Автор : Топелиус Сакариас (Захариас) Название книги: Дар морского короля Читать на сайте: https://mir-knigi.org/author/topelius-sakarias-zaharias/dar-morskogo-korolya Сакариас Топелиус Дар Морского короля Жил-был некогда старик-рыбак по имени Матте, по прозвищу Лосось. Жил он у самого берега бескрайнего моря. А где ж ему еще жить? И была у него старуха жена по имени Майя, по прозвищу Лососиха. А как ее еще звать, коли мужа Лосось величают? Зимой теснились они в маленькой лачуге у берега материка, однако весной переселялись на коралловую красную скалу посреди моря и жили там все лето в хижине куда меньшей, чем у берега. Вместо замка висела у них деревянная щеколда. Был у них еще очаг, сложенный из гнейса [1], флагшток и флюгер на крыше. Скала звалась Атола [2] и была ничуть не больше рыночной площади в городе. Там в расселинах росли невысокая рябинка да четыре куста ольхи… Бог знает, как они туда попали, может, с осенним паводком… Кроме того, имелось на острове еще несколько кочек нежной, как бархат, травы и несколько стеблей тростника, две колонии того самого растения с желтыми цветами, что зовется пижма обыкновенная, и еще заросли высокого, с метелками темно-розовых цветов, кипрея. Да еще какой-то красивый белый цветок. Но самым диковинным на скале были три кочки, поросшие зеленым луком, что Майя Лососиха посадила в ущелье, где с северной стороны лук защищала каменная стена, а с южной — грело солнце. Лука было совсем немного, но вполне достаточно для огорода Майи Лососихи. Самого хорошего всегда бывает числом три, и потому Матте Лосось и его жена ловили по весне лосося, летом — салаку, а осенью — сига. Коли день выдавался погожий, а ветер — попутный, плыли они по субботам в город, продавали свежую рыбу, а по воскресеньям хаживали в церковь. [Дар морского короля - i_001.png] Однако частенько случалось им много недель подряд жить в одиночестве на скалистом островке Атола и не видеть никого и ничего, кроме своего маленького желто-бурого песика, хитрющего-прехитрющего и носившего гордое имя Принц, своих травяных кочек, кустов ольхи и цветов, морских чаек и рыб, штормовых туч да бело-голубых волн. Ведь их скалистый островок был самый крайний на взморье, и кругом на целую милю не нашлось бы ни единого зеленого островка либо человеческого жилья, а только кое-где виднелась скала такой же точно породы красного кораллового камня, как Атола, денно и нощно омываемая пенной волной. Матте Лосось и Майя Лососиха были скромны и трудолюбивы; радостные и довольные жили они втроем с Принцем в своей бедной лачуге и почитали себя богачами, когда им удавалось засолить столько бочонков рыбы, чтобы на всю зиму хватало, и коли у них оставалось еще немного рыбы на продажу, — купить табак для трубки старика да несколько фунтов [3] кофе для старухи. Да еще вдвое больше, чем всегда, жареных зерен и цикория, чтобы сдобрить вкус кофе. А вообще-то было у них в запасе масло, хлеб, рыба, бочка с питьевой водой да еще целый анкер [4] кислого молока, чего еще желать?! Все было бы хорошо, не будь у Майи Лососихи тайного заветного желания, не дававшего ей покоя! Год за годом размышляла она о том, как бы ей разбогатеть так, чтобы хоть раз в жизни завести себе корову. — На что тебе корова? — спрашивал ее Матте Лосось. — Как перевезти ее на скалу? Плыть далеко она не сможет, в лодке нашей не поместится… А коли даже доставим ее туда, нечем ведь ее кормить! — Как нечем? Здесь — четыре куста ольхи да шестнадцать поросших травой кочек, — возражала Майя Лососиха. — А почему бы и нет? — смеялся Матте Лосось. — Здесь есть еще три кочки зеленого лука. Ведь ты сможешь кормить ее еще и зеленым луком! — Все коровы любят соленую салаку, — защищалась жена. — Принц тоже любит рыбу. — Да, лучшего корма для коровы не найти! — говорил рыбак. — Нет уж, спасибо! Больно дорого обойдется нам корова, коли станем кормить