Автор : Кедров Константин Александрович "brenko" Название книги: Невеста лохматая светом Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/kedrov-konstantin-aleksandrovich-brenko/nevesta-lohmataya-svetom Константин Кедров Невеста лохматая светом: Стихи – поэмы – стихи [Невеста лохматая светом - _1.jpg] Метаметафора – это обратная перспектива в слове. Это когда весь мир, вывернувшись наизнанку, опрокидывается в тебя, а ты каким-то непостижимым образом охватываешь весь мир. Это моё личное ощущение мира, и я никогда с ним не расставался. По крайней мере, был и остаюсь верен ему в своей поэзии. Константин Кедров Как я вижу Если признаться честно, я не знаю сколько мне лет. Скорей всего 15, когда я написал: «Никогда не приближусь к тебе ближе / чем цветок приближается к солнцу». Поэзия – это встреча цветка и солнца. Сегодня мне 72 в человеческом исчислении, но встреча продолжается. В 1960 году в поэме «Бесконечная» я выговорил первую метаметафору: Я вышел к себе через-навстречу-от и ушел под воздвигая над. Метаметафора – это обратная перспектива в слове. Это когда весь мир, вывернувшись наизнанку, опрокидывается в тебя, а ты каким-то непостижимым образом охватываешь весь мир. Это моё личное ощущение мира, и я никогда с ним не расставался. По крайней мере, был и остаюсь верен ему в своей поэзии. Я в равной мере далек и от модного ныне отчаяния и от любого движения с приставкой «пост». «Пост» это не я. У меня никогда не было каких-либо учителей. В этом и только в этом смысле я футурист. Всё с белого листа и с первой страницы. Андрей Вознесенский называл мою главную вещь «Компьютер любви» одним словом – Небо. Заговор замалчивания моей поэзии – блестящая иллюстрация к словам Гамлета «дальнейшее – молчание». Только у меня не дальнейшее, а всю жизнь. Червь, вывернувшись наизнанку чревом, в себе вмещает яблоко и древо. Я не всегда понимаю, где яблоко, а где древо. Где прошлое, а где будущее. Юность сегодня переживается даже острее, чем в юности. Хорошо это или плохо, но это так. Я благодарен космосу и природе за постоянно новое ощущение жизни. В этом смысле иду вразрез с веком, погруженным в суету и рефлексию. «Мне повезло / Я ненавижу зло». Небо – это высота взгляда Взгляд – это глубина неба. Похоже, что никто, кроме меня, этот переворот в слове не воплотил. Моя поэзия – это великая анаграмма космоса. Свет – весть Весть – свет Свет – весть Свет есть Свет – смерть Смерть – свет Свет – весть Свет есть Смерть мертва Атома немота ТОТ стал ЭТОТ Кульминация метаметафоры – в «Компьютере любви» (1983 год): Человек – это изнанка неба Небо – это изнанка человека. Это, если хотите, определение метаметафоры и ответ Ломоносову на его бездонную бездну. Теперь вся «бездна звезд полна» – изнанка человека, а человек, в свою очередь, вернее, одновременно – «изнанка» той бездны. То, что в поэме «Астраль» выявлено анаграммой «звезда везде», опять же в ответ на анаграмму Ломоносова «звезд – бездн». Томимый предчувствием метаметафоры, царь Давид восклицал: «Бездна бездну призывает». Метаметафора – амфора нового смысла, как паровоз в одной лошадиной силе… Правильнее сказать – зеркальный паровоз: “Зеркальный паровоз шел с четырех сторон…” – Хватит, – сказал Андрей Вознесенский, прочитав эти строки, – уже все вижу! Если вы можете поместить себя в центр ленты Мебиуса или в горловину бутылки Клейна, вы уже в эпицентре метаметафоры. [Невеста лохматая светом - _2.jpg] Однажды я попытался представить жизнь без метаметафоры и понял, что такая жизнь просто не существует. _Константин Кедров_ Невеста лохматая светом «Земля летела…» Земля летела по законам тела а бабочка летела как хотела _1997_ «Метаметафора – амфора нового смысла…» метаметафора – амфора нового смысла как паровоз в одной лошадиной силе как конница в паровозе дебаркадер – уже корабль корабль – уже дебаркадер радуга из всех горизонтов — пчела утяжелённая только полётом как когорты снежинок уходят в Галлию отслаиваясь в сугроб ледяной поступью ступая по лету Лето в Лето влетая из лета в лето ударяя в литавры таврии тавромахии андромахи над аэродромом где все самолёты давным-давно улетели. _2000_ Невеста Невеста лохматая светом невесомые лестницы скачут она плавную дрожь удочеряет она петли дверные вяжет она пальчики человечит стругает свое отраженье на телесном батуте пляшет ширеет ширмой мерцает медом под бедром топора ночного рубит скорбную скрипку тонет в дыре деревянной голос сорванный с древа держит горлом вкушает либо белую плаху глотает Саркофаг щебечущий вихрем хор бедреющий саркофагом что ты дочь обнаженная или ты ничья или звеня соскáми месит сирень турбобур непролазного света дивным ладаном захлебнется голодающий жернов – 8 перемалывающий храмы В холеный футляр