уверенными движениями рисовал им свой план сумрачного гения.

— Это наш единственный шанс. — Билл закусил палец, взглянув на Фиби и Гарри. — Нам надо все продумать. Альфредо сказал, что камер на этаже нет. Это будет нам только на руку. Для начала, нам надо отвлечь миссис Альфредо. Сделать так, чтобы ее не было в квартире.

— Ну и как это сделать, герой? — Грег задумчиво почесался.

— Послать ей какой-нибудь сертификат? — предположила Фиби. — На конкретное число, конкретного дня, как какой-нибудь подарок или лотерею? Чтобы было не отвертеться.

Билл с уважением посмотрел на нее.

— Это гениальная идея, Фиби, — он прикусил кончик ручки. — Распродажа?

— Спа-салон? — пожала плечами Аманда.

— Вы смеетесь? — встрял Грег. — Вы ее видели? Какой спа-салон? Билет в один конец на самолет Сан-Франциско — Аляска, это максимум что мы можем позволить.

Ребята напряженно хмыкнули.

— Ладно, как насчет поддельного купона на распродажу продуктов в супермаркете где-нибудь подальше? Я нарисую в веб-редакторе, — предложил Билл.

— Пойдет. Наверное. Ладно, предположим. Мы ее выкурим из дома. А самого Альфредо куда девать?

— С ним все куда проще, — Фиби пожала плечами. — Его легко можно отвлечь, сломать что-нибудь в подъезде. Или устроить мини-митинг. Я могу этим заняться.

— Нет, ты мне нужна, Фибс. Мы с тобой должны будем как-то пролезть в его квартиру и обыскать там все.

— Что-о-о? Нет, Билл, можно это буду не я? — глаза девушки жутко округлились. Ты понимаешь, что это уголовно наказуемо? Я и так не на хорошем счету. Но дело даже не в этом. Я совершенно не пригодна для таких дел: что-то искать в его старых шмотках… Я даже не представляю, что это может быть.

— Фибс, брось. Ты же потомок Шерлока, — принялся уговаривать ее Билл.

— Я пойду, — раздался неуверенный голос над ухом у всех присутствующих.

Все обернулись и в удивлении уставились на Аманду.

— Что? Эм, ты чего, может, не стоит горячку пороть? — Грегори нахмурился.

— Вы не помните? В прошлом году Альфредо конфисковал у меня очень дорогие дизайнерские часы, которые занимали всю стену. Это был подарок, — девушка поморщилась. — Он сказал, что об их наличии в квартире мы не договаривались. Я всегда хотела посмотреть, может ли быть, что он просто прихватил их себе?

— Но… ты уверена? Это может быть опасно. — Гарри эта идея тоже не понравилась.

—Не пытайтесь меня переубедить: у вас может получиться, — буркнула девушка. — Я думала, вы хотите помощи!

— Мы хотим, — Билл быстро облизнулся, вертя в руках свой карандаш. — Аманда идет со мной. Фибс, бери с собой Рианну и выкуривай Альфредо из дома. Отвлекайте его так долго, как сможете. Грег и Гарри, вы должны будете присмотреть за квартирой. Предупредить нас, если он пойдет.

— А как вы туда собираетесь попасть? — братья переглянулись.

Билл поднял на ребят загадочный взгляд и ответил:

— Через балкон, конечно!

— Что? — Аманда тут же подняла голову. — А, нет. Нет-нет-нет, Билл, этого не было прописано в нашем контракте!

— Эм, тут не может быть других идей. Сейчас лето, он всегда держит окна нараспашку. Это идеальный вариант! — Билл оживленно взмахнул руками. — Гораздо проще, чем отыскать ключи от двери.

— Это вариант для суицидника. Я пас! — протестовала красавица, гневно потрясая бюстом. Грег и Гарри завороженно следили за движениями ее груди.

— Но, Эм… Нас подстрахуют! — Билл указал рукой на братьев.

— Укусят нас и превратят в человека-паука? Я говорю — нет, — продолжала упираться она.

— Ладно. Мы с тобой обсудим это позже.

— Вопрос можно? — Фиби подняла руку как прилежная ученица, когда Аманда прекратила возмущаться и сыпать аргументами.

— Конечно.

— Когда мы все это провернем?

— Как можно быстрее, Фибс. Я не хочу, чтобы Том оставался в тюрьме надолго. Сейчас все зависит только от нас.

— Завтра? — друзья посмотрели на него.

— Думаю, да. Завтра. А сегодня мы должны продумать окончательный план действий. И положить конец всему тому, во что нас втянул Альфредо.

Решительные взгляды друзей дали Биллу понять, что он был на верном пути. Это была война, и они должны были ее выиграть.

Правда планы пришлось немного скорректировать, когда вечером, после горячих дебатов, уговоров и споров, вдруг раздался звонок, которого никто из заговорщиков не ждал.

На тот момент трио в виде Грега, Гарри и Аманды ушло готовить свою часть дела. Билл и Фиби остались наедине со своими организаторскими идеями. Они опасливо переглянулись, но дверь решили все-таки открыть.

— Билл! Мальчик мой! — Кернер едва не родил ежей, когда увидел, кто нагрянул к нему со столь неожиданным визитом.

— Мам?! — поперхнулся он и запнулся о коврик.

— Я так рада тебя видеть! Мы по тебе соскучились! — высокая рыжеволосая женщина схватила сына в охапку и принялась душить его в объятиях. Вслед за ней в квартиру вошел строгий мужчина, смеривший обстановку брезгливым взглядом.

— И за эту нору ты платишь такие деньги? У нас за эту сумму можно снять апартаменты.

— Пап, — придушенно прошелестел Билл, все еще барахтаясь в руках матери.

— А вы, мисс? — мистер Кернер перевел взгляд вниз на Фиби, молча хлопавшую ресницами.

— Я… Фиби Соммерс, — девушка стояла истуканом и отчаянно пыталась сохранять лицо.

— Вы — его девушка, как я понимаю. Раз пребываете в этой квартире, да еще и наедине, — миссис Кернер прекратила насиловать Билла и взглянула на нее. — У вас очень необычная прическа

— Нет, я… — попыталась объяснить Фиби, но Билл, мигом оценив ситуацию, прикрыл ей рот ладонью, выдав это за лихорадочные романтичные объятия.

— Фиби. Я буду любить тебя вечно, если ты мне сейчас подыграешь. Нам надо выпроводить их. Срочно! — тихо и горячо зашептал он ей на ухо. — Ни слова про то, что мы с тобой используем половые органы для непредусмотренных природой целей!

От такой формулировки девушка замолкла, так и не начав возмущаться.

— Я… Я… Просто за все радикальное… — тихо сдалась она и неуверенно посмотрела на Билла.

Тот оскалился, выдавая это за улыбку. Отец смерил соседку сына таким же взглядом, какого удостоилась и вся квартира.

— Надеюсь вы пока не планируете жениться. Кажется, что вам обоим еще предстоит поднакопить деньжат, чтобы привести свою жизнь и внешний вид в порядок.

— Да, в этом вы можете не сомневаться, — мулатка скрестила руки на груди. — Это мы не спешим. Если вообще, — буркнула она уже себе под нос. Это вынудило Билла встать так, чтобы загородить родителям обзор на нее. Впрочем, они уже и так закрыли эту тему.

— Билл, мы переживали за тебя и решили, что нам с отцом нужно посмотреть, как ты, — пояснила миссис Кернер, снова оборачиваясь к нему.

— О. В этом нет необходимости. Я прекрасно. — Билл беспечно взмахнул руками. — Мы дружим. Очень друг друга любим. И не ссоримся. У нас замечательные соседи…

— Я заметил, — отец приподнял бровь и выразительно покосился на дверь, где все еще виднелась красноречивая надпись, гласящая «ПЕДИКИ».

— А, это. Не обращай внимания, вандалы уже извинились. Они двери перепутали. — Билл нервно ухмыльнулся. — Так… Вы пожаловали в гости. Где вы планируете остановиться?

— Как где? Тут, конечно! — мама Билла даже не поняла вопроса. — Мы решили, что прошло столько времени, и ты уже должен был обосноваться. Мы тебе поможем, узнаем поближе твою девушку, — она немного неловко потрепала Фиби по плечу. — В какую нам комнату?

— Мам. Момент немного неудобный. Правда. У нас… э-э-э… не убрано, — теперь Билл попытался прикрыть своим телом вход в их с Томом святилище гейского разврата.

— Мой дорогой. Я знаю тебя всю жизнь. Мы выносили за тобой подгузники, показывали врачу, когда ты подхватил те осложнения на мочеиспускательный канал после простуды, и в курсе всех твоих стадий взросления. Чем ты хочешь нас удивить?

— Мам! — возмущенно завопил Билл.

— Мы… Мы болеем, миссис Кернер, — Фиби не обратила внимания на затронутую щекотливую тему. — У нас карантин, врач только недавно ушел. Билл… все время чихает, это крайне заразно! — она чувствительно ущипнула Кернера за задницу.

— А-а-апчхи! — бурно подтвердил он, сдув этим своего отца в коридор.

— Кха-кха! — деликатно помогла ему Фиби.

— О, сынок, может нам поставить тебе горчичники?

— Не надо, мам. Вы заразитесь, — Билл шумно вытер нос тыльной стороной руки. — Вы сможете пожить в отеле? А я завтра, если станет лучше, повожу вас по городу!

— Нет уж, ты лежи. Мы сами разберемся, — строго заметил его отец.

— Пчхи-и-и! — снова встряла Фиби. — Любимый, ты мне сделаешь чайку с лимончиком? — это было адресовано уже Биллу.

— Конечно… э… сладкая, — Кернер весело помахал родителям ручкой. — Прошу прощения, я бы и проводил вас. Но, к сожалению, мы должны остаться дома.

— Все в порядке, дорогой. Мы взяли отпуск на целых две недели! — миссис Кернер обернулась, уже удаляясь к лифту.

— Две недели?! — заорал Билл им в спину.

Родители обернулись, странно посмотрев на него.

— В смысле, це-е-елых две недели, какое счастье! Правда, Фибс? — Билл сжал ее руку так, что хрустнули суставы.

— Отпусти, мне больно, маньяк! — прошипела она сквозь сжатые зубы. Хватка не ослабла ни на грамм.

— У нас еще будет шанс зайти. Даже не думай, что ты избавился от нашего присутствия! — отец погрозил ему пальцем.

— Нет, что ты! Я на такое и надеяться не смею… — пробормотал парень, понижая голос к концу фразы.

Родители помахали ему на прощание. Этот жест как бы гласил: «До скорых встреч. Сынок».

— Мне одному кажется, что он выглядел как дикая, обросшая обезьяна? — тихо шепнул его отец уже в лифте.

— Не говори глупостей, Рой. Мальчик меняется и ищет себя.

— Ищет. В дебрях Амазонки, — скептично выдохнул мистер Кернер и нажал на кнопку закрытия дверей.

— Фиби… — Билл сполз по стенке прямо в коридоре, когда уже было не нужно натягивать на лицо резиновую улыбку. — Ущипни меня. Я хочу проснуться.

— Спокойно, — девушка присела рядом на корточки. — Будешь чайку с лимончиком? Для иммунитета?