ее соленой салакой. Салаку Принцу — еще куда ни шло! Он хоть дерется с сизыми чайками, отбивает у них то, что остается от очистков. Выкинь буренку из головы, матушка, хорошо — то, что есть! Майя Лососиха вздыхала. Она понимала, что старик прав, но о буренке забыть не могла. Старое кислое молоко казалось уже невкусным, когда его подливали в кофе вместо сливок, а Майя Лососиха мечтала о сладких сливках и свежей простокваше, как о величайшем счастье, какое только можно изведать в этом мире. Однажды, когда старик со старухой чистили салаку у берега, они услыхали лай Принца. А вскоре показался и красивый разрисованный шлюп с сидевшими там молодыми господами в белых фуражках. Молодые люди правили к берегу, а вообще-то были они студентами, что плыли издалека развлечения ради. Сейчас они искали сушу, где можно было бы раздобыть что-нибудь свеженькое перекусить! [Дар морского короля - i_002.png] — Греби сюда со свежей простоквашей, бабуля! — закричали они. — Да, коли б она у меня была! — вздохнула Майя Лососиха. — Сойдет и кувшин парного молока! — согласились студенты. — Но только парного! — Да коли б оно у нас было! — еще глубже вздохнула старуха. — Как так? У вас нет коровы? Майя Лососиха промолчала. Слишком трудно было отвечать на такой больной для нее вопрос. — Коровы у нас нет, — ответил Матте Лосось, — но коли довольствуетесь доброй салакой горячего копчения, через пару часов получите ее еще совсем тепленькой. — Пусть будет салака! — согласились студенты и безо всяких церемоний расположились внизу у берега на камнях со своими сигарами и трубками, меж тем как пятьдесят серебристо-белых салак насаживались на вертел над коптильней. — Как называется ваша скала, этот мелкий камешек в море? — спросил один из студентов. — Атола, — ответил старик. — Да ну, какая же нужда заставила вас жить в усадьбе Морского бога? [5] Матте Лосось ничего не понимал. Он никогда не читал «Калевалу» и ничего не знал о морских богах своих предков. Но студенты все ему объяснили. — Ахти, — сказали они, — могущественный король, что обитает в своей усадьбе Атола, рядом со скалой в глубоком море, и в изобилии владеет множеством драгоценных сокровищ. Он правит всеми рыбами и другими морскими животными, у него — прекраснейшие коровы и быстроногие лошади, что пасутся на морском дне и кормятся водорослями. Тот, кто придется Ахти по нраву, вскоре разбогатеет. Но этому человеку надобно как следует остерегаться хотя бы мало-мальски разгневать Морского короля! Ибо Ахти очень своенравен и обидчив. Его может разозлить даже мелкий камешек, брошенный в воду, и тогда он забирает обратно свои дары, вздымает волны, насылает бурю и тянет пловца вниз, в пучину. У Ахти в услужении красивейшие морские девы, что носят шлейф его королевы Велламо, расчесывают ее длинные волосы и слушают музыку, когда для них играют… [Дар морского короля - i_003.png] — О, так это похоже на владыку вод! — воскликнул Матте Лосось. — Так вы, господа, видели все это собственными глазами? — Все это так и есть, словно мы сами видели, — ответили студенты. — Это все напечатано в книге, а все, что напечатано, — чистая правда! — Ну и ну! — снова воскликнул чуть презрительно Матте Лосось. — Тогда вчера у нас должен был быть погожий день, ведь так написано в календаре: что, мол, погода будет ясной, однако же поднялся ветер и шел ливень, к тому же такой, словно небо разверзлось над нами! — Видишь ли, это оттого, что календарю дана привилегия дурачить людей, и привилегия эта напечатана черным по белому, поэтому она обязана быть правдивой, — объяснили студенты. Матте Лосось покачал головой. Но салака горячего копчения была уже готова, студенты ели за шестерых и угощали Принца холодным жарким, что привезли с собой в шлюпе. Принц от радости вставал на задние лапки и мурлыкал, словно кот! Наевшись, студенты дали Матте Лососю блестящую серебряную монету в