двоебедрой секиры можно вкладывать только себя _1976_ «По комнате бродит медведь тишины…» По комнате бродит медведь тишины Я заброшен сюда из другого светлого века мне смешно когда 4 стены на одного свободного человека Нет я не строил клетку из кирпичей Это не я придумал замазывать солнце стеклом Люди, хотите я позову врачей и они прикажут разрушить каменный дом А я… я заброшен сюда из другого светлого века для меня ваше здание – каменное ничто Мне смешно, когда на одного свободного человека надевают железное и каменное пальто _1962_ «Есть на свете страна печали…» Есть на свете страна печали там тоскливые мамонты качают гибкие ветви там на гибких ветках печальные обезьяны из стеблей лиан вяжут мамонтам гибкие петли Я пришел из эпохи великой людской печали я ходил со слонами по диким лесам разлуки И меня обезьяны как маленького качали на ветвях тоски на ветвях мировой печали Видишь милая у меня совсем прозрачная кожа по губам моим стекает небесный сок ты взяла мою голову эти слезы слезы мамонта падают на песок Обезьяньи морды усеяли гибкие ветки Я сказал тебе – это просто глупые рожи Ничего подобного милая Это просто печальный ветер Он пришел и ушел он придет опять ну и что же Просто есть страна нездешней печали Я молчу я любимая больше не буду Это просто мамонты прокричали но ведь их все равно никогда не услышат люди _1957_ «Брожу один по скользким тротуарам…» Брожу один по скользким тротуарам надев фуражку задом наперед в глаза мне лезут ласковые фары а рядом что-то нежное плывет каким-то шепотком неуловимым среди шуршащих ботиков и бот проходит нежное проходит мимо и так во влажном воздухе плывет Смеется клоун на афише бодро и кажется запрыгает вот-вот Брожу один по дремлющему городу а рядом что-то нежное плывет _1957_ Стеклянный робот Не трогайте меня я стеклянный робот я стеклянный робот я только стеклянный робот кариатиды рыдают ночами на камни ложится туман и дома рассыпаются в пепел и мертвые петли повисли над головой Я робот стеклянный я только робот из стекла и порезов кожи я робот из осколков летящих в душу я робот из рам с разлетающимися стеклами я стеклянный веер распахнутый из любви в бесконечность я робот из ран из осколков врезанных в сердце я прозрачная бесконечность сияющая в стакане я стакан разлетающийся в момент падения или полета то ли падаю то ли лечу то ли выпадаю из твоих рук то ли приближаюсь преломляюсь гранями в радуге твоих губ я робот губной грудной из музыки стекол сияющий небом играющий отраженьем преломленный во всех пространствах осколками режущих граней Я стеклянный робот Я только стеклянный робот _1965_ «Когда мы разрушим последний условный знак…» Когда мы разрушим последний условный знак и будут слова многомерней пространства Минковского мы научимся читать язык голодных собак и откроем птицам поэзию Маяковского И поделятся звери своей бессловесной мукой и расскажут рыбы о том как они молчат и расскажут камни обезличенные наукой что никто не слышит как громко они кричат Сообщение неба сообщение сердца сообщение ТАСС: сейчас вселенная выступит перед вами с краткой пятиминутной речью И вселенная с нами заговорит и язык у нее окажется человечий _1965_ Адамово яблоко Червонный червь заката путь проточил в воздушном яблоке и яблоко упало Тьма путей прочерченных червем все поглотила как яблоко Адам То яблоко вкусившее Адама теперь внутри себя содержит древо а дерево вкусившее Адама горчит плодами – их вкусил Адам Но для червя одно — Адам и яблоко и древо На их скрещенье червь восьмерки пишет Червь вывернувшись наизнанку чревом в себя вмещает яблоко и древо _1978_ Буква Зверь Возьмите меня в золотую постель Сыграйте со мною в серебряный ящик из света Покуда доносится голос постылых пустынь Я знаю, что сбудется это И сбудется это Пока еще нет во мне голоса — Только любовь Но только любовь – это голос И все его слышат Пока еще прячутся голуби в алую кровь А алая кровь – это крылья взлетающей крыши За голубем небо как текст улетающий в файл За файлом экран и дисплей За дисплеем экран Прочитанный текст это я улетающий в файл Прочитанный текст – это файл улетающий в Я Последняя книга которую я напишу похожа на остов из мамонта из мезозоя Но я не пишу и поэтому я не пишу из зоомузея записок и из мезозоя Музей музыкален в нем зоорояль зооарфа в нем зоовалторны и зоолитавры аморфны в нем зоолончели с изогнутой шеей жирафа вдоль линии Соль соловей опрокинутый в морфий Как в банке с эфиром расправлены крылья всех звуков-стрекоз прозрачно теряющих крылья в изгибах рояля где сладковкушающий мамонт – вселенский наркоз скрипичным ключом в Ре и в Ля свой скелет повторяет теряя Сквозь мамонта в Ля я влетаю в серебряный файл в нутро где руины из рун и руно золотое откуда роятся