Автор : Хмелёвский Николай
Название книги: Кремль 2222: Сибирь (СИ)
Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/xmelevskii-nikolai/kreml-2222-sibir-si

Кремль 2222: Сибирь

Глава 1. Чужаки

ГЛАВА 1. ЧУЖАКИ

Новосибирская область, недалекое будущее

Берега Оби, укутанные пушистым снежным одеялом, блестели в лучах восходящего солнца мириадами холодных искр. Покрытая тонким льдом река медленно несла свои темные воды на север.

Крупные хлопья снега белым холодным ковром ложились на мощные железобетонные стены Форта - доживавшей свое время обители выживших.

Улицы Форта были практически безлюдны. Страшные морозы и неизвестные болезни не позволяли жителям лишний раз покидать свои дома. Правда, не у всех дома были....

Те, у кого не было дома, выживали как могли, или же уже смирились.

Разведенный посреди улицы костер согревал жизнь маленького ребенка, одетого в скромную курточку, которая была больше размера на два. Рядом сидел угрюмый лысый - это было заметно даже несмотря на шапку - мужик. Его лицо уродовали гноящиеся язвы, желтовато-серый гной засыхал неприятного вида коркой. Мужчина был босой - свою обувь он отдал греющемуся ребенку. Ноги у мужчины были истерты в кровь, на левой стопе у пальцев болтался клочок кожи. Страдалец явно испытывал жестокую боль, но не хотел показывать этого своему ребенку, дабы тот не брал в пример эдакую слабость.

Тяжелые ворота открылись с отвратительнейшим скрипом, и в Форт ворвались люди, державшие в руках автоматическое оружие из прошлого. Сразу стало ясно - мира от них ждать не стоило.

Один из пришельцев достал из нагрудного кармана небольшой цилиндр, - чуть больше ширины ладони, - выдрал из него кольцо и швырнул предмет в сторожевую вышку. Через несколько мгновений раздался громкий хлопок, полетели искры.

Девочка, что сидела у костра, закричав, бросилась бежать, путаясь в огромных отцовских ботинках. Мужик подпрыгнул на пятой точке, крякнул, и завалился на правый бок. Умер на глазах у ребенка от испуга. Нелепая и постыдная смерть, хоть и быстрая.

Умирать нужно в бою - ради того, чтобы жили другие, да хотя бы ради своих детей. Отдать свою жизнь ради того, чтобы жили они, чтобы выжил Форт - вот достойная смерть. Нужно смело глядя в глаза старухи с косой, напоследок плюнув ей в безносую морду, а не от испуга, предварительно обгадившись.

Воняло от покойника дерьмом смачно, ясно конечно было, что при таком образе жизни человек не пахнет розами, но сейчас «аромат» нечистот был особенно заметен.

Девочка, убегая за поворот, поскользнулась и, не удержав равновесия, упала в сугроб. Размазывая по щекам слезы, она поднялась, будто брезгуя, отряхнула снег и скрылась в переулке.

Все те немногочисленные «счастливчики», оказавшиеся на улице в момент появления неизвестных вооруженных людей, поспешили немедленно разбежаться по домам или скрыться во дворах, за углами домов, куда угодно - лишь бы подальше от заявившихся в Форт чужаков.

А те остановились посреди улицы. Вперед медленно вышел высокий мужчина, закованный в самые настоящие латы, причем явно недавно отполированные. На голове красовался шлем, его забрало было поднято, позволяя рассмотреть лицо - изрезанное сетью шрамов и морщин, и абсолютно бесстрастное. На вид ему было за пятьдесят, хотя, возможно, его сильно старили шрамы.

Несмотря на возраст, мужчина не сутулился под тяжестью лат - напротив, он держался на редкость ровно и даже несколько горделиво.

В ножнах на поясе у «рыцаря» висел короткий меч с деревянной резной рукоятью, а из-за спины выглядывал несколько шедший вразрез с обликом воина автомат Калашникова.

Мужчина окинул сперва улицу, а затем - своих людей холодным, бесстрастным, как и его лицо, взглядом, а затем резко и громко приказал:

- Певцов, Семенов - левая вышка. Храмов, Орлов, ваша - правая. Никого не убивать, максимум - оглушить. Титов, Кочегаров, Попов, Миндюк - остаться здесь, прикрыть тылы. Остальные - за мной.

Отряд чужаков двинулся дальше. Идти им приходилось медленно - улица давно превратилась в каток, а приложиться мордой лица об лед никому не хотелось.

- Да кто вообще им ворота открыл?! - послышалось откуда-то.

Следующая улица была пуста. Наступила почти мертвая тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра да глухим стуком подбитых металлом подошв об лед.

- Вымер этот Форт, что ли? - как-то без особого интереса спросил кто-то из отряда чужаков, впрочем, ему и не требовался ответ.

- А хрен его знает, - пожал плечами другой.

Предводитель чужаков не обращал внимания на перешептыванье своих людей. Выйдя с отрядом на «центральную площадь» Форта, он принялся выглядывать среди окруживших промерзший не слишком большой свободный пятачок домов здание правления поселения.

Впрочем, их уже ждали - на крыльце самого большого дома стояли трое мужчин, одетых довольно сносно по меркам Форта - не иначе, местные богачи.

- Кто вы такие и что вам здесь нужно? - сипло спросил один из них, худой невысокий мужчина средних лет. Судя по поведению, он и был здешним «правителем».

- Мы? - с легкой усмешкой эхом откликнулся предводитель чужаков. - Разве вам еще не ясно? И что за кислые лица? Ну, разве так встречают своих хозяев?

- Хозяев?! - у сиплого отвисла челюсть.

- Разумеется, - ответил незнакомец без враждебности, но от этого троим фортовцам стало несколько не по себе. - Мы - ваши хозяева теперь. Я - Гзак, они - мои солдаты. Если, конечно, вы против, то мы покинем вас...

- Мы против! - не дав чужаку договорить, воскликнул сиплый. - Нам аборигенов за глаза хватает, а тут и вы еще объявились... Нет, господа, мы решительно против!

- В таком случае, мы будем вынуждены взять пленных, в качестве выкупа за вашу свободу, - Гзак шагнул вперед. Говорил он вежливо и без тени иронии, и из-за этого смысл сказанного становился еще более зловещим.

- Вы - работорговцы? - обреченно спросил фортовец.

- Многовато вопросов задаете, а ведь мы даже не знаем, кто, собственно, вы такой есть.

Сиплый устало взглянул на чужаков.

- Денис Костенко, глава Форта. Еще раз спрашиваю, вы - работорговцы?

- Так бы сразу, - Гзак едва заметно усмехнулся. - Нет, уважаемый глава Форта, мы не работорговцы. Надеюсь, вас удовлетворит такой ответ?

Костенко упрямо покачал головой, но предводитель чужаков словно бы не заметил этого.

- Мы даем вам два дня. На третий день мы придем снова и заберем пленных. Если вы не отдадите их добровольно, мы возьмем их силой, - Гзак развернулся и двинулся к своим людям. Не успел он сделать и пары шагов как Костенко зло бросил ему:

- Мы не обязаны ничего вам платить, и, тем более, отдавать вам наших людей! Мы вообще ничего вам не должны...

Договорить он не успел. Все произошло почти мгновенно - Гзак выхватил из кобуры одного из своих солдат пистолет, так же быстро снял его с предохранителя. Грянул выстрел.

Пуля, пройдя в считанных миллиметрах от головы Костенко, впилась в деревянную дверь. Денис запоздало охнул - пуля таки задела его, зацепив край уха.

- Странно, я ж в голову целился! Непорядок, никакого качества в оружии не стало... На, - Гзак вернул пистолет владельцу, - вернемся на базу, Афанасу отдашь - починит.

Пока перед зданием правления кипели нешуточные страсти, никто из участников конфликта не заметил два девичьих лица, наблюдавших за ними из окна ничем неприметного дома.

Девушка-медсестра из местного лазарета и дочь главы Форта с тревогой наблюдали за разворачивающейся на «площади» драмой. Хотя слышимость была практически нулевой, было ясно, что неизвестные вооруженные люди явно пришли не с миром и дружбой.

- Да какого черта они сюда приперлись? - шипела Костенко-младшая. - У нас же брать нечего, люди все скоро и то повымрут... Нет, ты скажи мне, Ир, что им от нас надо?

- Я-то откуда могу знать? - подруга пожала плечами. - Подожди, Ксан, сейчас они договорят, и Денис Алексеевич все расскажет.

- Расскажет он, как же! И сколько раз говорить - зови меня Юнона!

- И в кого ты такая уродилась, а? - Ирина тяжело вздохнула. - Прозвище себе выдумала, на оружии помешалась, да и внешне - пацан пацаном!

Дочка главы Форта недовольно топнула ногой:

- Ты прямо как папа говоришь! Это не так, должно быть так... Почему я должна жить по чьим-то стандартам? Я не хочу сидеть у костра, я хочу защищать Форт! В конце концов, я... Мамочки!

- Что?! - Ира аж подпрыгнула - и от восклицания подруги, и от раздавшегося на улице хлопка.

- Этот ублюдок выстрелил в папу!

- Это было предупреждение, - бросил Гзак и обернулся к своим солдатам. - Уходим.

Отряд чужаков неспешно двинулся в сторону ворот. Денис Костенко смотрел им вслед, прижав ладонь к уху. Несколько капель крови упали на снег, и глава Форта словно проснулся - зачерпнув из сугроба пригоршню снега, Костенко приложил ее к пострадавшему уху. Боль немного унялась, и Денис, матерясь себе под нос, побрел к дому.

- Папа? - на крыльцо выбежала Оксана. За спиной дочери маячила медсестра Ирина - очень вовремя она зашла в гости... - Ты в порядке? Что вообще произошло? Зачем приходили те люди?

- Все потом, дочка, - Костенко тяжело вздохнул. - Одно только могу сказать: у нас крупные неприятности...

______ Аборигены-мутанты - для читателей серии КРЕМЛЬ 2222 они известны как Нео.

Глава 2. Гонец

ГЛАВА 2. ГОНЕЦ

Снег летел из-под копыт покрытого грязной шерстью фенакодуса.

Конь-мутант легко лавировал среди деревьев, перепрыгивал мелкие препятствия, почти не снижая скорости - седок гнал его изо всех сил, желая как можно скорее оказаться дома, в тепле...

Седок был сутулым пареньком, одетым в толстый ватник, теплые штаны, валенки с прикрученными к ним шипованными металлическими подошвами и теплые рукавицы. Лицо до самых глаз закрывал шарф, из-под шапки-ушанки выбивались отросшие светлые вихры. Звали парня Кириллом. Путь был ему более, чем знаком - все-таки он - гонец, и дороги от Форта до ближайших поселений знал, как свои пять пальцев.

Всадник направлялся в сторону реки от бывшей ТЭЦ-3, где в настоящее время находился небольшой, но значительный поселок. Там разводили овец и коров. В малых цехах обосновались люди, в больших содержали животных.

Когда наступила Вечная Зима, тэцовчанам пришлось несладко. Многие животные, да и люди тоже, не выдерживали морозов. Людям пришлось бросить все силы на поиск решения вопросов с отоплением, и их титанические усилия были вознаграждены: нашлись умельцы, которые, перебрав множество идей и перепробовав их на практике, смогли-таки найти способ в экстремальных условиях перерабатывать отходы в газ, который затем использовали для отопления.

Благодаря этому в одном из зданий устроили что-то вроде теплицы, в которой выращивали, в основном, грибы, которыми кормили животных - сена было не достать. Выращивали здесь и некоторые растения, семена которых прижились. Собранный умельцами генератор давал достаточно энергии для освещения во всем поселке, в том числе и в теплице.

Трубам ТЭЦ-3 тоже нашлось применение - они пошли на возведение стены вокруг поселка. Построили несколько сторожевых башен, поверху пустили самодельную колючую проволоку. Кое-где на ней висели промерзшие до каменного состояния клочья шкуры мутантов, время от времени появляющихся из леса.

Кирилл гнал фенакодуса так, что тот едва не сталкивался с деревьями, уворачиваясь практически в последний момент. Но уж очень хотелось Кириллу поскорее выбраться из промороженного леса и оказаться дома - в тепле и относительном уюте. Согреться, наконец, а то вон уж и горло пощипывать начало - простудился, не иначе.

А ведь болеть ему нельзя. Он - гонец, престижная по местным меркам профессия, сравнимая разве что с воином или разведчиком. Впрочем, свою работу он на сегодня выполнил - осталось лишь преодолеть последний отрезок пути до Форта и не нарваться на какого-нибудь хищного обитателя тайги.

Больница Форта располагалась в одноэтажном доме недалеко от здания администрации, не слишком большом, но теплом. Здесь работали трое врачей и несколько медсестер, плюс постоянная «добровольная помощница» в лице своевольной дочери главы Форта.

Девочка, сидящая на краю кушетки, мелкими глотками пила горячий чай из большой кружки.

Юнона и Ирина с состраданием смотрели на малышку. Повезло ей, что возвращавшаяся домой Ира нашла ее на улице и отвела к медикам, а то бедняжка могла бы и замерзнуть до смерти. Но, к счастью, дело ограничилось простудой, хотя и сильной.

- Как думаешь, сказать ей?.. - Юнона не договорила. Впрочем, собеседница и так поняла, что та имеет в виду.