целую марку и дозволили ему отсыпать табаку для своей трубки, после чего он набил трубку так, что та треснула. Затем господа поблагодарили за угощение и снова пустились в путь, к великому сожалению Принца, чьи тоскливые взгляды с берега провожали их до тех пор, пока песик мог видеть вдали хотя бы клочок белого паруса шлюпа на синей глади моря. вернуться 1 Гнейс (нем.) — горная порода, состоящая преимущественно из шпата (различные минералы, в т. ч. кварц и слюда). вернуться 2 Атолл — кольцеобразный коралловый островок, риф (малайск.). Атола — финское название такого островка. вернуться 3 Мера веса — 425 граммов. вернуться 4 Старинная мера, равная 39,26 литра. вернуться 5 В карело-финском эпосе «Калевала» (1835) о приключениях героев сказочной страны Калева король потоков Ахто живет на небольшом мысочке. Однако Топелиус изменяет имена героев и некоторые реалии. «Ахто» — на «Ахти», который здесь — не Морской бог, а Морской король; имя Велламо-русалки, что в «Калевале» — дочь Ахто, дается Топелиусом жене Морского короля — королеве Велламо. Майя Лососиха не вымолвила ни слова, но думала тем не менее куда больше прежнего. Слух у нее был прекрасный, и рассказ студентов об Ахти до малейших подробностей запечатлелся в ее памяти. «Хорошо бы, — думала она, — раздобыть одну из волшебных коров! Хорошо бы подоить такую чудесную буренку утром да вечером и ничуть не заботиться о ее корме, а заместо того прикрепить полку под окошком и целиком заставить ее кувшинами с молоком да мисками с простоквашей. Но такое счастье мне, верно, никогда в этом мире не суждено!» — О чем ты думаешь? — спросил жену Матте Лосось. — Да так, ни о чем, — ответила старуха. Но сама втихомолку размышляла о волшебных рунах [6], слышанных еще в детстве от хромого старика, что слыл рыбаком-умельцем, которому сопутствовало рыбацкое счастье. «Ачто, если и мне попробовать?!» — подумала она. В тот день была суббота, а в субботний вечер Матте Лосось не имел обыкновения закидывать сети для ловли салаки, так как хорошо знал, что не должно осквернять субботу. Но когда время подошло к вечеру, старуха сказала: — Нынче вечером закинем сети! — Нет, — отказался старик, — никогда не бывает удачи, коли ловить рыбу в ночь на воскресенье. — Вчера ночью штормило, и у нас был такой маленький улов, — возразила старуха. — А нынче вечером море словно зеркало блестит, и из-за вчерашнего ветра салака поднимается на поверхность. — Но на северо-западе надвигается туча. Она сулит непогоду, — сказал старик, — а вчера вечером Принц ел траву. — Неужто он съел мой зеленый лук? — спросила старуха. — Нет, но завтра утром на восходе солнца жди непогодья, — ответил Матте Лосось. — Послушай-ка, — сказала старуха. — Мы закинем один-единственный невод на дне с подветренной стороны и набьем полный бочонок рыбы. Только забрать его надо поскорее, а не то худо будет, рыба испортится. [Дар морского короля - i_004.png] Старик дал себя уговорить, и они поплыли на веслах в море. Когда они были уже далеко, над самой глубью, старуха начала напевать вполголоса старую волшебную руну, только слова переиначивала она по велению сердца: О царящий под водой, Ахти с длинной бородой! Сколько у тебя сокровищ — Грозных рыб, морских чудовищ И несметных жемчугов, А среди твоих лугов, Гладкобоки, стопудовы, Ходят тучные коровы! — Чего ты там напеваешь? — спросил старик. — Это всего-навсего старая песня, которую я вспомнила, — ответила старуха и, повысив голос, продолжала петь: О владыка вод морских, Не прошу богатств твоих, Дорогие жемчуга мне Все равно что просто камни! Ты отдай корову нам, А взамен тебе отдам Серебро Луны и злато Солнца — все, чем я богата! — Глупая песня, — возмутился Матте Лосось. — О чем можно просить Морского короля, как не о рыбе? А кроме того, такую песню не подобает петь в ночь на воскресенье. Старуха притворилась, будто не слышит его слова, и