Автор : Волк Александра
Название книги: Если знаешь, как с этим жить (СИ)
Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/volk-aleksandra/esli-znaesh-kak-s-etim-zhit-si

ВОЛК АЛЕКСАНДРА

КНИГА 2.

ОГНЕННАЯ ВОЛЧИЦА. 

ЕСЛИ ЗНАЕШЬ, КАК С ЭТИМ ЖИТЬ.

«Знание – это свет, а не знание – тьма.

Но люди часто пытаются закрывать глаза на то,

что выходит за рамки общественных правил и норм,

боясь повредить свой кокон слепоты».

ГЛАВА 1. 

С трудом верится, но быль иногда становится явью. Все, что считалось фантазией, может стать частью жизни каждого человека в любой момент. Есть же место для гадалок, прорицателей и паранормальных явлений, то почему бы не дать право на существование всемирно-известным персонажам книг, легенд и фильмов, таких как оборотни. Мы привыкли верить в стереотипы и стандарты, придуманные нами же, и совсем не хотим открывать глаза и принимать в свою жизнь то, что выходит за эти рамки.

Возможно, когда-нибудь наступит эра всеобщего прозрения и понимания, но пока что есть основная масса человечества, живущая в коконе всепоглощающей слепоты и те, кто ищет ответы на Вечные вопросы бытия. Так же есть хранители тайн и те, кто несут на себе бремя запрета и являются частью тайны!

Сейчас мое место среди хранителей, но совсем недавно я занимала одну из ниш среди людей, посвящающих большую часть жизни поиску себя. И это еще не предел. Я часть древних преданий о сильной и неразрушимой связи между зверем и человеком. Он родился альфой, а ее прозвали Огненной Волчицей, девушка с душой бунтарки, и их связь неподвластна объяснению. Они чувствовали малейшее изменение эмоций друг друга, словно два эмпата, ограниченные в своих возможностях. Эта история поросла мхом и покрылась пылью времён, и немногие верят в ее правдивость.

Рассказывают, что такой тандем появляется в самый опасный период для народа Mi"kmaq, для его защиты. Тогда в чем же причина появления этой связи сейчас, когда эпоха завоеваний и местных междоусобиц прошла? На дворе начало двадцать первого века и время развития технологий. В чем же заключается опасность и откуда ее ждать? Никто не знает. Или во вселенной программе сбой? Тогда появляется другой вопрос. Есть ли необходимость посвящать меня во все нюансы, связанные с оборотнями? Да, они существуют. Но как говорят в России: "Меньше знаешь, крепче спишь".

Я уверена, что сумею сохранить тайну до конца своей жизни, и это не пустые слова: ее разглашение подвергнет опасности близких для меня людей. И все-таки остаются еще две вещи, не дающие мне покоя - это обычное человеческое любопытство и привязанность к Алексу, появившаяся не так давно и крепнущая с каждым днем. Как бы мы не ссорились, он всегда оказывался рядом в трудную минуту. И кем бы мы друг для друга не стали в будущем, я уверена, что не предам его.

  Обычного человека испугали бы такие перемены, и в большинстве случаев сработала бы внутренняя защита, проявляющаяся у каждого по-своему. Кто-то упрямо закрывает глаза на любую правду или ожесточено уничтожает то, что непонятно и пугает, а кто-то сходит с ума, это тоже стандартная реакция для человеческого мозга, возможности коего мы еще не полностью изучили. Мне же предначертано свыше принять непосредственное участие в происходящем, поэтому мой разум оказался сильнее: сработала генетическая память, передавшая всю информацию, заложенную поколениями.

  Моя жизнь и так далека от идеала, я даже назвала бы ее посредственной, ничем не отличающейся от большинства. Единственный ребенок в семье, оставшийся в десятилетнем возрасте без родителей из-за трагедии, произошедшей на одной из горных дорог Кавказа. После их смерти, меня воспитывала бабушка, и я храню воспоминания о ней в своем сердце, так же как о родителях. Через два года после смерти бабушки, я покинула Южный и переехала на ее родину, в Сочи. Как большинство молодежи, помчалась вслед за мечтой, но еще не совсем понимая важность этого слова.

  Характер проходил закалку с самого детства. Упрямство и целеустремленность – мои основные сильные качества, при помощи которых всегда выпутывалась из трудных ситуаций и добивалась того, чего желала. Но бытовые и повседневные проблемы по сравнению с тем, что произошло за последний год, и проблемами трудно назвать - серая бездыханная рутина. Вот и получился результат: вроде обычная девушка, ничем особенным не отличающаяся от всех остальных, но приняла и поняла пугающую реальность.

  Все сложилось в целостную картину: сны, ночные охоты мужчин из резервации, мои приступы боли и горячки по ночам, совпадающие с превращениями Алекса, и горящие в темноте желтым огоньком глаза зверя. Последняя и недостающая часть мозаики – это битва с Катрин. Именно это происшествие заставило членов племени принять сложное решение: гостья из России должна знать правду.

Обо всем этом и многом другом я думала, сидя у окна в гостевом доме Верхнего Поселения.

Проснулась примерно за час до рассвета – вокруг еще темно, но тишина исчезает. В доме было прохладно, и меня слегка знобило, но не пыталась удержать сон и, закутавшись в одеяло, перебралась в кресло.

Пока вспоминала прошлое, думала о настоящем и строила догадки насчет того, что ждет в будущем, картинка за стеклом менялась. Непроглядная темнота исчезала, превращаясь в синеватый полумрак, затем первые лучи осветили вершины деревьев и медленно поползли к земле, растворяя тени.

Прошло довольно много времени, но я бы так и сидела, задумавшись, если бы не пришла Мари.

- Привет, Аврора. Как себя чувствуешь?

- Как Элли, попавшая в Волшебную Страну.

- А я то думаю, куда это ты пропала.

Мари улыбалась, но у нее плохо выходило играть на публику, а я, как могла, старалась не показывать, что все намного хуже, чем есть на самом деле.

  - Свыкаюсь с мыслью, что оборотни – это не плод воображения.

  - Понимаю. В такое трудно поверить, но станет проще, когда увидишь превращение собственными глазами.

  - Превращение? – я скорчила мордашку, показывая, что эта затея нравиться меньше всего. - Вот от этого избавьте. В голове не укладывается, каким образом это происходит физически, а смотреть нет ни малейшего желания. Это же, наверное, больно?

  - Да, но с каждым разом все происходит быстрее. Боль длится мгновение. А для Алекса изначально все происходило быстро и легко. Он же альфа. В нем зверя больше, чем человека. Так бабушка говорит. И давай забудем об этом, у нас есть более важные дела. Сегодня вечером проведут обряд. Все и так заждались.

  - Мы с твоим братом уже не первый раз мешаем его провести, - я призадумалась о том, что теперь могу понять смысл обряда, но вопросы еще оставались, поэтому спросила: - Скажи, а все видят своего волка?

  - Нет. Только оборотни. А для некоторых срок еще не подошел. Пройдут обряд повторно через год. Есть и те, кто ждут очень долго, но это более редкий случай. И никто не может объяснить, с чем это связано.

  - Выходит, буду зрителем и волка своего не увижу? Но зачем тогда принимать участие в обряде?

  - Не уверена, что могу ответить на твой вопрос. Так решили старшие. Наверное, это из-за вашей связи с моим братом. Главное, чтобы ты выдержала пребывание среди волков, не испугалась, поверив в иллюзию. В этом году необходимого возраста достигли одни парни, и большинство - оборотни, поэтому человека среди них вряд ли увидишь. Зацепиться за реальность будет сложно.

  - Стая увеличивается? – я ухмыльнулась.

  - Да. В последние годы оборотней рождается больше, но такое иногда случается, - Мари призадумалась ненадолго, а затем продолжила: - Ген зверя вроде бы как набирает доминантность. Хотя никто еще не установил реальную причину существования оборотней, и версия гена не подтверждена.

  - А что же кроме гена? Думаешь, версия о каком-нибудь древнем проклятии более уместна?

- Не знаю.

- А увеличение стаи, это хорошо?

  - Как сказать. С одной стороны - рождается больше сильного и здорового поколения, с другой - их труднее контролировать.

  - Хочешь сказать, что появится больше подобных Катрин?

  - К сожалению, да. Такую вероятность нельзя исключать.

В голосе Мари промелькнули грустные нотки, словно подруга жалела о чем-то, но это никак не относилось к безопасности стаи. Она думала о той, что была другом, пускай и в прошлом.

- Ходят слухи, что она собирает свою стаю. Вот еще одна причина, почему Катрин старается заполучить моего брата. Стая привыкла идти за лидером, но она не альфа, и ей долго подчиняться не станут.

  - Но почему именно Алекс?

Мари медлила с ответом, но не долго:

- Понимаешь, Катрин с Алексом… - она посмотрела на меня и запнулась, - в прошлом были не просто друзьями. Подростковое увлечение. Катрин знает его сильные стороны и слабости. К тому же, он единственный вожак без стаи, но это и хорошо. Алекс знает, на что способна Катрин, и он единственный, кто может противостоять ее напору. Ваша связь тоже важна: ты питаешь его дополнительной силой.

Новость о том, что Алекса и Катрин связывали более серьезные отношения, чем дружба, задела, но я вовремя справилась с эмоциями и продолжила разговор в прежнем тоне:

  - Как думаешь, для чего Катрин все это затеяла? Чего добивается?

  - Она амбициозна, и планы у нее глобальные.

  - Хочет завоевать мир? Это не под силу даже оборотню.

  - Кто ее знает.

  - Неужели не боится? Это опасно не только для вашей стаи, но и для нее самой. Оборотни сильные, быстрые и ловкие, но не бессмертны. В нашем мире достаточно оружия, чтобы убить подобное существо. И я уверена, люди еще не готовы принять их в свою жизнь. Им просто устроят бойню под девизом: «Спасем мир от пришельцев!»

  - Согласна. Теперь ты понимаешь, почему мы так старательно скрываем нашу тайну. Но чтобы Катрин не задумала, она не так уж безрассудна и всегда имеет наготове четкий план. За ее решениями должно скрываться что-то более серьезное, чем обычное помешательство на почве себялюбия.

Выслушав подругу, я ненадолго призадумалась.

Большая часть того, что я недавно узнала из разговора с Мари, оказалась чистейшим вымыслом. Оборотни не боятся серебра, если только из него не отлить пули или секиру, которая разрубила бы зверя на куски, а от такого любой дух испустит. От укуса еще никто не превратился в зверя. Превращение может происходить в любое время дня и ночи, главное научиться контролировать животные инстинкты, чтобы не потерять человечность. А вот полная луна все же имеет какую-то потустороннюю силу над оборотнями: звериная сущность преобладает над человеческой, выталкивая наружу все самое ужасное, и только связь с вожаком или сильный характер помогают справиться с этой стороной их жизни.

С физической стороны оборотни самые быстрые и сильные существа, обладают регенерацией, которой позавидует любой смертный, ну кроме ящерицы – оторванная рука не отрастет. Их кровь намного горячее, чем у человека, и это заметно, если дотронуться до кожи. Зрачки светятся в темноте, особенно если эмоции очень сильные: злость, раздражение, физическое возбуждение. Походка мягкая, практически беззвучная. Видят, слышат и чувствуют запахи, как звери. Они настоящие представители животного мира, наделенные всеми качествами идеального хищника.

Но телепатией или другими необычными «штучками» не обладают, если не наделены от рождения подобным даром, как и люди, но чувствуют немой приказ вожака. Любой зверь принимает их как сильного противника, или за своего собрата, особенно волки. Говорят, что бывали случаи, когда волки спасали оборотня, находящегося в опасности.

Так же у них есть слабость – их внутренняя борьба между зверем и человеком, и она может подвести к бездне, если не научиться контролировать свои эмоции, чему их и обучают с самого детства. В них заложен сильный инстинкт к убийству, и стоит один раз оступиться, как дар превращается в проклятие. Согласно легендам, оборотень, который убьет невинного, особенно, если это человек, теряет душу и перестает контролировать себя в состоянии волка, а в ночь полнолуния сходит с ума от злости и ярости. Если оборотень не знает, что такое любовь, преданность и самоконтроль, его судьба, чаще всего, предрешена - человечность в нем исчезает.

В жизни все взаимосвязано. Оборотни не могут жить без семьи, чтобы не перейти на сторону зла, иначе появится армия тьмы, равной которой еще не существовало на Земле. Но я не хотела в это верить. Все же они люди: то, что пагубно для нас, пагубно и для них, но всегда есть шанс.

- Мари, скажи Катрин не просто амбициозная особа, она, как вы говорите, принадлежит к оборотням, потерявшим душу?

  - Да.

Меня заинтересовал этот аспект их жизни, и причин для этого множество.

  - О чем задумалась?

  - Ни о чем важном.

  - Ты в последнее время, словно находишься не здесь.

  - Это не страшно. Лучше расскажи что-нибудь еще про оборотней.

  - Вначале поешь.

  - Что-то не хочется.

 - А я приготовила твой любимый пирог с зайчатиной.

  - От такого лакомства не откажусь. И не хмурься. Со мной все нормально.

Так начался новый день. День, не принесший объяснений, но он уже не пугал так сильно настоящим, как предыдущие дни. Я привыкала.

ГЛАВА 2.

Наступил полдень. На общей кухне растопили печи. Все женщины уже разошлись, а мы с Мари остались пообедать.

  - Хочешь еще кусочек, - и я протянула подруге треугольный ломтик пирога.

  - С удовольствием. Малыш требует добавки. Такими темпами скоро не пролезу в дверь.

  - Не переживай. Во-первых, - я загнула указательный палец, - до этого еще несколько месяцев. Во-вторых, - загнула средний палец, - если такое и произойдет, то муж расширит любой дверной проем, сильно не напрягаясь.

  Мы рассмеялись, представив одну и ту же картину с участием Лерана.

- А где твой брат?

  - Тренируется в лесу.

  - Я не чувствовала его превращения.

  - Он в человеческом облике. Алекс старается пока не превращаться, чтобы уберечь тебя от боли.

  - Спасибо, но это лишнее. Я не привыкну, если он не будет трансформироваться, – произнеся последнее слово, улыбнулась своим мыслям, вспомнив старый мультфильм про роботов-трансформеров. - Интересное слово, как будто разговор идет не об оборотнях.

- О ком же?

- Смотрела мультфильм там, где огромные роботы превращаются в грузовые и легковые автомобили?

- Еще нет. Но думаю, вскоре придется пересмотреть все мультфильмы, - Мари нежно провела по своему животу и улыбнулась.

- Значит, Алекс отказывается превращаться?

- Ждет. Мы пытались объяснить, что он делает хуже, но он такой упрямый. Если что-то вобьет себе в голову, переубедить сложно.

- Я сама поговорю с ним, когда увижу, - сказала и сразу же вспомнила, что за последние пару дней видела Алекса мельком. - Мари, твой брат избегает меня?

  - Не думай об этом. Алекс привыкает к вашей связи. Ему тоже нелегко: приходится жить с чужими эмоциями.

Поставив чашку на стол, я задумалась о словах подруги.

  - Да, мне все-таки легче.

  - Скоро все нормализуется.

  - Надеюсь, что твои слова окажутся верными.

  - А ты меньше грусти, и ему будет проще.

  - Постараюсь быть источником положительных эмоций.

  - Вот и умница. Мне ты такая больше нравишься.

  - Спасибо за подсказки, - допив последний глоток чая, я осмотрела стол и сказала: - Я все. А ты еще что-нибудь съешь?

- Неееет. С меня тоже хватит.

Собрав грязную посуду, поставила ее в раковину, чтобы помыть, но только включила воду, как почувствовала сильную головную боль и судорогу, скрутившую мышцы во всем теле, - Алекс превращался. Я потеряла отсчет времени, когда пришла в себя. Тело ныло, как при сильном вирусном заболевании, но это было терпимо. Сердце все еще стучало довольно быстро, и жар не ослабевал. Мне казалось, что бегу, но на самом деле не могла двигаться. Сумасшествие исчезло, сменившись нервозностью, тоской и страхом. Сквозь этот бред доносился голос Мари, и я с трудом заставила себя ответить, но не помню что именно.

  - Аврора, тебе больно?

  - Нет. Алекс превратился. И ему плохо. Или это мне плохо.

  Мари присела рядом со мной на пол и обняла.

  - Постарайся успокоиться и описать то, что чувствуешь.

  Я закрыла глаза и сосредоточила все внимание на Алексе.

  - Он расстроен, как будто потерян и …- я замолчала, подумав о том, что наша связь растет, или он приближается сюда.

  - Не молчи.

  - Не могу понять…- я посмотрела на Мари и хотела еще что-то добавить, но с улицы донесся тоскливый вой, пронзивший, словно разрядом тока. - Это Алекс.

  Мари выбежала из дома, а мне стало душно: стены дома сковывали и лишали свободы действий, как кандалы с цепями, прибитые к стенам. Хотелось сбежать и это становилось невыносимо.

С улицы послышался голос Мари:

  - Аврора, он здесь.

Резко поднявшись с пола, почувствовала, как закружилась голова. Чтобы не упасть, пришлось ухватиться за стол. Прошло несколько минут, прежде чем дыхание восстановилось и перед глазами прекратилась пляска картин. Я вышла на улицу. Тяжелый и сырой поток воздуха пронзил легкие при первом же вдохе, а ветер сковал мышцы. Впереди, в нескольких шагах от меня, увидела огромного серого волка, его леденящий взгляд словно говорил: "Забудь все. Вспомни прошлое и беги отсюда. Ты свободна! Я твой путь к свободе!" Страха перед хищником не существовало, одно только желание, заполняющее все мое естество: мчаться отсюда прочь, опережая время; идти на край света за зверем. Но мое тело противостояло этому, как тюрьма, удерживающая от зова предков.

Волк развернулся и побежал в сторону леса, а я шагнула вслед за ним.

  - Аврора, стой!! Ты куда?!

  Почувствовав прикосновение к своему плечу, я взорвалась и накричала на Мари:

  - Не смей трогать меня!!!

  - Аврора, успокойся. Это я. Аврора, это я.

  С глаз сошла пелена, и я поняла, что это всего лишь наваждение, а рядом друг - Мари.

  - Что случилось?

  - Ты испугала меня. Что с тобой происходит?

Я не знала, что ответить, потому что еще не понимала того, что происходило со мной, как будто потеряла контроль.

  - Говори же. Не молчи!

  - Не знаю, что сказать.

  - Тебя переполняла злость или боль.

Она угадала.

- Ты права, а еще я хочу, - замолкнув на секунду, перефразировала, - хотела уйти за ним.

  - Это связь с Алексом так проявляется. Но лучше нам с бабушкой поговорить. Как себя чувствуешь?

- Нормально, - но это было не совсем так.

  Всю дорогу от кухни до дома из головы не выходил образ волка, его эмоции, отличающиеся от человеческих, беспокоили и вызывали двоякое ощущение: словно внутри меня что-то разделилось и одна часть порабощала другую. Мари заметила, что я ели волочу ноги, и прижала к себе, обняв за плечи.

- Потерпи. Сейчас приляжешь, и бабушка обязательно поможет.

В доме мое состояние не улучшилось, и Варгана сразу увидела неладное.

- Что произошло?

- Алекс превратился, и Авроре стало плохо. А потом брат пришел в поселение.

- Можешь не продолжать, я и так уже поняла. Внук нарушил правило, - Варгана усадила меня на диван, укрыла пледом и дала чашу с горячим чаем. - Ладно. Потом с ним разберусь. Сейчас важно понять, что произошло. Аврора, можешь рассказать свои ощущения?

Сделав небольшой глоток, я призадумалась ненадолго, а потом рассказала:

- Я почувствовала боль, так же внезапно, как и прежде. Жар. Головокружение. Это жуткое ощущение, как при обмороке: земля уходит из-под ног, задыхаешься. Но все прошло намного быстрее. Потом спокойствие, но и оно продлилось недолго. Затем злость, агрессия, страх, что-то еще… Сложно дать определение этим эмоциям. И они все не мои. Я себя потеряла, но понимала, что полностью не исчезла.

Больше добавить было нечего, но Мари этого оказалось мало:

  - Аврора, попытайся вспомнить, что тебя так потянуло за Алексом. Я видела, как тебя разрывало на части: остаться на месте или бежать за ним.

  Я попыталась найти в себе причину, пробудившую желание уйти за волком, но так и не смогла. В комнате повисла тишина, нарушаемая потрескиванием сгорающих дров в печи, и ветер затих, предоставив возможность вспомнить.

- Не знаю.

Мари присела на большую подушку, положив ее прямо на пол возле дивана, и протянула ко мне свои руки, а я улыбнулась, мысленно поблагодарив подругу за ее поддержку и доброту. Варгана в это время ни о чем не расспрашивала; она сидела возле печи, изредка поглядывала на нас с Мари и думала о чем-то своем, пока не решила нарушить затянувшееся молчание:

  - Хотела бы я знать всю правду о вашей связи. Все, что с вами происходит это удивительно, но думаю, что вы справитесь. Мой мальчик силен. И я вижу эту силу в тебе. Надо набраться терпения и учиться контролировать эмоции. Алекс нарушил правило, и я поговорю с ним об этом. Мы стараемся уберечь детей от преждевременного посвящения в тайну их крови.

- Я хотел увидеть Аврору.

  Нас всех слегка дернуло от неожиданности. Никто не услышал, когда Алекс вошел в дом. Он шагнул в комнату и замер на месте, а я, увидев его неприкрытое раздражение, подумала, что упустила момент, когда эмоции зверя уступило место моим.

  - Я не могу контролировать эмоциональные перемены Авроры и собственное желание превращения. Извини.

Он говорил для всех, но смотрел на меня.

- Не извиняйся. Ты не должен сдерживать себя, иначе мне не привыкнуть.

  - Но это не столь важно. Я нарушил запрет, потому что испугался. Впервые познал неконтролируемый страх одиночества, потому что не чувствовал тебя.

  - Как это? – этот вопрос принадлежал мне, но Мари опередила, высказав его вслух.

  - Это правда. Я не сразу заметил. Адреналин заглушил остальные чувства, но я остановился и понял, что один, - Алекс приблизился ко мне и нагнулся, оставив между нами крохотное расстояние. - Твои эмоции исчезли. А сейчас ты расстроена и удивлена. Я прав?

Я не могла отвести от него взгляд. Или не хотела?

  - Да… Наверное… Тебе лучше знать.

  Алекс и я, мы оба находились в замешательстве от пережитого, но если себя понимала, то его нет. Мы смотрели друг на друга, позабыв о том, что рядом есть еще кто-то. Но Мари напомнила о себе, и Алекс выпрямился, освободив меня от напряжения.

  - Ничего не понимаю. Бабушка, почему они чувствуют друг друга не всегда?

  - Боюсь, того, что происходит, никто не объяснит. Им придется учиться в слепую, без подсказок, а нам остается наблюдать и поддерживать.

  Меня такое заявление немного испугало, и я обернулась к Варгане с намереньем опровергнуть ее слова.

  - Самостоятельно? Без чужой помощи? Неужели ничего не известно? Надо поспрашивать или что-нибудь перечитать.

  - Аврора, никто и никогда не вел записей об оборотнях и о тех, кто с ними связан. Все передавалось устно.

  - Но почему? Это же ваша история.

  - Для сохранения мира и безопасности будущих поколений, соблюдали и соблюдают тайну, а если все записывать, то это лишний риск. Ребята, послушайте старого человека, я многое видела на своем веку, но вы для всех загадка. Поэтому учитесь жить в согласии друг с другом.

  - Алекс, ты хоть что-то понимаешь?

  - Нет, но бабушка права, нам остается принять то, что происходит.

  - Я не согласна. Мы не знаем последствий.

  - И что же предлагаешь? Или хочешь уехать? Так тебя никто насильно не держит.

Сейчас его слова не откликались в моей душе столь болезненно, как прежде и этому была веская причина: происходящее касалось лично меня, моей жизни и будущего.

  - Ты не понял. Надо попробовать найти ответы раньше, чем произойдет что-нибудь ужасное.

  - Почему должно произойти что-то ужасное? И как ты себе представляешь найти ответы, если никто ничего не знает?

Алекс успокоился и, подойдя к окну, небрежно облокотился спиной о стену. Его больше ничего не волновало, а я же, наоборот, еще сильнее захотела разузнать как можно больше о нашей связи, чтобы подготовиться к всевозможным последствиям, и его равнодушие лишь сильнее подогревало это желание.

Посмотрев на каждого из присутствующих в комнате и не увидев поддержки, я выказала свое недовольство словами:

  - Пока не знаю. Но я не уверена, что нет хоть какой-то информации! – прозвучало жестко, но иначе меня бы не услышали.

  - Аврора, это не математика, и теорему не выведешь.

  - Но и сидеть, сложа руки, не собираюсь! - взбунтовавшись, я повысила голос.

Мари и Варгана не встревали в наш с Алексом диалог.

  - Ты когда-нибудь угомонишься?!

  - А ты?! – я резко поднялась и встала напротив него.

  - Как же иногда хочется тебя прибить.

  - Взаимно!!

Мы смотрели друг на друга, источая злость, которая выплескивалась через край, и не понимали, что питаемся общими эмоциями. Алекс знал, что чувствует меня, но не мог контролировать, а я распалялась сильнее, не задумываясь о том, что эта злость принадлежит не только мне. В тот момент еще не знала, что начинаю чувствовать Алекса в любой его форме.

  - Эй, ребята, хватит ругаться! – Мари прикрикнула на нас, остановив дальнейшую ссору.

  - Внученька, не беспокойся. Они не навредят друг другу всерьез.

Алекс ухмыльнулся на замечание Варганы и съязвил:

  - Бабушка, ты как всегда права. Я же сильнее.

  От меня он получил ответную ухмылку: я не собиралась признавать его превосходство.

  - Не в этом причина. Как бы вы ни выводили друг друга, все равно будете связаны. В единстве ваша сила, и разрушит ее только смерть. Алекс, ты же не хочешь опять окунуться в сдавливающую тоску и одиночество? Они станут проклятием до конца жизни.

Нас сильно накрыло злостью - не услышали единое правильное решение, прозвучавшее в словах Варганы, и продолжили сопротивляться.

  - Нет. Но и выносить ее напор невозможно. Я устал от резких перемен настроения Авроры и всегда быть начеку, чтобы успеть вытащить ее из очередной передряги.

  - Хватит говорить так, как будто меня здесь нет. И тебя никто не просит контролировать каждый мой шаг. Сама могу справиться!

  - Хочешь сказать, что все встречи с хищниками - пустяк? Ты с ними просто мило беседовала, а я каждый раз мешал?

Гордыня не позволила признать свою неправоту публично, а ведь если бы Алекс вовремя не приходил на помощь, то меня растерзали бы, и уже не единожды.

  - Я же извинялась.

  - Думаешь этого достаточно?

  - Ты сказал, что простил.

  - Простил, но сомневаюсь, что не натворишь еще каких-нибудь глупостей.

  - Вот поэтому вам и необходимо чаще находиться рядом, а не избегать друг друга.

Варгана все еще пыталась достучаться до нас, но безрезультатно.

  - Бабушка, это невозможно. Скоро мы возвращаемся в резервацию. У каждого из нас налаженная жизнь. Я уезжаю в Париж. Вы же знаете, я подписал контракт на год, и потерять такой шанс не могу, да и не хочу.

Вот теперь я поняла, о чем на самом деле думал Алекс. Смотрела на него и чувствовала, как на смену злости пришло разочарование и обида. Захлебнувшись в своих эмоциях, связь с Алексом опять исчезла, но мне не дано было это понять.

  - Аврора, почему молчишь? Ты согласна с моим братом?!

  - Да. Он прав.

  Солгав, лишь сильнее убедила себя, что добралась до истины. Иллюзия о нашей связи исчезла, оставив пустоту. Захотелось сбежать, скрыться от всех. Варгана и Мари верили во что-то великое, и разрушать их сказку не хотелось, поэтому развернулась и молча вышла из дома, еле сдерживая себя, чтобы не побежать сломя голову без оглядки. Ветер сразу пробрался под одежду и пытался сковать ледяным дыханием, но злость подогревала упрямство.

  - Волчица, стой!

  - Что тебе еще нужно?!

  - Ничего. Не веди себя, как малое дитя.

  - Алекс, оставь меня в покое!

  - Оставлю. Но не забывай о себе. На улице холодно, а ты раздетая.

  От термоядерной смеси эмоций, позабыла о том, что на дворе не лето и здесь намного холоднее, чем в резервации. Моя куртка осталась на общей кухне. Алекс приблизился и, накинув мне на плечи свой пуховик, легонько потянул за края, чтобы укрыть от холода, и я поддалась вперед. Ветер обдувал, безжалостно выгоняя тепло.

  - Спасибо. Здесь и вправду холодно. Везет тебе, кровь греет.

  - Не всегда. Иногда и меня можно испугать холодом, но не таким. Надеюсь, не собиралась опять сбежать в лес?

Я улыбнулась на его замечание.

Алекс стоял так близко, что смогла почувствовать, как от него пахнет лесом, мокрой землей, опавшими листьями и хвоей.

  - Таких глупостей больше от меня не дождешься. Хватило и предыдущих знакомств.

  - Аврора, я не могу понять, что тебя так разозлило? В чем я не прав?

  Хотелось кричать, что он не прав во всем, но пришла пора учиться контролировать себя.

  - Я не злюсь. Ты не правильно понял. Просто еще не полностью свыклась с происходящими событиями.

  Он молчал, ожидая продолжения, или пытался прочитать мои мысли по меняющемуся настроению, а я устала бороться с ним и что-либо доказывать.

  - Пойду отдохну.

  - Провожу тебя.

  - Зачем? До дома всего несколько метров. Я никуда не убегу. Прогулок по лесу хватило сверх нормы.

  - Мне так спокойней.

  - А может, пора привыкать не беспокоится за меня? - мне с трудом давалось каждое слово, но я продолжила говорить. - На расстоянии не сможешь оберегать и всегда приходить на помощь.

- Ты права.

  От собственных слов стало трудно дышать, но еще больнее стало от его согласия. Чужая злость вновь насыщала меня, заражала, как вирус, и я сорвалась, прокричав ему в лицо:

- Хватит!!! Опять злишься!

  - Если и злюсь, то тебя это не касается.

  - Я не уверена в этом, но мы сами выбираем, как жить, и вроде наши желания сошлись.

  - Ошибаешься.

  - Но разве ты сам не хочешь вернуть все на круги своя?

  - Хочу, чтобы ты прекратила врать сама себе и поступила так, как велит сердце, а не разум.

  Его ответ разозлил еще больше, но я так ничего и не сказала. Мы, как огромный комок воспаленных нервов, сжигали друг друга злостью и непониманием. Это невыносимо, но контролировать эмоции не получалось ни у меня, ни у него.

  Алекс отвернулся, постоял несколько секунд, смотря вдаль, и ушел, ничего не сказав и не сделав. Нестерпимая боль пронзила сердце, но гордыня держала в крепких оковах. Я не позволила проявить себе слабость, потому что слабые не выживают в этом мире, но именно этот оборотень стал моей слабостью.

Во мне всегда шла непримиримая война между двумя желаниями: жить, как хочется сердцу или как повелевает голова, поэтому выживала, и было интересно в этой вечной борьбе. Но именно сейчас проигрывала сама себе - мое сердце и голова сошлись в одном желании, как верные союзники. Сердце рвалось из груди вслед за уходящим волком, и голова говорила о том же, но гордыня оказалась сильнее.

  Я повернулась, чтобы больше не видеть удаляющегося Алекса и спрятать свою боль глубоко внутри, но мне не позволили: резкий незнакомый запах ударил в нос и кто-то сжал мне рот, закрыв тканью. Закричать не получилось. Стоило вдохнуть и все вокруг закружилось в бешеном водовороте, а затем темнота.

ГЛАВА 3. 

Тьма чередовалась с картинами прошлого и настоящего. Я выныривала из морских глубин на поверхность и снова погружалась на дно. Мозг не отличал реальность от вымысла. Не чувствовала холода или жара, или боли, только усталость от сумбурных впечатлений. То ли это глубокий сон, то ли тело не принадлежало мне. Страх исчез, силы для борьбы тоже. Темнота заполонила разум, и время остановилось навсегда, как будто не принадлежала этой жизни. Но рядом прозвучал голос, совсем слабо, затем более отчетливо. Я слышала, как меня зовут, но не могла ответить.

- Очнись!!! Тебе еще рано уходить. Да, очнись же ты!

Голос преследовал, но тело отказывалось повиноваться.

- Аврора!!!

Я проснулась. Яркий свет ослепил. Застонала. Кто-то рядом продолжал обращаться ко мне, звать по имени. Вцепившись в голос, как в спасительный буек, вновь открыла глаза. Свет. От боли и истощения едва не погрузилась в беспамятство, но резкий запах заставил удержаться на плаву - между засасывающей трясиной мрака и реальностью. Хотела отмахнуться от раздражающего аромата, но тело не повиновалось.

  - Очнулась. Что-то ты слабовата для Огненной Волчицы. На, выпей - это вернет тебе немного сил.

  Меня приподняли, удерживая за плечи, и что-то мокрое коснулось губ. Тонкая струйка потекла в рот и по подбородку. Закашлялась, чувствуя, что не хватает воздуха – жидкость закупорила горло.

  - Хочешь умереть, захлебнувшись? Так не пойдет.

Я хотела бы ответить или что-нибудь сделать, но была овощем и едва могла думать.

  - Я скоро вернусь, а ты не пытайся сбежать. Это нереально.

«Сбежать? Я не могу двигаться», - в голове появились первые внятные мысли, и я заставила себя открыть глаза. Свет исчез. Раздался скрип и легкий стук, как будто открыли дверь, а затем хлопнули ею. И тишина.

«Что произошло? Где я нахожусь? Кому принадлежал голос?» - этими и многими другими вопросами удерживала себя в сознании. Силы постепенно возвращались. Медленно. Понемногу. Тело откликнулось. Я привыкла к темноте и осмотрела помещение, в котором очнулась, но не узнала этого места, так же как не знала, кто мой спаситель или мучитель.

Небольшая комната без единого окна и дверей, только с узким отверстием для вентиляции. Был слышен тихий звук, напоминающий монотонное гудение вентилятора. Здесь не было сыро или холодно, как в погребе или подвале. Я лежала на тонком матрасе, уложенном прямо на пол, под покрывалом из грубой ткани, как мешковина, рядом стоял табурет – это все, что смогла разглядеть.

Приподнявшись с неудобного ложа, почувствовала, как голова закружилась, но мне было необходимо побороть свою слабость. Обстановка настораживала, и я уже не считала, что нахожусь в гостях. Посидев несколько минут и стараясь не делать резких движений, еще раз оглядела комнату, затем придвинула к себе табурет и, опираясь о него обеими руками, встала. Пошатнувшись, уперлась ладонями в стену. Сердце бешено колотилось, ноги дрожали, но я отчаянно боролась с собой. Сделав пару глубоких вдохов, выпрямилась. «Все хорошо. Я справлюсь», - мысленно успокаивая и подбадривая себя, сделала крохотный шаг. Продолжая держаться за стену, обошла половину комнаты, но безрезультатно – выход так и не нашла.

  Над головой послышался скрип. Посмотрела вверх и увидела желтоватый свет.

  - Ну, и как успехи?

Голос принадлежал девушке, и что-то в нем показалось знакомым: или интонация, или манера говорить, но я не могла вспомнить. Ее лицо скрывала темнота, и свет от свечи, которую она держала в вытянутой руке, не позволял разглядеть кто же передо мной.

  - Ужасно.

  - О, мы еще и разговариваем? А я думала, что все потеряно.

  - Где я?

  - В гостях, – в голосе незнакомки прозвучал сарказм, от которого стало не по себе.

  - А больше похоже на тюрьму, но без неба сквозь решетку.

  - Если есть ирония, то будешь жить, - прозвучала пауза. - Недолго.

  - Не поняла.

  - А что здесь непонятного? В скором времени я убью тебя.

В том состоянии, в котором я находилась, было сложно реагировать адекватно, поэтому, не удивившись и не испугавшись, продолжила задавать вопросы.

  - Зачем? И ты вообще кто?

  - Не узнаешь?

  - Не вижу отсюда.

  - А вот так?

Пламя свечи колыхнулось от резкого движения, и я увидела лицо Катрин. Наступил миг, соединивший воедино сразу все эмоции, которые еще секунду назад не желали пробуждаться во мне.

  - Вижу по выражению на твоем лице, что узнала, - Катрин улыбнулась. - А если тебе рассказали обо мне достаточно, то не будешь задавать лишних вопросов.

Я знала многое и видела собственными глазами, на что она способна, но во мне еще остались крохи мужества, поэтому не поддалась на провокацию. И чтобы узнать, где нахожусь и зачем понадобилась Катрин, пришлось выбирать между участью покорной овечки и показушной игрой о том, что ее мнение относительно меня неверно, и она не имеет власти надо мной. Я выбрала второе, не полностью понимая причину своего выбора.

  - Это почему же?

Я вложила в вопрос как можно больше издевки, но Катрин не обратила внимания на это и продолжила свою игру.

  - Так ты до сих пор ничего не знаешь?

  - Знаю, но не все. А если думаешь, что боюсь тебя, то сильно заблуждаешься. Я же еще жива.

  - Как я уже сказала, это ненадолго.

  - Пусть так, но узнать причину своего заключения могу?

  - Можешь. Но зачем?

  - Чтобы спокойно сдохнуть в этой дыре.

  - Ладно, так уж и быть. Твоя смерть - это месть Алексу и всем, кто меня отверг. Он должен почувствовать твою боль, а потом вечная тоска приведет его к сумасшествию. А если повезет, то он допустит небольшую ошибку и станет подобным мне. Вот такой несложный план для восстановления справедливости, - на губах Катрин заиграла самодовольная улыбка, но она исчезла так же быстро, как и появилась, сменившись гримасой недовольства. - Но о чем я говорю. Мне все равно. Главное, я получу еще больше силы!

Катрин продолжала издеваться, насмехаясь над моим положением, мучая словами, но не это было важным, а ее эмоции, которые она тщательно скрывало, и все же они иногда проявлялись: во взгляде, в мимике, в дрогнувшем на мгновение голосе. Или померещилось, но я увидела разочарование и обиду, словно передо мной не монстр, а брошенный всеми ребенок.

Она рассмеялась, но я прервала ее самодовольное поведение:

  - Катрин, а ты уверена, что это сделает тебя счастливой? Алекс тебе не нужен.

  - Откуда тебе знать, нужен он мне или нет? Я хочу его силу и власть. Он альфа, и за ним пойдет стая. Эти никчемные твари - оборотни второго сорта - не будут всегда подчиняться моим приказам. Так они устроены - необходим истинный лидер.

  - Но Алекс никогда не станет послушной марионеткой, и ты об этом знаешь.

  - Это сейчас он такой, а оступившись, захочет власти так же сильно, как и я.

  - Я в это не верю.

  - И не верь. Все равно скоро все закончится - для тебя.

  - Если он почувствует меня, то найдет.

  - Не успеет. Сегодня вечером ты уже не помешаешь моим планам на будущее.

Я услышала свой приговор. И как бы ни хотелось закричать от страха или броситься в ноги палачу, чтобы вымаливать свою жизнь, продолжала изображать ничем непробиваемую скалу, но при этом выглядела удручающе, как надломленное тонкое деревце, что вот-вот упадет на землю.

  - Почему именно вечером, а не сейчас?

Катрин поставила свечу возле своих ног и присела рядом с ней. Каждый ее жест говорил о самоуверенности: ленивые движения, полуулыбка и взгляд из-под полуопущенных ресниц, следящий за каждым моим шагом.

  - Потому что жду гонца с хорошими известиями.

  - Можно поинтересоваться, с какими?

  - Я должна быть уверена, что Алекс страдает и находится на грани, и останется всего лишь немного его подтолкнуть.

  - Мне тебя жаль.

  - Это почему же?

  - Ты не умеешь любить, и все от тебя отказались.

  - Тогда мне жаль тебя. Обычный человечек, связанный с оборотнем. А это значит, - в воздухе повисло молчание. – Что это значит? – она улыбнулась и ответила на свой вопрос. - Что твое место в тени и всегда будет именно там. Ты никто и никем умрешь.

Ее слова достигли цели, но, наверное, не совсем так, как она хотела: я разозлилась, и прошло несколько секунд, прежде чем смогла совладать со своими эмоциями. Да, Катрин была в чем-то права, но я не имела права подарить ей победу над собой. Не сейчас.

  - Я согласна! Для тебя я никто, но меня любят, и это самое главное.

  - Поздравляю! Есть ради чего умирать.

  Катрин думала, что продемонстрировала свое превосходство, но заблуждалась - я увидела обиду и боль, притаившуюся в самых недрах ее души. Сильная Черная Волчица сейчас была беспомощна перед правдой и не могла этого скрыть. Ей с трудом удавалось контролировать себя.

  - Я не верю в потерю души у таких, как ты. Ты чувствуешь боль, а человек без души лишается такой способности.

  - Насмешила. Ты не представляешь, на что я способна. И никакой боли во мне нет, а если хочешь в этом убедиться, то могу показать, что такое настоящая боль.

  В одно мгновение Катрин оказалась в нескольких сантиметрах от меня. Хищница с жаждой уничтожать. Свет над нами освещал ее лицо желтым маревом, уродуя красивые черты. Ее питала злость, словно богиню войны, сброшенную с небес и готовую на все, чтобы вернуть свою власть.

  - Ну что, уже страшно? Или маленькая девочка еще не осознала, в какую ситуацию попала?

  - Я такая же маленькая девочка, как ты волчонок. Неужели думаешь, что испугаюсь тебя?

  - Ты или глупа, или еще на что-то надеешься.

  - Надежда умирает вместе с человеком, запомни это.

Катрин успокоилась так же быстро, как разозлилась, и на губах появилась легкая усмешка.

  - Знаешь, а ты мне нравишься, и даже жаль, что ты не оборотень.

  - Почему?

  - Было бы интереснее убивать.

  - Все не можешь наиграться в "кошки-мышки"?

  - Да. Но небольшая поправка, в "оборотня-человека".

  Мы все сказали друг другу.

Катрин еще раз улыбнулась и отошла в сторону. Подпрыгнув вверх, ухватилась руками за проем в потолке, подтянулась и вновь оказалась наверху. Весь маневр занял несколько секунд. Она исчезла, захлопнув единственный выход из темницы.

  Вскоре я опять привыкла к темноте и с тоской осмотрела скудную обстановку. Выбраться не было возможности - осталось лишь ждать. Мышцы болели от напряжения. Слишком долго делала вид, что могу вынести все невзгоды, но сейчас, оставшись в одиночестве, больше не надо было играть на публику, и я вернулась на жесткое ложе. Страх не появился, и картины из жизни не проносились в голове. Я размышляла над словами Катрин и не могла избавиться от давящего чувства, что если она права, то я никто - крупица среди обычных людей, не способная защитить себя и тех, кем дорожу. Обуза.

- Эй, чего притихла?! Аврора! Аврора!!!

  Слабость еще не прошла и из-за этого сморило. Сквозь сон услышала, как кто-то меня зовет. Поборовшись немного с желанием не просыпаться, не возвращаться в реальный кошмар, нахмурилась и открыла глаза. На табурете сидела Катрин, держа в руке фонарик. Свет резанул, и я прикрыла лицо ладонями, спасаясь от новой боли.

  - Убери его! Глазам больно.

Даже в такой удручающей ситуации иногда посещают довольно обычные мысли, например о том, что цивилизация напомнила о себе в виде фонарика, заменившего свечу, но, к сожалению, они не спасают от действительности.

  - Я уж подумала, что опоздала.

Отведя ладони в стороны, я посмотрела на свою мучительницу.

  - Уже вечер?

  - Да, радость моя, вечер, но ты еще будешь жить.

Наверное, должно было полегчать, но я прекрасно осознавала, что решение Катрин изменится только по веской причине. И не надо надеяться на ее человечность.

  - Вестник принес плохие новости?

  - Нет. Все идет по плану, но появилась более интересная идея, чем твоя быстрая кончина.

  - Не говори, что в тебе проснулась совесть, и ты решила меня отпустить.

  - Не мечтай. Я тут вспомнила одну интересную деталь, а мой любезный гонец подтвердил ее, – Катрин улыбнулась. – И не смотри так удивленно.

Я села и облокотилась спиной о стену, чтобы чувствовать себя увереннее.

  - А как прикажешь смотреть? Тебя же не поймешь.

  - Ты можешь видеть, что происходит с Алексом, когда спишь! Это же правда? Чего молчишь?

  - Кто тебе такое сказал?

  - Есть достоверные источники. Говорят, ты видела нашу последнюю битву.

  - Ага. Ты хотела сказать - твое позорное бегство?

  Этого говорить не стоило. В считанные секунды лицо Катрин исказила гримаса ненависти, фонарик выпал из ее руки на матрас, и я оказалась припечатанной за горло к стене. Тонкие пальчики выглядели изящными и хрупкими, на самом же деле в ее руках таилась нечеловеческая сила. Катрин медленно сдавливала мою шею, не позволяя дышать, губы пересохли, перед глазами заплясали кровавые пятнышки. Отчаянно сопротивляясь, потеряла остатки сил, но когда мое сознание начало угасать, она отпустила. Я схватилась за свою шею и вдыхала воздух глубокими глотками, словно рыба, выброшенная на раскаленный песок. Через некоторое время, смогла говорить, но испугалась настолько сильно, что боялась пошевелиться. А Катрин наслаждалась своим превосходством:

  - Думай прежде, чем что-то говорить. Необходимо, чтобы ты увидела Алекса и рассказала, что он делает.

  - Как себе это представляешь? Я не умею засыпать по приказу и не умею контролировать нашу связь.

  - Уснуть не проблема, а вот все остальное будь добра сделай. И как это получится, меня не волнует.

  - А если откажусь?

  - Тогда будешь жить долго и счастливо с единственным условием, - Катрин подняла фонарик и наклонилась вперед, - я убью Мари. Я давно заметила, как вы неравнодушны друг к другу.

  Услышать подобное было страшнее собственной смерти.

  - Хорошо.

  - Вот и умница, а теперь выпей это и улетишь в мир грез со скоростью звука.

  Катрин протянула чашку, наполненную мутной жидкостью. В нос ударил резкий запах с мятными нотками. Пересилив себя, выпила все до капли, и буквально через минуту, или меньше, погрузилась в темноту. Проваливаясь в принудительный сон, единственное, за что смогла уцепиться – это образ Алекса.

Сознание играло со мной, чередуя покой с черно-белыми нечеткими картинами, пока не увидела лес. Небольшая поляна, усыпанная местами прогнившей листвой, черные островки земли и холм. Я не узнавала этого места, но кое-что выделяло его - огромное черное дерево с раскидистыми ветками, торчащими во все стороны, как скелетообразные руки. Его словно пытались сжечь, но оно выстояло против огня и стояло посреди пустоши, как неприкаянный мученик.

Я посмотрела вперед и увидела, появившихся из леса людей. От них веяло защитой. Хотела приблизиться, но невидимая сила удерживала на месте, заставляла молчать. Сон и реальность смешались. Люди сбрасывали одежду и превращались один за другим в волков. Я кричала, звала на помощь, но меня не слышали и не видели. Стая сорвалась с места и исчезла в лесу. Лишь один из них задержался: Алекс все еще не изменил своего облика и продолжал стоять на возвышенности, осматриваясь по сторонам. Я знала, кого он ищет, но в этот раз мне не хватило сил показать себя, он ушел за стаей.

  - Проснись!!

  Я потихоньку возвращалась из мира грез, голова болела, тело опять не хотело четко исполнять приказы мозга, но все-таки удалось проснуться и посмотреть на Катрин

  - Наконец-то. Что-нибудь видела? Говори! Где Алекс?!

  Я не хотела отвечать, надеясь, что умру раньше, чем она услышит от меня хоть слово.

  - Этого еще не хватало. Неужели переборщила с дозой? Аврора, собери свою волю, а то придется исполнить то, что обещала, и твоя дорогая подружка пойдет к праотцам.

Смерть не спешила ко мне - пришлось говорить:

  - Дай воды, а то не доживу до твоего триумфа.

  - Опять ирония, это хорошо. Сейчас принесу.

  Вскоре я жадно глотала холодную воду, не думая о том, что могу заболеть. Сейчас это было совсем неважно и мелочно.

  - Хватит, а то еще заболеешь.

  - Какая ты заботливая, а я и не знала.

  - Все, говорить можешь? Рассказывай.

  - Я видела стаю, не знаю, в каком количестве, но там Веркен и Алекс.

  - Два вожака. Это интересно. И где их видела?

  - Я не ориентируюсь в лесу. Какая-то опушка или возвышенность, вокруг лес. Раньше не видела этого места.

  - Опушка? Знаешь сколько здесь таких опушек?! – раздражение Катрин росло. - Вспоминай!

  - Дерево.

  - Какое еще дерево?

  - Огромное черное дерево, погоревшее полностью. Это все. Не знаю, что еще добавить.

Катрин забрала стакан, поставила его на пол и улыбнулась чему-то, что только ей было понятно.

  - Близко подобрались. Не думала, что Алексу хватит суток, унюхать тебя.

  Катрин рассмеялась, и ее глаза засверкали, как два огонька.

  - И что теперь? Убьешь?

  - Да. Но не так, как думаешь. Разрывать на куски не собираюсь, мне нужна долгая смерть.

  - И мучительная?

  - Опять не угадала. Отравлю и усыплю. А если найдут, то не поймут, что ты умираешь.

  - Оригинально. Но зачем такие сложности?

  - Чтобы все помучились. Если тебя спасут, то расслабятся, а потом ты умрешь, и горечь потери будет разрывать их сердца. Красиво сказала, как в мелодраме.

  - Но Алекс поймет, что это ты, и отомстит.

  - Не переживай, меня не заподозрят в твоей смерти. Подобных мне много, например, Дон. И ему тоже есть, что сказать Алексу.

  - Кто такой Дон? - я старалась оттянуть время, продолжая втягивать ее в разговор.

  - Не знаешь?! Удовлетворю твое любопытство напоследок. Дон тоже не совладал с основным инстинктом каждого оборотня и убил человека, но проклятие не спрашивает, а действует мгновенно, - Катрин, неожиданно замолчав, покрутила в руке фонарик, потом снова посмотрела на меня. – У Дона была невеста, и они думали, чувствовали, двигались, как единое целое. Я им даже завидовала, но Дон оступился, и Оливия, видимо, не смогла ему этого простить, предпочла отказаться от него и не бороться за свою пару.

  - А причем здесь Алекс?

  - Они встречались - недолго, а Дон принял это, как укол в собственную сторону и затаил злость на обоих, поэтому могу спокойно перевести стрелки на него.

  - Интересная история, но больше похожа на мыльную оперу. Неужели все так серьезно?

  - Не знаю. Это слухи, но я воспользуюсь ими. А теперь извини, но будем прощаться.

  Я не успела ничего сделать: Катрин зажала мне рот и нос тряпкой, от которой шел удушающий запах. Сопротивляться было бессмысленно, и моих сил не хватило бы отмахнуться от комара, ни то, что справиться с разъяренным оборотнем в женском обличье. Последнее, что всплыло в памяти перед сдавливающим запахом смерти - лицо Алекса.

  Жизнь замедляла ход, и я не могла вырваться из убаюкивающих объятий смерти. Темнота рассеялась и меня, словно невесомое перышко, проносило над миром. Тело понемногу отдавало последние жизненные соки. Но что-то задержало, на мгновение, связав невидимой силой, и я услышала свое имя: "Аврора", - совсем тихо, но этого было достаточно.

Так необычно: быть невесомой, ничего не чувствовать, не бороться за жизнь, и этот шепот в голове: "Вспомни, кому принадлежит твоя жизнь. Вернись". Я вспомнила всех: веселую шумную Марьям, заботливую Мари, молчаливого преданного Лерана, и бабушку, но, самое главное, вспомнила его. И не только вспомнила, увидела рядом с собой Алекса, угрюмого молодого индейца с волчьей сутью и человеческим сердцем. Я увидела один из первых снов, связавших меня с ним, но еще ярче и четче, как будто это реальность. Мы стояли на краю скалы. Внизу бушевал непримиримый ни с чем океан, и вместе с сильными потоками ветра, словно танцуя древний танец, он заглушал все звуки. Ледяной холод и солено-горьковатые брызги пронизывали насквозь не только тело, но и душу. Алекс стоял ко мне спиной, и ветер пытался столкнуть его вниз или, наоборот, удерживал могучего зверя от смертельного прыжка в бездну. Боль нарастала, сжигая заживо мое сердце, но это была его боль. Тоска и отчаяние смешались единым клубком в душе.

Как же хотелось его обнять и утихомирить бурю эмоций, отдающуюся болезненным эхом в моем сердце. Стать единым целым с этим наполовину человеком, наполовину зверем, но Алекс не видел меня. Он, словно озверевший от тоски волк, боролся с чувствами и стихией. Находясь над пропастью, жадно вдыхал сырой холодный воздух и вглядывался вдаль.

  - Алекс, услышь. Почувствуй мою боль, как свою. Я хочу жить!

  Я звала на помощь, обращаясь к самому дорогому существу, и он обернулся, словно что-то услышал. Серые глаза выдали все его эмоции, желания, стремления, они горели огнем, от которого могло пробрать дрожью страха. Он родился одним из самых опасных и сильных хищников на земле, но для меня был всем: и жизнью, и смертью. Ради него могла отдать себя, но и жить хотела именно ради него, чтобы хоть раз еще увидеть его смеющимся.

- Аврора. Волчица!

  Слова оборотня обратились к вечности, или все-таки ко мне. Искорка надежды заколыхалась, и, собрав остатки воли, я крикнула, что есть сил: « Я здесь!!!!!!»

  Наши души слились в водовороте жизни, сближая и связывая навечно, но время истекало и силы тоже, тьма и одиночество опять забрали мой разум в свои сети. Как песок просачивается сквозь пальцы, так минуты моей жизни приближались к концу.

  - Аврора, ты жива. Слышишь меня? Моя волчица, проснись, я рядом.

  Голос Алекса, как мелодия, доносился до моего медленно угасающего разума, но желание жить превозобладало.

  - Яд. Катрин отравила.

  Это единственное, что я прошептала, прежде чем снова потеряла сознание.

ГЛАВА 4. 

Свет от огня в печи смягчал темноту в помещении. Очнувшись, подумала: «Я жива!» - но от этого не полегчало на душе. Страх монолитной глыбой придавил и не отпускал. Я не знала, что же произошло, с трудом вспоминала детали и не могла разглядеть в полумраке комнаты, где нахожусь.

  - Не бойся. Ты больше не одна.

  Я резко повернула голову и почувствовала, как сильная боль пронзила позвоночник, пробежав от шеи до поясницы и вернувшись к основанию черепа. Это было невозможно выдержать молча: крик вырвался наружу, с глаз потекли слезы, и я зажмурилась.

- Не двигайся. Скоро боль утихнет.

Этот голос не давал покоя, и от боли соображала с трудом, пока не почувствовала прохладу на разгоряченном лбу от мокрой ткани. Я открыла глаза, жадно вдыхая воздух, и увидела Алекса. Он нежно провел пальцами по моему лицу, убирая со щеки прядь волос. Я долго молчала, боясь, что любое крохотное движение принесет новые мучения. Алекс не отходил, сидел рядом, держал за руку и наблюдал. А когда боль утихла, я не выдержала и спросила: «Я поправлюсь?» - и в ответ увидела улыбку на губах.

- Не ври.

Я хотела знать правду, пускай самую ужасную, а не питать иллюзий по отношению к себе.

- Аврора, верь мне. Скоро будешь доставать вопросами, как прежде, а сейчас отдыхай.

Он не врал, и я позволила себе насладиться заботой того, кто приобрел бесценность в моем сердце. И было все равно, что пострадала именно из-за него. Я жаждала его внимания, и маленькое желание исполнилось. Но гложущее ощущение чего-то забытого и важного не давало покоя, пока не вспомнила угрозы Катрин.

  - Алекс, где Мари?

  - Скоро вернется. Мы не отходим от тебя уже более двух суток, но я знал, что твой темперамент и жажда к жизни так просто не отпустят из этого мира, – он улыбнулся и провел рукой по моей щеке.

Вот теперь можно было вздохнуть с облегчением: все живы, Катрин помешали довести до конца ее коварные намеренья, и Алекс рядом со мной. Думая обо всем произошедшем, я не знала одного, что именно произошло в день моего спасения.

  - А что с Катрин?

  - Жива здорова. Сбежала до нашего появления. И если бы не ты, то никто бы не догадался, что она тебя отравила.

  - Значит, это еще не конец.

- Конец, - Алекс улыбнулся и снял с моего лба полотенце, чтобы намочить еще раз. - Больше мы ей такой возможности не предоставим. Как только доставим тебя в резервацию, я найду ее.

От его слов меня передернуло. Резко приподнявшись с подушки и не обращая внимания на боль во всем теле, схватила Алекса за руку и испуганно прошептала:

- Нет. Не посмеешь ее… – слово «убить» застряло в горле, колючим комом.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд, а затем он нагнулся и притянул к себе, прижав к груди. Полотенце так и осталось лежать в миске с водой, а Алекс провел по моим волосам мокрой рукой, дотронулся до щеки, отодвинулся и, приподняв за подбородок мое лицо, заглянул в глаза.

- Успокойся. Все хорошо. Никто ее не убьет, но и оставить все как есть, нельзя. Пойми, Катрин не остановится на полпути, и необходимо разузнать ее планы.

  Я слушала и верила. Хотела верить. Тепло рук усмирило страх, и я затихла, уткнувшись лицом ему в грудь. Мягкая ткань рубашки слегка щекотала кожу, но было так хорошо и спокойно не двигаться в его объятиях и слушать, как бьется сердце оборотня.

  - Я боюсь за тебя.

  - Не бойся. Она слабее.

  - Все равно, не рискуй зря.

  Стукнула входная дверь, и я резко отодвинулась от Алекса. В комнату вошла Мари с высоким кувшином в руке.

  - Аврора? Ты очнулась? Я переживала за тебя.

Я улыбнулась, но не успела ответить: Мари поставила кувшин на стол и прижалась ко мне. На ее милом личике отпечатались следы усталости от бессонных ночей.

- Мари, я переживала, что Катрин доберется и до тебя. Как ты, как малыш?

  - С нами все хорошо. Ты должна о себе думать. Такое пережить может не каждый. Яд удачно подобрали: никаких симптомов, ослабленный организм под сильным снотворным. Он убил бы за несколько часов, но ты оказалась сильнее и вовремя пришла в сознание.

  - Катрин на это и рассчитывала, что никто не догадается об отравлении, и я умру, не очнувшись.

Я посмотрела на Алекса, чтобы увидеть его реакцию: за наигранным спокойствием и полуулыбкой, скрывался бушующий вулкан эмоций. Но только я это заметила, а Мари кроме меня ничего не замечала: щебетала без умолку, целовала, прижимала к себе. Улыбнувшись подруге, чтобы успокоить, я снова посмотрела на ее брата. Алекс потянулся к моим рукам и, нежно сжав их, произнес:

- Она не учла маленького нюанса, нашу с тобой связь, – замолчав, он сжал мои пальцы слегка сильнее. - Аврора, я, наконец, чувствую тебя в любом состоянии...

Я не знала, как реагировать на его слова, но для меня это было словно признание в любви. Мы становились единым целым. И наша связь не подчинялась обычному объяснению.

  - Ты видел меня там, на обрыве?

  - Видел? Не уверен, что могу верить тому, что видел. Одно мгновение, и ты растаяла, как дымка, но чувство боли и желания жить не ушло, оно притянуло меня.

От его слов и прикосновений я забыла, что мы не одни, но Мари вырвала из опьяняющего состояния, вернув с небес на землю:

  - Ой. Ребята, что же мы тут тоску наводим. Пойду, расскажу всем о том, что ты очнулась, и принесу поесть. Тебе необходимо набираться сил.

Вынырнув из красочного мира, где центром вселенной был Алекс, я попыталась удержать Мари рядом. Жуткое ощущение того, что могу ее потерять, накрыло с головой.

- Не уходи!

- Аврора, я здесь. И Алекс рядом. Мы все с тобой.

Подруга хотела успокоить, но сама разволновалась, и в уголках ее глаз заблестели зарождающиеся слезы.

- Все равно не уходи, - я упрямо повторяла одно и тоже, - не уходи.

  - Ты обязательно должна поесть, и это не обговаривается. Я скоро вернусь, а Алекс поможет тебе сесть так, чтобы тело меньше болело.

  - Откуда знаешь?

Мне не пришлось продолжать, Мари и так поняла.

  - Это отголоски яда, но все равно поправишься.

  - Хочешь сказать, что яд…- я не договорила, испугавшись произнести вслух страшное предположение.

  От меня не укрылось то, что Мари периодически уводит взгляд в сторону, а Алекс прикасается, словно к фарфоровой кукле. Поведение друзей лишь усугубило мое настроение. Зажмурившись, задержала на мгновение дыхание, и если бы могла остановить сердце, то сделала бы и это, чтобы перечеркнуть прошлое, а когда вновь посмотрела на мир, приняла решение: буду бороться до конца, не стану обузой, не буду еще слабее, чем раньше!

Отстранившись от любимого сероглазого оборотня, выхватила свою руку из его ладоней и улыбнулась Мари. Боль не отпускала, но я могла двигаться, а это значило многое. Я хотела доказать, что все опасения лишены смысла - откинула одеяло и самостоятельно приподняла подушку. Каждое движение отдавалось болезненным уколом: в голове, спине, руках, ногах, словно тело кровоточило. Мари испуганно наблюдала за каждым моим движением, а Алекс замер. Он не ожидал таких подвигов и, видимо, морально готовился к слезам, стонам, воплям о помощи, но я удивила его, а заодно и саму себя.