Карие глаза злобно посмотрели на нее снизу.

— Не смешно! Они не знают, что я гей. Я и сам это узнал относительно недавно! Я даже не уверен, что они осознают, что геи существуют в природе! Что нам теперь с этим делать?

— Вот уж не знаю, — девушка насмешливо скрестила руки на груди. — Они твои родители. Но, Кернер, я тебя предупреждаю. Я замуж пока не собираюсь. Это против моих моральных принципов.

Комментарий к 23. Беда не приходит одна.

Огромное спасибо моим ПЧ и Ксении, которая предусмотрительно отбетила эту главу наперед!

========== 24. Это война, или достать Альфредо ==========

Сказать, что Билл был в глубоком потрясении, значило ничего не сказать. Он еле дожил до следующего утра. Никаких новостей из полиции. Ехидный звонок по телефону от мистера Альфредо, который поинтересовался, все ли в порядке. И нависающие коршуном родители, которые могли явиться в любой момент. Просто замечательно.

И это все перед одной из самых важных операций в его жизни. Но Кернер был не намерен останавливаться.

На следующий день они все снова собрались на его балконе, чтобы обсудить последние приготовления.

— Я не могу поверить, что делаю это, — Аманда свесилась за перила и посмотрела вниз. Только от вида жуткой высоты у нее тут же закружилась голова.

— Долой акрофобию! Смотри, что я придумал, — Гарри продемонстрировал ей свое изобретение. Он надыбал где-то огромную катушку со стальным тросом и уже с утра поспешил ее продемонстрировать всем присутствующим. Расчет был прост: закрепить ее в квартире так, чтобы можно было легко вращать, и тогда им с Грегом даже не придется сильно напрягаться, чтобы спустить и вытянуть друзей обратно вверх.

— Смотри, Хеммет. Моя страховка не покроет такой случай, если что, — девушка нервно пожала плечами.

— Это не пригодится. Мы вас вытащим, — заверили братья, а Гарри для наглядности даже поиграл мышцами.

— Я все еще не понимаю, как вам удалось ее уговорить на это, — тихо шепнул Билл в ухо Грегори.

— О. Парень, ты уверен, что ты хочешь это знать? — многозначительно пошевелил бровками тот.

— Не очень, — намек был понят.

— Это было очень утомительно, — Хеммет ограничился подсказкой, указав Биллу, что тот совершенно правильно не стал расспрашивать дальше.

— Так ребята. Вы помните свои места? — Фиби тоже посмотрела вниз.

— Да. У нас все готово. Самку Альфредо выманить наружу. Самого Альфредо — выманить и отвлечь. В целом, ничего сложного! А Гарри в это время контролирует Билла и Аманду.

— Вы уверены, что снаружи на этой высоте камер нет?

— Уверены. Старикан бдит за тем, чтобы самому не попасться. Вам ничего не угрожает, — заверила Фиби.

— Это самое безумное предприятие, которое я могу представить. Если все получится, Том нам будет должен по гроб жизни, —заявила Аманда после недолгих переглядок.

— Давайте уже сделаем это, — Билл опустил ресницы, после чего выразительно глянул на девушку. — Нам все, что угодно подойдет, мы просто должны уличить Альфредо в нечестности. Ищем любые документы, вещи, улики, что угодно.

Она кивнула, намотав все на ус.

— Фиби, твой выход. Рианна готова? — Билл потер ладони одна о другую.

Его соседка по комнате указала рукой вниз.

— Она ждет нас у подъезда. С мини-демонстрацией. Всех своих радикальных знакомых собрали ради этого. Боюсь, нам это аукнется, — неуверенно вздохнула она.

— С этим мы разберемся. Для начала — не атакуйте слишком сильно. Вперед?

— Вперед, — вздохнула Фиби и послушно отправилась этажом ниже. Разузнавать ситуацию.

— Ладно. Удачи, Соммерс, — тихо пожелала она сама себе. — Никаких неприятностей не будет.

Девушка занесла кулак и постаралась постучать как можно решительнее. Мистер Альфредо открыл ей через несколько секунд. Глаза его ехидно прищурились.

— Доброе утро, Соммерс. Зачем пожаловала? Хочешь мне что-то сказать?

— Да, — Фиби хорошо выучила свою роль. — Хочу сказать, что ты — старый кретин, для которого нет ничего святого. В твою честь около подъезда мы устроили небольшую вечеринку. Присоединяйся! — она отошла на шаг назад и улыбнулась так же ехидно.

— Что? — мистер Альфредо высунулся из двери и осмотрелся, словно пытаясь найти эту самую вечеринку.

— Ну, ты же любишь тусовки. Так что просим.

Домовладелец среагировал быстрее, чем ожидалось. Он метнулся вглубь квартиры и быстро свесился за перила. Под его балконом действительно развернулась шикарная процессия из десятка человек. Какие-то парни, девчонки с плакатами, которые громко скандировали и выкрикивали всякие лозунги.

— Альфредо должен уйти! Альфредо должен уйти! — орали они, отбивая по земле ритм палками транспаранта с такой же надписью.

— Значит так, Соммерс, — прорычал старик.

Фиби воспользовалась шансом и прошла вслед за ним. Быстро оглядевшись и проинспектировав квартиру, она поняла, что миссис Альфредо дома не было. Их план по устранению работал на ура.

— Вам нравится? — она встала рядом с ним на балконе, не переставая ехидничать.

— Ты, дрянь! — продолжал кипятиться домовладелец. — Я тебя отсюда вышвырну, как вшивую собаку!

— Ты не можешь, Альварес. Формально я тут не проживаю, — пожала плечами девушка. — Разве это не твои слова?

— Мерзкие твари, — прошипел старик. Он схватил свою палку и во всю прыть побежал к лестнице, разгонять несанкционированный митинг. Фиби поспешно показала большой палец, высунув кулак как можно дальше за заграждение. Билл и ребята, которые наблюдали сверху, должны были увидеть этот жест, означавший: путь чист.

— Аманда, она подала нам сигнал! Надо спускаться быстрее, пока Альфредо не засек нас снизу, — Билл натянул ниже капюшон своей черной толстовки.

Девушка округлила глаза и помотала головой, словно задаваясь вопросом, как она на это согласилась. Однако, спорить не решилась.

— Крепче держите, ясно вам? — пожелала она напоследок братьям Хеммет.

— Да держим, держим. Мы спускаем вас, и я иду на этаж, дежурить, чтобы Альфредо не появился раньше, — кивнул Грег. — Гарри вас поднимет!

Билл расправил плечи. Затем он быстро надел перчатки, которые братья притащили из спортзала и перекинул ногу через ограждение. Аманда и Гарри смотрели на него большими глазами.

— Не дрейфь, чувак. У тебя полно времени!

— Я не дрейфлю… Том не дрейфил, — тихо пробормотал Билл и принялся осторожно спускаться вниз. Это было не самое приятное дело, под весом трос начал раскачиваться из стороны в сторону. Пришлось задержать дыхание. Сердце колотилось в груди, как бешеное.

— Чувак, крепко держись! Спускаться намного проще, — шепнул ему Гарри.

— Уж не то слово, — капелька пота сбежала по спине. Билл старался говорить себе что угодно, чтобы вспомнить, ради чего была вся эта затея. Свежий ветер обдувал его лицо, напоминая о том, что свобода (такая, какой он хотел ее видеть) стоила дорого.

— Еще чуть-чуть, Билл, — тихий голос сверху.

Крики снизу немного подгоняли. Кернер уже достиг этажа Альфредо и, размахнувшись изо всех сил, запрыгнул на его балкон. Он был мокрый, как мышь.

— Ты нормально, парень? — шепот сверху. Билл постоял немного, уперев руки в колени, а затем высунулся и посмотрел наверх.

— Я в порядке. Аманда, твой черед, — он помахал девушке рукой.

— Ладно. Те часы действительно стоили дорого. Я их любила. Старый кобель не имел права их отбирать, — бубнила она себе под нос, натягивая рукава темной водолазки.

— Аманда… На случай чего… — тихо шепнул ей Гарри. — Мы с Грегом всегда любили только тебя. Честно-честно.

— Никакого «на случай», — твердо сказала девушка. — Я вернусь. И поговорим о том, что ты сказал.

Она быстро поцеловала его в щеку и тоже полезла вниз. Билл перехватил ее, когда спортивные кеды девушки коснулись перил.

— Двигай внутрь, Эм. Сейчас Альварес из подъезда уже выйдет, — тихо шепнул он.

Ребята скрылись за дверьми балкона Альфредо, Гарри поспешно втянул трос наверх и, прикрывшись газетой, сделал вид, что он просто наслаждается солнышком. Первая, далеко не самая простая часть препятствия была преодолена.

Когда Фиби вприпрыжку выскочила из подъезда, фасад дома выглядел абсолютно нормально. Только окна поблескивали в солнечных лучах и «какой-то парень» читал на балконе газету.

— Успели, — тихо шепнула она и вытерла о штаны свои влажные ладони, а затем устремилась за Альваресом, который стремился к демонстрантам, чтобы показать им, где зимовал сурок.

***

— Билл, у меня руки дрожат. Что если он вернется? — почему-то шепотом пробормотала Аманда, вцепившись в его рукав.

— Тихо. Грег в коридоре, если что, он поднимет шум. Но Фиби со своей демонстрацией должна его придержать. Она не пустит его, пока не получит мой дозвон.

— Блин, надо было в аптеке «Валиум» взять… Мой кончился, — запоздало пожалела девушка.

— Давай не терять время. Ищи, Эм. Что-нибудь, любые подозрительные бумаги…

— Я уже нашла, — взгляд девушки остановился на дальней стене и потемнел от бешенства. — Ты посмотри, это те самые часы. Они мои, Билл!

Кернер действительно увидел их — красивый застекленный механизм со множеством шестеренок, который вращался, передвигался и тикал, как целый завод.

— Это был подарок. Очень дорогой. Альфредо просто увел их у меня из-под носа!

— Сделай фото. Но, к сожалению, это не доказательство. Нам нужно что-то серьезнее. Видеозаписи. Документы. Что угодно.

— Ладно. Давай тогда тебе эта комната, мне следующая. У нас десять минут, не более того.

Они разбежались. Билл надел перчатки и принялся быстро перебирать бумаги на столе Альвареса. Там были незначительные вещи: угрозы, жалобы и чеки на мелкие суммы. Ничего из того, что могло бы быть интересным. Кернера привлекла только одна бумажка.

Он прищурился и достал ее из-под вороха остальных. Это была газетная вырезка. Парень пробежался по ней глазами:

«Подозрительные махинации с недвижимостью.

Суд временно снял обвинения с Альвареса Альфредо по подозрению в мошенничестве. Мистер Альфредо (60 лет) неоднократно обвинялся в незаконном присвоении квартир в доме по адресу … г. Сан-Франциско, Калифорния.

Причиной для обращения в налоговые службы послужили жалобы жильцов. По их словам, мистер Альфредо уклоняется от налогов, при этом располагая достаточно крупными суммами денег для скупки недвижимости. Жители жалуются, что в доме не работают камеры внутреннего наблюдения, выходит из строя оборудование и лифты, а также центральное отопление.