все пела и пела на той же самой ноте все время, пока они плыли над глубью морской. Матте Лосось греб, сидя в тяжелой лодке, и больше не прислушивался к голосу Майи Лососихи, так как думал о треснувшей глиняной трубке и о чудесном табаке. Затем они вернулись обратно на скалу, а вскоре после этого отправились спать. Матте Лосось и Майя Лососиха лежали каждый в своей кровати, но никто из них и глаз не сомкнул: один думал о том, что осквернил субботу, другая же думала о коровах короля Ахти. Когда время зашло за полночь, старик вдруг сел в кровати и спросил свою старуху: — Слышишь что-то? — Нет, — ответила старуха. — Сдается мне, будто с флюгером на крыше неладно. Быть шторму! — Нечего уговаривать себя! — возразила старуха. Матте Лосось снова лег, но через некоторое время вновь сел и выпрямился. — Теперь флюгер скрипит, — сказал он. — И чего ты только не придумаешь, — проворчала старуха. — Спи! И старик попытался заснуть. Но в третий раз он все-таки вскочил с кровати. — Да нет, теперь флюгер так громко трещит, словно его подожгли! Непогодье уже на дворе. Надо выходить в море спасать невод. Оба поднялись. Летняя ночь была темна, как в октябре, и флюгер трещал, и буря ревела во всех углах. Когда они вышли из горницы, бескрайняя морская гладь окружала их в ночи, словно снежное поле, а пена вздымалась высоко над крышей рыбачьей лачуги. Такую ночь на памяти Матте Лосося ему никогда переживать не доводилось. О том, чтобы спустить лодку в воду и выйти в море убрать невод, нечего было и думать. Изумленные старик со старухой стояли у крыльца и крепко держались за дверной косяк, меж тем как вода заливала их лица. — Ну разве не говорил я, что рыбачить в ночь на воскресенье нельзя? Никакого благословения нам нет! — угрюмо буркнул Матте Лосось, а старуха стояла рядом такая смущенная и испуганная, что даже и думать забыла о коровах Ахти. Ничего не поделаешь, и они снова вернулись в свою лачугу. Веки у них отяжелели после ночного бдения, и они заснули так сладко, словно никогда бурное море не бесчинствовало в гневе вокруг их одинокой скалы. Когда же Матте Лосось со старухой проснулись, солнце уже стояло высоко в небе, буря улеглась, и только высокая мертвая зыбь сияла в солнечном свете на фоне красной коралловой скалы. — Нет, что это? — воскликнула старуха, выглянув из дверей. — Похоже на большого тюленя, — рассудил Матте Лосось. — Я не я буду, коли это не корова! — воскликнула Майя Лососиха. И это в самом деле была чудесная рыжая корова — лучше не бывает — тучная и дородная, будто всю свою жизнь она только и делала, что кормилась шпинатом. Она спокойно разгуливала по берегу и даже не прикоснулась к жалким поросшим травой кочкам, словно пренебрегая столь скудным кормом. [Дар морского короля - i_005.png] Матте Лосось глазам своим не верил. Однако же это и вправду была корова, — она была создана коровой, и это очень скоро подтвердилось, когда старуха начала ее доить и заполнила все посудины в доме, вплоть до ковша, чудеснейшим утренним молоком. Понапрасну ломал себе голову старик, пытаясь понять, как она попала на скалу; ни до чего не додумавшись, ушел он искать свои пропавшие сети. Прошло совсем немного времени, прежде чем он отыскал их. Волны выбросили сети на берег, и в неводе было полно рыбы, к тому же — одна лишь сверкающая чешуей салака. — До чего же славно, что у нас есть буренка, — признался Матте Лосось, потроша салаку. — Но чем нам кормить корову? — Авось как-нибудь образуется! — сказала старуха. Но корова и сама нашла выход, чем кормиться. Вошла она в воду да и стала жевать водоросли, что росли на больших отмелях у берега. Вот и стала она гладкая да холеная. Все, кроме Принца, почитали ее славной буренкой. Принц же непрестанно лаял на нее. У него появилась соперница. С того дня кувшинов с молоком да мисок с простоквашей было на коралловой скале полным-полно, даже в