щемящие файные Фа в сластящее лето летящие в зоо из зноя Да будет вам книга моя из струны переполнившей верх Наверх вы товарищи все – динозавры и плезиозавры За буквою Ферт и не менее древнего Херъ где снова из Ять и из Ерь Херъ и Зверь вылезают _1991_ Бемоль Как образ зеркала взнесен над Петергофом чтобы обрушить вниз каскад зеркал так глухотой окутанный Бетховен разнес по клавишам погасший Зодиак Так в пропасти скрипичного ключа немеют ноты и болят ключицы Скрипичный ключ округлый как земля похож на очертанье мертвой птицы Гроздья роз источая грусть тяжелеют от этой грусти каждый путник всего лишь пути забывающий в чувстве чувство В каждом поле есть поле битвы в каждой битве есть забытье Из бытия не создать избыток все что избыток – небытие Как градусник из последних сил вытягивает свой градус так я полнеба в себя вместил и вытеснил в небо радость А там вдали от каждого поцелуя свет как кардиограмма где нет пробела или как кладбищенская аллея не имеющая предела впереди меня огибая воображаемую линию позади меня огибая эхо так Офелия ловит лилию и тонет в глубине смеха _1987_ «Однажды осенью я вышел в цирк…» Однажды осенью я вышел в цирк был впереди своих последних лет и улетела вдруг гремящим светом лучеобразная лавина зла полупрозрачный ангел стал прозрачным сквозь ангела окно я увидал тот свет он был как я отнюдь не бесконечен а здание возводилось из громоздкого вакуума из заатмосферных сфер во дни где нас не было к дням где нас не будет но я и сам не знаю где нас не было больше или где я больше был Я люблю твою царскую пустоту состоящую в основном из птиц корабли которым имена Грусть и Паноптикум память – это аптечный склад где будущее – аптека. _1987_ Лермонтолёт Чтобы коснуться тюрьмы ресниц я хотел бы немного раздвинуть стены Эта стена стенаний твоих ладоней В ладонях живут только птицы Но и они улетают если ладонь в ладонь Ладонь уплывает Ах как ненавистны все эти птицы терзающие когтями небо складывающие крылья как две ладони и раскрывающие ладони чтобы лететь аплодируя телом Нет нежнее ресниц жен жен рожающих патефоны жен питающихся стихами и ласкающими гортанью В это непролазное небо вламываются тела из ломоты Я пишу птицами как кистями Они мне во всем послушны обмакиваемые в небо Тамародвижение Интрига беззвучной бездны Бездны не имеющей эха но отдающейся в себе слева Коллапс _1989_ Южный Херувим Только ты знаешь как играет и светит гобой Южный Херувим Когда с ветвей свисает гиббон С лица стирается грим Но грим лицу не всегда к лицу Не для всех играет гобой Но грим всегда к лицу подлецу Подлец не бывает самим собой Он может быть всем Что творит гобой Вернее может не быть Но ты можешь быть только самим собой Только самим собой можешь ты быть Помогай бытию отворяя дверь Или солнце включая Херувим летит сквозь земную Твердь Тверди не замечая Ангелам нет основания в Тверди Это заметил Джузеппе Верди Когда Сквозь твердыню ада Вошла и вышла Аида На слонах на конях фараона в ад въезжают фараоны и рабы фараонов Но ад всегда отдает назад Ангелов и влюбленных В нем нет стен потолка и пола В нем нет возраста и нет пола Он полон пламени без огня Ад всегда без меня _1994_ Слонолёт О слон с Востока летящий на самых слоеных крыльях в пространстве сна расслоенный лишь к вечности прислоненный Как старый комод летящий ты весь из витражных стекол мерцающих леденцами из музыки и шарманки шарниры шины насосы стеклянные псы и бусы короны из шоколада серебряный меч из липы картонный щит и конечно газетный шлем на макушке Никто никому не нужен Все более чем железны спокойны неуязвимы железно железнодорожны Но слон с Востока летящий наполнен пляской щемящей нарушивший злое время вернувший громаду детства он снова тебе напомнит что ты все равно ребенок и крайне далек от смерти которая где-то рядом. Плиний Пленяя Плиния сладким пленом она дала ему пару птиц которые содрогаясь взял в руки Плиний Плиний не подозревал как это возможно сжимая птиц он пел историю неистово исторгая оргии здравого смысла на коих помешан Рим Здравый смысл тем более отвергаем чем более очевиден чем боль ее очевидней Он взял щит и меч и ощетинился копьями во все стороны Так вы полагаете что Боги?.. Как я уже доказал боги равнобедренны и прямоугольны… Плиний отпустил одну птицу И охладил ладонь Но далее Речь была нечленораздельная – Рим должен отпустить птиц… _1990_ Дирижер Дирижер бабочки тянет ввысь нити Он то отражается то пылает Бабочка зеркальна и он зеркален кто кого поймает никто не знает Дирижер бабочки стал как кокон в каждой паутинке его сиянье Бабочка то падает то летает дирижер то тянется то сияет Дирижер бабочки стал округлым он теряет тень между средней Вегой он роняет пульт посредине бездны он исходит светом, исходит тенью