  - Аврора, успокойся. Прекрати.

Я отмахнулась от Алекса, продолжая усердно взбивать подушку.

  - Отстань.

- Ну, как скажешь.

Он поднялся с кровати и шагнул к двери, а я не смогла больше играть воительницу, которой всё нипочем. Потянулась вперед, чтобы остановить его, но движение получилось резким и болезненным – я вскрикнула. И вновь Алекс сидел рядом, крепко прижимая к себе.

- Глупышка. Ты скоро поправишься.

- Правда? Это недолго?

  - Недолго. Лично займусь твоим здоровьем.

  - Будешь временно заменять мне костыли?

  - Если надо, буду твоими ногами. И перестань сопротивляться. Я спасал тебя не для того, чтобы опять ругаться.

  - Ладно. Наберусь терпения, но не надо обращаться со мной как с калекой. Боль терпимая.

  - Насколько твоего терпения хватит? Ладно, - Алекс улыбнулся, - прекратим бессмысленный спор. Мари, принеси поесть этой нетерпеливой особе.

  Мари оставила нас одних, Алекс зажег свет и отошел к печи. Я и не заметила, что все это время мы находились в темноте. Обстановка в комнате (полумрак, отблески огня на стекле, колышущиеся тени) придавала происходящему иллюзию волшебства, но стоило зажечься свету, как сказка исчезла, напомнив о боли и том, что выгляжу, наверное, ужасающе. Пока Алекс подкидывал бревна в огонь, дотянулась до своей косметички. Выглядела и впрямь удручающе: бледная, под глазами синеватые круги, волосы похожи на птичье гнездо. «Ну почему нельзя, как в сказке? Принц спас принцессу, и при этом ее облик в любых условиях великолепен. Не повезло», - улыбнувшись своим мыслям, кое-как расчесала волосы, но результат все равно не привел в восторг.

- Прекрати мучить себя.

- Что? – я растерянно взглянула на Алекса и сразу же опустила голову, увидев его улыбку. – Я ужасно выгляжу.

- Нормально. Не на курорте же побывала. Лучше лишний раз не беспокой себя.

- Как скажешь, - вздохнув, вернула на стол косметичку, но смотреть на Алекса все еще не решалась. – Скажи, боль точно исчезнет?

  - Да. И скажу тебе еще кое-что. Ты удивила. Становишься сильнее, меняешься, но я пока не уверен, что понимаю верно то, что вижу.

  - Превращусь в оборотня? – подмигнув ему, я тем самым хотела разрядить обстановку.

  - Такого удовольствия тебе не почувствовать, - он подмигнул в ответ.

  - Тогда о чем говоришь?

  - Наша связь изменит тебя. Если верить старикам, а они у нас любят сказки рассказывать, то станешь намного сильнее и быстрее, чем обычный человек.

  - Но как такое возможно?

  - Ответа нет, но об этом говорят сказания об Огненной Волчице.

  - Твоя бабушка рассказала не все. История намного длиннее?

- Да. У истории множество дополнений.

- Ясно, - подтянув к подбородку одеяло, поморщилась от усилившейся боли, но мне хотелось разговаривать с Алексом, слушать его, наблюдать за ним, поэтому нашла новую тему для разговора. - Алекс, как ты догадался, что меня пыталась убить Катрин, а не кто-то другой?

- Ты сама назвала ее имя.

- Да? – я не могла вспомнить этого. – Странно. Не помню. Но все равно, разве нет еще вариантов?

- Каких же?

- Дон.

Алекс резко выпрямился, хмурая складка пересекла лоб, он сжал в руке кочергу, причем так сильно, что его костяшки посветлели. Я, не желая того, все-таки затронула запретную тему о произошедшей трагедии.

  - Откуда узнала о нем?

  - Катрин рассказала. Она хотела свою вину перекинуть на Дона, думая, что вы враги.

  - Это не так.

  - Но ты ведь увел у него Оливию? Или ошибаюсь?

  - Катрин рассказала тебе многое. Удивлен ее поступку. Но у тебя неверное мнение. Они расстались задолго до наших отношений. Да и отношениями это не назовешь. Мимолетное увлечение, – он сделал паузу, а меня кольнул очередной укол ревности. – Я еще ни разу не задумывался о семье…- Алекс отвернулся к окну, но продолжил. - О своей собственной семье, о второй половине. Или еще время не пришло, или слишком люблю свободу.

Продолжать разговор не было смысла, но за расспросами я спрятала свои чувства. Его слова сильно задели, и Алекс не понимал этого. Я и раньше думала, что мы слишком разные, а теперь поверила в это.

- Ты любил Оливию?

  - Как хорошего друга, так же как и Дона.

  - Неужели веришь, что оборотень, переступивший хоть раз грань, теряет душу и возврата ему обратно нет?

  Алекс долго молчал, и я уже собралась поторопить, но он сам ответил:

  - Не хотел верить, но со временем пришлось с этим смириться.

  - Почему? Он же твой друг?

Затронутая тема разбудила в нем давнюю злость от боли, которую он хранил в себе все эти годы.

  - Потому что ты не видела, что именно происходит с неуправляемым волком! Особенно в полнолуние. Только умение контролировать свою звериную сущность оставляет нас людьми, а Дон и Катрин выбрали иной путь. Они идеальные машины для убийства. Не знают, что такое пощада, забота, преданность, любовь.

  - Ты в этом уверен?

  - Да. Я хотел помочь Дону, но он не дал и шанса.

  - А что тогда случилось?

- Тебе важно знать?

- Да.

- Зачем?

- Хочу понять, в чем заключается главная опасность.

  - Как пожелаешь. Но я бы хотел уберечь тебя от этой стороны нашей жизни.

В который раз наши глаза встретились, как два острых клинка. Не один из нас не хотел уступать. Я погрязла в мире, где необычные вещи приобрели осмысленность, а чувства возросли в кратные размеры.

- Хорошо. Расскажу, - Алекс вновь отвернулся, ему было трудно говорить, но я вынудила на откровение. – Мы готовились к полной луне. Утром Дон поругался с Оливией, а вечером до темноты все собрались в лесу, возле океана. Находясь в стае, прислушиваясь к ритму каждого сердца, преклоняясь перед вожаком, мы контролируем себя и поддерживаем друг друга. Но в тот раз все пошло кувырком. После ссоры с Оливией Дон нервничал, отказывался слушать Веркена, упрекнул меня в слабости, потому что я альфа, а занимаю одинаковое положение со всеми в стае. И как назло мы столкнулись с браконьерами. Один из них тащил мертвого волчонка, совсем еще маленького щенка. Дона как подменили. Он превратился раньше всех и перегрыз ему глотку. Мы не успели его удержать. - Алекс уперся ладонями в стекло, проведя ногтями по нему, а выплеснув гнев, отошел назад и уже спокойно добавил. - Нам удалось спасти остальных двух, а Дон сбежал и не появлялся дома несколько недель. Оливия, как и все мы видела его боль, но не могла помочь.

  - А что дальше?

  - Дальше… - Алекс продолжал копаться в стертых временем воспоминаниях, как будто искал что-то важное, что-то, что опровергло бы его собственные слова. - Ничего хорошего. Настроение Дона с каждым днем ухудшалось, злился и раздражался от каждого пустяка. По ночам пропадал, а в округе поползли слухи о нападениях зверя: то ли волка, то ли медведя. Я не видел тел и не могу утверждать, что они жертвы оборотня. Но и Дон молчал. Потом его заметили в компании Катрин, и последняя ссора с Оливией подвела черту. Он ушел и появлялся в родных местах редко, а за последние два года видели всего пару раз.

  - Все это интересно, но меня гложут сильные сомнения по поводу потери души оборотнем.

  - Это почему же? – Алекс резко обернулся.

  - Ну, во-первых, никто точно не знает, с чем связаны ваши, как бы сказать мягче, мутации. Или это ген, или проклятие, о причине которого почему-то забыли. Во-вторых, мне хватило личного общения с Катрин, чтобы понять, она не потеряла способность чувствовать. Да, я не буду спорить, Катрин опасна, эгоистична, но обижена, а это никак не совпадает с вашими предположениями.

  - С чего такой вывод?

  - Она не умеет скрывать эмоции.

  - Считаешь, что таким, как Дон и Катрин, нужна чья-то любовь и забота?

  - Все возможно, – я задумалась, верю ли собственным словам, но только на мгновение.

  - Это абсурд. Мы старались помочь Дону справиться с его зверем, но он все равно сбежал, и многие считают, что на его совести не одна жертва.

Услышать подобное от Алекса казалось, по меньшей мере, странно, но с другой стороны, я владела меньшей информацией, чем он, и могла опираться лишь на собственное чутье и предположения.

  - Это не доказано, и что чувствовал Дон, никто не знает. И есть еще одна причина, почему вы не смогли уберечь его.

  - Это какая же?

  - Насколько я поняла, Катрин раньше оступилась, и Дон видел, к чему это привело. Он мог убедить себя, что его участь предрешена.

  Алекс задумался над моими словами, потому что в них заключался смысл.

  - Поражаешь. Сама чуть не погибла от рук Катрин и пытаешься защищать. Но может ты права.

  - Не пытаюсь, просто хочу найти способ уберечь других от судьбы Дона и Катрин. А заодно и им дать еще один шанс.

  - А если они этого не хотят?

  - Но попробовать стоит.

Разговор пришлось прервать, вернулась Мари.

  - Замолчали. О чем разговаривали?

Я улыбнулась ей, но ответил за меня Алекс.

  - Да так, о жизни и ее пируэтах. Лучше скажи, чем порадуешь ослабший организм потерпевшей?

  - Полезным и вкусным. Мясной бульон и тушеные овощи. А чуть позже все вместе попьем чай с пирогом.

  - А пирог какой? – я аж облизнулась, учуяв ароматные запахи.

  - Это осиль, а потом о пирогах думай.

  - Так уж и быть, соглашусь на этот раз.

  Вкусная еда и забота друзей придали сил, но боль не желала покидать и не давала забыть о произошедшем. Я наблюдала за Мари и Алексом, улыбалась, стараясь показать, что со мной все не так плохо, и не переставала думать о проклятии, настигшем Катрин и Дона. Не только оборотень может оказаться на распутье двух дорог, но и обычный человек способен на жестокость и преступление, за которое понесет наказание, и при этом каждый имеет право на помилование и искупление грехов, также как и на прощение, или хотя бы на шанс доказать свою невиновность. Почему же тогда существа, отличающиеся от людей, лишены этого права? Потому что сильнее и быстрее? Или потому что их считают порождением тьмы? Не знаю, по какой причине, но я верила, что Катрин, лишенная любви и заботы, - лишь эгоистичная и обиженная девочка, которая хочет заменить недостающие ей чувства своими чудовищными поступками. Она желает власти, идет по головам, а кто из нас хоть раз в жизни не делал подобного или не задумывался об этом, но не оступался по одной причине – неуверенность. Многие желают власти, силы, денег, и только единицам это дано: или от рождения, или благодаря хорошим деяниям. В основном все добиваются высот, идя против собственной совести или оставляя за собой след чужих обид. Никто так и не смог сказать с уверенностью, что за Катрин и Доном идет кровавый след, беспощадный и беспричинный. О Катрин я знала только то, что видела сама: эгоизм и жестокость, а за Доном скрывалась тайна его исчезновения. Да, он убил браконьера, но никто так и не узнал настоящую причину, почему же он словно сошел с ума.

Или я хотела верить в самообман, или была права.

  - Уже поздно, - Мари коснулась моей руки, спасая от темных размышлений. - Пойду за чаем. Попьешь перед сном и будешь отдыхать, набираться сил.

  - А который сейчас час?

  - Скоро десять вечера. Алекс, здесь подождешь или пойдешь домой?

  - Как Аврора захочет, – на его лице промелькнула легкая ухмылка.

  - Хочу! – я поспешила с ответом и, увидев, как Мари заговорщицки подмигнула, опустила голову, мысленно ругая себя: «Ну как можно себя так вести! Рехнулась! Выдала себя с головой!»

  - Сестренка, ты иди, а я пока побуду здесь.

  - Хорошо, не скучайте и не ссорьтесь.

  - Постараемся. Да и у Авроры еще нет сил на ссоры.

  - За себя говори, а за меня не надо.

  - Ошибся, - Алекс рассмеялся. - Она восстанавливается быстрее, чем я предполагал.

Мари ушла, прикрыв за собой дверь, а я почувствовала себя немного неловко. Еще и Алекс вел себя так, будто хотел увеличить мое смущение: улегся в ногах и, подперев ладонью щеку, смотрел на меня, слегка прищурившись, как кот на мышь, которую загнал в угол. Я отодвинулась к стене и поджала колени к груди. Молчание напрягало. Алекс мог читать мои эмоции, а я не хотела, чтобы он знал обо мне все, особенно сейчас, когда уверенность сбежала, сверкая пятками.

- Боль не проходит?

- Проходит, если не двигаться, – я улыбнулась, стараясь справиться с волнением, и, чтобы еще больше не сгущать краски, вновь затеяла расспрос. - Расскажи что-нибудь еще.

- О чем?

  - О Доне. Хочу понять настоящую причину его поступков и исчезновения.

  - А кошмары не замучают?

  - Я привыкла к страшным снам, так что боюсь их меньше всего.

Алекс улыбнулся и перевернулся на спину, подложив правую руку под голову, а левую протянул и опустил поверх одеяла на мою ногу. Я замерла и несколько секунд смотрела на его огромную ладонь. В ней таилась сила, а когда он превращался, эти смуглые длинный пальцы покрывались шерстью, меняли свой вид, и острые когти могли изуродовать, но этого я еще не видела, только могла представить. Странно, но не боялась его, а, наоборот, хотела быть ближе.

  - Ну хорошо, сама напросилась, - повисла немая пауза, пока Алекс собирался с мыслями. - Дон, Оливия и Катрин с одного городка, недалеко от нашей резервации. Мы все примерно одного возраста, дружили, вместе учились, планировали будущее. Первое превращение Дона должно было произойти раньше или в то же время, что и у остальных, ведь он старше всего на год, но все шло не так. В его семье оборотней так же много, как и в моей, но долгое время все считали, что он родился обычным человеком. Это по той причине, что на обряде никто не увидел его волка. Дон не должен был проходить наш обряд, но хотел этого, и старейшины пошли на уступку. Прошел, как и многие, в шестнадцать лет, но неудачно. Было еще две попытки, и каждый раз мы отговаривали, а старейшины давали добро. Мы хотели уберечь друга, но нас никто не поддержал. Потом и он потерял веру в себя, смирился или надоело, никто не знал. Дон всегда отличался замкнутостью и даже друзьям редко рассказывал о своих тревогах или проблемах, но ценил дружбу, и мы отвечали ему тем же. А через два с половиной года, по просьбе Оливии, он опять прошел обряд, и все без исключения увидели темно-серого волка. Это как подменило его: стал увереннее, целеустремленнее. Спустя несколько месяцев к нашей стае прибавился еще один оборотень. Зверь в нем проснулся очень сильный, мог бы соперничать с Веркеном, но и сдержанность проявлял реже, чем остальные: вспыхивал с пол оборота, часто лез на рожон, доказывал свою принадлежность к нашему виду.

  - Может, был шокирован тем, что у него все шло не так, как у большинства? Душу волка не видели, превращаться начал намного позже всех вас, и это немного свело с ума.

Алекс продолжал смотреть в потолок, а его рука сильнее сжала мою ногу.

  - Тогда почему не поделился своими страхами с лучшими друзьями? Мы бы всегда поддержали его, а он замкнулся в себе еще больше и постоянно проявлял агрессию.

  - В чужую голову не залезешь и, как книгу, не прочтешь.

  - В этом ты права. Чувствуя твои эмоции, не могу тебя разгадать.

  - И не пытайся. Так интереснее жить. Сам же назвал меня ребусом, - я улыбнулась, вспомнив наш разговор за день до столкновения с медведем.

  - Дальше рассказывать, загадка моя неразгаданная? – он повернул лицо, и я увидела искорки смеха в серых глазах.

  - Да. Мое внимание принадлежит сейчас тебе.

  - Жаль, что только внимание, – в голосе появились нотки недовольства, и он вновь уставился на потолок.

  - Ты о чем?

  - Ни о чем. Не отвлекайся.

  Скрипнула дверь, предупредив о возвращение Мари.

- Чего замолчали? Опять секреты от меня?

  - От тебя сложно что-либо утаить, – улыбнувшись сестре, Алекс забрал у нее поднос и поставил на кровать рядом со мной.

  - Тогда о чем молчите?

  - Рассказываю истории из прошлого. Аврора так и не успела толком ничего узнать, вот просвещаю.

  - Это правильно, но все серьезные разговоры перенесем на потом. А сейчас пейте чай и спать.

  - Мари, но я и так проспала слишком долго, - притворно надув губки, как обиженный ребенок, я схватила чашку с пахучим напитком.

  - Это нездоровый сон - тебе необходим отдых. Алекс, проконтролируй, чтобы Аврора вела себя хорошо, а я пойду Лерана накормлю и провожу.

  - Куда?

  - На общем собрании решили, что ночью будут выставлять патруль вокруг поселения.

  - А это необходимая мера?

Я отпила глоток и посмотрела на Алекса, но он не заметил моего немого приглашения присоединиться к беседе и, уставившись в чашку, думал о чем-то своем.

  - Аврора не беспокойся. Вот, - Мари протянула кусок пирога, - возьми. Наедайся и спать.

Взяв пирог, я вытянула ногу и легонько толкнула ею Алекса в бок. Он резко развернулся и нахмурился, видимо, не довольный тем, что его покой нарушили.

  - Алекс, ты тоже патрулируешь?

  - Да, но сегодня у меня иная задача – тебя охранять, - он улыбнулся и провел пальцами по моей ладышке.

Я засмеялась и быстро спрятала ногу под одеяло.

  - Никогда не думала, что доживу до такого высокого положения. Собственный телохранитель, это не шутки.

  - А никто и не шутит. Алекс говорит правду. Извини, что не спросили, но пришлось принять решение незамедлительно.

  - И ты тоже с этим согласен?

  - Меня не спросили.

В его голосе промелькнуло недовольство, или мне послышалось, но радости на лице не было видно.

  - Тогда все ясно. А теперь я могу вставить слово и отказаться от столь шикарного подарка, как распоряжаться личным временем твоего брата?

  - Она уже язвит.

  - Я не язвлю, а пытаюсь тебя же спасти от пожизненного заключения.

  - Вы когда-нибудь угомонитесь? Надоело наблюдать ваши вечные перепалки. Вы меня совсем не бережете, - Мари уперлась кулачками в бока и, сощурившись, посмотрела на брата.

  - Сестренка, не переживай. Мы же шутим. Да, Аврора?

  - Да. У нас временная нестыковка во мнениях. Скоро все пройдет, и будем понимать друг друга с полуслова.

  - С полета мысли.

  - Так вам и поверила. Вы с десятка слов друг друга не поймете, не то, что с полета мысли. И хватит разводить пустые разговоры. Всем спать!

  Поцеловав меня на прощание, Мари ушла кормить мужа. А я вернулась к сладкому напитку и горьким размышлениям. Позабыв о вкусном пироге, думала о том, кто сейчас сидел рядом и, так же как и я, витал в собственном мире мыслей. Меня окружили заботой, но Алекс часто напоминал о том, что предпочтет свободу нашей связи и возится со мной лишь по той причине, что не готов вновь окунуться в одиночество.

  - Ну что, будешь допивать чай? – Алекс кивнул на чашку.

  - Что-то не хочется.

Мне стало немного тоскливо: остался осадок от исчезнувшей иллюзии.

  - Тогда давай помогу улечься удобнее, и будешь отдыхать. Ты еще недостаточно окрепла.

  - Ты такой заботливый, - я улыбнулась ему, чтобы показать, как благодарна, но в ответ ничего не увидела на его лице, кроме спокойствия.

Не хотелось думать о том, что он часто использует равнодушие, находясь так близко со мной, как сейчас, но эта мысль сама по себе закрадывалась в голову. А увидев, что не отвечает улыбкой на улыбку, я вздохнула и отвернулась к стене.

  - Отдыхай. Завтра попробуем выйти на улицу.

Его рука коснулась моей головы и нежно провела по волосам. Я аж замерла на миг, почувствовав каждой клеточкой, что он все-таки рядом. Кровать жалобно скрипнула: Алекс собрался уйти. Мгновение, когда кто-то уходит, и понимаешь, что боишься этого больше, чем собственного исчезновения, заставило меня остановить его:

- Не уходи.

Вместо ответа увидела, как Алекс медленно поворачивается, и почувствовала, как одна эмоция сменяет в нем другую. Он боролся сам с собой: остаться или уйти. Но выбор сделан, и в этой битве победила я.

  - Не ухожу. Дождусь, пока уснешь.

  - И потом не уходи.

  - Не могу. Ты же знаешь правила.

  - А как же круглосуточная охрана?

  - О круглосуточной охране ничего не говорили.

  - Жаль, а я думала, что буду занимать все твое время.

  - Будешь. Но мне тоже иногда необходим отдых и сон.

  - Спокойной ночи, Алекс.

   - Спокойной ночи.

  Я закрыла глаза и слышала, что он еще здесь, но вскоре забылась глубоким сном без сновидений.

ГЛАВА 5.

Утро не принесло облегчения уставшему и отравленному телу, но разум отдохнул от мыслей, воспоминаний и переменчивых сновидений. Я смогла самостоятельно сесть, уже не чувствуя пронзающей боли в каждом суставе. Между плотными занавесками просачивались лучи осеннего солнца и крадучись подползали к кровати. Все вокруг укрылось покоем и теплом, согревающим душу.

Алекс исчез ночью, но это было предсказуемо.

Я задумалась о наших непростых взаимоотношениях с ним. Каждый раз, когда меня подстерегала опасность, он оказывался рядом, словно по мановению волшебной палочки, но это не волшебство. Да это и не столь важно. В моей жизни появился тот, ради кого хотелось жить, не существовать, не делать вид, что рада всему, а именно жить.

Алекс родился оборотнем - персонаж, нагоняющий ужас, но только не для меня. Мы не могли найти общего языка, и многие споры не имели причины. Как два несмышленых малыша доказывали у кого лучше игрушка. Возможно, именно из-за наших ссор старейшины пришли к решению, что наблюдать за мной будет именно Алекс и никто иной. Многие не понаслышке знали о проблеме общения между нами и считали, что это плохо сказывается на развитии нашей связи. И Варгана, всегда лояльная к проделкам любимого внука, взяла сторону большинства и убеждала, что контроль над эмоциями и взаимная помощь друг другу поможет приобрести силу.

Скрипнула дверь и из-за двери высунулась Мари:

  - Доброе утро, - подруга быстро проскользнула в комнату и поставила на тумбочку стакан с водой. - Давно не спишь?

Если бы не скрипящая дверь, то и не заметила бы, что в гостевом доме есть еще кто-то кроме меня.

  - Доброе. Недавно проснулась. Видишь, могу самостоятельно садиться в кровати и с подушкой справилась без посторонней помощи.

  - Вижу. Яд покидает твой организм, и если все пойдет такими темпами, то завтра сможешь выйти на улицу.

  - Но Алекс обещал прогуляться со мной сегодня.

  - Нет. Еще рано. Чуть позже попробуем с тобой походить по дому, но на улицу выйдешь не раньше завтра.

  - Жаль. Я соскучилась по солнышку.

  - Сейчас исправим.

  Мари раздвинула занавески, и яркий дневной свет слегка ослепил. Я зажмурилась на миг, а когда привыкла, стала смотреть, как по деревянному полу бегают светящиеся круги – «солнечные зайчики». Именно сейчас поняла, что ценю вещи, которых раньше не замечала.

  - Как же прекрасно.

  - Что именно? – Мари улыбнулась и присела рядом со мной.

  - Все: солнце, свет, природа за окном. Возможность дышать и видеть. Жить. Мари, ты понимаешь меня?

  - Понимаю. Наслаждайся жизнью в полную силу, потому что ее может забрать любой, а вот отдать никто не сможет, да и не захочет. Запомни мои слова.

  - Запомню, – я вздохнула и подумала о том, что хочу радоваться настоящему, не заботясь о том, что же поджидает нас за углом будущего. - Где Алекс?

  - Скоро придет. Позавтракаешь?

  - С удовольствием.

  - Это прекрасно. Сейчас накормлю.

  Подруга ушла, но мне не довелось побыть наедине с собственными мыслями. В прихожей послышались едва различимые звуки шагов, словно зверь подкрадывался к комнате, а затем прозвучал тихий стук в дверь.

  - Войдите.

  Стоило гостю войти, как все мысли разлетелись испуганными мотыльками. Алекс держал в руках поднос с чем-то аппетитно пахнущим.

  - Ой, а я думала, Мари принесет.

  - Могу уйти, – он притворно нахмурился и сделал шаг назад.

  - Нет. Мне приятно, просто неожиданно.

  - Мари не успела принести, я уже подходил к дому.

  - Откуда знал, что проснулась?

  - Догадайся, – он все еще следил за мной, но уже не так настороженно, и улыбался.

  - Совсем забыла. Эмоции?

  - Да. И они порадовали. Ты счастлива.

  - Да. Я жива. Боль почти утихла, за окном прекрасная погода, и рядом со мной друзья, – я хотела сказать немого иначе, но не решилась выказать самое сокровенное.

Алекс поставил на кровать поднос и присел рядом.

  - Рад позитивному настроению. Совпадает с моим. Все-таки не всегда плохо чувствовать кого-то еще, кроме себя.

  - Наверное. Но, в отличие от тебя, я чувствую только эмоции твоего волка.

  - Это изменится.

  - А если нет?

  - Тогда даже лучше. У меня скверный характер, и чаще являюсь отрицательным источником, чем положительным. И зачем тебе нагружать свою прекрасную голову посторонним негативом.

Услышав ответ, я нахмурилась. Он мне не очень пришелся по душе. Сложно было понять, шутит Алекс или говорит в серьез, когда на лице дружелюбная улыбка, в глазах искорки смеха, а руки протягивают тарелку с ложкой.

Я ухватила предложенный завтрак, но разговор не прекратила.

- Это с какой стороны посмотреть. Ты вскоре начнешь читать мои мысли, а мне такое будет не под силу.

  - Мысли не смогу читать. Телепатией не наделен, да и не хочу. И зачем тебе знать, что варится в чужой голове?

  - Что бы лучше понять тебя и меньше ссориться.

  - Давай, попытаемся найти общий язык без этого?

  - Интересно, каким образом?

  - Ну не знаю, – он отвернулся к окну и продолжил. - Будем учиться искать компромисс.

  - Не верю своим ушам! Согласишься идти на уступки?

Он резко развернулся, и я увидела на лице ухмылку, словно приготовился съязвить.

  - Почему это я? И вообще, завтракать собираешься?

Я пробурчала, что собираюсь, и запихнула в рот ложку овощей с грибами.

  - Осторожнее, а то обожжешься.

  - Не учи, не маленькая.

  - Все-таки у нас проблемы со спокойным общением

  - Точно, - ответив с набитым ртом, попыталась проглотить очередной кусок, не прожевав его.

  - Вкусно?

  - Объеденье.

Алекс отошел от кровати к окну и присел на подоконник, но продолжал наблюдать за мной. Его внимание вызывало двоякие чувства: сладкую истому и раздражение. Хотелось, чтобы он находился рядом, и в тоже время не была уверена, что эта забота скрывает за собой что-то большее, чем дружеская поддержка. Все-таки слова Катрин: «…обычный человечек, связанный с оборотнем… твое место в тени и всегда будет именно там», - хоть и с запозданием, но достигли цели.

  - Не спеши.

  - Отстань. Я очень голодна.

  - Хочешь опять «слопать слона»?

  - И не только.

  - Катрин голодом морила? - Алекс сощурился и, осудительно покачав головой, добавил. - Негостеприимная хозяйка.

  - Это точно, - я тяжко вздохнула, подыгрывая. - Она знает, как усыпить гостей, чтобы кушать не просили. Кстати…, - я вспомнила о данном мне обещании и решила напомнить о нем, - мой любезный охранник, ты обещал прогулку.

  - Да, но придется нарушить обещание. Ты еще слаба, и яд не полностью вышел из организма, но завтра постараюсь выйти с тобой во двор.

  - Надеюсь, сдержишь свое слово.

  - Не обещаю, но постараюсь.

Алекс отвернулся, и я заметила, что его что-то привлекло во дворе: он пристально за кем-то наблюдал или пытался что-то разглядеть, но мне не удалось ничего увидеть с кровати.

- Спасибо за завтрак.

  - Что? – по его невнимательности стало ясно: мысленно он не здесь. – А, ты об этом. Спасибо не мне, а бабушке. Она сегодня зайдет, осмотреть тебя.

  - Варгана же не врач.

  - Но зато сталкивалась с подобным ядом.

  - Ее хотели отравить?

  - Почти. Она сама.

  - Это как? – я удивилась.

- Долгая история, если захочешь, спроси ее сама об этом, но вкратце из-за любви.

  - Не могу представить, чтобы такая сильная и мудрая женщина пошла на самоубийство.

Слова Алекса озадачили бы любого, и мое любопытство разгорелось сильнее.

- Она не собиралась себя убивать. У этого яда долгое действие, если человек здоров, то умрет через несколько суток, а если организм ослаблен, как у тебя, то произойдет все намного быстрее, а наш дед этого не знал.

  - Не поняла. Она отравилась из-за вашего дедушки?

  - Да. Вот такая у нас коварная бабуля, ради личного счастья не пожалела собственной жизни.

  - Вот так история.

Алекс улыбнулся и заговорщицки подмигнул.

  - Ладно, сам расскажу, но бабушке не слова.

  - Клянусь, – я приложила обе руки к сердцу, выражая свою искренность, и вымазала рубашку в жирном соусе, забыв, что держу ложку.

  - Переусердствовала с клятвой, – он рассмеялся, а потом резко посерьезнел. – Слушай историю. Я помню деда вечно ворчащим и грубоватым, но они любили другу друга. О том, что Варгане пришлось отвоевывать свою любовь, узнал случайно. Всегда думал, что их история легкая, без единой проблемы, но ошибся. Вначале дед не обращал внимания на бабушку и всем говорил, что еще не родилась та, что достойна занять место рядом с вожаком стаи. Ты не ослышалась. В отличие от меня, дед был прирожденным вожаком: мудрым, сильным, но и довольно вспыльчивым.

  - Тогда знаю, в кого ты такой уродился.

  - Не перебивай, если хочешь узнать одну из историй семьи Воренов.

  - Молчу.

  - В общем, пришла пора задуматься о семье и наследниках. Разница в возрасте у них лет на тринадцать, если не ошибаюсь. Дед упорно не замечал Варгану, но у той характер еще тот. Говорят, она использовала любой случай, чтобы оказаться рядом в трудную минуту, а он любил затеять потасовку. Именно таким способом она добилась внимания, но как друг, с которым можно поговорить, кого надо защищать. Он продолжал игнорировать ее как девушку. Но как говорит моя бабуля: «Дедушка влюбился, но боялся признаться не только мне, но и себе», - Алекс замолчал и рассмеялся, увидев, что я едва и тарелку на себя не опрокинула, позабыв о ней и слушая интересную историю его семьи. – Ты такая неуклюжая.

- Не отвлекайся. Рассказывай.

Тарелку пришлось отставить, а то такими темпами к концу истории я бы оказалась с ног до головы в еде.

- Ладно. Слушай, любопытная. Они проводили много времени вместе. Начались разговоры, вопросы. В те времена строго следили за порядком, особенно если это касалось отношений между девушкой и парнем, и с браком долго тянуть было нельзя. Вот тогда Варгана и решила пойти на хитрость. Она верила, что любовь взаимна, но знала, дедом владеет сильная гордыня, и так просто он не признается себе, что тоже любит. Как говорят, понимаешь насколько дорог тебе человек, если теряешь его, – Алекс задумался, но прошло совсем немного, и он вновь улыбнулся. – Когда я узнал об этом, то был поражен. Все никак не мог поверить, что человек ради чувств пойдет на что-то подобное.

- И что же бабушка предприняла?

- Раздобыла где-то рецепт яда с замедленным действием и отравила им себя. А мой дед, мучаясь от страха за жизнь своей любимой, признался ей во всем. Произошло чудо, и Варгана выздоровела. Я подозреваю, что он так и не узнал, с какой коварной женщиной связал свою судьбу, - Алекс ухмыльнулся. – Интересно, все женщины такие?

- Что??!

- Ничего. Ешь давай.

Размышляя над услышанной историей, я, так же как и Алекс, не могла поверить, что в жизни существуют подобные чувства. Да, я могла бы отдать за любимого жизнь, но целенаправленно подвергать себя опасности только ради его признания – этого не понимала.

  - От кого узнал эту историю?

  - Давно и случайно. Бабушка поведала об этом Мари, а я тогда, как бы сказать помягче, околачивался рядом.

  - Подслушивал.

  - Это грубо, - Алекс ухмыльнулся,- непреднамеренно оказался слушателем.

- Ага.

Вероятнее всего мы бы продолжили наш разговор в столь непринужденной форме, но вернулась Мари, приведя с собой Варгану. Алекса выпроводили, и когда за ним захлопнулась дверь, я немного расстроилась, но ненадолго. Мари присела рядом и обняла, а ее забота всегда успокаивала.

Варгана смотрела на нас, думая о чем-то своем и загадочно улыбаясь. Ее мудрость подсказывала те вещи, о которых я еще не задумывалась, но уже чувствовала.

  - Вы как сестры. За короткий период два совсем разных человека искренне полюбили друг друга. Такое происходит редко, но это тоже небольшое чудо, которое необходимо беречь.

  Слова бабушки всколыхнули в памяти чувство страха, в которое мне пришлось окунуться благодаря Черной Волчице, и мелкая дрожь побежала по телу.

  - Замерзла? – в голосе подруги прозвучало сильное беспокойство.

  - Нет. Просто посетили жуткие воспоминания и угрозы Катрин.

  Мари и Варгана смотрели на меня, ожидая продолжения, но я сомневалась, стоит ли посвящать их во все детали своего общения с Катрин. Слишком много ужасного скрывалось в моих воспоминаниях, о чем бы хотела забыть.

  - Продолжай, девочка. Не бойся. Ты в безопасности.

Варгана не вынуждала к откровению, но она понимала - мне необходимо высказаться, и мягко подтолкнула в нужном направлении.

  - В том месте, где меня удерживала Катрин, я не все время находилась без сознания. Мы с ней говорили, - я вздохнула, набираясь храбрости, чтобы достать из памяти каждый миг своего заточения, и только после этого продолжила. - Катрин хотела показать свое превосходство, это было видно. Я сопротивлялась изо всех сил, но не знала чего именно можно ожидать от нее. Ей нужен Алекс, и она уверяла, что знает его лучше, чем я, поэтому моя смерть приведет к неконтролируемой злости, а потом к убийству, и тогда он присоединится к ней. А самое страшное то, что Катрин следила за нами.

Я взглянула на подругу: Мари слушала внимательно, так же как и ее бабушка.

  - Под конец она изменила тактику, пригрозив убить Мари. Именно это заставило меня подчиниться.

Мари дернулась то ли от страха, то ли от неожиданности.

  - Меня? Но за что?

На ее вопрос я могла бы ответить, но Варгана опередила:

  - Катрин разузнала о вашей дружбе и нашла слабое место Авроры.

Варгана произнесла то, чего я бы не хотела слышать, и своими словами лишь усилила мой страх. Я обычный человек, неспособный противостоять силе оборотня, и не могу защитить тех, кто не безразличен мне. Остается один вариант – исчезнуть из жизни Мари и Алекса, чтобы не быть их ахиллесовой пятой. Катрин умела манипулировать и выискивать слабости. Как талантливый шахматист, продумывала различные ходы, и выбрала именно меня.

Я познала, насколько близко находится смерть и горечь утраты рядом с каждым из нас. Потеря дорогих людей способна убить человека без оружия или болезни.

Прижавшись к Мари, почувствовала боль, прокатившуюся по всему телу, но даже она не утихомирила страх.

  - Ой. Больно. Откуда в тебе столько силы?

  - Извини, я, не задумываясь, сжала тебя. Страшно, что это еще не конец. Твоя бабушка права, ты моя слабость.

  - Аврора, не переживай. Мы все преодолеем.

Очень хотелось бы поверить, но сомневалась, смогу ли в следующий раз уберечь друзей от опасности. Понимала, что находясь рядом с ними, становлюсь магнитом для зла. Я слабое звено, и Алекс защищал тайну своего народа не зря. Теперь ему приходилось заботиться еще и обо мне. Поэтому решение пришло само собой: необходимо вернуться в Россию, и не просто уехать, а исчезнуть из жизни племени.

Варгана что-то говорила, Мари прижимала к себе, но я ничего не слышала, не чувствовала, прощалась со своими мечтами и старалась найти в себе силы, чтобы смериться с необходимостью. Но стоило Алексу вернуться, принеся в дом прохладу с улицы, как меня вновь наполнило приятное чувство покоя и защищенности. Пока что-то чужое, тяжелое и гнетущее не ворвалось в эмоции, мешая насладиться мимолетным счастьем.

  - Что у вас тут происходит? – Алекс нервничал и осматривал меня так, словно искал физическую причину моих эмоций.

Варгана улыбнулась внуку и сказала, чтобы он не переживал.

  - Бабушка, а можно без воспоминаний? Она еще не полностью окрепла.

Я улыбнулась. Приятно видеть его внимание, но иногда правда искажается. Трудно справляться со своими эмоциями, а добавь к ним чужие и неконтролируемые, и начнешь вести себя по-другому. Отними нашу связь - все изменится, и я стану для Алекса незнакомкой из России. Обычная рыжая девчонка, человек, а он оборотень, альфа.

  - Алекс, извини. Постараюсь больше не вспоминать плохое.

  - Не обещай того, что не сможешь исполнить. Воспоминания - это часть нас, поэтому будешь вспоминать, хочешь того или нет. Но поберечь здоровье – обязана, – он, наконец, улыбнулся. - Я так понимаю, что помешал?

  - Немного. Братишка, не переживай. Если Аврора чувствует что-то негативное, это не обязательно опасно для нее. Можешь успокоиться и не дергаться по пустякам.

  - Легко тебе говорить, ты же не чувствуешь Лерана, так как я Аврору. Посмотрел бы на тебя в такой ситуации.

  - Ошибаешься. И очень сильно. Я научилась распознавать эмоции своего мужа и мысли иногда угадывать, так что могу примерно представить твое состояние, поэтому, будь добр, не мешай.

 Алекс что-то хмыкнул себе под нос и ушел. Лишь напоследок еще раз взглянул на меня. И я ожидала, что он что-нибудь скажет, но нет.

  - Так, девочки, поговорили и хватит. Еще обед надо готовить. Давай, Аврора, осмотрю тебя.

  Варгана медленно ощупала мои руки, ноги и спину, слегка нажимая, как опытный врач. От ее прикосновений боль становилась ощутимей, но в основном в ногах и пояснице, в остальных частях тела прошла.

  - Ну что, какой диагноз или приговор? – я старалась свести все к шутке, чтобы не думать о возможных отголосках отравления.

  - Твой организм восстанавливается быстро. Так что не волнуйся.

На этом осмотр был завершен, и Варгана, попрощавшись, покинула гостевой дом. После ее ухода мы с Мари залезли вдвоем под одеяло и, обнявшись, сидели, ни о чем не разговаривая. Я слушала окружающие нас звуки. Тишина раздражала, как союзник одиночества заставляла задуматься о будущем, которого опасаешься.

- Мари, а у нас музыки нет?

- Могу на гитаре побренчать.

- Умеешь? – я удивилась.

- Нет, – Мари рассмеялась, – но шум могу обеспечить.

- Ну, спасибо, добрая ты у меня.

- Точно. Добрее не найдешь. А ты сильная.

- Не уверена.

- Зато я уверена. Ты выжила. Яд бежит от тебя, так что аж пятки сверкают. И не шучу. Ты и впрямь становишься сильнее, или раньше этого не замечала?

- Не поняла.

- Да, ты меня так сильно сдавила, что еще немного и услышала бы хруст косточек.

- Когда?

- Сегодня.

- Извини. Я, наверное, перенервничала.

- Да, ладно, – Мари улыбнулась и поцеловала меня в щеку, а потом резко отстранилась. - Ой, совсем забыла сказать, что у нас гости. Вы еще не знакомы, но новости разлетаются быстрее ветра.

- Кто же нас навестил?

  - Ник и Оливия.

  - Про Оливию уже слышала. А Ник – это кто?

  - Ник, брат нашей злобной Катрин.

- Брат. Даже не верится, что у нее есть родственники. Катрин больше похожа на одичавшую кошку без семьи и дома.

- У каждого есть начало – исток. И у нее есть семья, - Мари слегка взгрустнула, но недолго, и через минуту, заулыбавшись, продолжила: - Эти ребята тебе понравятся. Оливия энергичная особа, без движения, спорта и охоты жить не может, а Ник, - засмущавшись, подруга посмотрела на свои ладони, и стало заметно, как на ее щечках появился легкий румянец, - красавчик.

  - Ого! Вот так реакция, - я легонько толкнула подругу плечом в плечо. - Давай, делись своими секретами. Он тебе нравился?

  Мари не прекращала смущено улыбаться и выдала этим себя: этот парень играл в жизни моей подруги немаловажную роль, но, видимо, оказался не настолько хорош, раз Леран заполучил ее полностью и безвозвратно.

- Да, это давно было.

- Ну и что, – состроив милую мордашку, притворно вздохнула. - Обожаю любовные истории.

- Нам было примерно по четырнадцать. Ребята еще не превращались. Ник мне нравился, и я иногда мечтала о нем, как о будущем супруге. Ведь Лерана заметила намного позже.

  - И вправду настолько красив?

  - Сама увидишь. И если предпочитаешь парней с голливудской улыбкой и огромными, немного женственными глазами, то он тебе точно понравится.

  - А сколько ему лет? Чем увлекается?

  - Он на три года старше меня. По профессии и призванию архитектор. Еще не работает, заканчивает последний год обучения, но проходил практику, и по его проектам строят небольшие коттеджи.

  - Интересно. Но я предпочитаю мальчиков постарше, - я лукаво улыбнулась и подмигнула Мари, - и если настолько смазлив, как говоришь, то от девушек отбоя, наверное, нет.

  - Постарше? – Мари поджала губки. - Но он и так тебя старше на два года. Насчет отношений с девушками - ты права, реагируют на него …

- Как на мёд? – я перебила подругу и рассмеялась.

Было забавно наблюдать, как Мари смущается и краснеет, поэтому не могла себя удержать, чтобы не поддеть ее.

- Угадала.

- Вот видишь. Значит он не мой типаж.

- Не спеши с выводами. Ник старомоден и, мило улыбаясь, отшивает всех. Ищет свою единственную.

  - Бриллиант не только внешне, но и внутри? Это более заманчиво. Жду не дождусь, когда познакомлюсь с этим представителем исчезающего вида, - толкнув еще раз Мари в плечо, вызвала у нее очередной приступ «красных щечек». – Расскажи еще что-нибудь о гостях.

  - Оливия недавно приехала погостить, а Ник здесь на каникулах. Когда тебя искали, слухи разнеслись далеко. Вот друзья и примчались на подмогу.

  - Это удивительно. Они меня не знают, а пришли на помощь.

  - Это не «удивительно», а нормальное поведение для друзей. У нас произошла беда - все переживают и помогают. Вы не успели познакомиться, но ты связана не с чужим для них человеком.

Слова Мари не очень пришлись мне по душе.

  - Ну, спасибо. То есть благодаря связи с Алексом, я еще кому-то нужна.

- Прекрати делать опрометчивые выводы. Связь с моим братом – это не самое важное. Я люблю тебя, потому что это ты. Лерану нравится твой волевой характер, бабушка уважает за мужество и силу воли, а Алекс - Мари улыбнулась, упомянув о брате, - с ним разберетесь сами. Я в ваши взаимоотношения лезть не стану.

 - Мари, а как ты думаешь, Алекс терпит меня, потому что так сложились обстоятельства, или есть что-то большее? – этот вопрос не давал покоя, но сама не ожидала, что решусь задать его.

  - А сама как думаешь?

  - Если честно, не знаю, что и думать. Он чаще всего злится по пустякам, и мне нравится выводить его из состояния равновесия. Алекс становится таким беззащитным, - я улыбнулась приятным воспоминаниям, - все в нем кипит, а ничего со мной поделать не может.

  - Вы словно дети. Не признаетесь друг другу, что между вами не просто связь, а что-то большее. И сами себе в этом тоже признаться не можете.

  - Между нами?! – я удивилась и поспешила разубедить Мари: - Нет! Ошибаешься. В наших отношениях больше необходимости, чем простого человеческого желания.

  - А я вижу противоположное, и если бы вы уделяли внимание друг другу, а не сорились и соперничали, то познали бы правду через свои сердца.

  Подруга высказала то, о чем я иногда думала, но признаваться ей не собиралась: была слишком зациклена на том, что чувства принадлежат мне единственной, а для Алекса - это как принудительный выбор.

  Все настолько запуталось, сложно не то, что отличить чувства другого человека, но и свои желания могла поставить под сомнение. События нарастали бешеными темпами, и я не поспевала за ними. Вероятнее всего наша с Алексом судьба не заключала в себе глобального предназначения, и мы не родились для великих свершений. Да меня это и не сильно волновало. Инстинкт самосохранения еще не покинул, и самостоятельно искать лишние проблемы не собиралась, но и добиваться ответных чувств тоже не хотела или боялась проиграть. Впервые в жизни усомнилась в своих силах. Это «счастье» не предназначалось мне, тогда зачем зря тратить свою единственную жизнь на погоню за вымыслом.

  - Опять витаешь где-то далеко или обдумываешь мои слова?

  - И то, и другое. Не вижу смысла спорить с тобой. Если что-то предрешено, то зачем пытаться прыгнуть выше головы.

  - Не буду спорить, но объясни, в чем же видишь предрешенность?

  - Мы с твои братом связаны и будем хранить эту связь, но мы из разных ... - оказалось сложно подобрать верное определение, поэтому не сразу продолжила. - Как бы это доступнее объяснить. Из разных миров. Я человек, а он не совсем.

  - Мой брат чудовище?

  - Нет! – я возмутилась предположению Мари. – Наоборот. Он более великое творение, нежели я.

  - Какая глупость! Ты еще Алекса в разряд божественных созданий не занесла? Он – человек. Да, мой брат более сильный, быстрый и с необычной способностью, но таких, как он, много, и не все могут справиться с подобным даром. Не завидуй и не думай о том, что мы с тобой занимаем низшую ступень в этом мире.

  - Причем здесь ты? Я говорю о себе.

В ответ на мои слова Мари возмутилась еще сильнее:

  - Интересно, а чем я отличаюсь о тебя?! Хотя, не права. Я отличаюсь и, по твоим суждениям, должна занимать еще более низкую ступень. У нас с Лераном ведь нет связи, как у вас. Это хотела сказать?!

  Мой личный эгоизм привел к той черте, когда слеп во всем. В племени не все родились оборотнями. Так чем же я хуже тех, кто жил рядом с ними, состоял в кровном родстве и хранил тайну? Мари открыла мне глаза.

  - Извини. Не подумала о том, что говорю глупость. Эгоистка. Извини.

  - Вот-вот. Думай, прежде чем подобное озвучивать, и хватит вести бесполезный спор. Лучше попробуем пройтись по комнате и проверим, насколько ты еще слаба.

 - Давай.

Мари откинула в сторону одеяло и поднялась с кровати, а я, обрадовавшись прекращению неприятной для нас обеих темы, поспешила и, резко повернувшись, почувствовала сильную боль. Дыхание затруднилось, словно мне перекрыли доступ к кислороду, и в висках застучали мелкие молоточки. Стиснув челюсть, я вцепилась в край кровати и попыталась встать, но ноги предательски затряслись, и если бы не Мари, то упала бы на пол. Подруга вовремя поддержала, обняв за талию.

  - Куда спешишь? Возьми мою руку и опирайся на нее.

  - Не удержишь.

  - Удержу!

  Я сделала несколько неуверенных шагов и с трудом сдержала себя от порыва улечься в кровать и больше не вставать с нее. Столь невыносимую боль еще не доводилось чувствовать в своей жизни. Я и раньше панически боялась любых болезненных ощущений, а сейчас и подавно думала лишь об одном: « Лучше бы умерла, чем так мучиться». Как будто в каждую клеточку тела воткнули по тонкой игле, впивающейся при любом движении все глубже. Еще один шаг - еще один болезненный укол, и я, не выдержав, застонала и заплакала.

  - Аврора, не спеши. Присядь, – голос Мари дрогнул.

  - Нет! – сжав руку подруги, я упрямо передвинулась на еще один шаг.

  - Расслабь немного пальцы. Мне больно.

  Резко отпустив ее, я покачнулась и едва не упала, но успела ухватиться за угол стола и восстановить шаткое равновесие.

  - Осторожнее.

  Мари вновь обняла меня за талию и, аккуратно поддерживая, помогла подойти к окну.

Осеннее солнце спрятало свои скудные на тепло лучи за кроны густых деревьев. Я чувствовала жар от огня в печи, прохладу от стекла и боль, медленно стихающую, но все еще уверенно владеющую моим телом, особенно ногами. Сейчас все было и бессмысленно, и важно. Подруга дотронулась до моего лица, нежно стирая пальцами полоски, оставшиеся от слез.

  - Присядь и отдохни немного. Нельзя нагружать тебя.

  - Я очень хочу выйти на улицу, почувствовать ветер, сырость или тепло.

  - Завтра. Вскоре окрепнешь, и мы вернемся домой.

  - Когда?

  - Послезавтра проведут обряд, и на следующий день начнем собираться в дорогу. У тебя есть еще время, чтобы набраться сил.

  - Мари, а мое самочувствие не создаст проблем для прохождения обряда?

  - Ты не будешь в нем участвовать. Ни в этот раз.

  - Почему?!

  - Для этого нужны внутренние силы, а ты слаба, и старейшины приняли решение обезопасить тебя от возможных последствий. Никто не знает, как бы ты отреагировала на происходящее в нормальном состоянии, а из-за того, что пришлось пережить, твой разум можем пострадать.

  - Боитесь, что сойду с ума?

  - Вроде того.

  - Мари, я и так многое пережила. Мой мир перевернулся с ног на голову, но не сошла же с ума. Поэтому имею право решать сама: что делать и чем рисковать?

  - Окончательный выбор за тобой. Никто не посмеет его отнять, но за тебя все беспокоятся.

Ладони Мари, накрывшие мои, и ее нежный голос вернули меня прежнюю. Я опустила голову на ее плечо и вздохнула, почувствовав, как же хорошо, если о тебе волнуются.

  - Понимаю, – заглянув в карие глаза подруги, увидела в них весь мир, сотканный из любви и преданности. – Я так же понимаю и осознаю риск, на который иду, но отказываться не собираюсь. Возможно, поступаю глупо, но необходимо попробовать. Хочу увидеть то, что видите вы, проходя этот обряд. Не знаю почему, но для меня это важно.

  - Хорошо. Я передам твою просьбу и уверена, тебе пойдут на встречу, но готовься к тому, что это не всем понравится, и тебя будут отговаривать.

  - Это мелочи. Кстати, а когда обед? – сменив тему, показала, что больше не хочу продолжать наш и так не сильно приятный разговор. - Или ужин?

  - Сейчас принесу.

Мари ушла, а я присела в кресло, чтобы немного отдохнуть и насладиться покоем. Я думала о солнечных лучах, которые не ощущала на себе уже несколько дней, о завтрашнем дне, о предстоящем обряде, о Мари, об Алексе, но звук, раздавшийся из прихожей, привлек внимание. Кто-то крался, практически беззвучно, но каждый шаг чужака отдавался в моих ушах грохотом ужаса. Затем тишина. Страх сжал сердце, но я не собиралась снова попадать в его цепкие когти, ни в этот раз.

Быстро поднявшись с кресла, схватила первое, что попалось – кочергу, и только после этого, почувствовав себя немного увереннее, подошла к двери. Никто не ломился внутрь, не стучал. Я прижалась ухом к деревянной поверхности, и на какой-то миг послышалось чужое дыхание. Отодвинувшись назад и перехватив обеими руками кочергу, подняла ее вверх. Страх наделен силой сводить с ума, и в результате человек видит опасность там, где ее нет.

  Вслушиваясь в тишину, до моего сознания доходил только звук бешено стучащего сердца, и оно не принадлежало врагу, это сердце было моим. Дверь отворилась. Я замерла, и в следующую же секунду в памяти всплыл образ Катрин. Реальность потеряла смысл, наружу вылез инстинкт самозащиты. Я замахнулась, намереваясь защищаться до последней капли крови, но чья-то рука перехватила кочергу с другого конца. На пороге стоял не враг, а Алекс - человек, спасавший меня уже не единожды. Он явно не ожидал нападения, тем более от меня, а я не знала, что сказать, просто не могла понять собственного поведения, чтобы хоть как-то объяснить.

  - Аврора, ты решила меня убить?

  - Я не знала, что это ты. Просто…- замолчав, отпустила свое «оружие», но так и не нашлась, что же еще добавить.

  - Хорошо, что это я вошел. Ты могла покалечить кого-нибудь.

  - Если бы не крался по дому, как вор, я бы так не отреагировала.

  - Я не крался. Всегда так хожу и, между прочим, постучал, но ты не отозвалась, а это никак не сочеталось с твоими эмоциями. Я почувствовал очень сильный страх, смешанный с агрессией, вот и зашел, не дождавшись разрешения.

  - В следующий раз ходи громче или кричи прямо с порога.

Назвать мое поведение нормальным было сейчас трудновато. Самой не понравилось то, как отреагировала на обычный звук, но анализировать себя просто не было сил.

  - Чего так испугалась? Ты же дома, в полной безопасности.

  - Когда Катрин меня похитила, я тоже находилась не в лесу.

  - Вся территория под ежеминутной охраной и здесь, и за периметром, а в тот раз мы не ожидали, что произойдет что-то подобное, поэтому прекрати себя накручивать.

  - Это пока сильно не успокаивает.

Отвернувшись от Алекса, чтобы скрыться от его напряженного взгляда, я присела на кровать и посмотрела на свои руки. Пальцы дрожали, и сердце все никак не успокаивалось - отголоски панического страха глубоко впились в мозг.

  - И что тебя сможет успокоить?

  - Не знаю. Наверное, должно пройти время, - посмотрев на Алекса, увидела, что он продолжает крепко сжимать в кулаке, отобранную у меня, кочергу. - Вернешь?

  - Зачем? Не хватало, что бы еще на кого-нибудь ею замахнулась.

  - Как хочешь.

После сильного всплеска эмоций адреналин стих, и боль вернулась обратно, забирая силы, но я заставила себя встать с кровати и, не издав ни единого стона, прошла мимо Алекса к окну.

  - Как себя чувствуешь?

  - Ноги еще болят.

  - А по тебе и не скажешь. С такой прытью замахивалась кочергой, что если бы не волчья реакция, лежал бы с проломленным черепом, – улыбнувшись, он положил мое «орудие нападения» возле печи.

- Алекс! – я замолчала, борясь сама с собой.

- Что?

- Спасибо тебе.

- За что?

- За все. И бабушке скажи спасибо за то, что ухаживает за мной.

- Сама передашь. Завтра уже будешь бегать рысью, при таких темпах выздоровления.

Алекс продолжал шутить, чтобы успокоить, и я улыбнулась в ответ, подметив, что редко вижу его улыбающимся, чаще угрюмым, хмурым, вечно недовольным или задумчивым.

  - Я соскучилась по солнышку, а твоя улыбка согревает, - впервые смогла ему выразить словами свои истинные чувства, пускай это получилось неуклюже, но реакция была довольно необычной и милой. - Смутила?

  - Немного. Не предполагал, что меня можно сравнивать с солнцем. Скорее с тучей.

  - Ты прав, и на нее тоже похож, причем чаще, чем хотелось бы. Но все равно теплый и хороший, как солнце.

  - Ты еще не совсем отошла от пережитого, - Алекс улыбнулся. - Ничего, вскоре все вернется на круги своя, и опять будешь доставать меня ненужными вопросами и необдуманными поступками.

- Как всегда прав. Вскоре все вернется.

- Что-то не слышу ноток радости. Грустишь? Почему?

  - Сама не знаю. Я попала словно в сказку, и вскоре она закончится.

  - Скорее не в сказку, а в ужастик: оборотни, древняя магия, покушения.

  - Есть моменты, о которых хотела бы забыть, но в основном передо мной открылся удивительный мир волшебства. Все, о чем мечтают дети, подростки и помешанные на фантастике, теперь часть моей жизни, и будет сложно жить думая, что ничего не изменилось. Как ты с этим справляешься?

Наверное, задала слишком сложный вопрос, но мне был необходим совет или подсказка, и Алекс, немного помолчав, все же заговорил:

  - Ты свыкнешься с изменениями. Не забывай, жизнь состоит из мелочей, связанных между собой - повседневные и обычные вещи важны для людей. Я с удовольствием отказался бы от всего ненормального для большинства нашего общества: от своего дара, от этой скорости, силы и быстрого восстановления. Оставил бы все обыденное. В этом мире много непознанного и интересного, а наша жизнь настолько быстротечна, что сожаление обо всем, что не успел, посещает слишком часто. Поэтому не жалей себя, а наберись терпения и сил. На том, что узнала, жизнь не заканчивается и не основывается, уж поверь мне. Я уже не один год нахожусь на грани между человеком и зверем, и мне намного тяжелее приходится, чем тебе.

Его слова несли истину, но она подходила мне не полностью.

  - Каждый имеет право на выбор, правду и свое мнение. Правду я узнала, выбор сделала, и мое мнение немного отличается от твоего. Я бы с удовольствием согласилась бы поменять свою прошлую жизнь хотя бы на подобие твоей.

Мы посмотрели друг на друга – серьезно и непреклонно, прежде чем прозвучал ответ:

  - Ты сошла с ума?! Предпочла бы спокойной жизни постоянную борьбу с собой, с желанием закрыть в себе человечность и слиться со звериной сущностью? Ты хотела бы всю жизнь скрываться от большинства людей, опасаясь не только за свою жизнь, но и за жизнь близких тебе?

Алекс всеми доступными для него способами старался доказать мою неправоту и все еще не смирился с тем, что я связана его тайной.

  - Во всем есть две стороны. Каждый поступок несет за собой последствия, но в одном я уверена, что если бы родилась подобной тебе, то не боялась бы таких, как Катрин. И больше бы никто не посмел бы управлять мною, словно куклой…

Наружу рвалось еще множество разных фраз, но я резко замолчала, когда Алекс решил подойти ближе – это вызвало немного пугающее, но от этого не менее приятное желание: сократить между нами расстояние и никогда не отодвигаться.

  - Боишься, что Катрин еще раз причинит тебе боль? Но этому не бывать. Ты веришь мне?

- Верю.

- Тогда не думай о плохом. И вскоре вернешься домой.

Он неожиданно остановился (в принципе так же неожиданно, как и приблизился), и его действия говорили о том, что он не позволит уничтожить между нами этот невидимый и неощутимый глубокий ров: ни в чувствах, ни физически, всегда будет соблюдать дистанцию. Хотя я могла всего лишь накрутить себя, и всё на самом деле не так.

  - Россия - это не другая планета, и если Катрин пожелает меня найти, она это сделает, и ты не сможешь быть моим постоянным защитником.

  - Если понадобиться, я буду делать это вечно, – его зрачки потемнели, предупредив, что их обладатель недоволен.

Алекс произнес очень важные и необходимые слова, он как бы дал обещание, но меня это все равно не обрадовало. Я мечтала о взаимности и одновременно с этим хотела свободы, независимости, быть ему равной, чтобы не оберегал меня, как хрупкий сосуд. К сожалению, я не родилась оборотнем, могла пользоваться только тем, что дано (способностью читать эмоции Алекса) и надеяться, что моя сила и скорость возрастут – это если верить преданиям племени. Если это произойдет на самом деле, я смогу защитить не только себя.

  - А я, если понадобится, сделаю все возможное и невозможное, чтобы уберечь тебя от такого самопожертвования.

  - Интересно, как это у тебя получится.

  - Не знаю, - я отвернулась, чтобы не видеть реакцию на свои слова, - но пустых слов на ветер не бросаю.

  В комнате повисла неприятная тишина. За окном голые ветви склонялись к земле от резких порывов ветра. А я ждала, что скажет Алекс, заранее готовясь к новому напору атак с его стороны, но он молчал. И я, не выдержав тишины, повернулась, чтобы заглянуть в глаза оборотня и попытаться понять, о чем думает сейчас этот наполовину человек - наполовину зверь, но он исчез.

Прошло всего несколько минут, пока я созерцала пустую комнату и думала о том, кого хотела бы догнать и остановить, но мне это было не под силу.

Стукнула дверь. Я дернулась от неожиданности и посмотрела на вход. Сердце больно кольнуло. Хотела увидеть в дверном проеме вернувшегося Алекса, но в комнату вошла его сестра с подносом, заполненным тарелками.

  - Ты выходила?

- Нет.

- А кто же оставил дверь открытой на улицу?

- Здесь был твой брат.

  - Опять поссорились?

- Вроде нет. Я не уверена.

- Ну, что с вами делать. Ладно, помиритесь. Давай покушаем.