Слухи распространяются быстро, и уже к середине дня весь Форт знал о произошедшем утром, в том числе и о том, что отец девочки умер.

- Нет, - отрезала Ирина.

- Ирка, иди сюда, срочно, ты на работе, или где? - окликнула медсестру врач. Девушка смешно сморщила носик.

- Вот грымза... Ладно, Ксан, пойду я, присмотри пока за Дашей, - и поспешила удалиться.

- Хорошо, - Оксана кивнула и присела на колченогую табуретку рядом с кушеткой.

Девочка подняла на нее не по-детски серьезные глаза:

- А куда тетя Ира ушла? - спросила она.

- Ее позвали помогать, сейчас она все сделает и придет. Ты, Дашенька, пей чай, пока не остыл. А потом спать ложись.

Даша послушно допила чай и аккуратно поставила чашку на корявое подобие тумбочки. Девочка зевнула и снова забралась на кушетку, свернувшись калачиком.

Юнона встала с табуретки и направилась к двери.

- Тетенька Оксана, не уходи! - попросила Даша. - Я боюсь, вдруг опять придут плохие люди?

- Не бойся, я не уйду, - девушка присела на край кушетки. Даша неожиданно задала вопрос, которого больше всего боялась Юнона:

- А когда придет папа? Он заснул, когда плохие люди пришли, а я их испугалась и убежала. Когда он придет?

На несколько секунд воцарилась тишина, Юнона просто не знала, что ответить девочке.

- Твой папа очень устал, - заговорила, наконец, она. - Он спит, а когда проснется, обязательно к тебе придет.

- Я хочу к папе! - захныкала Даша.

- Ты пока болеешь, тебе нельзя никуда идти, - Юнона строго покачала головой. Ей пришлось изображать «строгую тетю», чтобы не дать выход эмоциям, чтобы Даша не догадалась, в чем дело... «Сколько еще боли принесут нам эти чужаки?» - со злым отчаянием подумала девушка.

- Папочка ведь придет? - в глазах девочки - страх и надежда.

- Обязательно, - ответила Оксана, стараясь сдержать дрожь в голосе. - Обязательно...

Среди деревьев уже можно было рассмотреть замаячившие впереди стены Форта - наконец-то! Кирилл облегченно вздохнул, теплый воздух белыми кристалликами застыл на наружной стороне шарфа.

Через пару минут он уже стоял перед воротами крепости.

- Кем будешь? - грозно поинтересовался дозорный с левой вышки. Парень, размотав шарф, крикнул в ответ:

- Гонец! Кирилл... кхе! Иванов. Я с ТЭЦ вернулся, по поручению туда мотался!

Поселок на месте бывшей ТЭЦ всегда был надежным союзником прибрежного Форта. Постоянные нападения аборигенов слишком выматывали фортовцев, и, если бы не помощь тэцовчан, могло бы быть гораздо хуже.

Кирилл вздрогнул, вспоминая нападения аборигенов на Форт. Тогда он, как и все боеспособные жители Форта, занимал место на одной из стен крепости...

Стрелы давно уже не пугали аборигенов, а хранящиеся на складе автоматы берегли на самый крайний случай - патроны-то не бесконечные, а новые взять неоткуда. Стрелы пробивали обезьяноподобных существ насквозь, но те словно не чувствовали боли, и, как одержимые, продолжали атаковать, пока не падали замертво. Словно воины, бьющиеся за жизни близких, готовые умереть, но поставившие перед собой цель забрать с собой как можно больше врагов... Совсем как люди. Может, и правда они от людей произошли?

Кириллу довелось как-то раз полистать книгу об эволюции человека. На одной из картинок он видел полулюдей-полуобезьян, очень похожих на тех, что приходят из тайги и раз за разом атакуют Форт...

- Гонец, говоришь? Ну, может, оно и так, но пропуск и документы - в обязательном порядке!

- Да знаю я! Ворота откройте, изверги, я сейчас тут в ледышку превращусь!

Ворота медленно, со скрипом, отворились, и перед Кириллом предстала пустынная улица. Путь преграждал шлагбаум. Из коморки справа от шлагбаума вышел молодой парень.

- ДокУменты, пожалуйста, - попросил он. Кирилл, стащив с руки рукавицу, расстегнул ватник, пошарил во внутреннем кармане, и протянул привратнику пропуск и удостоверение.

Тот, изучив документы, вернул их владельцу, а затем подошел к шлагбауму и потянул за кончик веревки, развязывая узел. Когда узел, наконец, поддался, под действием противовеса металлическая труба шлагбаума поехала вверх, освобождая путь гонцу.

Горячий грибной чай приятно обжег рот, согревающая волна прокатилась по телу. Кирилл наконец-то сидел дома, пил грибной отвар, закусывая сухарем. Когда он выпьет чай, то наконец-то ляжет в постель и выспится, а адресованное начальству письмо подождет до завтрашнего утра.

Но, поскольку, как известно, самый нерушимый из всех законов мироздания - это закон подлости, в дверь постучали. Причем постучали нетерпеливо. Кирилл с неохотой поднялся со стула, подошел к двери и отворил.

На пороге стоял легендарный воин Форта, Дмитрий. Высокий, широкоплечий. Окладистая борода посеребрена инеем. Вот только одет он был несколько не характерно для себя - в самой обычной фуфайке, теплых штанах и валенках. Однако не узнать его было сложно... Кто-то ему завидовал, кто-то - чуть ли не боготворил. Притом, что авторитет Дмитрий имел немалый, он им практически не пользовался в своих целях, оставаясь для всех фортовцев своим в доску. Вот уж кого не ждали, так не ждали...

- Ты - гонец? - басовито спросил воин. - Кирилл... Правильно?

Кирилл молчал, будто язык проглотил. Парень растерялся, совершенно не зная, что ответить.

- Я зайду? - поинтересовался незваный гость. Кирилл молча кивнул и отошел от двери. Воин вошел, разулся и присел на стул.

Кирилл закрыл дверь и вернулся за стол, и словно только сейчас вспомнил о гостеприимстве.

- Чаю налить?

- Пожалуй, я откажусь, - покачал головой Дмитрий. - Я вот зачем к тебе пришел: ты ведь недавно в Форт возвратился?

- Угу, только-только с ТЭЦ вернулся, фенакодуса в конюшню отвел...

- Да я не про то, - Дмитрий отмахнулся. - Ты, когда возвращался, следов, случаем, никаких не замечал?

- Ммм... - Кирилл задумался, вспоминая. - Ага, точно! Видел вроде, да только необычные какие-то... вроде как телега проехала, но след от колес шире, глубже, и с рисунками замысловатыми...

- О том толкуешь, парень, - воин довольно кивнул. - Это следы вездехода. Были когда-то такие шедевры конструкторской мысли, и сейчас они есть, но их по пальцам пересчитать можно, раз, два - и все... У нас пара стоит, да только они разве что на запчасти разные годятся... Так вот, о чем говорю. Сегодня с утречка сюда, в Форт, чужаки пожаловали. На нас не похожи, в камуфляж выряжены, милитаризованные все... - и осекся: - Да ты, я смотрю, ни слова не понимаешь...

- Нет... - признал Кирилл. - А зачем приходили-то?

- Да уж ясно, что не чаи гонять. Дань собирать приехали.

Кирилл хмыкнул, а на лице Дмитрия ни один мускул не дрогнул.

- Я тут шутки рассказываю, что ли? - Кирилл в ответ сглотнул и покачал головой и спросил:

- Но как они за стену-то проникли? Как же вооруженным чужакам ворота открыли?

- Представились союзниками, что пришли, мол, из Екатеринбурга... Охренеть, сколько ж это они шли? А, неважно. Так вот, о чем толкую-то: Сторожевые, значит, повелись на такую уловку... Олухи царя небесного! Ну, кто-то из чужаков светошумовую швырнул на вышку. Шибануло знатно, аж Семка, у костра гревшийся, откинулся. У него, говорят, сердце слабое было, да и болел он сильно в последнее время... А дочурка его на улице чуть не замерзла, хорошо, девки ее нашли да к медикам отвели.

- Печально. А зачем вы, Дмитрий, ко мне пришли? Чем я помочь-то могу?

- Ты уже помог, на том тебе спасибо, парень, - богатырь встал, протянул огромную пятерню Кириллу, тот ответил рукопожатием.

А незваный гость обул свои огромные валенки и вышел - как будто и не было никого.

Кирилл, допив уже порядком остывший чай, поставил кружку на стол и приложил руку ко лбу проверяя есть ли температура. А то вдруг, глюки!

Глава 3. Вече

ГЛАВА 3. ВЕЧЕ

Наутро его разбудил неистовый рев толпы и многоголосый воинствующий клич за дверью.

Отчаянно зевая, Кирилл встал с кровати, плеснул в лицо холодной водой из умывальника. Под доносящиеся с улицы крики уснуть было невозможно при всем желании, а потому парень нехотя оделся и вышел из квартиры.

Жилище Кирилла располагалось на втором этаже дома, дверь выходила на балкон-коридор, с которого открывался вид на «площадь», сегодня запруженную народом - из-за небольших размеров «площади» люди заполнили ближайшие улицы, кто-то забрался на крыши домов, кто-то сидел на заборах...

С крыльца здания администрации глава Форта, Денис Алексеевич Костенко, рассказывал фортовцам о большой куче дурно пахнущей субстанции, в которую они все влипли:

- Они пришли к нам с недобрыми намерениями - чтобы лишить нас запасов! - толпа в ответ взревела. Когда негодующие выкрики затихли, Денис Алексеевич продолжил: - Чужаки обещали вернуться, но, если мы не соберем дань, они заберут у нас женщин или детей, а может, и всех сразу!

Кирилл заметил, что из-под косо сидящей шапки главы Форта выбивается бинтовая повязка.

- И что же нам делать? - спросил кто-то в толпе, когда очередная волна возмущенных криков спала.

- А ничего, - на крыльцо поднялся Дмитрий. - Мы будем атаковать. Но для начала стоит узнать, где обосновались чужаки. Мы должны вычислить их базу, или, хотя бы, стоянку. Ну как, добровольцы будут?

Ответом ему была тишина. Какое-то время были слышны перешептывания, но все довольно быстро замолкли.

- Значит, придется урезать вам паек, - подытожил воин.

- Нам и так жрать нечего! - протестующе крикнул кто-то. - А вы - «урезать»...

- Это не обсуждается, - буркнул Костенко. - Нам молодые нужны, а старики пусть дома сидят.

- Погодите вы, - досадливо отмахнулся Дмитрий. - Ну что, если у нас нет добровольцев - значит, мы пройдемся по списку!

- А почему военнообязанные не идут вместо нас? - не сдавался неизвестный, протестовавший против урезания пайков.

- Да потому что в Форте военнообязанные все, кто способен в руках оружие держать, кроме детей и стариков, разумеется. Али забыл, что, как аборигены из лесу прут, так все на стены встают, и мужики, и бабы? - богатырь сурово сдвинул брови. - И вообще, если другие люди за вас жизни отдают, вы должны им той же монетой отвечать, не так ли?

- Умеет выкрутиться, чертяка! - досадливо вздохнул протестующий. - Ладно, я иду.

Через пару минут из толпы вышел второй, третий...

Дмитрий вместе с отрядом добровольцев - а их набралось чуть больше двадцати человек - отправился на склад.

Склад располагался в бывшем малом турбинном цеху. Чуть ли не до потолка громоздились какие-то коробки и ящики. Рядом стояла пара цистерн с неизвестным содержимым, накрытых фанерой. Освещалось помещение несколькими керосинками, слабый свет которых придавал складу несколько зловещий вид.

- Итак, бойцы! Сейчас вам будет выдано оружие, после чего мы пойдем пристреливать оружие под каждого.

- А что за оружие, можно поинтересоваться? Автомат? Пистолет? - спросил один из добровольцев, немолодой человек, имеющий отличительную примету - грязную, свалявшуюся комками бороду. От человека разило потом и перегаром.

- Тебе какая разница, дед? Что дадут, тем и будешь биться! - ответил Дмитрий. По отряду прокатились смешки. Впрочем, одного красноречивого взгляда воина хватило, чтобы они тут же стихли.

Взяв в руки рыжий от ржавчины лом, воин отодрал крышку одного из ящиков. Отложив инструмент, Дмитрий аккуратно извлек из ящика тяжелый деревянный арбалет.

- Только аккуратнее, оружие казенное, - предупредил он, раздавая добровольцам арбалеты.

- Так мы ж на бой идем, а не цветочки сажать! - хмыкнул бородатый. - Естественно, что сломаются они, ну, или поцарапаются.

- В бою хоть в качестве дубинок их используйте, - махнул рукой Дмитрий, - но до боя - беречь, как зеницу ока! Всем ясно?

- Ага...

- Угу...

Воину это не понравилось. Сурово зыркнув на добровольцев, он распорядился:

- Болты арбалетные берите, и валите по домам.

Не любил Дмитрий такого отношения к делу - здесь серьезная ситуация, а эти - «ага... угу...».

Мужики, что-то недовольно ворча себе под нос, разобрали оружие и разошлись. А спустя пару минут дверь склада снова заскрипела, и на пороге замаячил еще один человек.