К сожалению, доказательств факта уклонения от уплаты не было найдено. Вся собственность по договору оформлялась официально. При обращении в суд он предъявил все необходимые документы. Расследование по делу продолжается».

— Мошенничество… Нам надо просто уличить его в мошенничестве, вот и все, — Билл отбросил статейку.

— Кернер. Ты посмотри, что я нашла, — из комнаты появилась Аманда. — Краска на этой отвертке тебе не кажется знакомой?

Билл обернулся и посмотрел на находку. Брюнетка двумя пальчиками держала в руках немного погнутый инструмент.

— Наша чертова дверь. Мы не сможем предъявить полиции ничего из того, что найдем тут. Это все неофициально… Как мы объясним, где мы это взяли?

— Неофициально. Погоди. Это мы еще посмотрим… — она с таинственным видом сунула улику в пластиковый пакет. — Я еще не закончила расследование.

Билл хмыкнул.

— У меня пока ничего. Только эта статья. Узнать бы, где чертов Альфредо хранит все самые основные документы.

Они с Амандой переглянулись.

***

— Вон! Пошли все вон! — визжал мистер Альварес, угрожая и расталкивая палкой молодых людей у подъезда.

— Альфредо — старый псих! Альфредо — старый псих! — продолжали они, не думая слушать вопли пожилого домовладельца.

Рианна, которая держала плакат, подтянула к себе Фиби. Вместе они схватили огромный транспарант и принялись скандировать лозунги.

— Я вызову полицию! — продолжал орать Альварес.

За этим действом никто не заметил, как к дому с разных сторон подъехали сразу две машины. Из такси, которое остановилось в паре метров от толпы, вышли мистер и миссис Кернер, а старый фольксваген, остановившийся неподалеку, исторг из своих недр толстяка Берто, который близоруко сощурился, заметив странную и шумную толпу.

— А, — хмыкнул он себе под нос. — Опять что-то про Альфредо орут. Надо проведать старика. Сказать ему, что тут происходит. — Он пожал плечами и, не особо зацикливаясь на происходящем, скрылся в подъезде.

Мистер и миссис Кернер же, которые были ближе к митингу, разглядели мелькнувшую в толпе знакомую фиолетовую челку.

— Погоди, Тина. Это не… вчерашняя невеста Билла? — мистер Кернер задумчиво покосился на девушку.

Старик Альфредо как раз подошел к ней, чтобы вырвать из рук растяжку с лозунгом протеста.

— Да, это она, — женщина поправила свои солнечные очки.

— Ты заплатишь мне за это, Соммерс! — рычал на всю улицу домовладелец.

— Отсоси мой член, старый козел! — выплюнула ему в лицо девушка, специально приподнявшись на цыпочках.

Челюсти достопочтенной четы Кернеров отвисли до самой земли. Альфредо же совершенно не удивился подобному выпаду.

— Не нарывайтесь! Я могу сделать так, чтоб вас всех арестовали! Тебя и всех твоих… — краснея от гнева, он обвел взглядом толпу, не в силах подобрать определение.

— Смотри сам не нарвись, кобель. Рианна, иди сюда, детка! — с этими словами Фиби засосала свою подругу так, что у всех присутствующих в желудке возникла пустота. — Можешь им доложить, что ты прижимаешь права тех, кто уже давно признан полноправным членом общества! — крикнула она, когда оторвалась от своего занятия.

Миссис Кернер пошатнулась.

— Рой? Знаешь, что я думаю? Нам надо серьезно поговорить с Биллом.

— Ты уж не сомневайся, — его отец скрестил на груди руки.

Гарри, который все это видел только с балкона, хмыкнул.

— Да. У Соммерс всегда были экстраординарные способы самовыражения…

***

— Ничего… Он как будто знал, что мы придем, — Билл чертыхнулся.

Никаких подозрительных бумаг и документов. Никакого компромата.

— Пусто, — взвинченная Аманда показалась в дверях комнаты. — Мы что, все это делали зря?

Билл тоже боялся этого. Он задумчиво окинул взглядом комнату. Совершенно никаких зацепок, ничего, что могло хотя бы отдаленно сойти за компромат. Парень с чувством пнул тумбочку, стоявшую на его пути. Дверца раскрылась и откинулась. Наружу посыпались наволочки, какие-то ткани, большая круглая коробка. Крышка откатилась, упав на пол. Внутри что-то блеснуло, а когда Билл нагнулся, чтобы поднять предмет, он понял, что это был диск.

— У нас еще есть время? Давай быстро посмотрим, что это? — Кернер взглянул на Аманду.

Она сухо облизнулась.

— Только давай быстрее. Я хочу писать…

***

Берто, насвистывая, ждал лифта. Мистер и миссис Кернер, пугливо оглядываясь, вошли следом. Они встали рядом с ним и стали обдумывать, с чего начать разговор со своим сыном.

— Главное, не наседай на него, Рой. Он всегда был таким хорошим мальчиком, — миссис Кернер положила мужу руку на плечо.

— Не волнуйся, я сначала спрошу, что он об этом думает. И только потом оторву ему голову. Черт знает что, а не дом.

Берто скосил на них глаза.

— Рой! — миссис Кернер хлопнула мужа по плечу. — Извините. Вы, наверное, тут живете?

— Нет, — отозвался Берто, к которому она обратилась. — Но дом определенно со странностями, это вы точно подметили.

***

Билл щелкнул пультом от телевизора. На экране возникло изображение, которое сразу же привлекло его внимание.

— Эй… Эм, это же запись с наружной камеры! Когда Том якобы долбанул тачку, — удивленно заметил Кернер.

— Да. Она, — Аманда перестала собирать с пола упавшие вещи и уложила их в тумбочку, как будто все так и было.

— Патрик, — раздался еле слышный голос на заднем фоне. — Подними ворот! Иначе видно твою татуировку на шее!

— Патрик?! — Билл и Аманда прилипли к монитору.

— Эм… Эм, это то, что нам нужно! Это не Том! — в раже зашептал Билл, едва ли не прыгая от того, что он увидел.

Фигурка на экране обернулась. Крупные черты лица. Азиатские, раскосые глаза. Совершенно противоположный тип лица.

— Еще раз? — громко крикнул парень с пленки.

— Да. Пройди еще раз. Только чтобы было видно со спины!

— Сфабрикованная запись! — Аманда удивленно посмотрела на Билла.

— Я же говорил! Том не мог этого сделать! Вот оно! Это доказательство! — Билл быстро забыл все на свете. Он схватил свою сообщницу в охапку и запрыгал с ней по комнате.

— Отпусти меня, Кернер! Если это все, я думаю, нам пора отсюда сваливать.

Однако, неожиданный и оглушающий звук заставил их замереть на середине комнаты.

Кто-то повернул ручку двери.

***

Грегори нервно слонялся на этаже и раздражался от каждого звука лифта. Ему было не видно ни того, что происходило на улице, ни того, что творили Билл и Аманда.

— Что они там возятся. Договорились же, что они мне позвонят… — бормотал он, злобно расхаживая из стороны в сторону.

Двери лифта внезапно разъехались. Оттуда показался какой-то толстяк не очень опрятного вида. Смерив Грегори, который застыл посредине лестничной клетки, странным взглядом, мужчина протиснулся мимо. Прежде чем парень успел хоть что-то сказать, он подошел к двери квартиры Альфредо и начал звонить в дверь.

Грег окостенел. Этого он никак не ожидал. Ему был дан приказ только охранять квартиру от домовладельца, про его друзей речи не шло.

— Простите! — он окликнул незнакомца. — У вас не будет зажигалки?

— Нет. Не курю, — тип даже не взглянул на него.

— Э… А вы не видели внизу моего друга? Я его здесь жду.

— Если ты его ждешь здесь, то почему он должен быть внизу? — резонно заметил Берто и удивленно поднял голову.

— Действительно, — Грегори обругал себя на чем свет стоит. — А вы… Не к мистеру Альфредо?

Берто странно посмотрел на дверь, возле которой стоял. На парня, который задавал слишком много вопросов. Это был самый очевидный вывод.

— Я именно к нему. А тебе что за дело? — он повернул ручку двери, которая, к его удивлению, поддалась. — Надо же. У него открыто.

Грег запаниковал.

— Он вышел ненадолго. Сказал, скоро будет. Так спешил, что дверь не запер.

— Я его внутри подожду, — Берто спешил избавиться от странной компании и войти внутрь.

— Нет! — крикнул Грег на весь коридор, чтобы те, кто сейчас находился внутри, его услышали. Драгоценные секунды утекали.

— Что? — толстяк обернулся.

— Ну… Вы не можете туда войти. Без хозяина! Мистер Альфредо такой человек, вы не понимаете. Он будет очень недоволен.

Улыбка расползлась от уха до уха на роже незнакомца.

— Я могу. Старик не будет возражать, — он пожал плечами.

Грегори не знал, что ему еще придумать. Он даже боялся представить, что произойдет, когда Берто зайдет в квартиру.

***

Толстяк оказался в душной, пыльной, залитой солнечным светом прихожей. Поначалу у него создалось впечатление, что странный парень стоял снаружи не просто так, он будто был на стреме. Но в квартире действительно никого не оказалось. Все тот же бардак, грязь и серые клочья пыли, наваленные стопки газет, солнечный зайчик, проскользнувший по стене.

— Альфредо? — на всякий случай осторожно повал внезапный гость. — Ты тут?

Никто ему не ответил. Под кроватью Билл зажал нос, чтобы не чихать от пыли.

«Я прибью Грегори…» — одними губами прошептала Аманда.

Билл усердно закивал. Они еле успели выключить телевизор и достать из DVD-плеера заветный диск.

Вошедший прошел мимо них по квартире туда-сюда. Билл видел краешки его ботинок и слышал писк кнопок мобильного телефона. Через пару секунд раздался голос:

— Альфредо. Где тебя носит, старый черт?

Собеседник что-то неслышно прожужжал в трубку.

— Какой еще митинг? Ты про тех фанатиков у подъезда? Забудь ты о них. Поднимайся домой. У меня важная информация!

Снова неслышное бормотание.

— Да. Да, это срочно! — Берто почему-то понизил голос до шепота. — Полиция мою контору накрыла. У нас очень большие финансовые проблемы.

Билл завозился. Он уже понял, что сейчас услышит нечто важное. Порывисто достав из кармана мобильный, он включил его в режим диктофона.

— Альварес. Это не телефонный разговор. Если не хочешь, чтобы все твои денежные махинации вскрылись, ты притащишь сюда свою задницу. — Пауза. — Нет. Нет. Давай быстрее! — С этими словами он отключился.

«Нам надо оставаться тут!» — быстро набрал Билл на телефоне, когда стало понятно, что в ближайший момент они ничего интересного не услышат.

Девушка добро улыбнулась ему.

«Спятил?» — выхватив девайс, набрала она в ответ.

«Нет! Мы должны записать все, что они скажут. Мы потом разберемся, как отсюда выйти», — быстро напечатал он и сбросил эсэмэс Грегу, что с ними все в порядке.

Аманда готова была его убить. Но сделать это прямо сейчас не могла.

***

В это время в квартире наверху Гарри нервно ждал сигнала.