Расположившись на кровати, я на время отбросила в сторону все тревоги и, уплетая за обе щеки очередной кусок пирога, рассказала Мари, как едва не огрела Алекса кочергой по макушке.

- Так это он от тебя сбежал от страха? – Мари рассмеялась.

- Ага. А еще он обещал охранять, а сам появляется редко. Вот и сейчас исчез и ничего не сказал.

  - Да он рядом. А насчет кочерги, представляю, как мой братишка удивился. И не переживай из-за ваших ссор. Алекс от тебя далеко не отойдет. Все возле гостевого дома околачивается. Задумчивый, словно прислушивается к тебе. Ну, ты поняла.

  - Ты о чем? – произнеся вопрос спокойно, словно для меня это не важно, на самом деле я уже знала ответ.

  - Ну, признайся хотя бы мне, что неравнодушна к моему брату, и была бы не против его постоянного присутствия и внимания?

Я оставила подругу без ответа…

ГЛАВА 6. 

   Следующий день порадовал. И как бы это ни было странно, но боль уходила быстро, словно сон добавил мне сил бороться с ней. Именно в такой период жизни ценишь настоящее, благодаря горькому прошлому.

Погода тоже сегодня баловала, будто бы не осень понемногу сдавала свои владения зиме, а весна пыталась растопить холодные объятия и прогнать прочь ветреных всадников своей сестры.

Я грелась под солнечными лучами, сидя в кресле у окна. С недавних пор облюбовала это место, и неудивительно, ведь из-за слабости еще не могла себе позволить долго передвигаться, но и находиться постоянно в кровати невыносимо.

Наслаждаясь тишиной и покоем, воцарившимся в гостевом доме, убаюкивала воспоминания о пережитых событиях. Наступил полдень, или день приближался к закату? Я не была уверена, что могу точно сказать который же сейчас час дня, да и не хотелось этого знать, так же как и разговаривать ни о чем. Утро прошло сложно, как будто все сговорились навещать и о чем-то спрашивать, что-то ненужное рассказывать. Не приходили только двое: Алекс и Мари, но даже Леран и тот забегал пару раз поинтересоваться, не нуждаюсь ли я в чем-нибудь.

Устав от суеты, хотела одного, чтобы меня оставили в покое. Друзья переживали, но иногда это переходило в чрезмерную навязчивость. И вот случилось чудо - в доме наступила тишина, длившаяся уже минут двадцать.

Время шло, и я не заметила, как погрузилась в сон: _"ЛЕСНАЯ ОПУШКА, УКРЫТАЯ МЕСТАМИ ЛЕГКИМ ПОКРЫВАЛОМ ИЗ ИНЕЯ И ОСВЕЩЕННАЯ ОСЕННИМ СОЛНЫШКОМ, РАДОВАЛА ВЗОР. НАД ГОЛОВОЙ ГУСТЫЕ КРОНЫ ДЕРЕВЬЕВ, ПЕРЕШЕПТЫВАЮЩИЕСЯ МЕЖДУ СОБОЙ, СЛОВНО СКАЗОЧНЫЕ СУЩЕСТВА. НЕВДАЛЕКЕ СЛЫШИТСЯ ТИХИЙ РОПОТ РЕКИ, БЬЮЩЕЙ О БЕРЕГА И ГЛЫБЫ СЕРЫХ КАМНЕЙ. МНЕ ВРОДЕ ЗНАКОМО ЭТО МЕСТО, А ВРОДЕ И НЕТ. НО ЗДЕСЬ ХОРОШО, ДАЖЕ В ОДИНОЧЕСТВЕ. _

 _ ОГЛЯДЫВАЯСЬ ВОКРУГ, ЗАМЕТИЛА, КАК ШЕЛОХНУЛИСЬ ВЕТКИ КУСТАРНИКА, ПРОМЕЛЬКНУЛА ТЕНЬ. КРОМЕ МЕНЯ ЗДЕСЬ БЫЛ ЕЩЕ КТО-ТО, НО КТО ИМЕННО НЕ УДАЛОСЬ УВИДЕТЬ._ 

 _ Я ПОШЛА ВПЕРЕД, ИЗРЕДКА ОГЛЯДЫВАЯСЬ ПО СТОРОНАМ, ПОКА НЕ ВЫШЛА К МОСТУ ЧЕРЕЗ РЕКУ. ИМЕННО НА ЭТОМ СТАРОМ, НО КРЕПКОМ СООРУЖЕНИИ ПРОИЗОШЛА РЕШАЮЩАЯ СХВАТКА ДВУХ ОБОРОТНЕЙ. СЕЙЧАС ЗДЕСЬ НЕ БЫЛО КРОВИ, НЕ ЧУВСТВОВАЛОСЬ БОЛИ. НАСТОЯЩЕЕ СГЛАДИЛО ОТПЕЧАТОК ПРОШЛОГО, НО ВРЯД ЛИ СМОГЛО ИЗЛЕЧИТЬ ДУШЕВНЫЕ РАНЫ ТЕХ, КТО УЧАСТВОВАЛ В ТОМ БОЮ. _ 

 _ НА СКАЛЕ, НА ПРОТИВОПОЛОЖНОМ БЕРЕГУ, СИДЕЛ ЧЕЛОВЕК. ОН СМОТРЕЛ НА ВОДУ И НЕ ДВИГАЛСЯ, КАК НАСТОЯЩЕЕ ДОПОЛНЕНИЕ КАМНЯ. Я ВИДЕЛА ЕГО ТАК ЧЕТКО, СЛОВНО ЭТО БЫЛО НЕ ВО СНЕ. ПАРЕНЬ, ВНЕШНЕ БЫЛ ЧЕМ-ТО ПОХОЖ НА АЛЕКСА (ТАКОЙ ЖЕ СМУГЛЫЙ, ЧЕРНОВОЛОСЫЙ, НО КОРОТКО ОСТРИЖЕННЫЙ, С СИЛЬНЫМ ТЕЛОМ, СКОРЕЕ ВСЕГО ТАКОГО ЖЕ РОСТА, ИЛИ ВЫШЕ), НО ЭТО БЫЛ НЕ ОН. _ 

 _ НЕЗНАКОМЕЦ ПОЛНОСТЬЮ ПОГРУЗИЛСЯ В СВОИ МЫСЛИ, КАК БУДТО ВРЕМЯ ПРЕКРАТИЛО ДЛЯ НЕГО СВОЕ ДВИЖЕНИЕ, НО ВДРУГ ОН РЕЗКО ПОДНЯЛСЯ, ЛОВКО СПРЫГНУЛ СО СКАЛЫ И ОКАЗАЛСЯ БУКВАЛЬНО В НЕСКОЛЬКИХ ШАГАХ ОТ МЕНЯ. Я УСЛЫШАЛА СОВСЕМ РЯДОМ С НАМИ НЕГРОМКИЙ ВОЙ, А ЗАТЕМ ЖЕНСКИЙ СМЕХ. ДА, ИМЕННО ЖЕНСКИЙ. ТАК ЗВУЧНО И ЛЕГКО СМЕЕТСЯ ТОЛЬКО ДЕВУШКА. В ЭТО ЖЕ МГНОВЕНИЕ ПАРЕНЬ НАХМУРИЛСЯ И, ПОСМОТРЕВ В СТОРОНУ, ОТКУДА ДОНОСИЛИСЬ ГОЛОСА, ЗАРЫЧАЛ И ПРОБЕЖАЛ МИМО МЕНЯ В ЛЕСНУЮ ЧАЩУ"._ 

  Проснувшись с ощущением легкой усталости, я ненадолго призадумалась о незнакомце из сна, но интерес к нему прошел очень быстро. Пройдясь по комнате и пару раз выглянув в окно, я наконец-таки решилась самостоятельно выйти на улицу, тем более, что Алекс так и не пришел, а боль хоть и напоминала о себе, но не столь сильно, чтобы сидеть взаперти.

  Накинув теплую шаль, вышла на свежий воздух. Легкий ветерок заиграл с моими волосами, и я, запрокинув лицо вверх, зажмурилась и улыбнулась приятным ощущениям.

Постояв так еще несколько секунд, бегло осмотрела двор и отправилась к дому друзей, чтобы посидеть в беседке, а заодно скрыться от любопытных взглядов жителей Верхнего Поселения. Но не одну меня посетила мысль отдохнуть именно здесь. На скамейке сидел парень. Я не узнала человека со спины и не успела решить что выбрать: уйти немедленно или нарушить чужой покой? Он обернулся. Тень от дерева скрыла лицо серыми узорами, и незнакомый голос произнес:

  - Привет, Волчица.

  - Привет. А мы знакомы?

  - Заочно. Извини. Что-то я подрастерял свое воспитание.

  Парень встал со скамьи и немного наклонился вперед, спрятав левую руку за спину, а правую приложив к сердцу. Его движения выглядели необычно, и я подумала о том, что он либо любит эффектное поведение, либо слишком часто смотрит исторические фильмы.

- Ник. Я не буду называть своего полного имени. Оно сложно-произносимое даже для меня, - шутка, произнесенная этим парнишкой, позабавила и вызвала у меня ответную улыбку. - А вы, насколько я знаю, Аврора?

- Да. Извините, но присесть в подобающем реверансе не смогу, здоровье еще не позволяет.

Я промолчала о том, что и меня познакомили с ним, как он выразился «заочно» и, подойдя к скамье, залезла на нее с ногами. Поджав колени и обхватив их руками, взглянула на парня. Теперь тень скрывала нас обоих, но вблизи я смогла рассмотреть нового знакомого. Ник и впрямь оказался хорош собой, хотя лично я предпочитаю немного иную внешность. В нем было что-то игривое, особенно в улыбке. Глаза темные, скорее всего карие или черные, и пушистые ресницы, позавидовать можно. Такой же смуглый и темноволосый, как большинство парней из резервации. Короткие волосы слегка взлохмачены на затылке, а косая челка прикрывает правую бровь. В ухе серьга: небольшое кольцо и подвеска в виде волка. Про фигуру можно и не говорить, я бы назвала ее аппетитной, по-иному и не смогла бы описать. Хорошо сложен, но немного худощав по сравнению с Алексом или Лераном.

  - Давно себя не чувствовал в таком неловком положении.

  - В чем же неловкость, молодой человек?

  - Я растерял все слова, увидев вас.

  - Ник, если мы знакомы, как ты сказал «заочно», то давай сразу на «Ты», а то мне сейчас будет неловко.

  - С удовольствием.

  Как говорит Марьям: " Контакт налажен, можно забыть о приличиях".

  - Присаживайся. Не спешишь? Поговорим о чем-нибудь, а то все меня после обеда покинули и обещанную прогулку отменили.

  - Кто же смог нарушить обещание? – Ник присел рядом и улыбнулся.

  - Алекс, но думаю, на это есть серьезные причины.

  При моих словах улыбка Ника пропала, но лишь на мгновение, выдав перемену в его эмоциях.

  - Так я могу исполнить обещание за него, на правах старого друга, если не против?

  - В этом нет необходимости. Я уже и так на воздухе, а ходить далеко все равно сил еще не хватает. Я подумала, что помешала тебе.

  - Нет. Я недавно вернулся из леса и просто отдыхал.

- Ясно.

Мне нечего было добавить. Я вообще не знала о чем с ним говорить, поэтому просто рассматривала. Его внешняя схожесть с сестрой была очень заметна: те же выделяющиеся скулы и восточный разрез глаз. Но ни разу не видела, чтобы Катрин так искренне и от всей души улыбалась, ее улыбка больше напоминала оскал хищницы.

  - Ты меня разглядываешь, как экспонат в музее

  - Извини. Просто ты похож на Катрин.

  С лица парня вновь исчезла улыбка, он слегка нахмурился, но, видимо, Ник предпочитал скрывать свои истинные чувства и быстро закрыл их под маской улыбающегося доброго мальчика.

  - Надеюсь, это только внешне.

  - Не знаю, почему, но согласна с тобой на все сто.

  И вот он уже опять улыбается, словно дитя от похвалы. Я не сдержалась и засмеялась. Было приятно наблюдать за мимикой и повадками этого парня, как смотреть в десятый раз старую хорошую комедию.

  - Что я такого смешного сделал?

  - Ты забавный, как большой ребенок.

  - Но еще умен и талантлив.

  - Ого! Ко всему этому надо добавить огромное самолюбие.

  - Наверное, и это немного присутствует, - Ник подмигнул, от чего я не смогла сдержать очередной смешок. - Особенно, если добиваюсь желаемого и получаю за это похвалу.

  - И что же такое желаемое попало к тебе в руки?

  - Не попало. У меня получилось создать проект здания для международного конкурса молодых архитекторов, и мой куратор сказал, что это новизна...- Ник запнулся, не договорив.

- Продолжай.

- Точно? А то я как-то уж стремительно начал хвастаться.

- Ничего. Я тоже люблю всем рассказывать о своих достижениях. Да и Мари успела похвастаться за тебя, – я подмигнула Нику в ответ. - И что же выиграл? Главный приз?

  - Еще нет, но это не столь важно. Проект принят – это главное. А если не займу одно из призовых мест, то все равно найдется покупатель. Все, кого допустили к конкурсу, получат возможность отдать свою работу одним из самых известных строительных фирм мира.

  - А перспективы, кроме разового проекта, от этого конкурса есть?

  - Да. Кстати, остался еще год обучения, и я смогу в полную силу заниматься любимым делом и зарабатывать с помощью него более существенно, чем сейчас. А мой проект – это выигрышный билет в мир, где есть очень многое.

  - Главное, чтобы не свернул себе шею, - подшутив над Ником, ожидала, что обидится, но он поддержал шутку.

  - Постараюсь! – приложив обе ладони к груди, он посерьезнел на миг, а потом улыбнулся. - А чем увлекаешься, если не секрет?

  - Если о работе, то тружусь в сфере недвижимости. Не скажу, что это увлекательно, но приносит доходы, и я удовлетворена выбором профессии.

  - Я хотел узнать о твоем хобби, но и повседневные занятия тоже интересны. Мне вообще интересно все, что связано с тобой.

  - И чем же заслужила такой интерес к своей персоне?

Меня и вправду удивляло его поведение, поэтому задала вопрос искренне, а не для поддержания разговора.

  - Тем, что ты феномен. Увидеть вживую главного персонажа из многих старых легенд и поверий, это кого угодно заинтересует. Но теперь мое любопытство связано не столько с твоим даром, как с тобой лично.

  - Но у меня нет никакого дара.

  - Ты же читаешь эмоции Алекса, а это необычно. И возможно приобретешь силу и скорость равную оборотню, в его человеческом обличье.

  - Ну хорошо, уговорил. Что же еще интересует?

  - Ты сама. Я это понял сразу, как увидел тебя.

  - Это смешно. Мы познакомились несколько минут назад.

  - И что? Разве так не бывает? Увидел и ...- Ник улыбнулся еще шире.

  - Не надо рассказывать детские сказки о любви с первого взгляда. Мы не подростки, чтобы в такое верить, - сделав замечание Нику, я все же почувствовала, что мне приятны его слова.

  - После всего, что с тобой произошло, до сих пор не веришь в сказку?

  Ник выглядел, как озорной мальчуган из далекого детства, и я подумала о том, что его настроение заразительно. И пускай знала парня всего несколько минут, он вызывал внутреннее спокойствие и желание быть собой.

  - Может, и поверю в сказку, но не сейчас.

  - Хорошо. Я не буду утверждать, что влюбился, но понравилась - это чистейшая правда.

  В моей жизни встречались уникумы, которые через пару минут после знакомства признавались в любви, обсыпали комплиментами, но все это происходило под бокал с алкогольным коктейлем, на вечеринке или в компании, где большинство людей видишь впервые. Такие приключения на свою «мадам сижу» я не воспринимала всерьез и легко уходила в сторону, отшучиваясь, а иногда и грубо посылая куда подальше. Но Ник, с его обаятельной улыбкой и опрометчивыми словами, вызвал совсем иной результат. Его интерес бросался в глаза, но я не подала виду, что мне лестно это внимание, и сердце не нашептывало тревожно: «Пропала навеки и бесследно». И даже почувствовала легкое разочарование от того, что слова: «… понравилась – это чистейшая правда», - принадлежат не Алексу. К тому же вскоре предстояло вернуться на родину, а Ник - неотъемлемая часть мира, из которого вскоре придется уйти навсегда.

  - Вот вы где? Уже познакомились?

Мари появилась вовремя и избавила нас от неловкого молчания. Я протянула руки и, когда подруга подошла, прижалась на пару секунд лбом к ее животу.

  - Познакомились. Твой брат опять нарушил свое обещание - пришлось выйти на улицу самостоятельно, а Ник любезно согласился составить компанию. Ты тоже сегодня не приходила, - притворно нахмурив брови, я пробурчала, вновь уткнувшись в ее живот, - Леран и тот забегал несколько раз.

  - Извини. Подготовка к завтрашнему вечеру забрала больше времени, чем надеялась. Но теперь я освободилась и пришла за тобой. Хочу помочь восстановить твое спокойствие и по возможности избавить от плохих мыслей. Или и в этом тебе помогли? Да Ник?

- Стараюсь.

  - Точно. Он так заразительно улыбается, просто не получается думать серьезно.

  Мы с Мари переглянулись и засмеялись, а Ник если бы умел, то раскраснелся бы как мак.

  - Хотите меня смутить?

- Угадал. Кстати, - я посмотрела на подругу, - а что ты там собралась предложить для моего спокойствия?

- О, я тебе устрою сказочное купание. Огромная ванная, горячая вода, душистые травы. Красота. Все оставшиеся плохие мысли сбегут моментально. Расслабишься, попаришься, отдохнешь. Ну как тебе такой вариант?

- Вот так чудо. Идем. Сгораю от нетерпения увидеть эту «сказочную ванную», или как ты там ее назвала.

- От такого и я бы не отказался. А можно составить вам компанию?

  - Ну уж нет. Я не собираюсь делиться ванной, даже с очень симпатичным волчонком.

  Ник опять смущенно улыбнулся и тихо пробурчал: « Вот так всегда», - а мы с Мари, не сдержавшись, громко рассмеялись, чем еще больше вогнали парня в краску. Мари заметила, что мы переборщили с шутками и, придвинувшись к Нику, провела по его волосам ладонью.

  - Ты неверно истолковал наш смех. Мы же не со зла, и ты знаешь это.

  Я и раньше видела, как Мари проявляет нежность к тем, кем дорожит, всегда поддерживает, старается пригреть, приласкать, успокоить. И сейчас она вела себя подобным образом с Ником. К Лерану же относилась иначе: она ловила каждый взгляд, жест, слово своего мужа, млела от его прикосновений, сияла, как звездочка, наслаждалась каждым мгновением. Так ведет себя влюбленная и счастливая женщина. Поэтому сейчас Ник для нее был другом (одна из составляющих ее жизни), но время, когда этот улыбчивый оборотень приводил в смущение и восторг, уже давно кануло в небытие. Вскоре она станет матерью, и ее сердце принадлежит навеки Лерану, а то, что я увидела и узнала совсем недавно, в гостевом доме, при упоминании Ника, это отголоски прошлого, от которого никто и никогда не сбежит. На то оно и прошлое, чтобы о нем иногда вспоминали.

  - Можно хотя бы провести вас?

Ник перевел взгляд с Мари на меня, ожидая разрешения.

  - Да. Я еще не достаточно окрепла так, что твоя помощь не помешает.

  - Во мне нуждается Огненная Волчица, это лучшее, что услышал за сегодняшний день.

Мари хитро сощурилась и наигранно деловито произнесла:

  - Аврора, тебе придется нести бремя ответственности за прирученное существо, а волки, хоть и не собаки, но если привыкают, то навсегда.

  - Надеюсь, что наша дружба не обременит ни меня, ни его. Да?

  - Я постараюсь.

Прекратив подшучивать друг над другом, мы покинули беседку.

  В помещение, где находилась баня, было душно и сильно натоплено. Меня будто поместили в вакуум, в который с трудом поступал кислород, и от этого сразу же закружилась голова.

  - Что-то мне нехорошо.

  - Ник, проведи Аврору в самую дальнюю комнату. Там не так жарко.

  Он кивнул в ответ и, приобняв меня за талию, отвел вглубь здания, в огромную комнату с узким окном.

Постояв немного рядом с моим любезным сопровождающим и вдыхая аромат трав, я быстро осмотрелась вокруг. Помещение отличалось от остальных тем, что здесь вместо душевых стояли три глубокие емкости, похожие на старинные чугунные ванны, три простеньких табурета и длинный узкий стол, на котором лежало пару полотенец и банные принадлежности. Одна из емкостей была наполнена желтоватой водой, и от нее поднимался едва заметный пар.

  - Ты как?

- Лучше. Здесь хорошо.

- Я рад. Ты многое перенесла.

- Да уж, врагу не пожелаешь.

- Не понял?

- Ой, извини. Это я от слабости на русский язык перешла.

- Ничего. Надеюсь, что не послала меня.

- Нет, - я улыбнулась и слегка отстранилась, но ноги предательски задрожали, и мне пришлось вновь придвинуться к Нику, чтобы не упасть. – Мари где-то пропала.

Только я произнесла имя подруги, как она вошла в комнату, неся ковш и огромную простыню, а я сразу же отошла от парня в сторону, хотя все еще пошатывало, но меня смутило выражение лица Мари, словно она приготовилась произнести что-нибудь наподобие: « Тоже не смогла устоять против обаяния нашего волчонка?»

  - Кое-кому надо уйти, - Мари посмотрела на друга и, улыбнувшись, продолжила. - Или ошибаюсь?

  - Я все понял. Не надо меня сверлить своими прекрасными глазками. Как бы не хотел остаться, но приличия и воспитание не позволят, даже если будете умолять. Через сколько освободитесь?

  - А тебе зачем? Боишься, что сами не справимся?

  - Хочу провести свою новоиспеченную подругу до гостевого дома. И поужинать с вами, если не против моего присутствия.

Улыбнувшись Нику, чтобы поддержать его, я ответила:

  - Я только за. А ты, Мари?

  - Тоже не возражаю, но ужинать придется без меня. Необходимо накормить двух вечно голодных мужчин. Леран и Алекс скоро вернуться с охоты.

 - Давайте поужинаем все вместе?

  Мне хотелось провести сегодняшний вечер с друзьями, чтобы забыть, наконец, о своих злоключениях.

  - Не сегодня. После купания почувствуешь легкую слабость в теле, но приятную, поэтому пока повременим совместные ужины. Ник составит тебе компанию, а я загляну перед сном. И если не ошибаюсь, сегодня есть претендент на твое внимание.

  Я не смотрела на Ника, когда Мари произнесла в слух то, о чем он, скорее всего, и впрямь думал. Медленно проводя пальцами по воде и наблюдая за миниатюрными волнами на ее поверхности, ждала от парня ответа. Как для любой девушки, мне приятно мужское внимание и сейчас это было не исключением.

  - Мари, хочешь раскрыть все мои мысли?

  - Ты же знаешь, я люблю заставлять тебя краснеть.

  - У тебя всегда это хорошо получалось. И я не единственный, кто подпадал под твое влияние. Леран до сих пор не пришел в чувства, совсем потерялся в «кофейных» глазах.

  - Льстец. Я смотрю, красноречие возвращается к тебе.

  - Это так травяной пар подействовал.

Мари и Ник не прекращали перекидываться шутливыми фразочками, а я наслаждалась ароматом трав, теплым паром, окутывающим мое тело в теплый кокон, и толком не вслушивалась в болтовню ребят. Здесь и сейчас лекарством от ядовитого общении с Катрин были друзья! Забота, которой окружили меня со всех сторон, придавала сил для дальнейшей борьбы с болью. Главное преимущество дружбы - это бескомпромиссная и непрекращающая свое действие любовь.

  - Аврора, не гипнотизируй воду.

Повернувшись на звук мужского голоса, не сразу поняла, что он принадлежит не Нику. Словно витая в мире мыслей, покинула свое тело и неосознанно двигалась, улыбалась, смотрела то на один предмет, то на другой, не заостряя ни на одном из них внимание. Но стоило заметить немного нахмуренное мужское лицо, как реальность притянула к себе. В комнате было на два человека больше: Алекс, а позади него стояла незнакомка. Девушка, проскользнув мимо парней, подошла ближе.

- Привет. Я Оливия. А ты Аврора?

- Привет.

Впервые за то время, что гостила в племени, чей-то интерес ко мне заставил растеряться. Все приняли меня с первого дня знакомства, кроме Алекса, а теперь и Оливия смотрела так же: недоверчиво, будто перед ней угроза. Ее немного колючий взгляд темно-карих глаз ощупывал меня с ног до головы, но прошло всего несколько секунд, и она резко изменилась: на губах заиграла улыбка, и холод пропал так быстро, что я слегка опешила.

  - Рада нашему знакомству.

Обстановка в комнате смягчилась, как будто все ждали одобрения этой девушки. Хотя я не понимала, чем могла вызвать недоверие у человека, видевшего меня впервые.

Пока Ник разговаривал о чем-то с Алексом, а Мари заканчивала последние приготовления, мы с Оливией продолжали рассматривать друг друга, но скорее с обычным любопытством, чем с настороженностью.

Внешне Оливия выглядела, как большинство девушек, которых довелось встретить в резервации: цвет волос - черный, кожа – темнее, чем у северян, но светлее, чем у жителей с юга, глаза - карие, овальное лицо и слегка заостренные скулы, при этом ее рост и телосложение словно были протестом всему, что заложила природа в местный генотип. Хрупкой или изящной, как Мари, ее не назовешь. Я отметила для себя, что она красивая: высокая, стройная, двигается легко, как танцовщица на знакомой ей сцене. Короткая стрижка слегка прикрывали ушки, но это не портило внешность, а, наоборот, открывало прекрасную смуглую шею.

Сполна оценив внешность новой знакомой, я подумала о Доне. Захотелось его увидеть, чтобы узнать насколько они подходят друг другу. Рядом с такой девушкой может занять место только особенный парень: красивый и сильный волк. Дальнейшие размышления пришлось оставить на потом.

Мари выпроводила всех из комнаты и подошла к ванной.

  - Немного остыла, но это поправимо. Одно ведро кипятка и водичка будет сплошное наслаждение.

- Хорошо.

Подруга что-то еще произнесла и вышла, а я на миг задумалась и не услышала ее слов. Проведя пальцами по теплой и ароматной воде, поспешила снять одежду, чтобы скорее окунуться в нее. Ноги начали уставать, а руки немного подрагивали, пока складывала шаль и расстегивала пуговицы на рубашке.

  - С тобой все нормально?

  Не ожидала, что рядом окажется Алекс. Я думала, что нахожусь в комнате совсем одна. Развернувшись в сторону двери, покачнулась и едва не ткнулась лицом ему в грудь. Замерев на мгновение, смотрела на него, не зная, что сказать, а осознав картину происходящего, резко отшатнулась от него. Слишком он близко подошел, и это смутило.

  - Мари же попросила всех выйти. Для тебя необходимо отдельное приглашение?!

  - Что с тобой происходит? Совсем растеряла наблюдательность. Сестра попросила принести воды.

  Такого я не припоминала и мысленно укорила себя за необдуманную вспыльчивость.

  - Не знаю. Просто сегодня я какая-то рассеянная. Наверное, это действие пара.

Алекс ничего не сказал, вылил воду в ванную и, еще раз взглянув на меня, вышел из комнаты. В дверях столкнувшись с сестрой, что-то прошептал ей на ухо, но Мари улыбнулась и, отмахнувшись от брата, закрыла за ним дверь.

 Вскоре я отогревалась в горячей воде, растянувшись почти во весь рост. Запрокинув голову назад, прикрыла глаза и унеслась в мир спокойствия и, если бы не жар от печи и голос Мари, щебечущий рядом о разных мелочах, то погрузилась бы в сон.

  - Смотри не усни.

  - Хорошо, - я поджала колени, села и увидела, что Мари стоит возле двери с кувшином. - А ты куда?

  Она собиралась выйти, но обернулась, и на ее лице отразились тревожные мысли, меня это удивило, ведь ничего плохого не происходило.

  - О чем думаешь?

  - О том, смогла бы я выдержать то, что уготовано тебе.

  Я не ответила, но она поняла меня и без слов.

  - Аврора, я хочу сказать, если бы прожила полжизни в неведенье, вряд ли бы смогла реагировать на все спокойно. Ты сильная. Намного сильнее меня или Оливии.

Упоминание об Оливии, вернуло мой интерес к ее персоне, и пока Мари отсутствовала, я думала об этой девушке. Я поняла, почему именно с ней Алекс переступил грань между дружбой и отношениями. Альфу должна привлекать сильная женщина, но насколько их связь сейчас сильна, я не знала. И боялась, что ответ мне не понравится.

- Все хватит!

Не заметив, что говорю сама собой, я зажала нос пальцами и ушла полностью под воду. Хотелось исчезнуть из реального мира, чтобы ни о чем не думать. В это же мгновение вернулась Мари, и я словно сквозь призму воды услышала ее голос.

  - Решила понырять?

  Резко поднявшись, я подняла столб брызг и засмеялась.

  - Эта чудо-ванна вернула силы и аппетит.

Я и вправду проголодалась, но мое настроение было наигранным. Тело отдохнуло, расслабилось, но голова заполнилась новыми сомнениями.

  - Я рада. Уже надоело наблюдать, как ты повесила свой прекрасный носик и двигаешься, словно столетняя старушка.

Улыбнувшись словам подруги, я вылезла из остывающей ванны и насухо вытерла тело и волосы. Мари помогла заплести косу и одеться.

- Ну как себя чувствуешь?

- Великолепно.

- Тогда пойдем. Ник дожидается на улице.

Как и сказала Мари, парень ждал возле здания, подпирая спиной стенку. В руках держал плед. Я сморщилась при виде колючей шерстяной ткани и хотела наотрез отказаться от нее, но Мари опередила: забрав из рук Ника плед, накинула его на мои плечи.

- Мариии, я не хочууу…- закончить не успела.

- Аврора опять кого-то куда-то послала.

Я удивилась словам Ника, но сразу же поняла, что второй раз за день, не задумываясь, перешла на родную речь.

- Наверное, я соскучилась по русскому языку.

- Я знаю выход, – Мари улыбнулась, – мой брат.

Повисла неловкая пауза: Ник приуныл, а я нахмурилась, услышав напоминание об Алексе, но Мари или не заметила нашего поведения, или решила не акцентировать на этом своего внимания и, подтолкнув вперед своего друга, сказала, чтобы он проводил меня. Мы переглянулись и, толком ничего ей не ответив, отправились к гостевому дому. Пока шли, каждый думал о чем-то своем, поэтому оба молчали.

В доме было слегка прохладно, но я все еще чувствовала эффект от горячей ванны и, не дожидаясь, пока Ник разожжет огонь в печи, скинула плед и шаль. Сложив вещи на табурет, залезла с ногами на кровать и, обхватив руками согнутые колени, посмотрела на парня. Мне всегда нравилось наблюдать за мужчиной, когда он занят делом, пусть и незначительным. Лицо серьезное, взгляд задумчивый или сосредоточенный, тело напряженно. В этом есть что-то магнетическое, тоже чувство, что захватывает тебя, если смотришь на огонь.

Ник сидел на корточках, склонившись к печи, и не видел, что я за ним наблюдаю, пока не обернулся. В черных зрачках заиграли отблески пламени, предав им янтарный оттенок. Он родился оборотнем, и его глаза могли светиться в темноте, как у зверя, но сейчас в них был немного иной огонек: более человеческий, более обычный.

- О чем задумалась?

- Ни о чем важном. Расскажи о себе и об Оливии.

  - Оливия сама о себе расскажет, - Ник отложил кочергу и выпрямился. - А обо мне нечего рассказывать. Ничего ужасного не натворил, помешан на архитектуре, стараюсь реже превращаться в волка, чем большинство из нас. Я не считаю это даром, и нет огромного желания участвовать в совместных охотах.

  - А как же вечный зов крови? Переизбыток адреналина в полнолуние?

  - В такие ночи ни один из оборотней не способен справиться с врожденным инстинктом, и мой контроль тоже исчезает - остается подчиниться. Самое трудное - удержать свою человеческую сущность, иначе станешь зверем навсегда.

- Как это? Перестанешь превращаться в человека?

- Не совсем. Будешь чаще в форме зверя, и станешь более агрессивным, животные инстинкты заполонят разум.

  - А как справляешься? Как вы вообще все с этим справляетесь, если рядом нет леса?

  - У каждого свой способ. Я принимаю огромную дозу успокоительного и снотворного. Перед этим целый день выматываю себя физическими нагрузками, а потом закрываюсь в погребе. Кто-то, как Алекс или Дон, уезжают в ближайшие места, где есть дикая природа, но это все уловки. На самом деле нам намного хуже, и мне тоже приходится возвращаться к стае.

  - Ясно. А ты общаешься с Доном?

  Услышав мой вопрос, Ник на миг задумался, или вернее было бы подметить, что он растерялся, но все-таки ответил:

  - Да, в общем нет. Так, иногда встречались в некоторых местах. Случайно. Остальное узнаю из местных сплетен.

  - И кто же распространяет о нем информацию?

  - Наши общие с ним знакомые. Уже и не вспомню, кто именно.

  - Случайно не твоя сестра?

  - Нет, – он ответил поспешно, но потом добавил более спокойно, - то есть я хотел сказать, что не видел ее очень давно. И в гости ко мне Катрин не наведывается.

  - Ясно. Ник, тебе необходимо научиться врать! – я преднамеренно не промолчала, чтобы увидеть реакцию.

  - Что? Считаешь все, что я сейчас сказал - ложь?

  - Думаю не все, но большая часть. Я не верю, что ты не общаешься с Доном. Про Катрин не знаю, и это не мое дело, а ваше семейное, а вот с другом ты видишься и знаешь о нем не понаслышке.

  Ник отвернулся к окну, подтвердив своим поведением мою правоту. Возможно, он не желал ничего плохого окружающим, но и сознаваться в поддержании связи с изгнанником тоже не хотел. И в этом был прав. Неизвестно, как бы отнеслись к такой информации все остальные. Он сделал свой выбор, и я не собиралась становиться доносчицей. Но если кто-то продолжает поддерживать связь с Доном, значит, есть шанс вернуть его Оливии. И даже не это важно именно для меня. Я хотела доказать, что оборотень, убивший человека, не превращается в бездушного монстра, а боясь за судьбу Алекса, цеплялась за каждую ниточку.

  - Ник, выслушай! Я не хочу причинить зла ни тебе, ни Дону. Только с твоей сестрой у меня личные счеты, но это тоже неважно. Я не верю в общепринятое всеми мнение, что оборотень, однажды переступивший грань, теряет свою душу. Я верю, что такие, как Дон, имеют право на второй шанс. Ведь обычным людям дают его, даже после убийства, а вот хотят ли они его принять - это их личное дело. Почему бы тогда не дать возможность и оборотню? Если есть то, ради чего он готов измениться, и если он не зашел еще слишком далеко во тьму, то ему просто необходимо указать правильный путь и поддержать в трудную минуту.

  Ник обернулся, стоило мне замолчать. Он выглядел потрясенным, и его можно было понять: услышать подобные слова от человека, вошедшего в его мир всего пару часов назад, это как истина, произнесенная гостем, который еще не перешагнул порог дома.

  - Ник, поверь в мою искренность. Я пытаюсь разобраться не ради праздного любопытства, а ради дорогих для меня людей, таких как Леран и Алекс. Каждый из вас может потерять контроль над собой и под воздействием адреналина, злости, агрессии или какого-нибудь другого раздражителя наделать непоправимых ошибок.

  Я смотрела на Ника и надеялась на одно, что он все-таки ответит до того, как в комнату зайдет Мари, и тогда смогу понять, на что же надеяться в будущем при общении с этим оборотнем. Секунды тикали, отмеряя свое привычное течение, а мое сердце выпрыгивало из груди от ожидания. И он ответил:

  - Не знаю почему, но хочется поддержать твою веру. Да, ты права, я соврал. Я общаюсь с Доном. Наше общение возобновилось примерно год назад, и я не инициатор этому. Дон сам разыскал меня и попросил помощи, но в чем она заключается, пока не скажу. Еще не пришло время. И я не просто верю, я знаю, что моего друга можно вернуть в нашу среду не изгоем. Необходимо подвести его к этому решению и убедить стаю, что он справится.

  С моих уст слетел вздох облегчения, а с души упала гора тревог. У меня появился верный соратник, с помощью которого смогу убедить и всех остальных - необходимо верить во второй шанс. А значит, в дальнейшем будет меньше поводов для ошибок, и молодое поколение более уверено посмотрит в будущее. И не имеет значения человек ты или оборотень.

  Больше мы в этот вечер не затрагивали тему о Доне. Вскоре Мари принесла ужин и, пожелав приятного аппетита, сбежала к своему ненаглядному мужу, а мы молча поели, потом еще поговорили о жизненных мелочах и распрощались до следующего дня.

  После ухода Ника, я недолго бодрствовала. Сон пришел как всегда внезапно, и он был сладок, хотя и без сновидений.

ГЛАВА 7.

   Проснулась словно заново рожденной. Энергия переполняла. Впереди начинался целый день ожидания. Я подгоняла время, а оно, наоборот, оттягивало приближение ночи. Про меня все забыли. Шли приготовления, и я не вмешивалась, старалась не путаться под ногами, при этом не понимая до конца важность самого момента.

Перебирая вещи, натолкнулась в одном из карманов рюкзака на мобильный телефон. Совсем из головы вылетело, что по привычке взяла его с собой, вот только он здесь бесполезен: связь отсутствовала, да и зарядить нечем. Машинально нажала на включение, телефон издал тихий писк, экран заморгал, появилась заставка. Батарея практически полная. Я пролистнула несколько старых сообщений от Марьям, затем полезла в раздел «блокнот», но в нем кроме пары рецептов и трех стихотворений ничего не было.

Перечитывая последнее стихотворение, подумала, что было бы неплохо завести дневник и записывать в него все касающееся моей новой жизни. Но вспомнив запрет племени, разочарованно вздохнула и выключила телефон. Я еще не была готова идти против вековых правил чужого народа, поэтому отказалась от своего замысла. На время.

Солнце скрылось за темной полосой густых крон, и все вокруг погрузилось в синеватую пелену сумерек, на меня нахлынули сомнения: как себя вести на обряде и нужно ли мне это на самом-то деле? У каждого народа на Земле есть обычаи, обряды, верования, но большинство из них - это устаревшие предрассудки, или все это передается из поколения в поколения, как дань прошлому. А я всегда скептически относилась к подобным вещам, хотя бабушка постоянно указывала на мою неправоту. Поэтому и зародились два противоречия: важен ли этот обряд, имеет ли такое огромное значение, как говорят, или надо просто верить? Я не понимала, что именно так интригует, но бороться с этим нарастающим желанием не могла. Или это обычное человеческое любопытство, относящееся ко всему непознанному, или хочу убедиться, что родилась на этот свет не бесцельно. Многие люди хоть раз в жизни задумывались о своем предназначении или смысле своего рождения, и я не исключение из правил, а события, изменившие мой мир, еще больше подталкивали к поиску найти ответы на вечные вопросы. И как бы мир не был прекрасен, но тайны всегда будут притягивать людское воображение.

Близилась ночь. Похолодало. Звуки стихали, наполняя округу дремлющей таинственностью. Я сидела на улице возле дома друзей, погруженная в тяжелые размышления, пока не услышала оклик: «Аврора?». Стряхнув с себя пелену задумчивости, почувствовала холод, пробирающий до костей, и поежилась от этого неприятного ощущения. Возле беседки стояла Оливия, держа в правой руке свечу. Я не заметила, как наступила ночь, как будто погрузилась в сон.

- Ты здесь не замерзла?

  - Нет. А который час?

  - Не знаю. Но до сбора всех возле костров остались считанные минуты, и все мужчины вернулись с охоты. Идешь?!

  - Да. Я же одна из центральных героинь сегодняшней ночи.

Пошутив над предстоящим действом, хотела этим скрыть свои сомнения.

  - Если не хочешь, то тебя никто не заставит проходить обряд. Или в чем-то сомневаешься, но боишься спросить?

  - Не боюсь. Да и спрашивать некого. Все заняты.

  - Время еще есть. Если хочешь, могу постараться ответить на твои вопросы. Я проходила обряд и запомнила его навсегда. Это поистине захватывающе.

  - Ты увидела своего волка?

  - Нет. Я же не оборотень. Да и они не могут увидеть себя со стороны, просто должны почувствовать, как меняются. Но даже в том случае, если ты не оборотень, то все равно почувствуешь связь с ними, как будто вас погружают в единое сознание.

  - Этого никто не рассказывал. Так я увижу волков сегодня?

  - Наверное. Ну, так идешь?

  - Да!

Слова Оливии придали мне уверенности, и я пошла за ней.

Возле костров собрались все, кроме детей и подростков, не достигших необходимого возраста для прохождения обряда. Огонь в этот раз разожгли намного сильнее, чем обычно, и его свет, казалось, затмевает звездное сияние. Ночь была чарующа, а зарево костров дополняло гармонию между людьми и природой.

  - Где мое место?

- На любой из шкур.

- Шкур? – я удивилась.

Только сейчас обратила внимание, что вокруг одного из костров не выставили скамьи, как возле остальных, а уложили куски темного меха.

- Я не замерзну?

- Нет, под ними деревянная основа, так что присаживайся. Не бойся.

- Ладно.

Присев на ближайшую шкуру, протянула слегка озябшие ладони к огню. Именно сейчас я была, как говорят у нас «не в своей тарелке», но присутствие Оливии успокаивало.

Оглядевшись по сторонам в поисках Мари, увидела ее переговаривающейся о чем-то с Варганой, но они стояли недостаточно близко, чтобы можно было расслышать их разговор.

  - Почему Мари не подходит к нам?

  - Она беременная - ей запрещено участвовать в обряде. Ребенок в ее чреве еще не подготовлен для такой информации.

  - Но она же здесь?

  - Вскоре уйдет. А ты постарайся успокоиться. Я понимаю, это проблематично, но иначе не все пройдет гладко. Когда услышишь песню, тебе поднесут чашу с травяным отваром. Выпей его до дна.

  - Зачем?

  - Это сильное успокоительное. Ты думаешь, что нервничаешь здесь одна, но это не так. Оглянись вокруг и увидишь, что те, кому выпало в этом году проходить обряд, тоже переживают, хотя и подготовлены намного больше тебя.

  Вокруг костра рассаживались подростки. Все соблюдали тишину, но по их встревоженным лицам я увидела, что не одна чувствую себя некомфортно в ожидании момента, когда ночь откроет для нас иные ворота.

Никто, из здесь присутствующих, не обращал внимания на меня и остальных членов племени. В трудную минуту срабатывает защитный рефлекс, и чаще всего он выражается в обычном людском эгоизме, то есть каждый сам за себя. Исключение - страх за ближнего, если уверен, что опасность ближе к тому, кого любишь больше, чем себя.

  - Но зачем нам успокоительное? Я думала, все зависит от накала наших эмоций.

  - Неправильно думала. Ощутив свободу мысли при полном спокойствии своего разума или подсознания, сможешь увидеть то, что скрыто от взора повседневной жизни. Если честно, не могу дать тебе точного объяснения. Его просто нет. Все понимают по-своему, но смысл остается один. Не успокоишься - не увидишь.

  - Это наподобие нирваны или самовнушения?

  - Можно и так описать.

  - А сколько по времени займет весь ритуал?

  - Примерно минут двадцать, но если ты о том, когда участник обряда соединяется с волком, то это происходит у каждого по-разному. Иногда час, иногда меньше получаса, некоторым хватает нескольких минут. Каждый возвращается в реальный мир в свое время. Иногда приходится возвращать насильно, но это в основном касается будущих альф. У них другое мышление, и они ближе к ощущению животной половины себя, нежели человеческой. Почувствовав себя волком, не сильно спешат возвращаться в людскую сущность.

  - С Алексом это произошло?

  - Да, поэтому его и окрестили вожаком.

  Оливия замолчала, словно обдумывая какую-то мысль.

  - О чем ты задумалась?

  - Тебе никто не рассказывал, как произошло первое превращение Алекса?

  - Нет.

  - Через год после его посвящения, в ночь обряда. Это огромная редкость. Многие до сих пор не верят в его проигрыш Веркену.

  - Вот так новость.

  - Да, именно так и произошло. Я отсутствовала в ту ночь, потому что в обряде участвуют члены племени, а чужих изредка допускают. Сегодня мне тоже придется уйти.

- А как Алекс проиграл Веркену? И почему?

- После смерти вожака, а им был дедушка Алекса, это место занял отец Веркена, но, как только сын начал превращаться, он сообщил старейшинам племени, что хочет поставить его вместо себя и уйти на покой. Если не ошибаюсь, это произошло через год после первого превращения. Но ему отказали. Все ждали, пока Алекс займет свое место в стае. Друзьям пришлось бороться. Веркен выиграл. Они оба в ту ночь потеряли много сил, друг друга потрепали хорошенько, но многие до сих пор считают, что Алекс не был готов взять на себя ответственность за стаю и поддался.

  - Ясно, - задумавшись над рассказом Оливии, я продолжила разговор не сразу. - Интересно, что чувствуешь при первом изменение в волка.

  - Боль.

  - И это все?

  - А что еще можно добавить? Сама подумай, твое тело неожиданно без предупреждения начинает менять свою структуру и полностью перестраиваться, что будешь чувствовать?!

  Ее слова пугали, но Оливия была права. Изменение тела из человека в зверя не могло проходить без последствий. Каждый раз оборотень должен чувствовать невыносимую боль, и у него нет другого выбора, как подчиниться своему дару или проклятию.

  - Ты думаешь о том, как оборотни всю жизнь живут с болью?

  - Именно об этом.

  - Не знаю. Каждый объясняет по-своему. Ник старается не превращаться без надобности, Алекс получает от превращений удовольствие. Он прирожденный лидер и внутри больше похож на зверя, чем на человека, а Дон ...- Оливия замолчала, в ее зрачках отражался огонь, и нетрудно было догадаться, о ком сейчас ее мысли.

  - Не молчи. Рассказывай дальше, прошу.

  - Я не хочу сейчас вспоминать о Доне. Давай поговорим позже.

- Хорошо. Но сидеть молча не хочу. Расскажи что-нибудь об Алексе, ты его знаешь лучше, чем я.

  - Что именно хочешь услышать?

  - Все!!! – я ответила слишком громко и поспешно, выдав себя с головой.

  Оливия улыбнулась и взглянула на меня так, словно говорила: "Я так и знала. Вас связывает не только связь эмоций и дружба".

  - Я неправильно выразилась. Все знать незачем, да и невозможно, но, так как связана с ним, хотелось бы узнать лучше, а он словно играет в прятки со мной.

  - Я и не возражаю, это твое право. Но лучше самого Алекса никто и не расскажет.

  - Тогда точно никогда и ничего не узнаю.

  - Не переживай. У вас еще вся жизнь впереди, чтобы узнать друг друга.

  - Это не так. У нас впереди две разные жизни, поэтому никто ничего и не узнает.

  - Аврора, запомни одну вещь. Как бы вы не отказывались от своей связи, она все-таки есть. И вам придется с ней жить, учиться контролировать. У вас одна жизнь на двоих, и расстояние этого не изменит. Я не могу представить, что такое жить с эмоциями другого человека, но мне бы этого хотелось. Многим бы пожертвовала ради одного - узнать, что чувствовал Дон, покидая семью.

  - Ты все еще любишь его?

  - Да.

Голос Оливии прозвучал тихо, она не озвучивала свои настоящие чувства, но ее душа кричала!

  - Тогда почему не борешься за свою любовь?

  - Это тебя не касается! Это никого не касается, и никто не имеет права осуждать! – она взорвалась, но это было не удивительно.

  Оливия сжала кулаки, сдерживая негодование, а я ждала, пока она успокоится. Ей никто не мог помочь, кроме нее самой. В душевные переживания лучше не вмешиваться, чтобы еще больше не навредить.

  - Извини за мой взрыв. Бесит, если начинают упрекать или поучать по поводу Дона. Это наш обоюдный выбор, но никто не хочет этого понимать.

  - Все нормально. Я не хотела тебя разозлить. Лучше поговорим о нейтральном.

  - Хорошо. Я могу рассказать о своем посвящение.

  - Давай.

Оливия, наконец, успокоилась или, по крайней мере, старалась выглядеть такой. Присев рядышком, она улыбнулась и, повернувшись лицом к огню, дала воспоминаниям унести себя в прошлое. А я слушала и смотрела на ее профиль, любуясь игрой света на красивом лице.

  - В нашем городке не придерживаются подобных традиций, но после того, как Дон трижды прошел обряд безрезультатно, я уговорила его пройти еще раз вместе со мной в год нашей помолвки. Не знаю, почему так поступила. Считай, что пошла на поводу у своего предчувствия. В тот год проходили обряд всего три человека: я, еще одна девушка и Дон. Помню, как прозвучали первые звуки мелодии, и голоса в унисон подхватили старинную песню. Помню горьковатый вкус травяного отвара, холодный ветер принесший шум речного потока, пронизывающий до костей, и жар от костра не мог тогда побороть мою дрожь. Я не боялась. Все мысли занимал Дон. Я любила его не первый год и переживала, смогу ли увидеть волка. Меня больше тогда интересовало именно это, а не собственные ощущения. Но время пришло, и мир вокруг преобразился. Этого не передать словами, но то, что чувствовала и видела, было восхитительно. Природа словно поглотила, открыла мир через сердце, а не через глаза. Я видела бушующий ветер, огромное яркое пламя костра и Дона напротив. Он стал моей точкой опоры, желанием вернуться из мира грез в реальный. Потом все закружилось в буйном танце. Все, что видела, превратилось в необычную массу цветов и звуков, но я продолжала хвататься за спасательный буек, мою любовь, и бешеная пляска прекратилась. Я смотрела на Дона и понимала - дороже существа для меня нет. Вечность заключалась именно в нем. Звуки и образы приобрели непривычную резкость. Я почувствовала прилив сил и желание освободиться от физического тела.

  Оливия замолчала и огляделась по сторонам, но я так сильно увлеклась ее рассказом, что не заметила, как все заняли свои места вокруг костров, а те, кто не могли присутствовать здесь, удалились.

  - Не молчи. Рассказывай дальше.

  - Позже. Сейчас все увидишь сама. Дам тебе один совет, успокойся и думай о том, ради кого захочешь вернуться, иначе последствия приобретут непоправимый характер. Здесь готовят к этому с детства, а твой разум не подготовлен и тело ослаблено.

  Оливия покинула меня, и, как только она скрылась в темноте, зазвучала музыка. Сделав глубокий вдох, я еще раз оглядела присутствующих в поисках Мари, но и она ушла. Где-то рядом должны быть Алекс и Леран, но я увидела только Веркена.

К тихой мелодии присоединились голоса, слившись с нею и звуком ветра в симфонию ночи. Никто не подходил, и ребята, сидящие рядом со мной, словно немые зрители не сводили своих взоров с огня. Я последовала примеру остальных и больше не искала друзей в темноте. Залюбовавшись игрой яркого пламени, постепенно успокаивалась и старалась не думать о том, что происходит вокруг. Но это был самообман. На самом деле, я нервничала, постоянно отвлекалась на посторонние звуки и, сама того не замечая, бегло осматривалась по сторонам в надежде увидеть Мари или ее брата.

  Время медленно перебирало струны своего хода, гипнотизируя остальных и раздражая меня. Множество звуков отвлекали. Я слышала музыку, пение, треск сгораемых веток, стук сердца, что-то еще, но не могла разобрать что именно, пока не уловила среди всего хаоса его голос: Алекс был рядом, напевая старинную песню. А когда он замолчал, я испугалась и быстро поднялась со своего места, но кто-то захотел насильно усадить меня обратно. Резко обернувшись, увидела того, кого искала: Алекс стоял позади меня, держа в одной руке чашу, а вторую он опустил на мое плечо, не дав уйти.

- Сядь на свое место и выпей.

- Алекс, я…

Договорить он не позволил, легонько нажав рукой на плечо, показал, что необходимо сесть. Я подчинилась, вернулась на шкуру и взяла предлагаемый им напиток.

- Выпей.

Отвар был горьким и сладким одновременно, но приятным на вкус. Я отпила несколько глотков, немного успокоилась и допила остальное, не оставив ничего на дне, кроме нескольких капель.

- Посмотри на меня.

Подняв лицо вверх, я хотела улыбнуться, но так и не смогла. Он тоже молчал.

- Алекс…?

- Ничего не бойся. Я рядом. Закрой глаза.

Моим ответом был немой кивок и беспрекословное послушание.

Что-то происходило. Музыка стихала. Ощущение легкости и спокойствия заполнило меня, как пустой сосуд. Я вспомнила прошлое: год за годом, важные моменты, людей, - все это проносилось, как обрывки из немого кино. Я видела улыбки, слезы, прикосновения, лица. Время бежало вспять. Вот Марьям и наш с ней разговор о поездке. Но она исчезла, и на смену ее образу пришли другие: бабушка, ее улыбка, теплые руки; родители, они смеются, мама машет рукой, подзывая к себе, на ней легкое белое платье и ветер намеревается поднять его подол. Но и они исчезли, промелькнув в голове, как обрывок кинофильма.

На миг все картинки утонули в темноте, и вот передо мной опять образы: люди, дома, лес. Я не узнавала этих мест, не узнавала лица, но было в них что-то знакомое, я бы могла сказать с уверенностью, что они мне близки. Небольшой домик с деревянной оградкой, утоптанная площадка, деревья и люди в странной одежде, меховых накидках, рубашках и платьях с вышивкой.

А затем я провалилась в пустоту, в которой душно и тяжело, будто нырнула в глубину, где не хватает кислорода. Не могла нормально вдохнуть, сердце застучало сильнее, звуки оглушили. От страха открыла глаза, но свет от огня ослепил. Долго привыкала, пока не увидела, как наяву, картины недавнего прошлого: поездка в Канаду, резервация, Мари, Леран, Своли, Веркен и Алекс. Особенно ярко всплыли события, связанные с Алексом. Его улыбка, редкие и ничего не значащие прикосновения. Ощущения насыщали и были настолько яркими, чувственными, всепоглощающими, что перестала различать разницу между настоящим и прошлым. Это было так естественно.

Меня клонило в сон, и глаза, уставшие от яркого света, закрывались сами собой, но я боролась, чтобы не нарушить сказочного ощущения ночи. Погружалась в темноту, затем находила в себе силы и прогоняла ее. Однако, мое сопротивление слабело, и вот оно иссякло. Я сдалась и легла на шкуру. Последнее, что увидела - звездное небо над головой.

Время остановилось на миг, а затем ускорило свой бег. Послышался тихий стук, затем еще один, и еще один. Прислушалась. Сердце. Да, это было мое сердце. Все быстрее и чаще, ритм ускорялся, не давая покоя. Снова очнулась. Огонь, ночь, мерцающие звезды над головой, треск ломающейся ветки, шорох листьев. Я сделала глубокий вдох, сырой поток проник в легкие. Запахи: горящего дерева, легкой пыли на шкурах, гниющей листвы, земли. Осмотрелась вокруг и увидела волков: огромных, с горящими глазами, мощные тела покрывала темная шерсть. Но я не боялась их, словно загипнотизированная таинственным светом зрачков волчьей стаи. Хотелось лишь понять их, узнать желания, эмоции, мысли.

Вечное движение жизни замерло, и часы вращали свой точный механизм в обратную сторону, отсчитывая назад в глубокое прошлое, когда люди были связаны с природой непоколебимыми узами и поклонялись не богам, а стихиям. Я была частью этой стаи и слышала общий призыв к свободе. Тело молило начать бешеную погоню, уши улавливали каждый шорох, а глаза видели во тьме лучше, чем при дневном свете. Я разглядывала каждого волка, желая навсегда запомнить их образы.

  Они всматривались друг в друга, переминаясь с лапы на лапу, словно ждали чего-то. И я тоже ждала.

Желание почувствовать вкус свободы, сломать все преграды, уничтожило воспоминания о прошлом. И я знала, чего все ждут – вожака. Стая ждала приказа, призыва уйти в ночь. Что-то в глубине меня трепетало, росло, вырывалось. Я хотела бунтовать, устала ждать, вглядываясь в горящие зрачки волков.

  Решение было принято, и все безропотно приняли мое первенство. Они, словно свита или несмышленые детеныши, ждали молчаливого приказа. Стая самых сильных и бесстрашных существ сейчас подчинялась мне, и я не могла разочаровать их ожидания.

  - Аврора, остановись!

Я вздрогнула и разозлилась. Голос обжог, как удар хлыста. Он остановил, заставив разрываться между желанием уйти или остаться.

  - Волчица, вернись. Я рядом, всегда буду рядом.

Боль и одиночество пронзили, как кинжалы, вонзающиеся в живую плоть. Образы волков тускнели, исчезали один за другим. Огонь уже не грел, я погружалась в темноту, хватаясь за голос, как за последнюю возможность выжить.

  - Аврора, не смей уходить. Ты должна вернуться. Волчица, ты нужна мне!

  Его слова стали той единственной причиной, ради которой мне хватило сил бороться с тьмой и вернуться в реальный мир. Я знала, кому принадлежит этот голос, знала всегда, хотя и сопротивлялась тому, что мой дар, основанный на связи оборотня и человека, это не вымысел, и нам придется подчиниться ему, если не хотим, чтобы нас поглотила тоска одиночества. Алекс занял прочное место в моей жизни, спасая от повседневности.

  Проснувшись от странного сна все, что мне было необходимо, это убедиться в присутствии Алекса, что он существует, а не иллюзия, созданная воображением. И он был рядом, держал в своих объятиях и укачивал словно дитя.

  - Алекс.

  - Молчи. Все хорошо.

  Но в его глазах было сомнение или неуверенность в том, что он сейчас сказал.

  - Что случилось?

  - Ничего страшного. Тебе необходимо поспать. Я буду рядом.

ГЛАВА 8.

  - Доброе утро, Аврора? Как спалось? Что снилось?

Озорной взгляд и милая улыбка подруги, так начался новый день.

  - Ничего. И я не выспалась. А что вчера произошло?

  - Ничего страшного, но много необычного. Как себя чувствуешь?

  - Нормально, - взглянув на зашторенное окно, подумала о времени. - И сколько я проспала?

  - Ночь. Еще нет и десяти утра.

- Поздновато. Так что случилось?

  - А ты ничего не помнишь?

 Я задумалась, но так и не смогла припомнить деталей ушедшей ночи: воспоминания возвращались медленно, размытые и какие-то ненастоящие.

  - Помню, но смутно.

  - Жаль, а то я сгораю от любопытства услышать, что же ты видела.

  - Я тоже сгораю от любопытства услышать, что же все-таки произошло.

Загадочная улыбка Мари еще больше разожгла во мне любопытство. Откинув одеяло в сторону, я схватила подругу за руку и притянула к себе.

  - Давай рассказывай.

  - С удовольствием. Язык так и чешется все рассказать. Но сначала позавтракаешь.

- Рассказывай, а я и послушаю и по… – запнувшись на полуслове, уставилась на одежду, в которой проснулась – это был тот самый спортивный костюм, что я надела вчера.– Что-то совсем ничего не соображаю.

- Ты о чем?

- Я не переоделась. Так и улеглась спать в этом. Ужас.

Мари рассмеялась.

  - Ты уснула на руках у Алекса, а мой братик не рискнул беспокоить тебя такой мелочью, как переодевание.

- Что? Твой брат? – улыбнувшись Мари, подумала о том, что мог бы и рискнуть.

  - Вчера ты удивила всех, особенно Алекса. Он до сих пор в шоковом состоянии от того, что произошло. Да, в общем-то, все в шоке.

  - Я что, в оборотня превратилась? – скорчив мордашку, как будто сейчас покусаю, развеселила и себя, и Мари.

  - Нет. Но едва стаю за собой не повела.

  - Как это? – вот теперь я и впрямь удивилась.

  - Вот так. Я не видела, как все происходило, но Леран описал в мелочах. Все находились в трансе более часа, а это многовато. Но это не самое главное. Ты не только увидела волков, но и создала с ними эмоциональную связь.

  - И что это значит?

  - Вас попытались вернуть в реальность насильно, но попытка провалилась. Потом решили отсоединить самого слабого из вас, понятное дело, что выбрали тебя, но и это не помогло. Хорошо, что ты отреагировала на голос Алекса. После этого проснулись все по очереди, а ты последняя.

Мари замолчала, но на ее личике читался неприкрытый интерес и, скорее всего, она ждала, что я продолжу за нее. Я бы очень хотела знать, что же на самом деле вчера натворила, но не могла вспомнить.

- Так ты не расскажешь о своих ощущениях или впечатлениях?

  - Я не уверена, что знаю. Лучше расскажи, что происходило дальше.

  - Ничего. Очнулась и сразу же уснула. Алекс отнес тебя в дом. Теперь все ждут твоего пробуждения и хотят услышать правду.

  - Мне надо подумать. Я расскажу всем, но не сейчас.

  - Хорошо. Тогда расскажу еще кое-что. Я думала, что услышу это от тебя, но придется рассказывать самой. Эх, – получив от меня благодарную улыбку, Мари продолжила. - Все до единого, кто проходил обряд с тобой, рассказывают одну и ту же историю. Каждый увидел волчицу огненно-рыжеватого окраса, подобных ей в природе не существует. Она завладела их сердцами и разумом, дала силу, соединив в одно целое. Ты вообще понимаешь, что наделена огромным потенциалом, хотя и не оборотень? Сила в тебе растет, и на что ты будешь способна, никто не знает. Так ведут себя альфы.

Своим рассказом Мари вогнала меня в шок. Я ожидала всего чего угодно, но уж точно не подобного.