избытке. А все сети битком набиты рыбой. От сытой жизни Матте Лосось и Майя Лососиха раздобрели донельзя и с каждым днем становились все богаче. Старуха сбивала много фунтов масла. Старик же взял себе в помощники двух работников и стал рыбачить по-крупному да торговать рыбой оптом. Море превратилось для него в большой рыбный садок, откуда он черпал рыбы, сколько хотел. А буренка по-прежнему кормилась сама. Осенью, когда Матте Лосось со старухой перебирались на сушу, корова уходила в море, а когда они возвращались обратно на скалу, она снова была тут как тут — их на скале поджидала. вернуться 6 Древние письмена скандинавов, сохранившиеся в надписях на камнях и на других предметах. Здесь: древние народные песни карелов. Из рун и составлен в более позднее время карелофинский эпос «Калевала». — Надо бы нам домишко получше, — сказала следующим летом Майя Лососиха. — Старая лачуга больно мала для нас, да и для работников. — Да, твоя правда, — согласился с ней Матте Лосось. И построил на скале добротный дом с надежными замками да сарай, где хранилась рыба, и взял еще двоих работников. А ловили они рыбы, на удивление, столько, что старик посылал не счесть сколько бочонков лосося, салаки и сига в Россию и Швецию. — Я вовсе из сил выбиваюсь — работников кормить! — сказала как-то Майя Лососиха. — Думаю, уж не больно много я захочу, коли возьму в помощницы служанку? — Возьми одну, — ответил старик. И наняли они служанку. Но тут Майя Лососиха сказала: — У нас совсем мало молока для стольких людей. Раз у меня теперь служанка, она сможет заодно и троих коров вместо одной обихаживать. — Тогда спой Морскому королю еще одну песенку, — насмешливо предложил старик. Слова эти разозлили Майю Лососиху. Но тем не менее однажды в ночь на воскресенье поплыла она на веслах снова в море и запела над бездной морской, как и прежде: О царящий под водой, Ахти с длинной бородой! Гладкобоки, стопудовы, Ходят тучные коровы На морских лугах твоих — Подари мне трех из них! На следующее утро три коровы вместо одной уже стояли на коралловой скале, и все три кормились водорослями и вели себя точь-в-точь, как и первая. — Теперь довольна? — спросил старуху Матте Лосось. — Ясное дело, я была бы довольна, будь у меня две служанки в таком большом хозяйстве, а кроме того, и платья побогаче. Не слыхал разве, что я зовусь отныне — «мадам»? — Ну ладно, будь по-твоему, — согласился старик. Завела тут Майя Лососиха несколько служанок да нарядные, подобающие мадам платья. — Теперь-то уж все было бы ладно, — молвила она, — коли б нам получше жилось летом. Построил бы ты нам дом в два жилья да навез на скалу чернозема — сад разбить. А в саду соорудил бы маленькую беседку, чтоб я оттуда на море любовалась. А еще нужен нам музыкант, пусть играет по вечерам на контрабасе; да и не худо бы еще собственный небольшой корабль завести, в церковь, когда ветрено, выезжать? — А больше тебе ничего не надо? — спросил Матте Лосось. Но снова сделал все так, как желала его старуха. [Дар морского короля - i_006.png] Скала Атола стала в конце концов такой красивой, а Майя Лососиха такой благородной, что все рыбки подкаменщики [7] да салака только диву давались. Даже Принца кормили нынче телячьим жарким да вафлями со взбитыми сливками, и стал он в конце концов округлым, словно бочонок, в котором кильки хранились. — Довольна? — спросил жену старик. — Ясное дело, довольна, — ответила Майя Лососиха. — Вот бы только мне тридцать коров! Для такого хозяйства не меньше надо! — Иди-ка ты к Морскому троллю! — буркнул Матте Лосось. Старуха поплыла на своем новехоньком корабле и снова спела над глубью песенку Морскому королю. На следующее утро уже тридцать отборных коров стояли на берегу и все обихаживали себя сами. — Знаешь что, батюшка, — сказала Майя Лососиха, — нам на такой маленькой жалкой скале — слишком тесно, да и где взять место для стольких