— Да почему же так долго? Уже давно пора их поднимать! — пробурчал он и в сотый раз посмотрел на свой телефон.

Экран засветился и пискнул эсэмэской. Открыв сообщение, Гарри подавился от удивления.

«Билл спятил, хочет, чтобы Альварес вернулся в квартиру. Пока не паникуем. Он обещал все объяснить», — писал Грег.

Гарри посмотрел вниз. Фиби и ее маленькая толпа внизу все еще шумно кричала. Уменьшенная фигурка Альвареса погрозила им своей тростью и тут же гневно отправилась в сторону подъезда.

«Не расходитесь. Осложнения в операции», — кинул Гарри с балкона эсэмэс Фиби. Она прочитала и показала большой палец в знак того, что все поняла. Альфредо продолжал выкрикивать им какие-то ругательства, но его уже почти не было слышно.

— Сумасшедший дом, — буркнул парень. Он думал, что на этом все приключения кончатся. Но ошибался. В дверь квартиры Билла позвонили.

Гарри услышал этот звук, хотя шум машин и ветер относили все внешние раздражители в сторону. Он отправился в коридор и рванул дверь на себя.

— Грег, ты какого черта с поста уш… ел, — прямо выпалил он, и тут же притих. — О. Вы не Грегори…

— Тонко подмечено, — мужчина на пороге задрал бровь. — Мы родители Билла. Тина и Рой Кернеры. А вы?

— А я… Сосед… — тихо вмерзая в ковер, пробубнил Гарри.

— Простите, не расслышал вашего имени.

— Гарольд Хеммет, — уничтожено прошептал тот.

— Билл все еще болеет? — миссис Кернер пыталась заглянуть поверх плеча парня в квартиру.

— Болеет? Э-э… нет. Но его нет дома.

— Так он уже поправился? — Рой скрестил руки на груди. — Его невеста сегодня выглядела лучше, чем вчера. По крайней мере, ту ожесточённую толпу у подъезда она отлично заводила.

— Невеста? — Гарри потихоньку терял нить разговора. — Вы про Фиби? О, нет, она не… — начал было парень, но тут же смолк. — В общем. Они в порядке. Но, к сожалению… В квартире все еще свирепствует грипп. Я тоже болею! — он демонстративно покашлял.

— Знаете что, молодой человек? — Мистер Кернер не стал слушать его. — Я не верю ни одному слову, сказанному вами. — Мы, пожалуй, останемся тут, чтобы поговорить с нашим сыном!

Он оттеснил с порога очумевшего Хеммета и прошел в комнату без приглашения. Ситуация становилась все напряженнее.

***

— Берто, ты не вовремя! — Альварес, как торнадо, ворвался, чтобы встретить гостя. — Эти фанатики там устроили митинг протеста, я должен что-то сделать!

— Потом разгонишь. Ты лучше скажи, что вот с этим решать!

Билл поднес свой телефон максимально близко к краю кровати. Их с Амандой не было видно под краем свисающего покрывала, да и во всеобщем хламе в этой квартирке Альфредо вряд ли бы заметил двух новых жителей. Сверху донеслось шуршание бумаги.

— Повестка? Клуб обыскивали, Берто?

— Да. И более того, если они придут с ордером, найдут все бумаги, вылезут все твои контракты, то, как ты обманываешь жильцов. Все! Ты играешь в очень опасные игры, Альфредо! И я не хочу погореть из-за тебя. Сегодня же придешь ко мне и заберешь из клуба все свое барахло.

— Берто, погоди. Давай поговорим. Ты в доле с того, что я имею со всех своих квартир. Давай я повышу твой процент!

— У меня достаточно бабла, Альварес. Мне не нужны твои подачки, я спасал твою задницу и потакал тебе все эти годы, скупая квартиры в этом чертовом доме. Но если ко мне придут с ордером… — было слышно, как собеседник напрягается, чтобы договорить. — Я сдам тебя, Альварес.

— Ты не можешь так поступить, Берто. Я все честно тебе отдавал, — в голосе старика слышалась мольба.

— Я тебя предупредил. Игры кончились. И неприятности мне не нужны, — послышалась возня. Голоса смолкли. Пока они шуршали в коридоре, Билл выключил диктофон и поспешно разослал друзьям сообщения:

«Толстый мужик! Проследите, куда он поедет! Срочно!»

Грегори, который прятался на этаже за кадкой с огромной пальмой, кивнул.

«Ясно. Толстый мужик…» — он быстро вышел из своего укрытия.

Берто как раз появился у лифтов.

— Знаете, я так и не дождался своего друга, — радостно поделился он с мрачным незнакомцем. — Пойду внизу подожду!

Он первым зашел в лифт, когда двери раскрылись. Берто смерил его очень тяжелым и раздраженным взглядом, но ничего не сказал.

***

«Теперь вытащите нас отсюда!» — еще одна короткая эсэмэс из-под кровати. На этот раз для адресата «Гарри». Билл понял, что у них уже достаточно компромата, чтобы поставить на уши все местное отделение полиции.

Аманда рядом безжизненно лежала, уткнувшись лицом в ковер. Ее все еще трясло от страха.

«Билл, проблема. Тут к тебе родители нагрянули…» — провибрировало ответное сообщение. От неожиданности Кернер подпрыгнул и долбанулся головой о днище кровати.

«Какие родители?» — замороженно отправил он смс в ответ.

«Блядь. Биологические!» — раздраженное мигание экрана.

— Фак. Фак. — ругательства сами собой вырвались у парня. Аманда зажала ему ладонью рот. Красноречивые взгляды Билла указали ей на экран, где она прочитала последние три сообщения.

— И что теперь? — тихо прошептала девушка.

«Попробуйте через обычный вход?» — пиликнула в ответ эсэмэс. И еще одна вдогонку: — «Мы с Соммерс попробуем разблокировать вам двери».

«Не вариант. Уходим через балкон. У нас есть план Б?» — еще одно сообщение.

«НЕТ!»

«Отвлеките Альвареса. Вырубите свет, включите сигнализацию, что угодно. Эм мне сейчас руку отожрет».

«Тогда ждите сигнала».

***

Фиби и ее демонстрационная команда нервно переминались с ноги на ногу у подъезда.

— Нам долго тут еще стоять, Ри? Сейчас этот хрен за нами вызовет полицию!

Подруги неуверенно переглянулись.

— Ну… Давайте еще подождем? Еще минут десять.

«Фибс. Надо отвлечь Альфредо!» — телефон в ее руке мигнул и погас.

— Ну вот. Кажется, пора приступать ко второй волне. У кого были яйца?

***

Крики и шум внизу подъезда не смолкали. В расстроенных чувствах мистер Альфредо вышел на балкон. То, что он увидел там, заставило его нервы гневно дрожать.

— Да что же это…

Маленькая компания внизу добыла где-то мегафон и теперь на всю округу было слышно:

— Альфредо — старый гомофоб! Долой Альфредо!

И если с ужасающими речевками еще можно было смириться, то с тем, что компания начала забрасывать подъезд яйцами, Альварес уже не стал соглашаться. Он снова схватил свою палку, мобильный телефон с крупными кнопками. И пошел вниз. Вызывать полицию.

***

— А теперь двигаем, — Билл вылетел из-под кровати как ошпаренный.

Они с Амандой выскочили на балкон, где их уже ждал конец троса. Гарри свесился через перила сверху.

— Зажимы вы взяли? Быстрее цепляйтесь! Мне одному будет с вами трудно, так что по очереди!

Подниматься было намного сложнее, чем спускаться. Билл решил, что ему нужно идти первым.

— Вниз не смотри. Мы с Гарри втащим тебя, как только я доберусь до верха. Стой в тени, чтобы тебя не было видно! — давал он инструкции девушке, которая дрожала за его спиной.

Аманда кивала. В глазах ее отражались только напряжение и страх. Билл похлопал ее по плечу. Он подпрыгнул и уцепился за карабин, подвешенный его трясущимися пальцами. Немного отвлекал тот факт, что за пазухой у него теперь был спрятан вещдок, который ни в коем случае нельзя было выронить.

Трос качнулся. Гарри внимательно наблюдал сверху, чтобы ничего не произошло. Он крепко держал катушку, которую закрепил на балконе. Ручку было крутить весьма нелегко — тяжелое тело тянуло вниз. Гарри неплохо справлялся ровно до тех пор, пока сзади него не открылась дверь балкона.

— Гарольд. Вы не подскажете, где взять сахар, пока мы ждем? Мы с мужем хотели бы попить чай, — миссис Кернер вежливо поправила очки.

От неожиданности Хеммет разжал руки.

— Во-о-о-оу! — тут же донесся снизу голос, который удалялся с каждой секундой. Катушка начала разматываться со страшной скоростью. Гарри побледнел, словно пики Эльбруса.

— Сахар? Он в шкафу. Верхняя полка. Я прошу прощения, я тут немного занят, мы с другом отрабатываем… Э-э-э.. Систему моментальных сообщений. Он живет этажом ниже, — парень снова резко схватил провод. С резким «вж-ж-ж» он проехался по грубой ткани рукавиц.

— Как интересно. Мы с мужем любим все такое, новое. Я могу взглянуть? — она сделала попытку свеситься вниз, но Гарри воспрепятствовал этому. Он вырос на ее пути, улыбаясь, как Чеширский кот.

— О, прошу прощения. Все это еще не совершенно. Мы доделаем. И покажем. Если не возражаете. Не люблю наполовину доделанную… работу… — веревка сильно врезалась в его ладони даже через перчатки. Гарри улыбался так, словно кто-то стянул ему волосы на затылке.

— О, конечно. Уважаю таких людей, — миссис Кернер улыбнулась ему. — Прошу простить за вторжение.

Она вышла, оставив парня одного с его креативными идеями.

— Фак. Кернер! Ты жив? — Гарри быстро глянул за перила. Билл, который теперь болтался на уровне восьмого этажа, показал ему снизу смачный, немного подрагивающий фак.

— Прости, чувак! Все сейчас будет в порядке.

Миссис Кернер в это время обшарила в кухне все шкафы, но так и не нашла, что искала. Мистер Кернер брезгливо осматривал обстановку, не внушавшую ему никакого доверия. Он отодвинулся от стола и неприязненно скривил губы.

— Не могу поверить, что Билл предпочел эту помойку нашему уютному дому.

— Брось, Рой. Не так уж тут все и плохо, — неуверенно отозвалась женщина.

— Тогда я получу свой чай?

— Подожди. Может, этот парень, Гарольд, освободится и нам подскажет.

— Ладно. Я сам у него спрошу, — Рой Кернер хлопнул ладонями по столу. — Мне надоело тут сидеть! Я не хочу ждать! Я хочу, чтобы мой сын мне все объяснил!

Пройдя в комнату, он застыл на пороге. В огромное окно во всю стену было видно, как Билл переваливается через заграждение балкона. Сразу после этого оттуда же показалась чья-то темная голова. Красивая девушка с трудом вылезла наружу и рухнула сверху на брюнета. Некоторое время они лежали не шевелясь. Точно так же, как застыл и мистер Кернер, который резко затерялся в пространственно-временном континууме.

Билл лежал и таращился в голубое небо. Над ним проплывали облака, а в голове была только одна мысль: они сделали это. Может, это была и не самая простая задача, но они справились с ней с блеском. Теперь осталась только одна маленькая вещь.