  - Как это могло произойти? Я же обычный человек.

  - Не знаю. Но это так интересно.

  - Не уверена, что это интересно, скорее нагоняет беспокойство. А как к такому повороту событий отнесся Алекс?

  - Не знаю. Он молчит, как всегда, а еще злится. Но ты и сама его неплохо изучила – Алекс непредсказуемая личность.

  - Мари, а он не говорил, чувствовал ли мои эмоции?

  - Еще раз повторюсь, не знаю. Алекс с утра сидит возле реки и не желает с кем-либо разговаривать. Думает, - Мари улыбнулась, - о тебе.

  - Или думает, как избавиться от меня.

  - Я надеюсь, что он обдумывает ваше совместное будущее. На вот, - Мари придвинула тарелку с бутербродами, - поешь.

  Мари как всегда видела в происходящем только положительную сторону, а я опять сомневалась, потому что Алекс и раньше считал меня проблемой. Я устала от своей неуверенности и колебаний, но когда много вопросов и мало ответов, эти чувства становятся частыми гостями. И теперь у Алекса появился еще один повод отстранить меня от жизни племени.

Сложно поверить в то, что во мне скрыта сила, заставившая будущих оборотней необдуманно и безрассудно подчиниться моим приказам. Все, что произошло, могло сыграть злую шутку с нашим воображением и по какой-то необъяснимой причине втянуть в это всех участников прошедшей ночи. Кто я такая? Всего лишь слабая и беззащитная девушка, оказавшаяся по мановению судьбы связанной с самым необычным существом на Земле - оборотнем. И поверить в свое равенство с Алексом на права управлять стаей – это выше моего понимания.

В голове вертелось еще множество вопросов, но они остались там, потому что я понимала Мари не тот человек, что способен ответить хотя бы на половину из них. Я также понимала, что вряд ли вообще существует кто-то, обладающий достаточной информацией, чтобы ответить на все мои вопросы.

- Будущее? – я призадумалась. – Оно у нас разное. Я вернусь в Россию, твой брат уедет в Париж. Или куда он там собирался. На этом все закончится. Я перестану досаждать его вопросами и притягивать беду к вам.

  - А как же связь?

  - В ней нет смысла. Раньше на ваших землях царил хаос, войны, и именно тогда смысл в таком союзе был, а сейчас это непонятное стечение обстоятельств.

  - Не знаю, для чего в этот мир пришла такая пара, как вы, но что-то заложено изначально в вашем рождении.

  - За углом притаилась опасность, и мы о ней не подозреваем?

  - Все возможно. Не делай поспешных выводов. И давай собирайся, я хочу прогуляться до общего сбора

  - Какого еще сбора?

  - Старейшины племени ждут от тебя увлекательную историю в мир волчьих душ. Бабушка сказала: « Все, что произошло - не к добру», и ты можешь быть права, говоря о поджидающей нас беде.

  Слова подруги растревожили еще сильнее, чем все, что происходило со мной за последний год. Совсем не хотелось быть одним из важных звеньев будущих событий, от которых могла зависеть жизнь любого, кто мне дорог. Но выбора не оставили.

  Спустя несколько часов после разговора с Мари, я сидела в доме одного из старейшин племени, ожидая, когда же меня попросят рассказать о прошлой ночи. Ладони согревал горячий травяной чай в большой чаше. Я чувствовала себя немного неловко, но на удивление никто не обращал на меня внимания, не разглядывал и не лез с расспросами. Люди тихо переговаривались между собой, и меня не замечали. Прошло пару часов, но никто так и не обратился с просьбой рассказать о прошедшей ночи, пока не появились Леран и Алекс.

  Мари поманила мужа к себе и, получив от него поцелуй, заулыбалась. Я взглянула на них и подумала о том, что хочу подобных чувств, но тот, к кому тянулось мое сердце, источал холод. Те немногие мгновения, когда он проявлял свою заботу, я берегла в себе, но это крохи, воспоминания о которых могли затеряться в гуще событий.

  И вот пришло время вступить и мне в беседу. Варгана обратилась с просьбой (но это была скорее не просьба, а требование, которое не обсуждалось) рассказать, что же произошло этой ночью. Собравшись с мыслями, я рассказала все, что удалость достать из недр памяти. Мой монолог получился сухим и состоял из коротких фраз: я еще не успела овладеть чужим языком столь хорошо, дабы изъясняться красочно и насыщенно. Никто из присутствующих в комнате ни разу не перебил, а Алекс тот вообще сидел у печи, повернувшись ко всем спиной. После того, как я замолчала, Мари взяла меня за руку и попросила выйти с ней на улицу, объяснив это тем, что мы сейчас лишние и старшим необходимо обсудить то, что они узнали.

  День прошел незаметно, и солнце практически скрылось за горизонтом между небом и кронами деревьев, оставив тонкую розоватую полоску, как напоминание о своей красоте. Холод окутал сразу же, как мы вышли на улицу.

  - Аврора, не переживай. Все наладится.

  - Тяжело не переживать, но постараюсь. Меня больше волнует совсем иное: почему Алекс себя так странно ведет? Ты заметила, что он не посмотрел в мою сторону? И даже не слушал. Или показалось?

  - Заметила, но как раз твой рассказ он слушал внимательно.

  - Я хочу с ним поговорить.

  - Я тоже хочу с тобой поговорить!

  Я аж вздрогнула от неожиданности. Ни я, ни Мари не заметили, что позади нас кто-то есть. Алекс завязывал черной лентой волосы, собрав их в тугой хвост, а ветер вырвал одну прядь, и я потянулась рукой заправить ее ему за ухо, но увидев потемневшие глаза, отступила назад и спрятала обе руки за спину. Мари заметила это и нежно провела пальчиками по моей ладони, желая поддержать.

  - Оставлю вас наедине, но прошу, не ссорьтесь.

Когда Мари скрылась за дверью общей кухни, я снова посмотрела на Алекса, но уже не могла разглядеть по его лицу, злится он или спокоен. Солнце опустилось за горизонт, и сгущающийся сумрак не позволял видеть четко, размывая очертания предметов. Окружающий мир покрылся сумрачными тенями, ползущими во все стороны от предметов.

  - Ну что, поговорим?

  - Если хочешь.

  - Я же сказал, что хочу! – в его голосе появились нотки раздражения.

  - Алекс прекрати! Что опять не так сделала?

  - Ты могла подвергнуть опасности подростков. Вообще понимаешь, к чему могла привести твоя выходка?

  - Сейчас я это понимаю, но в том состоянии, в котором мы прибывали ночью, этим управлять не возможно. И ты должен это знать не хуже меня.

  - Все равно не понимаю, как подобное могло произойти. Ты потеряла связь с внешним миром почти на сто процентов.

  - Я не подготовлена к подобным вещам. И думаю, вряд ли когда-нибудь была бы готова к такому.

  - Не удивлюсь, если узнаю, что изначально сомневалась принимать участие или нет.

  - Сомневалась, но не по той причине, о которой ты думаешь. Я не понимала смысла происходящего и не знала нюансов. И если бы не Оливия, то неизвестно, чем бы все закончилось.

  - Причем здесь Оливия? Вытаскивал из твоего бреда я.

  - Я не об этом. Оливия рассказала, что должно происходить и в чем заключается смысл обряда. Она помогла подготовиться.

  - Лучше бы она этого не делала.

  - Это почему же?

  - Потому что ты наверняка не смогла бы создать необходимую картину в своем подсознании.

  - Да, и оказалась бы как всегда в неведенье. Этого добиваешься? Чтобы я знала как можно меньше.

  - Чтобы уберечь тебя.

  - От чего?

  - От тебя же. Ты не понимаешь, что ломаешь свою жизнь, принимая нашу тайну, как свою. Пути назад не будет.

  - Его уже и так нет, и это мой осознанный выбор.

  - Заблуждаешься. Не зная всех нюансов, ты приняла решение.

  - Алекс, это жизнь. Мы приходим в этот мир несмышлеными малышами, и нас никто не посвящает во все ее тяготы. Так в чем разница сейчас?

  - С тобой невозможно спорить.

  - Не спорь, а помоги справиться с тем, что мне неизвестно.

  Мы смотрели друг другу в глаза, пытаясь заглянуть в души, но упрямство не позволяло пойти на компромисс.

  - Хорошо. Это твой выбор. Я хотел образумить тебя, но, видно, не судьба. Не обещаю, что буду твоим поводырем. Лично мне это не нравится, но если совсем уж будет туго, постараюсь помочь.

  Ответить было нечем, поэтому выбрала молчаливый кивок.

  - Аврора, у меня просьба, пока не вернемся в резервацию, не выходи из поселения.

  - Почему? Что-то случилось?

  - Еще нет, но есть подозрения, что за поселением наблюдают. Да и происшествия за последнее дни ни о чем хорошем не говорят.

  - Вы подозреваете Катрин?

  - Ее в особенности. Слухи разные ходят. А пока подтверждений нет, детям и женщинам запретили покидать территорию поселения без сопровождения.

- Откуда здесь могут быть слухи? Мы же далеко в лесу?

- Не все. Многие из стаи частенько исчезают на некоторое время.

  - Сбегаете? – я улыбнулась и тут же добавила уже серьезно: - Подчинюсь беспрекословно. Да и сил еще пока маловато.

  - Вот и хорошо. И кстати, я хочу извиниться за то, что не сдержал обещание.

  - Какое?

  - Прогуляться с тобой.

  - Ничего страшного. Я знаю причину, по которой ты не пришел. К тому же это позволило мне пообщаться с твоим другом.

  - Ник?

  - Да.

  - И каково твое мнение о нем?

  - Он очень интересный персонаж.

Реакция Алекса на мои слова была неожиданной: левая бровь поползала вверх в немом вопросе, и он то ли удивленно, то ли недовольно хмыкнул.

  - Что за странная реакция?

  - Не ожидал, что настолько быстро поддашься его очарованию.

  Вот пришел и мой черед удивляться:

  - Ты сейчас о чем?

  - Я так понимаю, Ник время зря не терял и выложился на все сто. Так быстро заинтересовал тебя. Думал, у него это не получится, но ошибся.

  - Алекс, я тебя вообще не понимаю. Неужели создала образ неприступной особы со скверным характером, у которой вместо сердца кирпич?

Он ухмыльнулся и медленно процедил сквозь сжатые зубы что-то на своем языке, а затем добавил по-русски: «Вроде того».

  - И можно узнать, с чего такой вывод?

  - Твой характер и образ жизни подсказали.

Наш разговор приобретал все более странную форму. Такого я уж точно не ожидала и не знала, как реагировать на его слова.

  - Вот так новость. Хорошо, с характером соглашусь. Он и вправду у меня не сахарный, но ты не знаешь, как я живу. Откуда тогда такие предпосылки?

  - Сестра бывает часто болтлива, и я становлюсь невольным слушателем ее рассказов.

  - Что же такого могла рассказать Мари, что ты сделал неверные выводы?

  - Неверные? – он еще раз ухмыльнулся, показывая всем своим видом, что прав только он. - Уверена?

  - На девяносто девять процентов!

Съязвить не получилось, Алекс рассмеялся и ответил мне тем же:

  - И куда же делся один процент?

  - На случай.

  - Ясно.

  - Лично мне ничего не ясно, поэтому жду объяснений.

  - Прямо сейчас?

  - А в чем проблема?

  - На улице холодно и темно.

  - Это поправимо. Можем зайти в гостевой дом или к вам.

  - Я так не думаю.

  - Лучше скажи, что ошибся и признавать это не хочешь.

  - Глупости.

  - Тогда в чем проблема?

  - Перестань перебивать и узнаешь.

  - Ну раз в этом…, тогда умолкаю.

- Пошли к беседке, там и поговорим.

- Как хочешь.

Возле дома было темно, и я едва не налетела на Алекса, не заметив, что он остановился.

- Ты чего?

- Посиди на скамейке, вынесу плед.

- Мне и так…- Алекс, не дослушав меня, скрылся за углом дома, - нормально. Вот всегда так.

Ничего другого не осталось, как дожидаться его возвращения на улице. Присев на скамейку, слегка поежилась, почувствовав, как прохладный ветер обдувает со всех сторон. Хорошо, что долго ждать не пришлось: Алекс вернулся быстро и принес обещанный плед.

- Держи.

- Спасибо. А где ты был?

- В доме.

- Но ты ведь в него не заходил.

- Есть еще один вход, но мы редко им пользуемся.

- Ясно. Не знала о нем.

  Завернувшись в теплую ткань, зажмурилась от удовольствия. Приятно, когда обычная вещь приносит столько хорошего.

  - Тепло?

  - Да. Почему и для себя не захватил?

  - Кровь греет.

  - Постоянно забываю об этой вашей особенности.

  - Будем рассуждать о мелочах, или все-таки хочешь услышать мое мнение?

  - Да! Говори.

  Температура стремительно падала, но я не хотела уходить. Пусть мы сейчас затеяли очередной спор, но в последнее время стала замечать за собой, что люблю находиться рядом с Алексом. Он словно излучал неоспоримую силу, а я закутывалась в нее как в теплое одеяло и убаюкивала все свои страхи и переживания.

  - О чем мы с тобой поспорили в очередной раз? Ах, да. Как всегда о тебе.

  Алекс съязвил, но на этот раз ему не удалось разозлить меня. Лишь мысленно выругавшись, улыбнулась.

  - Слушаешь?

  - Угу.

  - Что за ответ?

  - Слушаю, но ты пока ничего интересного так и не произнес.

  - Играю с твоим терпением? – он ухмыльнулся. - Вот одна из причин, почему считаю тебя, как ты выразилась, особой со скверным характером.

  - Я согласилась, что у меня характер не сладкий, но ты сказал, что и образ жизни я веду не соответствующий, чтобы меня мог легко заинтересовать Ник.

  - Да. Ты одиночка, предпочитаешь свободу семейному очагу, до сих пор не замужем. У тебя нет стабильных отношений. Словно погрузилась в одиночество и наслаждаешься им. Поэтому и удивился, что твое внимание можно завоевать столь быстро. И я не говорил, что Ник не может заинтересовать тебя, просто не ожидал, что это произойдет так скоро.

  - Во-первых, я еще не в том возрасте, чтобы беспокоится по поводу семейного положения. Во-вторых, я что, по-твоему, мужененавистница?

  - Нет. Но и на барышню, которая пойдет на край света за красивой улыбкой, не похожа.

  Я рассмеялась от всей души, потому что, наконец, поняла смысл недовольства Алекса. Он ревновал, и это одновременно забавляло и приводило в восторг.

  - Что тебя рассмешило?

  - Ты ревнуешь или завидуешь. Вот только не могу понять кого к кому. Неужели Ника?

  - Что?! С головой не дружишь? – его возмущение рвануло наружу.

  - Это единственное объяснение твоей неадекватной реакции.

  - Вздор. Глупее предположения еще не слышал. Ты даже не потрудилась понять смысл, сказанных мною слов.

  - О да. Я вообще не думаю. Просто говорю то, что на ум придет.

  Мне было смешно, но и немного досадно из-за того, что Алекс так упрямо продолжал доказывать обратное. Он не хотел видеть правду про себя, и поэтому не дала ему ответить.

  - Сам-то понимаешь, что говоришь? Из-за того что у меня характер под стать тебе и личная жизнь не отличается ничем от твоей, делаешь вывод, что я подобна тебе? Это же полный нонсенс.

  - А почему бы и нет. Раз уж мы так схожи, какие же делать еще выводы? Я не кидаюсь на первую встречную с шикарными физическими данными или сверхспособностями.

  - Я на Ника не кидалась, а мило беседовала о жизни. А ты нашел повод для своих необоснованных обвинений или предположений.

  - Тогда чем же он тебя заинтересовал?

Мне хотелось сказать Алексу правду о том, что Ник интересен мне тем, что знает больше, чем я о жизни оборотней, но уж очень велико оказалось желание поддеть, что и сделала, сморозив очередную глупость:

  - Ник оборотень, но не похож на тебя. С ним легко и комфортно, приятно общаться, в отличие от некоторых.

  - Вот как. Ну что ж, раз я являюсь «отличием», с которым не интересно общаться, то пожалуй, удалюсь, чтобы не раздражать Вас своими невежественными попытками найти общие темы для разговоров! – последние слова ему дались с трудом, он процедил их сквозь сжатые челюсти.

  После ответа Алекса пожалела, что вообще умею разговаривать, но гордость взыграла над разумом. Алекс ушел, и я осознала что натворила, но догонять было уже поздно.

Спустя несколько минут я все еще сидела в беседке, вглядываясь в темноту ночи. Скорее всего, не осознанно ждала возвращения Алекса, но этого не произошло. Оставив плед на скамейки, вышла на площадку между домами. Поселение погрузилось в дремлющую тишину. Опустив голову, брела между домиками, не задумываясь, куда иду и зачем это делаю. В голове вертелось одно, как могла допустить, чтобы мы снова поругались. Я так хотела сблизиться с ним, а сделала все наоборот: оттолкнула.

- Ой! – я вскрикнула, едва не провалившись в яму.

Небольшое углубление, схожее на подкоп или лаз, скрывалось за одним из домов. Сюда практически не доставал свет от уличного фонаря, и если бы не поскользнулась на сырой земле, то и не заметила бы яму. Чтобы разглядеть находку, пришлось присесть на корточки и нагнуться.

  - Привет.

Было неожиданностью встретить в этом темном уголке еще кого-то. Ник стоял в нескольких шагах позади меня.

  - Привет.

  - Что делаешь?

  - Рассматриваю огромную дыру в земле.

  - Зачем?

  - Чтобы понять, насколько она велика и стоит ли поднимать тревогу сейчас или можно подождать до утра. А ты зачем сюда пришел?

  - Тебя увидел и решил поздороваться. Говорят, вчера на обряде ты что-то натворила.

  - Да. Совсем немного. А как ты меня увидел, если это место перекрывают со всех сторон дома?

  - Да очень просто...

  Ник оглянулся по сторонам, ища, с какой же точки мог заметить меня, но замешкался с ответом, и это выдало его оплошность. Да и не только это. Он целенаправленно отводил взгляд в сторону от лаза под забором, словно хотел что-то скрыть, но не знал, как поступить.

  - Вот там, – и он указал на узкий проем между домами.

  Я взглянула в указанном направлении, и это лишь подтвердило мою догадку: Ник врал. Проем был слишком узким - заметить в темноте сидящего возле забора человека практически невозможно, если специально не наблюдать за этим местом. Но я оставила свои мысли при себе.

  - Понятно. Так как поступим с находкой?

  - Я расскажу сам, а тебе разве не надо отдыхать?

- Ты прав. Я устала. Проводишь?

  - С удовольствием.

  Выйдя на освещенный участок двора, мы не спеша побрели к гостевому дому.

  - Ник, а где ты вчера был?

  - Возле ворот. Охранять кто-то же должен, вот я свою кандидатуру и предложил.

  - И как, без происшествий?

  - Ночь прошла спокойно.

  Подойдя к гостевому дому, вспомнила, что в поселении, кроме меня, теперь есть еще гости, но почему-то ни Ник, ни Оливия не заселились в гостевой дом.

  - Ник, а можно нескромный вопрос?

  - Смотря какой.

  - А где ты ночуешь? Где вещи?

  - На это легко ответить. Если еще не знаешь, то согласно старых законов, я не могу находиться в одном доме с …

- С незамужней девушкой, – я закончила за него, вспомнив о том, что довелось столкнуться с этим правилом в резервации, и у меня теперь была тайна, связывающая нас с Алексом.

- Знаешь? – Ник улыбнулся, и я ему ответила тем же.

- Да. Уже просветили. И где же ты остановился?

- У Веркена.

- И Оливия там же?

- Нет. Думаю, она провела ночь возле реки. Оливия любит лес, даже больше, чем я.

- Одна? В лесу?

- Почему одна. С Алексом. Они вместе выходили с территории.

  - Значит, я полностью продолжаю владеть целым домом, - было трудно скрыть внезапно кольнувшее разочарование и ревность, но я постаралась это сделать.

  - Да. А тебе это не подходит?

  - В принципе, мне это не важно. Я привыкла за долгие годы к самостоятельности и полной независимости.

  - Как-то это странно звучит.

  - Да? А я и не замечала этого.

  - А не пора задуматься? Так не считаешь?

  - Вернусь в Россию и обязательно подумаю над твоими словами.

  - И когда уезжаешь?

  - Еще точно не знаю, но вскоре после того, как спустимся с этих лесных чащ в цивилизованный привычный мир.

 Мы рассмеялись, и я на время забыла о ревности, ссоре и подозрениях.

  - Приятно видеть тебя улыбающейся. Видеть бы это чаще.

  - Ник, приезжай в гости. Покажу тебе Россию.

 Не знаю, почему пригласила Ника, но отступать было поздно.

  - Серьезно?! – он удивился, а кто бы в такой ситуации остался бы спокойным.

  - Серьезней не бывает.

  - Приеду. Обещаю.

  - Это превосходно.

  Мы стояли рядышком и со стороны выглядели глуповато, как два подростка возле родительского дома, но все было иначе. Я держала дистанцию, понимая, что давать повода для лишних сплетен совсем не хочется, и самое главное не хотела обнадеживать Ника. Да, он умен, красив, талантлив, с даром превращения, но мое сердце молчало, а голова контролировала каждый шаг. Ника же или хорошо воспитали, или он выжидал.

  - Спокойной ночи, Волчица.

  Еще было рано для сна, но я не остановила его. Все должно идти своим чередом, и не стоит опережать события, чтобы потом не пожалеть о содеянном.

  - Спокойной ночи.

  Улыбнувшись на прощание, я закрыла за собой дверь.

  Тепло от огня и тоска от отсутствия людей наполняли дом. Я вспомнила злость и отчаяние, с которым Алекс произнес последние слова, вспомнила взгляд, наполненный болью и обидой, пронзающий, словно острие кинжала мое сердце. Я снова разбирала по мелочам нашу ссору и желала одного: найти способ всё исправить. И в тоже время новость о том, что Оливия проводит с ним ночи, убивали во мне все надежды. Я не знала, что делать.

ГЛАВА 9.

   Верхнее Поселение немного опустело, часть племени вернулась в резервацию. А через пару дней придет и мой черед вернуться в привычный мир комфорта, технологий и обычных людей.

  Наступила ночь. Разожгли костер. Я сидела рядом с Мари и Лераном, прислушивалась к разговорам, но не участвовала в них. Просто хотелось отдохнуть и побыть среди друзей. Огонь обдавал жаром лицо, и глаза немного побаливали от яркого света, но я не обращала на это никакого внимания. Спокойствие окутало, словно легкая кашемировая ткань.

Но к великому сожалению, всему когда-нибудь приходит конец, и мое спокойствие тоже не исключение, оно было нарушено приходом Алекса. Я позволила себе забыть о нем ненадолго и не обрадовалась его появлению.

Алекс сел рядом с Оливией, что-то прошептал ей на ушко, и на ее губах засияла улыбка. Меня сильно задело его поведение, хотя ничего предосудительного в нем не было: Алекс не принадлежал мне и мог вести себя как угодно. И все же я не могла заставить себя не смотреть на него, как мазохист, наслаждающийся собственными мучениями.

Оливию отвлек от Алекса Своли, предложив ей сыграть на гитаре, и она, согласившись, взяла инструмент. Тонкие пальчики перебирали струны, но как бы музыка не была хороша, меня она раздражала до зубного скрежета, и даже показалось, что на улице внезапно похолодало и стало неуютно. Застегнув куртку и спрятав руки в карманы, я уставилась на огонь, чтобы отвлечься от пары, сидящей напротив.

Мари дотронулась до моего плеча, и я улыбнулась, мысленно благодаря за то, что хоть ей еще удается приносить спокойствие моему сердце, пускай подруга и не догадывалась об этом.

- С тобой все в порядке?

- Да. Немного замерзла вот и все.

Еще раз улыбнувшись ей, я посмотрела, на сидящего рядом с нами, Лерана и неожиданно вспомнила о своей вчерашней находке. Совсем забыла про яму возле забора.

  - Леран, вы заделали дыру в земле?

  - Какую?

  - Ту, что обнаружили вчера мы с Ником.

  - Впервые слышу. И где же она?

  - За соседним домом с кухней.

  - Странно, что Ник ничего не сказал. Надо глянуть. Пойду с Алексом схожу.

  Разговора между Лераном и Алексом не было слышно, но по нахмуренному выражению лица у последнего и так было ясно, что ему не понравилась новость о какой-то там яме на территории поселения. Он бросил в мою сторону недовольный взгляд и пошел за другом, но далеко они не отошли. Увидев идущего от ворот Ника, оба парня остановились, поджидая своего товарища.

Леран молчал, а Алекс отчитывал Ника за его забывчивость.

  - Может пойти с ними? – я легонько толкнула Мари в плечо и кивнула в сторону парней. - Твой брат и Ник как-то странно себя ведут.

  - Не думаю, что это хорошая идея. Сами разберутся.

Ребята скрылись за общей кухней, а я посидела еще несколько минут и, не дождавшись их возвращения, поднялась со своего места и, пожелав всем спокойной ночи, ушла в гостевой дом.

Спать еще не хотелось, поэтому сидела в кресле, думая о своем скором возвращении домой. Раздался тихий стук по стеклу. Взглянув на зашторенное окно, подумала, что, наверное, послышалось, но стук повторился. Пришлось встать. Кто бы ни был этот гость, мне не понравилось, что кто-то тарабанит на ночь глядя по стеклу, вместо того, чтобы подождать до утра или зайти через дверь, как все нормальные люди.

Отодвинув занавеску, никого так и не увидела: на улице было слишком темно, да и окно сильно запотело. Дотронувшись до стекла, почувствовала, как холод начал пощипывать подушечки пальцев. Свет ближайшего фонаря возле ворот едва доставал до того места, куда выходили окна этой комнаты, но немного привыкнув к темноте, смогла разглядеть силуэты уличного пейзажа. Высокое дерево по правую сторону от окна колыхало ветками и напоминало сказочного персонажа, танцующего волшебный танец. Забор недалеко от дома возвышался на несколько метров ввысь, отгораживая территорию от чужаков.

Вернув занавеску на место, зябко поежилась, но не от холода (в комнате было не то, что тепло, а даже жарковато), скорее от одиночества. Потушив ночник и при свете огня в печи, сменила спортивный костюм на ночную рубашку. Но улечься в постель не успела, снова раздался стук. Это начинало раздражать. Теперь стучали, не переставая, и не по стеклу, а по входной двери. Я выскочила в прихожую и, не подумав, что надо бы что-нибудь накинуть поверх слишком открытого наряда, распахнула дверь. Ею же и огрела настырного гостя по лбу, ненарочно, но он сам виноват. Хотела еще добавить пару словесных тумаков, но не смогла выдавить из себя не слова. Передо мной стоял Алекс, потирая ушибленный лоб.

- Кочергой не получилось, решила дверью?

- Я не хотела. Честно.

Ситуация выглядела слегка комично, и я не знала как вести себя дальше.

  - В следующий раз спрашивай, прежде чем дверь открывать.

  - Хорошо, но ты тоже не тарабань в окна и двери. Раздражает.

  - В окно? Я только подошел.

  - Да ладно? Зачем же так громко стучать?

  - Чтобы разбудить.

Я удивилась:

  - Ого! Разговор до утра не терпит?!

  - Нет.

  - Ну что же, - я отошла назад, приглашая Алекса в дом, - проходи.

  Алекс замешкался на входе. Видимо, дверь хорошенько приложила его по лбу, раз не сразу понял в каком я, мягко выражаясь, фривольном виде, и теперь рассматривал меня с ног до головы, как будто только увидел. Прятаться было поздно, да и не столь интересно, как наблюдать за его реакцией. Может, он и хотел бы что-то сказать, но все слова остались «за кадром».

  - Аврора, необходимо поговорить по поводу вашей с Ником находки.

  - Хорошо. Мне скрывать нечего.

  - Я вижу! – он недовольно ухмыльнулся. – Оденешься?

Мне очень хотелось съязвить, что ни будь на подобие: «А мне и так не плохо». Но Алекс выглядел недовольным, и злить его еще больше желание пропало - прошла мимо него в комнату, залезла на кровать и прикрылась одеялом.

  - Почему сразу не сообщила об обвале?

  - Ник сказал, что сам сообщит.

- Хорошо, но что ты там делала так поздно?

- Гуляла.

- Замечательный ответ.

- А что думал от меня услышать?! – не очень хотелось, но пришлось выразить свое недовольство.

Алекс медлил с ответом. Он подошел к окну и, отодвинув в сторону занавеску, несколько секунд всматривался куда-то в ночную пустоту, а когда ответил, не соизволил даже обернуться.

- Хочу услышать правду. Что ты делала там ночью?!

- Не знаю. Искала. Думала.

- Искала? Что?

- Тебя! – вот и настал момент истины, я решилась на разговор. - Алекс, выслушай, пожалуйста. Я обидела тебя ненамеренно и сравнивать с Ником уж точно не собиралась. Сложно это объяснить, но я чувствую боль, если ты злишься.

Я подалась вперед, чтобы увидеть реакцию Алекса на мое откровение, но мои слова не заставило его обернуться. Он продолжал смотреть на ночной двор за окном, прижавшись лбом и ладонями к холодному стеклу.

- Алекс?

- Я не уверен, что хотел бы услышать именно это. Ты ошибаешься, думая, что обидела меня. В принципе, мне все равно.

Вот так, в один миг, все мои помыслы и стремления втоптали в грязь парой фраз. Голова, словно опустела, а сердце предательски сжалось. Точки были расставлены. Алекс произнес вслух, то чего я боялась. Холод проник внутрь меня, и я сжала руками плечи, пытаясь унять дрожь.

- Аврора, я…

- Уйди.

Он обернулся, на лице удивление: «Что?», - но я была не в силах объяснять что-либо, и теперь его нахождение здесь было неприемлемо для меня.

- Я прошу тебя, уйти.

- Но мы еще не закончили …

- Закончили.

Хотелось кричать, но я говорила тихо, хотелось плакать, но не пролила не единой слезы. Впервые в жизни узнала, как можно легко разбить сердце. Независимая, непреклонная, свободная от обязательств перед кем-либо, кроме себя самой. Раньше не чувствовала ничего подобного, не привязывалась к мужчинам, не плакала из-за них. Равнодушная и изредка мечтающая об обычном женском счастье: любить и быть любимой. И именно сейчас, когда в сердце зародились крохи этого необычного чувства, меня уничтожили. Не оставили и намека на надежду. Все, что видела в этом человеке, оборотне с серыми глазами, только надуманные фантазии, которыми приукрасила действительность.

- Я не согласен.

Боль заглушила остальные эмоции, и я больше не слушала Алекса и не контролировала себя. Вскочив с кровати, резко распахнула дверь в прихожую и указала ему на выход.

- Уходи!

Он вышел, подтвердив этим свои слова, а я хлопнула со всей силы дверью, согнав на ней злость. Послышался треск, совсем тихий, но это привело в чувства. Небольшая трещина расползлась по гладкой деревянной поверхности возле верхней петли. Но этого просто не могло быть.

Дверь распахнулась. Алекс тоже услышал треск и вернулся.

- Решила дом разнести?

  - Нет. Не знаю, как это вышло, но вроде дверь треснула. Раньше здесь, - я указала на трещину, - ее не было?

  Алекс медленно провел пальцами по испорченной поверхности, не веря тому что увидел. Да и кто бы мог поверить, что хрупкая на вид барышня, пускай и очень злая, смогла бы такое сотворить с дверью из прочного дерева.

  - Это же не глобальная проблема? Дверь наверняка старая, и дерево уже хрупкое, вот и треснуло.

  - Она совсем не старая. И сломаться могла бы под воздействием силы, которой у тебя не должно быть.

  - Это уж точно. Я иногда не могу с крышкой от банки справиться.

  - Но факт на лицо, или вернее на двери. Твоя сила растет, и вскоре не придется думать о твоей защите.

  - Так это все же правда? Я меняюсь? - Алекс молчал, рассматривая микро-разлом. – Скажи же что-нибудь.

- Не знаю, что сказать на это. Одно ясно: учись контролировать эмоции.

Больше он ничего не добавил, и оставил меня одну.

На смену горьким чувствам и удивлению пришла усталость. Необходим был крепкий здоровый сон, чтобы набраться сил и забыться хоть на время.

Закутавшись в одеяло, словно в кокон, постаралась ни о чем не думать и поскорее уснуть. Но на грани между сном и явью, уловила странный звук и вздрогнула. Кто-то царапал по стеклу. Пришлось встать. Звук повторялся короткими промежутками, но не прекращался. Накинув на плечи плед, запахнула его на груди и, придерживая одной рукой возле шеи, подошла к окну. Оно осталось незашторенным, и я сразу же разглядела на улице Ника. Выглядел парень поникшим, как обиженный жизнью щенок. Он что-то произнес, но я не расслышала и помахала ему в сторону двери, приглашая войти. Через несколько секунд в прихожей раздались тихие шаги, и дверь открылась.

Лицо у Ника и впрямь было унылое, и улыбка выглядела ненастоящей, словно пытался натянуть на себя маску.

- Привет, Аврора.

- Привет. Чего по ночам в гости ходишь?

  - Хотел поговорить до прихода Алекса, но не успел.

  - Это точно.

  - Мы можем поговорить?

  - Все решили со мной о чем-нибудь поговорить? Это уже надоедает.

  - Извини. Не хотел мешать, – Ник склонил голову и сделал шаг назад.

  - Говори, раз пришел, - я видела, что он сомневался, но в чем именно не могла понять. - Ну, чего стоишь на пороге? Закрывай дверь и проходи.

- Не уверен, что имею право находиться здесь в такой час, но мне необходимо поговорить о нашей находке. Я не сообщил о ней вчера, как обещал.

- Это я и так поняла, по удивлению Лерана и раздражению Алекса. Что-то еще?

  - Разве не хочешь знать причину моего поступка?

  - И да, и нет. Предпочитаю думать, что ты немного рассеян, чем узнать о подлости.

  - В моем поступке нет подлости! По крайней мере, я так думаю, но пока что не могу рассказать всю правду друзьям. Аврора, поверь мне. Я не задумал ничего, что навредит остальным, но есть тайна не принадлежащая мне. Именно по этой причине я скрыл лаз в земле.

Ник выдал себя поспешностью в словах, но вроде не врал.

  - Ник, я очень хочу тебе верить, но едва знаю тебя и не вижу ни одной причины, по которой можно такое от всех скрывать. Даже не знаю, что ты наплел Алексу. Как оправдал себя?

  - Сказал, что посчитал находку неопасной. Дыра узкая. А потом отвлекся и забыл про нее. Но Алекс не поверил, раз пришел к тебе с расспросами.

  - А ты откуда знаешь…? - я запнулась, вспомнив о том, что слух у оборотня намного лучше, чем у человека. – Подслушивал?

- Не специально. Просто пока ждал, уловил часть вашего разговора.

Я уже догадалась, что услышал он намного больше, чем хотел показать, но подыграла ему, дабы избежать ненужного разговора.

- Допустим. Но что от меня хочешь?

- Не хочу, чтобы ты думала обо мне плохо. И надеялся уговорить поддержать мою версию, но не успел. Глупая была затея.

  - Ты сам это понял. И я ничем не могу тебе помочь. Лучше расскажи друзьям то, что скрываешь. Думаю, они поймут.

  - Не могу. И если все получится, то кое-кто из друзей приобретет счастье.

  - У тебя благие намеренья, но доводы не убедительны. И я не хочу вмешиваться в ваши дела. Предостаточно и того, что происходит в моей жизни. Не обессудь, но буду придерживаться нейтралитета.

  - Это твое право. Извини, что так глупо пытался взвалить на тебя свои проблемы.

  - Все нормально. Не переживай. А теперь, будь добр, покинь гостевой дом и дай мне выспаться.

  Ник так увлекся своими проблемами, что даже не заметил причиненного им неудобства. Я стояла перед ним, обмотанная от шеи до самых пят в плед, на холодном полу босыми ступнями.

  - Извини еще раз. Спокойной ночи, Аврора.

  - И тебе того же.

  Я шагнула вперед, чтобы проводить и, немного запутавшись в полах пледа, едва не скинула его с себя. Это было бы грандиозной концовкой такого сумбурного вечера - предстать практически в чем мать родила перед Ником. А мне этого совсем не хотелось.

  - Давай помогу, - он присел на корточки и приподнял ткань, освобождая от шерстяной ловушки. - У тебя красивые ноги.

  - Спасибо. Но глазеть на мои щиколотки не надо.

  - Не удержался от соблазна.

  На лице Ника появилась прежняя игривая улыбка. Его поведение смутило меня, и по телу пробежала мелкая дрожь от прикосновения горячей руки. Сердце застучало быстрее: «Не хочу, чтобы он уходил!». Но Ник резко поднялся и, даже не посмотрев на меня, выскочил из дома.

ГЛАВА 10.

   Два дня пролетели незаметно, оставив лишь тень о себе и отголоски от разговора с Алексом, а затем с Ником. Наступило раннее утро - время, когда ночь еще не полностью исчезает, напоминая о себе темным небом и померкшими звездами.

Мне не спалось. Встречала приближающийся рассвет, греясь возле печи и думая о Нике. Он словно избегал встреч со мной. Где бы ни появилась на его горизонте, он находил любой предлог, чтобы не задерживаться дольше нескольких минут. Возможно, я понимала истинную причину такого поведения и глубоко в душе знала, поступаю и думаю неправильно, ведь нельзя заменить собственные чувства чужими, но не хотела с этим мириться.

Пришла пора возвращаться в резервацию. На рассвете за мной должны зайти Мари и Леран, но осталось еще немного времени, чтобы посидеть в одиночестве и подумать. Я полностью осознавала, что став хранительницей тайны существования оборотней, никогда и никому не смогу об этом рассказать, как бы этого не хотелось или как бы ни было трудно держать в себе эту тайну. И все-таки жизнь продолжалась. Через два дня вернемся в резервацию, и вскоре придется уехать в Россию, где ждет работа, знакомые и Марьям. Я давно с ней не общалась и сильно соскучилась. Вернется ли шумная подруга в Сочи или останется покорять просторы мегаполиса? На этот вопрос узнаю ответ по возвращении. А сейчас меня больше заботило иное: хватит ли сил найти счастье там, где не хочу быть?

  Рассвет наступил внезапно. Я так сильно погрузилась в размышления, что не заметила, как легкая серая дымка начала таять. В дом вошел Леран и поприветствовал:

- Доброе утро, Аврора. Собралась?

  - Доброе. Еще вчера собрала рюкзак. Ну что, идем?

  - Да. Мари ждет возле ворот, и Своли идет с нами. Этот шустряк успел вернуться раньше Алекса, поэтому будет нас сопровождать.

  - Больше народа - интереснее.

  - Безопаснее.

  - И это тоже.

  Мы вышли из гостевого дома, но я не прощалась с этим местом: или не хотела, или чувствовала, что вижу его не в последний раз. Верхнее Поселение хранило в себе вековую историю, и я стала частью этой истории.

Уже светало. Путь предстоял долгий, и погода не желала баловать теплом, поэтому решили без надобности не останавливаться.

Узкими тропами наша маленькая компания из четырех человек, бодро шла вперед. Так пролетел день, и ближе к вечеру из-за деревьев мы увидели знакомые очертания небольшого, но вместительного дома.

Я остановилась перед крыльцом, вспоминая, как совсем недавно провела здесь два неполных, но чудесных дня наедине с Алексом. Сейчас его рядом не было, но буквально часов пять назад я почувствовала, как он превратился в волка: с каждой минутой поднимающийся адреналин в крови, словно цунами, захлестывающее с ног до головы. Волк возвращался в поселение. Увидеть его не надеялась, зная, что скорость оборотня позволит преодолеть длинное расстояние за очень короткий срок и вряд ли он захочет останавливаться.

- Ты чего замерла? Заходи, - Мари поманила меня рукой и, рассмеявшись, скрылась внутри дома, оставив дверь открытой.

Внутри воспоминания нахлынули на меня с еще большей силой, особенно когда увидела знакомую комнату, кресло, в котором спал Алекс, кровать. Легкая грусть об ушедшем нахлынула внезапно, но так же внезапно исчезла.

Леран растопил печь, мы поужинали и разбрелись по комнатам: парни - в одну, девушки - в другую. Спустя некоторое время Мари, слегка посапывая, сладко спала, а меня мучили мысли и не отпускали вслед за подругой в мир грез. Но кроме собственных мыслей не давало покоя странное, но уже знакомое ощущение прилива энергии, словно изнутри что-то выталкивало наружу, подгоняя выбраться из теплой постели и броситься сломя голову в гущу темного леса.

  Прислушиваясь к своему, даже для меня непонятному желанию, уловила тихий скрип деревянных половиц под чьими-то шагами. Сразу же подумала о Катрин, но постаралась себя успокоить. После похищения о ней не слышали, к тому же в доме находились Леран и Своли. Но что-то все же беспокоило.

  Поднявшись с кровати и, пытаясь не нарушить сон подруги, подошла к двери. Затаив на мгновение дыхание, прислушалась к звукам в доме, но глухая тишина поглотила все, что сейчас окружало нас. «Вроде все спокойно. Наверное, воображение разыгралось», - как только об этом подумала, вновь расслышала скрип, который тут же прекратился. – «Дом старый, вот и скрипит!» Успокоить себя не вышло, поэтому приоткрыла дверь и выглянула в прихожую. Как и следовало ожидать, кроме двух тумбочек там было пусто. Небольшое помещение освещала заглядывающая в окно неполная луна; ставни снял Леран, чтобы нам с Мари не пришлось лишний раз зажигать свечу, выходя из комнаты.

Я осмотрела прихожую еще раз и решила на всякий случай проверить остальные помещения, чтоб ы успокоить себя. Из соседней комнаты раздавалось тихое сонное сопение - ребята мирно спали. На кухне ничего странного не увидела и, слегка поежившись от сквозняка, подошла к двери проверить, не забыли ли мы ее запереть. Внутренний засов был на месте, и я вздохнула с облегчением, но ненадолго: за окном промелькнула тень, так быстро, что едва ее углядела и, то лишь по той причине, что в этот момент посмотрела на улицу.

Будить ребят не хотелось; они и так вымотались от постоянного напряжения, наблюдая за каждым подозрительным шорохом, пока мы шли через лес. Но теперь запертая дверь не казалась столь безопасной, и нервозность, вытолкнувшая из постели, напомнила о себе. Я протянула руку к засову, но вовремя одумалась. Зажгла свечу на подоконнике и, оставив ее возле окна, вошла в комнату к ребятам, чтобы разбудить Лерана.

  - Аврора, что случилось?

  - Ничего. Мне что-то послышалось. Звуки возле дома. Проверишь?

- Хорошо.

  Мы вышли из комнаты. Все было по-прежнему, но Леран, словно весь окаменел, напряженно прислушиваясь, а его глаза засветились в темноте: в нем просыпался зверь.

- Что случилось?

  - Разбуди Своли.

Я быстро вернулась в комнату и замерла на пороге. Тень промелькнула за окном в сторону двери. Раздался скрип отпираемого засова, и я, словно подталкиваемая чьей-то сильной рукой сзади, подскочила к Своли, растолкала его и, ничего не объясняя, выбежала обратно, предупредить Лерана об опасности. Мне удалось остановить его, накрыв рукой пальцы. Объяснять ничего не пришлось, Леран и без меня уже знал о присутствие незваного гостя.

В тот момент я еще не осознала, насколько нереально быстро передвигалась по дому: голова была занята более важным.

Леран указал на комнату, где ничего не подозревая, спала Мари, я поняла и исполнила немой приказ беспрекословно. Не задерживаясь ни на секунду, вернулась к подруге, закрыла за собой дверь и разбудила ее, пытаясь издавать как можно меньше звуков, чтобы не спровоцировать наших гостей на лишнее любопытство.

  - Аврора…?

  Пришлось зажать подруге рот, чтобы не последовало дальнейших расспросов, и только после этого я прошептала, что надо вести себя тихо и указала в сторону окна.

Положение у нас было невыгодное, и мы понимали, нельзя дольше находиться в комнате с огромным окном, без решеток и с открытыми ставнями. Поэтому как можно скорее обулись и, накинув поверх пижам пайты, прижались спинами к стене.

Вокруг было тихо. Мы простояли так еще несколько секунд, прислушиваясь, а затем выскользнули в прихожую, где находились два оборотня, готовые положить собственные головы на алтарь нашего спасения. Оборотни и впрямь были там, и я слегка опешила, увидев двух огромных волков, нервно переступающих с лапы на лапу. Леран и Своли превратились, на полу валялась одежда. Зрелище поистине незабываемое, особенно, если знать, что перед тобой не просто волки, а люди в зверином обличье. На серую шерсть падал свет луны, слегка предав ей снежного окраса, мощные тела напряжены, а зрачки, как две пары зажженных факелов.

Оба волка следили за дверью, выжидая и прислушиваясь. И ждать пришлось не долго: послышался одинокий вой, а затем его подхватили еще несколько волков, и сразу же стало ясно, что незваных гостей намного больше чем нас.

  Мари, вздрогнув, прижалась ко мне, и я сразу же поняла всю безысходность ситуации. Дом, в котором мы сейчас находились, не крепость с оборонительными ограждениями или подземными ходами. Прятаться было негде. Кухня тоже бы не спасла, поэтому я прикрыла дверь в нашу комнату и потащила Мари за собой к маленькому боковому окошку, возле которого стояла одна из тумбочек. Пропустив подругу вперед, прижала ее к стене, и, присев на корточки, мы с трудом, но все же смогли скрыться от посторонних глаз. Это была лишь иллюзия на защиту, любой оборотень нашел бы нас по запаху, но и стоять посредине комнаты тоже не вариант.

- Аврора, мне страшно.

- Мне тоже. От нас с тобой толку нет, и я боюсь за ребят, они могут пострадать. Не знаю, чем помочь.

- Аврора, ты можешь! - я не успела спросить, о чем она говорит, Мари сама поспешила с ответом. - Ваша связь с Алексом. Дай ему почувствовать, что ты в опасности.

- Но как? Снотворного у нас нет под рукой, а я, если бы и хотела, при таком напряжении не усну самостоятельно.

  - Знаю, но тебе пора учится владеть вашей связью без сна. Вспомни все, что притягивает тебя к моему брату.

  - Он, наверное, и сам уже почувствовал неладное.

  - Но так ты усилишь вашу связь, и он придет, как раньше.

Мари была права, но уверенности от этого не прибавилось. Время беспощадно бежало вперед, и с минуты на минуту в дом могли ворваться оборотни.

Мари опустила ладони на мои плечи и притянула к себе. Ее глаза притягивали, как будто в них заключалась сила, о которой я забыла – дружба.

  - Что ты делаешь?

  - Посмотри на меня, как если бы заглянула в чужое прошлое. Я открою тебе дверь к моему роду, семье, стану проводником между тобой и Алексом.

  Послышался очередной волчий вой, намного ближе, чем раньше. Круг смыкался. Я хотела успокоить себя, чтобы увидеть Алекса, как видела его на мосту или на обрыве, но ничего не получалось. Отчаяние, как острое лезвие полоснуло по сердцу - я зажмурилась.

  - Аврора, не сопротивляйся своему внутреннему чувству. Посмотри на меня.

  Раньше голос Мари успокаивал, но сейчас это не помогало. Пришлось собрать волю в кулак, чтобы вновь посмотреть на подругу.

Или от страха начинаешь видеть то, чего на самом деле нет, или мне открылись ворота в другой мир. Я словно окунулась в сознание подруги и увидела ее брата, их связь, семейные узы, навеки скрепленные любовью и преданностью. Это ощущение сложно объяснить. Исчезла реальность, растворив осязаемые картины дома и оборотней. Даже Мари исчезла.

Древняя связь оборотня и Огненной Волчицы проснулась, поглотив меня. Я почувствовала его приближение, эмоции: гнев, страх, ненависть. Все смешалось, и затем я очнулась.

 - Он здесь! Мари, Алекс здесь!

Ответить она не успела: раздался хруст ломающейся двери и оглушающие звуки звериного рыка, бьющие по перепонкам. Страх сковал наши тела, обездвиживая. Рядом, буквально в нескольких метрах шел бой, исход которого не сложно было бы предопределить, если никто не придет на подмогу.

Мимо нас пролетел волк, откинутый более сильным противником. Я вздрогнула, увидев, как огромное тело, покрытое шерстью, разнесло на куски дверь в комнату, которую еще недавно занимали мы с Мари. А после этого наступила тишина, но ненадолго. Из леса послышался одиночный затяжной вой. Мари сжала мою ладонь.

- Ты чего?

  - Это Катрин.

  - Уверена?

  - Я не раз слышала ее вой. Это для тебя новшество такие звуки, а я научилась различать голоса тех, кого хорошо знаю. Она послала свою свору сюда, а сама наблюдала со стороны, чтобы насладится победой.

  - Надеюсь, она наблюдает поражение, иначе мы бы сейчас не разговаривали.

  Я рискнула выглянуть из-за нашего хрупкого ограждения и увидела опустевшую прихожую, на полу в луже крови отражается блик луны. От двери остались ошметки. Деревянный пол покрыт глубокими рваными царапинами, клочьями шерсти и пятнами крови.

  - Мари, здесь никого нет. Давай выгляну наружу и проверю, может, кому-то необходима помощь?

  - Не смей!

  - Не бойся. Если Катрин победила, то ее волчата уже нашли бы нас по запаху.

  - Но, если ты права, почему нет никого из ребят?

  - Не знаю. Они могут отгонять остатки стаи подальше от дома.

Я не сильно верила в то, что произнесла, но должна же была хоть как-то успокоить подругу.

  Мари кивнула, а я медленно поднялась, с опаской вглядываясь в полумрак на крыльце. Тело слегка занемело от долгого сидения в неудобной позе, и по телу побежали мелкие мурашки, неприятно покалывающие кожу. Разминаться было некогда, и я крадучись приблизилась к выходу. Свеча все еще стояла там, где я ее оставила, но, конечно же, потухла. Достав полупустой коробок, зажгла спичку, пламя колыхнулось в дрожащей руке, но не потухло, я успела поджечь фитилек.

Крепко сжав подсвечник в правой руке, продвинулась на пару шагов вперед, собралась выйти, но услышала тихое рычание за спиной. Можно было и не гадать, кто издает эти звуки - именно тот волк, которого отбросили в нашу комнату. Как же было наивно с моей стороны понадеяться, что зверь умрет от падения, оборотни намного живучее, чем обычные люди. Но сейчас моя жизнь ушла на второй план: опасность угрожала Мари и все, что осталось, это постараться увести оборотня от нее как можно дальше.

Медленно развернувшись к опасности лицом, остолбенела на долю секунды от страха перед реальной смертью. Зверь был ранен, но это еще больше обозлило его. Глаза оборотня светились, и я словно увидела его единственное желание: убить всех, кто стоит на пути. Он слышал мое сердце, выскакивающее из груди, и видел только одну цель - свою жертву.

  Замешательство длилось недолго, ровно столько, чтобы сыграть мне на руку и укрепить внимание оборотня на себе, и я воспользовалась предоставленным шансом, бросив зажженную свечу в морду зверя, и пока он, завывая от боли, стряхивал с себя жидкий воск и огонь, выбежала на крыльцо. Дождавшись пока зверь, избавившись от неприятного «сюрприза», ринется догонять меня, спрыгнула на землю и побежала за угол дома. Он обязательно бы выследил свою добычу по запаху, и его скорость позволила бы нагнать намеченную жертву в считанные минуты, поэтому я не убежала в лес, в этом не было смысла. Самое важное - завладеть полностью его вниманием, даже ценой собственной жизни, только бы Мари не выдала своего присутствия.

  Оборотень не заставил себя ждать, и я услышала глухое рычание. Повинуясь паническому страху, отступила на шаг. Рядом послышался хруст ломающихся веток. Меня аж передернуло, но по телу прошла волна сильной энергии - я узнала его. Алекс опять пришел, словно ангел-хранитель, чтобы уберечь от новой погибели.

  Прижавшись спиной к стене, я смотрела, как огромных размеров волк, крадется мимо меня. Шерсть зверя играла серебром в ярком свете неполной луны, а огромные лапы с когтями ступали мягко, почти беззвучно, по рыхлой и влажной земле. Еще ни разу не доводилось наблюдать оборотня на охоте, и сейчас я любовалась представшим предо мной грациозным существом. В этом обличье лесного хищника мог быть кто угодно, но я знала каждой частичкой своей души, что этот зверь ни кто иной, как Алекс.

  Он остановился в нескольких шагах от меня и замер, поджидая своего врага. Еще мгновение и из-за угла показался волк. Их битва была неизбежна, так же как и ее исход. Противостоять альфе, да еще и быть при этом раненым, это самоубийство, но оборотень ослеп от злости и аромата крови.

Два хищника сокращали расстояние между собой, не сводя друг с друга взглядов, наполненных темными эмоциями, пока не пришло время испытать судьбу.

В схватке не было ничего захватывающего или изящного. Бой на смерть, а не на жизнь. Мощный прыжок альфы повалил и так ослабленного от ран чужака. В темноте сложно разглядеть в деталях, что происходит, но два тела, сплетенные в огромный клубок шерсти и крови, сносили все на своем пути. Я пропустила момент, когда врага повергли, но услышала предсмертный хрип умирающего зверя. Затем наступила тишина.

Если бы земля могла плакать, то рыдала бы от того, что ее дети уничтожают друг друга, но за столько лет кровопролитий, она прекратила стонать, превратившись в тень.

Все закончилось, и опасность миновала. Я выглянула из-за угла дома и увидела возле крыльца тело молодого парня, изуродованного смертельными судорогами в луже собственной крови, а рядом волка, гневно рычащего и принюхивающегося к запаху смерти, раздражающего его даже больше, чем вид убитого противника.

Впервые я столкнулась с первыми секундами смерти, это то время, когда еще не веришь, что чья-то жизнь уже ушла навсегда. Алекс убил, защищая меня и семью. Наверное, я должна была ужаснуться, или упасть в обморок, или еще что-то подобное сделать, но как бы это ни было страшно и странно, приняла убийство врага с облегчением.

  Шагнув вперед, чтобы успокоить волка, услышала рычание, наполненное агрессией зверя. Алекса переполняла злость и больше ничего. Я испугалась, но не за себя, а за него. Зверь поглотил в нем все человеческое и не отпускал. Прошептала:

- Алекс, - и сделала еще один шаг, а в ответ услышала злобное рычание.

  - Аврора, не подходи к нему.

Леран стоял рядом, растрепанный, с ссадинами, грязный и без одежды. Он был встревожен и наблюдал за другом. Я хотела что-то сказать, но промолчала. Сейчас слова лишь помешали бы.

  - Леран, что с Алексом?

  - Не знаю. Но Веркен потерял с ним связь.

  - Веркен здесь?

  - Здесь многие, но только Алекс до сих пор в обличье волка. И мне это не нравится.

  - В нем сейчас одна лишь злость.

  Леран отодвинул меня назад, закрыв собою и наблюдая за другом. Он был готов в любую минуту слиться со стаей для отпора гнева альфы. А я вспомнила, что Мари все еще в доме и если выйдет, то попадет в опасность. Прошептав на ухо Лерану о том, что заберу его жену через окно, медленно отошла назад и скрылась в тени дома.

  Тихонько постучав по стеклу, услышала шорох и скрип отодвигаемой задвижки. Окно распахнулось, и Мари выглянула наружу. Я не дала ей ничего сказать, приложив палец к губам. Через несколько минут подруга стояла рядом, испуганно оглядываясь по сторонам.

  - Что происходит?

  - Не знаю, но такое ощущение, будто Алекс не слышит нас и не осознает происходящего.

  - Не понимаю.

  - Мари, выслушай внимательно. Твой брат убил оборотня и не обращается обратно, а я кроме злости ничего не чувствую с его стороны. Все здесь и наблюдают. Главное, чтобы он не бросился на кого-нибудь из своих.

  - Помоги ему. Я прошу тебя.

  - Как? Алекс не слышит меня.

  - Попробуй открыть ему свои эмоции. Ваша связь должна помочь.

  Мари как всегда была права, да и не осталось у нас другого варианта. Алекс родился альфой, с одной стороны самый сильный, с другой – в нем зверь мог поглотить человека намного быстрее, чем у других.

  - Хорошо. Я попробую, но ты должна пообещать, чтобы не случилось, не выходи на площадку.

  - Будь осторожна.

Оставив подругу, я вернулась обратно. Алекс продолжал злиться. Он настороженно осматривал периметр вокруг себя, чувствуя, что его окружили со всех сторон, но не мог отличить врага от друга. Кое-где виднелись силуэты, но ближе никто не подходил. Все понимали, любое движение спровоцирует зверя на агрессию, поэтому только наблюдали.

 - Леран, мне надо поговорить с ним.

  - Нет. Я не позволю тебе рисковать, и Алекс был бы против такого поступка.

  - Сейчас Алекс мне не указ. Он в беде, а я его должница.

  - Нет!

  - Да пойми же, твой друг перешел грань и убил!

  - Он защищал семью!

  - Он и раньше защищал, но без летального исхода. Или не права?!

  Леран не смог опровергнуть мои доводы и промолчал.

  Опасность оказаться следующей жертвой оборотня была велика, но оставить в беде человека, который не просто друг, а часть меня, не могла. Я уже не раз рисковала ради Мари, по той же самой причине пошла на риск ради ее брата. Повернувшись в сторону негодующего зверя, попыталась определить его основные эмоции. Проблемы в этом не было, потому что кроме злости и темной пустоты он ничего не чувствовал.

  - Алекс. Алекс, это я.

  Он не слышал меня, даже не обратил внимания. Но вспомнив, что наша связь с ним сильнее всего проявляется, когда эмоции зашкаливают, я ухватилась за это, как за спасательный буек.

  - Он почувствует, если причинить мне боль.

  - И что предлагаешь?

  - Не знаю. Ударь меня.

  - Рехнулась?! У меня рука не поднимется на тебя. А если это и так, то Алекс меня разорвет, не задумываясь.

  - Извини. Из-за страха не знаю, что предпринять.

  - А ты не задумывалась о вашей связи не только как о чтении внутренних эмоций?

  - Ты о чем?

  - Попробуй ему передать свою заботу и любовь.

  - А я что, по-твоему, пытаюсь сделать?

  - Нарваться на кулак.

  Ситуация была не подходящей для пререканий, хотя и хотелось ответить Лерану соответствующе.

Я вспомнила моменты, связанные с Алексом, наши ссоры, подколки, когда смешила его, а также вспомнила свою благодарность и то, как же спокойно и легко находиться рядом с ним и как мне это нравиться. И решение пришло самой собой, как подсказка из прошлого. Я придвинулась ближе к разгневанному оборотню, ровно на столько, чтобы он заметил постороннее движение у себя за спиной, и при этом оставила себе возможность, ускользнуть от его ярости, запрыгнув на крыльцо – это на тот случай, если бы план провалился. Волк обернулся и сконцентрировал все свое внимание на определенной цели – на мне. Его зрачки светились, словно угольки в костре, но для меня ничего дороже не существовало, кроме этих наполненных злостью глаз.

  - Алекс! Я знаю, что глубоко внутри тебя есть выход из тьмы! Знаю, ради чего тебе необходимо вернуться. Ради тех, кто нуждается в твоей защите и любви. Ради сестры, бабушки, будущего племянника, которого вынашивает Мари.

  Я заглядывала в глаза зверя и с каждым словом приближалась к нему на сантиметр, или меньше, но приближалась.

  - Да, я часто бываю не права. Не слушаю тебя! Но пойми, я не смогу жить без тебя! И я не отказываюсь от того, что частенько становлюсь занозой в заднице, но если захочешь, исчезну из твоей жизни навсегда. Только услышь меня, пожалуйста, и вернись.

Остался метр до разъяренного оборотня, и я не отступила ни на шаг, потому что почувствовала его присутствие. Алекс услышал, и понемногу гнев начал сменяться тоской – это не очень хорошая замена эмоций, но все же лучше, чем ничего.

  - Алекс, вернись к нам. Ты не нарушил древнего запрета! Ты спасал меня, сестру и ее малыша. Твоя душа не принадлежит тьме, и Катрин не пример этому. Она сама выбрала путь гнева, но ты альфа, и стая нуждается в тебе. Ты нужен мне. Слышишь?! Ты нужен мне!!

  Еще ни разу не доводилось видеть превращения, и сейчас древний страх, сковывавший столетиями наших предков пред всем таинственным и неизвестным, сковал и мое тело. Необъяснимое и жуткое зрелище: волка словно ломало изнутри, кости менялись, шерсть исчезла. Это не похоже на сказочное изменение из зверя в человека по мановению палочки. Превращение длится секунды, но забыть такое невозможно. Его боль заполонила меня. Теперь я знала, в чем заключалась связь между нами. Умрет один, и другому не жить. У нас общие эмоции, и общая боль. Мы единое целое.

  - Волчица.

  - Да.

  Алекс словно проснулся от долгого сна и не мог определить, где реальность, а где иллюзия. Он хватался за мой образ, как за соломинку, не замечая окруживших его со всех сторон друзей, не замечая своей наготы, как дитя, рожденное несколько секунд назад на этот свет.

 - Волчица, что со мной?

 - Все будет хорошо. Верь мне.

  Я подошла к нему и, прижавшись всем телом, заглянула в глаза. Я понимала, что силой для его защиты будет моя душа, в которую он заглядывал с болью и тоской.

  - Что я натворил?

  - Спас меня. В очередной раз.

 Я улыбнулась и получила долгожданную и бесценную улыбку в ответ, улыбку, которую любила, хотя не хотела ранее этого признавать.