- Ты, что ли, гонец? - разглядел визитера Дмитрий. - Ну, заходи, раз пришел.

- Я c вам иду, - неожиданно выдал парень. Дмитрий усмехнулся:

- Вот так новости. И куда?

- Как куда? В лагерь чужаков...

- У тебя своя работа, малец!

- Я могу вам пригодится! - не сдавался Кирилл.

- Чем? - резко посерьезнел Дмитрий.

- А... я не знаю... - растерялся рвущийся на передовую парень.

- Посмотрим.

- Нет! Только через мой труп!

- Пап, какого черта? - зло поинтересовалась Юнона. - Я хочу защищать наш Форт вместе со всеми!

- Сдурела девка... - пробормотал Костенко. - Ты вообще понимаешь, что я буду чувствовать, если с тобой что-то случиться?

- Так, да? - девушка капризно надула губы. - Форт защищают все. Когда нам грозит опасность, все на защиту встают, более того, ты сам их на стены посылаешь! А ведь там не только мужики, там и женщины... А ты хоть раз думал, что будут чувствовать их отцы, мужья, дети, если их там убьют?

- Это другое, дочка... Людей-то не слишком много, потому и идут все, кто оружие в руках держать может...

- Так почему я должна отсиживаться дома? Или ты считаешь, что можно всех угробить, но я должна сидеть в безопасности? И все потому, что ты - глава Форта, а я - твоя дочь? Нет, дак дело не пойдет! Я - такая же женщина, как и остальные женщины Форта, и я не собираюсь отсиживаться в сторонке, пока другие жертвуют собой! - выговорившись, Оксана резко развернулась и удалилась в свою светелку, от души ахнув за собой дверью.

- Совсем от рук отбилась, - буркнул себе под нос глава Форта.

На сторожевой вышке загудел тревожный рог. Печально знакомый каждому фортовцу звук, означавший: аборигены идут!

Небольшой отряд обезьяноподобных и вправду двигался к стене. Надо сказать, подозрительно медленно, и в этом явно было что-то нечисто. Ведь всегда, когда мутанты нападают, они делают это быстро, двигаясь не пешком на двух ногах, а прыжками на четвереньках.

Над Фортом повисла мрачная тишина, готовая смениться бурей. Поднявшиеся на стены фортовцы неотрывно смотрели на аборигенов.

От вражьего отряда отделился один абориген, по-видимому, вожак, медленно сделавший несколько шагов вперед.

- Мы прийти к ва-ам с мир, - проговорил он низким рыкающим голосом. - Нам нужен ваш-ша помощь.

- А с чегой-то мы вам помогать должны, после ваших постоянных атак на Форт? - вопросил малость прибалдевший дозорный с левой вышки.

- И вообще, может, мы вам ворота откроем, а вы нас поубиваете на хрен... - добавили с правой вышки.

- Ньет, - парламентер тряхнул головой. - Мы хотеть, что... чтобы вы помог нас.

Странновато, кстати сказать, он выглядел: в отличие от черных или темно-рыжих соплеменников шерсть переговорщика была ярко рыжей. Он заметно прихрамывал, ковыляя к воротам.

- Я войти один. Я обсуждать вместе с вас наш... условие, - ломаный русский язык резал слух фортовцам, абориген, к тому же, говорил медленно и постоянно запинаясь, чем изрядно надоел дозорным. И, похоже, по-русски понимал только он - остальные мутанты и ухом не повели, пока переговорщик говорил.

- Только ты один! - сурово кинул дозорный. - И не балуй, а то сразу ежиком сделаешься!

Стоявшие на стене защитники Форта нацелились на рыжего. Тот медленно брел к воротам, пошатываясь, как будто он был болен или ранен. Здоровые аборигены настолько ловкие, что могут преодолеть до пяти метров одним прыжком, а этот еле-еле ногами перебирал.

Ворота медленно открылись, пропуская парламентера внутрь. Тот, сделав еще несколько шагов, снова пошатнулся и упал бы, не подхвати его под руки два фортовца. Абориген жестко кашлянул и обмяк в руках бойцов...

Глава 4. Союзники

ГЛАВА 4. СОЮЗНИКИ

- Пульс нормализуется... дыхание в норме... он приходит в себя!

Мутант открыл глаза и обвел помещение мутным взглядом. Едва он попытался встать, как его тут же вывернуло какой-то воняющей гнилью мерзостью.

- Вот черт! - вскрикнул фельдшер. - Вполне предсказуемо. Сестра!

Фельдшер был одет в простую фуфайку, имеющую отличительную черту - на левом плече имелась выцветшая нашивка с красным крестом.

- Что с ним? - встал со стула Дмитрий.

- Он был серьезно ранен. А вы что ожидали? Что его радугой вывернет?

- Попросил бы не дерзить, фельдшер, - прогудел неизменный в лице воин.

В комнатку вошла светловолосая девушка, убравшая все что «выплюнул» рыжий.

- Думаю, он еще не готов к расспросам, ему отдохнуть бы...

- Нет, - отрезал Дмитрий. - Многое на кону!

- Но он вряд ли сможет вам что-то сказать...

- Уйти... - на полуслове перебил фельдшера абориген. - Ты... док-тор, уйти...

Медик хотел было возразить, но махнул рукой и вышел из палаты.

- Мне просить прощение. Мой племя хотеть был забрать у тебя ваш крепость.

- А кому б ни хотелось? - усмехнулся богатырь, глядя в желтые глаза мутанта.

Абориген хмыкнул, оскалившись желтыми пеньками зубов вместо клыков. Он попытался сесть, но как только он сел, его вновь вывернуло, теперь уже на пол. Вновь дыхнуло гнилью, богатырь слегка поморщился.

«Что ни жрут? Воняет как...» - пронеслась мысль в голове у Дмитрия.

- Мы не причинить вас горя сегодня. И завтра. Если вы нам помочь...

- Чем? Выкладывай, - несколько нетерпеливо потребовал воин.

- Да... я рассказать, - волосатый помассировал виски, напрягая лицо. - В наш дом прийти человек с железным плюющийся смертью оружием. Он убить семь семей, после чего задушить моя дочь. - Уникальная боевая машина из крови и плоти вдруг жалобно всхлипнула, совсем как ребенок. - Я ее любить... Он сказать, что вскоре вернуться снова. Еще он говорить нам, чтобы ми собирать все ценный вещь к его прибытие.

- Он говорил, как его зовут?

- Да... что-то на «з», вродье. Зан... Зак... Гзак, да! Гзак.

- Отдыхай, - приказным тоном велел аборигену Дмитрий, и тот перечить не стал. Все-таки он сейчас не вояка, и позорную затрещину получить не хотел.

Богатырь вышел из комнатушки и покинул здание больницы.

На улице начиналась буря.

Звонко свистнув, воин подозвал к себе солдата с арбалетом на бедре и колчаном за спиной. Услышав свист, тот сначала убедился, что это адресовано ему, ткнув себя в грудь, и затем подбежал к воину.

- Прикажи впустить.

О чем говорит Дмитрий, солдат сразу понял. Ведь слухи-то, как известно, очень быстро распространяются...

- Есть! - и боец убежал, скрывшись за пеленой снега.

Аборигены были вооружены кто чем: дубинами или луками.

В помещении, где приютили неожиданных союзников, стоял запах пота. Было душно. В комнатке негде было яблоку упасть.

- А почему их так мало? - спросил Дмитрий у вожака аборигенов - Крамола, которому, по всей видимости, стало лучше.

- Все погибнуть, - рыжий скорбно покачал головой. - Остаться сорок шесть соплеменников, среди которых половина женщины и дети.

- А что, никто по-нашему не говорит?

- Не-ет, только я. В детстве увлекаться людская история. Вот выучить немного слова. Но в племя я не говорить на русский.

Из всего сказанного Крамолом Дмитрий понял только общий смысл.

Богатыря замутнило, и он вышел из комнаты подышать. Воин глубоко вздохнул, выдохнул...

- Дмитрий! - послышалось слева, к воину бежал начальник безопасности Алексей Фирсов. - Дмитрий! Костенко требует выходить! Они возвращаются!

- Что за?.. - недоуменно воскликнул воин, развернувшись, открыл дверь и скомандовал:

- Выходим!

На богатыря уставились непонимающие взгляды. Догнав сказанное, Крамол что-то прорычал своим соплеменникам, и те уже закопошились.

- Быстро!

Глава 5. Не ждали…

ГЛАВА 5. НЕ ЖДАЛИ…

Улитками ползли минуты томительного ожидания.

На стенах Форта погасли факелы, ради столь серьезного дела защитникам даже выдали автоматы - ясно было, что стрелами врага не возьмешь. Над Фортом сгустилась темнота, освящаемая лишь бледным светом звезд да белым снегом...

В полной тишине отлично было слышно рокот моторов, темноту прорезал свет фар.

- Вот они!

- Далеко еще... Подпустим их ближе.

Свет фар приближался, уже стали различимы силуэты чужаков...

- Огонь!

Грянул залп. Послышались металлический звон, скрежет, визг рикошетов, истошные крики - похоже, кому-то из врагов досталось на орехи.

С небольшим опозданием огонь открыли чужаки. Как ни странно, никто из фортовцев не пострадал - чужаки, не видя обороняющихся, просто палили в сторону Форта, а те дураками не были и постоянно меняли позиции. На вышках никого не осталось, все укрывались за бетонным парапетом, ограждающим внешнюю сторону стены.

- Готовьсь... Огонь!

Вновь грянул залп - фортовцы дождались, когда магазины автоматов агрессоров опустеют, и снова дали залп. Очередями не садили, патроны экономили - чай, не бесконечные, а новых потом неоткуда взять будет.

Снова послышались крики. У фортовцев было преимущество - на фоне темно-серых стен и темного неба их практически не было видно, а вот чужаки выделялись на снежном фоне, да еще и сдуру не додумались фары выключить.

- Готовьсь... Огонь!

Но как только фортовские стрелки высунулись из укрытий, на них обрушился свинцовый шквал. Теперь крики слышались уже на стене. Чужаки оказались хитрыми чертями - пока несколько человек тщетно стреляли по стенам, остальные не тратили патроны, выжидая, когда первым придется перезаряжать оружие, и фортовцы высунутся для очередного залпа. Но и часть фортовцев успела выстрелить в ответ...

Пока суд да дело, на стенах появились арбалетчики. Наконечники болтов обернули тонкими полосами просмоленной ткани и подожгли.

Залп! На стене словно пламя вспыхнуло, оранжево-багровым вихрем двинувшись на чужаков. Те даже не поняли в начале, в чем дело, даже несколько растерялись...

Ни секунды не медля, фортовские стрелки дали еще один залп - последний...

Когда погасло пламя, небольшая группа разведчиков выдвинулась за пределы Форта, освящая себе путь факелами.

Дрожащий, неверный свет факелов выхватывал из темноты стволы деревьев. В желто-оранжевых отблесках темные пятна на снегу становились кровавыми пятнами и трупами агрессоров. Те еще сжимали в сведенных предсмертной судорогой руках автоматы...

Однако обнаружились и еще живые враги. Раненые. Кто-то из них даже пытался просить о помощи, но разведчики хладнокровно добивали чужаков. Оружие и боеприпасы собрали, обыскали вездеходы.

- Он здесь! - крикнул один из разведчиков.

Остальные двинулись на звук. Как оказалось, находка оказалась удачной...

На снегу, захлебываясь собственной кровью, корчился воевода чужаков, Гзак. Похоже, чужаки просто не ожидали столь яростного отпора, а потому Гзак не надел ни бронежилета, ни кирасы - и вот результат: арбалетный болт легко пробил теплую куртку, а заодно, похоже, и легкое.

- Помогите... - просипел поверженный враг, протягивая к разведчикам руку.

- Ага, сейчас, только шнурки поглажу! - ухмыльнулся обнаруживший его разведчик, занося приклад для удара...

Очнулся предводитель отряда чужаков в каком-то неизвестном месте.

Как только он попытался поднять голову и открыть глаза, в лицо чем-то ударили. Он попытался приложить руки к лицу, но обнаружил, что они у него скованны.

- Кто вы? - в голове была каша, и он ничего не понимал. - Где я?

Опухший левый глаз превратился в щелочку.

- Я тебе сейчас все расскажу! Кто мы, расскажу, кто ты, тоже расскажу! - невидимый до поры человек вышел на свет. Рослый бородатый мужчина недобро посмотрел на пленника. Короткий замах. Удар. Пленник едва снова не отключился из-за дикой боли в груди - надо сказать, что и болт вытащить никто не удосужился...

- Что... вам... надо? - прохрипел Гзак.

- Ты мне нравишься, парень! Нам нужно знать где ваша база, или что там?.. Не волнуйся, ты все равно в ближайшем будущем преставишься, так что ничего от твоего «бугра» тебе не будет.

Однако Гзак не обратил внимания на сказанное.

- Да пошел ты... - и сплюнул на пол кровь.

Парень был не робкого десятка! Только, неожиданно для пленного, повторного удара в живот не последовало.

- Думаешь, бить-пытать буду? - недобро усмехнулся воин. - Нет, не буду. Но голодом и жаждой выморю! Будешь завидовать тем у кого мы жизнь забрали сразу, даже боли не почувствовав, не почувствовав запаха смерти! Тебе везет меньше, Гзак. Ты будешь заживо гнить, и, заметь, так и будешь сидеть здесь, один, просиживать гнойники на заднице! Помирать - так с песней! Правда, песня та из стонов твоих будет.