Он повернул голову.

— О, черт… Пап… Я могу все это объяснить…

Комментарий к 24. Это война, или достать Альфредо

ну вот так как-то))) Поржать и взяться за переносицу =))) Осталось у нас две главы!

УЖЕ СОВСЕМ ЧУТЬ-ЧУУУТЬ!!!

========== 25. Если мы вместе, мы изменим этот мир ==========

— Ну? Я тебя слушаю, — мистер Кернер стоял на кухне, скрестив руки на груди.

Билл задумчиво уставился на свои колени, не зная, с чего бы начать.

— Фиби ведь не твоя девушка, дорогой? — осторожно начала за него мать.

— Нет, — неохотный ответ. — Она просто моя соседка. Встречается с другой девушкой.

Родители переглянулись, обменявшись немым диалогом о том, какой это был ужас.

— А эта молодая особа? — отец кивнул на Аманду.

— Эм… Нет. Мы встречались. Одно время. Теперь она с Грегом и Гарри.

— Сразу с двумя молодыми людьми? — рот миссис Кернер приоткрылся в удивлении.

Аманда и Гарри виновато переглянулись.

— Да. Мам, пап, это сложно объяснить. Нравы и интересы людей намного шире, чем ваше понимание этого, — он задумчиво почесал нос. — Моя жизнь здесь… Не такая, какой я ее хотел бы видеть. С самого начала все получается не так, как я планировал. Но я ни о чем не жалею.

Еле пришедшая в себя после приключения Аманда глотнула чаю и поджала губы.

— Это мы и сами видим. Живешь в норе. Проматываешь деньги. Нет приличной одежды. Нет девушки, — его отец понял, что это был удачный момент вставить свои пять центов.

— Рой!

— Нет, Тина, дай мне договорить, — глаза мистера Кернера недовольно блестели. — Я не вижу никаких перемен. И потому мне кажется, для тебя самым оптимальным решением будет вернуться обратно домой, сын.

Гарри и Аманда подняли удивленные взгляды.

— Что? Мистер Кернер! — встряла брюнетка. — Билл же стал частью нашей жизни! Без него… все было бы по-другому!

Дверь в квартиру внезапно распахнулась. Фиби ввалилась внутрь, хохоча и обнимая Рианну. Обе были красные, лохматые и с остатками яичного желтка в волосах.

— Старый дурак, — смеялись девушки. — Он действительно думал, что сможет просто так нас поймать! Ой.

Момент был не самый удачный. Они притихли, сообразив, что только что создали крайне неловкую ситуацию.

— Вот об этом, — выразительный взгляд главы семейства скользнул по вошедшим, — я и говорю. Мы забираем тебя, Билл. Я так и знал, что это произойдет, если мы тебя отпустим. Ты еще не готов для взрослой жизни. Мы дадим тебе несколько дней, чтобы собраться, уладить свои дела. И после этого ты возвращаешься. Мы с матерью видели достаточно.

— Нет. Есть еще кое-что… — голос Кернера-младшего пошел на понижение.

— Что? — раздраженно спросил тот, вставая со своего стула.

— Я гей.

Челюсти у всех присутствующих с лязгом открылись. Миссис Кернер схватилась за левую сторону груди.

— Что это значит, милый?

— Это значит, что Билл считает, что ему нравятся люди мужского пола, — дал краткую информативную справку мистер Кернер.

Женщина потрясенно прикоснулась пальцами к губам.

— Но, Билл, ведь ты никогда…

— Я никогда. Но я встретил того человека, который показал мне, что это не страшно — менять себя. Я встретил парня, который и сам оказался достаточно смелым, чтобы противостоять всему миру. Мне нужно сделать кое-что для него, мам. А потом… Я уеду с вами, если вы будете настаивать. — Билл опустил глаза.

Триумф момента успешного возвращения был немного подавлен этим разговором. Все ребята молчали, рассматривая стены, чашки и друг друга в растерянности.

— Делай. У тебя два дня, чтобы все закончить, — отрезал глава семейства Кернеров.

***

Этот сумасшедший день завершался не менее дико. Родители ушли довольно скоро, не допив свой чай и не глядя на ребят, а те остались одни в подавленном настроении. Даже то, что они достали, уже не внушало им такой уж радости.

— Как мы передадим это полиции? — буркнул Грег, который вернулся со своего боевого задания по слежке за Берто, разумеется, с успехом. Ему ничего не стоило быстро взять свою машину и проехать за ним до дверей какого-то злачного клуба на окраине Сан-Франциско.

— У меня есть одна мысль, — Аманда задумчиво повертела пакет с отверткой, найденной на месте преступления. Все в ожидании наблюдали за ней. — Но не факт, что она вам понравится.

***

На крыльце полицейского участка стояли двое офицеров и курили.

— Что там с твоим делом, Хендрикс? — спросил тот, что стоял справа.

— Ты про Альфредо? Да пес его знает. Этого старика трудно уличить. Хотя все понятно, но по документам он чист. Мы пробиваем его сына… Ничего впечатляющего. Мелкие нарушения, всякий мусор. Но вполне вероятно, что у пацана просто могли сдать нервы, и он действительно разбил эту развалюху.

Второй коп задумчиво пожевал губу.

— Так куда мы его определим? Он же не может вечно в участке сидеть?

— Не может. Но улики нам в руки сами не свалятся.

— Хей! — вдруг раздался с дорожки залихватский свист. — Копы! Мы за вас всю работу делаем!

В руки не ожидающему атаки офицеру Хендриксу полетел какой-то предмет, завернутый в пластиковый мешок. Пока он соображал, что это такое, парень на арендованном желтом велике уже скрылся за поворотом. Они не успели разглядеть его — он был одет в черную толстовку и скрыл лицо под черными очками.

— Это что еще за черт? Догнать! — отдал распоряжение офицер, однако полицейские, которые побежали за странным гонцом, вернулись ни с чем уже через пять минут.

— Мы не знаем, кто это был, офицер! Арендованные велосипеды можно брать и оставлять по всему городу без документов, — тяжело дышали они. — Даже отследив по камере, мы не поймем, он был во всем черном.

— Твою мать. Как по заказу, — почесался полицейский.

«Дело мистера Альфредо», — гласила вырезанная из разных газет наклейка на неожиданной посылке.

— Я бы не стал это открывать. Отдай сначала на экспертизу, — буркнул один из копов.

Офицер только отмахнулся. Он поддел пальцем скотч, и к его ногам тут же упали флешка, какой-то диск, отвертка в пакетике и сводка из газеты, которая упоминала случай полуторагодовой давности, где мистера Альфредо привлекали по делу о мошенничестве.

— Это что за чертовщина? — Офицер развернул письмо, прилагаемое к уликам. В нем было всего несколько слов, так же вырезанных из газет.

«Вы ошибаетесь насчет Тома. Он ни при чем. Посмотрите это видео, и вы сами все поймете. Альфредо отмывает деньги. На флешке вы найдете важный разговор и адрес клуба Берто … (далее неразборчивыми буквами был написан адрес).

P.S. Проверьте отпечатки на отвертке. Этой штукой он пользовался, чтобы изуродовать двери в квартире 483».

— Это что за, мать твою, подарочек, — офицер Хендрикс удивленно вертел флешку в руке. — Вы понимаете что-нибудь?

Все полицейские отрицательно помотали головой.

***

Билл быстро пристегнул велик к десятку таких же, расположившихся в зоне для аренды через пару улиц от полицейского участка. Его руки все еще подрагивали от волнения. Теперь все зависело уже не от них. Ребята на всякий случай сделали себе резервную копию всех материалов, но надеяться теперь могли только на справедливость служителей закона.

— Заваливайся, — Грег и Гарри махали ему с передних сидений их видавшей виды старенькой машины, которая была припаркована неподалеку. — Дело сделано.

— Нет, ребят. Мне нужно еще прогуляться. Вы не возражаете? Слишком много сегодня всего произошло…

— А. Конечно, чувак. Мы все понимаем, этот день был тяжелым для всех нас, — понимающе кивнули братья. — Вечером посидим все вместе немного?

Он неловко оборвал эту фразу. Почему-то Биллу показалось, что он хотел сказать «в последний раз», но не стал продолжать из соображений деликатности.

— Конечно, — улыбнулся Билл и, сунув руки в карманы, пошел вдоль улицы. — Ему надо было поговорить кое с кем.

***

Том? Ты все еще тут? — парень сел, скрестив ноги, под стенкой полицейского участка, стараясь быть незамеченным.

Билл… — приподнятый, хотя и уставший голос в голове. — Как ты?

Да нормально, что мне будет здесь, — хмыкнул про себя Кернер. — Ты как?

Кормят отвратительно. Сосед по камере какой-то дурак, все время песни поет. Но в целом сносно, не могу, правда, в одних и тех же шмотках уже сидеть… Не знаю, когда они уже разродятся и решат что-нибудь насчет меня.

Что-нибудь решат… — невесело подтвердил Билл. — Знаешь, что, Альфредо?

Что?

Я ведь так тебя и не поблагодарил. На самом деле. Хотя ты и превратил мою жизнь в полную задницу, во всех смыслах… Я все рано должен тебе сказать спасибо. Ты открыл мне глаза на правду.

Билл, у тебя все в порядке? Почему у тебя такой тон, как будто… Погоди одну минуточку.

Билл насторожился. Эл внезапно отвлекся на что-то. Кернер пытался понять, что он говорил, но в его голове были только голоса и колеблющиеся эмоции, которые он еле улавливал через стены толстенного кирпича.

Том? — Билл непонимающе позвал своего собеседника.

Все в порядке. Это чертовы копы приходили. Я… готов тебя слушать.

Том, просто. Спасибо. Это все, что я тебе хотел сказать. Я многим обязан тебе…

И я тебе. Ты тоже сделал для меня так много всего, — он немного помолчал. — Где ты сейчас?

Я? В переулке сижу, за отделением полиции. Разговариваю с тобой…

Это удивительно.

Что удивительно?

— То, что твои руки достанут даже за решеткой, — неожиданно шепнул голос прямо в ухо. В глазах Билла сначала потемнело от страха, потому что это были уже совсем не мысли. Это Том, живой и настоящий, подкрался к нему сзади и обнял со спины, улыбаясь своей неповторимой улыбкой.

— Том! — Билл развернулся в его объятиях и повис у парня на шее. Его глаза были полны удивления. — Как ты… Кто тебя… Почему? — не находил он нужных слов, чтобы верно сформулировать свою мысль.

— Меня только что выперли из участка пинком под зад. Сказали, чтоб не попадался больше на глаза. Я полагаю, это я должен тебя спросить? Ты тут не просто так, гений чертов, — такое же крепкое объятие в ответ, почти до хруста в пояснице.

— Я не гений, Том, — Кернер отстранился и заглянул в его светлое, усталое лицо. — Возможно, ты будешь ненавидеть меня всю жизнь за то, что я сделал.

— Билл? Это то, о чем ты мне пытался сказать?

Опущенные вниз глаза были ему ответом.

— Я сдал твоего отца, Том. Так не могло больше продолжаться. Слишком много людей пострадали от его действий.