  - Ты всегда будешь рядом?

  - Столько, сколько сам захочешь.

- Всегда.

Стук двух сердец оглушал. Я спрятала лицо на его груди, вдыхая запах земли и крови, и эгоистично купалась в счастье, позабыв о погибшем незнакомом парне.

ГЛАВА 11.

   Ночь, наполненная запахом крови и яростью, навсегда врезалась в мою память.

  Прошло три дня с нашего возвращения в резервацию, и сегодня я уеду домой. На дворе последние числа октября: холодного, ветреного, но солнечного.

Медленно раскачиваюсь на качели, думаю только об одном: Алекс! Мне сегодня уезжать, а мы так и не поговорили.

Наше откровение в ту ночь ради его спасения вызвало шквал эмоций, но сейчас только хуже. Он закрылся, и я боялась, что этого не исправить. Алекс избегал встреч и два дня не появлялся в доме Аренго. Мари же, видя, как я переживаю, пыталась успокоить и оправдать брата, говоря, что необходимо подождать и время само расставит все на свои места, но от этого легче не становилось. Я не понимала, что могло измениться за несколько дней, но глубоко в душе догадывалась о настоящих причинах его бегства. Тот, кто привык к независимости, пренебрегал человеческими слабостями и обладает неординарными способностями, будет избегать всего, что свяжет по рукам и ногам, как раз это и произошло с Алексом. Признав свою зависимость от меня, он, словно узник, забился в дальний угол камеры, пытаясь избежать правосудия.

  Мне бы очень хотелось с ним поговорить, объяснить, что ничего не изменилось, и я не буду тягостной ношей для него. Все вернется на круги своя. Я уеду домой и постараюсь больше не попадаться на его жизненном пути, таким способом уменьшая его слабости и оберегая от страхов. Но он даже этого не позволил.

Вещи собраны, билет куплен, успела попрощаться со многими кроме Ника и Оливии. Минуты исчезали, становясь прошлым, и я все еще надеялась, что скрипнет калитка, и во двор войдет мой любимый оборотень. Но он так и не появился.

Я возвращалась домой, где ждала прежняя жизнь, но совсем другая. Мы меняемся, всё движется. Необходимо принимать решения. Невозможно застыть, чтобы остаться наблюдателем. Алекс должен решить что-то для себя, и мой отъезд дал ему такую возможность. Я же решила ждать. Скорее всего, изменю решение, но не сейчас и не здесь.

Относительно же Ника все и так ясно. Мое сердце не потянулось за кареглазым волком, оно молчало. Ник для меня хороший товарищ, или приобрету в нем друга, но о большем я не думала, не видела в этом стимула. Да, меня притягивала его тайна и обаяние, но между нами преграда, как бронированная дверь, ключ от которой позабыли сделать.

  Время для размышлений истекло. Из дома вышла Мари, и я, улыбнувшись подруге, медленно встала с качели и застегнула пуховик. Ее глаза наполнились грустью, появляющейся, в момент прощания. Она попыталась улыбнуться в ответ, но трудно натянуть маску радости, когда в голове тоскливые мысли.

- Мари, не грусти. Увидимся еще. Мы многое пережили вместе, и расстояние нас не разделит. Главное береги себя и жди к рождению малыша.

  - А ты я смотрю, ждешь не дождешься, чтобы вернуться в Россию?

  - Есть немного. Там все-таки моя жизнь.

  - Не хочу тебя отпускать, но понимаю, что надо.

  - Перестань. Все будет хорошо, это же твои слова.

  - Постараюсь улыбаться до твоего отлета, но не обещаю не расплакаться после.

  - Вот этого еще не хватало, чтобы ты плакала по пустякам. Жизнь входит в привычное русло. Я возвращаюсь на родину, к любимой работе. Ты вскоре станешь мамой. Кстати, а где будете находиться до родов и где собираешься рожать малыша? – я ушла от тяжелого разговора, потому что он был невыносим.

  - Здесь. Леран вернется в Фредерик, чтобы продолжить работу, а за пару месяцев до родов вернется. Я не хочу уезжать, поэтому решили именно так.

  - И ты так спокойно отпустишь мужа в другой город?

  - Не хочу отпускать, так же, как и тебя, и Алекса. Но мы, как и все, зависим от финансового благополучия. Да и сейчас я не могу зарабатывать, а денег необходимо еще больше.

  - Ты права. Мне не за кого отвечать, поэтому и проблем меньше. И все равно завидую. Леран любит тебя! Вы замечательная пара. Не подумай, что это черная зависть. Я слишком тобой дорожу, чтобы думать плохо. У него все нормально на работе? А то мы как-то уж на долго застряли в Верхнем Поселении.

- Нормально. Друзья подменили. И скажу по секрету, - Мари заговорщицки улыбнулась, - муж планирует открыть свое дело, маленькое, но зато независимое от начальства.

- Я так понимаю по дереву. Не зря у вас в доме все сделано его руками.

- А как же, – она улыбнулась, а затем, посерьезнев, произнесла. - Аврора, обещай не забрасывать свои способности. Хорошо?

  - Постараюсь.

  Спустя несколько часов я пыталась уснуть, находясь на борту комфортабельного самолета, направлявшегося в Россию, но это не удавалось. Вспоминая самые яркие события, произошедшие со мной в Канаде, думала о том, что же ждет в ближайшем будущем. Сейчас меньше всего волновали повседневные заботы, работа, возвращение в Сочи, все эти мелочи, которые, словно въедливая мелодия, постоянно наполняют мысли любого человека каждую секунду на протяжении всего существования. Я, как сосуд, из которого вычерпали все содержимое, хранящееся долгими веками, и наполнили чем-то совсем новым и непривычным.

  В Сочи на этот раз меня никто не встречал. Марьям все еще находилась в мегаполисе и должна была приехать через несколько дней. Проталкиваясь сквозь безликую и мельтешащую толпу незнакомых людей, мечтала, скорее добраться до квартиры и хотя бы на несколько часов погрузиться в сон.

Спустя сорок минут добралась домой и только внутри смогла немного расслабиться и прийти в себя, благодаря тишине и знакомой обстановке. Скинула с себя всю одежду и, не разбирая вещей, залезла в душевую кабинку, чтобы смыть остатки нервозности и напряжения от долгих часов перелета с одного континента на другой. Потом горячий чай, махровое покрывало и сон. Мне ничего так и не приснилось, и это был словно подарок с небес. Я давно мечтала именно о таком сне: тело, душа и разум отключаются и не воспринимают даже намека на информацию извне. И я была благодарна Морфею, если он существует, за то, что в этот раз не наградил очередным странным сном.

*******************************************************************

Со дня возвращения в Сочи шли дни, недели. Я погрузилась в привычную атмосферу. Все такое знакомое, и ничего не изменилось, как будто здесь жизнь замерла и ждала моего появления. Осень подошла к концу, наступил дождливый декабрь. Все южане мечтали о снеге, но даже на Новый год это оказалось несбыточной мечтой. Пришли праздники, новогодние и рождественские каникулы, затем наступил морозный февраль.

Марьям приезжала изредка. Я рассказала ей о Верхнем Поселении, о Катрин, но смогла преподнести все так, чтобы скрыть тайну. Придумывала лживые, но красивые истории, оставляя суть вещей, но пряча настоящую правду, и Марьям ее приняла, по крайне мере, мне так хотелось в это верить. Было трудно думать о том, что предаю нашу дружбу, но есть вещи, которые опасны, если о них знать. Я убеждала себя, что поступаю правильно, что дала слово, и именно так смогу защитить подругу, но все равно чувствовала себя от этого плохо.

Единственное, что сложно было скрыть, это растущую во мне силу и скорость. Я училась управлять проснувшимся даром, исполняя данное Мари обещание, но часто забывалась и допускала ошибки. Марьям заметила, как я изменилась, и однажды сказала, что во мне заменили батарейки.

  Внутри пробудилась необычная для большинства людей сущность, набирая силы для решающего поединка и проведения итоговой черты между мною прежней и тем существом, которое является моим настоящим олицетворением. Веками людская раса ищет ответы, не подозревая, что их или нет, или они настолько очевидны, что человеческий разум не воспринимает их, но появляется что-либо непознанное, как мы с головой зарываемся в песок, как страусы во время опасности. Инстинкт самосохранения развит и внедрен в нас очень глубоко и не позволяет большинству людей открыть свой внутренний взор на окружающую реальность.

ГЛАВА 12.

  С возвращения домой прошло полгода, но так и не смогла смириться с тем фактом, что приходится продолжать жить обыденной жизнью, вдали от мира оборотней. Я прекрасно понимала, что преувеличиваю значение своего дара и приписываю моим друзьям то, чего на самом деле не существует.

 Жизнь шла своим чередом, сменяя день за днем, не выделяя ничего примечательного и запоминающегося. Как говорят большинство: «Дом, работа, дом». Весна насытила землю яркими красками и пахучими ароматами. Апрель показал свое непостоянство: то орошал землю моросящим дождем, то радовал безоблачным небом и теплом. Но меня все чаще посещали гнетущие мысли о том, что живу не своей жизнью, особенно сегодня.

Периодически посматривая на аккуратные часики с тонким кожаным ремешком, неплотно охватывающий правое запястье, мысленно подгоняла стрелку на циферблате, но именно это было мне неподвластно. Иногда человек погружается в такое состояние, словно потерян и чего-то ждет, но время уходит, а он так и не может решить: чего же на самом деле ему не хватает. Это приносит беспокойство. И я знала в чем причина, но не понимала, почему именно сегодня так плохо, ведь прошло предостаточно времени. Я морально приготовилась к тому, что будет больно. Еще два месяца назад знала обо всем, когда не удержалась и позвонила Алексу, а в ответ услышала: «Он спит. Ему что-нибудь передать?», - голос принадлежал незнакомой девушке. Все встало на свои места!

Я проснулась на рассвете, с мыслью об Алексе, и чтобы хоть как-то успокоить себя, пошла к морю. Пустынный пляж встретил шумом волн, бьющихся о песок и камни, легким ветерком, обдувающим кожу, и одичавшим пейзажем. Кроме меня никого не было. Любуясь водной гладью, вспомнила океан, притягивающий своей мощью и силой, как дикое животное, а так же вспоминала лес, такой же живой, наполненный звуками и не пропускающий солнечного света, как и наш. Но больше всего хотела вспомнить пребывание в Редсити и в Верхнем Поселении до мельчайших подробностей, чтобы картины недавнего прошлого врезались в память, как яркие фотографии.

  Самыми четкими воспоминаниями были те, когда моя жизнь находилась на волоске от гибели, а рядом оказывался угрюмый сероглазый индеец. Алекс остался в прошлом. Он сам так решил: не звонил, не писал, не искал встреч, и все равно я часто вспоминала именно его.

Я ждала месяц, потому что об этом просила его сестра, потом прошел еще месяц, но ничего не изменилось, и вот весна подошла к своей середине, а я знаю об Алексе только то, что рассказывает Мари, но и она в последнее время прекратила упоминать своего брата в разговорах. Наверное, так же как и я перестала ждать, когда же необычная связь вновь сведет его и меня под одним небом, на одном кусочке земли.

  Уединение нарушил звонок телефона, и я невольно вздрогнула.

  - Алло.

  - Аврора, здравствуй, это Леран.

Я удивилась. Мы с мужем Мари общались не слишком часто, и еще ни разу он сам не звонил.

  - Привет. Как дела? Почему звонишь? Что-то с Мари?

  - Все никак не привыкну к твоей манере задавать много вопросов. Успокойся. С Мари все нормально. С тобой хочет побеседовать один наш общий друг.

  - Кто же это?

  - Ник. Не может набраться храбрости, связаться с тобой самостоятельно, а я по старой дружбе решил помочь. Не против?

  Я услышала в словах Лерана легкий смешок и сама рассмеялась.

  - С удовольствием пообщаюсь.

  В телефоне раздался легкий шорох, а затем послышался знакомый голос:

  - Здравствуй, Волчица.

  - Ну, здравствуй! – из трубки доносилось дыхание, Ник молчал, пауза затянулась. - И это все, что хочешь сказать?

  - Я многое хочу сказать. Но больше всего хочу узнать: в силе еще твое приглашение или нет?

  Вопрос Ник задал неожиданный. Он не звонил и не писал все эти месяцы.

  - Аврора?

  - Да. Я здесь. И прекрасно помню о своем приглашении. Просто не ожидала, что в первую очередь услышу именно эти слова. Прошло полгода, от тебя не звука, а тут такое напоминание.

  - Извини. Долго не решался напомнить о себе, но лучше общаться лично, чем по телефону или интернету.

  - Ты прав. Я жду твоего приезда.

  - Уверена? Не хочу напрашиваться.

  - Уверена! И возможно, мы вернемся обратно вместе. У Мари подходит срок для родов.

  - Это точно. Вскоре на свет появится еще один воин.

  - Мальчик?

  - Да. И врачи подтверждают.

  - Ну что же, это превосходно. Когда тебя ожидать?

  - Получу визу и сразу же вылетаю.

На этом наш разговор закончился. И хотя я слукавила, сказав: «Уверена», - но радости от мысли, что увижу его, это не уменьшило.

********************************************************************

  Две недели до прилета Ника прошли быстро и так же обыденно, как и большинство остальных. Я немного опаздывала в аэропорт, но это не пугало и даже успокоило слегка перед встречей с улыбчивым оборотнем. Не давала покоя только одна мысль, что же такого произошло в его жизни, раз решился, спустя столько месяцев, приехать.

  Среди мельтешащих людей сразу заметила статную фигуру Ника, и слегка замедлив шаг, не отказала себе в маленькой слабости понаблюдать за ним со стороны. Все-таки люди интересные создания, особенно те, кто обладают неординарными способностями, но при этом не утратили искренности и открытости. Ник как раз таковым и был. В нем заключалась два противоположных качества: сильный зверь и любопытный мальчишка.

  Но вот он меня заметил, и прятаться было поздно, пришлось натянуть на себя радушную улыбку и подойти.

  - Привет, Ник.

  - Привет.

  Повисла неловкая пауза, но радость от долгожданной встречи подтолкнула нас нарушить все правила, и я, улыбаясь, повисла на шее парня, получив взамен заразительный смех и крепкие объятия. Ник немного переусердствовал и сдавил сильнее, чем я могла бы стерпеть.

  - Раздавишь.

  - Извини. Рад тебя видеть, - он немного отстранился и, не выпуская из своих рук, осмотрел с ног до головы. - Ты еще красивее, или я отвык?

  - Не успел привыкнуть.

  - Наверное. Ты вроде сильнее, или показалось?

  - Не показалось. Сильнее, быстрее и ...- я ухмыльнулась, в предвкушении поведать свою тайну.

  - Что И?

  - Еще не совсем уверена, но вроде просыпается способность чувствовать Алекса в его любом состоянии.

  Мне так хотелось хоть с кем-нибудь поделиться происходящими со мной изменениями, что совсем забыла о неравнодушии Ника к моей персоне. Он нахмурился, а я прикусила нижнюю губу от досады: «Глупая. Кто меня вечно за язык тянет!» Надо было подождать, прежде чем говорить об этом, но с другой стороны, давая повод надеяться на что-то большее, чем дружба, я подвергла бы друга лишним переживаниям.

  - И давно заметила это за собой?

  - Не очень. Буквально несколько недель назад. Алекс злился, как раз в тот момент, когда я разговаривала с Мари и Лераном по интернету. Он ссорился с Веркеном.

  - Мари об этом сообщила?

  - Да.

  - Алекс знает о твоих изменениях?

  - Нет. И я хотела бы попросить пока сохранить это в тайне.

  - Почему?

  - Чтобы научится контролировать и различать его эмоции.

  - Я не понимаю вас. Вы развиваете свою связь, но при этом наотрез отказываетесь помогать друг другу.

Подобные темы не радовали, и я предложила отложить разговор об Алексе на потом и поехать домой. Ник или проявил учтивость, или сам не очень обрадовался разговору, поэтому не сопротивлялся.

  Остаток дня мы провели дома. Говорили и говорили, все никак не могли остановиться. Ник рассказывал о своей защите дипломной работы, практике в американской строительной фирме, о новых проектах частных домов и коттеджей. Также упомянул о наших друзьях, сказав, что Мари закупает и заказывает множество вещей для будущего малыша, а Леран постоянно нервничает из-за нее и бурчит, как старик, что жена совсем его не слушается. Я же рассказывала о своей жизни в Сочи. И только под самое утро, когда трепетные лучи восходящего солнца озарили небосвод, я зашторила все окна и, разместив Ника в гостиной на диване, ушла в спальню. Усталость сморила в мгновение.

  Неделя веселья, разговоров, прогулок и отдыха пролетела насыщенно и быстро. Нику понравилось все, что увидел: город, лес, Черное море. Каждое его утро начиналось с пробежки до ближайшего пляжа, и Ника не пугала холодная вода. Изредка и я сопровождала его, но для меня еще не пришла пора купаться: от одной мысли, что придется почувствовать на себе леденящую прохладу морской воды, приходила в ужас. По вечерам мы гуляли, а днем я работала, точнее, старалась делать вид, что работаю, но от шефа трудно что-то скрыть, и Эдуард Александрович сам выпроводил меня на несколько дней внеурочного отдыха.

  Сегодня мы встретили рассвет, прогуливаясь по усыпанному галькой пляжу, здесь все так же было тихо и безлюдно. Я присела на корточки, наблюдая за маленькой стайкой рыбок, плавающей в прозрачной воде возле самого берега, а Ник стоял рядом и, глядя куда-то в сторону горизонта, думал о чем-то своем. Не хотелось нарушать идиллию, но один вопрос не давал покоя, и именно Ник мог ответить на него.

  - Можно о кое-чем тебя попросить?

  - Можно.

  - Расскажи о Доне и Катрин.

  - Зачем?

Не поворачиваясь к Нику лицом и продолжая смотреть на воду, я ответила ему:

  - Хочу быть уверена, что ни ты, ни Алекс, ни кто-либо другой не окажутся в положении Дона и Катрин.

  - Мне не очень приятен этот разговор, но если настаиваешь...

  - Настаиваю!

  - Что тебя интересует?

Я выпрямилась и отступила немного назад, чтобы наблюдать за реакцией Ника со стороны, а он, не оборачиваясь, продолжал смотреть вдаль.

  - Какова основная причина их агрессии? В чем заключается опасность?

  Ник не сразу ответил, да я и не подгоняла, понимая, тема слишком щекотливая для него.

  - Этого толком никто не знает, но думаю, это в основном зависит от характера. Если изначально склонен к отрицательным поступкам, то и убить сможешь легко.

  - Это и так ясно. Такое предположение подходит для всех людей. Но что опасно именно для оборотней?

  - Мы до сих пор не знаем точной причины появления в нас этого дара или проклятия. Знаем одно: оборотень, принявший темную сторону жизни, перестает контролировать себя, и зверь доминирует над человеческой сущностью. Сестра всегда была тщеславна и, переступив однажды грань дозволенного в самой извращенной форме, навсегда осталась во тьме, продолжая выпускать зверя наружу при любом возможном случае.

  - Что же она сделала?

  - Убила невинного.

  - Так же, как Дон?

  - Не совсем. Того браконьера мне вовсе не жаль, он заслуживал наказания.

  Впервые за время нашего знакомства Ник проявил жестокость, пускай всего лишь на словах, и длилась она недолго, сменившись спокойствием, но это было непривычно и непонятно для меня.

  - Считаешь, человек заслуживает такой ужасной смерти из-за того, что убил волка?

  - Не совсем. За ним давно тянулась дурная слава, и убийство маленьких волчат - это малая толика содеянного, но я не об этом. Да, Дон в тот вечер, по непонятной для многих причине, не смог контролировать гнев, и это повлекло за собой ужасную трагедию. Мы чудом спасли остальных двух мужчин, и лишь благодаря их шоку, никто так и не узнал о том, что тем зверем был на самом деле человек.

  - Кого же убила Катрин?

  Ник отошел на пару метров в сторону и, задумчиво глядя в пустоту времени, словно вернулся в трагическое прошлое, тихо прошептал:

- Брата.

  Я молчала, упрекая себя за излишнюю болтливость и любопытство. Не могла принять весь ужас правды. Сердце разрывалось от боли, но это была крупица того, что чувствовал Ник. Этот молодой и сильный парень, сокрушающий все преграды на жизненном пути силой оборотня или улыбкой нежного сердца, нес на себе непосильную ношу: тайну семьи о преступлении родной сестры. Такой пытки нельзя пожелать даже собственному врагу. Мне хотелось бы снять с него эту ношу или хотя бы облегчить страдания, но от меня ничего не зависело. Это было его бремя.

Подойдя к Нику вплотную, я обхватила руками его за талию и прижалась лицом к его спине. Неугомонное сердце оборотня билось очень быстро и разрывалось на части от непосильного горя.

  - Ник. Мне жаль.

  - Всем жаль, кроме нее...

  - Это не твоя печаль, и не тебе нести за это ответственность.

  - Но она моя сестра. Мы близнецы, и я всегда буду помнить ее выбор. Я знаю, что ничем не помог бы тогда, но мог раньше заметить в ней эту всепоглощающую тьму.

  - Нет. Катрин убила не врага и не чужого человека. Она осмелилась нарушить кровные узы, и что бы ни послужило причиной, отвечать ей и никому более.

  - Рафал всегда пытался подражать нам, лелея мечту получить дар оборотня. В тот день Катрин словно с цепи сорвалась, унижала его по любому поводу и без. Он убежал в лес и не возвращался домой до самой ночи. Это была ночь полнолуния. Я должен был остановить брата, но не успел. Никто так и не знает, что же произошло на самом деле. Рафала нашли возле океана с рваной раной на шее и груди, а в нескольких метрах от него Катрин, без сознания с ранами по всему телу. Никто тогда не заподозрил содеянного ею. Катрин молчала. Потом говорила, что ничего не помнит и кто-то на них напал. Единственное, казавшееся странным, это то, что обоих нашли без одежды, как если бы они превратились и дрались, но Рафал ни разу не менял форму.

  - Почему решили, что это она убила?

  - В сжатой ладони брата нашли клок черной шерсти. В наших лесах нет черных волков, и оборотней с такой шерстью двое: я и Катрин. Да и сестра вскоре перестала все опровергать и вела себя так, будто ей безразлична его судьба.

Ник замолчал, и мы простояли так еще несколько минут, прислушиваясь к окружающим звукам и думая каждым о своём.

  - Пойдем домой. Сегодня ветрено.

  - Я хочу поплавать.

  Я отпустила его, оставшись наблюдать. Ник скинул одежду и совершенно нагой забежал в холодное море. Полетели высокие соленые брызги, и его смуглая фигура скрылась в морских пучинах. Через пару минут над водой показалась темноволосая голова, смуглые плечи и крепкие руки, разрывающие воду. Невольно залюбовавшись грациозным и отчаянно дерзким существом, подумала об Алексе. Почувствовал ли он мою боль и злость на таком огромном расстоянии? Это было эгоистично по отношению к Нику, но именно существование моей связи с альфой - это одна из тех трагедий жизни, когда не можешь ничего изменить.

  Вскоре мы вернулись домой, пройдя весь путь до квартиры Марьям в полной тишине, словно сговорились прекратить любые попытки к общению, пока нас не скроет от людских глаз прочная оболочка дома. Но и это не помогло. Разговор не клеился, и мы изредка нарушали молчание короткими обыденными фразами. Ник пытался справиться с прошлым и затолкать его глубже внутрь, а я не хотела снова будоражить воспоминания.

  Ночь так же оказалась неспокойной. Я видела странные сны, подобные бреду больного человека: темные картинки сменялись размытыми образами, как серо-черная липкая масса, обволакивающая утопающего в болоте. Проснулась внезапно, чувствуя, что сон только ухудшил мою тревогу, за окном еще было темно.

  - Аврора, что с тобой? Ты кричала.

  - Ник?!

  - А кто же еще.

  - Не могу вспомнить сон, но ощущение от него осталось, как будто меня в грязи изваляли.

  - Успокойся. Это всего лишь сон.

  - Да. Ты прав, - я взглянула на него, но не смогла разглядеть лица.- А как ты себя чувствуешь?

  - Никак. Так и не заснул. Зашел к тебе, а ты спишь.

  - Наблюдал за мной?

  - Да. Воспользовался случаем, - в его голосе появились нотки смеха.

  - Извини, что огорчила тебя сегодня. Я не хотела этого.

  Он ничего не ответил, и я испугалась, что опять разбередила старые раны.

  - Ник?!

  - Да.

  В темноте было сложно понять насколько близко он находился, но как только услышала его голос, мне захотелось куда-нибудь спрятаться. Он собрался нарушить границу, которую я так тщательно возводила между нами. И я понимала, что не захочу сопротивляться.

Ник тихо прошептал мое имя, едва не касаясь губами моей щеки, и все, что я смогла произнести:

- Что ты делаешь?

  - Жду твоего согласия.

  Смысл слов был предельно ясен, и я зажмурилась. Сейчас от моего выбора зависело, потеряю ли я друга или найду что-то иное, но мне так и не удалось что-либо решить. Его руки опустились на мои плечи; пальцы слегка сжались, как будто он заранее отрезал путь к побегу. Момент был упущен: его губы прижались к моим, и с каждым вдохом поцелуй становился более требовательным.

В эту ночь больше не хотелось быть одной, или думать о своих кошмарах, или о чужих переживаниях. Я допустила оплошность и не захотела возвращаться назад. Мы взрослые, полные сил и желания люди, страсть которых в эту ночь закутала в совместный кокон, перекрыв все доступы к здравому смыслу и уговорам разума.

Возможно, позже пожалею за проявленную слабость, но не сейчас.

ГЛАВА 13.

   «Как же хочется спать!», - с этой мыслью я ворочалась несколько минут, пока не открыла глаза. Солнце давно взошло над городом и сияло, закравшись своими лучами в комнату сквозь незашторенное окно. Повернувшись набок, чтобы посмотреть на Ника, я удивилась: его не было рядом. Он испарился, не оставив даже записки. Обойдя квартиру, набрала его мобильный, но вежливый голос на английском сообщил что-то наподобие: «Абонент вне зоны доступа или временно отключен», - и я сразу же вспомнила, что мы так и не купили ему местный номер.

- Куда мог уйти так рано?

Прождав Ника около трех часов, беспокойство возросло, но причин подавать в розыск еще не было. К тому же появилось немного времени, чтобы поразмыслить над произошедшим этой ночью. Как было бы правильней поступить: сделать вид, что ничего не произошло или сказать прямо о том, что допустила ошибку, о которой не жалею, но в тоже время это ничего не изменило в наших с ним отношениях?

Послышался скрежет вставляемого в замок ключа, я обернулась и увидела входящего в прихожую Ника. И только сейчас заметила, что уходя, он прихватил мою связку ключей.

  - Привет. Можно поинтересоваться, где пропадал весь день? И зачем закрыл меня здесь? Боишься, что сбегу?

  Ник наклонился, чтобы снять кроссовки, и не спешил отвечать, а меня аж разбирало любопытство: « Как же он поведет себя?»

  - Ездил за билетом.

  - Уезжаешь?

  - Да. Леран звонил. У Мари ночью начались схватки. И кстати, - он выпрямился и, наконец, посмотрел на меня, - тебя тоже ждут.

От его взгляда я растеряла всю храбрость и, отвернувшись, стала нервно перебирать вещи на журнальном столике, усердно показывая, что занимаюсь ну очень важным и полезным делом, а заодно добавила к глупому спектаклю недовольное бурчание:

  - Я сейчас не могу уехать. Сам понимаешь - работа. Да и визу за пару дней не получить.

- Понимаю.

Он подошел и поцеловал в щеку так, будто ничего не произошло.

  - Зачем же закрыл меня?

  - Чтобы не сбежала. Сама же так сказала.

  Ответить я не успела, вернее, слегка онемела, не зная, как реагировать на его слова.

- Аврора, если не трудно приготовь что-нибудь перекусить, пока я вещи соберу.

- Хорошо.

Было как-то странно всего несколько минут назад переживать о том, как себя вести, а сейчас просто идти и готовить завтрак. С одной стороны, не этого ли я хотела, а с другой – как-то обидно.

Принеся в гостиную еду, застала Ника, осматривающим комнату так, будто он недоволен окружающей обстановкой.

- Потерял что-то?

  - Забыла какая сегодня ночь?

  - Ночь?

  - Полнолуние.

  За всеми своими переживаниями совсем не учла этого небольшого, но важного нюанса для оборотня.

  - И что же нам делать?

  - Вариантов мало: подвал, которого у тебя нет и лес. А то боюсь повредить что-нибудь в квартире.

  - Лес, это пожалуйста. Сейчас закажу номер в одном из пансионатов. Успеем как раз к ночи.

  - Хорошо. Надеюсь, проблем не возникнет.

  - Главное не нарвись на своих собратьев.

  - Волки есть?

  - Есть.

  - Тогда будет не скучно.

Мы переглянулись и рассмеялись. А через несколько часов я дремала на заднем сиденье такси. Машину немного потряхивало на витиеватой дороге, и последнее, что запомнила, прежде чем уснуть, это легкий ветерок, принесший запах сырой земли и хвои. Но спать долго не пришлось. Проснулась сразу, как Ник позвал, но все еще пыталась сопротивляться и, отмахнувшись от горячей руки, коснувшейся моей щеки, уткнулась носом в кожаную спинку кресла.

  - Аврора, проснись. Мы приехали.

Нехотя открыв глаза, осмотрелась вокруг. Ник держал дверцу распахнутой и, вглядываясь в звездное небо, вдыхал ароматы ночи.

  - Все нормально?

  - Нормально, но мое время приближается. Давай поторопимся.

  Нас встретили и провели в небольшой, но уютный номер на первом этаже с окнами, выходящими на противоположную сторону от дороги. Я целенаправленно забронировала именно этот номер, чтобы можно было незаметно выбраться наружу. Заказав легкий ужин, мы заперли дверь и попросили не беспокоить нас до обеда.

Я открыла окно и проверила скрипит ли оно, но пансионат подобрала не из самых дешевых (не единого лишнего звука, запаха или бунтующих соседей), поэтому можно было и не проверять. Мне здесь понравилось, и если бы не цель нашего приезда, то я бы отдохнула несколько дней, не думая о насущных проблемах. А что еще необходимо человеку для отдыха от шумящего города? Тишина, свежий воздух, вкусная пища и мягкая постель. Но Ник сейчас не разделял моего интереса. Он заметно нервничал: резкие движения и короткие фразы.

  - Все нормально? Сможешь выждать еще пару часов?

  - Не уверен. Лес так и тянет к себе. Он сейчас для меня желаннее всего на свете.

  - Потерпи, я очень прошу.

Он скинул с себя рубашку, прям на пол возле окна и разулся, а я в очередной раз подумала, что Ник и впрямь красив, как хищник. Все движения плавные, практически бесшумные. Он прошел мимо и потушил свет, а затем приблизился ко мне. Мы стояли в нескольких сантиметрах друг от друга, и в его зрачках появился звериный огонек.

  - Тебе не страшно?

- Нет. А чего я должна бояться?

- Того кто перед тобой.

Он не хотел напугать, иначе в голосе появилась бы угроза.

  - Меня это не пугает, а завораживает. У тебя глаза светятся.

- Я знаю. Как у всех оборотней. И тебя тянет к одному из них.

- Но…?

Ник не позволил договорить, прижал палец к моим губам, запечатав их на миг, и прошептал:

- Не важно. Жизнь покажет, - а затем выпрыгнул в окно и скрылся в темноте.

Вскоре, очень далеко от меня, другой оборотень присоединился к своим собратьям, но я не могла этого видеть, только чувствовать.

  Этот странный день подходил к концу, перевалило за полночь, но сон пришел аж под самое утро, буквально на полчаса. Проснувшись от тихого стука и шороха, увидела Ника, жадно пьющего воду из графина. Выглядел он, как петух после драки или взъерошенный щенок. Всегда ухоженные волосы топорщились во все стороны, тело покрыто пылью и грязью. Я наблюдала за ним и пыталась понять, насколько в нем еще силен зверь и стоит ли расспрашивать о чем-либо, или лучше притвориться спящей? Но решив, что последний вариант более выгоден мне, прикрыла глаза и попыталась успокоить дыхания, надеясь, что, вымотавшись, Ник не заметит моего любопытства.

  В комнате воцарилась тишина, Ник скрылся в ванной. Сон как рукой сняло, но усталость от этого не уменьшилась. Я прислушивалась к звуку льющейся воды и потихоньку просыпающемуся лесу за окном. Утренний холод закрался в комнату и под одеяло, но сил, встать и закрыть окно, не было: мое тело дремало, а разум бодрствовал. Так бывает, если сильно выматываешься за день и ночью не удается отдохнуть. Я продолжала прислушиваться к звукам и слегка дрожала под одеялом, упрашивая сон вернуться.

  - Аврора, ты не заболела? – сквозь дрему сложно было ответить. - Аврора?!

  - Мне холодно. Закрой окно.

  Больше ничего не добавила. Сон смилостивился и поглотил: «_Я ВИДЕЛА ЛЕСНУЮ ЧАЩУ, ПОКРЫТУЮ ЛЕГКОЙ ДЫМКОЙ УТРЕННЕГО ТУМАНА. ХОЛОДНО ИЛИ ТЕПЛО, ИЛИ СЫРО, Я НЕ ЧУВСТВОВАЛА, И МЕСТО МНЕ НЕ БЫЛО ЗНАКОМО._ _НА НЕБОЛЬШОЙ ВОЗВЫШЕННОСТИ, ОСВЕЩЕННОЙ ПЕРВЫМИ ЛУЧАМИ СОЛНЦА, УВИДЕЛА ВОЛКА С СЕРЕБРИСТО-СЕРЫМ ОКРАСОМ. АЛЕКС, ВОТ КТО ПРЕДСТАЛ ПРЕДО МНОЙ В ОБРАЗЕ ЗВЕРЯ._

 _- АЛЕКС. _

 _ Я ШЕПТАЛА ЕГО ИМЯ, ПЫТАЯСЬ НАРУШИТЬ ВИДЕНИЕ И ПРЕВРАТИТЬ В РЕАЛЬНОСТЬ, НО ТАК И НЕ СМОГЛА НАЙТИ В СЕБЕ ТЕ СИЛЫ, КОТОРЫЕ НЕ ЕДИНОЖДЫ СПАСАЛИ, ПРИЗЫВАЯ ОБОРОТНЯ НА ПОМОЩЬ»._

  Легкий стук вырвал из мучительно-сладкого сна. Ник спал рядом. Непослушная челка упала ему на лицо, прикрыв глаза, и я не удержалась, чтобы не убрать ее.

«Бедненький. Ты так усиленно стараешься бороться с собой, что каждое превращение порабощает и высасывает все силы до единой капли. Как мне жаль тебя», - улыбнувшись своим мыслям, я встала с кровати и, накинув гостиничный халат, пошла открывать дверь, в которую продолжали настырно стучать. В коридоре стояла горничная. Поприветствовав, она извинилась за то, что помешала, но напомнила о нашей вчерашней просьбе: разбудить, если не спустимся к завтраку. Поблагодарив, я сообщила, что продлевать заказ на номер не будем и вскоре спустимся в столовую.

  Когда за дверью стихли звуки шагов, я уже сидела на кровати. Посмотрев на Ника, стало жаль его будить, но нам необходимо было возвращаться в город.

  - Доброе утро, волчонок.

  - Доброе. Который час? Давай еще немного поспим?

  - Пора обедать.

  - Не хочу обедать, хочу спать.

  - Дома выспишься.

  Наблюдая за поведением Ника в машине и дома, показалось, что он раздражен, но не стала мучить вопросами. Но и следующее утро не принесло ему облегчения, и вот теперь я начала серьезно переживать.

  - Ты что-то неважно выглядишь.

- Нормально. Немного переборщил. Территория новая, вот и изучал.

- Ну и как тебе?

- Красиво.

- Так ты ночью оказывается, не на луну выл, а лесом любовался.

- Здесь не с кем выть, а в одиночку скучно как-то, - Ник улыбнулся.

Я все еще подшучивала над ним, когда заиграла мелодия входящего вызова на телефоне. Пришлось отвлечься и взять трубку.

- Алло, – мне никто не ответил. – Алло

 - Привет, Аврора.

Этот голос с легкой хрипотцой. Его сложно с кем-либо спутать. Меня словно окатили ледяной водой. Звонившим был Алекс.

  - Здравствуй.

  - У тебя все в порядке?

  - Да. А что?

- Мне нельзя тебе звонить?

- Можно, но это как-то странно напоминать о себе спустя полгода. Вы словно сговорились.

  - Вы? Кто же еще напомнил?

  - Ник. Он, кстати, здесь. Передать что-нибудь?

  - Так это Ник у тебя… - он затих ненадолго, а потом продолжил. - И давно он в России?

  - Да.

  - Тогда беспокоиться нечего. Он сможет тебя уберечь.

  В голосе Алекса появился знакомый металл, но дальнейшего разговора у нас не вышло - повесил трубку, даже не попрощавшись.

  - Кто звонил?

  - Алекс. Но я не поняла, чего он хотел. Ладно, это не столь важно. Нам необходимо выезжать, чтобы не опоздать на самолет.

  - Я не уверен, что хочу уезжать.

  - Не глупи. Мари родила. Так что поезжай, а вскоре и я приеду.

  - Прогоняешь?

  - Нет... То есть не совсем... Мне надо подумать.

  Мы не продолжили разговор.

В моей жизни опять произошел переворот: ночь с тем, кого не любила, и напоминание того, кого хотела бы не любить!

ГЛАВА 14.

   Дни тянулись монотонно и однообразно, изредка привнося в жизнь интересные фрагменты. Прошло чуть больше трех месяцев с отъезда Ника и рождения малыша Мари. Мальчика назвали Мэлгитат или сокращенно Мел, что означало в переводе с языка племени на русский – Храбрый.

  Я продолжала развивать проснувшиеся во мне необычные силы, избегая ситуаций, которые привели бы к раскрытию тайны существования оборотней.

Марьям жила в Москве, находясь в полном неведенье относительно изменений произошедших со мной. Подруга знала только то, что моя личная жизнь не наладилась, и продолжала верить в таинственную связь между моей судьбой и племенем из резервации Редсити.

Но кроме всего прочего я внесла в свою повседневную жизнь немного адреналина: паркур. Это увлечение позволило хоть как-то разнообразить обволакивающую повседневность. Говорят, это не спорт, а состояние души, стиль жизни.

На одном из местных форумов познакомилась с компанией помешанной на экстриме, их главной фишкой был именно паркур. Они описали движениями собственных тел, в чем смысл этого великолепного действия, и взялись за мое обучение. Проводя практически все свободное время на развалинах старых домов, на крышах местных высоток, а также в горах, возвышающих остро отточенные вершины в лесах южного побережья, я доводила себя до измождения, училась высчитывать каждый последующий шаг так, чтобы обезопасить себя от травм.

  Я двигалась быстро и бесшумно, как дикая кошка. Но этому научилась сейчас, а чуть раннее все было иначе. Попадала в нелепые ситуации и создавала себе мелкие, но постоянные проблемы: пришлось сменить огромное количество дверных замков, ключей, ручек, и однажды умудрилась вырвать дверцу в такси, чем не на шутку испугала водителя, но, как говорится, и из таких передряг можно найти выход, было бы желание и финансы. Все это происходило под воздействием сильных эмоций: гнев, раздражение, но научившись держать их под контролем, жизнь изменилась в лучшую сторону.

И все же это мелочи, по сравнению с другой способностью: читать эмоции Алекса - намного сложнее и удивительнее, чем скорость и физическая сила, будто расшифровываешь древние письмена на давно забытом языке. Я подбирала определение каждому потоку его чувств, сравнивая со своими, но не была уверена до конца, что понимаю их верно. И мне очень хотелось об этом с ним поговорить, но я усвоила урок: меньше знаешь, крепче спишь. Чем меньше Алекс знал обо мне, тем больше получал свободы. Возможно, это ошибочное решение, но на данный момент я считала, что оно единственно верное.

О том, что чувствую Алекса в человеческой и волчьей форме знали двое: Мари и Ник. Подруге рассказала примерно месяц назад, все-таки не удержалась и похвасталась, но, как и ожидала, она сразу же захотела сообщить об этом своему брату. Я с трудом уговорила ее немного подождать, пообещав, что сама все расскажу, когда приеду в Редсити.

Теперь в мою тайну были вовлечены двое, но ни один из них не нарушил данного обещания: Алексу не рассказали.

Однако это все только детали прошлого и настоящего, а что меня ждет в будущем, никто не знает.

******************************************************************

Наступил сентябрь. Небольшая передышка перед бархатным сезоном. Пора учебных заведений и новых рабочих дней после летних отпусков. Я погрузилась в работу и позволила себе на время забыть о далеком континенте. Но однажды вечером Мари спросила, когда же я соизволю навестить ее. И мне снова пришлось задуматься: хочу ли ехать или хочу оставить все как есть. Решение далось с трудом, но желание вновь окунуться в мир оборотней перевесило все остальные доводы.

До отъезда узнала, что и в этот раз доведется посетить Верхнее Поселение, но обряд не будут проводить: молодежь не достигла нужного возраста. Еще одна новость вызвала двоякие чувства: досада и в тоже время облегчение – это из-за отсутствия Алекса в резервации. Он сообщил семье, что пробудет в Париже дольше, чем планировал.

И вот на календаре девятое октября, виза получена, билеты куплены, вещи собраны, все заказы доведены до конца. Шеф не обрадовался очередному отъезду, но я выпросила отпуск, найдя банальную причину: прошел год с возвращения из Канады, я трудилась на благо фирмы, ну и своего кармана, позабыв о нормальном отдыхе. Эдуард Александрович возмущался до самого вечера, припомнил неудавшееся замужество, но не смог отказать своей любимице в «маленькой» просьбе и отпустил, правда, с условием, если вернусь позже чем через месяц, буду уволена без выходного пособия. Угроза прозвучала внушительно, но дружба побеждает все, поэтому я очаровательно улыбнулась ворчащему шефу, поцеловала в щеку и сбежала из офиса так быстро, словно боялась, что меня остановят.

  Перелет с одного континента на другой прошел спокойно, из аэропорта забрал Леран. В Редсити как всегда встретили с распростертыми объятиями. В первый же вечер устроили семейный ужин в доме бабушки. Все прошло замечательно, словно и не уезжала вовсе. И уже через три дня мы отправились в Верхнее Поселение. Пришлось на время попрощаться с Варганой и непоседливым малышом.

В этот раз я шла к поселению, зная намного больше, чем когда приходила туда впервые и сейчас не ждала от этого места сверхъестественного, просто шла туда, куда тянулось сердце.

Резервация не опустела, ушли только состоящие в стае и их пары. Все собрались, чтобы провести совместные тренировки и принять участие в охоте. Зачем позвали меня, до сих пор не знала, но отказываться не собиралась, уж очень хотелось вновь увидеть маленький мир, скрытый в лесу.

Продвигаясь последние несколько сотен метров, посмотрела на Лерана, немного отставшего от нас с Мари. Он наблюдал за лесом, быстро погружающимся в предвечерние сумерки, а я воспользовалась моментом, чтобы переговорить с подругой о том, что же нового произошло в Редсити за прошедшие месяцы. Меня интересовали новости, касающиеся Катрин. Я уже слышала, что Черная Волчица не исчезла и продолжает увеличивать стаю. Нападений с ее стороны не замечали, но Веркен не переставал наблюдать за тем, что происходит в округе, дабы быть наготове, если придется собрать стаю для защиты резервации.

  - Мари, у меня как всегда множество вопросов, и я заметила, что вы с мужем продолжаете умалчивать информацию, как и прежде.

  - Ты становишься предсказуемой.

  - Ты тоже. Поведаешь своей подруге, что же такого накопали наши ищейки, и не говори, что необходимо набраться терпения.

  - Я и не собиралась. За то время, что мы знакомы, уже поняла, ты все равно не будешь слушать.

  - Я слушаю, но не иду на поводу.

  - Хорошо, но я мало, что могу рассказать. После рождения Мела, - Мари улыбнулась, наверняка вспоминая своего ангелочка, – меня мало во что посвящают. В общем, как уже знаешь за Катрин наблюдают и не только из нашей стаи. Она привлекла внимание многих. С прошлой осени ничего серьезного не произошло, но в местных лесах, да и в населенных пунктах заметили чужаков. Они сопровождали Катрин или тех, кто присоединился к ней. Сама понимаешь, это не к добру. Так много оборотней в одном месте без альфы и под предводительством нашей Черной Волчицы, - на лице Мари промелькнула гримаса недовольства, - может привести к беде. Поговаривают из нескольких семей проживающих вблизи от нашей резервации и Доктауна пропали подростки, будущие молодые оборотни.

  - По лесу бродят волки-одиночки?

  - Да. Это не страшно, такое бывает и среди оборотней, но если их много, это настораживает. Они как будто собираются вместе, но без предводителя это невозможно. Катрин не единожды пыталась заполучить Алекса именно для своей стаи. Без альфы ей не справиться. Она лидер, но не наделена силой вести стаю за собой, как Веркен или Алекс.

  - О чем шепчитесь?

Мы так увлеклись разговором, что не заметили, как Леран нагнал нас, и теперь идя рядом с Мари, переводил недовольный взгляд с жены на меня, догадавшись, что я опять лезу не в свои дела.

  - Рассказываю Авроре последние новости.

  - Девочки, а нельзя отложить все расспросы до нашего прихода?

Мне не хотелось откладывать разговор, поэтому немного возмутилась:

  - Леран, ты же знаешь, что в Верхнем Поселении и так множество дел. Спокойно не поговоришь. И что опять ждать, пока кто-нибудь из вас соизволит посвятить в подробности происходящего? – не услышав от Лерана внятного ответа, я обратилась к Мари. – Твой муж, как всегда многословен. Лучше продолжим без него.

  - Это все, что я знаю, потому что именно этот молчун не посвящает меня в подробности, так же как и брат.

  Я посмотрела на Лерана, молча пригласив присоединиться к разговору.

  - Не смотри на меня так. Если Мари рассказала тебе все, что знает, то мне дополнять нечего. Моя жена ошибается, думая, что я от нее что-то скрываю.

  После такого заявления на Лерана посмотрели две пары глаз, требуя немедленно сознаться во всем, даже в том, чего не делал.

  - Против вас армия не устоит, но все-таки предпочту промолчать. Вы знаете предостаточно, а остальное оставьте на наше попечение или, в крайнем случае, немного попридержите свое любопытство.

Я резко остановилась и, ухмыльнувшись, спросила:

- Неужели считаешь, что неведенье полезно для нас?

  - Да. Именно так. И не я один...- последние слова, предназначались мне, это было ясно и так.

  - Можешь не продолжать. За каждым запретом для меня стоит один человек, вернее волк.

  То как Леран поддерживал решение друга, возмутило не на шутку, но я все равно бы докопалась до истины, и нам с Алексом еще предстоял серьезный разговор по поводу его предвзятого отношения ко мне. Мучить же Лерана, так же как и Мари, я прекратила, все равно до поселения оставалось недолго и с каждым метром, приближающим к заветному месту за высоким забором, буря внутри меня стихала.

Предвкушая наслаждение от скорой свободы, я спешила вперед, ведь именно там смогла бы раскрыть свои способности без ограничения, не боясь присутствия посторонних. Я хотела высвободить наружу свою скорость и силу, смешаться с прохладой воздуха и резкими порывами ветра бьющего по лицу.

И вот за темными стволами и переплетенными друг с другом кустарниками, открылся вид на Верхнее Поселение. Ничего не изменилось: тот же грубоватый, но прочный и высокий забор из деревянных, словно огромные колья, досок и одноэтажные домики похожие друг на друга, как близнецы, кроме общей бани и кухни. Был слышен смех и шум возни там, куда еще пока не мог достать человеческий взор. У каждого есть место, куда душа рвется вернуться, и не обязательно это отчий дом или родной город, мое пристанище - это поселение, затерянное в темном лесу. Я ждала перемен в жизни от тех событий, что произойдут именно здесь.

Как же было превосходно вновь занять место в мире оборотней и хранителей тайны. В этот раз я не была здесь лишней и не пришла ради чужой тайны. Наслаждалась каждым днем, проведенным в тренировках, разговорах, даже в обычных домашних делах, помогая Мари готовить или убирать. Позволила себе вздохнуть свободно, не страшиться встречи с Алексом, окунуться в спокойствие, как в теплую воду, но не навсегда.

Октябрь радовал, словно сговорился с нами, балуя теплом и солнечным светом. Прошло всего три дня, а я уже и не вспоминала о Сочи, работе и обо всем, что занимало большую часть моей обычной жизни.

Сегодня мы почти весь день провели у реки, просто отдыхая и общаясь. Я сидела на камне в нескольких сантиметрах от воды и наблюдала за друзьями. Мари что-то шептала Лерану на ухо, Своли с мальчишками, облюбовав огромные валуны, выступающие из реки в метре от берега, спорили насчет поступления в высшие учебные учреждения, Веркен с женой, обнявшись, смотрели на реку.

Но что-то изменилось. Я не сразу поняла, что именно. Поднялась с камня и огляделась вокруг, ища причину своего беспокойства. И хотя боялась признаться себе, но уже знала, он рядом - Алекс приближался. Его эмоции смешались с моими. Посмотрела на Мари, стараясь отвлечься на ее голос от своего ожидания. Подруга обнимала мужа за шею и смеялась, а я мысленно отсчитывала секунды.

  - Эй, сестренка обнимешь непутевого брата?!

  Со всех сторон раздались приветствующие возгласы, а я, услышав знакомый голос, оцепенела. Но пока вокруг стоял шум, смогла взять себя в руки и посмотреть на возвышенность: в тени деревьев стояли Алекс и Оливия. Их обступили все, кто еще несколько секунд назад, сидели у реки вместе со мной, не подозревая о приближении гостей

  Алекс улыбался, прижимая к себе сестру, а я все никак не могла на него насмотреться, ожидая, когда же он меня заметит. Я хотела почувствовать его эмоции, чтобы понять обрадуется ли мне хоть немного или нет. И вот этот момент настал: наши глаза встретились, он продолжал улыбаться, и я улыбнулась в ответ, но на этом все закончилось. Алекс посмотрел поверх моей головы, нахмурился, и через мгновение я едва не задохнулась от его злости, нахлынувшей так внезапно, что это сбило с толку.

  - Что ты тут делаешь, Дон?!

  - Тебя это не касается!

  Все еще не понимая, что же происходит, нервно дернулась, услышав позади себя чужой голос. Резко обернувшись назад, поскользнулась на мокрой глинистой земле, и если бы не была подхвачена за талию незнакомцем, оказавшимся в паре шагов от меня, то пришлось бы у всех на глазах принять ледяную ванну.

Наверное, надо было вежливо поблагодарить и отойти от него как можно дальше, но я не спешила этого сделать. Да и парень, повел себя странно: продолжая прижимать к себе, рассматривал мое лицо, как диковинку.

Спаситель был намного выше меня, брюнет, смуглый (я подметила, что он уж слишком загоревший, словно долго находился под палящими лучами солнца), с грубоватыми чертами лица, но не уродлив, а по-мужски притягателен, особенно глаза – темно-карие, практически черные, под густыми бровями, они приковывали к месту, гипнотизируя.

Я подумала о том, что уже видела его, но не могла припомнить, где именно.

  Обоюдное любопытство прервало озлобленное рычание, и я, обернувшись в сторону, откуда шел звук, увидела в нескольких метрах от нас Алекса, готового в любую секунду превратиться в волка и порвать в клочья предполагаемого врага.

  - Нет! – оттолкнув парня от себя, встала между ним и Алексом.

  - Аврора, отойди от него!

  - Нет! Я не знаю, что между вами произошло, но не позволю вам драться!

- Это касается только меня и Дона. Уйди!

Алекс повторил имя незнакомца, и я, наконец, поняла причину его агрессии, но все равно не собиралась отступать: отодвинулась назад, чтобы оказаться как можно ближе к своему спасителю, тем самым показав, что буду стоять на своем до конца.

  - Ты и есть Огненная Волчица? – в голосе парня прозвучало удивление.

  - Да. Мог бы сразу догадаться по цвету волос, - ухмыльнувшись, я внезапно поняла, что могу отвлечь их друг от друга разговором. - А ты друг Алекса?

  Я не оговорилась, произнеся слово: «Друг». Хотела понять, как Дон и Алекс отреагируют на него, поэтому смотрела на первого и читала эмоции второго. Алекс промолчал, а Дон слегка замешкался с ответом, но, посмотрев на бывшего друга, все-таки произнес, не совсем то, что я хотела услышать, но все-таки приблизился к этому.

  - Да... Но это в прошлом.

  - Знаю, но не верю…

Продолжить разговор помешал Алекс:

  - Аврора, перестань копаться в том, что тебя никак не касается.

  - Ты глубоко заблуждаешься! Как раз меня это и касается, благодаря тебе.

  - А ты уникальная девушка, - Дон нагнулся очень близко и прошептал так тихо, чтобы услышала только я, ну и возможно его «недруг». - Рад знакомству.

  Я улыбнулась в ответ и слегка отступила в сторону, но не потому что раздумала защищать их обоих от ошибки, а из-за утихающей злости Алекса. Трудно удерживать в себе чужие эмоции и не подаваться искушению пойти у них на поводу, и все же я справилась на отлично.

  - Вам необходимо поговорить?

  - Сомневаюсь, что Алекс захочет разговаривать, и я пришел не для этого.

  - Так для чего же ты пришел?! Поведаешь бывшему другу?

  Но Дон не услышал вопроса. Его взгляд устремился туда, где столпились те, с кем было связано прошлое. И всем стало ясно и без слов, что он пришел не ради Алекса, стаи или утерянной дружбы, а ради Оливии.

В их глазах проносилась буря эмоций, невысказанных мыслей и желаний, но старые обиды и предрассудки держали уста немыми. Единственное, что еще связывало – это надежда. Да, именно она не давала их сердцам утратить самое прекрасное и сильное чувство, которое не разрушит ни время, ни расстояние, ни общество с их занудством и злобой - Любовь. Но немой диалог так и не прозвучал вслух.

  - Я зря пришел.

  В голосе Дона прозвучала тоска, и меня это задело намного сильнее, чем какие либо слова или поступки.

  - Дон, скажи, зачем пришел? Я верю, что ты не замыслил ничего ужасного.

  - Удивлен. Волчица верит отступнику. Ты не знаешь меня.

  - Ты прав - не знаю, но хочу верить в твои намеренья, если они не причинят никому зла.

  - Уже поздно это обсуждать, но ты права. Я не опасен для вас.

- Тогда…- закончить Дон не позволил.

Он ушел, быстро перескочив по камням на противоположный берег, и скрылся в лесу, так и оставив за собой тишину непонимания. Никто не последовал за ним, не остановил, не окликнул, но, по крайней мере, двое хотели бы вернуть. И как бы Алекс не злился, а Оливия не выпячивала на показ свое равнодушие, именно им пришлось тяжелее, чем всем остальным.

Сегодня передо мной разыгралась трагедия настоящей жизни, а не притворство или театральное представление. Я видела боль, обиду и надежду. Такие моменты заставляют задуматься над смыслом собственного существования и переосмыслить многие решения и поступки.

ГЛАВА 15.

  Продвигаясь по узкой тропке к поселению, чтобы скрыться от притаившихся в тени леса тайн и спрятать мысли и желания глубоко в недрах подсознания, мы соблюдали тишину. Я шла рядом с Мари, крепко сжимая теплую ладонь подруги, но часто поглядывала на Оливию. Она словно пыталась сбежать, идя впереди всех быстрыми шагами, и стоило воротам захлопнуться за нами, девушка не выдержала и побежала к гостевому дому. Оливия хотела уйти от чужого любопытства, но деревянные стены – это лишь иллюзия спасения, на самом деле, они не могут помочь сбежать от себя.

Я пошла за ней. Хотела поговорить, помочь или убедить, что она не права и Дон имеет право на второй шанс. Войдя внутрь, я закрыла дверь и прислушалась. Из комнаты, расположенной ближе всего к моей, раздавался тихий шорох. Заглянув внутрь, увидела Оливию. Она погрузилась в свои мысли и не замечала ничего вокруг, как на автопилоте вынимала вещи из рюкзака и раскладывала их на кровати.

  - Оливия, ты как? Я не успела тебя поприветствовать.

  - Да. Это я виновата.

  - Виновата? В чем?

  - Не знаю. Просто я немного растеряна и говорю, совсем не подумав.

  - Думаешь о Доне?

  - Да. Но сейчас все думают о нем.

  - Не знаю, как все, но он пришел именно к тебе или за тобой, - я сделала паузу, чтобы увидеть ее реакцию на мои слова, но Оливия продолжала разбирать вещи и так ничего и не ответила. - Понимаю, не хочешь сейчас говорить о нем.

  - Я вообще не хочу говорить о нем!

  - Хорошо. Тогда поговорим о тебе?

  - Зачем?

  - Чтобы ближе познакомиться. Мы не общались нормально. И я не успела отблагодарить за помощь в ночь обряда.

  - Всегда рада помочь. Но ты и сама бы справилась великолепно.

  - Здесь ты не права. Я тогда так и не справилась.

  - Это давно всеми забыто.

  - Но не мной. Так же, как и ты, не можешь забыть того, что сделал Дон.

Мне все же удалось заставить ее показать свои истинные чувства. Пускай это длилось всего несколько секунд, но это было более правдиво, чем все сказанное раннее. Оливия отшвырнула в сторону опустевший рюкзак и развернулась ко мне. Ее душа кричала, возмущалась, глаза наполнились болью и злостью одновременно, а потом она отвернулась, не произнеся не слова.

Я понимала, что ей плохо и больше не бередила старую рану, дав ей прийти в себя.

  - Почему остановилась здесь?

  - Где здесь?

  - В гостевом доме. Помню год назад, ты так сюда и не вселилась.

  - Задала этот вопрос, чтобы сменить тему?

  - Да. Ты же не хочешь говорить о других вещах.

  - Тогда ты знаешь ответ.

  - Но я не знаю.

  Я не солгала, потому что не знала, что происходит между Оливией и Алексом. За этот год многое произошло, изменилось, но кое-что осталось закрытым от меня. И не потому что мне ничего не рассказывали, просто не хотела знать. Мари иногда пыталась разговаривать со мной о своем брате, что-то рассказывала о нем, но я всегда уходила от этой темы. И до сегодняшнего дня думала, что Алекса и Оливию связывает что-то большее, нежели дружба, поэтому и задала свой вопрос.

  - Аврора, насколько я знаю, вы с Алексом не общаетесь?

  - Не совсем. Общаемся, но изредка.

  - Тогда понятно, почему задаешь такие вопросы. Мы и раньше не считали себя полноценной парой, скорее слишком близкими друзьями.

  - Ясно.

  - Ответь и ты на вопрос. Уже чувствуешь эмоции Алекса?

  - Да.

- Всегда?

- Да.

Я ответила столь поспешно, словно испугалась последствий лжи, но, на самом деле, хотела, чтобы Оливия мне доверяла, и поэтому рискнула признаться.

  - Но он не знает, – положив на тумбочку косметичку, она обернулась. - Почему?

  - Так лучше.

  - Принимать решения за него - не совсем правильно.

  - Есть на то свои причины.

  - Хорошо. Значит, будешь против, если посвящу его в твою тайну?

  - Правильно понимаешь. Я сама все расскажу, но чуть позже.

  - Не тяни с этим. Для вас обоих лучше, если научитесь доверять друг другу.

  - Я верю Алексу, но он чаще всего не дает решать и предвзято относится к моим поступкам, да и вообще ко мне лично. И не я одна скрываю правду. Алекс тоже не желает посвящать меня во многие вещи, например, в новости, связанные с Катрин.

  - Он пытается тебя уберечь.

  - А я думаю, что он считает меня беспомощной и путающейся под ногами.

  - Вы похожи.

  - Но мне от этого не проще. Оливия, ты посвящена во все нюансы того, что происходило здесь за этот год?

  - Нет. Я редко появляюсь дома и в Редсити, и то, что творит Катрин и ее шакалята, узнаю через третьи лица и с запозданием. Насколько могу быть осведомлена, она с прошлого года затихла, даже Алексу не докучает своей навязчивой идеей сделать из него альфу для своей стаи.

  - Можно задам один вопрос насчет Дона? - я увидела, как Оливия замерла, и поспешила добавить. - Не реагируй так. Я не о вас. Просто хочу знать, что говорят о его союзе с Катрин. Ранее ходили слухи, что видели их довольно часто вместе.

  - Не знаю. Но, вроде, это не нашло подтверждений.

  - Так и думала, иначе, зачем ему приходить сегодня сюда, и ...

  Не закончив фразу, я призадумалась, вспомнив то, что скрывала моя память: « Значит, это его видела год назад. Да. Теперь знаю, кто тот незнакомец на реке. Но почему увидела именно его? Раньше все перемещения связывали меня с Алексом. Вот еще одна загадка. Неужели могу видеть и других?» Я пыталась вспомнить сон до мелочей, но время сгладило детали из памяти, как большинство не столь важных вещей, происходящих в жизни любого человека.

  - Аврора, о чем задумалась?

  - Что? А, это не важно. Вспомнила один сон. Так удивительно.

  - Сон удивил?

  - Можно и так сказать.

  - Поделись.

  - Не знаю, стоит ли отнимать твое время неважными мелочами.

  - Времени у нас предостаточно, и не удивлюсь, если преуменьшаешь значение мелочей.

  - Хорошо. Но это покажется странным. Я видела Дона сегодня не впервые. Он мне снился.

  - Именно он?