Будущее будет посередине в бабочке сияющей среброликой в падающем дальше чем можно падать в ищущем полета в середине птицы _1981_ Свирель За мной крадется вор с тупой свирелью в ней все заполнено очами слепой свирелью стал туманный посох врастающий в туман гремит туманом свирельная ночная мгла зрачки перебирая окутанный свирелью горизонт встает из праха мертвый как младенец спеленатый свирелью грозовой слепые роды грозовой свирели _1981_ Крест В окруженье умеренно вянущих роз обмирает в рыданиях лето Гаснет радужный крест стрекозы где Христос пригвождается бликами света Поднимается радужный крест из стрекоз пригвождается к Господу взор распинается радужно-светлый Христос на скрещении моря и гор Крест из моря-горы Крест из моря-небес Солнце-лунный мерцающий крест крест из ночи и дня сквозь тебя и меня двух друг в друга врастающих чресл _1979, Ялта_ Поцелуй В это время змея сползающая с откоса в мазуте оставляет кожу на шпалах как шлейф Карениной В это время в гостиную вваливается Распутин и оттуда вываливаются фрейлины Все охвачено единым вселенским засосом млечный осьминог вошел в осьминога Двое образующих цифру 8 друг из друга сосут другого Так взасос устремляется море к луне Так взасос пьет священник из чаши церковной так младенец причмокивает во сне жизнью будущей переполнен _1978, Пицунда_ Орхидея Я презираю тебя всемирная деточка и клянусь тебе в том что нет меня и не будет пока не откроют дальнюю дверь в ту мрачную бездну где нет никого кроме я Остекленелые глазные ступени к дому где нет меня никогда Сирота имеет три знака тризну и распахнутый омут ЭЛЬ АЛЬ АЙ Срастается срастается в сердце шов это ОРХИДЕЯ она пожрала свет скоро выпадет снег и она остановит время Свидетельствую — пыльца мимолетна _1982_ Леди льда Ангел с крыльями из двух парусов плыл от мира к миру отмирая мирами от рая к раю Два телесных паруса летели по волнам незримым озаряемые сомкнутыми губами из лунных уст слишком лучно слишком нежно нежно нежели можно Так однажды мы вышли к зимнему морю где в лучах луны нежился обледенелый весь стеклянный парусник-корабль переполненный млеющими матросами от мачты до якорей гроздьями свисали матросы и сыпались на берег прозрачные как виноград Звенела Ялта ударяясь льдом о лед Звенел корабль ледяными снастями и парусами Звенели волны Облизывая ласковый лед Ялта леденела приобретая призрачность и прозрачность Луна леденела в волнах Земля леденела в лунах И ты стояла над причалом — прозрачная Леди льда _1990_ Селена Отражением дышит луна вдыхая себя и меня отвергнутый плачем ненужным и стоном наружным он потерял что-то и трезво рассуждая остался ни с чем в этом промозглом полузавтрашнем перебранка перебранка любовь Он думал что еще вчера не напрасно был трезв и весел но перерезанный светом вывалился на стол еще не размороженный еще мертвый Сквозь прозрачную плоть твоей мысли можно увидеть мутную глубину медуз и морского дна небо где ничего не видно кроме вязкого звездного света _1981_ Путник О сиреневый путник это ты это я о плоский сиреневый странник это я ему отвечаю он китайская тень на стене горизонта заката он в объем вырастает разрастается мне навстречу весь сиреневый мир заполняет сквозь меня он проходит я в нем заблудился идя к горизонту а он разрастаясь давно позади остался и вот он идет мне навстречу Вдруг я понял что мне не догнать ни себя ни его надо в плоскость уйти безвозвратно раствориться в себе и остаться внутри горизонта О сиреневый странник ты мне бесконечно знаком как весы пара глупых ключиц между правым и левым для бумажных теней чтобы взвешивать плоский закат _1976_ Странник Опираясь на посох воздушный странник движется горизонтально Опираясь на посох горизонтальный вертикальный странник идет Так два посоха крест образуют идущий наполняя пространство в котором Христос полновесен Виснет кровь становясь вертикальной Из разорванной птицы пространство ее выпадает из распахнутого чрева вылетает лоно и чрево становится птицей над чревом парящей Это дева беременная распятьем распласталась крестом Угловатое чрево разорвало Марию Она как яйцо раскололась Крест висит на своей пуповине Мария и рама в том окне только странник теряющий в посохе посох Шел плотник неумелый с прозрачным топором посреди дороги упал раздвоенный череп мозг как хлеб преломился вошла скорлупа в скорлупу вылетела птица прилетела птица ты остался собой стал как хлеб преломленный но больше всего как птица которая улетела как колокол деревянный сквозь топор пустоты небесной летит раздвоенный мозг пока поводырь не ведает о слепце пока слепец бредет сквозь поводыря оставшегося позади с беременным посохом. _1978_ Позади зодиака Тебя долбят изнутри и вот ты – челн из зыби в глазной изнанке нет горизонта угольный