Лицо Альфредо чуть заострилось.

— Ты… Что сделал? Ведь эту сволочь никто не мог прижать к ногтю уже много лет, — голос парня пошел на повышение.

— Тихо. Давай поговорим где-нибудь, где нет лишних ушей, хорошо?

Альфредо ошеломленно кивнул. Билл взял его за руку и повел в сторону городского парка, откуда пару дней назад начались все их последние злоключения.

***

Come on let me hold you, touch you, feel you

Always

Kiss you taste you all night

Always

I’ve been here before a few times

And I’m quite aware we’re dying

(Blink 182 — Always)

Он рассказал абсолютно все, что произошло за последние дни, не утаивая даже самых дурацких подробностей, включая их с Амандой путешествие. Том улыбался на некоторых моментах. На некоторых хмурился. Но под конец истории он сжал руку Билла еще крепче.

— Я не могу поверить в то, что ты пошел на все это ради меня, — прошептал он, не поднимая свой взгляд.

— Это все, что ты можешь мне сказать? Я думал, ты мне морду набьешь, — Билл сидел рядом, сосредоточенно сцепив руки на коленях.

Том с секунду внимательно смотрел на него. Потом он осторожно положил ладонь на плечо брюнету и притянул его к себе. Его губы коснулась мочки уха, нежной кожи шеи и начали спускаться чуть вниз. Билл прикрыл глаза от удовольствия.

— Билл, я не злюсь. Никто никогда не делал для меня того, что делаешь ты, — тихо прошептал он. — Мои отношения с отцом уже давно не те, какие принято считать нормальными, тесными и любящими семейными узами. Ты знаешь это. Единственное… Не стоило так рисковать своей жизнью. Все это время у меня были ключи. И если бы ты только спросил…

— Что? — Кернер резко выпрямился. — Ключи? И ты молчал?

— Да если бы я знал, куда ты полезешь, ниндзя чертов! — Том эмоционально хлопнул руками по коленям.

— Черт. Я чуть не навернулся с балкона. И все это время у нас был шанс спокойно зайти просто так?

Том посмотрел на него, даже не пытаясь улыбнуться.

— Да чего уж теперь, Кернер. Что сделано, то сделано. — Он протянул руку и снова обнял парня. — Ты же сумасшедший. Тебя все равно было бы не остановить!

— Кто бы говорил. — Билл сжал ворот его толстовки, мысленно поставив себе галочку ни в коем случае не говорить Аманде про ключи. Он очень старался подавить сейчас свое внутреннее бурление.

— У каждого из нас свой путь, мы все выбираем, чем нам быть и кем стать. — Губы осторожно коснулись линии скул и подбородка брюнета.

Пальцы Билла прошлись по брейдам, по всей их длине, от самых корней, ласково потрепали кончики.

— Поцелуй меня, — тихо попросил он, доверчиво прижимаясь всем телом к твердой груди парня. — У меня все еще стресс… Особенно после того, что ты сказал.

Том исполнил его просьбу. Осторожно и нежно коснулся губами его губ. Сначала спокойно, почти не используя язык. Его объятие было бережным и мягким, как будто он боялся сжать парня слишком сильно.

Билл перехватил инициативу. Его плотно сжатые веки немного подрагивали. Поцелуй Кернера напоминал укус — интенсивный и немного нервный. Пальцы Билла порывисто сжали шею парня с брейдами.

— Эй, — Том удивленно отслонился от него. — Ты чего, Билл?

Я уезжаю, Том. Мои родители… — он не успел сказать эту фразу вслух. Альфредо прочитал ее сам и вцепился в его запястье.

— Что? Билл! Ты не можешь уехать сейчас, — Альфредо удивленно поднял брови. — Я думал… Что мы с тобой…

В глазах Кернера мелькнуло смятенное выражение.

— Мои родители, Том. Они приехали не в самый подходящий момент. Они ни за что не разрешат мне остаться, после того, что увидели.

— Бред какой-то. — Альфредо откинулся на спинку лавочки. — У тебя же все только начинается, ты еще толком не успел обжиться…

— Скажи это моему отцу. Я только все порчу, Том, — Билл погладил его пальцем по скуле. — Я сегодня нашел письмо с работы. Они сказали, я им не подхожу. Испытательный срок не кончился, но они решили расторгнуть контракт.

Том потер пальцами виски.

— Билл, это похоже на обыкновенное кидалово. Ты проверял эту компанию? Сейчас многие так делают. Но это же не повод, чтобы все бросать. Вот черт, я просто не могу в это поверить. После всего того, что мы прошли?

Билл продолжал мягко смотреть на него. Его губы снова коснулись уголка рта Тома.

— Самое главное, я понял, чего я хочу в жизни, и что из себя представляю. Благодаря тебе… — глаза его блеснули от набегающих эмоций.

Том внимательно изучал его черты. Это было просто удивительное чувство. Оно поднималось теплой волной из недр желудка и касалось сердца и легких. Как теплое молоко, которое пьешь при простуде, оно облегчало скребущее ощущение в душе. Ладони снова легли на шею Билла сзади.

— Но я не хочу, чтобы ты уезжал… — тихо прошептал Том. — Это хоть что-нибудь значит для тебя?

Билл кивнул, касаясь носом его щеки.

— Только это и заставляет меня сомневаться сильнее всего.

— Я хочу сделать так, чтобы ты передумал.

Билл поджал губы.

Если бы дело было только в нас, Том… — тихо прошептал он в ответ.

***

Они вернулись домой через несколько часов, держась за руки и не говоря ни слова. Все время парни просидели на лавочке, наслаждаясь лучами теплого солнца и прикосновениями друг друга. Никому не хотелось уходить, потому что оба знали: как только они сделают это, время снова двинется и пойдет дальше. Им придется возвращаться в реальность и разбираться с теми проблемами, которые навалились на них.

Они брели вдоль тихих улиц, как делали это два дня назад. Билл размышлял о том, как ему на самом деле не хотелось оставлять Тома одного. Альфредо слышал все его мысли и боялся, что беспокойство сожрет и его с головой. Он не мог поверить в то, что впервые в жизни он сделал что-то правильное, встретил такое теплое чувство, а оно так просто ускользало из рук.

У подъезда, как и в прошлый раз, стояли машины полиции.

У меня дежавю, — хмыкнул про себя Кернер.

У меня тоже. Давай посмотрим, что там?

У входа толпились люди. Грег, Фиби, Гарри, Аманда — все были тут.

— Вы не имеете права! Я добропорядочный гражданин Соединенных Штатов! — кричал мистер Альфредо, закованный в наручники. Пара копов силой тащила его к полицейской машине.

— Голову пригни, гражданин! — один из них надавил на шею старика, насильно заталкивая его в тачку.

— Я буду жаловаться! Вы не имеете право!

— Имеем. Еще как имеем.

Том и Билл подошли и встали позади Эм и Гарри, которые во все глаза смотрели на происходящее.

— Ну что ж. Дело сделано, да? — тихо спросил Том на ухо Фиби.

Она слегка обернулась, глянув на Альфредо-младшего.

— Наверное, так. Я не думаю, что ты будешь сильно скучать по нему.

Взгляд домовладельца, лихорадочный и панический, скользнул над головами толпы и встретился со взглядом сына, который холодно и равнодушно смотрел на то, как его родного отца увозят туда, где у него больше не будет шансов вторгаться в чужие жизни.

— Ты! Это все ты и твои дружки! — завизжал Альфредо. — Это все из-за вас!

Билл крепко сжал руку Тома.

— Нет, — тихо ответил Том. — Это все ты. Ты сам хотел для себя такой жизни, отец.

Они стояли еще некоторое время, в ожидании, когда разойдутся люди. Машина полиции мигнула сиреной и уехала в направлении огней большого города. Билл, Том и их друзья провожали ее долгими, неоднозначными взглядами. Офицер Хендрикс закончил строчить что-то в свой блокнот и подошел к ним.

— Мистер Кернер. Можно вас на пару слов? — он строго посмотрел на молодого человека, который напрягся от такого обращения.

Билл неуверенно посмотрел на своих друзей.

— Ребят, вы идите. Я с Биллом побуду, — кивнул им Том в знак одобрения.

Когда они ушли, обеспокоенно косясь на друзей, полицейский перевел взгляд на двух парней.

— Вам есть, что мне сказать, мистер Кернер?

— Не понимаю, о чем вы говорите, — с каменным лицом отозвался Билл.

— Ваша квартира упоминалась в одном из документов, попавшем к нам в руки.

— Не имею никакого понятия, офицер, — Билл снова пожал плечами. — А что случилось?

— Кто-то подбросил нам записку и инструмент, которым якобы нанесли ущерб вашей двери. На ней найдены только отпечатки мистера Альфредо. Если мы правильно поняли, это значит, что он несправедливо взыскал с вас сумму за моральный ущерб. То же самое и с машиной. Мы проанализировали видеозапись с наружной камеры… И задержали того, кто действительно причастен к этому.

— Я рад это слышать, — Билл расплылся в искренней улыбке. — Хорошо, если эту сумму вернут. Деньги мне не помешают.

— Но вы понимаете, что мистеру Альфредо все это грозит довольно приличным сроком?

Оба парня кивнули.

— Вы же знаете, у нас на этаже нет камер. — Кернер был спокоен, как танк. — Так что мы не можем ничего знать наверняка…

Глаза служителя порядка подозрительно блеснули, но ответить ему было нечего.

— Ну, в таком случае, позвольте взять с вас подписку о невыезде из штата. До того момента, пока мы не разберемся с этим делом.

Глаза Тома округлились до размера монеты.

— Невыезд из штата?! — он издал нервный смешок. — Невыезд из штата. Билл…

Кернер подавил улыбку.

— Конечно, офицер. Я подпишу вам какие угодно бумаги, — в его желудке перевернулось что-то.

Когда официальная часть закончилась, и он отдал офицеру ручку, криво подписав необходимые документы, офицер Хендрикс еще раз смерил их обоих подозрительным взглядом.

— Я с тебя глаз не спущу, Кернер, — предупредил он.

— Конечно, — дрожащим голосом пробормотал Билл.

Полицейский отвернулся. Они с напарником сели в машину и через минуту двор окончательно опустел.

Билл поднял глаза на парня, который стоял рядом с ним.

— Кажется, твой отъезд откладывается? — спокойно спросил он, склонив голову немного набок.

— Мой отец убьет меня.

— Иди сюда, чертов жук! — Том потянул его за ворот футболки и замкнул руки на его талии изо всех сил.

Билл послушно рванулся в его объятия. Офицер Хендрикс все еще недовольно разглядывал парней в зеркальце заднего вида. Он подумал, что никогда еще не видел, чтобы кто-то радовался административному наказанию настолько сильно.

Комментарий к 25. Если мы вместе, мы изменим этот мир

Предпоследняя глава)))) Еще есть одна на закуску! =)

========== 26. Последняя глава ==========

Война была почти выиграна. Ребятам оставалось только одно неприятное дело: объяснить все мистеру и миссис Кернер.