  - Да. Возле реки подумала, что мы уже встречались. И оказалась права. Вернее, он увидел меня сегодня впервые, а я его - нет. Это произошло год назад. Не помню всех деталей, – я замолчала, вспоминая, что же произошло дальше.

  - Продолжай.

  - Помню, как увидела чью-то тень в лесу, потом Дона, сидящего на выступающем из реки камне, еще услышала женский смех и рычание, такое, как издает Алекс, когда еще человек, но зверь начинает преобладать в нем. Именно тогда Дон и ушел. Это все.

  - Странный сон. Интересно, почему ты увидела Дона. Кто-нибудь показывал его фотографию?

  - Нет. Мне иногда снятся сны, показывающие настоящие события, но они всегда связаны с Алексом.

  - Я не знала этого.

  - Бабушка Варгана и Мари уверены, что это наша с ним связь так проявляется, как невидимая ниточка, связывающая родственные души, чтобы мы могли всегда друг друга найти. Именно при помощи сна я видела победу Алекса над Катрин, а еще удалось позвать его на помощь.

  - Но если ты видела Дона? Даже слова трудно правильно подобрать для объяснения. Ты его видела во сне и вроде как наяву. Тогда как это связано с Алексом?

  - Вот это меня и тревожит. Не знаю ответа. И Варганы здесь нет, чтобы попросить совета.

  - Если всегда видишь только Алекса в этих необычных снах, то и этот сон должен привести к нему.

  - Я так тоже предположила, но не могу найти смысл.

  - Ладно. Давай не будем пока забивать себе голову этим. Уже поздно, и нам необходим отдых. Особенно мне.

  - Хорошо…

ГЛАВА 16.

Утро наступило внезапно, словно и вовсе не ложилась спать, но я не чувствовала усталости, скорее наоборот – сильный прилив энергии, хотелось свернуть горы. Заглянула в комнату Оливии, но она уже ушла. Рюкзак лежал на полу, сиротливо взирая на мир пустым нутром. Одеяло сползло на пол почти на половину, простынь смята, подушку вообще не увидела. Все говорило о том, что сон девушки прошел беспокойно и не принес облегчения.

Вернувшись в свою комнату, переоделась в спортивный костюм, собрала волосы в хвост на затылке, надела короткий пуховик, кроссовки и вышла из дома. Во дворе было шумно, как в лагере, где нет надзора воспитателей и тренеров. Но мне не хотелось погружаться в эту шумящую атмосферу, хотелось уединения. Поприветствовав ребят возле ворот и сказав, что буду возле реки, вышла с территории. Узкой извилистой тропкой между деревьями и камнями добралась до знакомой площадка с крутым спуском вниз, а остановившись на самом ее краешке, невольно залюбовалась красотой природы. Река неслась вперед, омывая землю и обтачивая до искрящегося блеска камни, а солнечные лучи, отражаясь на поверхности воды, покрывали ее разноцветными бликами. Сказочная картина, словно лесные эльфы играют в салки на воде, подмигивают друг другу, исчезают и снова появляются.

  - Привет.

  Я не обернулась, потому что уже несколько минут знала о его приходе и о том, что Алекс стоит за моей спиной. Водоворот эмоций переполнял его, но что взволновало сероглазого оборотня, пока не могла определить. Я еще не владела нашей связью в полной мере.

  - Здравствуй. Давно наблюдаешь за мной?

  - Нет. Хотел подумать и не ожидал здесь встретить тебя. Нарушил твои планы?

  - Не совсем. Я пришла за ответами.

  - За ответами? И кого же здесь собиралась расспрашивать?

  - Видимо, тебя, раз больше никого нет.

  - Опять твои расспросы. Я слегка отвык.

  - Докучать не буду, но и без тебя смогу найти ответы, и ты об этом знаешь. Так что выбирай. Ответишь сам, или мне расспрашивать остальных?

 - Лучше я.

 - Давай спустимся к воде? - я улыбнулась и, хотя не видела лица Алекса, чувствовала, что он улыбается в ответ. - Хочу поговорить о Катрин и Доне.

  - О чем именно?

  Я не спешила с ответом и, быстро спустившись по покатому склону к берегу реки, все еще продолжала молчать. Здесь шум потока приглушал остальные звуки, но это не мешало. Я слышала, как Алекс спустился вслед за мной, как покатился камешек, обсыпалась горстка земли. Он встал рядом, и мне показалось, будто чувствую, как от него исходит тепло, такое сладкое, притягивающее, родное, хотя нас разделяло несколько метров.

- Задавай вопросы. Или передумала?

- Нет. Что вы разузнали о планах Катрин? И что происходит между Доном и Оливией? Он вчера пришел сюда не ради ссоры с тобой.

  - Ты знаешь мое мнение насчет твоего вмешательства и лишней огласки, но прошло предостаточно времени, чтобы понять, ты не откажешься от своего решения посвятить всю жизнь чужим тайнам. Хорошо, расскажу, но при одном условии.

  - Каком?

  - Не будешь самостоятельно искать варианты, как все наладить. Не будешь ничего предпринимать заранее, не согласовав это со мной или Лераном.

  Я согласилась, не раздумывая, но не потому, что пошла на поводу у любопытства, мною управляла непоколебимая уверенность – сдержу данное обещание! При других обстоятельствах я бы засомневалась, подумав о том, что, наверное, есть иной вариант или появится причина, которая заставит нарушить слово, но не сейчас.

  - Надеюсь, ты не изменишь себе.

Алекс медлил, но и я не спешила, предоставив ему возможность собраться с мыслями. Он колебался, боролся с самим собой, но было поздно менять настоящее. Нас связала неподвластная нам сила, и пусть я была лишь другом, или хранителем тайны, или редким гостем в его жизни, но он не мог со мной не считаться.

- Когда ты уехала, мне стало легче. Будто снял неимоверно тяжелый груз. Но меня, - он замолк на секунду, - преследовало одиночество. Сейчас не это важно! Ты хочешь услышать не обо мне!

Я резко обернулась, чтобы заглянуть в его глаза, но Алекс смотрел на воду. Как же в эту минуту захотелось подойти ближе, провести рукой по щеке, покрытой щетиной, почувствовать, как мелкие волоски покалывают кожу на пальцах. Мне нравилось наблюдать за ним, вот как сейчас, исподтишка. Нравилось любоваться угрюмым и сильным бунтарем. Его внешность отталкивала и притягивала одновременно; каждая линия резкая, как будто лицо выточено из грубого и холодного камня. Еще сильнее поражал характер: опасный, прямолинейный, без фальши и приторной напыщенности. Алекс часто сомневался, ошибался, поступал, как вздумается, но никогда бы не предал. Он умел заботиться и любить.

Думая о нем и наблюдая, я слушала, что он говорит, но все сказанное было мне известно, кроме последнего.

- Многие думают, что у Катрин есть уши и глаза среди нас. Слишком часто она предугадывала каждый наш шаг. Все наблюдения за ее действиями ничего не дали. Стоит появиться вблизи от ее компашки, как она исчезает. Пришлось сузить круг тех, кого посвящаем в наши планы.

  Это худшее из того, что я могла предположить. Знать, что среди своих есть предатель – это как удар в спину.

- Ты не веришь мне?

Алекс посмотрел на меня, ожидая ответа, а я не знала, что сказать, будто ком застрял поперек горла.

  - Не знаю, во что верить. Предательство – это ужасно.

  - Могу тебя понять, но это не решает проблемы. Мы пытаемся выяснить, просочится ли теперь информация. Если да, то и предателю будет тяжелее скрыть себя, но появилась другая проблема. Именно после принятия такого решения, Катрин совсем исчезла. Ее никто не видел больше месяца. Или она стала еще более осмотрительной, или хочет вывести из-под удара того, кто доносит на нас.

  - Думаешь, она кем-то дорожит?

  - Ты же сама однажды засомневалась в ее бездушии.

  - Да. И все-таки после всего, что она натворила, не могу и представить, чтобы кто-то был ей дорог.

  - Ты права, эта идея абсурдна, и мы ее более не рассматриваем. Остался еще один вариант: кто-то обладает информацией, опасной для Катрин. И если он не глуп, то догадается: союзничество с Черной Волчицей больше для него не выгодно.

  - Так вы надеетесь, что он или она выдадут себя за счет страха?

  - Нет. На это мы не надеемся. Если кому-то хватило умения скрывать себя так долго, виртуозно разыгрывая свою роль, то маловероятно, что выдаст себя теперь, его положение и так шаткое.

- Тогда чего же ждете?

- Я пока еще сам не знаю. Или предатель исчезнет сам, или допустит ошибку, или придет с мировой. Но он должен хоть что-нибудь предпринять.

  - Алекс, скажи, кто посвящен в ваши действия?

  - Зачем тебе это?

  - Чтобы знать, кому доверять, а кому - нежелательно.

  - Доверяй тем, кого любишь. Остальное не должно тебя волновать. Мы ограничили количество посвященных, ссылаясь на возраст, поведение и многие другие аспекты. Леран предупредил, что ты опять задаешь множество вопросов, именно по этой причине я рассказал тебе все.

  - Хорошо. Мне понятен ход ваших мыслей, но есть хоть какие-то предположения, что же затеяла Катрин, и насколько глобально это распространиться?

  - А как сама думаешь?

  - Не знаю. Она же не имеет отношения к политике или военной структуре, поэтому это не касается безопасности мира, - я ухмыльнулась, представив, как Катрин, забившись в темное логово, мечтает обладать властью над всем Земным шаром. - Все, что она делает, имеет под собой личные причины. Может кому-то мстит?

  - Раньше я думал, что знаю Катрин. Нас связывало многое, но после всех ее проделок пришел к выводу: ни в чем не уверен относительно нее. Она продолжает удерживать возле себя оборотней, большинство из них – это одиночки и чужаки. Насколько велика ее свора, мы еще не определили. Они не собираются вместе, и у них до сих пор нет альфы.

- Зачем ей вообще стая?

- Я бы тоже хотел знать.

- А если она собирает армию?

- В этом нет смысла, – Алекс нахмурился, что-то обдумывая, а потом произнес. – Я иногда думаю, что за ней кто-то стоит.

Его слова заставили и меня задуматься. В этом был свой смысл. Катрин вела себя, как сумасшедшая: похищения, драки, неожиданные напоминания о себе. Все ее действия не имели четкого плана. Никто не знал, чего именно она хочет: отомстить, привлечь внимание, заполучить альфу, но все это части ребуса. Что-то скрывалось за всеми намереньями Черной Волчицы.

- Неужели это правда?

- Это всего лишь мои предположения, не более.

- Ясно. Больше ничего нового рассказать не хочешь?

- Это все.

- Тогда давай поговорим о Доне. Зачем он вчера приходил?

  - За Оливией.

  - И что же произошло? Почему напомнил о себе именно сейчас?

  - Об этом знает только он. Вчерашнего его появления никто не ожидал.

  Алекс верил в то, что говорил, но меня одолевали сомнения относительно его осведомленности, и этому способствовал наш разговор с Оливией. Она не удивилась приходу Дона, но, наверное, еще не решила для себя, чего хочет. И именно по этой причине я умолчала о своих предположениях, доверившись интуиции.

  На этом наш разговор с Алексом завершился. Мы стояли бок о бок возле реки, думая о будущем, а наше отражение в воде говорило о важности понять настоящее, но мы так и не смогли в тот момент этого разглядеть.

  - Эй, ребята! Что вы там так усердно рассматриваете?!

  Я не ожидала встретиться здесь с Ником и оказалась в замешательстве, услышав его голос. Наш улыбчивый друг стоял на возвышенности и жмурился от слепящих солнечных лучей, падающих на его лицо. Мы не виделись со дня отъезда его из Сочи и общались не чаще, чем с Алексом. Ник словно замкнулся в себе или хотел, чтобы я подумала, переосмыслила, взвесила все «за» и «против». Ночь, проведенная вместе, имела для него важный смысл, а меня она тяготила. Я не изменила своего решения насчет наших отношений и полностью осознавала, что приношу Нику боль, но надеялась на время, заглаживающее все шероховатости жизни.

Алекс улыбнулся другу и, поприветствовав, спросил:

  - Когда прибыл?

  - Несколько минут назад. Я помешал?

  - Нет. Мы уже обо всем переговорили с Авророй, так что я могу уйти.

  Слова Алекса невольно испугали меня. Я подсознательно не желала оставаться с Ником наедине, поэтому схватила Алекса за руку, не дав ему уйти, но тут же отпустила, не понимая, что лишь усугубила свое положение. И этого мимолетного проявления слабости хватило, чтобы Ник все понял. Он нахмурился и, ничего не произнеся, скрылся в лесу.

  - Аврора, ты не ответишь на один вопрос?

  Я молчала, догадываясь, о чем пойдет речь, и боялась своего ответа.

  - Молчишь. Все ясно. Можно не продолжать. Но позволю себе дать тебе совет - надо отвечать за свои поступки. Поэтому я и предпочел выбрать для нас статус дружбы и не более, как того ожидали многие. Ты не готова взять на себя ответственность за чувства другого человека, и в этом мы похожи, но ты все-таки проявила слабость.

  - Я и без тебя все прекрасно понимаю. Но надеялась, что Ник все и так понял.

  - Напомню тебе маленький нюанс - оборотни преданы до безрассудства и этого не изменить. Запомни это на будущее. Ты для Ника больше, чем знакомая из России. Ты часть его жизни, и не надейся, что он так легко изменит свое мнение. Я не хочу видеть в глазах своего друга боль, и прошу - определись и поговори с ним.

  - Откуда знаешь, что мы так и не говорили?

  - Догадался по вашему поведению, и не забывай, я чувствую тебя и уже неплохо сопоставляю твои эмоции и мысли. Жаль, что ты не можешь...

  - Могу.

  Это прозвучало опрометчиво, и осталось только ждать, догадается ли Алекс о точном смысле моего ответа.

  - Можешь? Всегда? Или ничего не изменилось, и ты чувствуешь зверя?

  Игра становилась опасной. Я могла сознаться в появлении полноценной связи с ним или продолжить умалчивать об этом. Еще несколько секунд, и было бы поздно что-либо скрывать – он бы все понял.

  - Почему молчишь?

  - Ничего не изменилось. Я не могу читать тебя так, как ты меня, но частые превращения дали огромное развитие моим способностям.

  - Точно?!

  - А ты бы хотел услышать другой ответ?

  - Не знаю. Пусть все идет своим чередом.

Если бы Алекс сказал совсем иное, мне стало бы легче, но его слова лишь усилили мою уверенность в том, что лишняя осведомленность о росте нашей связи будет ему помехой.

  - Хорошо. Ты же знаешь, я насильно не буду навязывать свое существование тебе.

  - Ты не навязываешь. Так жизнь распорядилась. И нам от этого никуда не деться. Но я не встану на пути у своего друга.

Я удивилась и запуталась: что правильно, а что нет.

  - Ник? – посмотрев на Алекса, попыталась переосмыслить сказанные им слова. - Но причем здесь он? Мы с тобой решили все до него. И это наше с тобой обоюдное решение.

  - Да. Но теперь совсем другая ситуация. Есть он, и то, что он выбрал тебя.

  Алекс был прав, тянуть дольше с разговором нельзя, поэтому вернувшись в поселение, я пошла искать Ника, но обойдя всевозможные закутки, так и не нашла его. От этого стало еще тяжелее, возникло жуткое ощущение, что гоняюсь за собственной тенью, да и мысли о предстоящем объяснении не радовали: «Смогу ли подобрать правильные слова? Смогу ли уверенно смотреть ему в глаза?» Понуро опустив голову, добрела до гостевого дома, желание продолжать поиски испарилось, а уныние возросло.

Внутри дома окутало теплом и ароматов трав от небольших букетов, расставленных в каждой комнате. Разувшись, расстегнула пуховик и заглянула в комнату Оливии, но она не вернулась: все вещи и постель прибывали в том же состоянии, что и утром.

Послышался тихий стук, как будто камень бился о камень. Это привлекло мое внимание, но я не представляла, что могло издавать этот звук. Под ногой скрипнула половица, за окном ударила ветка о стекло, из печной трубы доносился гул, гуляющего в нем ветра, но вот стук повторился еще несколько раз. Распахнув дверь в свою комнату, я замерла на пороге. Тот, кого одновременно и искала, и боялась найти, сидел на подоконнике.

- Что ты здесь делаешь?

- Ждал тебя. Принес подарок.

Вести себя спокойно оказалось намного сложнее, чем думала, но иного шанса поговорить могло и не представиться.

Сняв с себя пуховик и повесив его на крючок, потопталась немного на месте, переставляя вещи на прикроватной тумбочке. Я ждала, что Ник скажет еще что-нибудь, но, так и не дождавшись, развернулась в его сторону. Он сидел на прежнем месте и крутил в руке небольшой браслет из темно-оранжевых камней.

- Подарок? Для меня?

  - Да, но, видимо, он не к месту.

  - Почему же?

  - Это ты объясни, почему же! – Ник резко выпрямился и встал с подоконника, а в его черных зрачках заиграли огоньки. - Вы с Алексом...

Я не дождалась продолжения, но в нем и не было необходимости, и так поняла, о чем он хотел спросить.

  - Ник, что за глупости приходят тебе в голову?

  - Почему же глупости, это естественно. Ваша связь должна однажды соединить вас.

  - Ты так думаешь, но это неправда. Нам проще видеться один раз в году, иначе подвергаем друг друга опасности.

  - Это ты так считаешь или Алекс тоже согласен?

  - Обоюдно.

Он услышал от меня то, что хотел, но, скорее всего, готовился к другим словам. И я увидела, как напряжение исчезло. Ник улыбнулся и подошел, а я едва сдержала порыв отступить назад.

  - Тогда надеюсь, примешь от меня небольшой дар. Этот камень напомнил тебя. Он излучает тепло, когда лучи солнца играют в его недрах.

  - И что это за камень?

  - Сердолик. В Индии считают, он усиливает внутреннюю энергию человека, а у тебя на родине ему приписывают тайные свойства любовного талисмана, но все это придумали люди. Для меня он напоминает огонь в твоих волосах.

Не с этого я хотела начать разговор и поэтому не знала, как себя вести. Пока Ник застегивал на моем правом запястье изящное украшение, я невольно залюбовалась переливающимися на свету камешками, но стоило снова посмотреть на лицо парня, как вспомнила, почему искала его.

  - Нам необходимо поговорить.

  - О чем?

  - О нас? О том, кто мы друг другу.

  - И кто же мы друг другу?

Сложнее разговора в моей жизни еще не происходило. Трудно разрушать чужую иллюзию, особенно если это касается того, кто тебе не безразличен. Испугавшись, что не смогу объясниться с ним и все останется, как прежде, а это неправильно, виновато опустила лицо вниз. В Нике было многое, о чем мечтает любая девушка, но если сердце молчит, это все неважно. Проведя пальцами по холодным камням браслета, я пыталась найти в себе силы, чтобы сказать правду, которую Ник вряд ли хотел услышать.

- Почему молчишь?

  - Подбираю правильные слова.

- Для чего?

- Ник! - его сердце стучало так близко, что я едва могла сосредоточиться на словах, которые говорила, - Все, что произошло в Сочи, это необдуманный порыв. Я дорожу нашей дружбой, но не уверена, что хочу развивать что-то более сильное.

  - Аврора, посмотри на меня.

Я медлила, но отступать было некуда, и пришлось посмотреть на него. Окунувшись в бездну темно-карих глаз, с едва заметными желтоватыми вкраплениями, почувствовала, как мир уходит из под ног.

  - Что ты видишь в моих глазах?

  - Не знаю...

  - Этот разговор необходим? В нем есть смысл?

  - Я не уверена, но не хочу давать тебе ложных надежд.

  - Аврора, то, что я чувствую и мне не до конца понятно, но пойми, как бы я себя не повел, ты не потеряешь во мне друга.

  - Тогда почему ушел сегодня и ничего не сказал?

  - Это не важно. Со своими эмоциями я справлюсь.

  - Но тогда зачем этот подарок?

  - Не ищи причины там, где ее нет. Пообещай мне одно - носить браслет или держать на видном месте. Это напоминание, что в твоей жизни есть не только судьба или предназначение, но и простая действительность в виде друзей.

  - И все?

  - Не все. Но пусть остается все как есть.

  - Ник, ты сам себя убеждаешь в осуществлении желаний, но при этом пытаешься доказать обратное.

  - И что с того?

  - Алекс сказал, что ты выбрал меня, и не сможешь легко отказаться, поэтому я и пытаюсь с тобой поговорить, но ты меня не слышишь.

  - Он прав, но сейчас это не важно. В нашей жизни идут перемены, и я более озабочен происходящим, чем тем, что чувствую к тебе. И я думаю, у тебя не последняя роль в будущем. Сконцентрируй внимание на этом.

  - И что же, по-твоему, должно произойти? Алекс не все рассказывает, а Леран вообще отказывается посвящать в подробности.

  - Они в чем-то правы. Еще рано тебя ввязывать в происходящее, но будь готова к изменениям, которые сейчас практически невозможно воспринять ни головой, ни сердцем.

  - Это относительно твоей сестры?

  - И ее тоже.

  - А Дон и Оливия?

- Ты о чем?

  Он удивился, и я сразу же догадалась, что Ник еще не в курсе того, что Дон приходил к реке.

  - Дон вчера побывал здесь.

  - Зачем он приходил?

  - Никто не знает. Все строят догадки, но причина одна - это Оливия.

  - Ты права. Но зачем он пришел сейчас… - Ник оборвал фразу, задумавшись о чем-то.

- Сейчас?

  - Что?

  - Ты сказал: «сейчас». Что это значит?

  - Ничего. Неправильно выразился. У нас и так множество проблем, а тут еще Дон.

  Уже не в первый раз Ник пытался уйти от ответа. Он не договаривал, и мне это не нравилось, тем более, после сообщения о предателе. Смутные сомнения взращивали в моей душе росток недоверия, но я отгоняла их, цепляясь за каждую мелочь, каждое мгновение, которое мы разделили с Ником на двоих. Да и не могла я ничего ему предъявить.

  - Аврора, ответь на один вопрос.

  - Какой?

  - Ты сказала Алексу правду?

  - Я еще не готова. И на это есть веские причины.

  - Какие же?

  - Тебя это никак не касается.

  - Хорошо. Но все-таки подумай о том, что он имеет полное право знать.

  - Почему все пытаются меня уговорить. У меня есть право на собственное мнение.

Вроде и друзья правы, а вроде и мое решение было верным. Все запуталось, и мне это не давало покоя. Я отошла от Ника, думая о том, что устала объяснять и доказывать, устала от внимания, хотелось послать всех и забиться в скорлупу одиночества.

- Аврора!

- Что?

- Ты не ответила на мой вопрос.

Я обернулась к Нику, не понимая о чем он.

  - Я спросил: кто - все?

  - Ты, Мари и Оливия.

  - Так об этом знаю не я один, тогда странно, как это еще Алекс не узнал.

  - Наверное, потому что я доверила секрет друзьям, и они ценят меня. Ты так не думаешь?

Его слова задели. Глупее предположения еще не слышала. Ведь это так очевидно и просто: доверить что-то друзьям. И хотя мы оба были правы, только каждый по своему, я не хотела принимать чужую правду, и не видела дальше собственных решений.

  - Ты права. Давай закроем этот спор. И мне необходимо сейчас уйти.

  - И куда же ты собрался?

  - Не у одной тебя есть тайны. Я вернусь через пару дней, или раньше.

  - Ты же только пришел?

  - Обстоятельства изменились.

  - Хорошо. Будь осторожен.

  Ник ничего не ответил и не попрощался. И я не сильно желала продолжать слишком затянувшийся разговор.

Чем ближе я находилась к Алексу, тем сложнее оказалось контролировать себя. Его эмоции часто доминировали над моими. И даже в эту минуту, не зная, где он и что делает, я чувствовала его раздражение, поэтому разговор с Ником и не заладился, изначально был предрешен закончиться не очень гладко.

ГЛАВА 17.

   Каждый день моей новой жизни приносил множество ответов, но вопросы накапливались с еще большей скоростью, и конца я им не видела. Катрин с ее зловещими планами, Дон и Оливия с их скрытыми надеждами, Ник с его недомолвками и, самое главное, Алекс. Все это тяготило и одновременно наполняло жизнь смыслом и стимулом продолжать бороться за место под небом.

Каждый из нас задавал один и тот же вопрос: "Что нас ждет?", - озвучивая его по-своему и подразумевая под ним разные проблемы, гложущие наши головы и души.

За всеми таинственными или фантастическими явлениями скрываются привычные для людей желания: финансовое благополучие, связи в высших кругах, любовь. Людей бы ужаснул сам факт существования оборотней, и никто из серой, испуганной и озлобленной толпы и не попытался бы задуматься, есть ли что-то хорошее в этих созданиях, умеют ли они любить и беречь. Мы отличаемся друг от друга, но придуманные нами же стереотипы реальной жизни заставили забыть о своей уникальности, поэтому такие создания, как оборотни, пугают. Но теперь я не принадлежала к большинству, превратившись в одно из темных пятен на белоснежном покрове жизни.

Я сидела на кровати, поджав ноги и упираясь подбородком в колени, и думала в одиночестве о тайнах и желаниях людской расы. Думала, что всё, что окружает людей: животные, природа, предметы - уже существуют, а мы, словно пластилин или глина, из которой получится личность, или выйдет что-то невзрачное, или темное до самого нутра.

  - О чем задумалась?

  Алекс стоял, облокотившись плечом о дверной косяк, и с легкой усмешкой в глазах смотрел на меня.

  - Как всегда о жизни.

  - Ты поговорила с Ником?

  - Да. Мы вроде пришли к согласию, но он тут же куда-то исчез.

  - В каком смысле исчез?

Алекс нахмурился, а мне пришлось почувствовать, как сильное чужое раздражение обволакивает и нарушает спокойствие.

  - Сказал, что через пару дней вернется… Вроде… Если не ошибаюсь.

  - Это интересно.

  Его что-то встревожило, и мне от этого легче не становилось. В такие минуты я проклинала нашу связь, мечтала о побеге, но знала, что нужно терпеть. Иного выхода не было.

  - Что же здесь интересного? Он не обязан сидеть на одном месте.

  - Но мог бы предупредить об уходе.

  - Не думаешь ли, что Ник и есть тот, кого вы так тщательно разыскиваете?

Я ждала ответа и наблюдала за Алексом: внешне он выглядел спокойным, как и всегда, но что-то его все же волновало. Не одного резкого движения, практически бесшумная походка. Он прошел в центр комнаты и обернулся.

  - Я не подозреваю Ника, но есть кое-что, о чем ты еще не знаешь.

  - Так поделись.

  - Помнишь помещение, в котором тебя держала Катрин?

  - Смутно.

  - Мы тогда заинтересовались этим зданием. Оно необычное.

  - Чем?

  - Не перебивай.

Его резкое замечание прозвучало неожиданно, но я промолчала.

- Само строение новое, и по нему видно, что создавалось специально для оборотня. Построили в глубине леса, до ближайшего населенного пункта - два дня ходу. Оно не принадлежит Катрин, именно поэтому она его выбрала, чтобы похищение приписали не ей, а Дону.

  - Дом принадлежит Дону?

  - Да. И именно то помещение, в котором тебя держала Катрин, устроено специально, чтобы человек мог выбраться, а оборотень нет. Видела люк в потолке?

- Да.

- Он запирался при помощи автоматического засова с таймером.

  - Если Дон создал такой бункер, значит хотел изолировать себя в полнолуние?

  - Скорее всего, да.

  - Но причем здесь Ник?

  - За последние полгода Ника не раз встречали с Доном. И как ты думаешь, кому из них двоих под силу создать подобный проект?

  - Ник! – я улыбнулась, потому что картина становилась более ясной. – Это многое объясняет. Алекс, ты же понимаешь это?

  - Да, но пока он скрывает от нас этот факт, в голову приходят разные мысли и не все из них хорошие.

  - Так вы подозреваете Ника или нет?

  - Нет, но не перестаем приглядывать и за ним.

  - Не будь таким недоверчивым. Ты сам же сказал, чтобы я доверяла тем, кого люблю, а выходит, что делаешь наоборот.

  - Я пытаюсь защитить семью, и если от меня что-то скрывают, то доверие уходит. Ты же ничего не скрываешь?

  Меня смутил пристальный взгляд Алекса, пронзающий до глубины души, и испугал вопрос. Скрывая от него всю правду о нашей связи, я не знала, как он отреагирует. Перестанет доверять как Нику или я смогу объяснить ему свое решение?

  - Нет!

  - Ну, что же, это хорошо. Кстати, я хотел узнать о твоих сновидениях. Научилась их контролировать?

  - Я и не пыталась, - заметив, что Алексу это не очень понравилось, поспешила разъяснить ему причину своей пассивности. - Алекс, я не уверена, что сновидения это мой дар. Скорее, так проявлялась наша с тобой связь. Но я больше не вижу тебя во сне.

  - Странно. Бабушка уверена, что твоя сила должна расти, но этого не происходит.

  - Почему же. Я намного быстрее двигаюсь и не так слаба, как раньше - могу за себя постоять. И…- я резко замолчала, прикусив слегка язык, а про себя подумала, что едва не сболтнула лишнего.

  - Что «И»?

  - Более четко различаю твои эмоции.

  - У зверя практически их нет. Оборотень не умеет видеть полутона, для него есть черное и белое! К тому же адреналин зашкаливает так, что думать о посторонних вещах не приходится.

  - Но ведь вы контролируете себя, поэтому ты не совсем прав!

Алекс подошел к окну и уставился на двор поселения, прижав пальцы к слегка запотевшему стеклу. По гладкой поверхности потекли крохотные капельки, оставляя за собой тонкий след.

  - Прав или нет, какая разница. Вспомни ту ночь, год назад. Я не смог контролировать себя, не различал где друзья, а где враги. Хотел одного: поработить всех, встать во главе, - Алекс замолчал на несколько секунд, но я знала, что он продолжит; ему необходимо было выговориться. - Раньше для оборотня убить не считалось чем-то ужасающим. Именно так мы защищали семью и стаю, но сейчас не те времена. Я вырос среди людей, а не монстров, и не боялся своей сути, пока не осознал, что забрал чужую жизнь. Та ночь открыла многое. Я хотел бы вернуть время назад и предотвратить то, что сделал, - он обернулся, прежде чем, договорил. - Хочу забыть и хочу, чтобы ты забыла!

- Но, я помню! Я также помню, что если бы не ты, меня бы здесь не было. Меня бы вообще больше не было!

  - Никто этого точно не знает. Давай заканчивать с тяжелыми воспоминаниями. Ты должна понять одно - оборотень не всегда думает, как человек! И это самое страшное.

Бывают в жизни мгновения: душа раскрывается, и ты вкладываешь в пару фраз весь смысл своего естества. Сейчас произошло именно это. Если бы Алекс знал, что я вижу его обман! Он показывал, что его слова не важны и к моим не относится серьезно, но глаза волка выдали правду – на мгновение они зажглись, как пламя.

  Я соскочила с кровати, подошла к Алексу и встала рядом. Он смотрел в пустоту комнаты, а я - на темнеющее небо. Я слышала его сердце, чувствовала тепло исходящее от его тела (мне подвластны силы зверя, хотя и родилась человеком), могла стоять рядом и ощущать, как в любимом существе течет жизнь, даже не дотрагиваясь до него. День подходил к концу, становился короче, чем ночь, и чем ближе приближались сумерки, тем тоскливее я себя чувствовала. Я думала о том, что должна что-то сказать, продолжить начатый разговор и, заметив, что Алекс пошевелился, спросила первое, пришедшее на ум.

  - У вас сегодня охота?

  - Скорее, обычная гонка. А что?

  - Мне многое надо сказать, и многое хочу услышать. Но стая, наверное, уже собирается за воротами.

  - Еще нет. Здесь пока что люди, а волки дремлют в нас. Я могу задержаться, это не столь важно. Ребята не заметят моего отсутствия.

Оставив без ответа предложение Алекса, я незаметно наблюдала за ним: «Интересно о чем же ты думаешь?». Он был спокоен, смотрел на лес за окном, затем, оттолкнувшись ладонями от подоконника, отступил на несколько шагов назад и спросил:

  - Так о чем же хочешь поговорить?

  - Твои беззвучные движения для меня не кажутся пугающими, как раньше.

  - Раньше?

  - Да. Это слегка раздражало, а теперь я могу практически также тихо и быстро перемещаться, как и ты.

  В доказательство я бесшумно проскользнула мимо, остановившись возле двери, и резко развернулась на сто восемьдесят градусов, чтобы насладиться его замешательством, но вместо этого самой пришлось удивляться: Алекс стоял позади, оставив между нами расстояние в несколько сантиметров. Все-таки как бы я не была сильна и насколько бы быстро не передвигалась - оборотень всегда опередит, именно поэтому они опасны.

  - Ты быстрая, но не настолько, чтобы обогнать меня.

  - Не язви. Я хотела показать, что не столь беззащитна, как раньше.

  - Ага. Хотела похвастаться, но не получилось. Не в этот раз, Аврора.

Алекс улыбнулся, а я едва не задохнулась от собственного желания, дотронуться до его лица, но сдержалась, прикрывшись очередным вопросом.

  - Хоть иногда ты сожалел, что отказался от лидерства?

  - Я не отказался, а проиграл.

  - Скорее уступил.

  - Как хочешь, так и называй. С меня снята ответственность за огромное количество жизней – это главное.

  - Так вот в чем основная причина. Ты боишься!

  - Боюсь? – Алекс нагнулся вперед, и его лицо оказалось слишком уж близко от меня. - Нет. Скорее опасаюсь.

  - Отойди немного.

Выдав себя с головой, постаралась выглядеть спокойной, но внутреннюю дрожь скрыть не удалось бы.

  - Смущаю?

  - А кому понравится остаться без личного пространства!

  - О, прошу прощения.

  Он отступил на несколько шагов, освобождая путь: хочешь - беги, а хочешь - оставайся. И я осталась стоять на месте. Крохотный огонек надежды подмигнул, говоря, что этот волк все еще может изменить свое решение, что еще есть шанс найти лазейку к его сердцу. Но как всегда кто-то или что-то вмешалось. Резкий стук входной двери прервал неуютное молчание, и в комнату влетела Мари, едва не свалив меня с ног.

  - Ты чего дверь подпираешь? Алекс, и ты здесь? А я вас повсюду разыскиваю. А Ник не с вами?

  - Ник покинул поселение, а мы с Авророй как раз общались насчет этого.

  - Он ушел??

  - Ушел, сестренка. Обиделся, что никто ему внимание не уделяет, и сбежал.

Мари взглянула на меня так, будто слова Алекса относились лишь ко мне.

- Не смотри на меня. Я уж точно не причем.

- Уверена?

- Да. И вообще…

Я хотела еще добавить, что нечего меня обвинять во всех тяжких, но Алекс нагло прервал:

- Так хватит! Потом разберетесь, кто причем, а кто нет. Мари, зачем ты искала нас?!

  - Тебя с Ником ждут у нас в доме.

  - Что-то все-таки случилось.

  - Вот именно. Но мой разлюбезный муж не хочет посвящать в ваши тайны. Алекс, ты скажешь своей единственной и любимой сестре, что вы опять затеяли без нас?

  - Не скажу!

  - Еще скажи, что это не женское дело.

  - Не женское!

  Наблюдая за перепалкой брата и сестры, я не упустила из виду тот факт, что есть информация, которую хотят от меня спрятать за семью замками. Относительно решения не впутывать Мари в происходящее, я была солидарна с ребятами, но скрывать информацию от себя не позволила бы. Расспрашивать Алекса или Лерана, как подсказывал опыт, было бесполезно, поэтому рискнула пойти на маленькую хитрость и узнать все тайком.

  Дождавшись, когда же мы все вместе покинем гостевой дом, и ни о чем не расспрашивая, я мило промурлыкала Алексу, чтобы не беспокоился о нас с Мари, и, подхватив за локоть подругу, потащила ее в сторону кухни, по дороге прошептав ей на ухо: « Ничему не удивляйся». Отойдя на несколько метров, я резко затормозила и оглянулась назад. Алекс скрылся из виду - можно было приступать к исполнению своего маленького плана по получению важной информации.

- Ты чего остановилась?

  - Иди на кухню, а я попытаюсь разузнать что-нибудь. Иначе мы всегда будем в неведенье благодаря двум волкам.

  - Если тебя заметят, то снова поссоритесь с Алексом. Может, не стоит этого делать?

  - Я не переживаю насчет ссоры, а вот насчет их планов, в которые нас не посвящают, стоит побеспокоиться.

Подмигнув заговорщицки подруге и не дожидаясь, пока она передумает, я быстро убежала к дому.

На улице никого не было. Обойдя здание с левой стороны, я подошла к запасному входу. Дверь чаще всего закрывали изнутри, но мне повезло: тихо скрипнув, она поддалась на толчок. Ветер приглушил звук, и темнота в небольшом коридорчике скрыла появление нежеланной гостьи. Я оказалась между двумя спальнями, в нескольких шагах от гостиной, из которой сейчас доносился голос Веркена. Прижавшись спиной к стене, я подкралась ближе и замерла, вслушиваясь в каждое слово вожака стаи.

  - Мы все знаем, что являемся необычными представителями, населяющими Землю. И кто бы ни был нашим предком или в чем бы не заключалась первопричина появления оборотней – ни что из этого не дает нам право угнетать более слабых представителей. Люди на протяжении многих столетий меняли Землю, ее структуру, существование. Они постоянно меняли себя и свои решения. Появилась письменность, искусство, технологии. И в тоже время происходили войны, появились новые виды болезней и мутаций, что также повлияло на окружающую среду. Мы не являемся идеальными представителями живого мира, потому что тоже причастны ко всему, что я перечислил. Но мы, из поколения в поколение, передаем друг другу знания и преданность к семье, мы утихомириваем в себе зверя, выпуская его на волю во тьме или когда в этом нуждаются близкие нам люди. Мы – оборотни (не совсем люди и не совсем звери), и таких, как мы, множество, но все же нас меньше, чем обычных людей. Возможно, в этом и заключается наша сила для борьбы со звериными инстинктами.

  - Можно и не повторять то, что знает каждый из нас и впитал в себя с молоком матери и кровью предков.

  - Алекс, ты лидер. В этом никто не сомневается, но поспешность приводит тебя к вечной борьбе с сами собой. Сколько раз ты подходил к опасной черте? Молчишь? И правильно! Пришла пора вспомнить, потому что наступает угроза для многих, и она не пришла со стороны. Для вас не секрет, что Черная Волчица собирает собственную стаю, к которой притягиваются все, кто хочет жить за рамками гуманных правил. В ее стае нет родства крови, нет любви и преданности. Катрин выбрала правильную тактику. Она всегда была умна, но тьма, поглотившая ее, направляет этот разум против собственной семьи и друзей. Мы являемся самыми сильными и страшными хищниками на планете, по крайней мере, на суше, поэтому Катрин приближает к себе не людей, а себе подобных. И именно нам предстоит противостоять напору той, что была частью нас, ради спасения жизней и сохранения тайны существования нашего вида.

Веркен завершил свой нравоучительный монолог, и в разговор вступили остальные. Но ничего нового я так и не узнала. За Алексом тоже оказалось бессмысленно наблюдать – чрезмерно спокоен. Он изредка напоминал о себе, отвечая немногословными фразами на вопросы товарищей, пока Веркен не втянул его в общую дискуссию.

  - Алекс, ты узнал, зачем приходил Дон?

  - К сожалению, нет, но согласен с мнением большинства: основная причина его внезапного появления - это Оливия. Она же молчит и не желает ничего обсуждать.

  - А где Ник? Алекс, я думал он с тобой.

  - Он ушел.

  - Надеюсь, он объяснит свой внезапный уход. Но сейчас меня больше волнует другое: что делать с Авророй?

  Услышав свое имя, я замерла. Разговор, наконец-таки, приобрел более интересный поворот.

  - Ты о чем?

  - О ее способностях. Она научилась их контролировать?

  - Скорость и силу - да. Вроде неплохо различает мои эмоции, но видеть происходящее, находясь в другом месте - нет!

  - В чем же причина?

  - Не уверен, что могу ответить на твой вопрос. Но думаю, она, сама того не осознавая, прячется от своих способностей.

  - Тебе необходимо переубедить ее.

  - Я постараюсь. Но останусь при своем мнение: это не защитит ее, и изменит привычный для нее образ жизни.

  - Алекс, мы все понимаем твое желание уберечь Аврору от лишних проблем, но с твоим мнением не согласимся. Как раз ее способности в будущем спасут многих.

  - Интересно, как ты себе это представляешь? Она видит события связанные со мной. Причем здесь остальные?

  - Варгана уверена, что Аврора способна на большее.

  - Этому подтверждения нет, и я не стану заставлять ее тратить свою жизненную энергию на способность, о которой мы ничего не знаем.

  - Прекрати считать Огненную Волчицу беспомощной девочкой. Ваша связь - это ваша сила, и только ты сможешь помочь ей достичь большего.

  Алексу не нравился разговор, он едва сдерживал раздражение. В нем сейчас бушевала буря, и причиной тому была я. Когда он так злился, в его зрачках загоралось пламя, но сейчас я этого не видела. Да и не хотела видеть! Хватало и эмоций, овладевающих мной помимо воли.

Он ничего не ответил, или не захотел, или не успел, потому что в спор между друзьями вмешался Леран:

- Ребята хватит устраивать здесь битву между альфами. А тебе Алекс, все равно придется выполнить просьбу Веркена. Заметь, я не говорю, что это приказ вожака. Это наша общая просьба. Для всех будет легче, если Аврора станет сильнее.

  - Предлагаешь нянчиться с ней?

  - Нет. Стань для нее тем, кем сам захочешь!

  - А если я никем не хочу?!

  - Вот только не надо обманывать самого себя. Ты наблюдаешь за каждым достижением, за каждым шагом Авроры.

  Алекс не ответил Лерану и вышел из дома, а я, решив, что всё равно большего не узнаю, выскользнула на улицу, прикрыла дверь и обернулась. На улице ждал сюрприз: мой «ненаглядный» волк, и я едва не уткнулась ему в грудь.

  - Всё услышала?

  - Почти.

  - И что же повторить? Что упустила?

  - Не знаю. Может, сам расскажешь?

  Лучшей защитой, как всегда, было нападение, чем я и воспользовалась, но Алекса это не остудило, а произвело обратный эффект. Он схватил меня за плечи и, сильно сдавив, прижал к стене, словно тряпичную куклу.

  - Ты перестанешь совать свой хорошенький носик туда, куда не просят?!

  - Считаешь мой носик хорошеньким?

  Ничего определенного я не подразумевала под сказанными словами, просто хотела немного смягчить напряжение. Злость исчезла, сменившись секундой удивления, а затем спокойствием. Он отодвинулся на пару шагов назад, отпустив меня и предоставив возможность собраться с мыслями. Его зрачки светились в темноте, но меня это не пугало, скорее наоборот - притягивало.

Я ждала, что, как и прежде, он нахамит или съязвит, но Алекс повел себя иначе. Вроде ничего не значащая фраза, но иногда одно слово имеет власть над человеком:

  - Хорошенький. И не он один.

  - Что же еще?

  - Всё! Мне нравится всё, кроме твоего упрямства. Ты как дикая кошка: красивая, но в руки не даешься. Я не знаю, хорошо это или нет.

Услышать подобное в тот момент, когда поверил в обратное, – это как стоять на распутье и не знать, куда свернуть.

  - А чего бы ты хотел?

  - Что бы ты оставалась прежней!

  - Я и остаюсь.

  - Но твоя сила способна изменить любого человека.

  - Она дополняет, но не изменит мою сущность полностью. Я всегда буду такой, как и раньше, как два года назад при нашей первой встрече.

  - Надеюсь на это. Леран прав. Я не могу прекратить наблюдать за тобой.

  - И что?

  - Ничего.

Он отвернулся и посмотрел в сторону ворот. В Алексе росло нетерпение; лес звал свое дитя; волк больше не желал находиться внутри.

  - Охота?

  - Да.

  - Жаль.

  Посмотрев туда же, куда устремился взор Алекса, я увидела только лес, погруженный в темноту, но для него это значило намного больше, чем несколько километров сырой земли и деревьев. Я завидовала этой ночи, она сопровождала зверя, которому я бы хотела отдать свою свободу.

Но что-то неожиданно изменилось. Постороннее чувство впилось в меня, и я знала, кому оно принадлежит, но не могла дать ему четкого определения: жгучее, как огонь, приятное и волнующее. Зажмурившись на миг, как будто меня ослепили, потерялась в собственных мыслях, а открыв глаза, испугалась реальности. Это не был страх, скорее неожиданность. Меня загнали в угол, применив то, чего я желала, но хотела бы избавиться. Алекс сократил безопасное расстояние, оставив всего пару сантиметров. Мне снова пришлось прижаться спиной к стене и услышать, как быстро бьется сердце оборотня. Уставившись на его губы, я замерла. Как же захотелось наплевать на все свои сомнения и поцеловать его.

Время превратилось в вечность ожидания, но Алекс отодвинулся и, слегка усмехнувшись, развернулся и пошел прочь.

  - Алекс!

  Дикое уныние вонзилось в голову. Неужели снова ничего не предприму? Но не теперь. Вихрь проскользнул сквозь меня, и я почувствовала прохладу ветра, скользящего вдоль каждого изгиба тела. Воздух сопротивлялся быстрым движениям, но я привыкла к этим ощущениям молниеносного передвижения. Прошло мгновение, и вновь ощутила тепло, исходящее от Алекса. Мне хватило храбрости осуществить желаемое и остановить волка на полпути к свободе.

  - Ты же испугалась. Зачем остановила?

  - Я испугалась своих желаний, а не тебя.

  - Своих желаний, - он улыбнулся, - необычно звучит. И что же?

  Больше нечего было терять, и я не хотела отпускать мгновение, которое ускользало от меня всю жизнь. Всматриваясь в лицо Алекса, искала в нем ответы на все вопросы прошлого, будущего и, самое главное, - настоящего. Он улыбался, а я теряла самообладание, оно ускользало, как песок, просачивающийся сквозь решето.

  - Не хочу, чтобы между нами осталась недосказанность или недоверие.

Слова сами сорвались с губ. Я упустила момент. Сердце тоскливо заныло, прощаясь с единственным шансом. Мир покрывался серыми тенями, растворяя ожидания в мутной каше разочарования в самой себе.

Опустив голову, подумала о том, что вся моя бравада исчезает, если это касается Алекса, но он изменил все одним единственным поступком, на который я не смогла решиться самостоятельно: его рука коснулась моего подбородка и приподняла лицо. Время остановилось, ровно на столько, чтобы я приняла действительность. Губы Алекса прижимались к моим. Поцелуй, такой обычный и такой желанный, пронзал сознание своей реальностью; словно тайфун, вначале легкий и завораживающий, с каждым вдохом усиливал напор и подавлял сознание, порабощая и даря жизнь. Два потока желаний (свое и чужое), закручивающиеся в водоворот – это невероятно сильное ощущение, неподвластное людскому разуму.

  - Так ты не боишься?

  - Нет. Но, что теперь будет?

  - Ты о чем?

  - О нас?

  - Мы и дальше будем жить.

  Я не ожидала такого ответа и не могла прочесть в эмоциях Алекса, о чем же он на самом деле думает.

  - Аврора, пообещай не вмешиваться в происходящее.

  - Я и не вмешиваюсь. Просто хочу быть осведомленной. Неужели так много прошу?

  - Иногда ты просишь слишком много, но постараюсь впредь не лишать тебя информации. Я ошибался, думая, что если ты будешь жить прежней жизнью, то это убережет тебя от действительности.

  Слушая Алекса, я думала совсем об ином. Я уже скучала по его губам.

  - Почему молчишь?

  - Я? Прости, слегка задумалась.

  - О чем же?

  Я хотела ответить, но подходящих слов не нашлось. Ветер и тот мог нашептать то, что я хотела бы сказать, но разобрать его подсказки было невозможно. Протянув руку к Алексу, провела пальцами по колючей щеке, затем по слегка обветренным губам. Горячий, как в лихорадке, но это обычная температура для оборотня, хотя сейчас казалось, что он горит изнутри. Приподнявшись на цыпочки и прикрыв глаза, поцеловала его, чтобы вспомнить мгновение, пронесшееся совсем недавно. Еще шаг, и он ответил с жадностью голодного зверя, прижав к себе. Почувствовав боль от объятий оборотня, попыталась отодвинуться, но Алекс еще сильнее притянул к себе, и я услышала глухое рычание. В нем пробуждался зверь. Я смогла вырваться и прошептать:

- Мне больно.

Алекс не отпустил, но уже контролировал себя.

  - Прости, - его губы прижались к моему виску. - Хочешь знать, что ж дальше будет с нами?

  - Да.

  - Все, что мы сможем создать и не разрушить!

  Невдалеке послышался громкий вой - вожак созывал стаю, и в этот же момент хлопнула открывшаяся дверь. От звука я аж нервно дернулась. На улицу вышла Мари, хотя я не ожидала, что она уже вернулась с кухни. Я попыталась отодвинуться от Алекса, не зная как себя вести, но он, вместо того, чтобы помочь сгладить неловкую ситуацию, притянул к себе еще ближе и поцеловал в шею. Мари что-то тихо прошептала, но я не расслышала ее слов, а Алекс вместо ответа подмигнул сестре и только после этого соизволил оторваться от меня, но из рук все равно не выпустил.

Наверное, надо было что-нибудь сказать, хотя, что можно в подобной ситуации говорить, лучше уж промолчать. Подруга решила сказать за меня:

- Алекс, тебе надо идти.

- Иду.

  Он нехотя отпустил меня и, отойдя на пару шагов, начал освобождаться от одежды, которую собирался оставить дома. Разулся, снял рубашку и посмотрел на сестру, протягивая ей вещи, но Мари улыбнулась и, кивнув в мою сторону, сказала, чтобы отдал их мне. В этом не было ничего невероятного, но сейчас каждая мелочь была очень важна. Я едва не вырвала из его рук рубашку и потянулась за обувью, но Алекс рассмеялся и спрятал их за спиной.

- Не дам. А вдруг потеряешь.

- Алекс!

- Ладно, - протянул мне кроссовки, - держи.

Забрав вещи, хотела отойти к дому, но Алекс снова остановил и притянул к себе. Губы прижались к моим, затем коснулись щеки. Мысли, как бабочки разлетелись во все стороны.

- Прекрати. Тебя ждут.

- Прекратить? Как скажешь.

Он притворно нахмурился, но я не успела ничего ответить, как снова получила поцелуй, и только после этого Алекс скрылся в темноте. А я еще несколько минут смотрела вдаль, надеясь, что увижу промелькнувший силуэт волка.

  - Так и будешь стоять здесь и мерзнуть? Ветер усиливается.

  В голосе Мари проскользнула легкая ирония, но она не тот человек, который позволил бы себе лезть в чужую душу без разрешения, поэтому не расспрашивала и не подшучивала. Подруга хотела, чтобы я и ее брат сошлись, как пара, и это свершилось, теперь Мари будет оберегать наше счастье, как хрустальный шар с драгоценностью внутри.

  - Мари, ты веришь в то, что видела? Это правда или я сплю?

  - Если я не плод твоего воображения, то не спишь. Но верить необходимо не мне, а тебе. Ты же у нас всегда сомневаешься, - улыбнувшись, Мари распахнула дверь, и легкий желтоватый свет от лампы из прихожей заструился на улицу, освещая три ступени и мою подругу, стоящую на самой верхней из них. – Ладно, об этом поговорим позже. Пойдем в дом.

  - Я пойду в гостевой.

  - Нет, Аврора. Ты должна дождаться Алекса в нашем доме. Оборотни на хранение отдают свои вещи близким - это давняя традиция. Она ни на что не влияет, но указывает на крепкую связь.

  - А если усну?

  - Разбудит. Не переживай.

  Прижав к груди рубашку Алекса, я поднялась в дом.

Мы долго сидели в гостиной, вспоминая мелочи из прошлого. Мари рассказывала новые шалости своего малыша и сравнивала сына со своим братом. Подруга часто повторяла, что Мел похож обличьем на Лерана, а характером и проделками на Алекса.

Давно наступила полночь, но я упорно продолжала бороться со сном, чтобы увидеть рассвет и почувствовать, как волк возвращается домой.

  - Уже поздно. Давай постелю тебе здесь. Или хочешь, ложись со мной? Леран и Алекс разбудят.

  - Я с тобой. В доме холодно. Ветер совсем разбушевался снаружи и выдувает все тепло.

  - Это точно. Никто не предполагал, что так резко похолодает.

  Спальня Мари и Лерана, так же как их дом в Редсити, всегда выглядели уютно. Подруга обожала различные милые безделушки и украшала ими все комнаты. Она привозила статуэтки со всех мест, где побывала, покупала игрушки ручной работы и любила вязаные вещи: от покрывал до салфеток.

Укутавшись в одно из таких покрывал, мы прижались друг к другу, чтобы быстрее согреться. Мари уснула, а я ворочалась с боку на бок, думая об оборотне, бегущем по темному лесу в окружении стаи. Алекс напоминал ветер: такой же неугомонный, непреклонный и требующий повиновения, но иногда нежный и ласковый, как легкий морской бриз в закрытой гавани или на пустынном берегу. Я думала о его серых глазах, наполненных эмоциями, мечтала о губах и сильных объятиях, но также думала о том, что наступит новый день, и неизвестно, что он принесет.

  Сон пришел незаметно, окутал, согрел и отнес в мир грез, где сплелись воедино картины из желаний и реальности. Лес, окутанный ночной тьмой и легким предрассветным туманом; непокорные кроны деревьев, борясь с ветром, клонились к земле; серебристого окраса волк бежал вперед, оставляя за собой километры. Я так хотела, чтобы он принадлежал мне, а не лесу или стае, хотела владеть им полностью и безвозвратно, но даже во сне это было мне не под силу. Потом снились первые отблески рассвета, едва заметные в густой тени деревьев, и стая, возвращающаяся под кров родного дома. Эти великолепные сны делали меня частью чужой жизни. А затем наступила темнота, картинки исчезли, и я ушла в никуда, но ненадолго. Сквозь сон услышала тихий шорох ткани и почувствовала, как чьи-то горячие пальцы касаются моего лица. Уткнувшись носом в одеяло, уловила легкий аромат хвои.

  - Спи, моя Волчица.

  Это было так прекрасно - слышать его голос, слышать эти слова. Но я вдруг поняла, что не сплю, и то, что услышала, не вымысел из мира Морфея.

  - Аврора, ты дрожишь. Тебе холодно или страшно?

  - Страшно.

  - И чего же боишься?

  - Что проснусь...

  - Но ты и так уже проснулась. Неужели сон лучше, чем реальность?

Я улыбнулась и открыла глаза. Алекс бережно прижал к себе и отодвинул одеяло в сторону, чтобы увидеть мое лицо.

  - Реальность лучше. Просто спросонья испугалась, что если проснусь, то не увижу тебя рядом.

  - Не хотел будить, - сощурившись на мгновение, Алекс хитро ухмыльнулся и добавил: – Это не правда, я хотел, чтобы моя Огненная Волчица проснулась поскорее и увидела меня. Но не думал, что это ее напугает.

  - Я боюсь, что ты исчезнешь, как дымка при первых лучах восходящего солнца.

  - Поэтично. Наверное, малышка еще не совсем проснулась.

  - А ты докажи, что не сон.

  - И как же это сделать? Ущипнуть или ...?

  Улыбка не хотела сползать с моего лица, словно приклеилась, и меня это забавляло. Прижавшись к Алексу еще крепче, положила ладони на его грудь. В голове настырно звенели одни и те же мысли: «Почему не поцелует? Почему он так спокоен и ничего не предпримет? Сделай хоть что-нибудь!» - но он только улыбался и наблюдал: то ли за моими эмоциями, то ли за тем, как я извожу себя.

  - Ты улыбаешься и молчишь. О чем думаешь?

  - О тебе...о себе...

  - И что надумала?

  - Ничего определенного. Наслаждаюсь настоящим.

  - Наслаждаешься? И тебе этого достаточно?

  - Нет. Я хочу большего, но сейчас мне хорошо, тепло и легко, - как всегда ляпнула явно не то, о чем думала, показала насколько пай девочка, аж самой противно.

  - Я рад. Хочешь большего или поспим немного? Я устал.

  - Могу уйти, а ты выспишься.

  Приподнявшись, высвободилась из его рук, чтобы показать серьезность своих намерений. Я и вправду бы ушла, чтобы дать ему отдых и покой, но это было неприемлемо ни для меня, ни для него.

  - Не ожидал услышать подобную глупость.

  - Я еще не проснулась.

  Мы рассмеялись от моей неуклюжести, и я вернулась обратно, поближе к своему волку, а когда почувствовала, что левая рука слегка занемела, отодвинулась в сторону, не заметила, как провела по груди Алекса браслетом.

  - Что у тебя на руке?

  - Браслет из сердолика.

Приподняв руку, показала украшение из оранжевых камней. Они не мерцали в полумраке, выглядели невзрачными, но я видела их другими, потому что в голове всегда сохраняется образ яркой картинки, а не серого пятна.

  - Красивая вещица. И кто же его подарил?

  Я замялась с ответом, не зная, как отреагирует Алекс на то, что даритель Ник. В такие минуты понимаешь, насколько счастье хрупкое, и как легко потерять то, чем дорожишь больше жизни!

  - Друг.

  - И кто же этот друг, что снабдил тебя оберегом?

  - Оберегом?

  - Именно. Не знала? В наших поверьях ходят истории о том, как оборотень надевает браслет человеку, чтобы уберечь его.

  - Я не слышала о таком. Значит, меня хотят уберечь. Но ты сможешь это сделать и без браслета?

  - Я это и так делаю.

  Алекс поцеловал мое запястье с внутренней стороны и улыбнулся.

  - Твои глаза опять светятся, но в комнате не так уж и темно.

  Я замерла, почувствовав поток его желания. Теперь знала с чем сравнить эти эмоции - со своими, и уже никогда бы не спутала их с какими-нибудь другими. Волк хотел получить свою Волчицу. Легкая дрожь прокатилась по всему телу: от кончиков пальцев на ногах, до корней волос на макушке, как легкий разряд тока, совсем незначительный, но ощутимый. Я, наконец, дала волю своим инстинктам. Пусть они лишь физические, но что делает людей более уникальными созданиями, по сравнению с животными? Мы подчиняемся инстинктам, заложенными с рождения в каждой клеточке наших бренных тел, но при этом умеем чувствовать и наслаждаться. Для нас с Алексом это было как доказательство нашей связи, которую мы не хотели принимать, желая сохранить индивидуальность и свободу.

  Я прекратила думать о будущем, забыла прошлое, потому что настоящее поглотило всецело. Алекс старался быть нежным, но зверь внутри него провоцировал на грубость. Приходилось его отталкивать, показывая, что мне больно. Силу оборотня контролировать трудно, а в сочетании с пламенем желания она становится необузданной страстью. Но вскоре я прекратила замечать даже это, чувствуя жар его кожи, который не мог обжечь.

Самое прекрасное в нашей связи - не задумываться о чувствах партнера, мы читали друг друга без слов, благодаря связи. Нам могли завидовать языческие Боги, потому что им не даровали чуда иметь связь с теми, кто поклонялся им веками.

ГЛАВА 18.

 Эгоизм непредсказуем, но он - неотъемлемая часть каждого, пускай ты добр, честен или самодостаточен, поэтому ни одно хорошее качество, ни даже все добродетели мира, не искоренят его. Эгоизм всегда будет частью нас, в мизерной или масштабной форме, и найдет выход для своего появления хотя бы один раз в жизни каждого взрослого или ребенка. Именно об этом я должна была вспомнить, но вместо этого выпустила его наружу, как все. Я отнимала у Алекса каждую свободную минуту, обижалась, если не обращал на меня внимания, дергала по пустякам, следила за каждым его шагом и совсем позабыла об остальных. Меня не заботило исчезновение Ника, страдания Оливии и Дона, или затаившаяся где-то Катрин с ее волчатами.

Я полностью погрузилась в новый виток своей жизни. И этот вечер не был исключением. Наслаждаясь прохладой угасающего дня, я наблюдала за приготовлением костров. Холода наступали на пятки теплу, и здесь, среди темного леса, возле реки, это ощущалось более явственно, чем в городе. Вскоре небо зажжется мириадами небесных светил, и все вокруг покроется мраком, но пламя разорвет тьму и принесет тепло и свет в наш маленький закрытый мирок.

Возможно, сегодня услышу пение Алекса, под мелодичные аккорды гитары. Далеко вглубь леса разнесутся звуки забытой мелодии, и я буду немым слушателем, жаждущим занять место инструмента под его руками.

  - Тебе еще не надоело поедать взглядом моего брата? - Мари легонько толкнула меня под локоть.

  - Боюсь, как бы твоему брату не надоело мое внимание.

  - Не говори глупостей. Вы же как два голубка. Хотя нет! Я не совсем правильное подобрала определение. Вы, как два молодых волчонка: следите друг за другом и кусаетесь, а потом принюхиваетесь.

  Подруга не ошиблась. Счастливее себя я еще не чувствовала. Я наблюдала за каждым движением своего оборотня, за каждым новым потоком его эмоций: вот Алекс нахмурился, потом взглянул в нашу сторону и улыбнулся. Пора было привыкнуть к переменчивому характеру, но меня это в нем до сих пор удивляло.

Помахав Алексу рукой, поманила к себе. Он улыбнулся в ответ и перепоручил Своли разжигание последнего костра. Мальчишка недовольно насупился, наверное, надеялся сбежать от этого занятия, но догадавшись в чем причина, вернее в ком, прошептал что-то своему старшему товарищу на ухо, и они оба рассмеялись.