Гзак не смог выдержать такого морального прессинга - не слишком-то крепок орешек оказался, в момент треснул - и сдался:

- В Оби! Город был такой, сейчас у нас там лагерь. Там у нас все! Техника, оружие.

- Я же говорю, нравишься ты мне! Сколько человек на КПП?

- Человек семь только на одном. Там их всего четыре. Ночью они включают прожектора. Отпустите меня!

- Куда? - удивился воин, доставая из кобуры трофейный ПМ. - Я свободы не обещал! Я обещал быструю и безболезненную смерть!

Хлопок.

Голова командира агрессоров откинулась назад, выпуская из затылка кровавый фонтан.

- Хотя ты ее и не заслужил.

Глава 6. В путь

ГЛАВА 6. В ПУТЬ

- Совсем дурная выросла, - сетовал Денис Алексеевич. - И в кого она упертая такая? Мать ее тихой, скромной была...

- Да в тебя, мил дружок, в тебя! - ответила бабка Настасья, трудившаяся у главы Форта на хозяйстве.

Для Костенко бодрая старушка была не прислугой, а полноценным членом семьи. Она появилась в его доме незадолго до рождения Оксаны, помогала по хозяйству. А после того, как жена Дениса Алексеевича скоропостижно скончалась от какой-то болезни, Настасья Савишна стала нянькой для его дочери, превратившись для девочки практически во вторую мать. Бабка так же относилась к Костенко, как к родным - ее муж умер давно, единственный сын погиб во время атаки аборигенов на Форт, а внуков не было...

- Эх, права ты, Савишна... - вздохнул глава Форта. - Вот только что с ней делать, как остановить? Она ж, дуреха, на передовую рвется! Мол, раз остальные бабы за оружие берутся, так и она с ними.

Сам Денис Алексеевич, если того потребовали бы обстоятельства, мог бы расстаться и со своей жизнью, и пожертвовать жизнями части защитников Форта, но жизнь дочери имела совершенно иной статус.

- Горячая голова - в тебя вся, - подмигнула бабка. - Вот только права девка, хоть ты тресни. Сам подумай - ежели чего, так все бабы молодые да девки Форт защищать идут, а твою нельзя пускать. Вот и получается: всех гробить можно, а дочку главы нельзя. Нехорошо получается, как бы промеж людей брожения не начались...

Денис Алексеевич не нашелся, что ответить. Без сомнения, опять старушка была права - но каково было это признать?

Дочь на завтрак не явилась - впрочем, Денис Алексеевич не особо волновался по этому поводу. Оксана часто выходила в лес за пределы Форта. Раньше за это отец устраивал девушке грандиозные выволочки, но постепенно смирился - если Юнона чего-то вбила себе в голову, то нипочем это оттуда не вышибешь. Единственное, что Костенко смог сделать для безопасности дочери - раздобыть для нее пистолет.

- Ой, чегой-то народ расшумелся, - Настасья Савишна аккуратно поставила кружку на стол. - Иди, глава Форта, тебя все ждут.

Собрание в этот раз вышло коротким, говорили мало, зато по существу. Подвели итоги последним событиям и ночной битве, приняв решение: немедленно нанести ответный удар. В этот раз отряд добровольцев получился несколько больше, для передвижения отряда предлагалось воспользоваться трофейными вездеходами.

...Стена родного Форта исчезала за частоколом деревьев. Кирилл, не отрываясь, смотрел на мощные стены, свой дом. Увидит ли он снова эти стены? Когда гонец носился по поручениям в союзные поселения, он ни разу не испытывал такой ноющей, грызущей тоски - как будто уходил в последний путь...

И сейчас он не мог оторвать взгляда от исчезающих за частоколом деревьев родных стен, от всей души надеясь, что видит их не в последний раз.

Вереница вездеходов неспешно ползла среди леса, издаваемый машинами шум, наверное, перебаламутил всю окрестную тайгу. Кирилл страдальчески скривился.

А вот и ТЭЦ - стоило вездеходам приблизится, как на стенах и сторожевых вышках послышались выкрики и резкие команды, многократно повторяемые эхом, и на бронированные бока вездеходов обрушился дождь стрел - стало быть, и тут чужаки побывали.

Колонна остановилась, водитель одного из вездеходов вылез из кабины, и, размахивая руками над головой, сделал несколько шагов в сторону ТЭЦ, матеря защитников поселения на чем свет стоит.

Высказав все, что думает о защитниках ТЭЦ, водитель снова полез в вездеход.

- Придурки, - буркнул кто-то. В ответ послышались смешки.

Колонна двигалась по улице мертвого города.

Дома здесь были весьма примечательными - не такие, как в Форте или ТЭЦ. Они были гораздо больше и в разы выше. Давным-давно, во времена Последней Войны, эта часть города пострадала наиболее серьезно, а потому многие здания были наполовину разрушены и глядели в небо, как гнилые клыки. Стены опутывала сеть трещин или сухого вьюна.

Вездеходы лавировали среди ржавых остовов автомобилей, замерших навсегда два века назад. Странно, почем до сих пор отсюда все не растащили? В хозяйстве, как говорится, все сгодится, а на руинах мира привередничать не приходится...

Житейские размышления немного отвлекали от мысли, точившей Кирилла, словно червь яблоко: а что, если их план провалится? Что, если их раскроют?

Они, считай, сидели в брюхе «Троянского Коня». Конечно, на коней вездеходы похожи мало, да чего уж там - не похожи вообще, но главное в этом сравнении - смысл. Было ведь принято решение приблизится к городу под видом чужаков - авось, за своих примут! Тем более и машины, и форма, и оружие принадлежали безвременно почившим под стенами Форта агрессорам. Вот и решили попробовать таким макаром пробраться на базу чужаков. Почти как в древней легенде о Трое...

Кирилл невольно улыбнулся своим мыслям. Эту легенду он знал - она была одной из его любимых историй, которые рассказывал когда-то маленькому Кириллу покойный отец.

Вездеходы свернули с бывшего дорожного кольца на одну из улиц. Эта дорога оказалась несколько уже, но и остовов автомобилей на ней было гораздо меньше. Стало быть, и двигаться колонна сможет быстрее.

Убаюканный монотонным тарахтением мотора и мерным покачиванием кузова, Кирилл задремал.

Проснулся он от сильной тряски.

- Где мы? - зевнул парень.

- Едем еще, Киря, по железке решили! Гляжу и удивляюсь - чего она еще цела-то? Шпалы-рельсы, все на месте! Ничего, еще минут сорок и все, - ответил бородатый мужик, сидящий в самом углу кузова, поглаживая ружье, будто ребенка.

Пока ехали по железной дороге, Кирилл не видел вагонов, которые должны были стоять тут и там. Впрочем, что в этом удивительного? Разобрали все давно. Ведь это, если подумать, сколько всего полезного можно на железке найти!

Вдруг машина остановилась и заглушила мотор. Из «головы» колонны послышался сигнал.

Кирилл выпрыгнул из кузова, размял затекшие мышцы, а затем постарался разузнать, что стало причиной остановки. Вряд ли передышка - все-таки они спешили.

Ответ нарисовался сам собой: путь преграждала небольшая, в два человеческих роста, обитая железными листами стена, справа от машин Кирилл заметил поеденные ржавчиной, но еще прочные ворота с исшаркавшейся надписью «УХОДИ!».

Стало быть, окопался тут кто-то необщительный. Однако Дмитрий настырно долбил по воротам кувалдами-ручищами, зачитывая речь на тему «открывайте, мы с миром!» - правда, щедро пересыпанную матерщиной.

Одна створка ворот с натужным скрипом приоткрылась, и на воина исподлобья глянул... монстр. Этот великан, ростом превосходивший Дмитрия чуть ли не вдвое, не походил ни на человека, ни даже на аборигена.

- Чегой надоть? - тон его не предвещал ничего хорошего.

- Нам бы проехать, - ответил Дмитрий, ничуть не испугавшись ни габаритов монстра, ни угрожающего тона. - Напрямик и не задерживаясь.

Гигант почесал голое, покрытое шрамами и ожогами брюхо. «Как же он от холода не окочурился?» - невольно пронеслась в голове Кирилла мысль при взгляде на монстра. Ему-то в теплой куртке холодно, а этот чуть ли не голышом! С аборигенами понятно - у них шерсть и жировые отложения...

Бугай гулко ухнул и исчез, закрывая за собой створку ворот. Дмитрий пожал плечами. Как только воин направился к вездеходу, ворота снова приоткрылись.

Вышел уже знакомый бугай, а следом, резко контрастируя с габаритами великана, семенил карлик. Лицо его напоминало какое-то подобие каши, будто ему несколько раз саданули ребром лопаты по морде. Он, кстати, в отличие от бугая, был одет «по сезону» - из-за этого он напоминал укутанного в пеленки грудничка-переростка с омерзительным лицом.

- Что вам надо? - просипел «гном», с подозрением разглядывая воина.

- Нам бы проехать, - повторил тот.

- А почему бы вам не объехать? - карлик был чуть выше колен Дмитрия, поэтому, выражая уважение перед этим типом, воин присел на корточки.

- Вооружены?

- Естественно, - Дмитрий кивнул. - Как же нам без оружия-то вдаль?

- Что везете? - это уже напоминало допрос.

- Ни что, а кого! - поправил воин. - Людей мы везем.

- Открывай, - велел карлик кому-то за воротами, затем протянул Дмитрию четырехпалую ладонь: - Омис.

- Дмитрий, - представился в ответ воин, осторожно пожимая лапку «гнома» - не сломать бы!

- Хорошо, Дмитрий, мы пропустим вас, но вы должны преодолеть наше поселение за двадцать минут и никогда здесь больше не появляться, вообще забыть о нас.

- По рукам!

Все же воина насторожило то, что вопрос был улажен за пару минут. Если бы не спешка, Дмитрий наверняка бы припомнил древнюю поговорку - «Бесплатный сыр бывает только в мышеловке».

- «Братство Хаммера» открывает пред вами свои двери! - выкрикнул Омис. Снова раздался натужный скрип, и ворота открылись - теперь уже на полную.

Глава 7. Братство Хаммера

ГЛАВА 7. БРАТСТВО ХАММЕРА

- Добро пожаловать! - любезно пригласил Омис, отходя в сторону.

Дмитрий забрался в вездеход и приказал:

- Давай, трогай!

Заревел мотор, машину пару раз тряхнуло, и она медленно въехала в открывшиеся ворота, за ней сразу же двинулась колонна.

Кирилл, слышавший переговоры, поежился:

- Мне это не нравится.

- Да ладно тебе, пропустили же! - фыркнул другой доброволец, похоже, ровесник Кирилла.

- А ну, цыц, малой, Кирилл дело говорит! - вступил в разговор кто-то из старших. - Легко слишком они нас пропустили, слишком быстро!

- Главное ведь - пропустили! - не унимался «зеленый».

С начала похода не проронивший ни слова худой паренек, лицо которого закрывал шарф, оставляя только глаза, провел ладонью на уровне подбородка. Кирилл, знакомый с языком жестов, знал, что этот жест означает «Дурак!».

Вот странное какое-то это «Братство». Ни КПП, ни вышек сторожевых. Дело уладили без денег, без ругани, без боя... ну не может такого быть в принципе!

За стеной было чисто, в смысле того, что снега в поселении не было, будто сила какая-то уносила весь падающий на городок снег в заросшие сухими деревьями и мхом руины города. Снег был только на крышах стоящих стена к стене бараков, да и то тонким слоем. Такого в Форте не было. Там каждая улица была завалена сугробами.

На улице никого не было, что было еще страннее. И от этого было жутко, страшнее, чем на некоторых считавшихся опасными улицах Форта, где почти всегда было пусто, но никогда не знаешь, что у тебя за спиной или за углом...

- Газуй! - велел Дмитрий, настороженный идеальным порядком в поселении Братства. - Нужно побыстрее проскочить это место. Не нравится мне оно, ух! - Дмитрий внезапно встрепенулся.

Машина резко остановилась. Из кабины вывалился водитель. Его рвало. Дмитрий, тихо матерясь, выпрыгнул из машины.

- Что такое? - недоуменно взглянул на вставшего не четвереньки водителя.

- Н... не знаю. Я вроде ничего не ел...

- Да вижу я, желчью рвет. - Скривился в лице воин.

- Дмитрий!!! - послышалось сзади. К воину бежал карлик Омис. Шустрый, однако! Настиг их в полминуты. - Что случилось?

- Не видишь? - зло бросил воин. Водитель, наконец, поднял голову - и тут же снова согнулся пополам, выплюнув желтоватую слизь.

- Может, ему отвара налить?

- Какой отвар? - раздраженно спросил воин.

- Вдруг бы ему лучше стало?

- Спасибо, не надо.

- Как знаете.

- А что у вас тихо так?

- Обряд.

- Какой?

- Вступление малых членов мужского рода нашего поселения в Братство.

- Вот как? А я думал, что у вас все вступают сразу после рождения.

- Не-ет, что вы! - совсем интеллигентно произнёс Омис. - А просвещает наших ребят всеми любимый и уважаемый Галаш!