Тем вечером Билл и Том, с трудом отрываясь друг от друга, завалились в подъезд, улыбаясь и натыкаясь на все углы. Они были слишком на взводе, чтобы обращать внимание на грустных друзей, собравшихся отмечать день отъезда своего соседа. Парни пролетели мимо них, выдохнув что-то вроде «потом объясним», и ушли в комнату, задирая коврик и разбрасывая на ходу предметы.

— Нет, вы когда-нибудь видели кого-нибудь более неблагодарного, чем эта сволочь? — Аманда проводила их обиженным взглядом. — А мы тут, понимаешь ли, волнуйся.

Спустя полчаса, когда встрепанные Билл и Том появились в кухне, ситуация немного прояснилась, и обстановка разрядилась.

— Мне не нужно никуда ехать, — Билл возбужденно взъерошил свои и без того торчащие во все стороны космы. — По закону я не имею на это права!

— Нашел чему радоваться. И вообще — ширинку застегни, — сделала ему замечание Фиби.

***

На следующий день очень злой и недовольный мистер Кернер был приглашен домой, где ему изложили всю суть дела. Бешенство, которое он выплеснул на Тома и своего безумного сына, едва не подпалило всю кухню, но ребята мощно выстояли против этой лавины. Билл держал своего парня за руку и смотрел в пол, выслушивая все, что накопилось за душой отца.

В конце Том не выдержал. Он оттеснил Билла плечом и встал так, чтобы загородить его от всех злых слов и назревающей драки.

— Мистер Кернер, при всем моем уважении. Может, я и никто, чтобы диктовать вам, как поступить с сыном. Но я считаю, вы должны дать ему шанс жить своей жизнью. Эгоистично полагать, что он должен зависеть только от вашего мнения.

Мужчина побелел. Он подошел было к наглецу вплотную, но Билл встал рядом и положил руку на плечо Альфредо, давая понять, что он не разрешит его трогать ни при каких обстоятельствах. Мистер Кернер смерил их двоих очень злым взглядом, но промолчал. Выходя за дверь, он буркнул себе под нос:

— Делай, что хочешь. Это твоя жизнь.

Рой больше не звонил и не появлялся. Только миссис Кернер отправила своему сыну грустную смс о том, что они собираются домой. Билл сжал свой телефон и отвернулся к окну, простояв не один десяток минут. Том зашел к нему и обнял сзади, положив подбородок на плечо. Кернер прикрыл ресницы и порадовался хотя бы тому факту, что у него теперь был человек, которому можно было доверить все свои страхи и сомнения.

Том и сам был не в своей тарелке. Мистера Альфредо, как и Берто со всей его компанией, арестовали за причастность к отмыванию денег. Стражи порядка нашли все документы и множество подтверждений фактов кражи имущества жильцов. Миссис Альфредо пыталась сделать хоть что-нибудь для своего мужа, но так и не смогла повлиять на решение суда. Все, что в свою очередь решил сделать Том — убедиться, что у его матери не будет задолженностей из-за отца. Миссис Альфредо была в шоке, но все дела по имуществу ей пришлось взять в свои руки.

Она немного присмирела после вспышки проверок, свалившихся на ее голову после ареста мужа. Радостная Фиби получила обратно свою квартиру, чему была несказанно счастлива. Посмотрев на Билла и Тома, которые остались вдвоем, она шустро свалила этажом выше, подумывая о том, чтобы тоже съехаться со своей второй половиной. Ее комментарий был: «наконец-то эти охи-ахи перестанут меня будить посреди ночи».

Несмотря на внутрисемейные ссоры и раздор с родителями, Том и Билл становились все ближе с каждым днем. Они даже не обсуждали возможность раздельного проживания, поэтому в силу вынужденной ситуации Том так и оставался в квартире. Он все еще работал в баре, а Билл через пару недель смог найти себе нормальную работу, где его взяли сразу же на должность основного дизайнера. Он был безмерно счастлив, что больше не надо было сражаться за свое существование.

Жизнь налаживалась. Аманда и братья Хеммет не пытались упразднить свой маленький эксперимент на троих. Фиби и Рианна съехались через несколько недель. А Билл и Том просто продолжали свои физиологические процедуры по нахождению плюсов нетрадиционной ориентации.

Билл все больше убеждался, что его выбор был до безумия приятен. Единственным, что так и не менялось, было желание соседей провести время с шумом и бурной пьянкой, но за отсутствием в доме мистера Альфредо это больше не было проблемой. Озлобившаяся на мир жена домовладельца предпочла не связываться с буйной молодежью, а потому праздник не смолкал весь остаток догорающего лета.

В связи с этим осталась только одна проблема, которая так и осталась нерешенной…

***

— М-м-м, — тихо застонал Билл, когда все же смог разлепить глаза. Его голова была отделена от тела и лежала в стороне грудой обломков. Самого тела пока видно не было.

— Черт… Этого не могло опять произойти со мной, — он немощно откинулся на подушки. — Опять эти гады намешали что-то в водку.

— Ликер, я бы попросил! Мексиканский и очень дорогой! — раздался откуда-то скрипучий голос Гарри. — И не говори, что мы тебя заставляли. Сам хлестал в три горла.

— Пошел нах, — Билл мученически прикрыл лицо руками.

По мере того, как мир над ним прекращал вращаться, он ощутил на себе чье-то весьма тяжелое тело. Запах одеколона, секса и водки витал по всей палатке. Вокруг, в рандомном порядке было разбросано шесть знакомых тел, которые Кернер всегда видел в своих самых страшных кошмарах.

— Сними с меня руку, Гарри, дышать нечем, — простонала Аманда.

— Тебе не из-за этого нечем дышать, Эм. Это все Фиби.

Кто-то попытался растолкать спящую девушку, которая лежала поперек всех них. Ее подруга Рианна была неподалеку, свернувшись калачиком на краю спальника.

— Том? Альфредо, вставай! Опять эти сволочи нас напоили, — пожаловался Билл.

Том резко проснулся, дернувшись, будто в него ткнули оголенным проводом. Встретившись взглядом с Биллом, он понял, что все в порядке и самое ценное имущество на месте. Захватив его, как плюшевого мишку, он попытался продолжать спать.

— А… Это ты, Билли. Спи. Нам сегодня не на работу.

— Я тебе сейчас дам «Билли»! — тихо прошипел Кернер. — Вставай, кому сказал!

Том нехотя сполз с его горячего тела. Максимум, на что его хватило — переползти набок и отвернуться в сторону в бессмысленных попытках заснуть. Было удивительно, как крошечная палатка максимум на троих, вместила всех их всемером.

Они с трудом разобрались, где чья рука и нога только минут через пятнадцать и еле смогли выбраться на свежий воздух, разбросав свои тела по лужайке. Это был самый конец лета, солнце было уже не таким жарким, но все же природа сохраняла свои яркие краски уходящего августа.

Билл, который приходил в себя, пялился на колышущиеся деревья и с трудом прислушивался к своему организму. Все тело довольно гудело о том, что его вчера кто-то очень капитально оттрахал. Колоссальная расслабленность не давала даже повернуть головы.

Том. Признавайся, это был ты? — мысленно адресовал он запрос в сторону первого человека, о котором подумал. — Чтобы мне не ходить далеко за Грегом и Гарри!

Я и только я. Честно! — тут же отозвался Эл.

Честно? — на всякий случай уточнил Билл.

Ты за кого меня принимаешь? Я бы их к тебе не подпустил!

Ну ладно. Живи, — парень расслабился и откинулся на землю, прикрывая глаза.

Они еще некоторое время валялись на травке, наслаждаясь солнцем. Это были последние выходные лета, которые было решено провести по завету Кернера — на природе. В этот раз ни у кого даже не возникло возражений на сей счет. Вчерашний вечер традиционно закончился на «Активити». Билл и Том больше не играли, как команда, они были отдельно, чтобы не читали мысли друг друга. Все, что Кернер помнил со вчерашнего вечера была его вялая попытка изобразить «Танец с Волками». После этого все уплывало в темноту, в которой царил неадекватный смех, боль в животе и под ребрами и затем полный провал.

Больше Билл ничего не помнил.

Кернер? А ты помнишь, что ты сказал мне вчера ночью? — вкрадчиво прошептал голос внутри головы.

Билл приоткрыл один глаз.

Точно. Кернер моя фамилия. Спасибо, что подсказал. А что было вчера?

Том хмыкнул.

Я так и думал. Что у пьяного на уме…

А что я сказал? Колись давай, — лениво спросил Билл.

Да не важно. Проехали уже.

В этом было удобство бойфренда, чьи мысли можно было легко считывать, как открытую книгу. Билл попытался сделать это прямо сейчас. Однако, Альфредо был бдителен.

Ж-ж-ж-ж… — уловил Билл гул, как в трансформаторной будке.

Сочувствую, чувак, — брюнет усмехнулся против воли. — Нам всем сегодня хреново. Так что я тебе сказал?

М-м-м. Я тебе не буду отвечать на этот вопрос. Оставлю лучше при себе.

Том. Раз уж начал — договаривай, — начал раздражаться Билл.

Нет!

Кернер снова сделал вялую попытку подсмотреть мысли своего чертова парня. Но безуспешно. Неутомимое жужжание было ему ответом на все вопросы.

Ты мне ответишь за это, Эл. Когда-нибудь… — тихо пообещал он. А потом Фиби, которая очнулась раньше всех, погнала компанию на водопой, немного освежиться, и Биллу пришлось отвлечься от своих мыслей.

Он с удовольствием вошел в воду, погружаясь туда и смывая с себя остатки сна. Солнце пекло так нещадно, что было лениво даже думать. Чья-то рука внезапно взяла его за запястье. Билл ощутил, как пальцы ползут вверх по предплечью, принося коже приятную теплоту. Кернер улыбнулся и открыл один глаз. Мягкие губы на его губах на секунду напомнили о летнем бризе. Он был таким сладким и манящим. Захотелось попытаться поймать видение, так внезапно напавшее со спины.

Том, который относительно пришел в себя, улыбался. Он проплыл рядом, хитро смотря на брюнета.

— Альфредо. Что ты такой довольный, как сытый крокодил? — Билл подозрительно огляделся. Ему было на удивление трудно сосредоточиться на эмоциях парня, во всем было виновато жуткое похмелье.

— Эх, Кернер, не умеешь ты пить… — глумливо вздохнул тот.

Билл призадумался.

— Это не что-то серьезное, иначе бы ты так не улыбался. Я сейчас плохо соображаю, твои загадки не для меня!

— Я собираюсь на берег за водой. У меня в горле пересохло, — вместо ответа сказал Эл. — Тебе принести?

— Я не могу принять от тебя такую жертву, — отшутился Кернер. — На такой жаре даже утки превращаются в жареную дичь, а у тебя остаются силы куда-то ходить.

— Мне для тебя ничего не жалко, — Том подплыл еще раз и потерся носом о его шею.

Билл прочесал пальцами его темные брейды, лениво принимая эти ласки.

— Принести? — еще раз поинтересовался Том.

— Ну давай. Уговорил, — Билл продолжал улыбаться, чувствуя, как Том щекочет его дыханием, но уже с другой стороны.

Тот еще несколько секунд занимался грязными домогательствами до разомлевшего на солнышке объекта. Затем он вышел из воды и отправился в сторону машины, где стояла их сумка-холодильник.