коров? — Никакого другого средства, только как выкачать море, — не знаю, — ответил старик. — Чего болтаешь! Кто может выкачать море?! — вскричала старуха. — Попробуй выкачать море насосом, что на твоем корабле! — посоветовал старик. Майя Лососиха хорошо понимала, что старик дурачится, но все же задумалась. — Где уж мне выкачать море? — воскликнула она. — Но, может, я смогу запрудить его, коль построю большую плотину на глубине; ведь я могу набросать туда камни да песок. Тогда наша скала станет вдвое больше. Старуха велела загрузить новый корабль доверху камнями, песком и поплыла туда, где поглубже. Вместе с ней плыли работники, да музыкант так чудно играл на своем контрабасе, что Ахти, Велламо и все морские девы выплыли наверх и слушали его игру. — Что это так ярко блестит в волнах? — спросила Майя Лососиха. — Это морская пена сверкает в солнечном свете, — ответил музыкант. — Кидайте камни! — приказала Майя Лососиха. Работники стали бросать камни направо и налево в пенящуюся волну. Плюх, плюх! Один камень ударил по носу лучшую камеристку королевы Велламо. Другой — поцарапал щеку самой Морской королевы. Третий плюхнулся поблизости от короля Ахти и отхватил половину бороды Морского короля. В море поднялась суматоха, а волны зашумели, забурлили, словно в котле с кипящей водой. — Отчего поднялся такой ветер?.. — удивилась Майя Лососиха. Но не успела она договорить до конца, как море разверзлось, словно щучья пасть, и поглотило весь корабль. Майя Лососиха пошла, словно камень, ко дну, но она так отчаянно размахивала руками и ногами, что снова выбралась на поверхность, ухватилась за контрабас музыканта и поплыла на нем. В тот же миг увидала она совсем рядом ужасающую голову короля Ахти, но половины бороды у него не было. — Зачем ты бросила в меня камень? — взревел Морской король. — Ах, милостивый господин, — вздохнула Майя Лососиха, — это вышло нечаянно! Смажь бороду медвежьей мазью, и она быстро вырастет снова. — Старая ведьма, разве я не дал тебе все, чего ты только ни пожелала, и еще более того?! — Конечно же, милостивый господин. Большое спасибо за коров! Они молока дают столько же, сколько верблюдицы! — Ну, а где же злато солнца и сребристый диск луны, что ты мне обещала? — Ах, милостивый господин, они ведь светили бы все дни и ночи над морем, когда б не дождь и буря! — лукаво ответила Майя Лососиха. — Я проучу тебя! — вскричал Морской король и так сильно подтолкнул контрабас, что он вместе со старухой помчался, словно ракета, прямо к скале. Там лежал Принц, такой же изголодавшийся, как в прежние дни, и грыз воронью ножку. Матте Лосось сидел в своей изношенной серой куртке на крыльце старой бедной лачуги и вязал сеть. — А вот и матушка, — сказал он. — Откуда ты летишь с такой быстротой и почему такая мокрая? Майя Лососиха сконфуженно огляделась вокруг и спросила: — А где же наш дом в два жилья? — Какой еще дом? — спросил старик. — Наш большой дом с садом, и работники, и служанки, и тридцать отборных коров, и корабль, и все остальное? [Дар морского короля - i_007.png] — Глупости болтаешь, матушка! — ответил старик. — Студенты задурили тебе голову, да так, что ты пела какие-то глупые песни вчера вечером на море, а потом заснула только под утро. Ночью был шторм, но теперь он стих, а я так и не посмел тебя разбудить и сам ходил на веслах за неводом. — Но я видела Ахти! — воскликнула Майя Лососиха. — Ты спала в своей кровати и тебе снились одни только глупости, матушка, а потом ты во сне пошла в воду. — Но там контрабас! — воскликнула Майя Лососиха. — Ничего себе, хорош контрабас! Это же старая доска! Нет, милая моя старушка, в другой раз мы поостережемся осквернять субботу! Рыбачить в ночь на воскресенье — никогда удачи не знать! [Дар морского короля - i_008.png] вернуться 7 Речная рыба из породы бычков. Читайте больше книг на сайте онлайн-библиотеки mir-knigi.org