- Интересно, над кем они потешаются? – бросив беглый взгляд в сторону Мари, снова посмотрела на ее брата, уже приближающегося к нам. – Алекс такой милаха, когда улыбается.

- Ага. Если бы чаще смеялся, то …

Мари не успела договорить, потому что Алекс уже подошел.

  - О чем беседуете, милые барышни?

  - О вас с Авророй. Что такого смешного сказал Своли?

  - Не поверишь. О том же. О нас с Авророй.

  - Неужели мы с тобой такая смешная тема для разговоров?

  - Этот непоседа сказал, что Огненная Волчица посадила дикого пса на цепь.

  - Разве ты дикий пес? Скорее волк-одиночка.

  - Уже не одиночка. Аврора, не боишься, что я твой последний выбор в этой жизни? Не зря же говорят: «Волки выбирают себе пару на всю жизнь».

  - Не боюсь!

  Алекс присел на корточки и взял мои ладони в свои. От его прикосновений хотелось мурлыкать.

  - Опять руки холодные, как у лягушонка.

  - Это же не всегда.

  - Я знаю…- он не договорил и улыбнулся, смутив меня своим поведением.

  - Ребята, вы соизволите вспомнить о моем присутствии?

  - Прости, сестренка. Я слегка отвлекся.

  - Ой. Не прибедняйся. Не слегка, а полностью. Вы тут грейте друг друга, а я мужа поищу.

  - Леран у ворот.

Мари ушла, предоставив нам еще одну крохотную возможность побыть вместе.

  - Будешь сегодня петь?

  - А ты хочешь?

  - Хочу.

  - Для тебя буду. Что-нибудь еще хочешь?

  - Тебя.

  - Сейчас?!

  - Всегда. Я хочу, чтобы ты всегда был со мной.

  В этой простой фразе заключалась вся истина моего существа, но Алекс отреагировал совсем не так, как я ожидала: нахмурился и еще крепче сжал мои ладони.

  - Я сказала что-то не то?

  - А как же Россия? Как же твоя жизнь?

  - Алекс, ты же знаешь, я ничего не требую и придерживаюсь свободы, так же как и ты. Это желание, которое существует лишь в настоящем. Что может произойти дальше, никто не знает.

  - Вот именно.

  Он опустил голову, и я загрустила. Впервые за несколько дней ко мне вернулись сомнения: «Правильно ли то, что происходит между нами? Есть ли у нас будущее?» Я хотела быть счастливой, как все, но счастье любимого человека дороже собственного. А я не знала, счастлив ли Алекс со мной. Ведь он привык к свободе, дорожил ею, и сейчас в его словах прозвучало напоминание об этом.

Может, надо было продолжить тяжкий разговор, вывести и себя, и Алекса на откровение, но предпочла перенести его, отложить до более подходящего момента, если таковой вообще настанет.

  - Что слышно о Доне?

  - Ничего.

  - А Оливия что-нибудь говорила?

  - Молчит.

  - Ты пытался с ней поговорить?

  - Не вижу в этом необходимости.

- Как думаешь, Дон завтра появится?

- Я бы не удивился.

После этого разговора, вечер прошел очень спокойно, даже как-то через чур спокойно. Ночь была более захватывающей, а вот следующий день пролетел незаметно. Но ближе к закату в поселении усилилось общее волнение – полнолуние наступало. Оборотни готовились к предстоящей охоте; им с каждым часом становилось все сложнее удерживать в себе зверя. Подростки нервничали, особенно те, для кого это была первая полная луна. И Мари вела себя как-то непривычно: с утра не отходила от Лерана, смотрела так, будто отправляла не на охоту, а на войну.

  - Мари, что происходит? Ты весь день нервничаешь.

  - Можешь считать меня паникершей, но я боюсь.

- Перестань. Все пройдет как всегда.

  - Надеюсь. Но у меня есть просьба к тебе.

  - Слушаю.

  - Наблюдай за Алексом.

Я улыбнулась и, погладив подругу по плечу, произнесла:

- Хорошо. Но я давно не практиковала свои переносы. Может и не получится.

- Все равно. Постарайся. Очень прошу, - Мари выглядела испуганной, и не на шутку.

  - Успокойся. Вряд ли это понадобится. Да и моя способность…- услышав сильный гвалт, я замолчала и оглянулась в сторону ворот.

Возле выхода собралась толпа, ожидающая прихода Веркена. Вожак в сопровождении Лерана, Алекса и Ника показался из-за угла своего дома.

- Ник вернулся?

- Да. Примерно час назад.

- Он присоединится к стае?

- Да.

- Странно. Ник говорил, что избегает подобных сборищ.

- Иногда делает исключение. К тому же в его городке не так много оборотней, как в нашей резервации, и среди них нет альфы, поэтому Ник с первого своего превращения признал в Веркене вожака.

Взглянув еще раз на Ника, обратила внимание на то, что парень выглядел, мягко выражаясь, подавлено и держал дистанцию между собой и Алексом.

  - Алекс и Ник до сих пор не помирились?

  - А что ты можешь на это сказать по эмоциям моего брата?

  - Среди его эмоций нет доминирующих. Спокоен и всё.

  - Постарайся. Это важно.

Я посмотрела на подругу. Хотела еще раз спросить, почему она так себя ведет, но решила пока не усугублять ее состояние.

  - Зол. Раздражен. Что-то еще... Не знаю… - кое-что в том, что почувствовала, мне не понравилось, но я не озвучила этого вслух. - Пойду, поговорю с ребятами.

  - Не надо. Они уходят.

Обернувшись, увидела, что площадка опустела, задержались только Леран и Своли. Они уже успели запереть ворота и поднимались по приставленной к забору лестнице, чтобы покинуть территорию поселения.

- Почему мы сами не задвинули засов?

- Его всегда запирает кто-нибудь из ребят – очень тяжелый.

- Но зачем?

- Чтобы обезопасить женщин.

- В каждом доме есть ружье и, насколько мне известно, женщины в племени стреляют не хуже профессиональных охотников.

- Да. Но…- Мари замялась, не зная как ответить, но я догадалась и без слов.

- Защита от оборотней? Поэтому забор такой высокий и засов тяжелый?

Подобная мера предосторожности была необходима, но почему-то я подумала о том, что причина – не защита от чужаков, а от своих же, и от этой мысли стало как-то не по себе. Все же оборотни - хищники, и никто не знал, насколько сильней окажется их животная часть, по этой причине каждый в стае оберегал семью, как мог, даже от себя.

- Алекс превратился?

- Да. Не беспокойся, это не первая луна, и не последняя, - я улыбнулась, чтобы хоть как-то подбодрить подругу, но она не слышала ничего кроме своего беспричинного страха. – Пойдем.

Затянув Мари в дом, я понадеялась, что тепло и горячий чай успокоят ее, а утром все закончится, но она ходила из угла в угол, часто выглядывала в окно, прислушивалась и ни в какую не хотела ложиться спать.

- Успокойся.

- Не могу.

- Тогда давай поговорим.

- О чем?

- Ну, например, что скрывает Ник.

  - А разве он что-то скрывает?

  - Его исчезновение наводит на такие мысли. А тебя разве нет?

  - Нет. У человека множество причин, чтобы исчезать и появляться, а у оборотня еще больше.

  - Но Алекс на него за это зол.

  - Они друзья, и сами разберутся. Как там Алекс? Что чувствуешь?

  Я прислушалась, но эмоции зверя не такие красочные, как у человека, поэтому ничего конкретного не смогла сказать:

  - Поглощен охотой. Адреналин зашкаливает, но ничего определенно.

  - Странно. Наверное, выжидает?

  Пожав плечами, показала, что не знаю ответа на этот вопрос.

  Время летело. Ярко желтый круг луны светил на безоблачном черном небе, приближалась полночь. Я сидела на подоконнике, любуясь ночным пейзажем. Не оборачиваясь, спросила:

  - Как думаешь, вернутся на рассвете или нет?

  В ответ прозвучала тишина. Посмотрев в сторону кресла-качалки, в котором сидела Мари, я увидела, что подруга мирно посапывает, укутавшись в плед. Сейчас она выглядела еще миниатюрнее, чем всегда. Дитя, пригревшееся на руках у матери.

Потянувшись руками вверх, размяла занемевшие косточки. Спать не хотелось, хотя и было поздно. Придвинув громоздкое кресло к окну, уселась в него и положила подбородок на ладони, облокотившись локтями о подоконник.

Мне хотелось провести эту ночь, любуясь желтоватым сиянием небесной красавицы, ведь в ней могла заключаться сила, связавшая меня с оборотнями. Совсем недавно с трудом открывала крышку у банки, а теперь могла без посторонней помощи передвинуть небольшой диванчик - это удивляло и забавляло одновременно. До сих пор не верилось, что изменения, произошедшие со мной, останутся на всю жизнь и не испарятся так же внезапно, как появились, но от этого мой мир не стал хуже, а, наоборот, лишь лучше.

Думая обо всем этом, я упустила момент, когда на смену бодрствованию пришел сон: «_ГЛАЗА ПРИВЫКЛИ К ТЕМНОТЕ. ЯРКАЯ ЛУНА ОСВЕЩАЛА УТОПТАННУЮ ТРОПКУ, ПЕТЛЯЮЩУЮ СРЕДИ ДЕРЕВЬЕВ И КУСТОВ. НО Я НЕ СЛЫШАЛА ЛЕСНЫХ ПРИГЛУШЕННЫХ ЗВУКОВ, ТРЕСКА СУХИХ ВЕТОЧЕК ПОД НОГАМИ И НЕ ОЩУЩАЛА ПРОХЛАДЫ ОСЕННЕГО ВОЗДУХА, СЛОВНО ПРЕВРАТИЛАСЬ В ТЕНЬ, ОТДЕЛИВШУЮСЯ ОТ СВОЕГО ГОСПОДИНА И НЕПРИКАЯННО БРОДЯЩУЮ ПО ЗАМЕРШЕМУ ЛЕСУ. ПРОБИРАЯСЬ ПОД НИЗКО НАВИСШИМИ ВЕТВЯМИ, ШЛА ВПЕРЕД, ПОКА НЕ ЗАМЕТИЛА, ПРОМЕЛЬКНУВШУЮ ПАРУ ОГОНЬКОВ – ЭТО БЫЛ ЗВЕРЬ. ОН КРАЛСЯ, СКРЫВАЯСЬ В КРОМЕШНОЙ ТЕМНОТЕ И ИЗБЕГАЯ ОТКРЫТЫХ МЕСТ, ТАМ, КУДА ПОПАДАЛ ХОЛОДНЫЙ СВЕТ ЛУНЫ. _

 _ И ВОТ ВПЕРЕДИ НЕБОЛЬШАЯ ПОЛЯНА, НА НЕЙ СТОИТ ОГРОМНЫЙ ВОЛК И ПРИСЛУШИВАЕТСЯ. ОН РЕЗКО ЗАДРАЛ МОРДУ ВВЕРХ, И ЕСЛИ БЫ Я МОГЛА, ТО УСЛЫШАЛА БЫ ПРИЗЫВ ВОЖАКА. СО ВСЕХ СТОРОН ИЗ ТЕМНОТЫ НА ЗОВ АЛЬФЫ НАЧАЛИ ВЫХОДИТЬ ЕГО СОБРАТЬЯ, НО ЛИШЬ ОДИН ПРОДОЛЖАЛ ПРЯТАТЬСЯ И НАБЛЮДАТЬ - ТОТ, ЧТО ВЫВЕЛ МЕНЯ К СТАЕ». _ 

  Я проснулась и осмотрела вокруг. Мари безмятежно спала на прежнем месте. На часах без четверти два. Разбудив подругу, предложила ей пойти в спальню, но она отказалась.

  - Как там Алекс?

  - Все нормально. Если бы что-то случилось …- пришлось замолчать, потому что почувствовала злость Алекса, и с каждой секундой его эмоции усиливались.

  - Что происходит?

  - Он зол, – я не хотела, чтобы Мари беспокоилось, и добавила. - Наверное, с кем-то грызется. Твой брат неугомонная стихия.

  Мне удалось немного успокоить подругу и уговорить перебраться в кровать. И пока Мари пыталась уснуть, я сидела рядом, поглаживая ее ладонь. Но из головы все не выходил сон.

- О чем думаешь?

- Ни о чем. Спи.

- Не могу.

- А ты через не могу. Леран вернется, и что я ему скажу, когда он увидит под твоими глазками синяки от недосыпания?

Мари, пропустив замечание «мимо ушей», повернулась на бок, обняла меня за талию и спросила про брата:

- Алекс все еще злится?

- Да. Знаешь, а я тоже уснула в гостиной и увидела во сне лес и волков. Еще видела зверя, наблюдающего за стаей из темноты.

- Где ты их видела?

  - На поляне, - замолчав на несколько секунд, я добавила: - Интересно, кто же к ним подкрался и зачем?

  - Почему подкрался? Может кто-то из наших отстал.

- Нет. Он бы присоединился к остальным, но так и не вышел из темноты.

Я замолчала, обдумывая одно предположение, и чем дольше думала, тем четче становилась картина. За стаей кто-то следил, а кроме Катрин это никому не было нужно. Сжав ладонь Мари, я сказала то, о чем думала:

  - Если сон, это не сон? Тогда я опять видела Алекса в реальном времени. Необходимо его предупредить о слежке. Вдруг это ищейка Катрин, или еще хуже - ее стая. Мы же до сих пор не знаем, насколько увеличилась численность оборотней рядом с ней.

Откинув одеяло в сторону, Мари села рядом. Ее дневной страх начал приобретать ясные очертания, но она справилась с паникой, заодно и меня встряхнула.

  - Найди Алекса еще раз, и проверь. Мы не должны устраивать истерик без причин.

  - А если не получится? Как же было глупо думать, что эта способность не пригодится, - сжав кулаки от досады, я разозлилась на себя.

  - Аврора, прекрати злиться. Избавься от эмоций, мешающих тебе успокоиться. Соберись! – Мари встряхнула меня за плечи.

- Не могу.

- Можешь. Должна. Ложись и закрой глаза, - я послушалась. – А теперь думай только о моем брате. Дыши ровно. Вспомни все, что придет на ум и думай только о нем…

Мари продолжала говорить, я прислушивалась к ее голосу, слова постепенно теряли смысл, время уходило, но ничего не менялось. Вместо того чтобы успокоиться, разозлилась еще сильнее, открыла глаза_ _и крикнула_: _

 _ - НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ! - И ТУТ ЖЕ ЗАМОЛЧАЛА. _ 

 _ ВСЮДУ ТЕМНО, А НАД ГОЛОВОЙ ЗВЕЗДЫ НА ИССИНЯ-ЧЕРНОМ НЕБЕ. _ 

 _ НЕУВЕРЕННО ШАГНУЛА ВПЕРЕД, ЗАТЕМ ЕЩЕ РАЗ. И ВОТ УЖЕ БЕГУ НАПРОЛОМ, НЕ ЗАМЕЧАЯ НИ ЗЕМЛИ ПОД НОГАМИ, НИ ВЕТОК НАД ГОЛОВОЙ И РЯДОМ С ЛИЦОМ. А КОГДА ПОЧУВСТВОВАЛА АЛЕКСА, ОСТАНОВИЛАСЬ, НО ЛЕС ВЕЗДЕ ОДИНАКОВЫЙ И ПОДСКАЗОК, ГДЕ ИСКАТЬ СТАЮ НЕ БЫЛО. _ 

 _ ВПЕРЕДИ ЛЕС ЗАКАНЧИВАЛСЯ И НЕБОЛЬШАЯ ПЛОЩАДКА, НА КОТОРУЮ Я ВЫШЛА, ПРИВЕЛА К ОБРЫВУ НАД ОКЕАНОМ. ВОЛНЫ БИЛИСЬ О ГЛАДКИЕ КАМНИ, РАЗБРАСЫВАЯ БРЫЗГИ В СТОРОНЫ. МЕСТО БЫЛО МНЕ ЗНАКОМО, ОНО ХРАНИЛО И ХОРОШИЕ ВОСПОМИНАНИЯ, И ПЛОХИЕ: ЯД И СПАСЕНИЕ._ 

 _ ПОСМОТРЕВ ВНИЗ, ОТСТУПИЛА НАЗАД. ДАЖЕ ВО СНЕ СТРАХ СИЛЕН. Я НЕ СЛЫШАЛА ЗВУКОВ, КАК БУДТО НАХОДИЛАСЬ В НЕМОМ КИНО, НО И РАНЬШЕ ЭТО НЕ ВСЕГДА УДАВАЛОСЬ. ЗАТО ЯСНО РАЗЛИЧАЛА ЭМОЦИИ АЛЕКСА И, НЕ РАЗДУМЫВАЯ, РИНУЛАСЬ В ТЕМНОТУ. ПО ДОРОГЕ УВОРАЧИВАЛАСЬ ОТ ВЕТОК, ПЕРЕПРЫГИВАЛА КАМНИ И ПОВАЛЕННЫЕ СТВОЛЫ ДЕРЕВЬЕВ. Я НЕ ОСОЗНАВАЛА, ЧТО ФИЗИЧЕСКИ НИЧЕГО НЕ ЧУВСТВУЮ И ЛЕС ДЛЯ МЕНЯ НЕ ПРЕГРАДА, НО РЕФЛЕКТОРНО ПОВТОРЯЛА ДВИЖЕНИЯ, ПРИВЫЧНЫЕ ДЛЯ ЛЮБОГО ЧЕЛОВЕКА. _ 

 _ СКОРОСТЬ ПОЗВОЛИЛА МЧАТЬСЯ БЕЗ ОСТАНОВОК. ПРИСЛУШИВАЯСЬ К ЭМОЦИЯМ ЗВЕРЯ, БЕЖАЛА ВПЕРЕД, КАК БУДТО НА МИГАЮЩИЙ СИГНАЛ МАЯКА. ПОКА СЛЕВА НЕ ЗАМЕТИЛА ПРОМЕЛЬКНУВШУЮ ТЕНЬ, ЗАТЕМ УВИДЕЛА ВОЛКОВ. ОНИ ДРАЛИСЬ, ВЕРНЕЕ ОДИН НЕЩАДНО ВГРЫЗАЛСЯ ДРУГОМУ В СПИНУ, ВБЛИЗИ ОТ ШЕИ. _ 

 _ МЕНЯ ТРЯСЛО, КАК В ЛИХОРАДКЕ ОТ ПРИДАВИВШЕЙ ТИШИНЫ, НО ВСЕ ЖЕ НАШЛА В СЕБЕ СИЛЫ ОСТАТЬСЯ НА МЕСТЕ._ 

 _ - АЛЕКС?!_ 

 _ СЕРЕБРИСТЫЙ ВОЛК, НЕ ОТПУСКАЯ ШЕИ ПРОТИВНИКА, ОТТАСКИВАЛ ЕГО В СТОРОНУ. БЕЗДЫХАННОЕ ТЕЛО ВОЛОКЛОСЬ СЛОВНО ТРЯПКА. Я НЕ ПОНИМАЛА ЧТО ЧУВСТВУЮ, НАБЛЮДАЯ ЗА СМЕРТЕЛЬНЫМ ЗРЕЛИЩЕМ. МОЙ ВОЛК СНОВА УБИЛ? ЕГО ЗРАЧКИ ГОРЕЛИ, КАК ДВА ФАКЕЛА, ПАСТЬ БЫЛА В КРОВИ, СИЛЬНОЕ ТЕЛО ДРОЖАЛО ОТ НАПРЯЖЕНИЯ. Я ХОТЕЛА БЫТЬ В ЭТУ МИНУТУ РЯДОМ С НИМ, УБЕРЕЧЬ ОТ НЕГО САМОГО, НО МОГЛА ЛИШЬ НАБЛЮДАТЬ. _ 

 _ ЕЩЕ МГНОВЕНИЕ И ОН СКРЫЛСЯ В ТЕМНОТЕ, А В НЕСКОЛЬКИХ МЕТРАХ ОТ МЕНЯ ОСТАЛСЯ ТОТ, КОГО СПАСЛИ. ЧЕРНЫЙ ВОЛК ОТПОЛЗАЛ К НЕБОЛЬШИМ КАМНЯМ, ПЫТАЛСЯ ВСТАТЬ, НО ТЕЛО НЕ СЛУШАЛОСЬ, ЛАПЫ ПОДКАШИВАЛИСЬ, И ОН РАЗ ЗА РАЗОМ ПАДАЛ НА ЗЕМЛЮ. _ 

 _ В ЭТИХ ЛЕСАХ ЕСТЬ ДВА ВОЛКА С ЧЕРНЫМ ОКРАСОМ: БРАТ И СЕСТРА. _ 

 _ - НИК._ 

  Я очнулась так же внезапно, как и погрузилась в жуткий сон. Первой фразой было:

  - Я должна их найти!

  - Ты увидела Алекса?

  - Это не важно! Ник ранен.

Агрессия затуманила разум моего волка, он подошел к опасной черте между человеком и зверем, но я не хотела сообщать об этом его сестре. Хотя она, наверное, и так уже все поняла. Осталось только решить, что же предпринять, и решение было принято – бежать туда, где столкнулись две стаи. Но Мари не сразу поддержала меня и возмутилась:

  - Ты рехнулась! Если тебя заметят, то разорвут в два счета.

  - Не собираюсь я лезть в пасть к оборотню, но Нику нужна помощь, да и Алексу тоже.

  - А если вас обоих найдут, погибать будет веселее? Не пущу!

  - Я пойду с Авророй!

  Мы с Мари замолчали и вдвоем посмотрели на дверь. В спальню вошла Оливия. На лице девушки отпечатались следы недосыпания и тревоги, но она была настроена решительно и рванула бы в бой, не задумываясь о последствиях

  - Олив, я не спрашиваю, уверена ты или нет, ответ и так ясен. Но хотела бы знать, зачем тебе это?

  - По той же причине, по которой и ты собралась идти.

  - Я за Ником.

  - И все?! – в ее голосе прозвучало недоверие. - Ты идешь, чтобы уберечь Алекса. Я - ради Дона.

- Дон тоже там?

- Не знаю, но сердцем чувствую, и ему грозит опасность.

  - Извини, но тебе не под силу добраться туда быстро, а я ждать не могу.

Оливия хотела возразить, но понимала, что я права, поэтому лишь спросила, знаю ли, где искать.

- Не уверена. Я видела это место однажды. Площадка над обрывом, внизу закрытая бухта, лес в нескольких метрах от пляжа.

  - Я знаю, где это находится. Рядом с бухтой погиб Рафал. И именно там частенько видели Катрин.

Если бы Оливия ошиблась, это ничего бы не изменило, но попробовать найти бухту стоило.

- Объясняй, как туда попасть.

- Вниз по течению, до старой дороги к заброшенному дому лесничего, а по ней километра три. Дальше сама поймешь куда идти, на звук океана.

Теперь все зависело от скорости и выносливости.

За спиной маленький рюкзак с фляжкой воды, фонариком, бинтами, лекарствами и одеждой для Ника, впереди дорога в полном одиночестве по темному лесу, а позади Верхнее Поселение за высоким забором. И вот первый шаг по сырой земле за пределами поселения сделан. Я не оглянулась назад, услышав как отодвинули лестницу, ни на минуту не задумалась правильно ли поступила, бросив подруг наедине с их страхами.

Километры исчезали, оставляя на подошве пыль и кусочки грязи. Прислушиваясь к эмоциям Алекса то замирающего, то впадающего в бешенство, наконец-таки достигла нужного места и приблизилась к уступу на вершине скалистой возвышенности, нависающей над темной водной гладью. Неуверенные лучики восходящего солнца скользили от горизонта к берегу, к серым холодным глыбам скал и промерзающей с каждым днем земле, но они еще не достаточно приблизились, чтобы спугнуть мрачную ночную пелену в глубине леса.

Здесь я увидела Алекса в одном из своих снов перед первым приездом в Канаду, и именно на этом месте он стоял, когда искал меня. Я до сих пор не знала, связаны ли были эти два момента между собой или показывали разные события, но у них было общее - чувство мучительной тоски от одиночества.

Осмотрев площадку, я вспомнила, в какую сторону необходимо идти, и ринулась вперед. Тот же самый путь, та же скорость, но с одной разницей – я ощущала на себе хлесткие удары веток и холодного ветра, слышала каждый звук.

Лес застыл в ожидании дня, но сквозь его полудрему пробился тихий стон, заставивший меня вздрогнуть и остановиться. Ник лежал там, где его оставил Алекс, но вместо Черного волка был израненный человек; он полулежал возле огромного камня, облокотившись затылком о его грязноватую поверхность, прерывисто дышал и изредка постанывал. Опустившись рядом с ним на колени, я достала из рюкзака бинты и воду.

  - Ник, слышишь меня? Я вытащу тебя.

  Ник приоткрыл глаза, но вряд ли понимал, кто перед ним: боль затуманила его разум.

  - Холодно. Очень холодно, - голос звучал едва различимо и прерывисто.

  - Я принесла одежду.

  Страх за жизнь друга вызвал панику, и я все никак не могла собраться с мыслями: « Что же делать? А если у него переломы? Тогда нельзя его двигать. Но он же замерзнет!»

На его плече сильно кровоточила рваная рана, голова тоже была в крови. Наскоро промыв плечо, попыталась забинтовать, но руки дрожали, и ничего не получалось. Я шептала ничего незначащие слова, чтобы приободрить Ника, но для него они были бесполезны, так же как и мои неуклюжие попытки помочь.

Раздался шорох и хруст ломающихся веток. Я замерла от страха, и в голове пронеслась мысль: « Не успела!». Оглянулась и увидела высокую тень, но принадлежащую не зверю. Из леса вышел парень, босой, в потертых старых камуфляжных брюках, его тело покрывали свежие следы от ссадин, кровоподтеки и грязь. Это был Дон.

  - Привет, Волчица.

  - Привет.

  - Как ты тут оказалась?

  - Ногами.

  - Ты еще и шутишь, это хорошо. Что с ним?

  - Оборотень…- произнеся это, вспомнила о том, чье тело должно было лежать где-то рядом, но вокруг кроме нас никого не оказалось. - Помоги его одеть и перенести куда-нибудь в более безопасное место.

  Спустя несколько минут мы медленно спускались по крутой тропке к океану. Дон нес своего друга, бережно прижимая к груди. Ник потерял сознание и находился в таком состоянии весь путь. Я же шла позади, заключая нашу молчаливую процессию.

Спустившись на песочный берег, почувствовала сырой холод от воды и слегка замешкалась, отдалившись от Дона и Ника. Всплеск волн нашептывал, словно зачарованный зверь, и предрассветное время, покрывающее бухту сероватой дымкой, усилило видение. Далекий вой прокатился над лесом, призывая или предупреждая об опасности. Позабыв о тех, кого сопровождала, я побежала назад, словно этот вой предназначался именно мне. Чувствуя близость Алекса, мчалась вперед без оглядки, но практически неразличимый для человеческого слуха шорох бегущего рядом существа привлек меня. Я решила, что осмотрительность мне не помешает. Ухватившись на бегу за одну из веток над головой, подтянулась и оказалась наверху. Дерево попалось массивное, с крепкими ветвями – это был хороший шанс скрыться от преследования; если, конечно, преследователь был, а не почудился мне.

  Прижавшись к шершавому стволу, я наблюдала за узкой тропой, по которой проходил мой путь, и ждала. В нескольких метрах колыхнулся кустарник, пропуская вперед волка. Зверь остановился и повел мордой, принюхиваясь, но ветер не выдал моего присутствия, сбив хищника со следа. Мне оставалось только молиться, чтобы он прекратил поиски, но в зверином теле был заключен человек, поэтому оборотень не сдался и упрямо высматривал намеченную цель.

Нашу игру в прятки прервали: с разных сторон к тропинке подошли еще двое волков, и один из них сразу же уловил запах утерянной добычи. Нюх не подвел оборотня. Зверь приподнял морду, и мне довелось заглянуть в сверкающие глаза, взгляд которых мог навеять ужас на кого угодно, и я не исключение.

Покрепче вцепившись в ветку над головой, чтобы предательски задрожавшие ноги не свалили меня на землю, смотрела на волка и думала о таком же хищнике, как этот, об Алексе. Странное ощущение, будто наблюдаю за всем происходящим со стороны, вижу свое тщедушное тельце, прижавшееся к стволу дерева на высоте нескольких метров над землей, и оборотня, который, скорее всего, предвкушает, как вопьется мне в глотку. И виной всему именно я. Безрассудство не раз подводило к черте между жизнью и смерть, но я продолжала упорно следовать ему, так ни разу и не запомнив урока жизни.

  - Кого это занесло на нашу гулянку?

Меня словно парализовало, но не от вопроса, а от голоса. Медленно отодвигая ветки, к дереву приближалась Катрин. Воплощение вечного холода тьмы, или мне привиделось от страха. Голые ступни мягко касались земли, черные волосы ниспадали на спину и грудь. Утренний матовый туман укрывал ее нагое тело, но не мог скрыть всей красоты.

  - Аврора, неужели это ты? Алекс знает?

  - А ты как думаешь?

  - Наверное, нет. Угадала? – Катрин рассмеялась и подошла еще ближе. - Поговаривают, вы перешли на новый уровень отношений.

  - Тебя это расстраивает?

  - Слегка, но думаю это поправимо.

  - Интересно, каким образом?

  - Например, твоим очередным исчезновением, но уже безвозвратно…

Оборотень (тот, что учуял первым, где я прячусь) зарычал и ткнулся носом Катрин в живот, прервав своим поступком ее самодовольный монолог. От толчка она немного отодвинулась назад и сердито взглянула на наглеца, но сразу же успокоилась и, улыбнувшись, нежно провела по его загривку. На голове зверя было белое пятно, небольшое, но оно сильно отличалось по цвету от остальной шерсти и смуглые пальчики Катрин играючи касались именно этого места. То, как она себя повела, не укрылось от меня, сразу стало ясно, что между ними есть что-то большее, нежели общий интерес к безумным поступкам, но времени наблюдать за ними не было, да и желания как такового тоже. Поэтому я напомнила о себе, огрызнувшись:

  - Я не собираюсь исчезать! Как бы ты этого не хотела!

  - Дерево тебя не спасет. Оборотню нелегко менять форму несколько раз подряд, но такие, как мы с Алексом, меняются с легкостью и удовольствием. Так что…

  Катрин не договорила, и в этом не было нужды, я и так догадалась о ее плане: взобраться на дерево и столкнуть меня вниз, а дальше останется дело за малым. Три оборотня не упустят шанса, уничтожить легкую добычу.

  - Чего ты этим добьешься? Вызовешь гнев Алекса, и не сможешь переманить его на свою сторону. Ему однажды довелось убить ради семьи, но ничего не изменилось. Он по-прежнему в стае. И лично я начинаю сомневаться в том, что ваше так называемое проклятие существует. Ширма для проделок оборотней, вроде тебя.

  - Ширма? – Катрин зашипела, как змея, сбросив слащаво-приторную маску ехидства.

  - Да. Именно ширма. Ты не ослышалась. Алекс не изменился, Дон вернулся к Оливии...

  - Чтоооо?! Этот ...Да как он посмел!!! Уничтожу.

  Я не успела даже испугаться, как Катрин взобралась на одну из веток. Лес оглушило рычание. Алекс в очередной раз нашел меня.

  - Опять спешит к тебе. У него это входит в привычку. Артур, задержите его, пока я справлюсь с «рыжей проблемой».

  Неудачно переместив левую ногу, я пошатнулась и, поскользнувшись, повисла на ветке, за которую держалась. Катрин же, воспользовавшись моментом, взобралась выше. Еще бы один шаг, и меня бы ожидало падение и твердое приземление о сырую землю, но я вовремя вспомнила все, чему учили сумасшедшие паркуршики. Пара ловких движений и вместо меня вниз летит Катрин. Мне удалось отвлечь ее внимание и столкнуть с дерева, но она сумела за считанные доли секунд изменить свою форму и на землю приземлилась мягко, на все четыре лапы.

Такого я не ожидала и приготовилась к новому нападению, но Черная Волчица, зарычав, нырнула в ближайшие кусты и через мгновение ее темная фигурка на четырех лапах исчезла в темноте леса. Раздумывать или гадать над чужими поступками – неблагодарное дело, особенно если на первом плане стоит спасение чьих-то жизней (например, моей или любимого), и я, забыв о Катрин, посмотрела на то место, где думала увидеть Алекса, но его там не было, так же как и трех оборотней из вражеской стаи.

  Оглядевшись по сторонам и убедившись, что поблизости никого нет, я спрыгнула на землю и мелкими перебежками, держась поближе к высоким и крепким деревьям, добралась до возвышенности, но лучше бы не видела того, что скрывалось за ней. Воздух на небольшой поляне с пожухлой травой и опавшими листьями, пропитался ароматами гниющих растений, мокрой земли и крови; в некоторых местах, там, куда уже доходил утренний солнечный свет, виднелись темные лужицы, пятна и клочья шерсти. В тени деревьев увидела двоих волков, один пытался встать, но лапы его не слушались, а второй не двигался, но еще был жив, потому что оборотень, умирая, всегда возвращается в человеческую форму.

  Куда подевались остальные участники кровопролития, мне было не ведомо, да и не хотела об этом задумываться. Я искала Алекса.

Обогнув поляну стороной, побежала вперед. Совсем близко раздавался треск ломающихся веток и рычание, а эмоции Алекса подсказывали, что иду по верному пути. Когда звуки волчьей схватки усилились, взобралась на высокое дерево, аккуратно раздвинула тонкие веточки, мешающие обзору, и замерла.

Ночь ушла, оставив за собой тени в самых непроглядных уголках леса; туман постепенно таял; луна все еще висела на небе, как блеклое круглое пятно, что вот-вот исчезнет, но ее власть над оборотнями не ослабла, подпитывая их агрессию. Два альфы отбивались от семерых волков. На подмогу им никто не спешил, но они боролись друг за друга до последнего вздоха. От безнадежности мою голову сжимало железными тисками, невыносимо ныло все тело, стремясь на помощь тем, кто всегда оберегал меня.

  Один из нападающих повалился на бок и заскулил, второй уцепился Веркену в лапу и потянул прочь от Алекса, но, получив сильный толчок в бок, ударился головой о камень и замер. Следующего оборотня вожак едва не разорвал на куски, волоча его по земле, в то время, как Алекс отбивался от еще двоих. Но не все принимали участие в схватке, с противоположных сторон за процессом боя наблюдали оставшиеся двое оборотней, и одного из них я узнала по пятну на голове.

Меня никто так и не заметил и, воспользовавшись этим, я перебралась на другое дерево, чтобы приблизиться к месту схватки. Но пока спускалась вниз, крадучись ползла по земле, затем взбиралась на безопасную высоту, не забывала периодически поглядывать за наблюдающими волками, их поведение пугало сильнее, чем кровь, льющаяся из ран, и стоны раненых.

Алекс и Веркен продолжали отбиваться, но сильно вымотались, и противники, изменив тактику, прекратили нападать в лоб, кружили вокруг, истощая их силы и пользуясь каждым удобным моментом, чтобы нанести очередную рану.

Я же надеялась на скорую победу, но понимала, что время играет против моих друзей, и ничем не могла им помочь, кроме как отвлечь на себя внимание, если это будет необходимо. Вот только как это сделать еще не знала, но и в этот раз жизнь подтолкнула вперед. Веркен отвлекся на вой из леса и был придавлен к земле, Алекс остался незащищенным с тыла. Именно этого ждал противник - легкий прыжок, и я вскрикнула от страха. Мощные челюсти впились в шею моего оборотня, еще мгновение и я бы услышала хруст ломающихся шейных позвонков.

  Решение пришло само по себе: перепрыгнув на соседнее дерево и оттолкнувшись со всех сил от ветки под ногами, прыгнула на спину волку, не успевшему присоединиться к своим собратьям на кровавом пиру. Зажав руками его морду, так чтобы не мог укусить, потянула голову зверя назад. Наша с ним возня отвлекла оборотней от Алекса, и он смог отшвырнуть одного из нападавших в сторону. Каждая секунда была на вес золота.

  Но мне не хватило ловкости и сил удержать сопротивляющегося зверя в руках, он вывернулся и столкнул меня со спины. Все, что почувствовала – это удар затылком о твердую поверхность.

ГЛАВА 19.

   Прошло три дня с полнолуние. В ходе битвы между оборотнями многие пострадали, но никто не погиб. Дон помог Нику вернуться в поселение и остался здесь, чтобы наладить отношения с Оливией (заодно и с друзьями), но ему не пришлось ничего для этого делать, потому что она и так ждала своего волка. К тому же именно Дон предупредил стаю о планах Катрин, помешав ей напасть со спины. Он наблюдал за одним из ее оборотней, услышал о нападении и пришел на помощь друзьям. Но завершили бой Алекс и Веркен, а проигравшие разбежались. Я же потеряла сознание на несколько часов от удара затылком о камень и практически ничегошеньки не могла вспомнить о том, как мы добирались обратно.

  Осень принесла свои плоды: яркое убранство, холодные ночи, затяжные дожди. Большую часть времени я сидела в гостевом доме, слушала, как дождь барабанит по крыше, и думала об Алексе. Он так ни разу и не зашел пока я выздоравливала. Мари видя, как мне плохо без ее брата, успокаивала: « Подожди немного. Алекс отходчивый». Я понимала причину его злости и не искала встреч, просто ждала.

  В прихожей послышались шаги, затем тихий стук в дверь, я не ответила в надежде, что меня оставят в покое. Гость попался настырный и продолжал стучать, пока не решил, что может обнаглеть и безнаказанно ворваться. Оливия распахнула дверь и вошла в комнату, бегло осмотрела обстановку и, слегка склонив голову набок и улыбнувшись, спросила:

  - Давно проснулась?

  - Практически не спала. Голова не дает заснуть.

  - Думаешь или болит?

  - И то, и другое. А вы как?

  - Мы? Все хорошо. Дон привыкает к семье. Я привыкаю к нему.

  - Как Ник?

  - Рвется к тебе, но Мари не пускает. Он еще слаб.

  - Алекс… - я нахмурилась, - …хотя и так знаю.

  - На охоту он не ходит. Сидит целыми днями возле реки и ни с кем не разговаривает. Иногда перекинется парой фраз, и то ни о чем серьезном, или рычит на всех без причины. Я пыталась с ним поговорить, но хватило одного его взгляда, чтобы понять, лучше не беспокоить.

  - Злится. Я устала от его злости, высасывающей из меня последние проблески надежды. Очень хочется его увидеть.

  - Аврора, он придет. Алекс не сможет избегать тебя вечно.

  - У нас нет вечности.

  - Прекрасно тебя понимаю. Я по собственной воле несколько лет жила без Дона. Это и жизнью не назовешь. Забыть любовь - невозможно. Одиночество поглощало, и друзья не спасали. Просто дождись и не повторяй моих ошибок. Удержи любым способом и не бойся.

Больше Оливия ничего не добавила, да и не о чем нам было сейчас разговаривать. Мы поменялись местами: она эгоистично думала о своем счастье, а я страдала от одиночества.

  Дождь продолжал монотонно стучать по стеклу, я смотрела на улицу, не видя того, что находится за окном. Позволила эмоциям Алекса заменить мои собственные. Так прошел еще один однообразный тоскливый день и наступил вечер. Боль поутихла, новую повязку больше не накладывали. Я стояла возле кровати и ощупывала голову, пытаясь понять, насколько ужасна рана.

  - Вся голова на месте?

  Легкая дрожь прокатилась по телу, и еще бы мгновение, и я сползла бы на пол, но вместо этого оказалась в руках Алекса. Он развернул меня лицом к себе и не отпустил.

  - Не знал, что ты так слаба. Сестра сказала, бинты уже сняли.

  - Слабость почти исчезла. Я не ждала тебя... Точнее не ожидала...

  - Могу уйти.

  - Нет! – ответ получился спешный, потому что испугалась, что Алекс и впрямь уйдет. - Я хотела поговорить, но ты не приходил.

  Он все еще бережно прижимал к себе, но я не могла разгадать его мыслей. Эмоции сменяли друг друга беспорядочно. Алекс не контролировал себя, и это пугало. Я не знала чего ожидать от него в следующее мгновение.

  - Разве можно что-то объяснить. Ты же безрассудна и беспечна до самоуничтожения. Глупее человека не встречал. Или желаешь покончить с жизнью?

  - Нет. Я видела как ты спас Ника и пришла забрать его.

  - Опять приключения в сновидениях.

  - Я бы не называла это сном, скорее возможностью видеть то, что происходит с тобой.

  - Лучше бы этот дар исчез. Каждый раз приходится спасать тебя и себя именно из-за твоих необдуманных действий.

  - Я думаю, прежде чем что-то предпринять, и выбираю самый оптимальный вариант.

  Дрожь раздражения прошла по мышцам Алекса, и он буквально толкнул меня на кровать, ничуточки не заботясь о моем состоянии.

  - Броситься на оборотня - это ты называешь оптимальным вариантом?!!! Ты не представляешь, насколько я зол. Мне очень хочется придушить тебя собственными руками и забыть о твоем существовании.

  Алекс имел право злиться, но и я была права и решила отстаивать свое мнение до конца.

  - Не кричи. У меня и так голова болит.

  - Скажи спасибо, что есть чему болеть!

  - Ты пришел, чтобы выплеснуть свой гнев?

  - Я не сталкивался с большей проблемой, чем ты. Как, по-твоему, я должен себя вести?

  - Не знаю, но хочу, чтобы понял меня.

  - Я пытался. Я старался принять все твои решения, но последнее - это выше моего понимания и терпения.

  - Это видно, но обещать, что исправлюсь - не буду.

  Алекс замер и посмотрел на меня так, будто впервые увидел.

  - Уверена в своем решении?

  - Да!

  - Тогда запомни на будущее. Я сделаю все, чтобы ты исчезла из жизни моей семьи. Ты подвергаешь опасности не только себя, и я лучше предпочту чувствовать одиночество и редкие лоскуты твоих эмоций, чем потеряю всех, кого люблю.

  С каждым словом его голос становился тише, а зрачки темнели, показывая насколько сильны эмоции, но я слишком долго сомневалась и пряталась под панцирь, чтобы после всего случившегося уступить. Я хотела отстоять то, во что верила.

  - Я, так же как и ты, всегда буду стоять на защите близких. И если для этого необходимо пожертвовать собою или исчезнуть из их жизни - я это сделаю! Но до тех пор, пока нужна - ты ничего не изменишь!

  - Не боишься противостоять мне?

  - Я боюсь совсем ни этого.

Гнев Алекса меня не страшил, хотя и недооценивать его угрозы тоже не стоило, но и терять мне было нечего. Я долго думала, искала ответы, боролась со своим сердцем и наконец-таки осознала, что всю жизнь буду следовать за ним и, набираясь сил, буду полностью зависеть от сердца оборотня, бьющегося в такт с моим.

- Боюсь потерять тебя.

  Прошло мгновение, прежде чем я поняла, что Алекс оказался слишком близко. Он схватил меня за плечи и, слегка приподняв, заглянул в глаза, ища в них ответы на все свои вопросы, а я теряла часть себя с каждым стуком его сердца. Очередная ссора повысила адреналин в крови, и сильный ток пробежал по нашим телам. Так бывает, даже если вы обычные люди – вас тянет друг к другу и каждая сильная эмоция усиливает желание.

Алекс все еще злился, и одновременно с этим насыщал моё желание своим. Ни он, ни я не могли сопротивляться. Возможно, все было изначально предрешено за нас, и дар, связавший человека и оборотня, лишь сильнее стягивал узы, но сейчас не это было важно. Веками легенда о неразрушимой связи Огненной Волчицы (чужой в мире людей-волков) и вожаке стаи имела подтверждение среди хранителей тайны и мы тому доказательство.

Когда-нибудь наша страсть утихнет, и мы задумаемся над тем, что на самом деле связывает нас с Алексом: способность чувствовать эмоции друг друга и подчиняться им, или любовь. Сейчас я об этом не могла думать. Хотела чувствовать каждой клеточкой своего тела тепло и силу, исходящие от него. Это так обычно, и так необходимо каждому – ощущать ответ на свои пускай даже самые примитивные желания.

ГЛАВА 20.

   Раннее утро, еще темно, но лесные шорохи и звуки уже наполняют мир своей жизнью. Как же приятно слегка потянуться и почувствовать отсутствие ноющей боли в затылки. Шерстяное покрывало покалывало кожу, но это не испортило ощущения блаженства от происходящего. Помирилась с Алексом. Оливия и Дон переговаривались в соседней комнате. Друзья живы. Катрин отступила и, возможно, подалась в бега. Хотя это маловероятно. Наверное, опять затихла, чтобы придумать еще один жестокий и провальный планы.

Единственное чего не хватало – это присутствия Алекса рядом. Как же хотелось увидеть любимого волка, но я знала, что он с друзьями наслаждается последними минутами охоты. Алекс ушел за несколько часов до полуночи, поцеловал и прошептал, что с первыми лучами солнца вернется домой.

  Сон длился недолго, усталость снял, но слабость все еще напоминала об ушибе. Встав с постели, прошлась босыми ступнями по деревянному скрипучему полу к окну, забралась в излюбленное кресло, поджала ноги и уперлась подбородком о колени. Утренняя прохлада закралась в дом, но от воспоминаний об ушедшей ночи становилось тепло и уютно. За окном накрапывал дождь, и я подумала о том, что и сегодня оборотням не суждено вернуться с первыми лучами солнца - промокнут до нитки. Спустя несколько минут почувствовала приближение Алекса и, выйдя из полусонного состояния, крадучись подошла к выходу. Не хотелось тревожить влюбленных соседей.

Приоткрыв входную дверь, выглянула наружу и поежилась от холодных порывов ветра с мелкими каплями дождя, проскальзывающими внутрь дома. Яркое убранство леса померкло от пробудившейся непогоды, но и это не могло расстроить, ведь сейчас ничего важнее Алекса не существовала. Совсем недавно мы постоянно ссорились, спорили, но счастье накрыло с головой, открыв наши сердца через чувства.

  - Хочешь простыть?

  Оливия застала меня дрожащей возле открытой двери и крепко вцепившейся в дверную ручку.

  - Нет. Жду Алекса.

  - А в доме подождать не можешь? Посмотри на себя, зуб на зуб не попадает от холода.

  - Он здесь, совсем рядом. Я это чувствую.

  - И что с того? Никуда Алекс не исчезнет. Он мог домой зайти или с Лераном что-нибудь обсуждает.

  В последний раз взглянув на двор и поежившись от холода, я закрыла дверь. Голова закружилась, но Оливия подхватила под локоть, не позволив упасть.

  - Аврора, если будешь себя так изводить по пустякам, то сгоришь, как свеча.

  - Наверное, ты права.

- Поспи немного. Алекс тебя разбудит.

Тепло шерстяного одеяла и покой примятой подушки уняли дрожь, я уснула и увидела необычайно яркий сон_: «ИЗ ТЕМНОТЫ ДОНЕССЯ ШЕПОТ: _

 _- ВОЛЧИЦА. ОГНЕННАЯ ВОЛЧИЦА. _

 _С НЕДАВНИХ ПОР, ЭТО МОЕ ВТОРОЕ ИМЯ. _ 

 _- КТО ЗДЕСЬ? _

 _- ТЫ ДОЛЖНА УСЛЫШАТЬ НАС. _

 _ ТЕМНОТА ПОСТЕПЕННО ИСЧЕЗАЛА, ОЧЕРТАНИЯ ПРЕДМЕТОВ СТАНОВИЛИСЬ ЧЕТЧЕ, ПОКА НЕ УВИДЕЛА КРАСИВЫЙ УГОЛОК ДИКОЙ ПРИРОДЫ. УЗКАЯ ТРОПИНКА, ОСЫПАННАЯ ЛИСТВОЙ, ВЕЛА ВГЛУБЬ ЛЕСА. ПОВСЮДУ ГУСТЫЕ ЗАРОСЛИ ПЛЮЩА, ВЬЮЩИЕСЯ ПО КАМНЯМ, СТВОЛАМ ДЕРЕВЬЕВ И ДАЖЕ ПО ЗЕМЛЕ. ЛИСТВА КОЛЫШЕТСЯ НА ВЕТРУ, ИГРИВО МАНЯ К СЕБЕ. _ 

 _- ИДИ НА СВЕТ. ИДИ К НАМ. _

 _ ТОНЕНЬКИЙ ЛУЧИК СКОЛЬЗНУЛ В ПАРЕ ШАГОВ ОТ МЕНЯ И, МАНЯ СВОИМ СИЯНИЕМ, УКАЗАЛ ПУТЬ. Я НЕ БОЯЛАСЬ И ШЛА ВПЕРЕД, СЛОВНО ЗНАЛА, ЧТО НАХОЖУСЬ ТАМ, ГДЕ ДОЛЖНА БЫТЬ, И ТЕ, КТО ЗВАЛ, НЕ ПРИЧИНЯТ ВРЕДА._ 

 _ ЛУЧИК СКОЛЬЗИЛ ПО УЗКОЙ ТРОПКЕ, И Я ПРОБИРАЛАСЬ ВГЛУБЬ ТАИНСТВЕННОГО ЛЕСА, СЛЫША ТИХИЙ ГОЛОС, НАШЕПТЫВАЮЩИЙ МОЕ ИМЯ - ДРЕВНЕЕ ИМЯ - ОГНЕННАЯ ВОЛЧИЦА. В ДРУГОЙ ЖИЗНИ ОСТАЛАСЬ ПОВСЕДНЕВНОСТЬ И ОБЫЧНАЯ ДЕВУШКА ПО ИМЕНИ АВРОРА._ 

 _ СВЕТЯЩИЙСЯ ПРОВОДНИК ИСЧЕЗ, И Я ВЫБРАЛАСЬ НА БЕРЕГ РЕКИ, ОКРУЖЕННЫЙ СО ВСЕХ СТОРОН ВАЛУНАМИ И ВСЕ ТЕМ ЖЕ НЕПОСЕДЛИВЫМ ПЛЮЩОМ, ЦЕПЛЯЮЩИМСЯ СВОИМИ КРОХОТНЫМИ КОРЕШОЧКАМИ ЗА ЛЮБОЙ УСТУП. _ 

 _  - ТЫ НАШЛА... _ 

 _ Я ОБОРАЧИВАЛАСЬ ПО СТОРОНАМ В ПОИСКАХ ТОГО КОМУ ПРИНАДЛЕЖАЛ ШЕПОТ, ЗАМАНИВШИЙ В ЭТО МЕСТО, НО ТАК НИКОГО И НЕ УВИДЕЛА._ 

 _  - КТО ВЫ? Я НЕ ВИЖУ ВАС. _ 

 _  - ПОСМОТРИ НА СВОЕ ОТРАЖЕНИЕ, И ОНО ПОДСКАЖЕТ ТЕБЕ... _ 

 _ РЕКА БИЛА О БЕРЕГА И СЛИВАЛАСЬ С ТИХИМИ ГОЛОСАМИ В ЕДИНЫЙ ЗВУК. ПОДОЙДЯ БЛИЖЕ, Я УВИДЕЛА СВОЕ ОТРАЖЕНИЕ В ВОДЕ, СЛЕГКА РАЗМЫТОЕ ИЗ-ЗА ПОТОКА, НО ДОВОЛЬНО ЧЕТКОЕ, ЧТОБЫ УЗНАТЬ СЕБЯ В НЕМ. _ 

 _  - КОГО ВИДИШЬ? _ 

 _  - СЕБЯ. _ 

 _  - КТО ТЫ? _ 

 _  - НЕ ЗНАЮ, - Я ЗАДУМАЛАСЬ, ПЫТАЯСЬ НАЙТИ В СЕБЕ ОТВЕТ.- ЧЕЛОВЕК. ОБЫЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК. _ 

 _  - НЕПРАВДА. ТЫ - ВОПЛОЩЕНИЕ ВЕКОВ - ОГНЕННАЯ ВОЛЧИЦА. ДЕВУШКА-ВОИН, СТРЕМЯЩАЯСЯ ЗАНЯТЬ РАВНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ С ПРЕДКАМИ ВЕЛИКИХ СОЗДАНИЙ. _ 

 _ РЯДОМ С МОИМ ОТРАЖЕНИЕМ ПОЯВИЛОСЬ ДРУГОЕ – ОГРОМНЫЙ ВОЛК._ 

 _  - УЗНАЕШЬ, РАДИ КОГО МНОГО СТОЛЕТИЙ НАЗАД ВЫБРАЛА СИЛУ И СКОРОСТЬ, ОТДАВ ВЗАМЕН СПОКОЙНУЮ И СЧАСТЛИВУЮ ЖИЗНЬ ОТЧЕГО ДОМА? ВСПОМНИ, ЧТО ВЫБРАЛА ПУТЬ, А НЕ ЦЕЛЬ. ВСПОМНИ… _ 

 _ Я СМОТРЕЛА В ОТРАЖЕНИЕ, И ОБРЫВКИ ПРОШЛОГО ПРОНОСИЛИСЬ В МОЕМ СОЗНАНИИ, НО ЭТО ПРОШЛОЕ НЕ ПРИНАДЛЕЖАЛО МНЕ И БЫЛО ТАКИМ ДАЛЕКИМ И СТАРЫМ, ЧТО ЕДВА СКЛАДЫВАЛОСЬ В ЧЕТКУЮ КАРТИНУ: РЫЖЕВОЛОСАЯ ДЕВУШКА БЕЖАЛА ПО ЛЕСУ, ПРИПОРОШЕННОМУ СНЕГОМ, НА ЕЕ ЩЕКАХ СВЕРКАЛИ СЛЕЗЫ. МНЕ ПОКАЗАЛОСЬ, ЧТО ЧУВСТВУЮ ЕЕ ОТЧАЯНИЕ И БОЛЬ, ПОНИМАЮ ЕЕ. ОНА ИСКАЛА ТОГО С КЕМ ХОТЕЛА ПРОЖИТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ. _ 

 _ В ГОЛОВЕ ПРОНЕСЛИСЬ СЛОВА: "НА ВЕКИ БЫТЬ СПУТНИЦЕЙ ЗВЕРЯ, РАЗДЕЛЯЯ С НИМ СИЛУ, ЖЕЛАНИЯ И СТРЕМЛЕНИЯ! НА ВЕКИ ЛИШИТЬ СВОЕЙ ДУШИ ПОКОЯ, ПОМОГАЯ ЕМУ ОСВЕЩАТЬ ЖИЗНЬ СВЕТОМ, ВО ВРЕМЕНА ТЬМЫ!» _ 

_ _Я очнулась, повторяя слова из своего сна, словно клятву, которую вспомнила и боялась, что снова забуду. И пускай это был всего лишь сон, он оставил отпечаток в душе и заставил призадуматься. Разум и сердце бушевали, борясь друг с другом. Сердце подсказывало, что прошлое предков настигло меня, а разум пытался ухватиться за никчемное настоящее, не допуская возможности осознать, что в этом мире есть вещи более важные, чем просто жить.

  Тихий шорох вывел из задумчивого состояния, я вздрогнула всем телом и, приподнявшись на локтях, посмотрела в сторону окна. На улице все еще шел дождь, а сквозь тонкие струйки воды, стекающие по стеклу, можно было разглядеть, как сквозь тучи проскальзывают солнечные лучи, из-за этого мрачная серость растворялась и все вокруг покрывалось радужной пыльцой. Но я залюбовалась не красотой природы, а спящим в кресле Алексом. Он был похож на вулкан, который в любую минуту может проснуться и снести на своем пути всё. Небрежно скинутая на пол маленькая подушечка покоилась возле босых ног, голова слегка запрокинута назад, и непослушная прядь волос, выбившаяся из туго связанного хвоста, прикрывала правое ухо.

 "Когда же ты пришел?" – проскользнувшая в голове мысль, напомнила об обещании Алекса вернуться на рассвете.

  Свесив ноги с кровати, оперлась ладонью о небольшую столешницу, от этого легкий скрип пронесся по комнате, но малозначительного звука было достаточно, чтобы чуткий слух оборотня уловил его. Алекс проснулся и посмотрел на меня.

  - Привет.

  Я не знала, что еще сказать и ждала ответа, чтобы услышать голос любимого и уловить нотки тепла, пронзающие до самых сокровенных моих желаний.

  - Привет. Я уснул?

  - Да. И доставил мне удовольствие понаблюдать за тобой.

  - Любишь подглядывать.

  - Подглядывать - нет. Наблюдать - да.

  - Я обещал вернуться и вернулся. Что тебе снилось?

  - А тебе?

  Алекс рассмеялся слегка охрипшим голосом и, прищурившись, прошелся по моему телу взглядом.

  - А ты как думаешь?

  - Не знаю.

  - Обманщица.

  - Ты же знаешь правила.

  - Старинные законы. Мы их нарушили и не единожды.

  - И что предлагаешь?

Ответ был более чем многообещающий: «Ненасытный поцелуй, жаркие объятия», – какие слова не подбирай, все равно не опишешь то, что чувствуешь при физической близости с человеком, которого любишь и сходишь с ума от страсти.

  Ловить меня на слове, подкрадываться или оказываться рядом так быстро, чтобы исключить любой шанс на побег - становилось его излюбленной игрой, но мне это нравилось.

Вот только игра не всегда продолжается столько, сколько мы хотим: кто-то усердно стучал в дверь и не собирался прекращать.

  - Алекс, кто-то стучит.

  - Ну и что?

  - Может, что-то случилось?

  Он недовольно зарычал и нехотя вышел в прихожую. Входная дверь громко хлопнула, но голосов не было слышно. Прошло несколько минут, Алекс не возвращался, и я, не выдержав, выскочила из комнаты. Дверь тоскливо скрипела, распахнутая настежь. Солнце окончательно скрылось за тучами, и дождь за несколько секунд снова усилился. Выйдя на улицу, поежилась от холодных капель, коснувшихся лица. Хотела вернуться в комнату, но заметив столпотворение возле ворот, накинула старенький дождевик и побежала к ребятам.

За спинами парней не было видно, что привлекло всеобщее внимание. Я нашла Алекса и потянула его за локоть.

  - Зачем под дождь выскочила?

  - Ты же не вернулся. Хоть бы слово сказал. А что вообще происходит?

- Ничего. Иди в дом.

  - Но Алекс. Я хочу знать, в чем проблема.

  - Если не уйдешь, то проблемы появятся у тебя.

  Алекс не злился, но говорил серьезно, поэтому я заколебалась и собралась уйти, но в этот момент в сторону отодвинулся один из парней, предоставив мне возможность увидеть причину, собравшую возле ворот толпу. На земле сидела девушка, вернее полулежала, придерживаемая за плечи Доном. Ее худенькая фигурка в спортивном костюме и кедах, явно неподходящих для этой погоды, дрожала от холода. Девушка промокла и сильно испачкалась, словно ей пришлось в грязи поваляться или ползти к поселению на собственном животе.

Веркен выхватил плед из рук своей жены, подошедшей через минуту после меня, прикрыл им девушку и, пробурчав недовольно, чтобы все расходились, взял «гостью» на руки и понес к себе в дом. Когда он поравнялся со мной, я обратила внимание на голову бедняжки, подобного ранее не доводилось встречать, ее волосы, хоть и были грязными, имели необычайный для ее возраста цвет - белый как снег - если только она их не красила.

  - Алекс, кто она?

  - Не знаю. Девушку нашел Дон. Она, видимо, пыталась стучать, но сил сейчас в ней едва, чтобы поддерживать жизнь.

  Первые эмоции любопытства, страха и удивления прошли, все вернулись к своим заброшенным занятиям, а Беловолосый Найденыш, так прозвали странную гостью в поселении, очнулась спустя несколько часов, но к ней никого не впускали. На следующий день я узнала, что гостью зовут Лола и то, что ее похитили, но выяснить больше пока не удалось.

ГЛАВА 21

  Вскоре после появления в поселении необычной гостьи жизнь пришла в привычный ритм. Я же перенесла все внимание на Алекса. Училась у него контролировать силу, развивать ловкость и скорость, а самое важное - больше не пыталась скрыть то, что читаю его эмоции постоянно, и прилагала все усилия для усовершенствования именно этой способности. Мы проводили почти все дни и ночи вместе, питаясь общей жизненной энергией.

  - Аврора, перестань витать в небесах и сосредоточься. Я не буду постоянно указывать на ошибки.

  - Я и так сосредоточена, а ты как раз и отвлекаешь меня.

  Я улыбалась, зная заранее, что услышу в ответ. Ведь это так естественно, подшучивать друг над другом и не обижаться, если влюблен.

  - Мне уйти?

  - Так и знала, что ты это скажешь.

  Спрыгнув с крутого утеса, сощурилась, как будто раздумывая, что же делать дальше.

  - Не щурься. Твое ликование пропитало воздух. Если рискнешь это сделать - я не буду больше тебя вытаскивать из воды.

  Алекс знал, что я задумала. Совсем недавно попыталась перескочить по скользким камням через реку, так как это проделывали ребята, и, понадеявшись на свои умения, поторопилась: на втором камне поскользнулась и, смехотворно замахав руками, плюхнулась в ледяную воду. Теперь каждая моя попытка проделать тот же маневр озвучивалась подколками или замечаниями Алекса.

  - Я не упаду.

  - Не смей!