Дмитрий был удивлен не только сказанным, но и именем «просветителя».

- Галаш - наш шаман и вождь! Если бы не он... - лицо Омиса растянулось в улыбке. Поняв, что Дмитрию это не интересно, он перестал улыбаться.

- Нет, уважаемый Галаш! Это не гости! - после продолжительной паузы ни с того ни с сего произнес Омис.

- Что? - не понял Дмитрий, поднимая с земли ослабшего водителя.

- А? Ах, это я не вам, Дмитрий! Галаш передал мне свою мысль! Он умеет читать наши мысли, и, если нужно, передавать нам свои!

- Телепат что ли? - ухмыльнулся Дмитрий.

- Что, извините? - не понял карлик.

- Ничего, не бери в голову, - махнул рукой Дмитрий, взяв водителя под мышки.

- Хорошо, - вновь произнес Омис, явно адресуя это не Дмитрию. Посадив водителя на пассажирское место, Дмитрий подошел к карлику, протягивая руку, чтобы попрощаться.

- Вы уже уезжаете? - удивился карлик. - Вы не можете, ведь Галаш хочет увидеться с вами!

С небольшого крыльца отличного от всех дома спускался медленными шагами длинный человек, одетый в черный истрепанный балахон, напоминающий монашескую рясу. Его лицо скрывал капюшон.

В голове у Дмитрия прозвучал четкий и красивый голос:

«Как вас зовут, любезный?», - вежливо поинтересовался неизвестный. Воин понял, что перед ним шаман.

- Э... - Дмитрий растерялся, не понимая как ответить - вслух или про себя?

«Можете про себя!» - тут же ответил незнакомец, прочитав мысли воина.

- Д-дмитрий, - заикнувшись, все же вслух ответил воин.

- Очень приятно! Меня зовут Галаш, - он подошел ближе. - Я - шаман. Я посвящаю маленьких ребят в Братство. Но когда вы пришли, мне пришлось отвлечься от своего дела. Вам что-то нужно? Чем сможем, тем поможем!

- Нет, нам ничего не нужно. Мы здесь проездом. Нам в Обь нужно.

- О-ох... отсюда до Оби рукой подать! Вы бы могли у нас отдохнуть, путь все равно займет полчаса.

- Нет, мы спешим, - раздражился Дмитрий.

- Но я не могу вас отпустить! Вы должны здесь остаться, поговорить со мной! - вежливо отрезал Галаш. Лица его видно не было, но Дмитрию казалось, что он видит его сквозь ткань балахона. Вдруг из-под капюшона вылезло два маленьких щупальца, которые, словно руки, сняли с головы шамана капюшон. Дмитрий остолбенел. Вместо двух глаз у него был только один, на лбу. На том месте, где у людей располагались глаза, медленно, будто в танце, извивались два щупальца.

- Чего удивительного, Дмитрий?

Воин не ответил, лишь резко развернулся и запрыгнул на водительское сидение машины... но не прошло и мгновения как он вывалился обратно. В голову ударила пульсирующая боль. Ноги стали ватными. Спустя секунду он уже бился в конвульсиях, изо рта пошла пена.

- Дмитрий! - крикнул кто-то из второй машины.

К бьющемуся телу бросился вождь аборигенов, вскидывая приобретенный в Форте арбалет.

Щелчок. Засвистела стрела.

А дальше наблюдавшим за происходящим показалось, что время остановилось. Арбалетный болт резко застыл в воздухе, прямо перед ухом шамана. Галаш повернулся к стреле, обхватил ее пальцами и сломал, без особых усилий. Обломки упали на промороженную землю.

Крамол скривил недоуменную гримасу. Поскользнулся, проехал на спине по инерции пару метров, и повторил участь воина.

Кирилл, услышав стоны через непрекращающийся гул, выскочил и посмотрел на «головную» часть колонны, и тут же ужаснулся: воин вместе с вожаком аборигенов бились в конвульсиях.

- Я не позволю, чтобы пришедшие ушли так просто! Вы, жалкие людишки, на протяжении ста пятидесяти лет терроризировали наше братство, пока не появился на свет я - шаман Братства Хаммера!..

Хлопок. Голова шамана разлетелась. Тело, содрогающееся в предсмертных судорогах, рухнуло на землю.

Кирилл развернулся и увидел немого парня со снайперской винтовкой в руках, сидящего на корточках у одного из вездеходов. И как шаман его не заметил?

Омис, опомнившись, взревел:

- УБИЛИ! ШАМАНА ГАЛАША УБИЛИ! УБИЛИ!

Дмитрий, отошедший более-менее от ментального удара, что-то буркнул и влез в кабину. Крамол чуть позже опомнился и, забыв про арбалет и про свои болячки, просто влетел в кузов. Вообще удивительно было, что Крамол выжил от такой «встряски».

Кирилл подбежал к стрелку и зло прорычал:

- Ты что наделал?

Парень поднял голову, в остальном не изменив позы. После нескольких секунд молчания он до боли знакомым голосом бросил:

- Я не хотела, да выбора не было.

Глава 8. Старые друзья

ГЛАВА 8. СТАРЫЕ ДРУЗЬЯ

Кирилл, не слишком соображая, что делает, сдернул с лица, как оказалось, девушки шарф.

И опешил: перед ним сидела дочь главы Форта, подруга детства Кирилла. Оксанка-пацанка, как он в шутку ее называл. Как она тут оказалась? Откуда взяла оружие?

- Ну, чего уставился? - беззлобно буркнула она. - Не хотела я шамана валить, пришлось. Впрочем, туда ему и дорога. Шарф отдай!

- А? - очнулся от ступора Кирилл и вернул подруге шарф. - На, держи. Ты что здесь делаешь?

- Гуляю, блин, - Оксана, или, как она сама себя называла, Юнона спешно накрутила шарф обратно. - Не хочу в стороне оставаться, когда такое происходит.

- Угу, - невнятно буркнул Кирилл. - Отец твой знает?

- Конечно, знает! - язвительно ответила девушка. Кирилл досадливо поморщился. С детства он помнил, что Оксане лучше на язык не попадаться. - По доброй воле отпустил!

- Ты же знаешь, что тебе потом за это будет, - Кирилл тяжело вздохнул и полез в кузов.

- Пофиг! - лаконично отозвалась девушка, забираясь следом.

Пользуясь, что остальные вернуться в вездеход еще не успели, Кирилл поинтересовался:

- Как в машину-то попала?

- Пфф, - девушка презрительно фыркнула. - В этом-то ничего сложного не было. Я в лес с утра умотала, как обычно. Подозрений у отца это не вызвало - ты же знаешь, я часто на такие прогулки выбираюсь. А потом переоделась (одежду заблаговременно достала и припрятала), лицо закрыла, и пришла на собрание. Вызвалась добровольцем - меня, к счастью, никто не узнал. Пришлось немой притвориться, общаться жестами, - она хмыкнула. - А там и снаряжение выдали, и оружие чужаков. Вот, собственно, и все.

- А винтовку-то как тебе снайперскую дали?

- Военная тайна, - ухмыльнулась подруга.

- Ладно. Не боись, не выдам я тебя - только, если заварушка будет, в пекло не лезь, хорошо?

- Это почему? - обиженно скуксилась Юнона. Прозвучало совсем как в детстве...

- Это почему? - девочка лет одиннадцати насупилась, сжав кулачки.

- Потому, что ты - девчонка!

- Ну и что? - карие глаза с прыгающими в них чертиками воззрились на Кирилла. - Я тоже хочу с вами из лука пострелять?

- Зачем тебе? Тебе куклы нравиться должны, платья, игры с девчонками, а не оружие.

- А мне нравится оружие! - она уперла руки в бока. - И вообще, я на целый год тебя старше, так что не спорь со старшими!

- Юнона, тебе туда нельзя!

- Это почему? - пятнадцатилетняя Оксана недовольно уставилась на лучшего друга.

- Потому что там опасно, дура! - не выдержал Кирилл. - Это тебе не Форт, а ведь даже в Форте кое-где опасно! А там - звери, там аборигены!

- А чего ж тогда ты в лес собрался? - язвительно поинтересовалась несносная девчонка. - Не боись ты за меня, ты думаешь, я первый раз «на прогулку» выбираюсь?

- Ты что, с ума сошла? Да если отец твой об этом узнает...

- А он знает, - Оксана усмехнулась. - Так что кое-что для подстраховки у меня есть! - она показывает Кириллу самый настоящий пистолет. - Мне его отец дал, когда понял, что переубедить меня невозможно.

- Ого! - только и смог выдать Кирилл. - Ты хоть стрелять из него умеешь?

- Естественно, пришлось научится. Ты бы видел, какую я в прошлом месяце зверину уложила - стра-ашную!

- Ты разоришь Форт на патроны, - по-доброму усмехнулся Кирилл.

- Нет, я экономная. Короче, я на прогулку. Ну что, ты со мной или против меня?

- Пошли уж, - по-братски хлопнув подругу по плечу, мальчишка направился следом за ней к стене.

- Совсем как в детстве... - эхом повторил за мыслью Кирилл.

- Ты тоже вспомнил, братишка? - Юнона улыбнулась. Она уже словно забыла о том, что только что отстрелила голову шаману «Братства Хаммера».

Разговор пришлось прервать - в вездеход вернулись остальные, машина двинулась дальше.

Территорию «Братства» надо было покинуть как можно скорее - это понимали все. Колонна бойко ползла вперед. Кирилл невольно вздрогнул, вспоминая жутковатого шамана - и то, как Дмитрий и Крамол рухнули, содрогаясь в конвульсиях, от одного его взгляда.

Сидящий слева от гонца абориген постоянно порыкивал, чем страшно надоел Кириллу. От мохнатого разило потом, из шкуры на сиденье падали насекомые. Удивительно, просто так, на стенах или под камнями, насекомых не увидишь, а у этого в шкуре... раз, два, три... друг за другом бегут.

Увидев, что Кирилл внимательно разглядывал насекомых, абориген оскалился, и, выловив букашек, отправил их в рот. Кирю передернуло.

Через мгновение вездеход резко остановился. Послышалось громкое рычание, вскрики.

Кирилл, как и все сидящие в кузове, раздраженно вздохнув, выпрыгнул из кузова, снимая автомат с предохранителя. Он успел сделать только несколько шагов, когда увидел нечто, несущееся на него. Скорее рефлекторно, чем осознанно, парень выстрелил в это нечто и отпрянул в сторону.

Ну и чудо-юдо! Подобных существ Кирилл никогда прежде не видел. Слышал, конечно, в детстве рассказы разведчиков об ужасных монстрах, водящихся в лесах... Но ведь он, Кирилл, почти разведчик! И ни разу такого не видал...

Пуля попала в бок зверя, напоминавшего гигантского кабана, но жутко уродливого и с острыми, как у лося, копытами, выбив фонтанчик крови.

- Достали-таки, сектанты хреновы! - крикнул кто-то. - Они эту тварюку из клетки выпустили, сам видел!

Кто-то попал чудищу в переднюю ногу. Кириллу даже стало несколько жаль мутанта, которого только-только выпустили из клетки, а он почти сразу же скопытился. Впрочем, это не помешало парню выстрелить снова - либо они убьют зверя, либо пойдут ему на прокорм. Фортовцы сработали на славу - но даже почти превратившийся в дуршлаг монстр не успокаивался. Даже с перебитыми пулями всеми четырьмя конечностями, щетинистый берсерк затих не сразу.

Юнона в бой все же влезла - правда, как сама призналась Кириллу, в монстра она так и не попала.

- Знаешь, я как-то в очень старой книжке видела такого на картинке. Только он не таким мохнатым был. Он, кажется, назывался ахиро... арихо ... нет, ар-хе-о-те-рий. Ну и чудище... - к вездеходу направились остальные «пассажиры», и девушка поспешила замолчать.

Машины вновь поехали, как ни в чем не бывало. Первый вездеход, выйдя на прямую, начал разгоняться, чтобы пробить впереди маячившие ворота. Шанс, конечно, мизерный, но попробовать стоит, тем более, что ворота были сделаны из тонких железных пластин набитых на деревянную основу.

Перед воротами появился амбал, выставивший перед собой руки в надежде остановить несущийся на него вездеход. Но тщетно - это все равно, что попытаться танк ножом остановить. Машина даже скорости не снизила...

Кровь вперемешку с осколками костей и ошметками мяса щедро обдала и «морду» вездехода, и улицу.

- Какая прелесть! - саркастично фыркнул кто-то.

- Ты зачем воевать поехал, чистоплюй? - резонно поинтересовался второй.

Разогнавшийся вездеход, словно таран, несся на гнилые ворота. Безумие в чистом виде - вот что это было. Но сидящий за рулем Дмитрий даже не думал о находящихся в кузове бойцах.

Мощный удар! Лязг металла. Машина вылетела на заснеженную дорогу. Следом выскочили другие вездеходы, за которыми бежали члены Братства. Машина Дмитрия чуть замедлила ход, подстраиваясь под темп движения остальных вездеходов. Колонна двинулась далее на запад...

Дальнейшее движение преградила высокая конструкция из мусора, остовов автомобилей, деревьев, как-то вырванных из земли с корнями, и трупов - людей, мутантов, даже аборигенов...