зрачок стекает с резьбы винта небо – гаечный ключ луны — медленно поверни из резьбы вывернется лицо хлынет свет обратный на путях луны в пурпурных провалах друг в друге алея. Марс – Марс каменное болото костяное сердце отзовись на зов Кто поймет эту клинопись провалов носов и глаз Черепа – черепки известковой книги в мерцающей извести зияющие провалы твоя звенящая бороздка долгоиграющий диск черепной повторяющий вибрацию звонких гор. В том извиве прочтешь ослепительный звук тошнотворный и затухающий взвизг при скольжении с горы вниз в костенеющую черепную изнанку. В том надтреснутом мах и пристанище ночная грызня светил. За этой свободой ничем не очерченный не ограненный за этими пьянящими контурами проявляющейся фотобумаги не ищи заветных признаков не обременяй громоздким твое грядущее шествие в неограненность и когда эти камни эти щемящие камни отпадая от тела упадут в пустоту ты пойдешь по полю наполненному прохладой отрывая от земли букет своих тел _1982_ Разомкнутый квадрат Оброненная фольга в мертвом воздухе звенит свой затейливый повтор продолжает сладкий звук свет ночной намолочен резко сдвинута ночь как комод и от пыльного лунного света остался квадрат под квадратом манит теплою лунною пылью квадрат не смываемый никем и ничем не вмещая обтекает себя квадрат как рог изобилия сыплет квадрат вещами в отсутствующей вещи намного больше вещей из него выпадает ночь и прозрачная пыльная луна извлечена как корень сладко ноет корень молочных зубов луны вот и вылетел пыльный мотылек осыпая пол пылью квадрат приподнялся вспорхнул и улетел оставляя тень квадрата _1984_ СУЛТАНОВО ВЕЧЕ Достань мне эту луну, багровую от любви, разрубленное солнце, сторукую деву, простимся в подлунную королевскую темноту. Испепеленные трупным гневом три дозы любви, три отгадки дев светлооких окон на гнев приходящих. Да сбудется султаново вече отрубленных голов сторублевых ассигнаций, множество зазубрин, впадин, насечек минаретов, молелен коек. Ничего нет, ничего не было ничего не будет _1982_ Театр после тирана Уже отыграна игра и умерли давно актеры А сцена всё ещё гола И ждет другого режиссёра Но и другой когда придет Не сможет отыграть те роли Они отыграны до боли А боль когда-нибудь пройдет Тогда и вылезут на сцену Фигляры Клоуны Пажи Переиграют нашу пьесу И передразнят нашу жизнь И может быть из-за кулисы Я выйду как выходит Тень И все актеры и актрисы Уйдут за мной в глухую тень И в занавесе встрепенется Моя минувшая печаль И зал внезапно содрогнется Отчаянием из отчайнь… И может быть над Мейерхольдом Оденется в последний траур И это траурное небо И этот черный тротуар И может быть умрет Михоэлс Надев корону из Кремля И в горностаевых сугробах Утонет тело Короля И в судорогах Таиров Опять над Коонен замрет Всё замерло всё затаилось Всё умерло всё не умрет Любыми средствами любыми Вы выиграете Игрой На сцену вырвется Любимов И проиграет вашу роль _2007 г._ Дизайнер грусти Консул любви академик наук вдаль лицезреет лето немота дня превышает меня но открывает торбу в ней три заповеди «не быть» доброжелатель мая ортопедический однолюб нежный голыш надежды вот сердечная амальгама иносказание мига половчане из Негрограда хазары из хозрасчета маленькие лилипутики из-под гомеопатической тары крупные славяне из консервного мяса многие как я любят женщин но я один из немногих весна несет нам весы Борисоглебск в Борисоглебске но я не в я вселенная расширяется а я сужаюсь _1984_ Зеркальное дежавю Завязывая узел из пространств я так и не заметил, что однажды преодолел в пространстве слово «транс» и оказался здесь однажды дважды Я вспомнил, что уже пересекал трамвайный путь и впереди трамвая я так же оступился между шпал и выскочил страх преодолевая Я узнавал знакомые узлы когда заранье знал что будет дальше из будущего в прошлое разрыв преодолен и «позже» было «раньше» Мне объяснил психолог что порой нам кажется что мы здесь были в прошлом так солнце закатившись за горой зайдет еще раз за ее подошвой Потом я убеждался, что в Крыму один закат мог повториться дважды и трижды если плыть вослед ему вдоль берега но это все не важно Куда важнее узел из пространс — творящий неизведанные связи — нить времени, связующая нас в сплошной узор из зазеркальной связи Зеркальный узел двух слепящих тел за отраженьем вяжет отраженье Я отражаясь в зеркало влетел и вылетел навстречу от рожденья Все зеркала связующие нас давно отражены в других пространствах поэтому впадающие в транс всегда обнажены в зеркальном трансе Узел из за — зеркалья _1999_ Рояль во сне Я играл во сне на мысленном рояле И представь себе ни разу не сфальшивил Я играл как Горовиц или Рихтер Даже лучше потому что не учился Клавиши любые подходили Чтоб извлечь тот звук который