Перед этим Билл задержал в руке его пальцы и поймал улыбку, которая была адресована только ему одному. Когда Том отошел, брюнет увидел, что его соседи по пляжному отдыху в упор глазеют, как будто у него внезапно образовался пятачок вместо носа.

— Что? — не понял Кернер. — Я на солнце обгорел? Или что?

— Нет, — Фиби закатила свои ярко-лиловые глаза. — Я просто не устаю удивляться.

— Чему? — продолжал тупить Билл, который не мог оторвать свой взгляд от удаляющейся широкой загорелой спины.

— Ну ты-то ладно, тебе простительно, — продолжала девушка. — Я другого не могу понять. Что ты сделал с Альфредо, что он смотрит на тебя, как щенок, и делает все, что ты ему велишь?

— Вы тоже заметили? Он сегодня какой-то странный с утра, — брюнет прочесал пальцами мокрые пряди. — Вы не помните? Я вчера сказал или сделал что-то смешное? Он смотрит на меня, как кот из Шрека.

Ребята переглянулись.

— Да нет. Кроме твоего перформанса в «Активити»… — Фиби пожала плечами. — А потом нам всем было ни до этого.

— Да. У нас была небольшая ночь в Джунглях.

Билл поморщился.

— Это я и так сообразил. С вами пить опасно, сколько раз уже себе это говорил! — он озадаченно посмотрел в сторону берега.

Голову ломаешь? Ломай-ломай, — ехидно бросил Том сбитому с толку парню.

Том. Хватит… Я все равно узнаю, ты это понимаешь, да? Я тебя насквозь вижу.

Конечно. Но пока ты с похмелья, я могу наслаждаться своим триумфом.

Он вошел в воду и захлопал ресничками, подходя к Биллу очень близко и протягивая ему минералку.

— Держи, дорогой, — Альфредо сделал вид, как будто ничего не происходило. Это была его любимая игра: мысленно доставать Билла.

— Дорогой? — произнес за его спиной Гарри одними губами.

Кернер показал ему фак.

— Спасибо. Ты настоящий друг.

Эл сделал еще несколько кругов в воде, искоса наблюдая за объектом своих издевательств.

«Билл? А знаешь, что я хочу сделать? — продолжал подначивать он, оглядевшись и поняв, что его друзья заняты утренними водными процедурами и не смотрели на них.

Его дальнейшие мысли получилось уловить без труда. Билл быстро сделал глоток минералки.

О, нет… Нет, нет, нет, Том… — тут же запаниковал он.

О, да… — ехидный, как и всегда, голос дал совершенно точно понять, что сейчас начнется шоу.

Ты знаешь, что сейчас будет…

Том, давай отложим до вечера? Я тебя прошу, ребята же смотрят… — Кернер тоже обернулся. Но друзья сейчас были заняты обсуждением завтрака и не особо прислушивались.

Пусть смотрят. Ты — мой парень. Чего они о нас не знают?

От такого заявления Билл аж поперхнулся. Он хотел выйти из воды, но сильная рука задержала его на пути. Том выплыл рядом и встал к нему вплотную, накидывая руки на загорелые плечи. Кажется, у него было одно из утренних игривых настроений.

Тихо. Это изнасилование, — весело пронеслось в голове.

А я типа попытайся расслабиться и получить удовольствие? — Билл все еще думал отвертеться. Тело все еще было ему как неродное.

Да. Мне нравится твоя ровная спина. Мне нравится, когда она выгибается, чтобы мне было удобнее входить в тебя. Ты вчера был просто на высоте. Я кончил целых три раза.

Том… Ты меня сейчас заведешь, — Билл прикрыл глаза. Теплое тело прижималось к нему и только добавляло реалистичности этим мыслям.

Я бы хотел прямо здесь и сейчас стащить с тебя плавки. Раздвинуть тебе ноги, закинуть их себе на плечи. Гладить тебя рукой, пока ты не станешь твердым, как камень, наслаждаться твоим встрепанным видом…

Перестань, пожалуйста, — тихо взмолился Билл. Он чувствовал, что начинает возбуждаться и ничего не мог поделать с этим.

Не перестану. Я знаю, что ты хочешь меня, я вижу это в твоих глазах, каждый раз, как ты смотришь на меня. Мне нравятся твои губы, хочу проскользнуть туда языком и исследовать твой рот до самой глотки. Прижаться к тебе как можно теснее, растянуть тебя пальцами… И еще, ты мне вчера сам признался…

В чем признался? — обливаясь потом, ответил ему Билл, пытаясь хоть чуть успокоить свое начавшее бунтовать тело.

А ты заставь меня сказать.

Ты хочешь войны, Эл? — Кернер не выдерживал. Эти слова, руки на его плечах оказались достаточным поводом для стояка размером с Эмпайр Стейт Билдинг.

Может быть… —промурлыкал собеседник, водя ладонями по его плечам и шее.

Билл кивнул. В мгновение ока его руки плотно обвились вокруг расслабленного торса водной нечисти, которая настойчиво домогалась его и очень преуспевала в своем начинании.

Хорошо. Но ты будешь играть по моим правилам.

Том согласно прильнул к Кернеру и выполнил свое обещание по поцелуям на сто процентов. Они стояли под удивленными взглядами друзей и совершенно не обращали ни на кого внимания.

Ладони Билла подхватили Тома под задницу.

Так что ты там говорил по поводу раздвинуть ноги? — он подтянул шатена выше и заставил его обхватить себя за талию.

М-м-м. Люблю, когда ты берешь инициативу, — Том покорно устроился на его бедрах, продолжая целовать такую доступную шею, отводя чуть влажные пряди.

Серьезно? А ты любишь, когда я делаю так? — он начал осторожно стаскивать с Тома плавки, проскальзывая ладонями по пояснице и намного ниже.

Да…

Билл осторожно прошелся по нежной коже, которая теперь была доступна ему. Том немного подался вперед, удивленно заглядывая в глаза своему парню. Тот явно задумал что-то очень коварное.

Ты сам нарвался. Теперь не проси меня остановиться, — многообещающе промурлыкал Билл.

Под водой было очень просто найти то место, где кожа была еще тоньше. Он легко поводил пальцами, предупреждая, что он собирается сделать. Том прикрыл глаза, когда пальцы вошли в его тело и начали совершать там поступательные движения.

Эй, так слишком приятно, — тут же пожаловался клиент и непроизвольно качнулся в воде.

Со стороны было странно смотреть, как два человека просто смотрят друг другу в глаза и без слов делают что-то, понятное лишь им двоим.

Рианна толкнула Фиби локтем.

— Слушай, ты посмотри. Вчера позже всех угомонились. И опять за свое.

— Растущие детские организмы. Что ты от них хочешь? Пошли на выход, ребят, в этой воде сейчас станет слишком жарко, и мы вскипим, как суп.

Грег и Гарри согласно закивали и поплыли по направлению к берегу.

А мне нравится, когда тебе приятно. Мне нравится, что в такие моменты твои мысли превращаются в бессвязную кашу. Мне нравится, как ты почти не можешь дышать, — Билл сделал еще движение, нарочито касаясь точки внутри, заставлявшей Тома извиваться и закусывать губу. Он обхватил его рукой поперек талии крепче. — А теперь ты расскажешь, что я тебе вчера сказал.

Нет… — тихий, уже не такой уверенный голос посреди других неприлично несущихся мыслей. — М-м-м… Билл…

Кернер внезапно остановился. Том перестал тяжело дышать и приоткрыл глаза.

— Ну ладно, — брюнет мило похлопал глазками. — Тогда я к берегу.

— Ты этого не сделаешь, — пробормотал Том все еще горячим шепотом.

— Ну почему? Сделаю. Ты же не хочешь со мной общаться…

Я хочу.

Так ты скажешь?

Да… — Альфредо отходчиво согласился.

Так мне продолжать?

«Да. Не останавливайся, говори.

Ладно. Мне нравится чувствовать, как ты твердо упираешься мне в живот. Ты немного подрагиваешь, и от этого хочется крепко сжать тебя, насаживая твое тело на свои пальцы. Заставлять тебя задыхаться. Как ты любишь…

Глаза Тома закатились. Он закусил губу, наслаждаясь ситуацией.

Добавь пальцев… — он в изнеможении упал лбом на плечо Билла и закусил влажную кожу, чувствуя ее солоноватый привкус. Его руки хаотично загребали по гладкой спине. Билл сделал то, о чем его попросили.

Ты так заводишь меня, — он двинулся сильнее, и Том в его руках тихо зарычал.

Не мучай меня. Сделай все быстрее.

Кому-то нравится, да, Том? Мне тоже нравится терзать тебя, смотреть, как ты реагируешь на мои прикосновения.

Не могу поверить, что ты был таким невинным в самом начале.

Это все ты. Ты во всем виноват. — Кернер безжалостно скользил пальцами глубоко внутри, надавливая на чувствительную точку и ни на секунду не отпуская свою жертву из захвата.

Мысли путались, Билл мог слышать жалобные просьбы парня, смешивающиеся с его эмоциями. Это был невероятный коктейль чувств. Зубы на плече до боли впивались в кожу. В последний момент Том сильно подался вперед, резко подаваясь в его объятия.

Эй, полегче. А то народ вокруг подумает, что я тебя убиваю.

Я люблю тебя, — внезапно выпалил Том. Билл почувствовал вес его тела на себе очень сильно, несмотря на то, что вода облегчала тяжесть ноши. Его парень немного дрожал от холода и схлынувшего возбуждения, так что Кернер использовал освободившуюся руку, чтобы прижать его к себе и немного покачать в объятиях. Он отклонился и удивленно заглянул ему в глаза, которые все еще выдавали признаки перевозбуждения.

Что ты сказал?

Это не я сказал… Точнее я, но твоими вчерашними словами… — Эл повис на плечах Билла и потерся носом о его шею.

Кернер оторопел. Он думал о том, чтобы сказать это Тому при особой обстановке. Но, кажется, за него все уже сделали.

Я только хочу узнать… Ты действительно имел это в виду? Или влияние момента и алкоголя? — лицо Тома постепенно приняло серьезное выражение.

Билл тихо выдохнул.

Ты же меня насквозь видишь. Разве ты еще не понял? — обреченно выдал ему припертый к стенке Билл.

Я понял. Просто хотел услышать это. От тебя.

Я люблю тебя, Том. Даже не сомневайся в этом. Ради какого другого парня я готов был бы конвертироваться и стать абсолютным, стопроцентным геем? Только с тобой я чувствую, что мое сердце состоит из двух половинок… — его глаза улыбались.

И Том тоже улыбнулся.

А знаешь, что?

Что, маньяк?

Тогда и я признаюсь. Ты делаешь меня самым счастливым человеком на свете… — он поцеловал Билла во влажный черный висок с прилипшими прядями.

Они еще некоторое время постояли, не двигаясь и просто наслаждаясь присутствием друг друга. Но их маленькую идиллию прервала Фиби, которая гневно позвала их с берега.

— Эй! Если вы там уже закончили свои извращения, может завтракать пойдете? Мы вас ждать не будем!

Билл и Том закатили глаза. Они одновременно подумали об одном в этот момент: сегодня ночью они точно не пустят никого в свою палатку, потому что жить с соседями — все-таки было очень непростым делом.

Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org