Дмитрий вышел из машины, чтобы разглядеть баррикаду, а заодно осмотреться.

К воину кряхтя, подошел вождь аборигенов, оглянув циклопических размеров стену, рыкнул:

- И как же теперь нам попасть за эту стену, в город?

Дмитрий, взглянув на Крамола, произнес:

- Это сооружение здесь совсем недолго стоит. Сооружен он относительно недавно. Явно это не дело рук чужаков. Но что там за стеной, я сказать не могу, сам понимаешь. Но то, что строили не люди - стопроцентно. Теперь нам придется делать огромный крюк, чтобы попасть в город. Не факт, что конец у этой стены имеется.

- Да. Вероятней всего, чужаки укрыться за спинами этого нелюдей.

Дмитрий хмыкнул.

- Верно! Но кто эти самые «нелюди», мы догадаться не можем, так как у нас нет представления, что вообще творится там. Один из разведчиков вчера после «приема» чужаков принес самую что ни на есть настоящую рацию! На собственной спине принес эдакую махину, кэгэ под девяносто! Мы, естественно, пытались выйти на связь с базой чужаков, но тщетно, мы не смогли разыскать их частоту, вероятно, во время боя их радист сбил все частоты, дабы запутать нас. И у них это вышло. Может быть, не получив ответа от - назовем вчерашних агрессоров «сборщиками», - так вот, не получив ответа от сборщиков, и просчитав вероятные ходы, они и канули, «залегли на дно», возможно, спрятавшись за этой самой стеной.

Абориген, явно загрузившийся излишней информацией, стоял, вылупившись глазами на стену.

В лицо воина дул приятный слабый ветер. На улице было не особо холодно, можно сказать, даже жарко. Очень жарко. Дмитрий вспотел, снял шапку.

- Глобальное потепление, что ли? - буркнул он.

- Может быть, - неожиданно почти без акцента ответил Крамол. - Сто пятьдесят лет зима, лето уже пора! Цветы, зелень!.. - вождь удовлетворенно втянул носом воздух. - Красиво! А мне о лете только отец рассказывать, когда я ребенок быть.

- Да, красиво. Но ведь ледниковые периоды могут длиться несколько тысяч лет! А у нас прошло только сто лет! Да и вообще мы не о том говорим, как перебраться туда - вот главный вопрос, - он махнул в сторону руин. - Легче всего будет бросить машины здесь и перебраться через эту стену, благо она покатая.

- Мои братья племени смог бы перебраться через эта стена. Они ловкий, быстрый, почти неуязвимый.

Заинтересованные бойцы из обоих отрядов стали вылезать из кузовов, и тут же пробежались шелестящие шепотки, типа: «Что такое? Чего стоим?» или «Ни хрена себе бандура!»

На покатую стену без спроса и предупреждения лез гонец. Дмитрий, разозленный поступком Кирилла, растолкал всех попавших «под горячую руку», и понесся за ним. Запнувшись об корягу, воин упал на твердый спрессованный в комок остов машины. Дмитрий машинально отдернул ногу от коряги, и уже было, продолжив движение, вновь упал, вновь зацепившись за корягу... ту же самую! Как? Как он смогла тут оказаться? Ведь он пробежал уже прилично от первого места падения.

Она, коряга, будто живая... хотя нет, она и была живая! Она стремительно обмотала левую ногу воина и начала сжимать. Ногу пронзила резкая боль. Дмитрий взвыл, пытаясь отодрать будто прилипший корень неведомого дерева.

Кирилл, услышав вой развернулся. Воин лежал на спине и держался за ногу, а ту окольцовывал живой корень. К Дмитрию сбежались люди.

Гонец, вовсе не беспокоясь о судьбе богатыря, зная его поступки, из которых тому приходилось выбираться самостоятельно, развернулся и взошел на вершину мусорной стены. Кирилл окинул взглядом представший перед его глазами город. Он был в ужасе: все пространство было заполнено разросшимися деревьями, корни которых пульсировали и шевелились, как клубок змей.

От дома к дому свисали лианоподобные вездесущие корни, которые медленно ползли по стенам, забираясь в окна, они так же пульсировали, будто артерии неведомого организма.

На удивление гонца там, в городе-призраке, была зелень! Самая что ни на есть настоящая!

От увиденного у гонца поплыло в глазах.

Из города веяло теплом.

Так вот как выглядит она, финишная прямая!

Глава 9. Техники

ГЛАВА 9. ТЕХНИКИ

Прямо у подножия баррикады шевелились, как змеи, толстые длинные канаты. Канаты ли? Кирилл чуть ли не кубарем спустился вниз. Повесив автомат за спину, он достал из ножен верный меч. Орудуя им на манер топора, он медленно, но верно прорубал себе дорогу. Но чертовы корни достаточно быстро регенерировали утерянные части, поэтому Кирилл прорубал себе дорогу вперед, но отрезал себе путь назад.

Прошло минут десять... нет, двадцать, а может, и все тридцать (по ощущениям Кирилла прошла целая вечность), а прошел парень всего метров сто.

Наконец, показались высотные дома, покалеченные всего лишь временем, а не войной. Для Кирилла это стало в некотором роде стимулом.

Скинув шапку на землю, он вытер испарину со лба и продолжил свое путешествие сквозь чащу живых корней.

Клинок мачете начал тупиться, дорога давалась труднее. Противно пахнущий сок, брызжущий из разрубленный корней, слеплял пальцы не хуже клея. Руки устали, болели натруженные суставы.

Кирилл решился на небольшую передышку. Вытерев рукавом куртки вновь выступившую на лбу испарину, он сплюнул и присел на упавший - или поваленный корнями - столб.

Корни копошились, словно ползли куда-то...

Наступила тишина. Было лишь слышно, как воет спасительный холодный ветер, дувший с востока, с «заснеженной долины». Копошащаяся растительная масса издавала шелест и сочный треск - наверное, это стягивались-растягивались канатоподобные корни.

Присутствовал еще один звук - почти не знакомый, и такой мирный... Кирилл не сразу понял, что это пели птицы.

Парень поднялся и, не желая ждать, продолжил прорубать себе дорогу, чтобы скорее очутится там, посреди этого рая, откуда веяло теплом...

Внезапно по коже пробежали мурашки - он же напрочь забыл о тех, с кем добирался сюда! О Дмитрии, о Юноне, об остальных...Да и вышло так, будто он бросил воина в плену корней... Нет, ему наверняка помогли. Наверняка вытащили.

Наверняка.

- А-а, черт! - вскрикнул Дмитрий. - Эта штука мне сейчас ногу сломает! Помогите, вы! Мечом рубаните!

К воину сбежались все. Вожак аборигенов Крамол, выпустив похожие на маленькие серпы когти, резко дернул корень. Дмитрий, будто по команде, рванулся, отскакивая от «змей» на несколько шагов. Крамол сделал то же самое.

- Что это за хрень? - воин медленно обвел взглядом баррикаду, где стали заметно копошиться змеевидные корни, подобные тому, что секунду назад едва не сломал ногу воину. - Кажется, я начинаю понимать! Крамол, они не за «нелюдями» спрятались... тьфу ты... они вот за кем спрятались, за корнями! Как я понимаю, тот, что меня схватил всего лишь «отросток»! Видишь, какой он маленький по сравнению с остальными. Я даже не могу представить, что творится с другой стороны...

Крамол в ответ лишь рыкнул. Он встал в стойку, готовясь к прыжку. На всеобщее удивление, после всех своих ран вожак преодолел беспрепятственно метров семь. Затем сделал еще прыжок, еще...

Вскоре он скрылся за вершиной груды мусора собранного отовсюду живыми корнями.

Дмитрий ждал, но не знал, чего именно.

Вожак, скрывшись за вершиной баррикады, оглядел руины, перевел дух и осторожно начал спуск вниз.

Он неприятно рыкнул. Прямо по курсу перед глазами извивались вездесущие корни. Сначала оглядев их, он подумал и решил от греха подальше вернуться к остальным, так как он даже не представлял, как он без тесака сможет прорубить себе дорогу.

Абориген развернулся и сделал прыжок обратно на груду.

Дмитрий так и смотрел туда, где минуту назад скрылся вожак аборигенов.

Вдруг снова показалась фигура Крамола. Он спустился и подошел к Дмитрию, произнося:

- Он не выжить. Там везде корень, непроходимый лес кореней.

Воин покачал головой.

- Корени я не смогу разрубить, у меня нет тесак. Когтями невозможно, их слишком много...

Воин выпучил глаза, будто его осенило, и ответил:

- Так у него же меч был. Он может быть где-нибудь посреди чащи, если, конечно и правда, не погиб.

Богатырь тут же приказал:

- Сливаем топливо! Там, в кузовах, есть канистры со шлангами! Выжжем тут все к чертовой бабке!

Все тут же принялись за работу, разбежались, кто куда: кто в кузова за канистрами, кто открывать крышки баков.

Потом вставили шланги в баки и начали откачивать бензин. Работали споро, а потому канистры скоро были заполнены.

В следующую минуту бойцы уже поднимались на баррикаду. Вот они уже на вершине...

Дмитрий тихо произнес:

- Надеюсь, его там нет, - и тут же повысил тон: - Спускайтесь, обливайте корни и жгите их.

Солдаты сделали то, что приказали. Пару канистр бросили вглубь чащи, а содержимое остальных вылили тут же.

Все солдаты убежали ближе к подножию, но один «поджигатель» остался, чтобы, собственно, сделать свое дело.

И вот момент настал! Солдату, правда, пришлось повозиться с кремнем, чтобы появилась хорошая искра, которая смогла разжечь небольшой пучок сухой травы. Солдат подставил к пучку дряхлую ветку, которая вспыхнула, как факел. После того как пламя более-менее «устаканилось», солдат бросил ветку в облитые бензином живые кусты.

С характерным звуком вспыхнули живые корни. Солдат пулей рванул к баррикаде и вскарабкался наверх.

- Хорошо горит! - похлопал по плечу солдата Дмитрий.

Силы стремительно покидали парня. Корни рубились втрое тяжелей.

Кирилл шел уже без куртки и свитера. Он был весь в поту. В горле першило, а руки сами по себе опускались, не хотели более работать.

«Давай! Давай, тряпка! Не жалей себя, не жалей сил! Ну же!» - Кирилл не понимал, говорит ли он про себя или же вслух. Он всего лишь думал, точнее, пытался думать, ведь с каждой стороны к его телу пытались проползти гадкие живые корни, вцепиться в его сочное тело и высосать все соки, переломать кости... Даже «подгоняи» от себя любимого и лезущие со всех сторон корни не давали стимула дальше работать. Руки так и свисали, как плети. Он уже начинал сипеть, настолько он был усталым, отдышка не давала покоя.

Он, рыкнув, переборов боль в мышцах начал рубить дальше. Из глаз брызнули слезы. Парень с трудом сдерживал рвущийся стон боли и усталости.

Внезапно Кирилл почувствовал запах горелой древесины. Он резко развернулся и увидел полыхающие клубки живых корней. Огонь стремительно приближался, уже начал обдавать гонца горячим воздухом.

Гонец вновь развернулся и стал рубить с удвоенной скоростью, не жалея сил.

«О-ох!.. Еще немного, давай!» - вновь подгонял себя паренек.

Раз-два! Раз-два!.. Метр за метром он приближался к свободе.

Раз-два!

Он нанес удар изо всех сил и упал...

Все, стена корней наконец-то закончилась.

«Так быстро?» - удивился про себя Кирилл.

Но рано радоваться. Заросли горели, и огонь уже приближался к Кириллу. Он лежал на сухой траве, что было совсем не смешно.

Он бросился бежать, но что-то вдруг кольнуло в правый бок...

Темнота сгустилась над разумом гонца...

Он ничего больше не чувствовал. Не обонял, не осязал. Лишь пустота. Будто бы он в космосе, вновь ставшем мечтой для человечества... Он не видел рук, не видел ног. Лишь беззвездный космос...

Постепенно пламя начало угасать. С неба заморосил мелкий дождь. Бывший лес корней начал шипеть из-за примитивной химической реакции.

«Как-то все быстро выгорело», - усомнился Дмитрий. - «Слишком быстро».

- Я думал, часа два как минимум гореть будет, - уже вслух произнес он.

- Угу, - промямлил кто-то из солдат.

- Так, машины здесь оставим, все равно они без бензина. Выдвигаемся прямо сейчас!

Они так же стояли на вершине и смотрели на утихающий из-за дождя адский пожар.

Минута - и отряд из людей и аборигенов был уже у подножия.

От пепелища шел жар. Земля была ничуть не прохладней. Она обжигала ноги, но Дмитрий велел двигаться перебежками.

Юнона упрямо бежала в середине отряда. К физическим нагрузкам ей не привыкать - сколько кругов она по лесу на снегоступах навернула? И хотя ноги ныли, в горле першило от дыма, а винтовка весила немало, она держалась и не жаловалась, задавив в себе все пораженческие мысли.

Дыхание стало тяжелым, из-за духоты накатила дурнота. Ксана хотела было размотать шарф, но в последний момент опомнилась.

Девушка заметила, что среди отряда уже выглядит белой вороной - остальные посбрасывали куртки и шапки. Хотя девушка фигурой не выделялась, но в куртке оно все надежнее, а уж лицо открывать нельзя - узнать могут.