нужно Музыка Ее я не припомню Но она была намного лучше Чем в любой небесной партитуре Где все звезды это только ноты А все ноты это только звезды _2006_ Веер Вермеера Я вошел в пространство теряя время как в зеркала ушел Вермеер как Батерфляй раскрывает веер распахнутый в мир иной в это мгновение Бог стал мной как по волнам уплывает Ной уплывающий в мир иной затерялся в лунах его корабль открывая Новый Завет как открывает веер Елизавет верен верен Новый Завет веселится Елизавет на волнах Вермеер в море аморе – море море – аморе амок умолк к лону кома открылась бездна слез полна я вошел во время время стало мною я стал Ной и Ной иной Ной закрылась бездна открылся Вермеер веер всех вер и умер мир мер Стихи горячего лета 2008 Книга судьбы переверни страницу своей судьбы и напиши заново все слова новое слово окажется повторенным а повторенное сразу же станет новым Страна-струна моя страна сошла с ума натянутая как струна но я люблю свою страну порвавшую свою струну Перун – Сварог Сварог – Перун опять страна моя без струн Власть Несть власти аще не от власти Нет части аще не отчасти Нет счастья аще не от счастья И нет несчастья не от счастья «упорно-порно…» упорно-порно рашен-страшен «После всех перемен…» После всех перемен сменили стихи на прозу Россия встала с колен? Просто сменила позу «За первым взглядом…» За первым взглядом следует любовь Последний взгляд не может быть последним Взгляд только первый А за ним Любовь «Чем огненней…» Чем огненней тем неопределённей Чем неопределённей тем верней Преодолённый – непреодолённый А непреодолённый огненней Гроза безмолвия как гром без молнии безмолвней и безмолвнее «В моей…» В моей остросюжетной вечной жизни развязки нет Развязка это Я «Спасибо Вам…» Спасибо Вам что мысли мои живы Пока Вы есть мои слова живут Но Вы же вы же вы же вы же В вас выживут мои слова И оживут «Так Богу хорошо…» Так Богу хорошо что он хорош Так плохо дьяволу за то что он плохой А у меня в зачётке жизни хор поет и я пою что мир хорош Европа и Поэзия Теперь когда везде поездили упились славой от горла Европа умерла в поэзии Поэзия в Европе умерла Ну что ж, мы по миру поездили… Поэзии не изменяя — Я учусь у своей поэзии поэзия учится у меня Арифметика любви Три меньше чем два два больше чем три один больше чем все все меньше чем один 1 + 1 = 1 2 – 1 = 0 Растроение может сам я себе приснился не расстроился – растроился был с другою я и с тобой оставаясь самим собой Ноктюрн Шопена я засел за клавикорды чтоб извлечь любви аккорды клавикорд – лав аккорд Love-аккорд клавикорд шопот Шопена Шопена шопот ГОГОТ ГОГЕНА Гогена хохот ШОПОТ ШОПЕНА ШУМАНА ШУМ ШУМАНА ШУМАНА ШУМАНА УМ умер нега Гогена Гогена нега ухо Ван Гога Ван Гога ухо глухо для абсолютного слуха клавикорд ор орд орд ор клави — cor — тона чистые cor-кар — диаграмма cor кар хор хор cor Влюбленный текст Обратно простирается боль не мечите бисер перед ангелами дабы они не смахнули его крылами след луны остается в сердце солнц не оставляет следов камни летят по закону всемирного тяготения о котором не догадываются птицы траектория птичьего полета физикой не объяснима чтобы догнать себя надо остановиться солнце отражается не в воде а в слезах лицо разбивается в зеркалах оставаясь целым дальше света летит поцелуй целующий Бога Бог прикасается к нам лучами свет становится теплом тепло становится светом только мыслью можно приласкать Бога завтра нас не будет нигде и тогда ощутив пустоту нас мгновенно заметят когда отсутствие заметно оно бессмертно только погасшее солнце можно увидеть только прошлое можно вспомнить только будущее можно предчувствовать только настоящее незаметно музыка играет тишину тишина играет тишину Бог хранит молчание но слышит непонятные слова притягательнее понятных слова это птицы речи речь птичья стая весной они прилетают осенью улетают их речь таинственна но невнятна если кто-то меня не понял значит я сказал всё не сказаны все слова все слова не сказаны речь косноязычна если она прямая главное чего не понял Витгенштейн – слова ранимы всего печальнее окончания всего ранимее суффиксы даже самоуверенные приставки с трудом удерживают смысл корня но и они вот-вот низвергнутся в тишину фонем заглушаемых визгом звуков. смысл прячется в словах как фонемы в звуках вы скажете это филология нет это просто печаль о словах слова рождаются в горле зачинаются и вынашиваются в сердце если фонемы озвучены а звуки осмыслены значит это поэзия если слова в тексте любят друг друга значит это стихи «Я играю на скрипке Пикассо…» Я играю на скрипке Пикассо Скрипка – скрепка меж небом и мной Я играю на скрипке Пикассо Или скрипка играет со мной Все играет а я не играю Все играют а я не игрок Несомненно я все проиграю Но зато проиграю