  Он попытался схватить меня за шиворот пайты, но я ловко вывернулась и оказалась на первом камне, выпирающем из потока реки, потом перебралась на следующий. Сегодня река сжалилась и не пыталась скинуть навязчивую гостью на дно. Еще один шаг и я, балансируя на одной ноге, перепрыгнула дальше. Осталось преодолеть приблизительно полтора метра до противоположного берега, я оглянулась назад, озорно улыбнувшись, показала Алексу кончик языка и чуть не прикусила его от страха, почувствовав, что начинаю соскальзывать. Надо было видеть выражение на лице Алекса, он приготовился в очередной раз вылавливать непутевое создание из воды. Но мне удалось удивить и его, и себя: вовремя перепрыгнув на последний камень и не задерживаясь на нем, в один прыжок я достигла земли, при этом не опозорилась падением носом в грязь.

Потоптавшись на месте и подпрыгнув вверх, я прокричала: «Ураааа». Развернулась на сто восемьдесят градусов, чтобы демонстративно еще раз показать Алексу язык, но отвлеклась на силуэт человека, на одно мгновение появившегося на мосту, а затем испарившегося в воздухе, как привидение. От увиденного аж мурашки по коже побежали, и я онемела, позабыв о том, что еще секунду назад подумывала, как бы посильнее разозлить своего волка.

  - И как себя чувствуешь на том берегу?

  - Что? – из-за ощущения, что кто-то все еще наблюдает за мной, ответила не сразу. - Нормально.

  - Обратно собираешься?

  - Лучше ты ко мне.

  Он не заставил себя ждать и в несколько секунд перебрался через реку.

  - Алекс, ты никого не видел на мосту?

  - Сейчас?

  - Да.

  - Нет. Если бы здесь кто-то был, я бы учуял.

  - Ветер мог помешать.

  Алекс осмотрелся по сторонам, но настороженная складка на лбу быстро разгладилась.

  - Ты испугалась, что опять брякнешься в холодную воду, вот и привиделось.

  - Да. Наверное, ты прав.

  Остаток дня мы провели, прогуливаясь по лесу вблизи поселения, и я больше не вспоминала о странном видении на реке.

  - Как думаешь, Катрин проявит себя?

  - Обязательно.

  - А что известно о девушке?

  - Ты про Лолу?

  - Что она рассказала?

  - Ничего. Она помнит все до похищения, а дальше воспоминания возвращаются обрывками.

  - Мари мне ничего не рассказывала.

  - Наверное, потому что ты все время проводишь в обществе ее брата. Когда последний раз общалась с моей сестрой?

  - Недавно... Совсем недавно... Я... не помню. И вообще кто виноват, что я редко общаюсь с друзьями?

  - О да.

  Усевшись на камень, поросший по краям мхом, я притянула Алекса к себе и, усадив рядом, прижалась головой к его плечу.

  - Расскажи то, что узнали о ней.

 - Рассказывать практически нечего. Ей девятнадцать. Родилась в Чехии, в небольшом городке. Единственный ребенок. Отца не знает, мать умерла при родах. Воспитывалась бабушкой и теткой. Цвет волос такой от рождения - причины не знает или не помнит. Закончила лицей. Поступила на первый курс института иностранных языков. Хорошо владеет английским и немецким, также изучает итальянский и латынь. Ее отправили по обмену в Канаду на месяц, но здесь начинаются провалы в памяти. Помнит, как приехала, как познакомилась с однокурсниками и семьей, у которых должна была проживать во время обучения, но все это произошло не пару дней назад или недель, а в конце лета. Из ее памяти исчез период продолжительностью в несколько месяцев, и возвращалась ли домой - тоже не помнит. Но раз нашли ее здесь, то вряд ли она возвращалась в Чехию.

  - Что же могло произойти? Ее выкрали?

  - Кто его знает.

  Увидев в реке отражение моста, задумалась. Меня не покидали сомнения насчет правдивости того, что рассказала Лола.

  - Что опять высматриваешь в воде?

  - Ответы на вопросы.

  - Так кого же ты увидела на мосту?

  - Лолу.

  Прошептав имя девушки, я прижалась к Алексу сильнее, чтобы избавиться от навязчивых страхов. День клонился к закату, быстрыми шагами спуская сумерки на эту часть Земли, но тревога не уменьшалась.

  - Я не ослышался?

  - Нет.

  - Так вот почему расспрашиваешь о ней. Не думай об этом и ни о чем не беспокойся. Я же рядом и смогу защитить, да и вряд ли хрупкая девушка с провалами в памяти причинит вред. Пойдем. Разожгли костер.

  Волчий нюх не подвел Алекса: к нашему возвращению на площадке полыхал костер, поднимая языки пламени к небу. Многие уже заняли места, слышались голоса и смех, повеяло ароматом трав от горячего напитка, который разливали в чаши.

Заметив Мари, я потянула Алекса вперед, а услышав смех Ника немного заволновалась, потому что из-за его ран до сих пор не виделась с ним. Если его выпустили на улицу, это значило, что ему намного лучше, и я хотела убедиться в этом лично.

- Да не спеши ты так!

- Не тормози. Я хочу поговорить с Ником.

- Думаю, он сейчас занят.

- Что? – оглянувшись на Алекса, заметила на его лице знакомую полуулыбку с издевкой. – Ник не занят. Я же слышу, что это он смеется…- но не договорила, потому что уловила среди общего шума голосов незнакомый женский смех. – Кто это?

Алексу не пришлось отвечать, я увидела Лолу, сидящую рядом с Ником и так заразительно смеющуюся его шуткам, что стало немного обидно, но это мимолетное чувство быстро исчезло.

  - И долго нам здесь стоять?

  - Хочу рассмотреть гостью, пока представилась такая возможность.

- Зачем? В ней ничего удивительного, но если не обращать внимания на цвет волос. Обычная девчонка, младше нас. Или ревнуешь?

- Что? Кого? – я искренне удивилась вопросу, но смех, отразившийся в глазах Алекса, подсказал, что он шутит. – Если ты о себе, то не дождешься, а если о Нике, - я прищурилась, сделав вид, что задумалась, - пока не знаю.

- Ты невыносима. Как можно так разбрасываться словами.

- Ой, да ладно тебе. Что я такого сказала. Тем более, что сам напросился.

Алекс попытался схватить меня за руку, чтобы притянуть к себе, но я, рассмеявшись, ускользнула от него и убежала. Возле костра налетела на Веркена. Вожак недовольно пробурчал что-то, но на мою улыбку не смог отреагировать по-другому, как улыбнуться в ответ и, заметив приближающегося Алекса, крикнул тому что-то на языке племени, а услышав ответ, рассмеялся.

- Опять разозлила своего волка?

- Я?! Нет. Он преувеличивает. А что ты ему сказал?

- Ничего, - Веркен улыбнулся и отошел к жене.

- Ничего?

Проводив Веркена взглядом, я еще раз посмотрела на Алекса, но он уже не обращал на меня внимания и разговаривал с Лераном.

- Эй, Аврора, посидишь с нами? – Мари поманила к себе рукой и немного подвинулась в сторону, приглашая присесть рядом на скамью.

Приняв приглашение подруги, я подошла ближе, поздоровалась с Ником, но не стала расспрашивать: не лучший момент, чтобы напоминать о пережитом. Мари накинула на мои плечи вязаную накидку и прошептала на ухо: « Веркен сказал Алексу, что тебя надо контролировать, а то притянешь на свою рыжую голову проблемы».

- А, ну, пусть попробует. Все равно не выйдет.

- Я тоже так думаю. Ник, а ты что думаешь?

- Согласен.

Я рассмеялась и прошептала:

- Подхалим.

- Нет. Просто не умею спорить с девушками, - Ник посмотрел на Лолу, а она смущенно отвернулась в сторону.

Дальше разговор не клеился. Ник в основном молчал и усердно притворялся, что вслушивается в разговор тех, кто сидел по другую сторону от нас. Мари, пару раз зевнув, склонила голову на плечо Лерана, подсевшего к нам, и прикрыла глаза. А я, как бы это ни было странно, не смотрела на Алекса, разговаривающего с друзьями недалеко от нас, даже не думала о нем, меня интересовал другой персонаж наших посиделок: Лола. Девушка постоянно смотрела в мою сторону и не скрывала этого, словно хотела о чем-то поговорить, но место и время ей не подходили.

Чуть позже Веркен увел жену и Лолу домой, а я, наконец, вздохнула с облегчением: напряжение этого вечера ушло. Алекс оставил друзей и, пересадив меня к себе на колени, тихо переговаривался с Лераном и Ником. Но я немного устала, захотелось скрыться ото всех, прижаться к любимому и, согревшись возле него, ни о чем не думать.

  - Пойдем в дом?

  - Хорошо, - Алекс поцеловал в висок, - но не в гостевой.

  - Почему?

  - Потому что ты моя пара, и у моей семьи свой дом. Уже поздно скрывать наши отношения.

Он был прав, нам и впрямь нечего было скрывать, да и не зачем.

Дождавшись пока затушат костер и унесут скамейки, мы пожелали всем спокойной ночи и разошлись по домам. В эту ночь, я вернулась в спальню Алекса, а когда моего волка одолел сон, уютнее свернулась калачиком под его боком и попыталась уснуть, но в памяти всплыл последний сон и видение на реке. Тягостное предчувствие о том, что будущее неизбежно нагоняет нас и ведет за собой беду, не исчезало. Я думала о том, кто же на самом деле эта девушка с белыми волосами и что скрывается за ее, так называемой амнезией.

Фантазия может завести в самые сокровенные и самые удивительные миры, но хватит ли сил вернуться обратно и не превратиться в потерявшегося во времени и пространстве странника. Настоящая жизнь, состоящая из мелочей (главное их заметить и принять) - это мир намного лучше фантасмагории, но лишь чуткой душе подвластно это увидеть во всех цветах, тонах и ритмах, как художник видит полотно, музыкант - мелодию, ребенок радуется незатейливым фокусам.

  После долгих копаний в себе и в том, что же тревожит, удалось уснуть, но стоило сну аккуратно приоткрыть дверь, как разум снова вернулся в реальность. Какая причина открыла глаза, не знаю: звук или прикосновение. Алекс продолжал мирно посапывать, крепко прижав меня к себе, словно и во сне защищал. Дом наполнился легкими ночными звуками: тиканьем часов в гостиной, потрескиванием затухающего огня в печи. Но что-то смущало, как будто рядом присутствовал невидимый наблюдатель.

Закрыла глаза и подумала о том, что так можно сойти с ума, но уснуть не получалось, и я снова их открыла. Ощущения от увиденного сложно описать словами: смесь удивления и страха. Возле двери стояла Лола, образ был не четким, но улыбка и простой жест поднятого указательного пальца к губам, словно говорила: "Тише" – немного успокоил.

  - Лола?

  Она молчала и рассматривала нас с Алексом, как будто пытаясь убедиться в нашей реальности.

  - Лола, не молчи. Что случилось?

  Но опять молчание было ответом.

 Еще мгновение, и силуэт худощавой гостьи испарился в воздухе, а я смотрела в пустоту, не понимая, сошла с ума, или брежу, или сплю.

ГЛАВА 22.

   На следующий день я не искала встреч с нашей таинственной гостьей, но она сама нашла меня в бане. Ее приход не удивил, поэтому, не обратив на нее должного внимания, я продолжила сушить волосы возле печи. Но Лола решила заговорить первой:

  - У тебя красивый цвет волос. Как огонь.

  - У тебя тоже - необычный.

  Это был все лишь предлог, но я не спешила ей помочь и наблюдала, как девушка ходит из угла в угол. Лола молчала и сильно нервничала до тех пор, пока ее метания не задели меня.

  - Прекрати суетиться. Хочешь поговорить?

  - Да.

  - О сне?

  - Что?

  - Ты же хочешь поговорить о сегодняшнем моем сне?

  - Как ты...? Ах, да. Ты должна была догадаться. Но это не сон, по крайней мере, не твой.

  - Не сон? А что же это?

  - Перемещение вне физического тела.

  - Допустим.

  - Ты же так умеешь делать? Я права?

  - Допустим.

  - Как сложно с тобой говорить. Я не знаю тебя и …- голос девушки дрогнул, но меня это не тронуло.

  - Я тоже тебя не знаю. Здесь никто не знает тебя, но хотят помочь и понять.

  - И я благодарна всем.

  - От кого узнала о моей способности?

  - Рассказали.

  - Кто?

  На лице Лолы появилось выражение страха, как у загнанного зверька, но я не собиралась отступать. Она сама пришла, я не искала встреч и не собиралась идти на уступки.

  - Давай же, поведай имя моего врага.

  - Почему врага?

  - Потому что друг не откроет такую тайну незнакомцу.

  - Это верно. Ее зовут Катрин.

  - Катрин?! – ответ превзошел все ожидания. - Тебя подослала Катрин?! Для троянского коня ты странно себя ведешь.

  - Нет. Нет. Я сбежала от нее. И знала, что у меня есть шанс спастись только благодаря тебе и твоим друзьям. Я боялась говорить правду. И ты должна понять, почему я так поступила.

  - Я могу понять, но не уверена, что ты говоришь правду. А если это новый план Катрин, и ты часть его?

  - Но зачем бы я тогда сознавалась сейчас тебе?

  - Не знаю.

  - Аврора, выслушай и тогда решай, что делать.

  Верить этой девушке или нет, я еще не решила, слишком все подозрительно, но в ее светло-голубых глазах было так много отчаяния, подкупающего и вызывающего желание защитить.

  - У нас одинаковая способность. Мы способны отделять свое сознание от тела и перемещаться на различные расстояния, привязываясь к человеку, как к цели. Именно это понадобилось Катрин, чтобы следить за вами. Она месяц терзала меня, заставляя проявить мою способность, но не учла, что по команде не выйдет.

  - И что же?

  - Тогда заставила познакомиться с Ником.

  - Ник знаком с тобой?! – Лола удивляла с каждым разом все сильнее.

  - Да. Но мне меняли внешность, и поэтому он не узнал, во мне настоящей, студентку, которая просила его помочь с учебой. Ник видел меня в образе жгучей брюнеткой, с карими глазами и загоревшей кожей, практически как мулатка. Мы провели вместе пять дней, но этого достаточно, чтобы я смогла находить его везде.

  - Именно так ты нашла поселение? Через Ника?

  - Да.

  - Как же умудрилась сбежать?

  - Случай помог. Я не знаю, что именно произошло, но несколько дней назад Катрин собрала своих дружков и, прихватив меня с собой, ушла в лес Мы сутки выжидали, спрятавшись в какой-то пещере, а ночью они оставили меня с одним из охранников и исчезли. Катрин сказала, что вернется к утру, а я воспользовалась шансом и сбежала, ударив парня по голове.

  - Я знаю, что произошло в ту ночь. И тебе повезло, что обо…- я запнулась, потому что не знала известно ли Лоле о существовании оборотней, - …твой охранник не нашел тебя раньше нас. И теперь знаю, кто «предатель».

  - Предатель?

  - Да. Многие полагали, что среди нас завелся предатель, и некоторые думали, что это Ник. Но он не виноват, и я верила в это. Именно ты передавала Катрин информацию.

  - Я не желала зла, но другого выбора мне не оставили.

  - И ты правильно делала. Катрин опасна и пойдет на многое, чтобы подчинить себе.

  - Аврора, что делать, если мне не поверят?

  - Не знаю. Надо поговорить с Мари, а затем с Алексом. У него получится убедить всех в твоей невиновности, но эта задача не из простых. Я тоже не до конца верю тебе.

Я сказала чистейшую правду, потому что не видела смысла врать.

  - Понимаю, - на миг показалось, что она сдастся, - и все равно прошу о помощи. Больше мне не к кому обратиться.

  Оставив Лолу без ответа, я вышла на улицу. Холодный воздух слегка взбодрил, после горячей банной комнаты и шокирующего признания новой знакомой. Застегнув куртку, развернулась, чтобы уйти и сразу же попала в руки Алекса.

- Вот ты где? А я тебя везде ищу.

  Он прижал меня к себе и нагнулся, чтобы поцеловать, но ему помешала, выбежавшая из бани, Лола. Наверняка она хотела продолжить разговор, но увидев, что я не одна, замерла на месте и посмотрела на Алекса с таким выражением, словно ее сейчас убьют.

- Что-то вы, девушки, какие-то перепуганные. Общие секреты появились?

Я понимала, что если мы будем и дальше молчать, то Алекс начнет расспрашивать, поэтому отвлекла его. Уткнулась носом ему в шею и прошептала:

- У нас нет секретов, и я замерзла.

Он сразу заулыбался и прижал к себе еще крепче, а Лола тем временем скрылась среди домиков, но слишком поспешно, Алекс сразу это заметил.

  - Так что между вами произошло?

  - Ничего, - я поцеловала его в немного колючий подбородок. - От тебя все еще пахнет лесом.

  Смех Алекса всегда радовал, но сейчас, читая его эмоции, понимала, что он догадался о моей уловке, и за смехом скрывается напряжение.

  - Не пытайся уйти от ответа. Я уверен, что наша гостья недоговаривает, и что-то мне подсказывает, ты узнала больше, чем я.

  - Спроси у нее сам.

  - Спрошу. Но вначале хочу услышать от тебя.

  Я не хотела раскрывать секрет Лолы, до тех пор, пока не обдумаю то, что довелось узнать, но постоянно скрывать от Алекса свои или чужие тайны надоело. Ведь и так долго ждала нашего воссоединения, и рушить хрупкое счастье из-за козней Катрин не собиралась.

  - Пообещай, что не будешь крушить все на своем пути, а взвешенно подойдешь к решению.

  - Я еще ничего не услышал, а ты уже требуешь. Скажи, ты всегда сдерживала данное мне обещание?

  Алекс был прав, но я не собиралась уступать:

  - Нет, но сейчас прошу именно этого.

  - Зависит от твоих слов.

  Пришлось рассказать ему обо всем, что узнала от Лолы, добавив свои размышления, но с каждой секундой, приближаясь к концу повествования, понимала, что ему эти новости не нравятся. Алекс нервничал, хотя внешне ничего не выдавало его эмоций, но от меня он не мог ничего утаить.

  - Я так понимаю, в тебе более мощный потенциал, чем все предполагают.

  - Да.

  - Интересный факт. Значит, я прав.

  - В чем?

  - Ты не зависишь от меня. Но не думал, что столь сильна.

  - Еще ничего не доказано. Я вижу только то, что происходит с тобой. И не могу контролировать свою способность, в отличие от Лолы.

  - Поговорим об этом в другой раз. Надо решить, как поступить с Лолой. Есть предложения?

  - Не знаю. С одной стороны, если рассказать о ней всем, то начнутся вопросы, предположения, обвинения, с другой стороны, скрывать мы не имеем права, так как сами не знаем, насколько она честна с нами.

  - Я тоже об этом подумал.

  - Давай, расскажем Мари и Лерану, и вместе что-нибудь придумаем.

  - Хорошо.

  Поднявшись на цыпочки, я обняла Алекса за шею и, уткнувшись в его щеку, снова вдохнула знакомый резковатый аромат леса, всегда сопровождающий моего волка.

  - Это что еще? Или опять утаиваешь часть правды?

  - Ничего подобного. Я соскучилась.

 Алекс ухмыльнулся и поцеловал.

А вечером этого же дня мы рассказали обо всем Мари и Лерану. Уже полчаса, как мы пытались прийти к общему мнению: Леран наотрез отказался придержать информацию в тайне, Мари поддержала меня, а Алекс не участвовал в споре, прибывая в задумчивом состоянии.

  - Алекс, не молчи. Ты тоже согласен с девчонками, что надо все скрыть?

  - Что?

  - Мы здесь пытаемся придумать, что делать, а ты молчишь.

  - Я согласен с каждым из вас. Мы расскажем обо всем, но и поговорить с Лолой необходимо до того, как узнают остальные. Я хочу услышать лично, как она преподнесет свою историю нам.

  - Так в чем проблема? Приведу ее, и поговорим.

  - Успокойся. Ночь на дворе, да и надо обдумать все хорошо.

  Леран недовольно нахмурился, но не пошел против друга. А я обратила внимание на то, что Алекс сам на себя не похож: всегда вспыльчивый и импульсивный, относительно всего, что касается безопасности его семьи, он на удивление проявил самообладание. Но поговорить с ним не удалось. Меня вежливо послали подальше: « И не думай ни о чем расспрашивать. Я устал и хочу подумать».

  - Мне уйти?

  - Ты это серьезно?

  - Нет. Но лучше спросить, чем мешать.

  Ночь пролетела быстро, но сказать, что спокойно - это ничего не сказать. Самый лучший период в жизни, это время любви. В такие минуты чувствуешь себя властелином мира, море тебе по колено, а трудностей не существует, и не всегда осознаешь, что счастье хрупкое и еще не достаточно окрепшее, именно поэтому многие допускают самые глупейшие ошибки, кажущиеся такими незначительными, но способные разрушить крохотное счастье в мгновение.

  Я проснулась достаточно рано и, слегка озябнув от непривычной прохлады в комнате, повернулась на правый бок, полюбоваться спящим Алексом, но его рядом не было. Натянув одеяло до самого подбородка, поджала колени и, поежившись от холода и одиночества, посмотрела на раннее утро за окном. С небольшого корявого деревца опадали последние пожелтевшие листочки, а небо напоминало рисунок ребенка, но не нарисованный цветными мелками, а бесцветный и тусклый. Послышался скрип открывающейся двери, тихие шаги в прихожей - Алекс вошел в комнату.

  - Доброе утро.

  - Доброе, но прохладное.

  - Сейчас исправим.

  Он вышел и вернулся спустя пару минут, принеся с собой запах горящего дерева.

  - Ты так рано проснулся?

  - Я практически не спал. Думал.

  - Про Лолу?

  - И про нее тоже. Я хочу, чтобы она обучила тебя.

  - Зачем?

  - Сможешь предупредить нас об опасности исходящей от Катрин.

  - Ты прав. Я как-то об этом не подумала. И что же решил?

  - Ничего определенного. Поговорим сегодня с ней и тогда придем к окончательному решению, но скрывать долго я не намерен.

  - Ясно. Отдашь бедную девочку на растерзание волкам?

  - Оборотням.

  - Жуть.

  - А ты как думала. Связалась с волками - живи по законам стаи.

  - С волками жить - по-волчьи выть?

  - Это аллегория?

  - Народная мудрость.

  - Если мудрость, то можешь не беспокоиться за свою протеже.

  - Мою? Почему это мою? Я ее знаю ровно столько же, сколько и все.

 Алекс смеялся, стягивая через голову свитер, а я могла думать только о том, что мне очень холодно и где в такую рань он все-таки пропадал.

  - Алекс, где ты был, если не секрет?

  - На улице.

  - Я поняла, что не по дому бродил. Так ты ответишь?

  - Сон не шел, вот и решил развеяться.

  - Развеялся?

  - Да.

  - Так, где ты был?!

  - Это допрос?

  - Нет, но хочу услышать ответ.

  - Узнаешь, но чуть позже. Ты же вроде замерзала?

  - И что?!

  Меня раздражали тайны, возникающие на пустом месте.

  - Тебя греть или предпочитаешь мерзнуть?

  Ответ я не озвучила.

  Спустя несколько часов, когда солнце потихоньку подбиралось к середине светового дня и в Верхнем Поселении забурлила жизнь, мы в небольшом кругу друзей собрались в доме Веркена, дожидаясь появления нашей гостьи: загадочной девушки с белыми волосами.

  - Алекс, объясни, для чего собрал всех и заставляешь ждать?

  - Веркен, наберись терпения. Я с удовольствием начал бы намного раньше, но, к сожалению, без Лолы не смогу более точно поведать суть проблемы.

  - Это я слышал. И боюсь, что продолжение мне не понравится, раз в этом замешан чужак.

  - Вначале все узнай, потом делай выводы. Ты меня знаешь, по пустякам я бы не собирал всех.

  Прошло более получаса, прежде чем мы услышали, как хлопнула дверь, и в комнату вбежал Своли, а я уж начала подумывать, что Лола сбежала, испугавшись своего откровения.

  - Лола сейчас придет. Нашел ее возле реки.

  В подтверждение его слов вошла виновница ожидания всех собравшихся. В комнате наступила тишина, все взоры обратились в сторону девушки, никто не промолвил ни слова, а она подошла к Алексу и, смотря только на него, произнесла:

- Я готова рассказать.

  - Алекс, ты, наконец, объяснишь, что происходит? – Веркен перевел встревоженный взгляд с друга на гостью, но, как и все остальные, не догадывался о настоящей причине предстоящего разговора.

  - Сейчас всё узнаете.

Лоле было сложно рассказывать о себе большому количеству слушателей, но это было необходимо. Рассказ длился недолго, и в конце повествования все услышали вопрос Веркена, прозвучавший неожиданно, по крайней мере для меня.

  - Поможешь Авроре развить ее способность?

  - Постараюсь, но не знаю, выйдет ли. Мне помогала семья. Они знали, что я от рождения обладаю этой способностью.

  - Это единственный шанс убедить нас, что ты на нашей стороне, а не являешься пособницей Катрин.

  - Веркен, а ты уверен, что я прекращу собирать информацию для ваших врагов, при этом соблюдая наш уговор? Где гарантии?

Лола проявила характер, поразив этим многих.

  - Ты права. Гарантий никаких. Но должна понимать, что мы не менее опасны, чем Катрин.

  - Это спорный вопрос. От нее я же сбежала.

  - А мы тебя не держим. Уходи. Но сможешь ли от нее еще раз уйти?!

  В глазах девушки появился страх - это доказало, что хоть она не глупа, но все еще очень юна и наивна, ребенок, которого с детства опекали бабушка и тетя, не позволяя ей увидеть жестокость этого мира.

  - Я вижу, ты поняла меня правильно. А теперь расскажи правдивую историю своей жизни. И откинь сразу все сказки о несчастном детстве и переводе по обмену.

  - Я рассказала о себе правду. Все до приезда в Канаду.

  - Тогда расскажи подробнее о семье и о себе?

  - Отца не знаю. Мать умерла при родах, так и не рассказав родственникам от кого у нее ребенок. Способность видеть людей, не находясь рядом с ними, так же как и цвет волос, я унаследовала от прабабушки. В нашей семье это передается по женской линии один раз через несколько поколений, поэтому бабушка и тетя, знали, как меня подготовить. Они учили меня с детства, рассказывали истории предков и ждали дня, когда дар проявит себя. Первое перемещение произошло в двенадцать лет, но следующее - аж через год. Потом все чаще. Я закончила, как и говорила, лицей, поступила на лингвиста, знаю языки, но насчет поездки в Канаду по обмену, это не правда. Этой осенью я бы пошла на второй курс, но все планы сломала Катрин. Она появилась в моей жизни зимой этого года. За месяц, проведенный вместе, мы подружились…- Лола замолчала и опустила голову, все еще привыкала к мысли, что розовые очки разбились и люди коварны. - Я так думала. Катрин рассказала про Аврору, но выдала ее за свою сестру, у которой открылась способность, похожая на мою, и они не знают, что делать. Попросили помочь сестре, и я согласилась.

  Приостановив на несколько секунд рассказ, Лола оглядела присутствующих, а найдя меня, продолжила. Наверное, девушку подбодрила моя улыбка. Я не сумела быть безучастной и поддержала, как смогла.

 - Катрин сказала, что Аврора попала в опасную компанию, сбежала из дома и не выходит на связь. Уговорила поехать в Канаду и найти «сестру». Пришлось взять академический отпуск. Родным сказала, что еду на полгода по обмену. Именно так появилась моя легенда. Дальше открылась настоящая правда. Я долго сопротивлялась, но Катрин после уговоров перешла на угрозы и пригрозила, что пострадает моя семья. По ее инициативе, меня познакомили с Ником. Я не знала, что она использует против вас своего родного брата. Через него я узнала многое, кроме того, что вы оборотни. Ник хранил тайну, но Катрин сама посвятила меня в реалистичные подробности существования таких необычных существ, как вы.

Лола замолчала, озираясь по сторонам, и именно в этот момент я поняла, что если и сомневалась раньше, то теперь верю каждому ее слову. Возможно, я слишком поспешила с мнением, но иногда в тебе просыпается странное ощущение: веришь, не видя собственными глазами.

ГЛАВА 23.

   Часы тикали, забирая у нас прошлое и неумолимо приближая будущее, а я жила настоящим, стирая из памяти пустые минуты, скучные дни и лишенные смысла годы. Жизнь - это страстный и импульсивный танец – танго, предназначенный для двоих, и кто хоть раз танцевал его, поймет мое сравнение. Движения партнеров наполнены всевозможными эмоциями: от любви до ненависти.

  Но это всё размышления, на самом же деле я, как и большинство тех, кто сейчас находился в поселении, посвятила весь день подготовке к праздничному ужину. На закате зажгут огромный костер, приготовят национальные блюда, вспомнят о давно минувших днях, расскажут байки о волках, заиграет гитара.

  Прошло два дня с признания Лолы. Всех посвятили в историю гостьи, но никто не отнесся к ней с предубеждением, потому что приказ вожака не подлежит оспариванию. Единственное, что проскакивало в разговорах, удастся ли Лоле обучить Огненную Волчицу.

Я не переставала удивляться всеобщему любопытству, но подобный интерес слегка раздражал. Еще одной причиной моего нежелания обучаться была жадность к собственному свободному времени, я не хотела делить его с кем-нибудь еще, кроме Алекса.

И сейчас находясь не рядом с любимым, думала о нем и с легкой грустью наблюдала за предпраздничной суетой. Мимо пробежал Своли, подняв вихрь опавших листьев и что-то неразборчиво крикнув Лерану, скрылся за воротами. Девчата хвастались друг перед дружкой нарядами. Несколько парней вытаскивали на улицу деревянные скамьи. Происходящее забавляло.

Запахнув на себе теплую вязаную кофту, вдохнула знакомый аромат приближающейся зимы, такой насыщенный и сочный, как медовая патока.

  - Привет, Аврора.

  - Привет.

  Пришел конец моему умиротворению. Все равно пришлось бы поговорить с Лолой, и если бы не она, то Веркен стал бы инициатором нашей встречи. Для вожака важно поддерживать авторитет, а неподчинение приказам или нарушение договора могло привести к негативным последствиям: к сомнению всех членов стаи относительно его власти.

  - Я не помешала?

  - Нет. Я ждала твоего прихода. Но надеялась, что это не произойдет столь скоро.

  - Можно узнать почему?

  - Не хочу тратить свое время напрасно.

  - Ты не согласна с остальными, что твоя способность полезна для общего дела?

  - Общего дела? Какого именно? Найти и уничтожить Катрин?

  - В твоем голосе ирония, но к чему она?

  - Надоело постоянно бояться и озираться по сторонам, но и нет ни малейшего желания вступать в очередной бой с Катрин или с кем-то еще. Я надеюсь, что она сама исчезнет из нашей жизни.

  - Ясно. Этого хотят все.

  - Сомневаюсь. Иногда меня посещает навязчивая мысль, что многие из тех, кого я знаю, живут именно этими схватками, разборками. Они просто претворяются, что ищут решение, как избавится от Катрин и ее приспешников, но в глубине души боятся мирной и спокойной жизни.

  - Это о ком?

  - Сама не знаю. Может, о себе.

  Я и вправду часто ловила себя на этой мысли, но не задумывалась о причине ее возникновения и ни разу не произнесла ее публично.

  - Интересные тебя посещают мысли.

  - Не забивай свою голову. Лучше скажи, когда начнем?

  - Сегодня. Этой ночью людские эмоции сплетутся в один плотный покров энергии.

  - Ты серьезно?

  - Да. Мы начнем именно сегодня.

  - Я не об этом. Я о твоем высказывании насчет энергии.

  - Серьезно. А ты не задумывалась о том, что люди, словно батарейки, и если их направить на одну цель - произойдет сильный выброс энергии, подобный, наверное, ядерному взрыву.

  - Думала, но больше как о теме из мира фантастики, чем о научно-доказанной теории.

  - Ты все еще разделяешь реальный мир и фантастику? А как же тогда оборотни? Они ведь существуют.

  - Лола, ты продолжаешь удивлять. Сколько тебе лет?

  - Девятнадцать.

  - Твои рассуждения слишком взрослые, как у старца.

  - Этому меня учила бабушка. Такие вещи передаются из поколения в поколение как легенды семьи.

  - То есть, это не твои личные выводы?

  - Ну, можно и так сказать.

  Мы рассмеялись. Разговор напомнил, что я не намного старше Лолы или Своли, но под грузом проблем совсем позабыла об этом.

  - Значит, для нас сегодня праздник отменяется.

  - Нет, но придется уйти немного раньше.

  - Интересно, как на это отреагирует Алекс.

  - А мы ему не скажем. Неведенье Алекса поможет тебе сегодня.

  - Хочешь, чтобы я искала именно его?

  - Да. Ваша связь - самый сильный стимул для тебя, так что с него и начнем. Или ты хотела сразу же найти Катрин?

  - Нет! Ее хочу видеть в последнюю очередь.

  Беседу о наших ночных планах прервало появление возле ворот Ника с ребятами. Он быстро шел на поправку и уже выходил в лес с остальными. Но я бы не обратила внимания на вернувшихся охотников, если бы не реакция Лолы. Девушка не умела скрывать эмоции, и стоило Нику появиться на горизонте, как сразу же теряла все свое самообладание.

  - Поговори с ним.

  - С кем?

  - Не делай вид, что не поняла. С Ником.

  - Это ни к чему не приведет.

  - Пробовала?

  - Да… Я хотела, но…- Лола замолчала, провожая взглядом оборотня, к которому так стремилось ее сердце. - Он ненавидит меня.

  - Нет. Зол - да, но ненависти в нем нет.

  - Откуда ты знаешь? – печальное личико и дрогнувший голосок, молили, чтобы я убедила ее. - Ник что-нибудь говорил обо мне?

  - Нет. За последние дни мы перекинулись парой фраз и все, но я знаю, что Ник неспособен на ненависть.

  - У вас были отношения.

  - Это вопрос?

  - Нет. Я завидую тебе. Тому, как он смотрит на тебя, как относится к тебе, - Лола схватила мою руку и, нежно проведя пальцами по браслету из сердолика, продолжила, но так тихо, будто разговаривала с переливающимися камнями, а не со мной. - Как красиво. Я хотела бы, что он подарил мне их…

  - Прекрати разговаривать с браслетом. Это подарок от друга, и не больше.

Мои слова ее не убедили.

  - Для тебя подарок от друга. А что чувствовал Ник, преподнося браслет?

  - Не знаю. В душу не заглянешь и мысли в голове не прочитаешь.

  Я сказала наполовину правду. Надевая браслет мне на руку, глаза Ника сказали многое за него, но это осталось в прошлом. Сейчас настоящее могло принадлежать Лоле, а она сопротивлялась своим желаниям, точно так же, как я очень упорно убеждала себя, что Алексу будет лучше без меня.

  - Хочешь, я с ним поговорю? Задам пару вопросов, и тогда сделаешь выводы.

  - Нет. Если он узнает или догадается, это ухудшит его отношение ко мне.

  - Тогда поговори с ним сама. Например, на празднике.

  - Я попробую.

  Смотря вслед удаляющейся девушки, я подумала о том, что внешность обманчива. С виду хрупкая и беззащитная, Лола таила в себе силу многих поколений и владела переносом сознания на бескрайние расстояния, и при всем этом она не могла осилить человеческую слабость - Любовь.

  Сумерки наступили быстро, в эту пору года солнце не светит долго. Верхнее Поселение подготовили для праздника. Из окон виднелись зажженные свечи – символ магии, витающей сегодня в воздухе. На деревьях и крышах перемигивались гирлянды, и костер полыхал ярко-оранжевым огнем, стремясь дотянуться до звездного неба. Всё это напоминало Новый год.

Рассматривая себя в большом зеркале, стоящем в прихожей гостевого дома, замечталась о хрустящем под ногами и поблескивающим серебром снежном покрове, мягких варежках, ярком шарфе и леденце на палочке, в форме сердечка. Моему праздничному настроению и образу не хватало этих мелочей.

Мари заранее предупредила захватить с собой подходящий наряд, и я выбрала вязаное платье с мелким узором по юбке цвета желтого песка и бежевые сапожки на шнуровке с меховым отворотом. Наряд идеально подошел для сегодняшней ночи: теплый и красивый.

Крутанувшись на месте, убедилась, что ничего не забыла, улыбнулась своему отражению и игриво подмигнула симпатичной рыжеволосой девушке. Все-таки я изменилась с тех пор, как во мне проснулась сила: появилась грация, легкость в движениях и огонек дерзости в каре-зеленых глазах.

  Но от самолюбования пришлось оторваться: тихо скрипнув, открылась входная дверь и на пол легла длинная тень.

  - Привет, Алекс. Заходи. Не охлаждай помещение.

  - Привет. Готова?

  - Вроде, - приветливо улыбнувшись своему волчонку, ждала от него похвалы, ну или хоть пару лестных слов насчет того, как «хорошо» или «потрясно» выгляжу. От волнения аж слегка прикусила нижнюю губу. - Ну, как?

  - Восхитительна, но чего-то не хватает.

  - Чего?! – поверив его словам, нахмуренно оглядела себя еще раз, но так ничего и не заметила.

  - У меня небольшой подарок.

  Алекс прятал за спиной накидку насыщено-оранжевого цвета, он держал ее в руке и теперь протягивал мне.

  - Красотища, - выхватив у Алекса подарок, развернула ткань и замерла от приятного ощущения: мягкая и легкая. - Спасибо. Огромное спасибо. Она очень красивая.

  - Подходит к цвету твоих волос.

  - Но где ты ее купил?

  - В Париже.

  - Когда я вернулась в Россию?

  - Именно. Но это не все.

  Алекс затоптался на месте, словно не мог решить, стоит ли продолжать дальше.

  - Не томи. Чем еще хочешь побаловать? – в предвкушении нового сюрприза, я едва не замурлыкала, как кошка, но увидев, крохотный мешочек из мешковины непонятного грязно-серого цвета, затянутый черным шнурком, расстроено поджала губки. – Что это?

  - Посмотри.

  Несуразная упаковка могла скрывать что угодно.

- Надеюсь, это не какой-нибудь народный оберег из зуба волка, шерсти медведя и травки-муравки?

Алекс рассмеялся и сквозь смех произнес:

- В следующий раз обязательно преподнесу тебе что-нибудь подобное. Бери. Не бойся.

  - Я и не боюсь. Сам достань.

  - Хорошо.

  Он попытался справиться с туго затянутым шнурком, но огромные мужские руки не предназначались для столь деликатного дела. В Алексе проснулось раздражение и чтобы не испортить вечер из-за волчьего взрывоопасного характера, я забрала мешочек. Спешно развязав шнурок, вытряхнула содержимое себе на ладонь. В свете лампы огнем заиграл камень на кольце.

  - Примерь, пожалуйста.

  - На какой палец?

  Не дождавшись ответа, надела кольцо на указательный палец правой руки, но оно не налезло.

  - На безымянный.

  - Уверен?

  - Да.

  Я собралась надеть на левую руку, но Алекс выхватил украшение, пробурчав что-то невнятное себе под нос, и надел его на мой безымянный палец правой руки.

  - Вообще-то, на этот палец надевают кольцо в двух случаях: обручение и сама свадьба.

  - Так и знал, что скажешь что-нибудь подобное, но я не делаю тебе предложение.

  В голове и без этого кольца кружилось множество мыслей, приводящих чувства в кавардак, но Алексу удалось остудить меня своим ответом.

  - Тогда объясни?

  - Кольцо хранилось в нашем племени множество лет. Никто и не упомнит, с какого именно периода, но все верят, что оно принадлежит девушке из преданий. Ты о ней слышала, - Алекс не удержался, и серьезное выражение на лице сменилось улыбкой. – Оно твое по праву, Огненная Волчица.

  - Этому кольцу больше сотни лет, и оно принадлежало первой, подобной мне?

  - Именно это я и хотел сказать.

  - Но почему сейчас? Сегодня особенный день?

  - Нет. Подходящего случая еще не было.

  - У кого ты его взял?

  - Бабушка передала.

  - Ясно. Интересно, какие тайны хранит это красивое колечко?

Оранжевый камень овальной формы в огранке из темного металла притягивал к себе.

  - Не знаю. Никто не знает. Или это обычное украшение, или нет. Разве ты еще чему-нибудь удивляешься?

  - О. Ты будешь поражен, но да. Я могу удивляться, особенно тебе.

  Бровь Алекса приподнялась вверх, подтверждая те эмоции, которые я уловила в нем. Мне нравилось загадывать ему загадки, ответы на которые волновали его волчье сердце.

- Ты не меняешься.

- Ага, - лукаво сощурившись, я поцеловала его в губы и сразу же отскочила назад.

- Ты что творишь?

- Догадайся!

Убегать и не собиралась, но отступила еще на шаг, показывая зверю, что лакомая добыча вот-вот даст деру. Алекс отреагировал так, как и ожидала: притянул меня к себе и поцеловал. Я всегда думала, что хоть он и борется со своей врожденной жаждой контролировать, но у него это не всегда выходит. Тем более со мной.

Начало очередной игры было положено, и этот вечер мог начаться не так, как для остальных, но Мари вернула нас на землю и сделала это как раз вовремя.

  - Эй. Вы собираетесь выходить? Или начнем без вас.

  - Сестренка, ты …- Алекс вздохнул от досады, но все же отпустил меня.

  - У вас вся ночь впереди и жизнь. Так что пойдемте.

  Я хотела возмутиться, но уже не Мари отрывала меня от Алекса, а целая толпа, ломившаяся в дверь, чтобы вытащить нас на улицу. А против всей стаи не попрешь - бессмысленно.

  Вечер наполнился сказкой: музыка, смех, озорной блеск в глазах друзей. Я сидела рядом с Алексом и слушала с замиранием сердца песни в его исполнении, или прижималась к нему, схватившись за большую горячую руку и слушая страшилки Своли. Но не все разделяли воцарившуюся в Верхнем Поселении идиллию - Лола грустила в одиночестве, изредка посматривая на Ника. Что-то происходило между ними, но никто этого не замечал.

  - Алекс, ты с Ником не разговаривал о Лоле?

  - Зачем?

  - Да незачем. Так, между прочим.

  - Что ты опять скрываешь?

  - Ничего не скрываю, а вот она боится признаться.

  - Лола?

  - Да. Неужели не замечаешь, как она смотрит на него?

  - Нет. Я замечаю твой взгляд, и он о многом говорит.

  - Ясно. С тобой трудно разговаривать на серьезные темы.

Поцеловав Алекса в скулу, прошептала, что отойду ненадолго и, не дожидаясь пока он передумает, сбежала.

Ник стоял возле дерева, облокотившись спиной о ствол, и обстругивал охотничьим ножом палочку.

  - Чем занят?

  - Да в принципе ничем. Убиваю время.

  - Скоро начнутся танцы, - я улыбнулась. - Пригласишь одну очаровательную девушку?

  - С удовольствием. Но я так понимаю это не ты, иначе после танца придется объясняться перед твоим волком.

  - О. Нет. Я ни в коем случае бы так не подставила. Это...- я слегка запнулась на имени. – Ло-ла.

  Надо было видеть, как резко изменилось лицо Ника, прямо восковая маска с потемневшими глазами.

  - Нет.

  - Не будь так категоричен.

  - Она использовала меня и предала.

  Это не было похоже на того Ника, которого я знала, но осуждать его не могла.

  - Ник, очень прошу, не делай поспешных выводов и дай ей шанс все объяснить. У нее есть оправдание и веские причины.

  - Она могла мне рассказать.

  - Лола боялась, и ты должен это понять. Она и сейчас не в полной безопасности, находясь с нами. Если Катрин узнает, то может привести в исполнение свои угрозы относительно родных Лолы.

  - Ты о чем?

  - Как о чем? Ты еще не в курсе? Лола нашла нас не ради своей защиты, а ради семьи. Если Катрин узнает, у кого она попросила защиты, ее родные могут пострадать.

  - Что?! – на лице Ника появилось столько эмоций, что мне стало немного жаль его. - Я не знал! Она не говорила. Мне вообще никто ничего не рассказывал.

  - Тогда иди и поговори. Мне надоело смотреть на ее грустное личико.

Ник огляделся вокруг, выискивая среди веселящейся компании Лолу, а найдя ее, вложил нож в кожаные ножны, закрепленные на ноге и, улыбнувшись мне, пошел к той, что не на шутку задела его сердце. Я выполнила свою миссию, теперь все зависело от них самих. Свахой быть неприятно, но если есть хоть малейший шанс сделать друзей счастливее, то им грех не воспользоваться.

Довольно потирая руки и подпевая незамысловатую мелодию, засевшую в голове, я посмотрела на развлекающихся друзей. Мари и Леран танцевали. Ник и Лола смущенно переговаривались, открывая друг другу то, что наболело - и для этого не надо уметь читать чьи-то эмоции или мысли. Веркен играл на гитаре, а его жена и Своли тихо напевали одну из старинных песен племени. Но кого-то не хватало. Кого же?

На празднике отсутствовали Дон и Оливия. Наша вновь познавшая любовь парочка так и не появились у костра. О них никто ничего не знал. Я расспросила многих, но слышала один и тот же ответ: «Днем ушли к реке».

- Малыш, кого ты так усердно ищешь?

Алекс, как всегда подошел беззвучно и, обняв за талию, притянул к себе.

- Да, вот не могу Олив найти.

- А зачем она тебе?

- Их с Доном никто не видел с обеда.

- И что же тебя так удивляет? Я бы тоже предпочел остаться наедине со своей девушкой.

Получив от Алекса поцелуй, я улыбнулась, но тревога глубоко засела внутри и не давала покоя – такое въедливое ощущение, как будто потеряла что-то важное.

- Тебя совсем не волнует, что их нет так долго?

Алекс нахмурился, недовольный тем, что его намеки оставляют без должного внимания, но согласился с моим замечанием.

- Хорошо. Давай поищем.

Пролетел практически час, но это ничего не дало. Мы расспросили всех и многих по несколько раз, обыскали все дома и закоулки поселения. Поднялась суета. Многие запаниковали, но старались отшучиваться. Остался один выход – искать в лесу. Стая собралась возле выхода, и через несколько минут Верхнее Поселение опустело на большую часть жителей. Ворота прикрыли, но не заперли на засов, в этом не было нужды. Думали, что найдут парочку возле реки и, устроив им хорошенькую взбучку, вернут обратно.

Я тоже хотела отправиться на поиски, но Алекс запретил. Да и Лола схватила за руку и попросила остаться.

- Аврора, пойдем в дом.

  - Зачем?

  - Испробуем твои возможности.

- Хорошо.

  Дом окутал теплом, но по коже пробежали мурашки, когда я прошла мимо комнаты Оливии и Дона и увидела распахнутую дверь и скомканное покрывало. Помещение напомнило об одиночестве. Лола подтолкнула в спину, и я, замешкавшись на доли секунд, оступилась и посмотрела себе под ноги. На полу лежал пожелтевший лист. Наверное, его занесло ветром.

- Красивый.

- Не о том думаешь.

- Почему?

- А разве не понимаешь?

- Чего?

- Это хороший шанс воспользоваться способностью.

- Предлагаешь найти эту сумасшедшую парочку?

- Да.

В предложении Лолы был смысл, и я согласилась. Поменяла праздничный наряд на удобный спортивный костюм (все равно празднику пришел конец), взбила подушку, прилегла на кровать и закрыла глаза. Лола взяла меня за руку и сказала, что необходимо сконцентрироваться на Оливии, вспомнить мелочи, связанные с ней. Я послушалась.

Воспоминания возникали хаотично, но я уловила необходимый образ и, уцепившись за него, вытягивала из памяти детали: улыбку, предназначенную Дону, заливистый и искренний смех. Но что-то мешало и, пролежав так еще несколько минут, не выдержала и открыла глаза.

 _ КОМНАТУ ПО-ПРЕЖНЕМУ ПОКРЫВАЛ ПОЛУМРАК. ЛОЛА СИДЕЛА НА КРАЮ КРОВАТИ, СЛЕГКА СЖИМАЛА МОЮ ЛАДОНЬ И ЧТО-ТО НАШЕПТЫВАЛА, НО СЛОВ Я НЕ МОГЛА РАЗОБРАТЬ. СТРАХ ПРОНЗИЛ СЕРДЦЕ - Я СМОТРЕЛА НА СЕБЯ СО СТОРОНЫ. РЫЖЕВОЛОСАЯ ДЕВУШКА НА КРОВАТИ - ЭТО Я. В ГОЛОВЕ ПРОМЕЛЬКНУЛА ШАЛЬНАЯ МЫСЛЬ, ЧТО МЕНЯ ВНЕЗАПНО НАСТИГЛА СМЕРТЬ И ДУША ОТСОЕДИНИЛАСЬ ОТ ТЕЛА. _ 

 _ ЛОЛА ОТПУСТИЛА МОЮ ЛАДОНЬ, И Я УВИДЕЛА СИЯНИЕ КАМНЯ В КОЛЬЦЕ - ОНО МАНИЛО, ПРОБУЖДАЛО ЖЕЛАНИЕ ОЩУТИТЬ СВЕТ, КАК ЧТО-ТО ОСЯЗАЕМОЕ. Я ПРОТЯНУЛА РУКУ, ЧТОБЫ ДОТРОНУТЬСЯ ДО НЕГО И УВИДЕЛА УКРАШЕНИЕ НА СЕБЕ. СРАЗУ ЖЕ ВСЕ ИЗМЕНИЛОСЬ. ИСЧЕЗЛА КОМНАТА, ЛОЛА И Я, ЛЕЖАЩАЯ НА КРОВАТИ. ВОКРУГ ТЕМНО И ТИХО. НИКТО НЕ ЗОВЕТ. НИЧЕГО НЕ ВИДЕЛА, НЕ СЛЫШАЛА И НЕ ЧУВСТВОВАЛА, КРОМЕ СЕБЯ. _

 _ НО КОЛЬЦО СНОВА ЗАСИЯЛО, ВНАЧАЛЕ ТУСКЛО, А ЗАТЕМ ЯРЧЕ. ТЕМНОТА УШЛА, ПОЗВОЛИВ РАССМОТРЕТЬ МЕСТО, В КОТОРОЕ Я ПЕРЕНЕСЛАСЬ. РЕКА И ЛЕС, НО ВСЕ ЗДЕСЬ БЫЛО НЕЗНАКОМО. БЕРЕГ ЧУЖОЙ, МРАЧНЫЙ, НАВИВАЮЩИЙ МЫСЛИ, КОТОРЫЕ Я ГНАЛА ОТ СЕБЯ СО ВСЕХ СИЛ, НО ИЗБАВИТЬСЯ НЕ МОГЛА. ЧТО-ТО УЖАСНОЕ СКРЫВАЛОСЬ ЗА ЭТИМ МЕСТОМ, ЧТО-ТО НЕИЗБЕЖНОЕ НАДВИГАЛОСЬ И НЕПОПРАВИМОЕ. _ 

 _ Я ПОБЕЖАЛА ВВЕРХ ПРОТИВ ТЕЧЕНИЯ, В НАДЕЖДЕ УВИДЕТЬ ЗНАКОМЫЕ МЕСТА, НО НИЧЕГО НЕ МЕНЯЛОСЬ. ВОКРУГ ДЕРЕВЬЯ, СЫРАЯ ПРОМЕРЗШАЯ ЗЕМЛЯ, ШУМИТ ЛЕДЯНОЙ ПОТОК РЕКИ, И ЛЕСНЫЕ ЗВУКИ СОПРОВОЖДАЛИ КАЖДЫЙ МОЙ ШАГ, НЕ ДАВАЯ НИ МАЛЕЙШЕГО ШАНСА УВИДЕТЬ ИСКОМОЕ. Я ИСКАЛА ОЛИВИЮ, НО БОЯЛАСЬ, ЧТО УЖЕ ПОЗДНО, ГНАЛА ОТ СЕБЯ ЭТУ МЫСЛЬ, НО С КАЖДЫМ ШАГОМ НАДЕЖДА ГАСЛА. _

 _ УВИДЕВ ВПЕРЕДИ ЗНАКОМЫЙ БЕРЕГ И МОСТ, ПОБЕЖАЛА ЕЩЕ БЫСТРЕЕ, СЛОВНО ТАМ МЕНЯ МОГЛИ ЗАЩИТИТЬ._

  Я с криком открыла глаза (вернулась обратно), рядом сидела Лола, нервно сжимая мои пальцы, до боли. Если бы я могла чувствовать эту боль. Взгляд загнанной лани, тело бьет мелкая дрожь, лицо по цвету сравнялось с белоснежными волосами – она была не на шутку испугана. Именно так смерть приходит в нашу жизнь - в ужасе человеческих глаз.

  - Оливия... Дон... Это правда? Ты тоже знаешь?

  Я не могла добиться ответа от нее. Лолу словно парализовало, и ничто не могло привести в чувства. Раздался тоскливый волчий вой, заглушающий мысли и желания всех живых существ, но я слышала в этом звуке горечь потери и неизбежность жизни. Волк предупреждал об опасности.

  Ничто не могло удержать меня на месте. Разрывая воздух, и не замечая преград на своем пути, я видела перед собой только одну цель - успеть удержать волка от прыжка в пустоту. Чьи-то крепкие руки преградили мне путь, но злость придавала сил. Я отчаянно вырывалась и ловила каждый звук в надежде снова услышать этот вой. Резкий удар по лицу оказался для меня неожиданным и, потеряв равновесие, оказалась придавленной к холодной земле. Глаза, столь родные и одновременно с этим столь чудовищно темные, вернули в реальность, но облегчения это не принесло. Скользкая усталость проползла по всему телу, удушливо обволакивая каждый сустав, каждую клеточку тела.

  - Алекс.

  - Молчи. Больше не будешь вырываться?

  - Нет.

  Оказавшись на ногах, продолжала слегка трястись, но не от холодного воздуха, а от сильного напряжения.

  - Аврора, немедленно иди в дом. Это не твоя битва. Мы не знаем, что именно произошло, но все уже в курсе.

  Он мог и не продолжать. Я знала, что каждый в стае почувствовал потерю собрата по крови. Вой волка – это последнее предупреждение для всех - пришла беда!

ГЛАВА 24.

Алекс, удержав от опрометчивого поступка, затянул меня в дом своей семьи. Я просила его не идти, потом умоляла взять с собой, а в конце могла только кричать на него. Но ничего не помогло. Он запер меня в своей комнате и сказал сестре не выпускать до его возвращения.

Бросив наедине с пожирающим страхом за его жизнь и жизни других, Алекс ушел. А я не понимала, что происходит, да и не хотела понимать. Сидела на шкуре медведя, прислушиваясь к эмоциям волка, и от напряжения грызла ноготь. Как же бесило бездействие.

Прошло множество минут, целая вечность, прежде чем дверь открылась и на пороге появилась Мари. Ее милая мордашка опухла от слез, глаза покраснели. Подруга знала то, чего я еще не могла знать, но причина, по которой она осмелилась пойти наперекор словам своего брата, испугала сильнее, чем ожидание или чужие слезы.

- Что произошло?!

Мари не смогла ответить, разрыдалась еще сильнее и упала на колени, как подкошенная. Лола опустилась рядом с ней и прижала к себе.

- Да, что с вами такое? Что происходит?!

Я уже стояла на ногах и смотрела на обеих девушек так, словно это они виновны во всем, но ни одна так и не осмелилась произнести хоть слово. Стая попала в беду, это было ясно и без чьего-либо ответа. Я недолго боролась с собой. Желание бежать в лес не давало покоя и теперь приобрело самый значимый смысл, по сравнению со всеми остальными.

Я не собиралась задерживаться здесь и, обойдя сидящих на полу подруг, собралась уйти, но Лола схватила за руку, чтобы помешать.

  - Я должна идти. Что-то произошло. Что-то более страшное, нежели стая Катрин.

  - Я знаю. Аврора, ты не спасешь их.

  - Что? Ты о чем? Что ты видела?! – перейдя на истерический крик, только усугубила ситуацию, но самообладание мне было не под силу.

  - Всё. Почти всё.

  - Говори. Немедленно!

  - Оливия и Дон погибли. Стая в ловушке. Их ждали, но это не Катрин. Я ее не видела. Это люди.

  - Что? Как это люди?

  - Люди с оружием и клетками. Я видела, как Своли и Ник боролись за друзей, но многие погибали.

Слова резали слух, но не доходили до разума. Я смотрела на Лолу, и казалось, что она как рыба открывает рот, глотая воздух, а звуков не издает. Все вокруг изменилось. Время не остановилось, оно замедлило движение, и я словно муха, попавшая в жижу, медленно барахталась, но выбраться не могла.

- Не верю. Это бред.

Шок прошел. Оставив позади подруг и дом, выбежала на улицу. Ворота оказались запертыми. Придвигать лестницу или открывать засов времени не было. Я разбежалась, подпрыгнула и уцепилась за острые края деревянного забора. Сама не ожидая от себя такой силы, приземлилась, словно кошка на мягкие подушечки лапок, и, не обращая внимания на кровоточащие ссадины на ладонях, ринулась к мосту, надеясь найти там стаю. Но ожидания не оправдались: оба берега возле моста были пусты.

Вспомнив место, увиденное при перемещении, ушла с открытого берега и, скрывшись в лесу, побежала вниз по течению реки. Отбиваясь от острых голых веток и петляя среди колючих зарослей и темных каменных глыб, спускалась вдоль водного потока, пытаясь передвигаться как можно тише, чтобы меня не заметили. Тишина сплелась со звуками ночи, но ничего не говорило о битве, ничто не нарушало покой спящего леса. Глаза, привыкшие к темноте, не пропускали не единого речного изгиба.

Я не хотела верить в видение Лолы, в присутствие здесь новых врагов, в причастность людей к гибели оборотней. Не верила в это, потому что отчетливо чувствовала злость Алекса, его борьбу за жизнь, за собратьев, за родных, и это удерживало меня от необдуманных шагов.

  Еще несколько метров, и река резко завернула влево, скрывая от чужаков свой берег под нависшими ветвями высоких пересушенных деревьев. Послышался тихий треск сухой ветки, ели уловимый для человеческого слуха, но для меня этого было достаточно, чтобы замедлить движение и затеряться в темноте.

  Легко преодолев последние метры до поворота, нашла высокое дерево, ветви которого могли легко удержать худощавое тельце девушки. Воспользовавшись своими навыками, подпрыгнула и, ухватившись за ветку над головой, слегка раскачала себя и, подтянувшись, запрыгнула наверх. Проделав этот нетрудоемкий маневр, затихла, чтобы удостоверится в тишине, окружающей меня. Ничего не изменилось. Лес прибывал в состоянии покоя и не замечал наглого вмешательства человека.

  Поднявшись немного выше, огляделась вокруг. Ветви старого дерева и темнота скрывали от возможной опасности, но не мешали осматривать близлежащую территорию. Река, сделав резкий изгиб, продолжила движение более ровно, обрамленная с обеих сторон полосками берега, каменными глыбами и невысокими холмами. Стена из деревьев и кустарников покорно охраняла водный поток на учтивом расстоянии.

И все же тишину нарушил всплеск, затем еще один. На противоположный берег выбирался волк. Зверь отчаянно боролся с усиливающимся в этом месте течением. Река издалека казалась спокойной, но на самом деле ее воды таили в себе опасность.

  Волк нуждался в помощи, и я не могла бросить его там одного. В стае каждый защищал своего собрата, и люди тоже не оставляют тех, кому необходимо подставить плечо. А я принадлежала к обоим мирам, поэтому не колебалась ни секунды.

Спрыгнула на землю и спустилась к реке, скатившись на подошвах по глинистой поверхности крутого склона, по дороге зацепилась коленкой за торчащий из земли обломанный ствол тонкого деревца и, разодрав штанину, поцарапала кожу. Но возле самой кромки воды, остановилась. Река разлилась на этом участке очень широко, вода ледяная, у меня не было шанса перебраться на противоположный берег, не навредив себе. Пришлось бежать обратно, к мосту. Не добравшись до него нескольких метров, увидела камни в воде, по которым перепрыгивала с берега на берег. Я прыгнула на первый из них, потом на второй, третий, впереди еще два, на последнем поскользнулась и упала в воду. Холод моментально пронзил тело миллионами иголочек, и Алекса не было рядом, чтобы вытащить из воды, но адреналин, зашкаливающий в крови, вытолкнул на поверхность.

Выбравшись, я, наверное, выглядела не лучше того оборотня, лежащего на земле, к которому так спешила. Поднявшись на ноги и дрожа всем телом, то ли от холода, то ли от напряжения, побежала в обратном направлении. Проскочила поворот и, добравшись до места, где видела пострадавшего волка, огляделась вокруг, но он исчез. На земле темное пятно и лужица крови. От зверя или человека не осталось и следа. Подумала, что ошиблась и хотела пробежать немного дальше, но ноющая коленка напомнила о царапине и том злосчастном склоне, по которому неудачно спустилась. Я стояла именно на том самом месте, куда выбрался зверь.

Больше идти было некуда. Вокруг стояла тишина. Я прислушивалась к звукам и к себе: тоска, непонимание, злость, боль, - столько всего смешалось внутри меня, но не единого намека на посторонние эмоции.

Видела в темноте, как зверь, слыша малейший шорох, двигаясь, как хищник – все это связывало с другим существом. Я часто думала, что его эмоции наделили меня всеми сверхъестественными способностями, но ни разу об этом не обмолвилась, хотела доказать, что равная ему. А теперь все осталось, а он исчез. Алекс пропал. Я не чувствовала его.

Крик тоски, подобный вою волка, пролетел над лесом и замер в глубине моего тела. Я упала на мокрую землю, вонзая в нее пальцы, борясь с болью, разрывающей грудь и голову. Это был ад. Невыносимое осознание того, что время идет, а изменить ничего нельзя.

КОНЕЦ 2 ЧАСТИ.

(1 апреля 2011 года – 19 января 2012 года) – Волк Александра _(Калгушкина А.В.)_

Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org