- Бежим-бежим, не отстаем! - подгонял Дмитрий, бежавший во главе отряда.

Наконец, пепелище закончилось, а дождь разошелся в полную силу.

Трава, что не успела загореться, вымокла, и бежать стало втрое тяжелее. От этого даже не смогли удержаться пара мужиков, что бежали впереди, по очереди поскользнувшись и упав, повалявшись чуток, переводя дух, встали и тут же начали нагонять команду.

Аборигены были впереди, и уже вошли в первый квартал города. Они резко остановились, через мгновение от их отряда отделилось пару фигур. Эти фигуры начали карабкаться вверх по дому, используя свои когти и висящие вниз окрепшие толстые вьюны.

- Что вы остановились? - с отдышкой спросил воин.

- Мы хотеть проверить, куда нам далее идти. С дома это видеть будет легче, - ответил Крамол.

- Хорошо, тогда ждем, когда вернутся...

- Крыш и Тэн, - подсказал абориген.

- Да, будем ждать этих Крыша и Тэна, - закончил Дмитрий.

За две минуты, что отсутствовали два аборигена-разведчика, все успели отдышаться и вдоволь напиться воды.

Один из аборигенов взяв вожака за плечо, отвел подальше от чужих ушей. Разведчик порыкивал, трещал и шипел (вот такое у них многозвучное общение!), и вожак в ответ тоже рычал, трещал и шипел.

Спустя полминуты вожак подошел к смешанному из людей и обезьяноподобных, отряду. Рядом встал разведчик.

- И-итак, у нас две новость. Хороший и плохой. Я думать, мне надо начать с хороший. Пристанище чужак совсем близко, нам нужно идти минут десять бегом. База ихняя как на ладонь видна, это я вести к тому, что у них пулемет на воротах, штук три.

- Ясно, что ж, не будем терять времени, идем прямо сейчас. Автоматы с предохранителя снять не забудьте, будет, по всей видимости, горячий прием! - уверенно и решительно произнес Дмитрий.

«Где я?» - была первая мысль.

Он попытался открыть глаза. Открыл и тут же зажмурил. Даже сквозь плотно сомкнутые веки пробивался режущий белый свет.

В ушах гудело. Будто бы он был на каком-то полигоне, где разом стреляли сто пушек, и каждая пушка стреляла около уха. Этот дребезжащий гул отдавался в голове сильной болью. Затем гул сменился писком, длинным, бесконечным.

Жутко жгло ноги. Саднило затылок, кололо в боку. Болели мышцы рук. Он едва сдерживался, чтобы на глазах не выступили предательские слезы.

Парень попробовал вновь открыть глаза, но уже постепенно. Перед глазами был размытый белый свет, он повернул голову набок, отчего стало видно более-менее четко.

Кирилл видел железную коробку вытянутой формы со множеством различных кнопок и рычажков. Гонец повернул голову в противоположную сторону - та же картина. Так вот от чего этот гул Потом он посмотрел на ноги, и ужаснулся увиденным - ступни были красные, кое-где вздулись волдыри. А за ногами была дверь, обычная, деревянная. Над головой, понятно, был светильник.

Немного странным был тот факт, что руки-ноги гонца не были закованы в наручники или не привязаны намертво к столу, на котором он лежал.

Кирилл попытался сделать самое обычное и просто движение - сесть. Сел он без особых проблем если не считать того нюанса что ноги стало жечь вдвойне сильнее. Он прикусил нижнюю губу, дабы сдержать стон.

Сосредоточившись на ногах, он попробовал сделать не менее обыденное движение - встать на ноги. Боль мгновенно ударила по ногам, что он еле удержался, оперевшись о стол, с которого он встал полсекунды назад.

- Ах!.. - сквозь зубы промычал Кирилл.

Со стороны двери послышался скрежет, затем скрип, и дверь отварилась. В помещение вошел сутулый, низкий, лысеющий старик в белом халате и с замысловатой нашивкой на левом плече.

- Я вижу, вы очнулись! - прокряхтел вошедший.

- Да. Можно поинтересоваться, где я? - тут же спросил Кирилл.

- Вы в Оби, молодой человек, в главном госпитале Технического поселения.

Теперь он понял смысл нашивки, ведь она была эдаким гербом, на которой была изображена шестеренка с символом атома, что, похоже, означало, что это поселение научное, не военное.

Но глупый вопрос все же сорвался с языка:

- Фашисты, что ли?

- Не-ет!- протянул техник, - ни в коем случае! Мы не верхняя ступень человечества, и мы не убиваем евреев и цыган.

- А-а, вы всех подряд убиваете? - иронично сощурился паренек.

-Попрошу не шутить так, молодой человек, и вообще, у нас тут каждый человек на счету!

- Что вы со мной собрались делать?

- Ничего. С вами бы «Милитаристы» ой что бы наделали, вы себе представить бы не смогли. Они любят опыты-эксперименты! - и улыбнулся.

- Погодите, вы тут не одни, что ли? В Оби этой?

- Конечно, нет. Помимо нас тут «обитают» ранее упомянутые «Милитаристы», которые чуть ли не каждый день в «разъездах», ищут поселения по условным точкам на карте довоенного Новосибирска. Ищут такие места, где до войны были большие скопища людей, где бы жители города смогли укрыться. Ищут они для того, чтобы нажиться на разорениях поселений. Много сдались сразу, не меньше сдались, но уже с боем. Не знаю таких поселений, которые вообще не отдали свое пристанище.

- Есть такое. Форт. У самой реки возведено поселение, правда, там сейчас болезни разные ходят, да еды нет. Зато оружие есть! Но против кого воевать? Сейчас, конечно, появился потенциальный враг, которого нам удалось все же разгромить, но это всего лишь был один отряд. А тут, получается, целая группировка у них? М-да, нашим не выстоять против этого врага. Даже под покровом ночи.

- Вашим? Вы не один?

- Естественно, не один. Ведь я бы в жизни сюда в одиночку бы не добрался. Я пришел сюда с отрядом добровольцев. Мы как бы мстители, которых кое-кто унизил и попытался обобрать. Так вы расскажите еще про этих... «Милитаристов».

- Мы пытаемся не связываться с ними, так как у них боевое преимущество, у них даже танки есть! А у нас что? Мозги да изобретения, придуманные этими самыми мозгами.

- Но оружие ведь есть?

- Есть, но мы из него с роду не стреляли, поэтому смысла воевать против «Милитаристов» нет. На подходе к стенам они нас просто-напросто выкосят.

- И что, у вас даже охраны нет? - удивился Кирилл.

- Да почему же, есть, и немало, достаточно, чтобы охранять все центры исследований.

- Ну а чего вы тогда говорите-то? - Кирилл все же не удержался на ногах и вскрикнул.

- Я ж совсем забыл про ваши ноги. Ох, дурья башка, - гундосил себе под нос старик. - Надо вам вколоть обезболивающее, а то вы больно бледный.

Кирилла колотила дрожь, его губы тряслись, а зубы выбивали чечетку. Глаза невидяще смотрели на яркий свет ламп.

Глава 10. Шах и мат

ГЛАВА 10. ШАХ И МАТ

Дмитрий едва слышно крался, укрываясь за разросшимися кустами. Шелестящая от ветра листва скрадывала звуки, а бывалый вояка давно уже научился бесшумно передвигаться.

Старый, но надежный нож удобно лег в ладонь. Воин присмотрелся и несколько удивился, увидев на посту только двух человек. Впрочем, остальные могли скрываться за стеной, с которой грозно смотрело дуло пулемета.

Один из дозорных отвернулся, второй направился к кустам...

Пора!

Прыжок. Дозорный и понять ничего не успел, когда кто-то выскочил из зарослей... Один удар - вскрик перешел в булькающий хрип, и труп дозорного мешком рухнул на землю. Второй повернулся на звук - только для того, чтобы получить нож в глазницу.

Разобравшись с часовыми, воин попытался взобраться на стену по свисающим с нее полу оторванным листам жести и балкам - но тщетно, ему не удалось взобраться и на пару метров - державшийся на соплях и честном слове металлический лист, не выдержав немалого веса богатыря, оторвался. Дмитрий свалился следом за листом - хорошо еще, что успел сгруппироваться! Выглядело все это несколько глупо, но все же он остался цел. Он скрылся все в тех же кустах.

Как бы то ни было странно, на стенах никто не появился. Ворота остались закрытыми. «Раздолбаи, мать вашу!» - подумал Дмитрий об обитателях крепости. - «Совсем никакой осторожности! Впрочем, нам оно на руку...»

Из-за ворот доносился неясный гул - прислушавшись, воин понял, что это ревут моторы вездеходов или еще каких-то машин. Похоже, этого дела там было немало.

Послышался хлопок - Дмитрий, обдумывая ситуацию, не сразу понял, что это хлопнула снайперская винтовка. Звук выстрела донесся от многоэтажки, находившейся метрах в ста от стены. Там Дмитрий оставил весь разношерстный отряд, отправившись на разведку.

Похоже, стрелял тот самый немой паренек, попросившийся в отряд добровольцев перед самым выходом из Форта. Паренек за все путешествие не сказал ни слова, общался только жестами. Среди военных и разведчиков язык жестов знали, а потому «языкового барьера» не возникло. На вопрос, почему его лицо всегда закрыто, паренек жестами ответил, что не хочет никого пугать. Наверное, его лицо страшно изуродовано и покалечено или что-то вроде того - потому он и говорить не может. Встречаются в Форте такие страшные травмы...

Да, точно, он! Дмитрий заметил его в одном из окон!

Ворота отворились без скрипа, явив глазам Дмитрия четверых боевиков в камуфляже и распростертый рядом на земле труп в такой же форме. В определении состояния лежащего чужака Дмитрий ошибиться не мог - с развороченным черепом не живут. Видать, попал-таки немой паренек! Ну, молодчина парень! На славу сработал.

- По кустам - огонь! - рявкнул кто-то из четверки. Дмитрий спешно распластался за наваленными среди зарослей мешками с песком - должно быть, остатками старой баррикады.

Положение архисложное. Попытаться прорваться к многоэтажке - наверняка получить пулю в спину, да еще и своих выдать. Лежать за мешками - тоже не вариант, в момент найдут. Можно, конечно, с боевым кличем кинуться на врага и погибнуть смертью глупых - но кому это поможет? Должен быть выход...

Один из чужаков медленно приближался к укрытию воина. Когда боевик еще не видел залегшего воина, а ствол автомата замаячил у последнего над головой, Дмитрий, еще не до конца соображая, что делает, мощным ударом сбил его с ног и выдрал из его рук автомат. Свой-то воин перед разведкой в многоэтажке оставил... Мощный пинок - поверженный враг издал предсмертный хрип, его шея вывернулась под неестественным углом. Все произошло в доли секунды.

Переключив на одиночные, воин застрелил двоих чужаков, еще не до конца сообразивших, что произошло. Снова хлопнул выстрел со стороны многоэтажки - немой паренек прикончил еще одного врага. Дмитрий, обернувшись и приглядевшись, чисто машинально заметил, что тот стрелял уже из другого окна.

Воин выбрался из-за укрытия, отряхнулся и направился к воротам, еще не понимая, что за шлея попала ему под хвост.

У ворот и за ними никого не оказалось - «Никакого порядка!». Можно было беспрепятственно пройти на базу. Рассовав по карманам снаряженные магазины, полученные «в наследство» от убитых боевиков, Дмитрий прошагал за ворота, стараясь держаться естественно.

Улица была пуста. Оглядываясь, воин сделал несколько шагов, когда справа послышалось:

- Эй!

Дмитрий обернулся и чуть было не выстрелил - но, слава небесам, сдержался, не сглупил.

- Почему без формы? Почему не отдыхаешь? - похоже, чужак действительно принял его за своего. Воин, не зная, что ответить, виновато развел руками. - Бегом в казарму!

Хочешь не хочешь, пришлось подчиняться. Дмитрий быстрым шагом скрылся за углом ближайшего здания, подождал пару минут и осторожно выглянул. «Командир» ушел.

Дмитрий рванул к воротам. Бегом преодолев разделявшее стену и многоэтажку расстояние, он крикнул своим:

- Живо за мной! - и указал на открытые ворота. Остальные тут же вскочили, похватав оружие.

- Смертники, в атаку! - прокомментировал кто-то.

Смешанный отряд людей и аборигенов двинулся к воротам.

Их ждал горячий прием.

Дмитрий был в растерянности - рассчитывая на внезапность атаки, он не ожидал, что чужаки подтянутся так быстро и в таком количестве.

- Дело дрянь, - сплюнул кто-то из бойцов. - Ждали нас, что ли?

- Похоже на то, - ответили оттуда же.

Дмитрий с неистовым боевым кличем вскинул автомат и пальнул в первого боевика, что попался на глаза. Голова несчастного разлетелась кровавыми брызгами. В ответ застрекотали автоматы врагов, скашивая авангард фортовцев. Несколько пуль угодили в Дмитрия, отбрасывая воина назад. Одна из них попала в шею, перебив позвоночник.

Таков был конец славного вояки из Форта - он сложил голову в безумной, непродуманной и, по сути, самоубийственной вылазке. Глупая смерть, если разобраться... Но именно о таких отчаянных безумцах-храбрецах слагают потом легенды.