как бог Потому что когда я играю Я играю в себя и во всё Несомненно я все проиграю Но зато проиграю я всё Пусть и мне будет порванострунно Пусть и я буду вывернут вне В несебя в небеса где безумно Всем безумно а скрипке умнО Я играю на скрипке Эйнштейна И хотя он играет не в такт Знаю я, что ни Штайнер ни Штейнер Не сыграют на скрипочке так Я играю на Кедровой скрипке Вся кедрОвая – струны из жил Сам не знаю – смычок или скипетр Дирижер в мои руки вложил _2010_ Флейта Шекспира Шекспир играющий на флейте У флейты множество отверстий Вся флейта жаждет рук и губ Он научился в дырки дуть Шекспир Офелия и флейта Офелия и тишина Как девственница Елизавета В Шекспира флейту влюблена Она печальна как Офелия Но внутрь вселяется веселие Все пушки это флейты флота И даже флот большая флейта На нем играет Елизавета Но флот испанский как Офелия не весел от сего веселия Хотя Елизавета девственница но все еще на все надеется И даже есть такая версия Что дул Шекспир во все отверстия Лишь иногда наденет траур Как узника оденет Тауэр Или иногда отрубит голову Когда ее обидят голую Но разгласит нам тайны эти Шекспир играющий на флейте Вихри дЕкарта Перемалывая друг друга Перемелем когда-нибудь Перемолотая в нас вьюга Отправляется в с-нежный путь Мы друг друга перемололи Как телесные жернова Вьюга были и вьюга боли Перемелются на слова Выйду в поле, а там не поле Только вихри влюбленных тел Вьюга были и вьюга боли Где я вихрем к тебе летел Выйду в поле а там не поле Только вихрь обнимает вихрь Ты поймешь что это такое Если сам превратишься в вихрь За вихрение за вихрами За явление за явленьем Мы друг друга мерим мирами Из миров миря измеренья Мы влипли Как липнет к снежинке снежинка Мы в лютне Звенящей по жизни о жизни Мы будем лететь обнимая поля Как Ля обнимает поющее Ля Мы снежные струны звенящие вьюгой: Мы любим друг друга Мы любим друг друга _2010_ Гете-на-ум Страх и трепет и Кьеркегор караулят меня в подъезде Пионерский салют богам Древней Греции отдал Гете Гете тянет телесный гнет сладкогрудую die-der-das Mдdchen Mдdchen-Гретхен и Гретхен – мед Гретхен – грех а не грех не Гретхен Бытиё – это грудь её Грудь её – это грусть её Медицина бессильна Гете неизлечим Женская оптика обте — каема для мужчин Мужская оптика — оптимум нежных линз нежных Гретхен и Бедных Лиз Но желаннее всех жен обнаженная Элен Эллинизм пленяет Гете Гете едет в Древний Рим Мне наплевать на бронзы многопудье мне наплевать на мраморную слизь пускай нам общим памятником будет построенный богами Эллинизм Поэмы Компьютер любви Небо – это высота взгляда Взгляд – это глубина неба Боль – это прикосновение Бога Бог – это прикосновение боли Выдох – это глубина вдоха вдох – это высота выдоха Свет – это голос тишины Тишина – это голос света Тьма – это крик сияния Сияние – это тишина тьмы Радуга – это радость света Мысль – это немота души Свет – это глубина знания Знание – это высота света Конь – это зверь пространства Кошка – это зверь времени Время – это пространство свернувшееся в клубок Пространство – это развернутый конь Кошки – это коты пространства Пространство – это время котов Пушкин – это вор времени Поэзия Пушкина – это время вора Солнце – это тело Луны Тело – это Луна любви Пароход – это железная волна Вода – это пароход волны Печаль – это пустота пространства Радость – это полнота времени Время – это печаль пространства Пространство – это полнота времени Человек – это изнанка неба Небо – это изнанка человека Прикосновение – это граница поцелуя Поцелуй – это безграничность прикосновения Женщина – это нутро неба Мужчина – это небо нутра Женщина – это пространство мужчины Время женщины – это пространство мужчины Любовь – это дуновение бесконечности Вечная жизнь – это миг любви Корабль – это компьютер памяти Память – это корабль компьютера Море – это пространство Луны Пространство – это море Луны Солнце – это Луна пространства Луна – это время Солнца Пространство – это Солнце Луны Время – это Луна пространства Солнце – это пространство времени Звезды – это голоса ночи Голоса – это звезды дня Корабль – это пристань всего океана Океан – это пристань всего корабля Кожа – это рисунок созвездий Созвездия – это рисунок кожи Христос – это Солнце Будды Будда – это Луна Христа Время Солнца измеряется Луной пространства Пространство Луны – это время Солнца Горизонт – это ширина взгляда Взгляд – это глубина горизонта Высота – это граница зрения Проститутка – это невеста времени Время – это проститутка пространства Ладонь – это лодочка для невесты Невеста – это лодочка для ладони Верблюд – это корабль пустыни Пустыня – это корабль верблюда Любовь – это неизбежность вечности Вечность – это неизбежность любви Красота – это ненависть к смерти Ненависть к смерти – это красота Созвездие Ориона – это меч любви Любовь – это меч созвездия Ориона Малая Медведица – это пространство Большой Медведицы Большая Медведица – это время Малой Медведицы Полярная звезда – это точка взгляда Взгляд – это ширина неба Небо – это высота взгляда Мысль – это глубина ночи Ночь – это ширина мысли Млечный путь – это путь к Луне Луна – это развернутый Млечный путь Каждая звезда – это наслаждение Наслаждение – это каждая звезда Пространство между звездами — это время без любви Любовь – это набитое звездами время Время – это сплошная звезда любви Люди – это межзвездные мосты Мосты – это межзвездные люди Страсть к слиянию – это перелет Полет – это продолженное слияние Слияние – это толчок к полету Голос – это бросок друг к другу Страх – это граница линии жизни в конце ладони Непонимание – это плач о друге Друг – это понимание плача Расстояние между людьми заполняют звезды Расстояние между звездами заполняют люди Любовь – это скорость света обратно пропорциональная расстоянию между нами Расстояние между нами обратно пропорциональное скорости света — это любовь Компьютер любви – 2 Память – это прошлое в настоящем настоящее – это прошлое в будущем прошлое – это будущее сегодня будущее – это сегодня в прошлом палиндром – это будущее и прошлое в настоящем будущее и прошлое в настоящем – это палиндром чудо – это возможность счастья счастье – это возможность чуда голос – это говорящая тишина тишина – это молчащий голос христос – это крест на теле тело – это христос на кресте мертвые – это живые в прошлом живые – это мертвые в настоящем смертные – это бессмертные в настоящем бессмертные – это смертные в прошлом час – это секунда в прошлом секунда – это час в настоящем любовь – это радость двуединого тела радость – это двуединое тело тень – это внутренность света свет – это поверхность тени сила – это ума не надо ум – это не надо силы бездна – это музыка визга музыка – это призыв из бездны мозг – это мыслящая вода мысль – это след на воде оставленный богом мысль – это радость воображения воображение – радость мысли бог – это человек в прошлом будущем и настоящем человек – это бог в будущем или прошлом интуиция – догадка человека о боге мысль – догадка бога о человеке Платон – это Сократ в законе Сократ – это Христос в Афинах миф – это исповедь бога разум – это граница смысла прошлое – это настоящее невольно покинутое будущее – это неожиданное и невозможное мудрость – это понимание бога бог – это возможность смысла философия – праздник смысла мысль – это улыбка бога фашизм – это смерть в законе коммунизм – это законы смерти модель разума – смысл печали печаль разума – смысл модели дьявол – это ошибка бога двое любящих – тело бога море любящих – это двое море – это молитва звука звук – это молитва моря полнолуние – солнце мысли полигамия – гамма щелок моногамия – щелка гаммы зеркало – это ответ из света линия – это граница между берег – это внешнее море море – это внутренний берег прошлое – это вчера сегодня будущее – это сегодня завтра градусник – это домкрат из ртути ртуть – это слеза металла мозг – это сгусток из моря мысли море – простор из извилин мозга тело – это смертное пламя пламя – это вечное тело время – это сегодня в прошлом вечность – это всегда сегодня Компьютер любви – 3 Я – дирижер тишины Оркестр – звуковая рама Ноты – запретные плоды на древе познания Все инструменты – варианты скрипичного ключа Нотный стан – звуковая клетка для птиц Птицы – ускользающие ноты Симфония – стая птиц Опера – готика голосов Пять горизонтов – линия нотного стана Партитура – пашня, засеянная проросшими нотами Рояль – простор тишины Арфа – силок для звука Скрипка – деревянный скрипичный ключ Смычок – бродяга струн Пальцы – бродяги клавиш Клавиши – провалы молчания Судьба – мелодия жизни Душа – пространство между двумя мембранами Барабан – христианский инструмент: ударят в правую щеку – подставляет левую Голос – сгусток воздушной ласки Пение – ласка звуком Струны – радуга звуков Литавры – летающие мембраны Классика – музыка людей для людей Авангард – музыка ангелов для богов Гармония – логика звука Небо – партитура звезд Галактики – скрипичные ключи Луна и Солнце – литавры света Земля – оркестровая яма Тишина – партитура, забитая нотами до отказа Млечный Путь – линия ладони Судьба – ладонь небесного дирижера Ночное небо – приподнятая крышка роял Компьютер любви – 4 музыка – это начало смысла смысл – это финал звучания жизнь – это изнанка смерти смерть – это изнанка жизни радость – это полет печали грусть – это печаль полета солнце – это возможность света свет – это возможность солнца Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом. Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org