Бойцы, уцелевшие во время залпа, открыли огонь из укрытий - в этот раз кричали уже чужаки, когда два последовавших друг за другом залпа скосили нескольких человек. В бой ринулись аборигены. Легко преодолевая расстояние до противников прыжками, они атаковали быстро и безжалостно, пуская в ход когти. Да и немой парень, оказавшийся чертовски хорошим стрелком, разил почти без промаха, постоянно меняя позицию, внося сумятицу в ряды врагов, не ждавших столь наглого нападения.

Юнона словно преобразилась в минуты боя. Она и раньше отличалась силой воли и целеустремленностью, но сейчас как будто развернулась на полную. Она не зря училась раньше стрелять из винтовки под руководством одного из вояк Форта, словно чувствовала, что эти навыки ей еще пригодятся...

Вдох. Выдох. Задержать дыхание. Поправка на ветер... Поправка на расстояние...

Удар сердца.

Палец нажимает на спусковой крючок.

Выстрел.

Голова одного из чужаков - их легко было отличить по форме (фортовцы-то от жары поскидывали трофейные куртки) - взорвалась багровыми брызгами.

Юнона скользнула взглядом по вражескому отряду, выбирая следующую цель в перекрестье прицела.

Оксана безжалостно давила искры жалости, грозящие перерасти в слабину. Она настойчиво твердила себе, что перед ней - не живые люди, а лишь мишени. Убеждать себя пока что удавалось.

Еще один выстрел. Еще одна мишень поражена. Теперь надо было менять позицию.

Юнона спустилась этажом ниже и снова заняла позицию о окна, приготовившись стрелять.

Что-то встревожило девушку - спустя секунду, окинув базу чужаков взглядом, она поняла, что именно: по одной из улиц двигался отряд, числом превосходящий сцепившиеся группировки. Поймав одного из них - по видимому, командира, - в прицел, она, ахнув, чуть не выронила из рук винтовку.

Это был Кирилл, отколовшийся от отряда несколько часов назад. Он заметно прихрамывал, но шел уверенно, сжимая в руках автомат. И остальные... их форма резко отличалась от одежды чужаков. Союзники?

Вновьприбывшие, не тратя времени на китайские церемонии, открыли огонь по чужакам. Смешанный отряд бойцов Форта и аборигенов отступил за укрытия, а боевики вынуждены были вступить в схватку с новым противником. Они оказались зажаты между двух огней - и исход боя был предрешен.

Юнона, повесив винтовку за спину, молнией бросилась вниз. Практически слетев по лестнице и выскочив из подъезда, она, совершенно не задумываясь об опасности, рванула туда, где еще слышались выстрелы.

К ее приходу все было уже кончено - лишь кровь, лежащие на земле трупы и раненые, а также носящееся между стен гулкое эхо напоминали о разразившейся здесь только что битве.

Первым делом Юнона бросилась к лучшему другу.

- Цел?

- Относительно, - Кирилл кивнул. - Сама-то как?

- Ни царапины. А кто эти люди?

- Охранники «Техников».

- Каких техников? - удивленно спросила Оксана. Парень только отмахнулся:

- Они тут же живут, меня как раз подобрала одна из их групп, проходившая мимо живых корней. Короче, потом расскажу. Дорога длинная, успеем поболтать.

- Ага, - она как-то помрачнела. - Дмитрий погиб.

Кирилл не ответил, только молча опустил голову в знак скорби.

Помолчав минуту, он медленно сказал:

- Жаль его, хороший мужик был...

Юнона молча кивнула. Затем, повинуясь внезапному импульсу, она выхватила свой нож и резанула себя по ладони.

- Ты что делаешь? - у Кирилла взлетела бровь. А девушка только протянула ему нож.

- На. Сделай то же самое.

Не совсем понимая, зачем, парень резанул себя по ладони. Как только он это сделал, Юнона тут же схватила его за руку, так, что кровоточащие порезы на ладонях соприкоснулись.

- Ну что, братишка, домой? - с немного грустной улыбкой спросила девушка. И снова это напомнило детство, когда неистощимая на выдумки отчаянная девчонка вечно что-нибудь придумывала... Кирилл улыбнулся в ответ и дружески хлопнул свежеиспеченную названную сестру по плечу:

- Домой.

Эпилог

ЭПИЛОГ

Домой.

Когда вереница вездеходов покидала Форт, Кирилл страстно желал вернуться. Но теперь... Увидев всего один странный город, парень поймал себя на мысли, что ему, в общем-то, не хочется возвращаться в умирающий Форт...

В Обь ехали на вездеходах. Назад шли на своих двоих - нескольких бойцов убили, почти все выжившие были серьезно ранены, а потому пришлось оставить их на попечение «Техников». С последними, кстати, еще предстояло договариваться о сотрудничестве в ближайшем будущем - такой союз всем будет на пользу.

Из людей возвращались только оставшаяся невредимой Юнона и относительно невредимый Кирилл в сопровождении отряда аборигенов, которые - Кирилл чувствовал это - уже не нападут на Форт, скрепив дружбу с его бойцами битвой. Необходимо было как можно скорее оповестить Форт об успехе операции и о сложившемся положении дел, но парень почему-то был твердо уверен в том, что теперь все будет хорошо.

Снова кружила вьюга, снова дул холодный ветер - они вернулись в родную стихию. Белая мгла снегопада застилала обзор. Шел второй день, как они возвращались в Форт. Домой.

Были стычки с мутантами, была перестрелка с каким-то ненормальным, но в этот раз неприятности уже не пугали, а из схваток двое людей и ватага обезьяноподобных существ вышли победителями. До Форта оставалось около часа пути...

- Вот наши пути, человек, расходятся. Нам туда, а вам туда, - Крамол оживленно жестикулировал мохнатыми лапами. - Эта земля я знать замечательно, идите прямо-прямо - не ошибетесь и будете дома.

Юнона дружески потрепала аборигена по мохнатому загривку. А тот будто бы только заметил:

- Ты - женщина? Я понять это по твой запах. От тебя хорошо...

Юнона только улыбнулась в ответ.

Кирилл, пожав мохнатую лапу, тоже улыбнулся:

- Удачи, брат-примат!

- Дос... видания! - ответил Крамол. Он нагнал своих соплеменников, уходящих в лес, и вместе с ними растворился в белой мгле.

- Интересно, что он имел в виду про запах? - Кирилл шутливо подмигнул.

- Иди ты! - с деланным возмущением ответила Юнона, отвешивая названному брату дружеский подзатыльник - правда, теплая шапка ослабила эффект. - Пошли домой, а то скоро из-за метели дальше носа не видно будет!

Их приветствовали не как героев. Косые и осуждающие взгляды, перешептывания, подозрение в глазах людей... А что следовало ожидать? Вернулись-то они двое... пока что. Подозрение было естественной реакцией - на них смотрели, как на провинившихся. Впрочем, письма оставшихся у «Техников» еще не переданы, история еще не рассказана...

Вышедший откуда-то Костенко резко схватил дочь за локоть, но та вырвала руку и смерила главу Форта гневным взглядом. Отец и дочь, не сказав друг другу ни слова, направились к своему дому. Выбежавшая на крыльцо старуха Савишна ахнула и бросилась обнимать девушку.

Хмурый Денис Алексеевич молча стоял рядом.

Кирилл зашагал к своему дому. Как хорошо все же было вновь оказаться в родных стенах! Повесив на крючок теплую куртку, которую подарил ему тот старик, за пару часов поставивший парня на ноги, Кирилл разулся и растянулся на кровати, наслаждаясь минутами безделья. Славный он все-таки, тот дед... Он сказал, что Кирилл поразительно похож на его сына - и потому на подсознательном уровне пытался помочь пареньку всем, чем мог - и Кирилл тогда попросился в отряд охранников, нанесший решающий удар в битве...

Нет, замечательным человеком оказался этот старик! И жизнь Кириллу спас, и на ноги поставил, и обогрел, и накормил, и одежду нормальную подарил, отряд выделил. И в придачу ко всему этому автомат хороший на шею повесил. Щедрый человек, таких в мире один на... нет, на миллион - вряд ли, но на тысячу...

Вспомнив город и «Техников», Кирилл встал с кровати, и, вытащив из тумбочки бумажные листы сел за стол и, достав чернильницу (чернила давно уже научились делать, вернее, «вспомнили», как их делали в старину, до появления химикатов) и перьевую ручку, сел писать отчет. Парень описал все, чему был свидетелем и что знал из рассказов остальных. Дописав, он скрепил листы старой канцелярской скрепкой и вытащил из рюкзака кипу писем, написанных временно расквартировавшимися у «Техников» фортовцами. Аккуратно положив все это добро на стол, парень снова лег на кровать и задремал.

Проспал он часа четыре. Отчаянно зевая, Кирилл встал с кровати как-то бездумно принялся складывать вещи в старый походный рюкзак. Складывал, особо не заботясь о порядке. Потом оделся, взял подаренный стариком, имени которого Кирилл, к сожалению, так и не узнал, и, окинув комнату прощальным взглядом, вышел.

Была ночь - или поздний вечер. Небо было бархатно-синим, без единого облачка, и белые точки звезд сияли ясно, как путеводные огни. Полюбовавшись небом, Кирилл постучал в соседнюю квартиру.

- Чего?.. - в двери показалась взъерошенная голова Лехи, старого приятеля Кирилла.

- Извини, Лех, дело одно есть... На, - он протянул приятелю отчет и стопку писем. - Будь другом, отнеси это завтра Костенко. Ну, бывай.

- Погоди... - сон с Лехи как рукой сняло. - Ты что же, уходишь, стало быть?

- Да. Извини, но после того, что я видел, я понял: тут нечего ловить, есть места, где все по-другому, и мне хочется их увидеть... Ладно, прощай, дружище. Может, еще свидимся...

Леха смотрел в спину другу, сжимая в руках кипу бумаг.

Костенко мрачно смотрел в окно.

Яростный спор с дочерью как-то плавно перетек в мирный разговор, в ходе которого Оксана рассказала обо всем, что видела. Еще во время рассказа девушки Денису Алексеевичу стало ясно: она хочет уйти. И не ошибся - именно эти слова закончили монолог дочери.

Он почти не пытался ее отговорить. Костенко понимал, что дочь права - здесь, в Форте, уже нечего ловить. Там, за лесами и белой мглой, явно есть места, где жизнь лучше. И если Оксана хочет их найти... Что ж, пусть будет так.

Он не хотел ее отпускать. Не хотел, но понимал, что так будет лучше.

Дверь открылась - в комнату зашла Юнона, уже во всем снаряжении, и рюкзаком за плечами, винтовка висела у нее за спиной.

- Я... - ее голос чуть дрогнул, и по щеке скатилась предательская слеза. - В общем, я готова.

- Может, останешься все-таки? - уже почти без надежды спросил отец.

- Нет, - Оксана упрямо покачала головой, из-за этого коса выбилась из-под шапки. - Я уже все решила.

- Тогда, может, хоть до утра подождешь?

Дочь снова отрицательно покачала головой:

- Боюсь, к тому времени вся моя решимость развеется...

- Ну, ладно, - Денис Алексеевич поднялся и крепко обнял Оксану. - С Богом. Береги себя.

- Ты тоже, пап, - девушка направилась к дверям - и столкнулась с Настасьей Савишной.

- Уходишь все-таки? - тихо спросила старушка.

- Да. Слишком много на свете того, что я хочу увидеть...

Бабка понимающе кивнула и по-матерински обняла девушку.

- Пап, Баба Настя, - тихо попросила Юнона. - Я когда-нибудь вернусь и расскажу обо всем, что видела... Обещайте, что дождетесь меня.

- Обещаем, - кивнул отец. Старушка тоже закивала. Входная дверь заскрипела - и девушка спустилась с родного крыльца, чтобы уйти, возможно, навсегда.

Кирилл направился к воротам Форта. Еще немного - и родные стены останутся за спиной...

- Куда собрался? - раздалось за спиной. Кирилл обернулся.

Юнона стояла в паре шагов позади него - с оружием и большим рюкзаком за спиной. Парень заметил слезы в уголках ее глаз - и невольно удивился этому. Она почти никогда не плакала, даже в детстве... Она всегда была сильной. Волевой.

- Расставаться всегда больно, - сказала девушка, раньше, чем Кирилл задал вопрос - просто поняв, что он смотрит на слезы.

- Может, все-таки вернешься домой?

- Я все решила. Ты-то тоже уходишь?

- Да, - парень кивнул.

- Тогда пойдем. Вдвоем легче, чем в одиночку. Сначала, думаю, навестим «Техников» и наших ребят, оставшихся с ними... А потом куда?

- Куда глаза глядят, - пожал плечами Кирилл.

- Необдуманно. Я думаю, надо расспросить «Техников», что они знают об округе...

- Да ну, время только потеряем?

- А мы что, куда-то спешим? - Юнона шутливо пихнула названного брата в бок. - Не спорь со старшими!

И снова это прозвучало, как в детстве. Кирилл засмеялся - через секунду смех подхватила Оксана. А затем, отсмеявшись, они двинулись к воротам.

Дозорный молча смотрел, как медленно таят во мраке силуэты юноши и девушки, названых брата и сестры, отправляющихся в дальние странствия.

4 сентября - 30 октября 2012г.

Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org